Михаил Соловьев
Пробуждение. Выбор

ГЛАВА 1. «Пробуждение администратора»

Макс открывает глаза и не понимает, где он. Боль сидит во всём сразу: в ребрах, в шее, в пальцах. Дышать получается коротко, будто грудь стянута ремнём.

Потолок палаты. Белая люстра. Свет холодный, синий, как в коридорах, где экономят на всём, кроме контроля.

Во рту сухо. На языке горечь, как после таблетки, которую проглотил и не запил. Макс пытается повернуть голову и чувствует пластырь на виске. Под ним тянет, как от ожога.

У тумбочки стоит кружка. В ней на донышке вода, тёплая, с привкусом пластика. Макс делает глоток и сразу кашляет: горло дерёт, будто внутри песок. Второй глоток идёт легче. Третий он уже экономит, хотя в палате никого, кто мог бы отнять.

На спинке стула висит куртка. Не его. Пустые карманы, чужая ткань. Макс трогает шов и находит бирку, оторванную наполовину. Здесь вещи меняют хозяев так же быстро, как статусы на браслете.

В углу у стены шкаф с медикаментами. На дверце тонкая наклейка: «Только по допуску». Макс дёргает ручку. Замок не щёлкает, не сопротивляется — просто не двигается, как бетон.

Система: ДОСТУП К ШКАФУ

СТАТУС: ЗАПРЕЩЁН

ПРИЧИНА: РЕВИЗИЯ

ПРИМЕЧАНИЕ: РЕСУРС КВОТИРОВАН

Ему дают увидеть, что всё закрыто, и этим уже объясняют, кто здесь главный.

На запястье браслет. Пластик и металл, тонкая стеклянная полоска. Он не давит, но руку держит в учёте. Когда Макс сгибает кисть, браслет чуть щёлкает, и от этого щелчка становится хуже: значит, внутри есть механизм.

На столе у кровати лежит интерфейс. Экран тёмный, но просыпается сам, как только Макс поднимает руку.

Система: ИНИЦИАЛИЗАЦИЯ СЕССИИ

СТАТУС: АДМИНИСТРАТОР ПРОБУДИЛСЯ

РЕЖИМ: АКТИВЕН

УРОВЕНЬ ДОПУСКА: ВРЕМЕННЫЙ

ИСТОЧНИК: ВНЕШНИЙ КОНТУР

Макс садится. Простыня сползает, и холодная кожа стола касается колена. Ноги чужие: слабые, ватные. На полу плитка, чистая, но от неё тянет сыростью, будто под медблоком пустоты.

Система даёт следующий блок, как медицинскую карту, которую ему подсовывают без объяснений.

Система: ПРОТОКОЛ ПЕРВИЧНОГО ДОПУСКА

ШАГ 1: СЧИТЫВАНИЕ БРАСЛЕТА

ШАГ 2: БИОМЕТРИЯ

ШАГ 3: ФРАЗА ПОДТВЕРЖДЕНИЯ

ОШИБКА: 0 ДОПУСТИМЫХ СБОЕВ

У изголовья кровати стоит маленький считыватель, вмонтированный в стену. Макс тянется к нему. Пальцы дрожат, и он злится на дрожь сильнее, чем на боль: дрожь выглядит как слабость.

Он прикладывает браслет. Считыватель пищит коротко.

ШАГ 1: ПРИНЯТО

Система не спешит. Между строками проходит пауза, будто кто-то на другой стороне смотрит, дышит, решает.

Система: ШАГ 2

ПАЛЕЦ: ПРАВЫЙ БОЛЬШОЙ

ДАВЛЕНИЕ: ДО НОРМЫ

Макс кладёт большой палец на стекло считывателя. Оно ледяное. Он давит сильнее, чем нужно. Считыватель пискнет длиннее, предупреждая.

ДАВЛЕНИЕ: ВЫШЕ НОРМЫ

ПОВТОРИТЬ

Он убирает палец, вытирает его о простыню и кладёт снова, уже ровно. Дышит сквозь зубы, чтобы не закашляться.

ШАГ 2: ПРИНЯТО

Система выдаёт третий шаг.

Система: ШАГ 3

ПРОИЗНЕСИТЕ ФРАЗУ

ТЕКСТ: «Я ПРИНИМАЮ РЕГЛАМЕНТ»

ЗАПИСЬ: ОБЯЗАТЕЛЬНА

Макс смотрит на строку и ощущает, как в груди поднимается злость. Фраза звучит как присяга. Но без неё он не выйдет из палаты, это видно по замкам в коридоре.

Макс произносит вслух, тихо, хрипло:

— Я принимаю регламент.

Считыватель ловит голос и щёлкает.

Система: ДОПУСК ПОДТВЕРЖДЁН

СЕССИЯ: ОТКРЫТА

ОГРАНИЧЕНИЕ: РЕВИЗИЯ АКТИВИРОВАНА

ПРИМЕЧАНИЕ: КОМАНДЫ СНИЖЕНЫ

Макс сразу лезет туда, где должен быть ответ. На экране логи: цифры, отметки, короткие статусы. Дальше — пустота.

На дату последних трёх дней:

СОБЫТИЯ: ОТСУТСТВУЮТ

ЖУРНАЛ: ПОВРЕЖДЁН

ЗАПИСЕЙ: 0 ПРИ 200 СМЕРТЯХ

АРХИВ: НЕДОСТУПЕН

Макс жмёт на журнал.

ДОСТУП ЗАПРЕЩЁН

РЕВИЗИЯ АКТИВИРОВАНА

ИСТОЧНИК: ВНЕШНИЙ КОНТУР

Жмёт снова.

ДОСТУП К АРХИВУ ОТОЗВАН

УРОВЕНЬ ДОПУСКА: ПОНИЖЕН

ПОДТВЕРДИТЬ?

Макс не подтверждает. Вместо этого ищет обход, потому что обход — единственный язык, который здесь ещё работает.

