# Я найду тебя

Джейд Рэдфилд

«Она не помнит, как любила. Он не может забыть, как почти потерял».

Авария на мотоцикле разделила жизнь Даши на «до» и «после». Очнувшись в больнице, она не помнит ни человека, который за ней ухаживал, ни их чувств. Родители, обвинив во всем ее парня Кирилла, увозят дочь в другой город, давая шанс на новую жизнь. Кирилл бросает все, чтобы найти Дашу, и следует за ней через полстраны. Но когда он наконец оказывается рядом, самая страшная боль не в том, что ее отец ненавидит его, а в ее пустом взгляде: «Кто ты?».

Кирилл готов на все, чтобы вернуть ее память. Но чем ближе он подбирается к разгадке аварии, тем страшнее открытие: за рулем мог сидеть тот, кого он любит. Отец. Или младший брат, чья одержимость давно перешла границы дозволенного.

Сумеет ли Кирилл спасти Дашу во второй раз, когда правда ударит сильнее, чем удар мотоцикла об асфальт?

И вернется ли прежняя дружба их отцов? И какие скелеты они хранят в своих шкафах?

Я найду тебя


Посвящается девушкам, которые мечтают найти того самого книжного грин флага…


Если он готов пойти против всех ради меня, то я пойду за ним куда угодно.

Джейд Рэдфилд


ПРОЛОГ


С этого дня я прекращаю любить дождь. Я все сказала. Я вся мокрая. Волосы прилизаны. Макияж полностью испорчен. Честно, выгляжу я ужасно. И этого еще мягко сказано. И все это в мой день рождения.

Передо мной стоит парень, который буквально пару секунд назад получил от меня звонкую пощечину. Рука горит до жути. Но он это заслужил! Не нужно было лезть ко мне с поцелуями.

Мы стояли в старом переулке, через который я обычно сокращала дорогу до дома. Только мы. Я и он. Его мокрые темные волосы так красиво падают на его глаза. Но даже при таком плохом освещении я вижу его темные глаза. Если честно, то мне кажется, что он сейчас заплачет. В его взгляде видна боль, бессилие и раздражение одновременно. Но все равно, какого черта он творит?!

Он сделала шаг вперед ко мне, но я рефлекторно попятилась назад, пока не поздоровалась спиной с кирпчной стеной.


– Что ты, черт возьми творишь? – крикнула я на него.

Он не отводит взгляд. Дождь рисует на его щеке темные дорожки, будто он уже плачет, но слезы похожи на дождь – никто не отличит, и в этом его защита.


– Даша, послушай, я… – не успел он мне даже слово сказать, как я стала пребивать его.


– Отвечай!


– Дашенька, девочка моя. Я не обижу тебя – словно умоляя просил он.


– Хватит!


– Не бойся меня.


– Уходи! Я не знаю тебя! – продолжала я кричать.


– Знаешь. Ты очень хорошо меня знаешь. – тихо сказал он.


– Знаю? Ну и кто же ты? – хмыкнув, ответила я.


– Я. Твой. Парень.


Он сказал эти слова так уверенно, что у меня подкосились ноги. Прикусив губу, я на секнуду опустила голову. Так это тот самы парень, от которого я должна держаться подальше? Папа говорил, чтобы я всеми силами старалась его избегать, иначе он еще чтот-то может со мной сделать. Но фотографии на старом телефоне говорят обратное. Нет! Папа бы мне никогда не соврал.

Сомнение скребло изнутри, как песок в обуви. Папин голос звучал в моей голове чётко и властно: «Этот парень – беда. Он опсаен. Этот парень виновен в твоей аварии». И всё же в тех смазанных снимках было столько нежности, что мое тело тянуло к ним, как магнит. Если бы папа и правда знал что‑то, почему тогда эти кадры выглядели такими искренними? Почему у меня внутри разгоралось тепло, когда я видела, как он смеялся, трогая мой нос, как обещал отвезти меня «куда угодно»?

Он заметил мою растерянность и улыбнулся так тихо, как будто раскрывал секрет, который знали только мы двое. Его улыбка была как вызов папиной правде: простая, уверенная и опасная. Маленькая искра в ней заставила сердце биться быстрее – не от страха, а от чего‑то другого, знакомого.


– У меня нет парня! Хватит нести чушь. У меня даже отношений никогда не было!


– Даша, вспомни! Я был рядом, когда ты лежала в больнице.


– Неправда! Я видела тебя только один раз. И больше я никогда тебя не видела на территории больницы.


– Твой отец поставил охрану и велел им не пускать меня к тебе. – сказал он грубым голосом.


– Не приплетай сюда моего отца! – кричала я.


– Даша, прошу тебя! – повысив тон сказал он.


Я тут же замолчала. Он медленно стал подходить ко мне, будто боялся испугать маленького зверька. Я была зажата между стеной и ним. Его рука легла рядом с моей головой. Второй рукой он приподнял меня за подборордок, чтобы я смотрела в его глаза. И его взгляд был разбитым. Как будто я причинила ему самую ужасную боль, которую можно только почувствовать.

– Даша, я твой парень. Мы дали друг другу обещание. – шептал он мне.


– Я не понимаю, о чем ты говоришь. – сказала ему я смотря в его глаза.


Парень обхватил мое лицо двумя руками и приблизился. Наши губы были в миллиметрах друг от друга. Я чувствовала его дыхание. Он прижался ко мне еще ближе, что я чувствовала от него запах дорогого парфюма и сигарет.


– Тогда я помогу тебе понять. – шепнул он мне прямо в губы.


Не успела я запротестовать, как его губы накрыли мои. Он целует меня. Снова.


ГЛАВА 1


Даша


Мне холодно. Дождь. Кровь. Я чувствую ее у себя на губах. Все тело болит.

Я погружаюсь в хаос.

Дождь лил, как из ведра, превращая улицы в полные лужи. Я чувствовала, как капли стучат по шлему, создавая ритм, который успокаивал меня.

Я ехала на мотоцикле сломя голову, когда внезапно передо мной выехала машина. Я успела только почувствовать подъем адреналина перед столкновением.

Мгновение – и, казалось, время остановилось.

Всё вокруг покрылось завесой дождя и света. Мысли смешивались в голове – Как это произошло? Почему?

Я чувствовала, как потоки дождя смешиваются с чем–то горячим и красным на моих губах. Это была кровь.

Мне хотелось плакать и кричать от боли. Но у меня не получалось. Я просто лежала на асфальте. Перед глазами пробежала вся моя жизнь: семья, моя кошка, мой парень…

Воспоминания пронеслись, как искрящиеся огоньки, подсвеченные светом, пробивающимся сквозь дождь. Я видела свою семью, улыбающуюся за столом во время праздника, как они смеялись и делились своими мечтами. Каждое лицо, каждый момент – это были кирпичики, строившие мою жизнь, которые сейчас казались такими далекими и хрупкими, как утерянные воспоминания. Как папа любил подкалывать маму. Как он мог ее якобы случайно задеть бедром, но на самом деле это было специально, а она просто смеялась.

Моя кошка, пушистая и игривая, всегда встречала меня у двери, когда я возвращалась домой. Я вспоминала, как она мяукала, когда я размышляла над чем-то сложным. Казалось, что её мягкий взгляд мог излечить любую боль.

И мой парень…Кирилл. Его лицо, полное любви и заботы, возникло передо мной. Я вспомнила, как он обнимал меня, целовал, как смеялся над моими истериками по пустякам, как поддерживал меня в трудные времена. Как мы обещали сдержать наше обещание.

И сейчас я лежу одна. Слабая, разбитая и беспомощная…

Это мой конец? Прошу, Боже, дай мне шанс выжить. Я не успела сказать Кириллу, как сильно я его люблю. Сколько себя помню, я всегда не договаривала ему. Всегда стеснялась показать ему свои чувства. Я не успела поступить в университет…

Я утону в темноте…навсегда?

Звуки скорой помощи пробивались сквозь этот туман, словно спасительный сигнал. Они были резкими и четкими, и, несмотря на всю панику, в них слышалась надежда. Я не могла понять, что происходит, но в глубине души возникало ощущение, что это еще не конец.

Что-то внутри подсказывало мне, что помощь близко, что кто-то позаботится обо мне. Я должна выжить. Должна. Я не хочу покидать тех, кого я люблю.

Эти звуки становились все громче, и в какой-то момент я почувствовала, как ко мне приближаются люди. Их голоса звучали четко, хотя сама не могла произнести ни слова. Мгновение за мгновением, старалась удержаться на грани сознания, несмотря на темноту, которая пыталась поглотить меня. Надежда и страх переплетались в моем сердце, и я ждала, когда же этот кошмар закончится.

Я ехала в машине скорой помощи, и каждая тряска заставляла меня чувствовать себя всё более бессильной. Вокруг суетились медики, их голоса звучали будто издалека, ложась друг на друга, создавая мрак в голове. Я пыталась сосредоточиться на одном из голосов, но слова ускользали от меня, как вода сквозь пальцы.


– Она в сознании? – спросил один из них, и сердце забилось быстрее от надежды. хотелось ответить, но язык не подчинялся. Вместо этого я попыталась пошевелиться, надеясь, что это привлечет к мне внимание.


Словно услышав мой внутренний крик, один из медиков наклонился ближе.


– Держитесь, все хорошо, мы вас спасаем, – сказал он успокаивающим тоном. Эти слова были как бальзам на душу, но страх всё ещё крутился, и темнота не отпускала.

Мгновение спустя, я почувствовала, как машина сбавляет скорость, и звук сирены стал менее навязчивым.

– Мы в больнице, – раздалось снова, и сердце наполнилось надеждой. Когда двери открылись, в мир хлынул яркий свет, и я поняла, что это мой шанс. Я сделала последнюю попытку, и в сознании её вдруг проскользнула лишь одна мысль: "Просто не сдавайся."

Вокруг царила паника, и мои родители, которые быстро прибыли на место, с тревогой обсуждали происходящее. Их голоса звучали смутно.

Я слышала, как врачи старались успокоить их, объясняя, что делают всё возможное, чтобы спасти меня. Папа звонил лучшим врачам.

Что он только не делал. Требовал, чтобы меня спасли. Угрожал. Даже врачу вмазал. Боже, когда речь идет обо мне, то он как будто с цепи срывается. И так всегда.


****************************************


Я не просыпалась целую неделю, тело боролось за жизнь, а сознание оставалось в тени.

Каждое утро родители приходили в палату, наполняя ее своими тихими разговорами. Они держали меня за руки, словно пытались передать свою любовь и надежду через эти простые прикосновения. Их лица были уставшими и полными беспокойства, но в глазах все ещё сохранялся огонёк надежды. Даже папа плакал. Мама всеми силами пыталась успокоить его. И, чтобы его хоть немного отвлечь, отправляла его на работу. Сама же она взяла отгул за свой счет, чтобы быть со мной.

