# Да будет Кот!

Роберт Морра

Кот по имени Муська, только что оказавшийся на улице по воле жестокого хозяина, решает помочь несчастной девушке, оказавшейся жертвой злого и мстительного колдуна, однако сам оказывается вовлечён в запутанный клубок событий, изрядно наполненных волшебством и опасными приключениями.

Кого только на своём пути ни встречают наши герои. Им суждено повстречать и Учёного Кота, и мудрого котёнка, и отважного пса, и даже глупых овечек.

Смогут ли герои преодолеть все трудности на своём пути?

Об этом вы узнаете, если прочтёте сию сказочную историю.

## 1. Девушка в лесу


Крупная лохматая серая волчица буквально летела через буераки и заросли в самой гуще дремучего леса. Человек бы там и пару шагов не смог бы пройти – сразу бы запутался в крепких переплетениях огрубевших трав, напоролся бы на острые щепы поломанных деревьев, стволы которых гниют здесь годами, обрастая мхом и высокими бледными грибами. Да, человек бы здесь просто не смог бы передвигаться пешком, не говоря уж о беге. Он сразу бы попал в лапы голодных хищников, чувствующих себя среди непролазных зарослей как дома. Потому что для хищников это и есть дом.

Но причём же здесь человек – спросите вы. Мы же увидели крупную и лохматую волчицу, пролетающую через гущу и буераки – скажете вы. Человеком же тут и не пахло.

А дело в том, что эта самая крупная и лохматая волчица всего несколько минут назад была красивой девушкой. А звали её Настя.

Зачем эта Настя укатила так далеко от города, прошагала ни один километр вдоль глухого и безжизненного леса до тех пор, пока поселковая песчаная дорога не превратилась в узкую, чуть заметную тропинку, а потом и вовсе испарилась среди омута зарослей некошеной травы и диковинных цветов, никому не известно И именно в тот момент девушка свернула в лес. Очень долго пробиралась она среди непроходимого буерака, пока не вышла на некое подобие полянки.

Нет, зарослей на этой полянке было не меньше, чем в остальном лесу, однако практически отсутствовали поваленные древние деревья, как и любые поросли молодняка.

Был только один ствол-гигант. Своим огромным телом он возлежал в густой траве, пересекал всю полянку и терялся где-то далеко во мраке дремучего леса. Толщина этого поверженного древа-великана достигала примерно полутора человеческих роста. Такой ствол трудно перелезть, особенно хрупкой девушке…

Настя несмело подошла к столбу поваленного гиганта. Она так несмело ступала по земле, как будто бы уже забыла, для чего так спешила на эту чудовищную полянку, или же просто уже испугалась чего-то.

Девушка осторожно провела по шершавой коре исполина и на глазах её внезапно выступили слёзы.

«Здравствуй, солнышко, – прозвучал вдруг оглушительный голос из неоткуда, – я ждал тебя».

Настя испуганно отшатнулась от дерева и огляделась по сторонам.

«Ха-ха-ха-ха, – раздался оглушительный хохот, заставивший вздрогнуть несчастную девушку, – ты такой же наивной осталась, какой и всегда была до этого. Надеюсь, что ты не запамятовала о том, что тебе никуда не уйти от меня?!»

Девушка вздрогнула и собралась было бежать прочь от этого ужасного места, да только вдруг внезапно передумала и громко закричала, обращаясь к невидимому собеседнику:

– Эй, где ты? Покажись! – но так и не дождавшись явления незнакомца, продолжила, – ты прав, я знаю тебя! Я знаю тебя, потому что ты лишил меня нормальной жизни! Каждую ночь ты проникаешь в мою голову и нашёптываешь какой-то безумный бред! Да, я пришла сюда по твоему навязчивому зову! Но вовсе не для того, чтобы слушать твой идиотский хохот, от которого уже тошнит. Просто покажись мне, если ты не трус, и скажи, что тебе от меня нужно?!

– Ха-ха-ха-ха! – невидимка вновь захохотал в ответ, – сказать тебе? Значит ты и правда обо всём забыла!

Холодный ветер подул как будто бы сразу со всех сторон, пронизывая своим ледяным дыханием до костей.

– Говори уже, – злобно завизжала Настя, – хватит издеваться уже! Не зря ж я в такую глухомань топала…

– Ха-ха-ха-ха! – хохотун уже явно начинал раздражать, – всё очень просто! Ты должна быть моей! Моей рабой, моей слугой! И то, что ты временно избавилась от моих чар, на самом деле ничего не значит – ты сама смогла убедиться в этом. Какой-то алкаш-недоучка попытался исполнить твоё желание, но от всей мощи моей магии избавить тебя не смог. Потому ты и явилась сюда по собственной воле. Так что ж, исправим эту маленькую оплошность?

Настя презрительно фыркнула и хотела произнести что-то дерзкое в ответ, однако вдруг поняла, что просто-напросто не может даже пошевелить языком. Более того, всё её тело сковали какие-то невидимые оковы. С ужасом девушка поняла, что теперь она полностью находится во власти невидимого мага, и в тот самый момент тело её подбросило в воздух и плавно пронесло над стволом поваленного дерева.

Оглушительный хохот не прекращался ни на миг – он как будто бы раздавался сразу со всех сторон и упрямо проникал куда-то в подсознание:

«Ты сама…ты сама возвратилась ко мне…ты сама могла бы перекинуться через волчье древо, я только лишь помогаю тебе…помогаю вернуться… вернуться… Ко мне! Ко мне!»