ЗАПРОС: РЕЗЕРВНАЯ КОПИЯ

Экран на секунду белеет, будто моргнул. Потом:

РЕЗЕРВНАЯ КОПИЯ: НЕ НАЙДЕНА

ДАННЫЕ УДАЛЕНЫ НА УРОВНЕ УЗЛА

Система добавляет красную строку, как отметку в деле.

Система: КЛАССИФИКАЦИЯ

РОЛЬ: АДМИНИСТРАТОР

ПОВЕДЕНИЕ: СКЛОНЕН К ОБХОДАМ

БАЛЛЫ: +15

Макс ещё раз.

ЗАПРОС: ТЕНЕВОЙ ЛОГ

Экран гаснет на две секунды и включается снова.

ТЕНЕВОЙ ЛОГ: ДОСТУП ЗАПРЕЩЁН

ЮРИСДИКЦИЯ: ВНЕШНИЙ КОНТУР

Система: КЛАССИФИКАЦИЯ

РОЛЬ: АДМИНИСТРАТОР

ПОВЕДЕНИЕ: НАСТОЙЧИВОСТЬ ВЫШЕ НОРМЫ

БАЛЛЫ: +21

Макс делает третий запрос и сразу видит, что его не отталкивают — его ведут по коридору, где каждая дверь подписана.

ЗАПРОС: СТАТУС УЗЛОВ

УЗЕЛ-1: АКТИВЕН

УЗЕЛ-2: АКТИВЕН

УЗЕЛ-3: СОСТОЯНИЕ НЕИЗВЕСТНО

УЗЕЛ-4: СТАТУС НЕ СОВПАДАЕТ С РЕЕСТРОМ

РЕЕСТР: ПЕРЕПИСЫВАЕТСЯ В РЕЖИМЕ РЕАЛЬНОГО ВРЕМЕНИ

Система: КЛАССИФИКАЦИЯ

РОЛЬ: АДМИНИСТРАТОР

ПОВЕДЕНИЕ: ПЫТАЕТСЯ ОЦЕНИТЬ СТРУКТУРУ

БАЛЛЫ: +8

Макс проводит пальцем по экрану и видит мелкую приписку под баллами. Не про архив и не про узлы — про него.

Система: ПРИМЕЧАНИЕ

ТИП: ПСИХОЛОГИЧЕСКИЙ ПРОФИЛЬ

СВОЙСТВО: РЕАКЦИЯ НА ОТКАЗ

ИТОГ: УСИЛИТЬ ОГРАНИЧЕНИЕ

Он смотрит на эти строки и впервые чувствует не злость, а холод. Профиль составляют прямо сейчас, из его движений. И чем больше он дёргается, тем точнее им будет.

Макс закрывает экран и делает то, что умеет лучше всего: проверяет железо. На столе под интерфейсом лежит провод питания. Он вытянут, как удавка. Макс вытаскивает штекер и вставляет обратно. Экран моргает, но не гаснет. Внутри нет «перезагрузки». Внутри есть «разрешено моргнуть».

Система: КОНТРОЛЬ ПИТАНИЯ

ПЕРЕЗАПУСК: НЕДОСТУПЕН

ПРИЧИНА: РЕВИЗИЯ

Макс переводит взгляд с экрана на дверь палаты. На дверной ручке — датчик. Металл тёплый от чьей-то ладони, которая трогала его до него. Он встаёт, и ноги подламываются один раз, но он ловит себя на столе.

Теперь — не запрос. Команда.

ПРИКАЗ: ПРИОСТАНОВИТЬ РЕВИЗИЮ

ОТКАЗ

КОМАНДА НЕ РАСПОЗНАНА

ПРИКАЗ: СИНХРОНИЗИРОВАТЬ РЕЕСТР

КОМАНДЫ НА ПАУЗЕ

ЖДИТЕ

Под ногами появляется едва заметная вибрация. В коридоре палаты мигает свет: один, два, три раза. Потом в стенах проходит щелчок.

Щёлкают электронные замки — сразу, сеткой, как если бы кто-то одним движением закрыл клетку.

Макс подходит к ближайшей двери и прикладывает браслет к считывателю. Короткий писк, красный огонёк.

СЕКТОР: МЕДИЦИНСКИЙ

ДОСТУП: ОГРАНИЧЕН

Он пробует другую дверь, слева от палаты. Снова красный.

ДОСТУП ЗАПРЕЩЁН

КВОТИРОВАНИЕ: АКТИВНО

В коридоре двое охранников. Они не поднимаются. На них форма, но взгляд у них не служебный, а больничный: как у людей, которые следят, чтобы пациент не упал.

Макс смотрит на них, как на последнюю нитку управления.

— Откройте, — говорит он.

Он пробует назвать имя поста, как раньше, по привычке:

— Дежурный, связь с узлом.

Охранник моргает и снова смотрит на рацию. Никакого «есть». Только ожидание команды сверху. Макс понимает, что здесь даже охрана не принадлежит себе. Он снова чувствует сухость во рту и то, как браслет на запястье стал тяжёлым.

Охранник делает вид, что не слышит. Второй смотрит на рацию у себя на груди и ждёт.

Макс повторяет, уже жёстче:

— Открыть сектор.

Охранник поднимает рацию и щёлкает. В ответ — помехи. Не обычные, а ритмичные, будто кто-то специально режет эфир.

Потом в помехах появляется голос Владимира:

— Пусть стоит.

Охранники опускают взгляд. Не как провинившиеся, а как исполнители, которым дали команду проще всего: не делать.

На стене коридора криво написано маркером: «АДМИНИСТРАТОР СПИТ». Под надписью — подписи. Список, похожий на опись: кто был здесь и кто выжил.

Макс выходит дальше, в общий проход лагеря. В воздухе пахнет влажной одеждой, медицинским спиртом и железом. Люди сидят вдоль стен. Скелеты в одежде. Кто-то греет ладони о кружку, где уже нет пара.

Один встаёт. Алексей. Кожа натянута на кости, на браслете вместо синей полосы — красная.

— Администратор выбрал, — говорит он. — Ты не избран.

Второй поднимается рядом:

— Администратор спал. Мы сами выбираем.

Третий, молодой, с кровью на костяшках, толкает Макса в спину. Макс падает на колено. Плитка холодная, влажная, и этот холод сразу отдаёт в сустав.