Я слышала мужской голос. Полный печали, любви и надежды. До боли знакомый. Приоткрыв глаза, я увидела незнакомого симпатичного парня:


– Даша, девочка моя, ты должна проснуться, –шептал он, целуя мои пальцы рук.


– Ты же обещала, что будешь со мной рядом…


С этими словами он положил голову на мою кровать и закрыл глаза.

Он почувствовал движение с моей стороны. Парень увидел, как мои пальцы дернулись, а глаза слегка приоткрылись. Его сердце участилось в бешеном ритме.


– Даша? – прошептал он, ощутив, как слёзы наворачиваются на глаза. Он быстро позвал медперсонал.

В следующую секунду одна из медицинских сестёр вошла в палату и, увидев мое состояние, поспешила к мне.


– О, Боже! – воскликнула она, проверяя показания приборов.


Она быстро побежала к моему врачу. Через секунду вся бригада, которую созвал папа стояла у моей кровати.


– Немедленно позвоните Александру Александровичу! – крикнул врач и снова обратил на меня внимание.


Парень стоял надо мной и наблюдал за врачами, пока те осматривали меня, а медсестры – брали кровь на анализ.

В этот момент я повернулась и пыталась вспомнить его. Такой знакомый парень…стоит и ждет моих слов. И первое, что пришло на ум мне сказать:


– Кто ты?


Парень опешил от этих двух слов и выбежал из моей палаты. А я лежала и смотрела в сторону двери, из которой он выбежал.


И больше я его не видела.


ГЛАВА 2


Даша


Новый город. Новый дом. Страх. Волнение. После потери памяти прошел месяц. Я помнила базовые вещи: имя, семью, школу, одноклассников, друзей. Я не помню только две вещи: что случилось и кем был тот парень, который в больнице был со мной рядом.

Слава Богу, осложнений или серьезных травм у меня никаких не было.

Переезд в новый город казался для родителей последней надеждой, что смена обстановки поможет мне справиться с потерей памяти и начать всё заново. Они старались создать уют в нашей новой трехкомнатной квартире – каждый уголок был продуман, оформленный в строгих черно-белых тонах, что придавало помещению особый стиль. Мечта, а не квартира.

Но я не чувствовала себя комфортно. Для меня это была лишь красиво оформленная коробка, полная абсолютно чужих вещей. Хотелось выпустить все свои эмоции и сбежать обратно. Домой. Туда, где я провела свои семнадцать лет.

Новый город был полон жизнерадостных красок и звуков, но каждый день я сталкивалась с темной тенью своей травмы. Мой новый дом, хоть и имел своё очарование, но казался чужим, словно я оказалась в плену параллельной реальности, хотелось сбежать. Каждый уголок напоминал мне о том, что я не могу полностью ощутить этот мир, пока не восстановлю недостающие фрагменты своей жизни.

С каждым днём воспоминания из моей прежней жизни становились всё более призрачными. Я беспокойно рылась в ящиках, ища что-то знакомое, что могло бы вернуть в прежний комфорт. Каждая мелочь напоминала мне о том, как я когда-то весело проводила время с друзьями, собиралась на пикники или просто гуляла по родному городу. Это было место, где я чувствовала себя в безопасности и умиротворении.

Теперь же Гомель казался мне чужим и холодным, хотя я так мечтала поступить сюда в университет. Я не могла отделаться от ощущения, что здесь меня никто не знает и не понимает. Нет моей лучшей подруги. Нет Дениса, который был со мной с детства.

Я жаждала выпустить все свои чувства, но вместо этого глотала их, словно они были камнями в горле. В попытках найти себя в этой новой реальности я открывала окна и впускала свежий воздух, как будто надеялась, что он принесет с собой часть того, что я оставила позади. Искала привычные запахи, слышала звуки улицы и постоянно думала о том, как приятно было бы прогуляться по знакомым улицам, по которым я ходила годами.

Я не забывала свои мечты о будущем – о том, как представляла себя первокурсницей, полной энергии и амбиций. Работа! Университет! Путешествия! Всё это теперь, казалось, в тумане, и я часто задавалась вопросом, как мне туда вернуться.

Как-то вечером я сидела на полу в своей новой комнате. Моя комната, наконец, стала отражением меня самой. Глядя на книжные шкафы, заполненные томами любимых авторов, я чувствовала, как мечты и увлечения возвращаются ко мне. На стенах висели яркие постеры аниме-персонажей, каждый из которых как будто приветствовал меня, напоминая о том, кем я была. Я с удовольствием пересматривала фотографии, которые запечатлели моменты радости и веселья: это были мгновения, когда я могла быть собой, не беспокоясь о том, что произошло позже.

Однако особое место в моем сердце занимали фотографии с моим мотоциклом. Я старалась свести к минимуму тяжелые ощущения, которые они вызывали, но каждый раз, когда я на них смотрела, не могла найти себе место. Они напоминали о бескрайних дорогах, свежем воздухе и свободе, которую я испытывала, когда впервые села за руль. Улыбаясь на этих снимках, я мысленно переживала те моменты: чувство адреналина, ветер в волосах и восхищение красотой природы.

Но с момента аварии я ни разу не садилась на свой мотоцикл.

Каждый раз, когда я видела своего зеленого друга, меня охватывало смешанное чувство. Я знала, что он по-прежнему ждет меня, словно напоминает, что я должна вернуться к свободе.

Вечерами, когда у меня возникало чувство беспокойства, я пыталась представить, как снова сажусь на мотоцикл, как поднимаюсь с ним на холмы и мчусь вдоль реки, ощущая каждую вибрацию и звук мотора. Но на данный момент это была лишь надежда, с которой я не знала, как справиться.

Однажды, собравшись с мыслями, я решила, что не могу позволить страху больше управлять мной. Возможно, мне стоит хотя бы попробовать вспомнить, как это – снова сесть за руль.

На следующих выходных я собрала все мужество, надела шлем и пошла к своему мотоциклу. Я не знала, как буду себя чувствовать, но одно было ясно – пришло время действовать. Я открыла гараж и коснулась холодной металлической рукоятки, одновременно взволнованная и напуганная. Это было возвращение в мой старый мир.

Сидя на мотоцикле, я в тот миг ощутила, как всё – и радость от возможностей, и страх от воспоминаний – сомкнулось вокруг меня, как острые лезвия. Завести двигатель казалось таким простым решением, но как только мотор загудел, перед глазами возникли испуганные образы: вспышка света, звуки – треск, дождь, крик, тот момент, когда всё изменилось. Я снова ощутила тот ужас, ту боль, и в груди всколыхнулось бесчисленное количество эмоций.

Слёзы катились по щекам, обжигая кожу. Я ощутила себя абсолютно беспомощной. Я ожидала большего от себя, ожидала, что смогу преодолеть этот барьер. Но как только воспоминания захлестнули меня, все задние мысли о том, как прекрасно будет снова мчаться по дороге, были стерты, как будто их никогда и не было.

Я выключила мотоцикл и положила шлем на место, ощущая, как невидимые оковы стягивают меня ещё больше. Каждый шаг назад в дом казался провалом. Внутри я чувствовала себя слабачкой, неспособной справиться с собственными страхами. Как могла я думать, что могу вернуться к этому?

Внутри моей комнаты, окружённой привычными предметами, я уселась на пол и попыталась собрать в кучу разбросанные эмоции.


– Ты не одна, – говорила я себе, но страх и беспокойство вновь заполнили пространство.


Словно я была в ловушке, и даже самый обыкновенный шаг назад к тому, что мне когда-то нравилось, обернулся стена на пути.

Мысли о том, что я не могу справиться, крутились в моей голове, словно я заперта в собственном мраке. Я понимала, что мне нужно время, чтобы восстановиться, позволить себе пережить эту боль и превратить её во что-то созидательное, но сама мысль о том, что я должна снова попробовать, вызывала панику.

Собирая все обрывки души, я решила написать о своих чувствах. Я вытащила блокнот и ручку и начала записывать, что со мной происходит. Необработанные, но искренние мысли выходили из меня, словно снимая с плеч тяжёлую ношу.


"Я боюсь," – писала я.


"Я не знаю, как помочь себе”.


Слёзы просто добивали меня. И, каждый раз, когда я заставляла себя думать о том, как лучше выйти из этого состояния, меня снова накрывали чувства безысходности.

Чувства, будто я застряла между двумя мирами: миром, где я была независимой и вольной на мотоцикле, и миром, где боязнь подавила во мне все желания.

Я обняла колени. Сердце тяжело стучало в груди, и мне отчаянно хотелось, чтобы кто–то был рядом, чтобы поддержал или хотя бы понял. Я искала спасение в своих увлечениях, но даже книжные полки с новыми романами не приносили радости. Каждое произведение напоминало, что я не могу полностью окунуться в старый мир. Я закрыла глаза, прижала ладони к вискам и старалась заглушить крики собственного разума.

Вспоминая того парня в больнице, я ощущала, как будто снова касаюсь чего-то важного. Его образ вызывал во мне теплые эмоции.

Я помнила, как он смотрел на меня, словно хотел передать всю свою любовь и силу.

Я думала о том, как он мог помочь мне восстановить ту часть жизни, которую я потеряла. Он знал меня до аварии. А теперь я была здесь, в новом городе, в пустой квартире, потерянной между прошлым и настоящим.

Мое сердце стучало всё быстрее, когда я представляла, как было бы хорошо снова увидеть его. Мы могли бы сидеть вместе, разговаривая обо всём – о том, что произошло, как я себя чувствую, и о том, какой я была до аварии. С его помощью я могла бы вновь увидеть картины своей жизни, которые утонули в тумане памяти.

Когда я не узнала его, это было, как будто ножом по сердцу. Я видела, как на его лице проскользнула тень разочарования, но в то же время в его взгляде я уловила искорку надежды.

Мысли о том, как он себя чувствовал тогда, были болезненными. То, как он хлопнул дверью и ушел. Но я знаю еще одну причину, почему он больше ко мне не приходил.

Мой папа. Я слышала, как он кричал на него, а мама пыталась его успокоить, чтобы я не волновалась. Он не пускал его ко мне. Тогда папа мне еще поставил охрану, чтобы ко мне никто не смог приблизиться. Он только пускал ко мне Аню, мою лучшую подругу.

Я слышала, как папа обвинял парня в моей аварии. И потом тишина…. Сколько бы я не спрашивала маму, она молчала. Всегда говорила, что, когда папа будет готов, он все сам расскажет.

Мне оставалось просто лежать в больничной койке и самой догадываться. Но никаких идей не было. И папа не поднимал разговор. Он просто улыбался и болтал со мной о жизни. Рассказывал, что у него происходит на работе и, что его сотрудники и дядя Миша, папа Ани, желали мне скорейшего выздоровления.

Пусть мои родители и Аня всегда были рядом, но меня не покидали чувства опустошения и одиночества. Мне все время почему-то хотелось сбежать из больницы. Знаю, это глупо, но мне так хотелось это сделать.

Может быть, я смогла бы встретиться с тем парнем и узнать, почему он больше ко мне приходил. Узнала бы, что между нами и кто мы друг для друга.