Настя опустилась на землю уже с другой стороны гигантского ствола. Невидимый собеседник тем временем заткнулся. Однако жуткая судорога одолела всё тело, невыносимый жар и духота сводили с ума.

Сама не до конца понимая того, что делает, девушка принялась сдирать с себя одежду…


В тот самый момент, когда Настя оказалась полностью обнажённой, стремительно угасающим сознанием она поняла, что с ней вдруг начали твориться ужасающие и необратимые изменения. Её буквально выворачивало наизнанку. Но не в том смысле, когда просто-напросто выплёскивается наружу содержимое желудка… Хотя, и это, несомненно было в перспективе.

Но сейчас происходило нечто более странное. Сперва девушка почувствовала невыносимый зуд по всему телу, а затем с ужасом поняла, сквозь её кожу прорывается как будто бы множество жёстких иголок или проволок. Но самое страшное было в другом – откуда то из самых затаённых глубин подсознания хлынула волна какой-то невозможной ненависти, ярости, затмевающая все мысли и понятия, приемлемые нормальному человеку. Всё лишнее фонтанами выплёскивалось наружу, и точно так же – резво и неумолимо выползали из тела грубые волчьи волосы, прорывались сквозь нежную кожу на пальцах острые, словно бритва, когти. Хищные глаза наливались огнём, а человеческое сознание улепётывало без оглядки вон.

Казалось, что будто бы со всех сторон шелестел навязчивый и быстрый, словно неразборчивая скороговорка, шёпот. Он как будто бы доносился сразу отовсюду. Исковерканные деревья, колючие кусты, высокая полусухая трава – все немые до этого момента жители глубокого леса вдруг резко обрели дар речи и принялись шептать-шептать-шептать дьявольские изречения неведомого колдуна, заискивая перед ним, преклоняясь перед ним, расстилаясь бесконечным зелёным ковром перед ним.

Очень хотелось крепко-накрепко зажать обеими руками свои уши. Но сделать это было невозможно – Настины руки выгнулись каким-то чудовищным образом, и её красивые тонкие пальчики уже преобразовались в когтистые звериные лапы.

Девушка грохнулась на землю – на все четыре лапы. Очень захотелось крови и мяса, очень хотелось разорвать кого-то на мелкие кусочки – не важно, кем был бы этот кто-то – человеком ли или таким же зверем. Хотелось выть от боли и страха.

И тут гибкие ветки густых кустов как будто бы раздвинулись в стороны и из мрака зарослей проступили зубастые морды других волков. Их было много, очень много – десятки, и это только тех, которых Настя могла увидеть. Морды свирепо оскалились и чуть слышно зарычали, однако сами звери застыли на своих местах, будто бы чего-то выжидая.

В этот самый момент в сознании девушки боролись два самых ярких чувства – ненависть и страх. Сама Настя уже ничего не понимала и как бы отошла в сторону, освобождая территорию в своём разуме для этой жестокой схватки. Она ещё понимала, что если победит ненависть, то это чувство сожрёт и её саму, а если победит страх, то волки тут же сожрут струсившего соплеменника. И тогда Настя решилась. Она резко выскочила между сражавшимися монстрами и оглушительно закричала: «Стоп!»

И как ни странно, монстры послушали её. Вместо того, чтобы терзать несчастную подсознательную Настю, они разбежались по разным углам арены и трусливо заскулили – трогательно и жалобно.

Но как только Настя крикнула своё решительное «Стоп!», внезапно прекратился этот назойливый шёпот, пытавшийся до этого полностью завладеть её слухом. Как будто бы оборвался на самой высокой ноте, и девушка обнаружила, что полностью пришла в себя. Она наспех оглядела себя, презрительно фыркнула, понял, что опять стала волчицей, подпрыгнула на месте и тут же рванула прочь, пытаясь спрятаться за гигантским стволом волчьего дерева.

«А я знал! – заорал вновь из ниоткуда голос невидимого мага, – что даже твоё превращение не поможет тебе стать моей слугой! Потому ты и должна быть уничтожена!»

– Если знал, – Настя стрелой бросилась в заросли одного из кустов, сбивая с ног зазевавшегося зверя, не заметившего девушку, вылетевшую из-за поваленного ствола, – на хрена превращал?!

Волк кубарем покатился прочь ломая хрупкие ветки, а Настя уже неслась со всех лап по направлению к краю леса, чувствуя за своей лохматой спиной горячее дыхание хищников, преследующих её по пятам…


## 2. Волчица знакомится с Муськой


Ближе к окраине леса Настя замедлила бег, а спустя несколько минут, внимательно прислушавшись, и вовсе остановилась, тяжело переводя дыхание. Никакой погони уже не замечалось. В лесу было тихо и спокойно – даже не слышно было как птички чирикали. Только о чём-то шептала листва на кустах и деревьев, но только в этот раз ничего зловещего в её шёпоте не ощущалось.

Волки отстали, хотя в процессе погони они уже почти было настигли Настю, ещё до конца не привыкшую к звериному облику. Она буквально слышала их горячее и отрывистое дыхание за своей спиной, как вдруг произошло чудо. Волки вдруг начали отставать, а потом и вовсе куда-то испарили. Как будто бы кто-то властный приказал им прекратить преследование или же они… просто испугались чего-то.