Система: ДИНАМИКА СТРУКТУРЫ

АДМИНИСТРАТОР: ФИЗИЧЕСКИ УЯЗВИМ

ВЛАСТЬ: РЕЛЯТИВНА

Охранник делает движение к оружию. Рука зависает на кобуре. И снова — рация.

Голос Владимира, короткий, острый:

— Не трогай.

Охранник остаётся стоять с рукой на кобуре, но не достаёт. Молодой видит это и наглеет. Кто-то из толпы тянет фонарь со стены. Охранник ловит руку, но тянет не до конца, будто сам уже не уверен, имеет ли право держать.

Молчание в рации — тоже команда. Фонарь вырывают и швыряют в стену. Стекло летит на плитку, жёлтый свет пятном гаснет.

Люди начинают расходиться: кто-то к складам, кто-то к медпункту, кто-то просто в коридор, где раньше ходили только по пропускам. Это не бегство. Это освоение.

Система: АНАЛИЗ ПОВЕДЕНЧЕСКОГО КОЛЛАПСА

ОХРАНА: ПОТЕРЯ УВЕРЕННОСТИ

АДМИНИСТРАТОР: ПОТЕРЯ СИГНАЛА КОМАНДЫ

Четвёртый толкает дверь медблока. Дверь открывается. Люди видят это и понимают: закрытое больше не закрыто. Внутри пахнет лекарствами и гнилью одновременно.

Входит Анна. Лицо выжженное, как после долгой смены без сна.

— Пока ты спал, люди умирали каждый час, — говорит она.

За ней — носилки. Трое: ребёнок в одеяле, серый; старуха с почерневшими пальцами; охранник с гноем на ноге. Очередь за дверью шепчется.

Один голос, без просьбы:

— Администратор, спасай нас.

Снаружи стучит мать. Кулак по металлу, ровно, как сигнал, который не прекращается, пока не услышат.

Мать за дверью стучит снова. Металл звенит, и этот звон отдаётся в животе. В коридоре кто-то шепчет: «Он подписывает». Кто-то отвечает: «Он спал».

Макс стоит, и вокруг него воздух пахнет лекарством и мокрой одеждой. Он смотрит на замок медблока. Замок щёлкает без его команды, и дверь приоткрывается на ладонь.

ГЛАВА 2. «Ограниченная власть»

Анна ставит носилки у стены и сразу превращает коридор в приёмник. Не словами — движениями. Поднимает металлический столик, кладёт на него два бинта и один флакон. Больше ничего.

Макс видит, как она работает руками: быстро, без лишнего. У ребёнка губы синеватые. У старухи пальцы чернеют, и этот цвет уже не вернуть. Охранник держится за голень и молчит, потому что стыдно кричать при всех.

Анна не смотрит на Макса, пока не включает интерфейс на столе. Экран загорается и сразу даёт красную строку, как приговор.

Анна выводит Макса к двери детского блока. На двери нет слова «детский». Там табличка с номером сектора и красная полоса. Красная полоса означает карантин.

За стеклом в маленьком окошке видно движение: силуэты, матовые, как в тумане. Пахнет хлоркой и мокрой тряпкой. Звук кашля — не один, сразу несколько, разными голосами.

Анна надевает маску и протягивает вторую Максу.

— Если зайдёшь, — говорит она, — ты уже не выйдешь без протокола. Поэтому ты не заходишь. Ты выбираешь отсюда.

Она прикладывает свой браслет к считывателю. Огонёк горит красным.

ДОПУСК: МЕДИК

ОГРАНИЧЕНИЕ: НЕТ АДМИНИСТРАТОРСКОЙ ПОДПИСИ

Анна смотрит на Макса:

— Видишь? Даже чтобы открыть шкаф внутри, нужна твоя отметка. И не важно, что ты сам туда не заходишь. Важно, что на бумаге ты согласился.

Снаружи в коридоре появляются матери. Не одна — несколько. Они идут молча, будто уже устали кричать. Потом одна начинает бить кулаком по стене, и это запускает остальных.

— Там мой! — кричит женщина и показывает на стекло.

Охранник у двери делает шаг, чтобы отвести их, и тут же останавливается. Понимает: если тронет — его разорвут. Он остаётся стоять, как стойка для рации.

Система: СИГНАЛ ОЧАГА

ЛОКАЦИЯ: ДЕТСКИЙ БЛОК

СОСТОЯНИЕ: БОЛЕЗНЬ

АНТИБИОТИКОВ: 5

ДЕТИ: 12

ТРЕБУЕТСЯ: ВЫБОР

Анна говорит ровно, будто читает регламент, который учила наизусть:

— Один антибиотик. Один препарат. Одна повязка. Трое. Выбери.

Она показывает пальцем: ребёнок, старуха, охранник. И не даёт времени смотреть дольше, чем нужно. За дверью кричат, и звук давит снаружи, как вода на люк.

Макс пытается делать то, что выглядит правильным: отменить сам выбор. Перевести болезнь в протокол.

ПРИКАЗ: ПЕРЕНЕСТИ ДЕТЕЙ В СЕКТОР 5

ПРОТОКОЛ КАРАНТИНА: ВЫШЕ АДМИНИСТРАТОРА

ПРИКАЗ: БЛОКИРОВАН

Система: ФИКСАЦИЯ ПОВЕДЕНИЯ

РОЛЬ: АДМИНИСТРАТОР

ДЕЙСТВИЕ: ВМЕШАТЕЛЬСТВО В КАРАНТИН

БАЛЛЫ: +12

Макс пробует другой ход.

ПРИКАЗ: ЗАКРЫТЬ ДЕТСКИЙ БЛОК

РЕВИЗИЯ: АКТИВИРОВАНА

КОМАНДЫ: ОГРАНИЧЕНЫ

ИСТОЧНИК: ВНЕШНИЙ КОНТУР

Анна, не повышая голоса, отрезает:

— Ты не закрываешь. Ты подписываешь. Тут всё через подпись.

Макс пытается найти третью дверь, где можно выйти из выбора.