ГЛАВА 3


Даша


Я снова каталась на мотоцикле, ветер развевал мои волосы, а свобода наполняла каждую клеточку тела. Каждое мгновение было полным адреналина и радости, и каждый поворот дороги приносил лишь восхищение, а не страх.

Я чувствовала, как все мои переживания растворяются, оставляя лишь приятные воспоминания о том, как это – быть наедине с собой и миром. Пошел дождь.

Я увидела отражение мотоцикла в луже, и во мгновение ока это изображение сменилось картиной аварии – вспышки света, удары, боль. Спокойствие рассвета резко контрастировало с хаосом в моей голове. Это напоминание о том, что, несмотря на все красивые моменты, моя жизнь была навсегда изменена. Эти фрагменты переживаний проносились в голове с неумолимой силой, не оставляя шанса забыть.

Авария, момент, разорвавший мою жизнь на до и после. Свет, яркий, ослепляющий, а затем – удары. Боль и страх. Я снова находилась на трассе – шум машины, дождь.

Этот привкус крови на губах, который никогда не подвластен забыть. Во сне он был таким реальным, как будто я все еще там, застряв между призраками прошлого и реальностью, которое ждет меня. Затем тишина – и больница. Простое слово, но для меня оно было наполнено страхом и безысходностью. Я снова оказалась в этом холодном белом помещении, окружающем меня. Безжизненные стены, которые не могли дать уют или надежду. Я помню, как вокруг стоял запах антисептиков и страха. Моя голова была затуманена, как будто в ней кружились призраки. Слёзы родителей слетали у меня на глазах, образуя поток боли, который заполнял меня изнутри.

Я видела маму, истерично рыдающую, её объятия, полные страха и тревоги. Я видела, как она пытается быть сильной, но ее лицо искажает невыносимая грусть. И снова темнота – момент, когда сознание оставляет тело, когда все вокруг замирает. Все это поглощает меня.

Я слышу голос…ЕГО голос…

Во сне голос звучит как спасательная мелодия, проникающая в глубину моего сознания. Нежный и тёплый, он словно обнимает меня, заставляя забыть о страхах и боли. Я слышу, как он зовёт меня по имени.

Вскоре передо мной возникает его лицо, словно невидимый художник нарисовал его в самом сердце. Острые черты, знакомые и такие родные, как будто время не ослабило нашу связь. Его глаза полны эмоций, и я чувствую, как они проникают в мою душу. Я вижу, как его губы слегка дрожат, и, хотя он не говорит ничего, его молчаливая мольба достигает меня насквозь.

«Проснись», – словно шепчет он.

В этом сне он стал моим якорем, удерживающим меня от полного погружения в темноту. Его голос, полон нежности и любви, умоляет меня сделать шаг назад из пропасти, куда я собиралась уйти. Это дает мне шанс, возможность выбраться из той тьмы, которая нависла над моей головой.

Я просыпаюсь в холодном поту, словно невидимые силы по-прежнему сжимают меня, не давая мне вздохнуть полной грудью. Слёзы катятся по моему лицу.

Минут десять я сидела на краю кровати, уставившись в окно, ловя проблески солнечного света. Постепенно мне удалось взять себя в руки – это было небольшое, но очень важное достижение.

Встав с постели, я с трудом заправила одеяло, придавая комнате хоть какую-то симметрию. Я направилась в ванную, пытаясь избавить свое лицо от следов слёз, смыть всю ту боль, что носила за собой.

Я включила холодный душ. Ощущение прохлады окутывало меня, заставляя пробуждаться, как будто вода смывала не только физическую усталость, но и часть того страха, который продолжал меня сжимать.

Я наслаждалась каждым касанием воды, словно это был ритуал очищения, позволяющий оставить часть груза позади. Каждая капля, скатывающаяся по телу, словно забирала с собой тяжелые мысли.

Я позволила себе задуматься о том, что, возможно, эта рутинная процедура стала неожиданной отправной точкой. Когда вышла из душа, почувствовав себя словно заново родившейся, я немного привела себя в порядок.

Я расчесала свои кудрявые волосы, которые порой казались хаотичными, словно олицетворяя всё то, что происходило в моей голове. Каждый рывок расчески по локонам становился метафорой попыток привести в порядок свои мысли и чувства, которые бушевали внутри. Кудри норовили вырваться из рук, как мои собственные эмоции, которые я старалась сдерживать.

Сжатыми губами я пыталась уговорить себя: «Не бойся быть собой».

Я выбрала красивую белую рубашку и черную теннисную юбку – этот наряд казался простым, но вместе с тем он придавал мне ощущение стиля. Завязала галстук, добавив немного игривости в свой образ.

Каждый элемент наряда были как пазл, складывающийся в картину уверенности, которую я так долго пыталась вернуть. Когда я посмотрела на себя в зеркале, привычное отражение с белоснежной рубашкой и аккуратной юбкой засверкало. Новый наряд окутывал меня сильной энергией. С каждой минутой, проведенной в этом образе, я потихоньку прощалась с недавними переживаниями о слабости и одиночестве. Ощущение стиля позволяло мне расслабиться.

Я понимала, что не должна оставаться в темноте. Она не для меня. Я должна начать все сначала. Я должна вернуть ту дерзкую, умную, веселую Дашу. Плевать, что было в прошлом. Я начну все сначала. Я начну новую жизнь в новом городе, новом доме, новом университете…


****************************************


Я спустилась на кухню, и, как только запах сырников наполнил воздух, настроение поднялось. Моя мама, Алеся, стояла у плиты, ловко переворачивая золотистые лепешки, которые уже поджарились до идеального состояния. Она всегда знала, как порадовать меня, и этот завтрак не был исключением.

Алеся – заботливая и милая женщина. Настоящая мама. Каждый её жест, каждый взгляд говорил о любви и поддержке. У неё невысокий рост, но она всегда излучала такую силу и теплоту, что, казалось, никаких преград для неё нет. Её волосы, которые она чуть небрежно собрала на макушке, были такими же кудрявыми, как и мои. Возможно, я унаследовала это от неё – не просто прическу, а и ту особую энергию, что она излучала.

Когда я смотрела в её голубые глаза, то замечала, как их цвет отражает океан – глубокий и спокойный, с мелкими искорками света, которые играли в лучах солнца. Эти глаза повидали много, но в них всегда была надежда и доброта, позволяющие окружающим чувствовать себя в безопасности.


– Садись за стол, милая. – сказала она, заметив, как я вошла в кухню.


Её голос был мягким и успокаивающим, как теплое одеяло в холодный день. Я села за стол, обхватив руками кружку с кофе, и посмотрела на маму с улыбкой. В такие моменты я всегда чувствовала, как вся тяжесть на сердце начинает постепенно рассеиваться. Мама умела создавать атмосферу уюта и понимания, даже когда мой разум метался от страхов и неопределённости.

Мама работает дизайнером, и её творчество всегда вдохновляло меня. Она была настоящим художником, способным видеть красоту и потенциал в самых обычных вещах. Каждый её проект, будь то разработка одежды или интерьеров, оживлялся её уникальным видением. Видимо этим она и привлекла моего папу. Я всегда восхищалась тем, как она могла превратить идеи в нечто осязаемое – что–то, что порой казалось почти волшебным. Она могла говорить о цветах, фактурах и силуэтах часами, и, когда она объясняла свою работу, мне казалось, что она наполняет обычные вещи новым смыслом. Мама всегда находила вдохновение в повседневной жизни – в природе, искусстве, архитектуре и даже в простых прогулках по городу. Я часто замечала, как она использовала детали, которые могли казаться незначительными, для создания чего–то удивительного.


– Как прошла ночь? – спросила она, накладывая мне на тарелку ещё несколько сырников.


Я вздохнула и задумалась, как бы оценить свои переживания. Быть рядом с ней давало мне возможность быть искренней, даже если порой слова застревали. Я знала, что моя мама всегда рядом и готова поддержать, даже когда мне трудно, но я не хотела, чтобы она снова переживала.


– Все хорошо. – ответила ей я.


К завтраку присоединился папа, Александр. Папа работает прокурором, и, несмотря на его мягкие черты лица, его строгая профессия всегда внушала уважение. Он был человеком, который мог быть одновременно решительным и справедливым, а в его взгляде часто искрилась мудрость, приобретённая годами работы в правовой системе. Я знала, что его благородная борьба за справедливость была не только его профессией, но и призванием.

Со мной и мамой он проявлял свою доброту и заботу, за что я его очень любила. В его присутствии я всегда чувствовала себя особенной, словно маленькой принцессой, о которой заботятся и защищают.

Как только он зашел на кухню, я заметила, как его глаза светятся нежностью при виде меня и мамы. Он подошёл к столу, заранее разведя губы в улыбке, и сразу наполнил атмосферу присутствием, которое придаёт уверенность.

С его серьёзными чертами характера, порой можно забыть, каково это – быть его дочерью. Но только до тех пор, пока он не начнет шутить или обнимать меня своими крепкими и тёплыми руками, и флиртовать с мамой…


– Доброе утро, принцесса! – произнёс он с лёгкой ухмылкой, и меня охватило приятное тепло.

В такие моменты я могла забыть о преградах и страхах, которые давили на меня.

Папа поцеловал маму и сел за стол. Я наблюдала, как папа потянулся к сырникам, и зажмурился, принюхиваясь к аромату, который наполнял кухню.


–Ты самая лучшая жена, Алеся! – сказал он, произнося это с такой искренностью, что я улыбнулась, наблюдая за этой сценой, которая разыгрывалась каждый день.


Папа всегда был моей опорой, и я знала, что могу с ним поделиться всем – от мелочей до своих больших страхов. Даже когда он выглядел строго, мне казалось, что в его глазах всегда было понимание, и это была ненавязчивая забота, которая поддерживала меня. С ним я чувствовала себя защищённой, будто ничто не могло мне угрожать, пока он рядом.

Каждый раз, когда он смотрел на меня с гордостью, я ощущала, как внутри растет уверенность: я могла справиться с любыми трудностями.

У родителей крепкие отношения, которые позволяли мне расти, а также находить в себе силы двигаться вперёд, несмотря на все несчастья, которые меня окружали.


– Ты готова к университету, принцесса? – спросил папа, его голос был полон заботы и поддержки.


– Да, я думаю, что готова, – ответила я немного неуверенно, хотя внутри меня все еще боролись страхи и тревоги.


Я пыталась излучать уверенность, но мне было страшно. Я думала о том, какие люди меня ждут, о том, смогу ли я завести новых друзей и как бы адаптироваться к новой обстановке.

Мама наклонилась ко мне, её тёплый голос успокаивал меня:


– Не бойся, дорогая. Помни, что мы всегда рядом с тобой. Если тебе будет сложно, просто подумай о нас, мы верим в тебя. Ты невероятная, и у тебя все получится.