А чего ж хищные звери могут испугаться в родном лесу? Настя попыталась ухватиться именно за эту мысль, посчитав её спасительной. Ведь ежели вычислить то, чего боятся столь опасные монстры, можно вполне успешно козырять этим знанием для того вероятность собственного выживания существенно возросла.

«Я же к окраине бежала, когда они сгинули, – старательно вспоминала девушка,а – стало быть, эти звери опасаются приближаться к краю леса, а значит и жить могут только в глуби леса».

Эта догадка весьма порадовала Настю. Она даже слегка гордилась тем, что будучи волком ещё при прошлом обращении, могла спокойно разгуливать по городу. Да и сейчас – лично её на краю леса ничто не пугало. Видимо, она действительно, какая-то не такая… оборотень не от мира сего. Волчица попыталась улыбнуться – получилось не очень.

И вдруг на самом краю, в зарослях молодняка, что-то зашевелилось.

Настя застыла на месте. Казалось, будто её свежеобретённая шерсть сейчас встанет дыбом, а лапы просто-напросто откажутся нести звериное тело.

Неужели кто-то из хищных оборотней посмел не испугаться окраины и проследил за девушкой? В этом случае вся её теория рассыплется в прах, а прямо сейчас придётся вновь бежать со всех ног, которых Настя уже почти не чувствовала.

Но в этот раз страхам было не суждено сбыться. Из зарослей раздалось тонкое и жалобное «Мяу!» и навстречу волчицы выкарабкался тощий белоснежный котик.

Девушка уставилась на зверька, не совсем понимая – как он оказался в этом забытом всеми лесу и что с ним делать.

– Не ешь меня, – молвил вдруг кот вполне человеческим голосом.

Волчица не ответила. Она продолжала молча смотреть на собеседника и не представляла, что ей делать дальше – то ли встревать в беседу с усатым, то ли просто-напросто игнорировать наглеца и бежать дальше.

Однако в течение нескольких минут Настя так и продолжала молча взирать на кота, почему-то не решаясь даже сдвинуться с места. По какой причине происходил такой странный эффект, она, как ни странно, не могла догадаться, да и, если честно, даже не думала об этом. Если честно, как вспоминала она позже, в течение этих нескольких минут она вообще не думала ни о чём и не желала думать.

Кот же, как уставился изначально на хищницу круглыми глазами – одновременно наглыми и жалостливыми – так и продолжал глядеть точно так же, ни на секунду не отводя взгляда. И, наконец-то, спустя эти минуты, именно кот нарушил молчание:

– А меня Муськой звать, – и добавил, – а тебя?

И только в следующий миг к Насте вернулась способность думать. Хотя, она даже не отдавала себе отчёта в том, что «вот сейчас к ней вернулась способность думать осмысленные мысли». Нет, просто в следующий миг она начала размышлять особенно старательно и последовательно.

«А может и правда его съесть? – думала волчица, и вдруг заметила, что котик презрительно фыркнул, как будто прочитал мысли, – да чего там есть-то? На два укуса зверёк, да ещё и шерсти полный рот будет… да и не голодна я вроде».

Зверёк насмешливо фыркнул, а Настя, искоса поглядывая на него, продолжала размышлять:

«А ведь это говорящий кот! – внезапная догадка посетила волчицу, – говорящий, а значит волшебный кот! А что если попробовать откупиться им от колдуна? Ведь существо, с которым можно вечерами вести заумные беседы, наверняка гораздо ценнее вечно сбегающего оборотня… А тут, глядишь, котяра ещё и учёным окажется – сказки и песни слагать на цепи научится!»

Муська округлил свои и без того большие глаза.

«Нет! – чувство жалости неожиданно пробралось в душу Насти, – разве я посмею отдать такого красавца на растерзание душегубу?! Никакие песни и сказки тому и задаром не нужны… Да и от меня он вряд ли отстанет в любом случае. Теперь я обречена навеки на рискованное существование с оглядкой. Прогнать нужно котика прочь от себя подальше, дабы не навлечь опасность на невинное существо».

Кот заинтересованно наблюдал за волчицей.

«Сейчас прямо так и скажу, – решила Настя, – иди-ка ты прочь по добру и здорову…этот… как его… Му…Стоп!»

И тут внезапная догадка пришла ей в голову.

«А зачем он спросил, как меня зовут?! Я же волк, а волки, как правило, имён не имеют. Если они конечно не человеки, превращённые в волков! Неужели котяра что-то знает?»

– Ну и что ты смотришь на меня, как пингвин на кенгуру? – усмехнулся Муська, – котов что ли первый раз видишь. Так вот знай теперь, какие мы симпатяги! – и отчётливо мурлыкнул при этом.

– Котов я знаю, – наконец-то решила заговорить Настя, да только голос, как назло получился каким-то дрожащим и слишком уж тихим, – меня удивляет то, почему ты так бесстрашно разговариваешь с волком… я же волк, хищник с острыми зубами… да, и вообще, почему ты разговариваешь.

– Ну, во-первых, – котик задрал заднюю лапу, которую принялся самым непосредственным образом вылизывать, умудряясь при этом вести диалог, – никакой ты не волк, а во-вторых, почему бы мне не поболтать на досуге. Пусть даже с таким невнятным собеседником.

– Почему же не волк?! – Настя старательно оскалилась и попыталась даже порычать, ответом на что послужил саркастический взгляд собеседника.