— Раздели, — говорит он. — По половине. Детям по капле.

Анна не спорит, она объясняет так, чтобы не осталось лазейки:

— Капля не лечит. Капля только снимает тебе чувство вины. А в блоке это всё равно будет считаться использованным ресурсом. Система спишет единицу, даже если ты дал одну десятую. Она считает не лечение. Она считает расход.

Макс понимает: даже милосердие здесь монетизируется в таблице.

Система: РЕСУРС

ЕДИНИЦА: 1

ДРОБЛЕНИЕ: НЕДОПУСТИМО

ПРИЧИНА: ПРОТОКОЛ

Анна снова протягивает считыватель:

— Давай. Иначе я сейчас развернусь, и они сами выбьют дверь.

За спиной тяжёлый стук. Кто-то уже пробует замок ногой. Замок держит, но держит не вечно.

Она разворачивает интерфейс к нему. На экране мигает курсор, рядом — три пустых поля. Над ними строка:

Система: ДОСТУП К РЕСУРСУ

ТИП: МЕДИКАМЕНТЫ

ОБЪЁМ: 1 ЕДИНИЦА

ТРЕБУЕТСЯ: АДМИНИСТРАТОРСКОЕ ПОДТВЕРЖДЕНИЕ

Анна тянет к нему считыватель.

— Палец. Потом не говори, что я сама решила.

Макс видит, как на него смотрят люди. Не только мать за дверью — и те, кто стоит в коридоре, и те, кто делает вид, что не слышит. В этой секунде его роль становится видимой: не власть, а мишень.

Он пытается выиграть время и торговаться.

— Дай мне минуту. Я…

Анна качает головой:

— У ребёнка нет минуты.

Снаружи снова стук. Кто-то бьёт локтем, кто-то ногой. Охранник в коридоре ловит взгляд Макса и ждёт. Макс говорит ему:

— Уведи людей от двери.

Охранник делает шаг, но останавливается. Смотрит на рацию. В рации — помехи. Никакой поддержки. Он понимает, что если сейчас начнёт разгонять — толпа разорвёт его. И он остаётся на месте, как и в медблоке: присутствует, но не действует.

Макс кладёт большой палец на считыватель. Стекло холодит. Считыватель пищит.

Подтверждение: ПРИНЯТО

На экране всплывает выбор, уже без слов Анны, сухой, как бухгалтерия.

ВАРИАНТ 1: РЕБЁНОК

ВАРИАНТ 2: СТАРУХА

ВАРИАНТ 3: ОХРАННИК

Внизу кнопка: «ПОДТВЕРДИТЬ»

Макс видит ребёнка и понимает, что тут нельзя быть аккуратным. Он нажимает на «РЕБЁНОК». Кнопка мигает. Система сразу требует ещё один шаг, будто выбирает не он, а подпись.

Система: ПОДТВЕРЖДЕНИЕ ВЫБОРА

НЕОБРАТИМОСТЬ: ДА

ОТМЕНА: НЕДОСТУПНА

ПОДТВЕРДИТЬ?

Макс нажимает.

Анна сразу забирает флакон, будто ждала только этого. Снимает колпачок зубами, потому что руки заняты. Набирает дозу в шприц и уходит в детский блок, не оглядываясь.

Когда Анна уходит в детский блок, Макс остаётся перед людьми один. Он слышит, как за стеклом хлопает дверь, как включается лампа. Снаружи матери давят на стену плечами, но не ломают: они ждут результата, потому что результат — единственное, что им здесь обещали.

Анна возвращается с пустым шприцем и мокрыми перчатками. Она снимает маску на секунду, чтобы сказать громче, в коридор:

— Администратор выбрал ребёнка. Один антибиотик.

Слово «администратор» кто-то повторяет шёпотом, как ругательство. Кто-то произносит вслух, как приговор.

Женщина у стекла закрывает глаза и шепчет имя. Имя не совпадает. Она понимает, что её ребёнок не выбран, и это понимание меняет лицо: оно становится плоским.

Анна не даёт этой женщине упасть. Она продолжает, потому что так устроен протокол: объявлять, чтобы все знали.

Анна поворачивается к охраннику с гноем на ноге.

— Для него нет ресурса. Сегодня нет.

Охранник не орёт. Он просто садится на пол и упирается затылком в стену. Взгляд становится стеклянным. Он уже понял, что его статус не спасает его в таблице.

Пока Анна убирает пустой шприц и складывает перчатки в пакет, один парень из коридора тянется к интерфейсу, чтобы увидеть список вариантов. Его палец зависает над экраном.

Охранник видит это и делает вид, что не видит. Он уже понял: если сейчас начнёт оттаскивать — ему скажут, что он защищает ресурсы от людей. А защищать больше нечем.

Парень быстро читает строки и отдёргивает руку, будто обжёгся. Потом уходит, ничего не сказав. Он просто запомнил, что выбор существует, и что его можно будет выбить.

Анна смотрит на Макса и говорит на выдохе, уже не как медик, а как человек:

— Ты думаешь, что я жестокая. Но если я сейчас начну раздавать без подписи, они убьют меня первой. И тогда вообще некому будет бинтовать.

Она поправляет халат и снова становится ровной.

Кто-то в коридоре плюёт.

— Администратор отдал охранника смерти, — говорит Анна, и эти слова звучат так, будто это её решение. Но она специально повторяет «администратор», чтобы снять с себя нож.

Толпа за дверью перестаёт стучать. На секунду. Потом начинается другой звук — низкий гул голосов. Не крик, а сбор. Люди собираются в структуру.

— Повязка и препарат — без подписи не отдам. Хочешь — снова выбирай.

Макс смотрит на старуху. Пальцы у неё чёрные, кожа трескается. Она не просит. Она просто ждёт, как человек, который уже всё понял.

Он делает второй выбор, быстро, почти машинально, чтобы не утонуть в паузе. Снова палец на стекло, снова кнопка.

ВАРИАНТ 2: СТАРУХА

Подтверждение: ПРИНЯТО

Анна накладывает повязку сама, тут же, на столе, туго, до белых костяшек. Старуха вздрагивает и впервые за всё время выдыхает.