Её слова, как лучик света, коснулись меня и заставили почувствовать тепло. Я знала, что могу рассчитывать на их поддержку, даже если они физически не будут рядом. Мои родители продолжали заряжать меня позитивом. Они делились своими воспоминаниями об университете, рассказывая о своих собственных страхах и недоумениях, когда они впервые переступали порог нового места. Это помогло мне немного расслабиться и увидеть, что я не одна в своих переживаниях.


– В университете будет много интересного – новых предметов, мероприятий и, возможно, новых друзей, – добавил папа.


– Ты – умная, смелая и талантливая девочка! У тебя все получится. Ты же моя доча. – с улыбкой сказал он.


Я знала, что смогу обратиться к ним в любой момент, и, даже если дорога в новую жизнь будет непростой, их поддержка и любовь будут моими верными спутниками. Я собрала все свои мысли и с каждым словом родителей чувствовала, как уверенность внутри меня растёт.

Позавтракав, я села в папину машину, и он завел двигатель. И в этот момент я почувствовала, как волнение нарастает внутри. Папа знал, как поддержать: он включил тихую мелодию по радио, и мы поехали в сторону университета. Я направила свой взгляд в окно и наблюдала, как улицы проносятся мимо. Солнечные лучи освещали мир вокруг, и я пыталась сосредоточиться на этом уютном ощущении – запахе свежего утра и звуках города, который постепенно просыпался.


– Ты готова, маленькая? – спросил папа, глядя на меня с доброй улыбкой.


Я кивнула, стараясь излучать позитив, хотя внутри все еще бушевали эмоции.

Мама всегда говорила, что иногда просто нужно сделать первый шаг, а остальное пойдет как по маслу.

Как только мы приблизились к университету, я увидела яркую вывеску и толпы студентов, собирающихся у входа. Внутри меня заколебались тревога и волнение, но в то же время там витало предвкушение.


– Не забудь, что мы всегда рядом с тобой.


– Ты самая умная и смелая девушка в мире, помнишь?


Пока я выходила из машины и направлялась к главному входу, я сделала глубокий вдох и постаралась запомнить этот момент. Я шла с поднятой головой, с надеждой, что все будет хорошо.


ГЛАВА 4


Даша


Первый день в университете. Волнение накатывало волнами, словно прибой, который пытается сбить с ног. Я шла по коридорам, звуки шагов и разговоров сливались в общий гул, который казался одновременно и пугающим, и завораживающим. Сердце стучало быстрее, и мысли крутились в голове: «Что мне делать? Какая у меня будет группа? Как я смогу завести новых друзей?»

Когда я вошла в аудиторию, моё внимание привлекла женщина, постепенно осматривающая нас, и я поняла, что это был мой куратор – Марина Николаевна. Я вспомнила тот момент, когда мы встретились при подаче документов. Она произвела на меня моего папу хорошее впечатление: была доброй и отзывчивой, и мне сразу показалось, что она сделает всё возможное, чтобы помочь своим студентам адаптироваться.

Марина Николаевна была невысокой, с мягкими чертами лица, и светлыми волосами, которые аккуратно укладывались в небольшой пучок. Её зелёные глаза напоминали мне цвета весенней травы – яркие и живые. Они излучали тепло и доброжелательность, что помогало немного успокоить моё волнение. Я даже почувствовала, что среди всех этих новых людей, она будет той, кому я могу довериться.

Куратор подошла ко мне и тепло улыбнулась. Её улыбка была словно солнце, светящееся в ясном небе, и я почувствовала, как внутри меня разливается тепло. Марина Николаевна взглянула на меня с добротой и поддержкой, словно хотела сказать, что все будет хорошо.

Я подсела к девочке за парту, и Марина Николаевна стала говорить:


– Поздравляю вас, котики мои. Вы поступили в университет. Вы теперь взрослые и самостоятельные молодые люди. Начался новый период в вашей жизни. И я уверена, что вы достигните настоящих высот. Ведь вы теперь студенты юридического факультета.


На протяжении всего кураторского час Марина Николаевна объясняла нам правила поведения в университете. Провела инструктаж по правилам безопасности. Рассказала, что нас ждет на ближайших занятиях.

Внутри была полная неизвестность, но в то же время любопытство. Я с нетерпением ждала занятий.

После кураторского часа ко мне подошла моя соседка по парте. Маша. Она была стройной и красивой девушкой с длинными русыми волосами, которые переливались на свету, и яркими голубыми глазами, излучающими тепло и дружелюбие.

Её улыбка была искренней и притягательной, и в ней было что–то такое, что вызывало мгновенное желание непринужденно общаться. Когда она подходила ко мне, я заметила, как её волосы игриво колышутся при каждом шаге. Внешность Маши подчеркивала её личность: она была уверенной в себе и явно стремилась к новым знакомствам.


– Привет! Я Маша, – представилась она.


– Я видела тебя в тик токе! Это так классно!


Меня неожиданно обрадовало, что кто–то меня узнал. Мне всегда было неловко, когда кто–то меня узнавал, но я никогда не подавала виду. Мне нравилось это чувство. Чувство, когда людям нравится твое творчество.


– Привет. Да, я веду свой блог, – ответила я с улыбкой. – Мне нравится делиться впечатлениями о книгах, которые читаю.

Она кивнула с энтузиазмом. И продолжила:


– Я тоже люблю книги! Особенно фэнтези и приключения. У тебя есть какие-нибудь рекомендации?


Наш разговор пошел легко и непринуждённо. Мы обсудили любимых авторов и последние прочитанные книги. Я заметила, как глаза Маши сияют, когда она говорит о своих увлечениях. Это было так приятно – найти человека, который разделяет твою страсть к книгам.

Пока мы разговаривали о книгах и моих увлечениях, я не могла не отметить, как Маша была внимательна ко всему, что я говорила. Она задавала вопросы, проявляя интерес к моему блогу и моим впечатлениям о прочитанных романах. Это создавалось ощущение лёгкости в общении, словно мы знакомы всю жизнь.

Кроме того, её стиль одежды был свежим и современным, что придавало ей ещё больше очарования. Она умела сочетать простоту и элегантность, и кажется, каждый элемент её образа дополняли друг друга.

Я была рада, что именно она подошла ко мне, и с каждым разговором становилось ясно: передо мной не просто одногруппница, а потенциальный хороший друг. Мы обменялись номерами и вышли из здания. На парковке меня уже ждал папа.


– Вау, какой красивый мужчина. – громко сказала Маша


Я улыбнулась и ответила:


– Это – мой папа.


– Серьезно?! Он так молодо выглядит. Еще и такой высокий, мускулистый. Боже! Ходячий секс! Слушай, а тебе не нужна молодая мачеха? – подмигнув мне, сказала она.


– Дурная, ха–ха. – закатила я глаза и, помахав ей на прощание направилась к папе.


Она просто посмеялась мне вслед и направилась в другую сторону. А я шла к папе.

Увидев меня, папа подошел ко мне и поцеловал в макушку.


– Привет, принцесса, как прошёл день? – спросил он, обнимая меня.


Я с улыбкой рассказала ему о своей новой знакомой Маше и о том, как мы обсуждали книги. Папа улыбнулся, видя, как я радуюсь этому новому началу. И у него в голове возникла гениальная идея.


– Сегодня я решил тебя порадовать, – сказал он с загадочной улыбкой, и я почувствовала, как в груди заиграло волнение.


Мы ехали в тишине. Папа не сказал о своем сюрпризе. Но, когда мы остановились возле знакомого места, я все поняла. Он привез меня в книжный магазин.

Когда мы припарковались недалеко от магазина, я с нетерпением выбежала из машины и направилась ко входу. Папа следовал за мной, смеясь над тем, как я спешу.

Войдя в магазин, я вдохнула аромат свежих страниц и бумаги, и моё сердце забилось быстрее. Внутри витков зала меня ожидало бесконечное множество книг, от классики до новых современных романов. Я направилась прямиком к полке с современными любовными романами, обожая этот жанр за его возможность погружаться в другие миры и поверить в настоящую любовь. Ведь сейчас парни пошли не очень.

Папа, стоя рядом, начал рассматривать другие разделы и наклонился ко мне.


– Ты можешь выбрать столько книг, сколько ты захочешь.


Мне не нужно было повторять это дважды. Только папа на меня смотрел, как в следующую секунду он потерял меня из виду.

Я почувствовала прилив энергии и устремилась к полке, охваченная изобилием выбора. Каждая книга манила меня своей обложкой и обещанием новой интересной истории. Я пробегала полки глазами, рассматривая названия и авторов, искренне пытаясь выбрать те, которые зажгут во мне искру желания прочесть. Сначала я наткнулась на новый роман, который долгожданно ждал своей очереди – книга, о которой все говорили в блогах и социальных сетях. Затем увидела продолжение одной из моих любимых серий – сердце переполнилось радостью. А потом и новая книги от моего любимого автора, Софи Баунт. И тут я заметила обложку с загадочной иллюстрацией и интригующим названием, совершенно незнакомым мне ранее. Я быстро собрала в руках несколько книг, а потом еще немного и еще чуть-чуть, и почувствовала, как живот радостно ёкает. Через часа два я подбежала к папе с корзиной, доверху наполненной книгами.


– Папа! Смотри, я нашла вот это и вот это! – взвизгнула я с энтузиазмом, показывая ему свои находки. Он улыбнулся, рассматривая мои находки.


– Ты всегда знаешь, что тебе нужно. Это здорово, что ты так увлечена чтением. Каждая новая книга – это приключение, и я рад видеть, что ты так увлечена! – ответил он, и его слова поддержали меня.


Когда мы подошли к кассе, я почувствовала, как эта маленькая победа поднимает моё настроение и делает меня счастливой. Пока папа оплачивал покупку, я складывала все свои книги в пакет. Однако папа сам взял пакет и понес к машине. Он никогда не позволял нам с мамой напрягаться. Он всегда носил наши сумки или пакеты, даже, если они не были тяжелыми

По дороге домой мы сделали остановку в мебельном магазине, чтобы купить мне новый книжный стеллаж. Папа сразу понял, что для такого количества книг у меня нет места. В магазине мы быстро нашли идеальный вариант, который сочетал в себе стиль и функциональность. Я была в восторге, представляя, как оформлю стеллаж своими любимыми книгами и всякими мелочами. Когда мы закончили мини-шопинг, папа предложил заехать в цветочный магазин, который находился по соседству, чтобы порадовать маму. Папа вошёл внутрь, а я, поглядывая по сторонам в машине, была занята своими мыслями о будущем оформлении стеллажа.

Прошло около двадцати минут, и вскоре папа появился на улице с двумя шикарными букетами цветов. Один из них был великолепный букет с розами – нежно-розовых и белых оттенков, а другой – букет с васильками. Когда я увидела васильки, моё сердце заполнилось радостью. Я обожала эти цветы, и они были такими редкими в городе. Их не всегда можно найти, но почему-то у папы всегда это получалось.


– Это тебе, – сказал папа, протягивая мне букет и наблюдая за моим восторгом.