– Послушай… кхм… волк, – потянулся котик, – если бы ты была волком, ты бы попросту никаких бесед поддерживать не стала, а просто слопала бы меня без разговоров, но ты не волк, а… человек, прикидывающийся волком, и даже не просто человек, а девочка-человек, так ведь… Ну, а разговаривать могут все животные. Если бы ты была волком, ты бы знала об этом.

– Ну тогда почему волк не стал бы разговаривать, ведь перед едой и поболтать можно, – удивилась Настя, – и как ты угадал то, что я девушка?

– Не расстраивай меня, это же очень просто! – взмолился было Муська, – разговаривать могут, конечно, все животные, однако у каждого вида свой, как бы это выразиться, диалект. Зачастую один вид не пожелает, да и не сможет просто-напросто общаться с другим. А волки, так и подавно, только перешептываются друг с дружкой, так что по сути их никто и не слышал никогда. А вот человек заколдованный сразу начнёт болтать со всеми, акцентируя внимание на именах, почему-то. Ну, а то, что ты дамочка, и так с первого взгляда понятно. Это вы – люди – не умеете отличить котика от кошечки, потому и именуете иногда серьёзного мужчину девчачьим именем Муська. Мы же вас различаем и с закрытыми глазами.

– Не знала, что вы, кошки, столь умны и интересны, – Настя усмехнулась, сверкнув клыками, – но ведь ты понял то, что не настоящий волк ещё до того, как я заговорила с тобой…

– Конечно, – презрительно фыркнул кот, – подбежала и уставилась на меня круглыми глазами. Не, волк сожрёт, и только потом подумает, кто это. Но об этом мы уже вели беседу.

Муська выгнул спину, потянувшись, после чего старательно вытряхнулся и подытожил:

– В общем, очень повезло тебе…– кот нахмурился, вопросительно взглянув на волчицу.

– Настя, – подсказала та.

– Настя, – повторил кот и продолжил, – повезло тебе, ибо коты умеют понимать и общаться с любым из видов живых существ, включая и человеков… заколдованных, – добавил он.

– Как это здорово, – искренне восхитилась волчица, – что же мы предпримем, о мудрейший Муська?

Кот наконец-то полностью выбрался из объятий колючего кустарника, немного покрутился на месте, и решительно разлёгся на траве, подставляя лучам солнышка, так удачно просочившимся сквозь листву окраинных деревьев, свой упитанный белоснежный бок.

– И почему ты думаешь, – лениво промурлыкал он, – что я намерен что-либо предпринимать вместе с тобой?

Волчица округлила глаза. Она была уверена, что после услышанного вся её шерсть мгновенно стала мокрой от пота, а лапы начали подкашиваться. Хотя волки вроде бы и не должны потеть.

– Но ты же сам… – неуверенно залепетала она, заикаясь на каждом слове, – кот, понимающий и разговаривающий… заколдованный человек.. я… девушка… повезло мне…

Настя обнаружила, что от волнения даже не может сформулировать фразу должным образом.

– Всё так, всё так, – невозмутимо согласился кот, каким-то образом поняв, что имела в виду его собеседница – но почему из этого должны следовать какие-то наши совместные действия? Ты заколдованная девочка, я обычный кот. Нам повезло поболтать, поболтали и разошлись каждый в свою сторону, так ведь?

– Нет, не так, – Настя даже попыталась оскалиться, – никакой ты не обычный кот, а очень умный, хоть и вредный. И наверняка ты уже догадываешься, как мне помочь! – требовательно заявила волчица, однако после этого заметно смутилась и повторила фразу с более мягкой интонацией, – ты же догадываешься, как мне помочь?

– Даже если так, – мурлыкнул Муська, – допустим, догадываюсь, – и, слегка сощурив свои большие глаза, добавил, – ну, а мне-то какой прок от того, что я помогу тебе? Подставляться за просто так на съедение голодным волкам не входило в мои планы.

– Напротив! – горячо возразила Настя, – ты будешь чувствовать себя гораздо в большей безопасности, если во время перемещения по этому проклятому лесу тебя будет сопровождать грозный зверь, пусть даже на самом деле это и не зверь никакой! Но не всем же об этом известно…

– На самом деле не зверь… – задумчиво повторил Муська, – не зверь… Ты знаешь, пожалуй, отведу я тебя на встречу с одним всемогущим магом. Он может всё, и это не просто слова. Но сперва ты ответишь мне на несколько вопросов. Договорились?

– Хорошо, задавай свои вопросы, только не тяни, – заторопила кота Настя, – нам же, наверняка, ещё через весь лес топать.

– По поводу расстояния не переживай – успокоил хищницу собеседник, и подумав немного, загадочным голосом произнёс, – угадай, а как я появился в этом глухом лесу?

Настя смущённо улыбнулась. Вернее, подумала, что улыбнулась.

– Ну, уж наверное, не жить в лес отправился, – рассуждала она, – я думаю, что тебя сюда отвёз какой-то недобрый человек, которого ты опрометчиво считал своим хозяином. Недобрые люди очень часто творят подобные вещи.

– Зря ты иронизируешь, – перебил девушку кот, – если честно, то я был бы совсем не против того, чтобы поселиться в этом лесу. Но вся проблема в том, что я зверски ленив, как, впрочем, большинство кошек. И мне, как и большинству кошек, просто необходим человек для того, было на кого опереться в этом безумном мире, чтобы кто-то обеспечивал моё беззаботное существование. И ты права, – Муська нахмурился и заметно посерьёзнел, – меня доставил сюда очередной экземпляр рода человеческого, очередной экземпляр, в котором я жестко ошибся. Я уже сбился со счёту, пёс возьми, как часто я ошибаюсь в человеках.