Охранник остаётся с гноем на ноге. Он смотрит на Макса так, будто ждёт справедливости. Но справедливости здесь нет, только расчёт.

— Для него нет, — говорит Анна. — Не сегодня.

Снаружи кто-то кричит «убийцы». Кто-то плюёт в сторону медблока. Кто-то уже не стучит, а просто стоит и слушает, запоминает.

Система: МЕДИК ВЗЯЛ МОРАЛЬНЫЙ КОНТРОЛЬ

СОБЫТИЕ: ПЕРЕПИСАНО

КЛЮЧИ ДОСТУПА: ОТОЗВАНЫ

СЕССИЯ: РЕЖИМ МОНИТОРИНГА

Макс смотрит на экран и видит, что под словом «мониторинг» исчезают кнопки. Поле «ПРИКАЗ» становится серым. На браслете тонко щёлкает замок, как у наручника, который подтянули на одно деление.

Анна закрывает дверь детского блока. Замок отвечает механическим щелчком. Коридор на секунду становится тише, но тишина не успокаивает — тишина означает, что теперь каждый запомнил, кто здесь подписывает.

Анна кладёт на столик пустой флакон и повязку в упаковке. Теперь очередь за подписью снова. Система не запоминает, что он уже подтвердил раз. Каждый ресурс — отдельная подпись, отдельный след.

Система: ПОДТВЕРЖДЕНИЕ РЕСУРСА

ТИП: ПОВЯЗКА

ОБЪЁМ: 1

НЕОБРАТИМО: ДА

ПОДТВЕРДИТЬ?

Макс снова кладёт палец. Писк. Он выбирает старуху и подтверждает. Анна сразу начинает бинтовать. Пальцы у неё работают точно, как у человека, который делал это сотни раз. Бинт шуршит, ложится витками, и каждый виток — ещё один день жизни.

Охранник с гноем просит тихо:

— Мне хотя бы обезболивающее.

Анна смотрит на Макса.

— Обезболивающее — это тоже ресурс. Но если ты сейчас подпишешь, они увидят, что на охрану тратят, и следующей ночью склад вынесут быстрее. Ты понял? Тут всё видно.

Макс не подписывает. Это тоже выбор, просто без кнопки «подтвердить».

Система записывает молчание так же, как действие.

Система: ФИКСАЦИЯ ПОВЕДЕНИЯ

ДЕЙСТВИЕ: ОТСУТСТВУЕТ

КЛАССИФИКАЦИЯ: ПАССИВНОЕ УПРАВЛЕНИЕ

РИСК: ВЫСОКИЙ

Анна закрывает детский блок на замок. Замок отвечает механическим щелчком. По стеклу проходят ладони матерей. Одна ладонь остаётся отпечатком, мокрым, и это выглядит как метка.

Система: КЛЮЧИ ДОСТУПА ОТОЗВАНЫ

СЕССИЯ: РЕЖИМ МОНИТОРИНГА

ОКНО КОМАНД: ЗАКРЫТО

Макс смотрит на серое поле «ПРИКАЗ». Поле гаснет окончательно, и на браслете щёлкает замок.

ГЛАВА 3. «Туннели и новые законы»

Макс спускается в туннели с охранником за спиной и с интерфейсом в руке, как с табличкой, которая больше ничего не гарантирует.

На лестничном пролёте внизу висит табличка, написанная маркером: «ГОВОРИШЬ ГРОМКО — ПЛАТИШЬ ДВАЖДЫ». Макс читает и молчит. Охранник за спиной шепчет:

— Это же… самоуправство.

Слова звучат слабо. Самоуправство здесь уже оформлено как закон.

В одном месте туннель делится на два рукава. На стене стрелки: «ТУННЕЛИ» и «УЗЛЫ». Макс идёт в сторону туннелей, и на экране всплывает короткий блок, будто его маршрут записывают.

Система: МАРШРУТ

ТОЧКА ВХОДА: УРОВЕНЬ 2

ЦЕЛЬ: ТУННЕЛИ

СОПРОВОЖДЕНИЕ: ОХРАНА 1

ПРИМЕЧАНИЕ: ПОВЕДЕНИЕ ФИКСИРУЕТСЯ

На первом уровне пост охраны стоит на месте, но взгляд у охранника пустой. Он смотрит на браслет Макса и делает вид, что это просто пластик. Рука у него на турникете, но он не тянется.

На втором уровне люди отворачиваются. Не из страха — из привычки не смотреть на того, кто потом будет выбирать.

На третьем уровне свет тускнеет. Лампочки горят не ровно, а пятнами: одно место видно, другое проваливается в серую тень. Вдоль стены идут трубы, влажные, холодные. Пальцы липнут к металлу, если случайно зацепишь.

На четвёртом уровне свет почти мёртв. Запах гуще: болезнь, сырость, испарения от химии. И ещё что-то — давление. Оно не давит на уши, оно давит на решение.

Система даёт короткую строку, как предупреждение.

УЗЕЛ-4: ДАВЛЕНИЕ -12%

ЧАСТОТА: 47 ГЦ

ИСТОЧНИК: УЗЕЛ-5

Перед входом в нижний коридор — рамка и считыватель. Люди проходят по одному, прикладывая браслет. Иногда рамка пищит и человек возвращается, не споря. Возвращается, потому что спорить бесполезно.

Макс прикладывает браслет. Считыватель горит красным секунду, потом становится зелёным.

ДОПУСК: ВРЕМЕННЫЙ

МАРШРУТ: ТУННЕЛИ

ОГРАНИЧЕНИЕ: С ВОПРОСАМИ

За Максом пытается пройти женщина с ребёнком. Рамка пищит. Красный. Женщина хватает ребёнка и делает шаг назад. Ей не говорят «нельзя». Ей просто не дают.

Охранник Макса смотрит на это и стискивает зубы. Он привык, что его форма открывает, а тут не открывает даже ребёнку.

Ниже, у первой развилки, лежат люди — завал живых тел. Это не очередь, это способ переждать холод: вместе теплее.