Я с благодарностью приняла его и, чувствуя, как внутренняя радость переполняет меня, обняла папу, а он в ответ поцеловал меня в макушку, как он это всегда делал, когда я была маленькой. Цветы казались особенно красивыми на фоне музыки, которая заполняла салон машины.

Мы вернулись домой. Папа сразу занес в квартиру пакет и новый стеллаж. А потом целеустремлённо подошёл к маме с букетом роз. Она, увидев цветы, улыбнулась с теплотой, и они обменялись нежными взглядами, полными любви. Папа крепко обнял маму и поцеловал её. Эта сцена удалила остатки волнений, оставшихся от дня, и наполнила наше семейное пространство гармонией и счастьем. Я наслаждалась этим моментом, полным романтики. Они всегда такие милые. Папина забота наполняла дом теплом, а васильки в моих руках стали напоминанием о новом начале.

Позже, когда мы с папой пошли в мою комнату, атмосфера наполнилась предвкушением. Я была в восторге от предстоящего процесса сборки стеллажа. Мы положили все детали на пол и стали изучать инструкцию, смеясь над некоторыми ее описаниями.


– Ну, надеюсь, это не «собери сам» для профессионалов! – шутливо сказал папа, и я засмеялась в ответ.


Его чувство юмора всегда поднимало мне настроение. Пока я разлаживала инструменты, папа внимательно изучал инструкцию.

Мы начали собирать стеллаж, и постепенно детали превращались в готовый элемент мебели. Я часто подсказывала, где найти нужные элементы, а папа уверенно собирал их. Мы обсуждали, как именно я размещу книги и какие аксессуары добавлю для уюта.

С каждой собранной частью полки я чувствовала, как в комнате наполняется гармония. Мы продолжали болтать, обмениваться историями, и я замечала, как даже процесс сборки становится весёлым приключением.

Наконец, когда стеллаж был собрана, я была в восторге. Он получился именно таким, каким я представляла! Мы отступили на шаг назад и с удовлетворением посмотрели на нашу работу. На его лице светилась гордость, а на моём – улыбка. Это был ещё один яркий момент в новой главе моей жизни, когда я постепенно находила свой новый путь.

Я достала длинную фиолетовую гирлянду и протянула папе. Пока он ее распутывал, я стала разогревать клеевой пистолет, чтобы приклеить гирлянду вдоль всего стеллажа.

Через час все было готово. Мы наслаждались нашей проделанной работой. Потом в комнату зашла мама, чтобы позвать нас на ужин. Она была приятно удивлена нашей работой. Ей понравилась моя идея украсить стеллаж фиолетовой гирляндой. Она знала, что это мой любимый цвет. Папа, ухмыльнувшись подошел к маме и поцеловал ее. Она только удивленно ахнула, но не отстранилась. Несмотря на их возраст, у них осталась все еще оставалась крепкая любовь и страсть. Я только хихикнула и отвернулась, предоставляя им момент.

После поцелую мама легонько ударила папу по плечу и потащила на кухню. Как только они ушли, я снова хихикнула и снова направила взгляд на свой стеллаж. Я бы еще долго им любовалась, но меня предало урчание в животе. Я со смешком направилась на кухню


****************************************


Следующая неделя в университете прошла на удивление хорошо. Я чувствовала, как постепенно адаптируюсь к новому окружению и начинаю открываться. Каждый день я находила всё больше друзей, и меня это радовало. Мы смеялись, обсуждали пары и новых преподавателей и делились историями из жизни, и я заметила, что страх и неуверенность начинают уходить на второй план. С Машей мы стали очень близко общаться. Она была отличной подругой, всегда готовой поддержать и поделиться своими впечатлениями. Мы вместе сидели на перерывах или ходили курить на улицу, обсуждали любимые книги, смотрели на обложки новинок и обсуждали, какие из них непременно стоит прочитать. Я чувствовала, что с ней мне легко говорить обо всем, и это было невероятно приятно.

Мне нравилось, что преподаватели всегда были готовы нам помочь и что–то подсказать. Все эти мелочи складывались в общую картину, и со временем я понимала, что постепенно преодолеваю свои страхи.

Быть частью университета, иметь возможность заводить друзей и делиться привычками – это стало источником радости. Каждый день я открывала для себя что–то новое, и эта позитивная волна вдохновения помогала мне двигаться вперёд.

Наступили выходные, и после такой насыщенной первой недели в университете я почувствовала, как усталость охватила меня. Решив, что пора расслабиться, я устроилась в своей комнате, обняв свою кошку, которая удобно сидела у меня на коленях. Это было именно то, что мне нужно – уединение и спокойствие. Я достала книгу от Софи Баунт, одну из моих любимых авторов. Восхищение ее творчеством не знало границ. Каждая её история была выполнена с такой чувственностью, что я терялась в ее мире. В этот раз я открыла одну из её самых популярных книг и с интересом погрузилась в увлекательный сюжет. Каждая страница приносила мне радость и новые эмоции. Я любила, как Софи описывала персонажей и их внутренние переживания, создавая живые образы, которые так легко становились частью моей жизни. Я переживала за героев, словно они были моими близкими друзьями, и не могла дождаться, когда увижу, как разрешатся их истории.

Каждый раз, когда я углублялась в чтение, окружающий мир отступал на второй план. Буся мурлыкала, создавая атмосферу уюта, и мне было так комфортно. Были моменты, когда я смеялась, читая остроумные реплики персонажей, и моменты, когда сердце замирало от переживаний.

В конце дня, завершив чтение, я отложила книгу в сторону и пообещала себе, что в следующую выходную погружусь в новый роман Софи. Книги всегда были моими верными спутниками, и я чувствовала, что с их помощью смогу преодолеть любые трудности, которые встречались на моем пути.

Вдруг мама позвала меня на кухню, предлагая попить вместе чай и поболтать. Я с радостью вышла из комнаты, предвкушая уютный вечер. Однако, когда я сделала всего несколько шагов, вдруг меня накрыла темнота. Я не успела понять, что происходит, и сразу же упала на пол, теряя сознание. В этот момент всё вокруг словно застыла, и я погрузилась в странный, знакомый сон. Мгновения, которые я провела в этом состоянии, казались вечностью. Я снова оказалась в том тумане, который меня преследовал с момента аварии. Сон был полон расплывчатых образов, звуков и чувств, которые были слишком далеки от реальности. Я видела смутные силуэты людей и слышала бесконечные голоса, которые шептали что–то у меня в ушах. Но я не могла расслышать, что конкретно они говорят.

На мгновение мне показалось, будто я вижу лицо – может быть, мамы или папы – и ощущала тепло из их объятий. Но всё это снова утекало сквозь пальцы, как вода. Я пыталась схватить эти обрывки воспоминаний, но они снова и снова ускользали от меня, оставляя только пустоту.

Я знала, что мне нужно вернуться к реальности, но каждый раз, когда мне удавалось вырваться из тёмной пропасти, меня снова затягивало. Словно какой–то невидимый поток забирал меня обратно в моменты страха и неопределенности. Я чувствовала себя потерянной, как будто находилась на краю бездны. Чувствовала боль, страх и беспомощность, которые охватили меня, как черная дыра. Я пыталась найти силы, чтобы справиться с этим, чтобы вырваться из этой участи, но они не отпускали меня.


ГЛАВА 5


Прошлое…


Даша


Лето. Июнь. Летние каникулы – это действительно волшебное время, когда каждый день наполнен свежими перспективами и обещанием новых приключений. Солнце светит ярче, а природа расцветает во всей своей красе, создавая идеальную атмосферу для того, чтобы мечтать, исследовать и наслаждаться каждым мгновением. Предвкушение свободного времени и возможности реализовать свои планы наполняет душу радостью. Это время, когда можно забыть о школьной рутине и посвятить себя своим увлечениям: чтению книг, занятиям спортом, путешествиям или просто расслаблению на свежем воздухе. В такие моменты даже самые простые вещи кажутся захватывающими – будь то прогулка по парку или вечерние посиделки с друзьями.

Ваши планы и мечты легко могут осуществиться в это время. Идея составить список дел, которые вы хотите сделать, может стать отличным ориентиром. Возможно, вы хотите научиться чему–то новому, посетить интересные места или просто насладиться временем, проводимым с близкими. Каждый день лета предоставляет уникальную возможность сделать что–то необычное и запоминающее. Это время, когда мир вокруг преображается, наполняясь яркими цветами и солнечными днями. Я ощущала, как колотится сердце от предвкушения множества возможностей и свободного времени, чтобы осуществить все планы, которые я строила в своей голове.

Я хотела погрузиться в страницы книг, которые давно привлекали мое внимание, но на которые не хватало времени в учебный год. Каждый раз, когда я проходила мимо книжного магазина, меня завораживали обложки новых изданий и манящие названия.

Я составила список книг, которые хотела прочитать, начиная от классики и заканчивая современными романами. В этом списке были произведения авторов, о которых я слышала много хорошего, и вышедшие в последнее время бестселлеры. Идея оказаться в разных мирах и пережить увлекательные истории вдохновляла меня.

Я представляла теплые летние вечера, когда буду уютно, устроившись на диване, или на бережку реки у бабушки в деревне, с книгой в руках, погружаясь в яркие образы и захватывающие сюжетные линии. Я тотчас же чувствовала, как слова оживают, и страницы наполняются жизнью. Это был прекрасный способ отвлечься от повседневной рутины и позволить себе забыть о времени, пока я буду следовать за персонажами в их приключениях.

Книги были не только воротами в мир фантазии, но и возможностью узнать о чем-то новом, расширить свой кругозор и узнать разные точки зрения на жизнь. С каждым днем предвкушение возможности погрузиться в мир книг росло. Я была готова к тому, чтобы развивать свои мысли и эмоции через книги, делая это лето не просто незабываемым, а и насыщенным содержанием!

Кроме чтения, я решила создать книжный блог, где буду делиться своими мыслями и впечатлениями о прочитанных книгах. Это станет еще одной возможностью не только для самовыражения, но и для общения с другими любителями литературы. Я представляла, как буду собирать рецензии, писать об уникальных книгах и обсуждать интересные темы. Возможно, это даже приведет к встречам с людьми, разделяющими мои увлечения.


****************************************


Летние каникулы открывали передо мной множество дверей, и среди всего многообразия возможностей была одна маленькая, но заветная мечта – сдать права на мотоцикл. Эта идея возникла в моей голове как тихий шепот, но с каждым днем становилась все более настойчивой и уверенной. Я представляла, как с ветерком мчусь по открытым дорогам, ощущая свободу и волнение.

Когда я решила поделиться своей маленькой мечтой с папой, его поддержка оказалась для меня настоящим вдохновением. Я знала, что для достижения своей цели мне нужны как знания, так и правильное оборудование, и папа стал моим верным союзником в этом пути. Он с пониманием отнесся к моему желанию, и вскоре мы начали готовиться к следующему этапу.