Настя хотела как-то успокоить бедного котика, но тот между тем продолжал свою грустную историю:

– Вот так – запихнул в мешок, бросил в машину и повёз куда-то. Оставил в лесу и был таков… Другие хоть просто на улицу выпинывали, а этот вон как…

Муськин голос уже начинал дрожать. Наверное, если бы коты умели бы плакать, то он непременно бы зарыдал.

– Потому, пойми ты меня, – не унимался Муська, – меня сразу же заинтересовал тот факт, что ты человек. И, судя по всему неплохой человек, раз уж за тобой банда злого колдуна гоняется. За плохим человеком злые колдуны не гоняются. А, стало быть, и хозяин из тебя мог бы получиться хороший, хотя и не очень приемлю этот унизительный термин – «хозяин». «Мой человек» – так, мне кажется, вернее. Но сейчас не об этом. Так вот, и предлагаю я совместить эти приятности с полезностями. Ты из волка превращаешься в человека, а я приобретаю в твоём лице человека для себя. Хорошая ведь идея?

– Э-э-э, полегче, друг, – рыкнула Настя, – никто меня ни в каком лице не приобретает, договорились? Молочко с рыбкой плюс ночлег – этого достаточно для твоей усатой персоны?

– Пойдёт для начала, – удовлетворённо протянул кот и зевнул с таким довольным видом, будто бы уже и не существовало той душещипательной истории, которой он делился с собеседницей буквально минуту назад.


## 3. Прыжок в кошачью страну


– А теперь побежали же быстрее меня спасать, – нетерпеливо зашептала волчица, – а то, того и гляди, колдун прочухает, что давно меня не доставал. Веди же меня скорее к своему чародею всемогущему!

– А чего далеко бегать? – улыбнулся вдруг Муська во всю ширину своей мохнатой морды.

«Реально как котяра чеширчатый, – взволнованно подумала Настя, – не хватало только в воздухе теперь раствориться».

– А ты не думала о том, – продолжал нагло и жеманно мурлыкать Муська, – почему бы мне самому не быть этим чародеем из страны кошачьей?

– Из какой ещё страны? – нервно тявкнула Настя, – ты ни про какую страну не говорил! Мы, что, должны ещё в какую-то страну когти драть?! А если ты сам чародей, то зачем вообще бежать куда-то?!

– А ты не задумывайся, – Муська принялся резво прыгать из стороны в сторону, – просто следуй за белым котиком…

И прыгнув в самые густые заросли колючих кустов, просто-напросто исчез.

– Э-э-эй! Куда? – взвыла волчица, немного подумала, после чего, зажмурившись, сиганула в то же самый кустарник.

Волчица старалась не ни о чём не думать в тот момент, когда её тело царапали колючие ветки. Только лишь крутилась в голове какая-то глупая навязчивая фраза «Всё или ничего… Всё или ничего…»

И, конечно же, Настя совсем не удивилась, когда приземлилась на почву, покрытую уже ставшей столь привычной желтеющей лесной травкой и острыми ветками, попадавшими с многочисленных деревьев. Никакой волшебной страны, никакого… а где же…

– Муська, – злобно рыкнула она.

– Я здесь, – послышался недовольный голос откуда-то сбоку.

Настя резко повернулась в сторону и обнаружила своего знакомого белого кота, спокойно вылизывающего заднюю лапу.

– Ты хочешь сказать, – разгорячилась волчица, – что это и есть чудесная кошачья страна?

Муська резко затормозил процесс своего умывания и уставился на девушку с таким видом, будто перед ним восседала ну совсем уж беспросветная дурочка. Ещё и застыл неподвижно – прямо так, с поднятой задней лапкой, как будто бы выдерживая паузу ради пущего эффекта.

– Я хочу сказать лишь то, что уже говорил до этого, – прошипел кот, нехотя снимая самого себя с паузы, – следуй за котиком! Только следуй, воочию и непосредственно наблюдая перед своим длинным носом кончик моего божественного хвоста! Только ты уж в этот раз не подведи, ибо я не собираюсь весь день тут ради тебя по зарослям скакать, как кролик.

И тут он сразу же бросился уже в другие заросли – уже другие, более густые, а, стало быть, и более болезненные. Котик так быстро упрыгал, что Настя реально чуть было не проворонила всё действо. Но в самый последний миг она успела зубами ухватить самый кончик кошачьего хвоста и сигануть через колючие кусты практически одновременно с Муськой

В этот раз девушка почувствовала, что на самом деле она как будто бы прорывается сквозь рамки привычной реальности. Неровные рваные края царапали её бока, и это была совсем иная боль, нисколько не похожая на ощущения от соприкосновения с с колючками лесного растения. Из открывшегося окошка веяло чем-то до боли знакомым и до безумия неизведанным.

Насте стало страшно, однако она уже была в процессе прыжка в неизвестность, и повернуть назад не было никакой возможности.

Приземлилась волчица на мягкий и и тёплый песочек. Никакого намека на траву, ветки или сухие листья, которыми была обильно устлана лесная окраина, здесь даже не было. Да и откуда было бы взяться всем этим листьям – вокруг не произрастало ни одного деревца, ни кустика, пусть даже маленького. Ей-богу, Настя отчётливо понимала, что всего лишь секунду назад с трудом пробиралась через непроходимые заросли, однако то, что творилось перед её глазами сейчас не поддавалось никакому объяснению. Вокруг была пустыня – необъятная, голая и безжизненная пустыня.