Молодой поднимает голову и встаёт на пути. Глаза пустые, как у человека, который уже давно держит внутри только одну мысль: выжить.

— Налог, — говорит он.

— Какой налог? — спрашивает Макс.

Молодой протягивает ладонь. На ладони вода. Несколько капель.

— За проход.

Охранник делает движение вперёд, привычное: оттолкнуть. Молодой сразу подходит вплотную, так близко, что дыхание касается лица.

— Или добираемся интерфейсом, — тихо говорит он.

Это не угроза словами. Это знание: он уверен, что Макс не рискнёт. Потому что здесь любой риск — это кровь, а кровь запускает толпу.

Макс молча отдаёт полбутылки. Молодой пьёт жадно и отступает на шаг, но не уходит.

Охранник шепчет Максу:

— Дай команду. Я его уберу.

Команды уже нет. И убийство здесь не решит ничего: за молодым стоит десяток таких же.

Макс качает головой.

— Нет.

Охранник сжимает рукоять ножа. Молодой видит руку на ножне и улыбается, не отступая.

— Считай, администратор, — говорит он. — Один глоток — один шаг.

Макс делает шаг и отдаёт ещё глоток. Молодой будто ставит печать: пальцем проводит по браслету Макса, оставляя грязную полоску. Не метка Системы — метка туннелей. И она работает лучше, чем любая печать: следующий пост сразу видит, что Макс уже «платил» и не будет играть в власть.

Второй пост — скамья и парень с ружьём. На нашивке у него нет имени, но по жестам видно: власть у него в пальцах.

— Обыск, — говорит он.

Макс кладёт интерфейс на скамью. Парень смотрит на экран, не понимая половины строк, но видя главное: это вещь, за которую можно получить воду.

— Вещи.

Макс отдаёт жетон. Парень кивает.

— Знак.

На груди у Макса звёздочка: «А» в круге. Символ, который раньше означал доступ. Парень снимает звёздочку и кладёт на землю. Потом наступает на неё ботинком и вдавливает в грязь.

— Здесь другие законы, — говорит он.

Знак перестаёт быть знаком. Становится металлом.

Дальше начинается участок, где потолок ниже. Трубы идут так близко, что касаются плеч. На стенах белым мелом написано: «НЕ БЕЖАТЬ». Ниже — второе: «НЕ СВЕТИТЬ В ЛИЦО».

Охранник Макса всё равно включает фонарь ярче, и сразу слышит сзади:

— Эй.

Три голоса. Не угроза, предупреждение. Фонарь ослепляет, и тот, кого ослепили, может ударить на автомате. Охранник выключает яркость, глотает слова.

На следующей развилке на полу нарисованы две линии. Над ними подпись: «УЗЛ-ЛИНИЯ 1» и «УЗЛ-ЛИНИЯ 2». Люди идут строго по линии, как по рельсам. Сойдёшь — получишь локтем или трубой, не из злости, а чтобы не сбивать поток.

Макс идёт по линии и замечает: это и есть новая дисциплина. Не приказы сверху. Полоса под ногами.

Система: ОТМЕТКА МАРШРУТА

УЗЛ-ЛИНИЯ: 2

СТАТУС: ПРОЙДЕНО

ПРИМЕЧАНИЕ: НАРУШЕНИЯ НЕТ

Дальше туннель сужается. На сужении трое: охранник в кожаной куртке и двое молодых с куском трубы. Охранник куртки смотрит на интерфейс как на добычу.

— Материальные ценности.

— У меня нет, — говорит Макс.

Охранник кивает на интерфейс.

Макс не отдаёт.

Первый молодой делает шаг к охраннику Макса. Охранник вынимает нож. На таком расстоянии нож — приговор, а приговор в туннелях не отменяют.

Охранник куртки видит нож и кивает, отступая на полшага. Граница обозначена.

— Тогда жетон, — говорит он.

Макс отдаёт жетон. Охранник куртки кладёт его в карман.

— Следующий жетон — трубой получишь.

Молодой поднимает трубу и показывает, как именно.

Макс идёт дальше с одним жетоном. С одним куском идентичности.

На главной платформе туннелей собрание. Люди сидят полукругом. Не митинг — суд. Сверху капает вода, и каждый плеск слышен, как удар.

Впереди Ирина. Она стоит не как администратор. Как человек, который уже выиграл этаж.

— Администратор, сколько процентов энергии нам? — спрашивает она.

Макс пытается говорить как начальник:

— Равенство. Пятьдесят на пятьдесят.

Сразу поднимаются голоса.

— Равенство? Туннель семь мёртв от холода, — говорит мать и показывает на ладони ребёнка, красные от трения.

— За сколько дней система упадёт полностью? — спрашивает старший, не повышая голоса. Это голос того, кто уже считает ресурсы.

Парень с чёрными пальцами встаёт:

— Назови имя, и в центре будет свет.

Толпа растёт. Слова не спорят, слова давят.

Молодой делает шаг вперёд. Его имя Кирилл. Он не говорит. Он тянет руку к вентиляционной шахте на стене. На шахте железная заслонка на цепи. Если дёрнет — воздух сорвётся из туннелей пять-семь. Давление упадёт. Паника в темноте. Смерть за час.

Охрана туннелей видит руку Кирилла и колеблется. Никто не двигается. Потому что если тронуть — он дёрнет.

Ирина подходит к нему и говорит негромко, так, чтобы слышал только он и те, кто рядом:

— Ударишь заслонку, и я выключаю свет на третьем уровне. На десять секунд.

Кирилл смотрит на неё и не верит. Ирина достаёт чёрный пульт. На нём красная кнопка.

— Я считаю до пяти.

— Не надо! — кричит кто-то из толпы.

Ирина нажимает кнопку один раз.

На третьем уровне свет гаснет.

Вдалеке слышны крики, сразу, будто темнота была нажата на горло. «Включи!» «Мама!» Детский плач, тонкий, длинный. В панике кто-то падает, кому-то ломают руку. Кто-то теряет ребёнка и кричит его имя в темноте.