Мама тоже с пониманием отнеслась к моей мечте получить права на мотоцикл, но, разумеется, у неё были свои переживания. Как любящая мама, она всегда заботилась о моей безопасности, и мысль о том, что я буду ездить на двухколёсном транспортном средстве, вызывала у неё некоторые опасения…

Я помню, как в первый раз рассказала ей о своем намерении. В её глазах я увидела смесь поддержки и тревоги. Она задавала мне много вопросов:


– Ты уверена, что это безопасно?


– А что, если произойдет что–то непредвиденное?


Она хотела быть уверенной, что я осознаю все риски и принимаю все необходимые меры предосторожности.

Первым делом я погрузилась в изучение правил дорожного движения. Чтение ПДД стало для меня не только обязательным, но и увлекательным процессом. Я запоминала знаки, требования к управлению и правила поведения на дороге, как будто готовилась к важной миссии. Папа действительно играл ключевую роль в моем обучении и подготовке к получению прав на мотоцикл. Он всегда был рядом, чтобы поддержать и проконсультировать меня, а его опыт и знание дорожных ситуаций становились настоящим источником мудрости для меня. Мы проводили много времени за обсуждением правил дорожного движения и каждодневных сценариев, которые могут возникнуть на дороге. Он делился своими историями и советами, что позволяло мне лучше понять, как реагировать в тех или иных ситуациях.

Каждый разговор с папой добавлял мне уверенности. Я могла задать любой вопрос, даже самый, казалось бы, глупый, и быть уверенной, что получу исчерпывающий и понятный ответ. Вместе мы разбирали, как правильно оценивать дорожную обстановку, как действовать в случае неожиданностей и какие действия могут уберечь от опасности.

В процессе подготовки мы начали обсуждать выбор мотоцикла. Папа знал, какой важный шаг это – правильно подобрать двухколёсного друга. Он помогал мне в поисках, и вместе мы начали изучать разные модели. Учитывая мой возраст и ограничения по мощности, выбора было не так много, но это не смущало нас. Мы рассматривали различные марки и модели. Через ЦЕЛУЮ неделю мы наконец-то нашли подходящий.

Этот мотоцикл стал для нас настоящей находкой. Он оказался простым в управлении, удобным и, что важно, обладает привлекательным дизайном. Я понимала, что это именно то, что мне нужно: мотоцикл, который не только будет надежным спутником, но и подарит мне возможность наслаждаться поездками по открытым дорогам. Папа поддерживал меня на каждом шаге – он знал, как важна для меня эта мечта, и его поддержка придавала мне сил и уверенности.

Мама всегда подчеркивала важность безопасности, и её советы по выбору защитного снаряжения, таким как шлем, перчатки и специальная форма, оказались для меня весьма полезными. Я уверяла её, что собираюсь действовать осторожно и ответственно, и что я буду следить за собственными навыками и решать все вопросы разумно. Со временем она стала больше доверять моим решениям и рекомендациям от папы, и её страхи начали отпускать. Я была благодарна ей за поддержку и понимание, ведь её забота помогала мне быть более ответственным и серьезным в своем отношении к обучению. Это сближало нас, и я понимала, что за каждой её заботой кроется искреннее желание, чтобы я была в безопасности и счастлива. Мама всегда говорила, что важно не только получать новые навыки, но и слушать своё сердце, прислушиваться к внутренним ощущениям. Благодаря её любви и поддержке я чувствовала себя более уверенно.


– Милая, не волнуйся, наша дочь способная девочка. У нее все получится, – подмигнул папа ей.


– Я знаю, но все равно переживаю, – тяжело вздохнув произнесла она.


Наша покупка стала настоящим праздником. Когда я впервые села на мотоцикл, сердце забилось быстрее от волнения и радости. Я ощутила, что теперь я на шаг ближе к своей мечте – управлять мотоциклом и исследовать новые горизонты. Папа с гордостью смотрел на меня, и я понимала, что это не просто моя маленькая мечта, а наша общая победа, благодаря которой я узнала, что мечты могут сбываться, если верить в себя и иметь поддержку близких.

Во время подготовки к экзаменам я все больше мечтала о том, как буду кататься по живописным маршрутам, что позволило бы мне исследовать мир вокруг. Я представляла, как по утрам отправляюсь в поездки по загородным дорогам, наслаждаясь свежим воздухом и прекрасными пейзажами.


*****************************************


Я ехала по обычному маршруту по трассе. Мимо моего любимого леса. Впереди стояли мотоциклисты. Прям посреди дороги! Они идиоты? А как я проеду? Я ехала и сигналила им, но они игнорировали. Я остановилась прям перед ними.


– Вы идиоты? Дайте проехать! – крикнула я на них.


Но они только усмехнулись. Мои глаза пылали яростью. Идиоты! Словами не передать, как я зла. Почему они не дают мне проехать? Я заметила, что они странно на меня смотрят. Будто раздевают взглядом. Один даже облизнулся. Мерзость! Фу!


– За поцелуй пропустим. – усмехнулся один из них.


Я посмотрела на него с отвращение. Целоваться? С ним? Что за бред? Слишком много на себя берет. Не для него мама ягодку растила. Я смотрела на него через шлем и балаклаву. Не скажу, что парень был некрасивым. Он был симпатичным блондином. Высоким. Немного худощавый. С ядовитой улыбкой, из-за чего у него появлялись ямочки на щеках. Ужасное комбо. Да еще и блондин! Все они смазливые говнюки. Бесит.

Вдруг он подошел ко мне почти вплотную. От него воняло сигаретами. Хоть я и сама курю, но это уже перебор. Он хотел взять меня за талию, но я быстро его оттолкнула.


– Отвали! – крикнула я и посмотрела на него злостью.


– Дерзкая? Мне нравится. Да ладно тебе. Потусуйся с нами. Тебе понравится. Поехали со мной. Только ты и я. Развлечемся. Знаешь, я в постели хорош. Девчонкам нравятся мои ласки. Я уверен, ты оценишь тоже. – подмигнул он мне и опять протянул ко мне свои руки.


– Я и не сомневаюсь. – съязвила я.


Я влепила ему пощечину. От шока он немного отлетел и уронил свой шлем. Его взгляд сразу стал диким и страшным. Я отошла на шаг назад. Мне стало страшно. Мне кажется, что если бы я была зайцем, то мгновенно бы удрала. Он замахнулся рукой, и я сразу зажмурила глаза. Но нас прервал грубый голос.


– Что здесь происходит? – отозвался голос из толпы.


ГЛАВА 6


Кирилл


Я найду тебя…


ГЛАВА 7


Кирилл


Я не могу поверить, что моя девочка меня не помнит. Это не просто мысль – это тяжёлый предмет в груди, который гнетёт дыхание и заставляет мозг работать в замедленном темпе. Первым приходит оцепенение: будто время остановилось, а мир вокруг продолжил движение без меня. В голове мелькают миллисекунды наших дней – её смех, запах её шампуня, ее поцелуи, ее объятия, манера засовывать волосы за ухо, маленькие странности, которые раньше казались такими незначительными, а теперь – единственными доказательствами того, что мы были рядом. Эти кадры живут своей жизнью, и чем ярче я их вижу, тем отчетливее чувствую пустоту в её взгляде.

То, как она на меня смотрела, разрывало сердце на части не только из-за отсутствия узнавания, а потому что в этом взгляде не было меня. В ее взгляде нет ни упрека, ни жалости, ни любви, ни боли – ничего. Просто пустота.

Меня бросает в холодный пот: ладони мокрые, сердце колотится, и я не понимаю, куда деть всю эту растущую тревогу. Я ничего не могу сделать – и это чувство бессилия давит сильнее любой физической боли.

Вместе с растущим отчаянием приходит вина – тихая, ядовитая. Если бы я рассказал ей ту самую историю по-другому, если бы чаще говорил, как люблю, может, её память так легко не растворилась бы. Эти мысли о самообвинении жгут не меньше, чем сама потеря. Я ловлю себя на желании наказать себя за то, что не был с ней рядом, когда так нужен был. Я плохо ее оберегал.

Параллельно растёт и злость – не столько на себя, сколько на судьбу, на обстоятельства, на нечёткие, холодные факты: почему память выбрала меня? Почему взяла именно то, что связывало нас? Эту злость я храню внутри, потому что боюсь, что высказать её вслух будет жестоко. Боюсь напугать свою девочку. Вместо этого мой гнев превращается в молчаливую решимость пытаться дальше, искать врачей, способы, слова, любые ниточки, которые могли бы что-то зашевелить внутри неё.

Но есть еще одна проблема. Ее отец. Александр Александрович собственной персоной. Ее отец всегда меня ненавидел. Всегда был против наших отношений. Он даже угрожал мне. Его голос был железом ещё с тех пор, как я первый раз переступил порог их дома: холодный, контролирующий, полный ненависти ко мне. Я никогда не слушал его, да и Даше не рассказывал. Я не хотел ее расстраивать.

И ее отец меня не пускает. Но я должен быть с ней рядом. Должен. Я хочу ее увидеть, обнять, поцеловать. Я так по ней не скучаю.

Ее отец обвиняет меня организации аварии. Но это же полный бред. Зачем мне так поступать с моей девочкой? Или он думает, что вражда между ним и моим отцом как-то повлияла на меня? Да никогда!

Пусть будет так: я не белый и не пушистый. Пусть ее отец обходит меня стороной. Да, про меня много чего можно услышать. Но правду никто не знает, кроме Даши. Знать информацию обо мне слишком рискованно для нее. Я опасный человек. Мой отец нелегально продает оружие. Слава Богу, до наркоты не дошло. Я отговорил. Но некоторые его клиенты знали, что я его сын и это было проблемой. А главное – опасностью для Даши. Но это не делает меня монстром, который планирует убить свою любимую девушку.

Даша – не товар, не козырь, не средство. Она – человек. И уж тем более она не имеет никакого отношения к моему отцу.

Я давно покинул семейный дом. И давно не видел отца. Не поддерживаю с ним общение. Только с мамой, иногда с братом, Артемом. И то, мы видимся на нейтральной территории, чтобы не спровоцировать ссору. Мой младший брат пошел по стопам отца. Хотя у него целая жизнь впереди, но он выбрал не ту дорогу. Не пошел в университет, отказался от друзей.

У меня своя жизнь. Строительный бизнес, сеть ресторанов, а теперь уже и пошли книжные магазины. Ну, книжные магазины для Даши. Ведь она мой любимый книжный червячок.

Но для ее отца всё, что я делаю по ночам, равноценно угрозе, и он готов поверить в любую версию, которая позволяет ему защитить дочь. Может, он прав в одном – я мог бы причинить ей боль. Но не так. Не по моей вине. Я никогда не желал ей смерти. И мысль, что кто‑то мог бы использовать наш конфликт, чтобы сделать ей больно, ломает меня сильнее любых обвинений в мой адрес.