Но девушку более всего волновала сейчас то, что никаких намёков на болтливого кота она также не наблюдала. В пасти остался даже маленький кончик муськиного хвоста, который волчица случайно прикусила от волнения во время прыжка, однако самого котика не было нигде.

– Котик, – заволновалась Настя и позвала своего нового знакомого ещё раз, – Муська! Ну, кис-кис!

Честно говоря, она и не очень-то переживала в тот момент. Волчица была практически уверена в том, что кот по своему странному обычаю появится спустя пару секунд с какого-либо бока или вообще – сзади, при этом слегка напугает её, и они отправятся далее преследовать свою цель. Волчица была практически уверена в этом, потому что такое уже случалось, и становилось понятно, что с этим усато-мохнатым приятелем точно не заскучаешь.

Единственно, в чём ещё сомневалась Настя до сего момента, так это в том, что Муська имеет какое-то отношение к волшебству или магии. Ну, разговаривает, ну и что же из этого? Она же и сама сейчас в зверином облике бегает – так почему бы ей и действительно не уметь беседовать с другими шерстяными собратьями. Просто во время прошлого перевоплощения у неё как-то не выдалось ни времени, ни возможности для того, чтобы хоть парой слов перебросится с какими-либо представителями городской фауны. А тут лес – звериный дом, кот бездельничает, почему бы не поговорить?

Между тем Настя поймала себя на мысли о том, что уже в течение нескольких минут неспешно топает по мягкому и тёплому песочку, но никого, включая белоснежного котика, так и не встретила. А песочек был и впрямь настолько приятен на ощупь, что иногда возникало заманчивое желание резко остановиться и повалиться на бок часиков эдак на несколько в пользу блаженного отдыха. Да и солнышко на безоблачном небе даже и не думало привычно палить знойной жарой, а нежно и заботливо согревало ароматный воздух. Воздух…, а он и правда был ароматным, то есть вовсе не раздражал чуткое звериное обоняние какой-нибудь жгучей вонью, а осторожно окутывал прозрачным облачком ненавязчивых и совершенно незнакомых запахов. Хотя в округе не произрастало ни одной травинки, ни единого цветочка. Что же могло дарить такой аромат, не песочек же. Настя притормозила и осторожно принюхалась – да нет же, мягкая и сыпучая субстанция под её лапами совсем ничем не пахла. Просто мягкая и нежная субстанция, которая так манила прилечь…, ну, хотя бы присесть на время. И жадно вдыхать ароматный воздух, убаюкивающий воздух.

Волчица присела и с наслаждением зевнула. Кота так и не наблюдалось, но почему-то Настю это уже почти не беспокоило. Хотелось чуточку отдохнуть, вздремнуть самую малость. Тем более, что окружающая обстановка располагала к этому, как никогда.

«Да куда ж он денется, этот котяра, —○ подумала Настя, уже собираясь повалиться набок, – появится, как всегда, в самый неожиданный момент, начнёт болтать без умолку. А тут хорошо как…, ни колдунов, ни оборотней…»

– Эх, Муська, появился бы ты уж, – пробормотала волчица и закрыла глаза.

И в тот самый момент перед её сомкнутым взором и проявился так уже хорошо знакомый белый кот. Только в этот раз он совсем не походил на себя, а был каким-то слишком взъерошенным. Шерсть стояла дымом, глаза – вытаращены до предела, а острые когти – выпущены.

«Не смей останавливаться! – верещал Муська, – беги со всех лап дальше, пока не преодолеешь пустыню! Я не успел сказать тебе – это ловушка нашего мира, для того, чтобы избавляться от всех непрошенных гостей. Беги вперёд – кошки здесь никогда не останавливаются!»

Настя испуганно взвизгнула и тут же открыла глаза. Кота не было, вокруг по-прежнему простиралась безжизненная пустыня. Волчица нахмурилась и снова закрыла глаза.

«Беги! – продолжал орать вновь проявившийся Муська и, чуть сбавив тон, заметил, – кстати, очень хорошо, что ты догадалась позвать меня, а то я намучался бы с поисками. Сам-то я прямиком в свою резиденцию перекинулся. Не переживай, скоро мы увидимся. Ты только прямо сейчас, – кот опять округлил глаза, – беги! Беги со всех лап! А не то пустыня сожрёт тебя!»

И когда Настя в очередной раз открыла глаза, она с ужасом поняла, что мягкий и тёплый песочек почти полностью поглотил её. Пока она, зажмурившись, выслушивала Муськины предостережения, пустыня упрямо и уверенно засасывала её тело. На поверхности оставалась лишь часть её мордочки – туловище и лапы уже успели сгинуть в глубине. И не то, чтобы выкарабкаться на поверхность, даже пошевелиться не было никакой возможности.

Тут волчица и поняла, что песок уже начинает засыпаться ей в глаза и в открытую в безмолвном крике пасть. Настя успела лишь тихонько взвыть, перед тем как пустыня поглотила её целиком.

Невозможно было пошевелиться – ни одной из лап, ни головой, ни даже хвостом. Казалось, как будто бы многотонный груз неотвратимо повалился на тебя невероятно мягким основанием. То есть, как таковой давящей тяжести вовсе не ощущалось, однако было понятно, что выбраться отсюда просто-напросто нереально. Песок забил рот, нос, глаза было бесполезно даже пытаться открыть. А скоро и дышать станет совсем невозможно – вот он глупый и нелепый финал бесполезного существования.