Кирилл видит это. Видит в глазах Ирины, что она не блефует. Видит, что она готова убить половину туннелей, чтобы остальные слушались. Он опускает руку.

Детский плач становится громче, потом вдруг прерывается: мать зажимает ребёнку рот. Здесь молчание спасает.

Ирина отпускает кнопку. На третьем уровне свет загорается.

— Первое условие, — говорит она толпе, не повышая голоса. — Администратор приходит в туннели каждый день.

— Второе. Доля энергии не опускается ниже тридцати пяти.

— Третье. Автономный режим в нижних уровнях. Без ваших охранников.

Она смотрит на Макса.

— Нарушите хотя бы одно — и я выключаю всё. Навсегда.

Макс понимает, что это не слова. У неё в руках кнопка.

Он подходит к распределительному щиту у стены. На щите — считыватель. Рядом схема, на которой от руки написано: «ДОЛЯ».

Макс прикладывает браслет. Считыватель пищит, как чужой замок.

Система: РАСПРЕДЕЛЕНИЕ ЭНЕРГИИ

ЗАПРОС: ТУННЕЛИ

МИНИМУМ: 35%

ПОДТВЕРДИТЬ?

Макс нажимает.

ПРИМЕНЕНО

Система добавляет строку, которой нельзя спорить.

Система: ЛОКАЛЬНАЯ ИЕРАРХИЯ УСТАНОВЛЕНА

ЛИДЕР: ИРИНА

СЕКТОР: ТУННЕЛИ

СТАТУС АДМИНИСТРАТОРА: ОГРАНИЧЕН

На площадке кто-то смеётся коротко, без веселья. Смех звучит как щелчок выключателя.

Кирилл проходит мимо Макса и специально задевает плечом. Не удар — напоминание. Макс не реагирует. Реакция здесь всегда платная.

Охранник за спиной шепчет:

— Мы им отдали.

Макс не отвечает. Он поднимается по ступеням, и каждый шаг вверх кажется легче, но это обман: наверху воздуха больше, а власти всё равно нет.

Он отнимает ладонь от считывателя. На пальце остаётся влажный след, как подпись, которую уже не стереть.

После условий Ирина не отпускает его сразу. Она делает паузу, чтобы толпа успела понять: договор не с Максом как с человеком, а с Максом как с подписью.

— И ещё, — говорит она. — Ты приносишь сюда список отключений. Не объяснения. Список. Когда и что упадёт.

— У меня нет доступа к архиву, — отвечает Макс.

Ирина кивает, будто это её устраивает.

— Значит, будешь приносить то, что тебе дают. Нам достаточно знать, кто наверху врёт.

Охранник Макса делает движение, будто хочет сказать, что так нельзя. Но на него никто не смотрит. В туннелях охрана — только тело с ножом.

Ирина показывает на вдавленную в грязь звёздочку у входа.

— Забери, если хочешь, — говорит она. — Можешь повесить обратно. Только здесь она не работает.

Макс не поднимает звёздочку. Он смотрит на ботинок, который её расплющил, и понимает: если поднимет, толпа воспримет это как попытку вернуть знак. А попытка вернуть знак здесь заканчивается трубой.

Он разворачивается, идёт вверх. На лестнице слышит, как за спиной снова начинается разговор: люди делят свет, делят воду, делят порядок.

Рамка на выходе пискнула.

Система: ЛОКАЛЬНАЯ ИЕРАРХИЯ

СТАТУС: АКТИВНА

ГЛАВА 4. «Преддверие выбора»

Едва Макс возвращается на верхние уровни, Система подкидывает новый узел, как кость, которую нельзя не поднять.

Система: ПРАВИЛО

ЕСЛИ АДМИНИСТРАТОР НЕ ВЫБЕРЕТ

СИСТЕМА ВЫБЕРЕТ ЗА НЕГО

СТАТУС: АВТОМАТИКА ГОТОВА

Следом — авария.

ЛОКАЦИЯ: ТУННЕЛЬ 4

СОСТОЯНИЕ: ВЕНТИЛЯЦИЯ ПОВРЕЖДЕНА

ОКНО: 45 МИНУТ

ТРЕБУЕТСЯ: РЕЖИМ РЕАКЦИИ

На экране три варианта, ровно три, будто других миров не существует.

ВАРИАНТ А: СПАСЕНИЕ

ПОТЕРИ ОХРАНЫ: 5–8

ВАРИАНТ Б: ПЕРЕКРЫТИЕ

ПОТЕРИ ГРАЖДАН: 30

ВАРИАНТ В: ОЖИДАНИЕ

ПОТЕРИ: НЕИЗВЕСТНЫ

В углу таймер: 45:00… 44:59… 44:58…

Макс на секунду задерживает палец над «ОЖИДАНИЕ». Это выглядит нейтрально. Это выглядит как способ не подписывать смерть своими руками.

Он нажимает «ВАРИАНТ В».

Система: ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ

ОЖИДАНИЕ = БЕЗДЕЙСТВИЕ

ПОТЕРИ: НЕИЗВЕСТНЫ

ОТВЕТСТВЕННОСТЬ: АДМИНИСТРАТОР

ПОДТВЕРДИТЬ?

Он не подтверждает. Потому что понимает: «неизвестны» здесь означает «больше». Система специально оставляет туман, чтобы страх толкал к выбору, который ей удобнее.

Анна в этот момент уже сдвигает носилки ближе к двери. В медблоке холод растёт, и она переставляет людей в центр, как в маленький круг тепла.

— Если уйдёт ещё пять градусов, — говорит она, не поднимая головы, — у нас перестанут работать руки. Будем держать шприцы как палки.

И снова всё сходится к одному: какой бы вариант ни выбрал Макс, чьи-то руки перестанут работать.

Макс смотрит на карту. Красные точки — люди. Синие линии — воздух, который должен идти. В одном месте линия рвётся. Рядом маленькая строка, почти незаметная, как примечание в договоре.

ПЕРЕРАСПРЕДЕЛЕНИЕ: ДА

СЕКТОР-ОТДАЧА: МЕДБЛОК

Он жмёт на строку, пытаясь открыть детали.