Я не хочу, чтобы Даша сейчас волновалась. Это плохо скажется на ее выздоровлении. Она проснулась из темноты и уже потеряла слишком много. Ей нужно простое: руки, голос, привязанность, тёплая правда. Я хочу быть тем, кто даст ей это. Я хочу войти в палату, взять её за руку и не отпускать. Я хочу ей сказать, что всё будет хорошо.

Слова: «Я тебя не пущу» – разбивают меня на атомы. Но внутри что‑то свернулось и затвердело: не уступать. Не отступать, если это шанс хотя бы прикасаться к ней.

Я сжимаю кулак, и в этом кулаке – не угроза, а обещание: я сделаю так, чтобы она не осталась в одиночестве с чужой уверенностью. Если придётся – я уступлю своим теням и покажу, что даже тёмная фигура способна быть светом для одного человека. Я сделаю всё, чтобы быть рядом.

В конце концов, любить – значит выбирать снова и снова. Я выбираю её. И пускай мир считает это преступлением – для меня это пока что единственное оправдание.

Она – мой луч солнца, моя радость, тот свет, который пробивается сквозь все мои тени. Даже если её унесут далеко и закроют за толстыми стенами подозрений и лжи, я приложу все силы, чтобы вытащить её из этого мрака. Я знаю, как действовать в темноте: у меня есть пути, люди и умение находить щели там, где остальные видят только запертую дверь.

Если нужно – я сожгу все мосты, но я найду ее. И пусть весь мир против – я не отступлю.


ГЛАВА 8


Прошлое…


Даша


Парень сразу замер, и я открыла глаза. И вышел он. Высокий парень с темными волосами и яркими зелеными глазами. С широкой спиной и на вид сильными руками. Он был в обычной черной футболке и серых спортивных штанах, которые подчеркивали его фигуру. Его голос вывел меня из шока. Такой грубый, но в то же время мягкий. Я подняла голову, чтобы встретиться с ним взглядом. Он смотрел на меня не отводя взгляд. Его глаза будто пленили меня.


– Я задал вопрос, – сурово сказал он.


Я будто проглотила язык. Не знала, что ему ответить. Все парни мотоциклисты такие идиоты?


– Бро. Не волнуйся, я разберусь с этой дерзкой сучкой. Предоставь это мне.


Однако тот даже не обратил внимания на парня. Его взгляд был сосредоточен на мне. Я продолжала смотреть ему в глаза. Он наклонился ко мне.


– Что происходит? – тихим голосом спросил он.


– Я…я хочу проехать… – тихо сказала я. – но твой друг не давал мне проходу и стал приставать.


Тот сразу нахмурился и повернулся к другу. Его взгляд был опасным. Диким. Он ударил своего друга по лицу. Из носа пошла кровь. Тот быстро прикрыл свой нос, чтобы не испачкать свои шмотки. Хотя переживать особо не нужно. На нем были самая дешевая рваная футболка и черные джинсы. Про ботинки я вообще молчу. Единственное в его образе выделялось – это симпатичные наручные механические часы.


– Ты думаешь я дурак и нечего не вижу!? – крикнул он на своего друга.


– Эй! Бро! Какого черта? Только не говори, что она тебе понравилась. Она даже не в твоем вкусе. – злобно хохотнул он, продолжая прикрывать свой нос.


Вся остальная компания стала смеяться с того, что его уделала девчонка, однако они были удивлены, что их самый уважаемый друг ударил своего лучшего друга, так еще и разбил нос, да еще и до крови. Они продолжили наблюдать за развитием событий.

Мотоциклист стразу повернулся ко мне, и его выражение лица стало мягким. Я коснулся моего шлема рукой и немного улыбнулся. Его друзья открыли рот от шока. Те не ожидали, что он улыбнется.


– Не бойся. Проезжай. Прости за моего друга. Я, кстати, Кирилл – сказал он и протянул мне свою руку.


– Я Даша. Спасибо за помощь. И я не боюсь идиотов – съязвила и пожала его руку.


– ЭЙ! – крикнул его друг.


Кирилл закатил глаза и хохотнул со словами:


– Кто бы сомневался.


Я зыркнула на него, села на свой мотоцикл. Те убрали свои мотоциклы и дали мне проехать, провожая меня взглядом. Я кивнула Кириллу, в знак благодарности, и он кивнул мне в ответ. Я набрала скорости мотоцикла столько, сколько я могла из него выжать. Что только что сейчас произошло?! Какого черта? Кем себя возомнил тот придурок? Как он посмел ко мне приставать?

До моего дома добираться минут двадцать. Я все еще была зла, однако я уже немного успокоилась. Честно, я была рада, что там был этот Кирилл. Я думала, что он очередной мотоциклист с огромным эго. Но нет, он оказался даже очень милым. А я как обычно съязвила. Ну, не могла ли я быть хоть немного добрее и проще? Он же помог мне. Как так можно? Вот так всегда. Огрызнусь, а потом жалею. Ладно, не буду об этом думать. Родителям тоже не скажу. Мама бы только переживала, а папа бы поднял свои связи и нашел этих парней, и им бы было несладко. Я молчу про то, что он сам бы с ними захотел разобраться. Им бы светил, как минимум, травмпункт. Не хочу этих проблем. Я дочка прокурора и зная моего папу, он бы ради меня звезду с неба достал. На работе он жесткий прокурор, а дома – мамин милый маленький котенок и мой самый лучший и добрый папа. Тем более, не хочу афишировать, что он мой папа. В прошлой школе со мной пытались дружить только из–за этого. Но за спиной всегда говорили про меня разные гадости. В принципе из–за этого я и сменила школу. Меньше знают – крепче спят.

Со своими мыслями я уже подъехала к своему гаражу. Я затащила мотоцикл и оставила шлем на полке. Я закрыла свой маленький гаражек и направилась домой. Я достала наушники из сумки и включила свою любимую песню и пританцовывая направилась к дому.

Был уже одиннадцатый час. Родители уже спали. Меня встретила кошка. Я сняла кроссовки и пошла в свою комнату. Я посмотрелась в зеркало и подмигнула самой себе. Ну, красотка! Кошка мяукала, прося ласки. Я погладила ее и направилась в ванную. В душе я думала о сегодняшнем случае. Почему–то меня тянуло к глазам Кирилла.

Его большая и сильная рука…тело…волосы…эта улыбка…спина. Черт…ну и глупая. Его губы такие пухлые. Интересно, как он целуется? Грубо или нежно? Черт! Даша! Прекрати! Нельзя же так.


Может мы еще встретимся?


*****************************************


Кирилл


Черт…эта девчонка горячая штучка. Насколько я знаю, это Даша, дочь прокурора.

Спортсменка, активистка, хорошо учиться, гоняет на моцике, еще и какой-то блогер. Не знаю, не уточнял. Еще и читает что-то. Вроде какие-то любовные романы. Многие говорили, что она стерва, идет до конца. И, конечно, полно фейковых слухов. Без этого никак. А что мы хотим от нашей дыры?

Однако в одном они были правы. Она правда в какой–то степени стерва. Я часто ее видел в нашем районе. Единственная девчонка, которая катается на мотоцикле. Скорее всего, эти слухи разносят какие-нибудь завистливые сучки или парни, которым она отказала. Я не удивлюсь, если это так. Таких полно.

Но это еще цветочки. Черт… Спросите меня, не пускал ли я слюни по ней? Конечно, пускал! Я первое животное в этих рядах. Эта девчонка с огоньком полностью очаровала меня. Не знаю чем. Ее карие-зеленые глаза просто нечто. Это не передать словами. Как она на меня смотрела. Боже. От одного ее взгляда ноги подкашиваются. Я, как подросток. Ее кудрявые волосы развивались на ветру. Так и манят, чтобы я к ним прикоснулся и распутал их или уткнулся в них носом. Интересно, чем они пахнут? Наверное, каким-то дорогим шампунем или что-то этого рода. Ее милая улыбка…она как солнышко по утрам.

А губы? Боже, они такие пухлые и розовые. Так и хочется укусить и посмотреть на ее реакцию. Ее талия…боже… если бы можно было, то держал бы ее часами. Когда я увидел, что мой друг схватить ее за талию, я думал, что убью его. Только я буду касаться ее талии.

А грудь? Леха так жадно смотрел на нее. Она была в обычной черной укороченной водолазке, но черт, грудь все равно хорошо стояла, и он это видел. Ее пухлы бедра просто сводили меня с ума. Волейбол дал о себе знать. Ни одной тренировки не пропускала. Брат часто о ней рассказывал.

Вот бы уткнуться между ними. Я просто представляю, как бы она сжимала мою голову ими. Я бы их расцеловал, а потом бы искусал, чтобы остались следы. Черт…как же круто джинсы облегают ее попку. Как она уверенно сидит на мотоцикле. Вот бы она так уверенно сидела на мне. И не я один это вижу. Черт… это и бесит. Я не хочу, чтобы кто-то еще смотрел на ее фигуру кроме меня. Она моя. По крайней мере, она будет моей. Я ее не отпущу.

Похоже, я сошел с ума. Я без ума от шестнадцатилетней девушки. Я не какое–то животное. Я бы не посмел к ней прикоснуться, если бы она того не захотела. Ради нее я готов пойти на все. Готов стать котенком, если она того попросит.


****************************************


Кирилл


Начались выходные, а значит вся молодежь соберется на парковке около парка. Абсолютно все. Я уже вижу некоторых мотоциклистов и парней с крутыми тачками. Музыка гремела из открытых багажников, смеси бензина и резины наполняли воздух, смешиваясь с жаром позднего вечера. Они все казались одной большой волной – шумной, яркой и немного бессмысленной. Меня это раздражало: весь этот спектакль тщеславия и пустых слов.

Раз они здесь, то скоро подойдут девчонки, которые ищут либо бесплатного водителя, либо секс на одну ночь, либо халявной выпивки. Как же меня это раздражает. О чем эти девочки думают? Всем им нет и восемнадцати. Что творится с нашим миром?

Всё это похоже на фарс: маска взрослости на ребячьих лицах. Мне противно смотреть на эту лёгкость – как будто всё можно разменять на момент удовольствия и уйти, не оглядываясь.

Но я ждал ее. Дашу. Раз ее подруги здесь, то и она должна быть тут. Я так хочу ее увидеть и с ней заговорить. Черт. Мне двадцать три. Взрослый мужик уже, черт. Но боюсь заговорить со шестнадцатилетней девушкой.

Сзади ко мне подошёл друг, Леха и положил руку на плечо.


– Эй, бро, – протянул он, – почему не веселишься?


– Отвали, – вырвалось у меня сухо.


– Да ладно тебе, – он засунул руки в карманы, ухмыльнулся. – Ты до сих пор злишься из‑за той сучки?


Это прозвучало как искра в порохе. Я нахмурился и схватил его за воротник джинсовки так резко, что он закашлялся. Я кипел от злости. Как он посмел снова так ее назвать?


– Не смей так о ней говорить, – рыкнул я, и в голосе не было никакой шутки. – Иначе ты забудешь, как дышать.