Волчица уже прощалась с жизнью, когда вдруг почувствовала твёрдую почву под своими лапами. Это было настолько неожиданно, что все её конечности мгновенно подкосились, и Настя шумно шлёпнулась на бок.

Стоп! Как же могли лапы подкоситься, и как могла волчица упасть, если ещё секунду назад её тело было прочно заковано песочным омутом. Нет, твёрдую поверхность под ногами можно было как-то объяснить, ссылаясь на то, что жертва якобы достигла дна этой пустынной ловушки, но каким образом можно грохнуться, если вокруг песок?

Настя удивлённо фыркнула – в пасти также не оказалось никаких инородных субстанций, да и нос втягивал воздух без каких-либо препятствий. Обычный лесной воздух, лишённый тягучего и снотворного аромата иного мира.

Волчица резко открыла глаза. Перед ней простиралась такая уже до боли знакомая полянка, на которой Настя оказалась, удирая от стаи волков. Вон впереди маячат колючие кусты, мохнатый бок греет жухлая травка. Однако беспокоило какое-то странное ощущение безжизненности – ни малейшего ветерка, ни единого звука. Как будто бы мир поставили на паузу.

«Я умерла», – как-то особенно спокойно подумала волчица.


## 4. Вторая попытка прыжка


И в тот самый миг в её голове что-то оглушительно громко щёлкнуло, и мир ожил, и всё вокруг приобрело способность шевелиться и издавать звуки.

Настя поморщилась. В её сознании каким-то мучительным отзвуком, словно навязчивое эхо, кружилась уже хорошо знакомая фраза: «Следуй за белым котиком!» Волчица повернула голову в сторону колючих кустов и с ужасом заметила, как в их листве теряется кончик белого кошачьего хвоста.

Всё последующее действо произошло буквально за долю секунды.

Моментально вскочив на свои мощные волчьи лапы, Настя в тот же миг совершила стремительный прыжок в объятия этих кустов, пытаясь успеть вслед за хвостиком, пока тот окончательно не потерялся в листве.

– Получилось! – радостно взвизгнула волчица, приземляясь на мягкий и тёплый песочек.

С силой вдохнув ароматный воздух и злобно рыкнув в адрес обманчивой пустынной ловушки, Настя, не медлив ни секунды, понеслась вперёд со всех лап. И пускай однообразный пейзаж создавал впечатление, будто она стоит на одном месте, глупо и яростно перебирая ногами, волчица и не думала тормозить и останавливаться.

«Спасибо, Муська, – размышляла по пути она, – я же знаю, что это ты помог мне. Не понимаю как, но помог, иначе я давно осталась бы погребённой под этой толщей песка».

Не было видно ни конца ни края загадочной пустыни, однако Настя не сдавалась и летела вперёд, не замечая усталости.

И вдруг песчаная местность закончилась так же резко, как и началась. Это было так неожиданно, что Насте показалось, как она с разбегу преодолела какую-то невидимую грань, переход сквозь которую перемещает тебя в очередное иное пространство.


Никакого песка, никакой пустыни как будто бы и не было никогда. Как будто бы прорвав тонкую и незаметную плёнку, Настя шагнула в какой-то совсем другой мир. Ничего общего с той солнечной местностью, которую волчица спешно покинула, здесь не было.

А точнее – было здесь прохладно и даже холодно, и в то же время крайне душно. Вдоль поверхности земли стелился густой туман, но перемещался он очень быстро, будто бы гонимый ветром дым. Однако всё-таки это был холодный и густой туман. И явно повышенная влажность воздуха ни капельки не спасала от духоты.

Почву под лапами совсем не было видно, даже когда клубы тумана, казалось бы, расступались, различить что-либо не представлялось возможности. Зато точно ощущалось, что когти постукивают по твёрдой, скорее всего – каменистой – субстанции.

А вокруг, как и в прошлом – песочном – мире, ни единого существа, ни человечка, ни букашечки.

«Стой, подруга! – вдруг промурлыкал в голове у Насти Муськин голос, – эта ступенька не менее опасна, чем пустынная ловушка».

– Меня туман сожрёт?! – встрепенулась волчица и тут же затараторила, – куда мне опять бежать, как можно быстрее, не останавливаясь?»

«Здесь бежать бесполезно, – каким-то подозрительно обречённым голосом прошептал кот, когда Настя уже приготовилась к стартовому прыжку, – здесь уже по ходу решать придётся – выдержишь ты это или нет. Учти, что здесь всё зависит, а вернее – зависело – только от тебя».

– Ах, ты котяра бесстыжий! – зарычала волчица, – подставил меня под непонятно что, а сам смылся куда-то, и вот дудонит мне в голову всякие страшилки из-за укрытия. А ну, выползай, морда усатая!»

«Просто успокойся, – мурлыкнул Муська, – и приготовься встретить своё прошлое».

– Нам только найти…, нам только дойти, ага?! – начала уже свирепствовать Настя и, оскалившись, передразнила приятеля, – «следуй за чёртовым котиком-обормотиком»!

Однако Муська больше не произнёс ни слова. Тем временем происходило нечто очень странное – прямо перед Настей начали как-то особенно активно клубиться облачка тумана. И вдруг эти самые облачные сгустки резко расплескались в разные стороны, и волчица увидела, что прямо перед ней стоял маленький серый котёнок.