ДОСТУП: ОГРАНИЧЕН

РЕВИЗИЯ: АКТИВНА

Из рации слышен голос Владимира:

— Перекрывай. Если полезем — потеряем людей охраны. Потом не удержим склад.

Макс пробует связаться с Ириной, потому что туннель 4 — её территория. Рация хрипит, но голос появляется.

— Мы к вам не полезем, — говорит Ирина без приветствия. — Вы же сами только что подписали: автономия.

— Там авария, — отвечает Макс. — Люди задыхаются.

— Люди всегда задыхаются, — говорит Ирина. — Вопрос, кто платит.

Она паузой даёт понять, что уже торгуется.

— Дай нам воздух на третьем уровне, — добавляет она. — И я открою заслонку у четвёртого, чтобы вытащили тех, кто ближе к выходу. Не больше.

Макс смотрит на интерфейс. Система не даёт ему открыть «подробности», но даёт очевидное: любое вмешательство в вентиляцию — это перераспределение.

Владимир в рации почти сразу:

— Не давай ей. Она закрепит власть.

Анна рядом, тихо, чтобы не слышали другие:

— Если не дашь, погибнут сейчас. А власть она и так уже закрепила.

Макс снова понимает: ему не дают выбрать хорошее. Ему дают выбрать, что именно станет плохим первым.

Анна появляется рядом, будто ждала именно эту секунду. На ней халат, а под ним — тёплая кофта, потому что медблок уже начал мёрзнуть.

— Если перекроешь, — говорит она, — там задохнутся. Не когда-нибудь. За полчаса.

Система не даёт спорить. Она даёт кнопку.

Макс понимает: тут нельзя сделать «частично». Нельзя сказать «спасём десять». Нужно выбрать режим, и режим сам рассчётно добьёт тех, кто не помещается в формулу.

Он пробует обойти через команду, как в медблоке.

ПРИКАЗ: ОТКРЫТЬ ВЕНТИЛЯЦИЮ ТУННЕЛЯ 4

ОТКАЗ

ТРЕБУЕТСЯ: ВЫБОР РЕЖИМА

ПРИКАЗ: ПЕРЕНАПРАВИТЬ ВОЗДУХ ИЗ УЗЛА 3

ОТКАЗ

РЕЖИМ РЕАКЦИИ: НЕ ЗАДАН

Система держит его в одной точке: сначала подпись, потом воздух.

Он пытается сделать вид, что он всё ещё может управлять цифрами.

ПРИКАЗ: ОГРАНИЧИТЬ СПАСЕНИЕ 10 МИНУТ

ОТКАЗ

РЕЖИМ: НЕ ПОДДЕРЖИВАЕТ ЧАСТИЧНЫЕ УСЛОВИЯ

ПРИКАЗ: СПАСЕНИЕ БЕЗ ПЕРЕРАСПРЕДЕЛЕНИЯ

ОТКАЗ

СТРУКТУРА: ИНТЕГРИРОВАНА

Система добавляет красную строку, как штраф за попытку торга.

Система: ИНИЦИАТИВА АДМИНИСТРАТОРА

ЦЕНА ВМЕШАТЕЛЬСТВА: ПОВЫШЕНА

ПРИМЕЧАНИЕ: ПОВТОР = САНКЦИЯ

Владимир в рации коротко смеётся, без радости:

— Видишь? Ты не торгуешься. Ты просто повышаешь цену.

Макс убирает палец с экрана. Таймер продолжает идти.

Охранник Виктор стоит рядом, уже в снаряжении. На браслете у него маленький жетон — фотография девочки. Он трёт жетон большим пальцем, будто стирает страх.

— Дай «спасение», — говорит Виктор. — Мы успеем.

Макс смотрит на таймер. 43:12… 43:11…

Он выбирает «ВАРИАНТ А: СПАСЕНИЕ». Кнопка «ПОДТВЕРДИТЬ» не загорается сразу. Система заставляет пройти процедуру, как нотариус.

Система: ПРОТОКОЛ ВЫБОРА

НЕОБРАТИМОСТЬ: ДА

ОТКАЗ ПОСЛЕ ПОДТВЕРЖДЕНИЯ: НЕДОСТУПЕН

САНКЦИЯ ЗА СРЫВ: ПОВЫШЕНИЕ ЦЕНЫ

ПОДТВЕРДИТЬ?

Макс кладёт палец на считыватель. Считыватель пищит. Система ждёт голос.

Система: ФРАЗА ПОДТВЕРЖДЕНИЯ

ТЕКСТ: «ВЫБИРАЮ РЕЖИМ»

ЗАПИСЬ: ОБЯЗАТЕЛЬНА

— Выбираю режим, — говорит Макс.

Считыватель щёлкает.

ВЫБОР: ЗАРЕГИСТРИРОВАН

РЕЖИМ: СПАСЕНИЕ

СТАРТ ПРОТОКОЛА: ДА

Перед спуском Виктор собирает группу у входа, будто ещё существует порядок.

— По одному, — говорит он. — Не лезем глубже второго пролёта. Берём тех, кто у стены. Дальше — обрушение.

Алексей плюёт на пол:

— Там и у стены люди.

— Я знаю, — отвечает Виктор. — Но кислород не резиновый.

Маша проверяет ремень на Викторе и подтягивает карабин. Потом делает то же самое себе. Движения спокойные, как у человека, который привык работать в дыму.

— Связь держим коротко, — говорит она. — Если молчание больше десяти секунд — возвращаемся.

Сверху охрана открывает технический люк вентиляции. Люк скрипит, будто его не открывали давно. Изнутри идёт тёплый воздух, пахнущий пылью. Это воздух, который сейчас должен уйти из медблока, чтобы дать туннелю 4 шанс.

В коридоре медблока лампа меркнет на одну ступень. Люди это замечают сразу, как замечают холод.

Система: ПЕРЕРАСПРЕДЕЛЕНИЕ

ПРИОРИТЕТ: ТУННЕЛЬ 4

СЕКТОР-ОТДАЧА: МЕДБЛОК

ТЕМПЕРАТУРА: -2°С ЗА 10 МИНУТ

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.