Он на миг побледнел. Смех, который собирался вырваться, застрял где‑то в горле и превратился в нервный стон. Вокруг послышались шепоты – несколько парней обернулись, почувствовав напряжение.


– Эй, ну ты чего, – пробормотал он, пытаясь рассмеяться уже по‑иному, но в голосе дрожал страх. – Я же прикалываюсь, бро, успокойся.


Я сжал сильнее, чтобы показать, что не шучу. Его взгляд метался, он видел в моих глазах то, что пытался скрыть от всех: искреннюю ярость и страх за неё.


– Вдруг ты не понял, – с трудом проглотив, сказал я тише, но ещё более угрожающе, – ещё раз – и я не отвечаю за себя.


– Ладно‑ладно, я не хотел, – торопливо шептал он. – Я ошибся. Извини, окей?


Я не мог позволить себе устроить сцену – у меня были другие цели, и драка в парке привлекла бы к нам ненужное внимание. Да и с ментами не хотелось связываться. Но дух, который рвался наружу, не утихал.


– Больше так не говори, – едва слышно произнёс я. – Понял?


Он кивнул, слишком быстро, и, не дожидаясь моего одобрения, повернулся и растворился в толпе, оставляя после себя запах бензина и недосказанности. Я посмотрел ему вслед, а затем снова к окружению – к свету фар и к мелькающим силуэтам. Глаза мои пробежались по лицам, и где‑то там, в одном из отражений капель, я пытался найти её силуэт.

Внезапно среди шума и грохота я услышал тот самый смех – лёгкий, звонкий, как колокольчик на ветру. Сердце будто перестало биться на долю секунды, а потом рванулось так, что в висках застучало.


Я увидел ее.


Она стояла чуть в стороне, в маленькой группе подружек, и смеялась – голова откинута назад, глаза сжаты от радости, волосы струились по плечам. В этом смехе было всё: и та непосредственность, и та беззащитность, ради которой я готов нарушить любые правила. На мгновение весь мир вокруг исчез – машины, разговоры, сам я – остался только её силуэт, освещённый мигающими лампами. Она так мило заправляет за ухо свои кудрявые волосы. Она не пила, не флиртовала. Просто веселилась с друзьями своего возраста, не больше.

Гнев испарился, как утренний туман. На его месте осталась пустота и невероятная лёгкость, смешанная с тоской. Я ощутил, как вся злость превращается в что‑то другое – в нежность, в болезненное желание обнять её здесь и сейчас, забыть про запреты и обвинения. Руки сами потянулись вперёд, будто не по моей воле. Но я сдержал себя. Я не хотел ее пугать.

И вдруг я вижу ужасную картину. Уже в зюзю пьяный Леха подошел к моей девочке. Вижу, как он пытается коснуться Даши, но та его оттолкнула. Я на секунду выдохнул с облегчением, но тут раздался громкий хлопок и крик Даши.

Среди света фар и сигаретного дыма я увидел мерзкую картину. Даша держалась за губу: кровь, багровая линия на нижней губе, которую свет фонаря выхватил, как яркий удар. Рядом мои парни уже схватили Лёху за руки и прижали к асфальту: один крепко держал за шею, другой – за запястья. Он ворчал, матерился, пытался вырваться, но сильные руки и крепкие предплечья не дали ему и шанса.

Во мне будто что‑то лопнуло. Рев поднялся в ушах, и мир сузился до этой компании: до неё – хрупкой, с губой, которая теперь дёргалась в попытке не заплакать, до Лёхи – неуклюжего и жалкого, и до тех, кто держал его, чтобы он не сделал хуже. Я шагнул вперёд, готовый порвать его на части. Но решил разобраться с ним позже. Сейчас Даша важнее.

Я наклонился к Даше. Её глаза были большие, в них смешались страх, стыд и немая просьба не показывать слабость. Рука тряслась, она чуть прикрыла губу – пальцы в крови. Лицо её было бледно, но в глазах мелькал бойкий огонёк, тот самый, что когда‑то свёл меня с ума.


– Ты в порядке? – спросил я, тихо наклоняясь к ней.


Она кивнула, и слеза вырвалась наружу. Я осторожно провёл рукой по её щеке, убирая прядь волос, и в этот жест вложил столько защиты, сколько мог дать. Вокруг густо шуршали разговоры.

Я поднял ее на руки и посадил в машину.


– Ты что творишь? – стала кричать она.


– Не бойся, пока я жив, никто не посмеет тебе сделать больно. – пообещал я, целуя ее в лоб.


ГЛАВА 9


Даша


Очнулась я в своей комнате. Снова те самые знакомые потолки. Мои стены, обклеенные мужчинами из аниме и манги. Рядом сидит мама с красными и опухшими глазами от слез. А рядом с моей кроватью стоял наш семейный врач, дядя Игорь. Он смотрел на меня с обеспокоенным взглядом.

Сколько помню себя, этот врач всегда работал с нашей семьей. Он с детства был со мной. Я буквально выросла у него на глазах. Я помню его еще молодым. Высокий блондин с широкой спиной и доброй улыбкой. Улыбка мужчины, полная тепла и нежности, может растопить даже самое холодное сердце. В такой момент его глаза становятся нежными и искренними, а улыбка приобретает нежную кривизну.

Его густые брови олицетворяли его мужественность. Всегда, когда я болела, после осмотра он всегда давал мне какую-нибудь сладость и гладил по голове.


– Принцесса, ты в порядке? – спросил доктор.


Я медленно кивнула, глядя на маму. Она держала меня за руку и гладила по голове, как когда-то делала в детстве. Дядя Игорь полностью осмотрел меня и вывел маму из комнаты. Я лежала и смотрела в потолок, пока он что–то бурно обсуждал с ней.

В этот момент в мою комнату ворвался папа с обеспокоенным лицом. Весь запыханный, наверное, бежал сразу с парковки.


– Принцесса! Ты как? – с одышкой произнес папа.


– Я в порядке. Просто немного голова закружилась. Прости, что заставила волноваться.


Папа хотел что-то ответить, но дядя Игорь положил ему руку на плечо и вывел из комнаты, как бы намекая, что нужно серьезно поговорить.

Я просто лежала в кровати. Моя кошка прыгнула ко мне и легла на грудь. Пока я лежала, я слышала, как мама снова стала плакать, а папа начал кричать. Он никогда так не делал, если его реально что-то не разозлило. Он даже никогда не повышал голос на маму, а тут такое. Я тихо встала и подошла к двери, чтобы подслушать их разговор. Они снова стали обсуждать мою аварию и потерю памяти, кого-то парня. Я слышала, как мама уже не могла связать и двух слов. Я последний раз я видела ее такой, когда попала в аварию. В основном ругались папа и дядя Игорь.


– Саша! Она должна с ним увидеться! Это последний шанс! Иначе она всегда будет такой! Она должна преодолеть свою травму. Даша не сможет жить нормально. Ей сняться кошмары! Она нуждается в нем. Если мозг не помнит, то тело помнит. Как ты этого не понимаешь!?


– Нет! Этому не бывать! Я не хочу, чтобы она с ним виделась. Он не достоин Даши. Это из–за него она попала в аварию! Из–за него моя дочь такая! Из–за него она плохо спит! Это его вина. Если бы не он, то этого не было бы.


– Саша, мы оба знаем, что это не так. Мы оба знаем, что это не его вина. – тихим тоном ответил дядя Игорь.


Из-за него? Кого? Того парня, который был в больнице? Как его звали…Кирилл…?


– Милый, он прав. Она должна с ним поговорить. Ты же знаешь, как он ее любит. Дай ему шанс. Он не может без нее, как и она без него. Мы не должны их разлучать. – шепотом сказала мама.


– Мой ответ нет, Алеся! Я не позволю ему найти Дашу. Он никогда ее не найдет! Мне плевать кто он и его отец! Она будет счастлива и без него! Он опасен для нее! – крикнул он и снова направился в мою комнату.


– Но милый, Кирилл…


– Алеся! Не смей произносить его имя! Никогда!


Услышав его шаги, я быстро запрыгнула в кровать и накрылась одеялом. В голове метались слова родителей и дяди Игоря. Папа сел на край кровати и, нахмурив брови, тяжело вздохнул. Положив руку мне на голову, он грустно улыбнулся и посмотрел на меня. Я поняла этот взгляд сразу. Тот самый виноватый взгляд. Он что–то скрывал от меня, но он не хотел, чтобы я опять волновалась. Не хотел меня травмировать. Ведь дядя Игорь дал четко понять ему одну вещь: ни в коем случае не позволять мне волноваться. Но, к сожалению, он не знает, что у него это не получается.


– Даша, неделю будешь дома. Тебе нужно отдохнуть. Твое здоровье важнее. – спокойно сказал папа.


С этими словами он поцеловал меня в макушку и вышел из комнаты. Мой взгляд снова вернулся к потолку и стенам. Почему папа против, чтобы я говорила с Кириллом? Я должна это узнать. Не должна, а обязана. Я устала жить в неведении.

Я резко встала с кровати и, не обращая внимание на головокружение, достала свой старый телефон. Обычный iPhone 12 белого цвета. Он пережил со мной огонь, воду и медные трубы. Там было много разных папок фото и видео. Заметки, обои, сообщения. Все указывало на Кирилла. Но кто он и что нас связывало я не помню. Мы встречались или нет? Почему папа не хочет, чтобы он нашел меня? И почему даже лучшая подруга не рассказывает? Папа и ей сказал молчать? Что они от меня скрывают?

Я открыла галерею и залилась светом чужих мгновений. Экран ожил нашими лицами – такими знакомыми и одновременно чужими. Мы обнимаемся, смеёмся, на одном фото прижимаемся друг к другу у костра, укутанные в один плед, и даже на расстоянии кадра – между нами только тепло и взаимность. От снимка с поцелуем мне стало неловко. Я умею целоваться?

Сомнения снова ворвались в голову, как холодные волны. Камера зафиксировала то, что для меня сейчас – лишь следы и доказательства, не подкреплённые внутренним осознанием. Воспоминания, которые должны были быть живыми, выглядели теперь как чужие воспоминания, найденные в старом чемодане.

Его руки крепко держат меня за талию будто не хочет никогда меня отпускать, а моя голова покоиться на его груди. И мой взгляд мягкий и спокойный, и на лице сияла улыбка. Я умею так улыбаться? Что этот парень со мной делал? Сколько себя помню я никогда так не улыбалась, не была такой спокойной и умиротворенной, но на фото я чувствую себя в безопасности. Есть фотографии и видео, где мы гоняем на мотоциклах по голой трассе. Скорее я на мотоцикле, а он – на крутом и огромном байке. На видео я не боялась, ни скорости, ни крутых поворотов, ни ветра. На одной из наших совместных фото, я хорошо разглядела его карие глаза, наполненные нежностью ко мне. Его широкие брови показывали его властность и мужественность. А улыбка сияла уверенностью и привязанностью. Она так и завораживает. Его губы так и просили меня наклониться и поцеловать их через телефон. Честно, он похож на преданного песика.