Настя не понимала в чём дело. Однако почему-то этот котёнок казался ей знакомым. Такой тощий, взъерошенный – сразу было видно, что родился и вырос на улице. И взгляд этих ясных огромных глаз – умный, и в то же время до невозможного печальный.

«Я знаю людей, – прошептала Настя фразу, которая внезапно всплыла в её памяти, – я слишком хорошо знаю людей, от того мне особенно грустно».

Именно такие слова, такую фразу, придумала она для котёнка, которого однажды увидела на автобусной остановке. Тогда наступила уже поздняя осень, шёл холодный ненастный дождь, а этот маленький шерстяной комочек, судорожно дрожа, замерзал на ледяном ветру.

– Фантик, – испуганно произнесла Настя и, дождавшись того, что котёнок отреагировал на зов, вопросительно повторила, – Фантик, Фант…

Девушка чувствовала, как задрожал её голос. Она помнила – ей было тогда примерно одиннадцать лет – как она подхватила дрожащего котёнка на руки, расстегнула курточку, прижала промокшего зверька к своей тёплой кофточке и, повторяя только что придуманные слова о том, что «хорошо знаю людей, от того мне очень грустно», понесла его домой. Маленькая Настя даже успела придумать имя для своего питомца – Фантик… Девушка помнила, как кричала её мама о том, что не потерпит никакого зверья в своём доме, что-то ещё о шерсти и аллергии, а потом поставила дочку перед выбором – или кот или собственная мама. Конечно же, Настя вынуждена была, заливаясь слезами, отказаться от зверька. Хоть и оставила она его не под холодным дождём, а в своём подъезде, но всё равно было неспимо горько.

И вот теперь Фантик – тот самый взъерошенный Фантик – взирал на неё из-за густых клубов тумана.

Настя застыла на одном месте и просто не могла пошевелиться. Конечно, легко было наглому Муське говорить «просто успокойся». А как тут успокоиться, когда на тебя во все свои несчастные глаза взирает существо – вероятнее всего, погибшее уже давно и не очень завидной смертью – и ощущать в полном объеме конкретно свою вину в его гибели.

«Что же он собирается делать со мной? – тряслась всем своим мощным телом зубастая волчица от страха перед маленьким взъерошенным котиком, – я же не виновата! Я же не убивала тебя, Фантик! Я даже от холодного дождя защитила тебя, оставив в подъезде».

Но как же предательски разъедало душу это слово «оставив».

«Я думала, что тебя кто-нибудь заберёт! Я же думала… думала…

Котёнок медленно привстал на своих маленьких лапках и неуверенно двинулся по направлению к волчице. Она почувствовала, как у неё замерло дыхание, и сердце застучало каким-то безжалостным барабаном. Настя даже думать о чём-то не могла сейчас.

«Успокойся, – крутилось вихрем в её голове, – спокойно, успокойся, спокойно».

Тем временем котёнок подошёл к волчице вплотную и даже потянулся по направлению к ней своей мордочкой, как будто бы хотел обнюхать. Настя даже почувствовала его дыхание – оно было на удивление тёплым и спокойным.

– Прости, – прошептала волчица, – я виновата.

Она не понимала, почему решила сказать именно эти слова Фантику, хотя всё время, с той самой секунды, как он проявился из тумана, только и занималась тем, что пыталась оправдать себя. Ну и что же теперь станется? Её безжалостно растерзают чёрные кошки и оправят прямой дорогой в ад? Ну и пускай! В любом случае общаться с Муськой после таких признаний будет уже не очень просто. Ведь не мог же не узнать о них – он же, судя по всему, знает всё.

Однако, сразу же после того, как волчица попросила у котёнка прощения, тот чуточку отстранился от неё, опять уставился в глаза, и не отводил взгляда некоторое время, после чего просто-напросто жалобно мяукнул, как будто бы моля о помощи. Моля о помощи у той, кто однажды уже предала его?

Настя оцепенела. Сейчас она уже совсем не знала, что ей делать. Животный страх уже улетучился, однако его место заняло удивление, которое утвердилось в сознании вполне логичным вопросом: «что же нужно от меня этому котёнку?»

А Фантик всего лишь осторожно прокрался мимо Насти и бесследно растворился в тумане. только и всего. После этого всё затихло – вокруг волчицы лишь беззвучно и волнительно клубились густые облачка.

Настя стояла неподвижно до тех пор, пока окончательно не устала ждать непонятно чего. Что же ещё должно было произойти для того, чтобы она смогла двигаться дальше.

Внезапно откуда-то сбоку, как будто бы из-за угла (тогда как никаких «углов» в этой реальности не было, да и быть не могло), выпорхнул внушительных размеров рой всяческой мошкары. Призрачные насекомые, оглушительно визжа и жужжа, всем облаком налетели на волчицу и, моментально миновав её, точно так же, как и Фантик, сгинули в тумане. Настя, крепко зажмурив глаза, долго ещё отплёвывалась от мошек, которых якобы наглоталась по ходу их атаки, однако волноваться по этому поводу не стоило, ибо, как уже было сказано, насекомые были призрачными.

А по земле тем временем незаметно пробежали мимо несколько туманных тараканов.

Туман сгустился настолько, что уже невозможно было разглядеть что-либо даже вплотную перед своими глазами. Повеяло обжигающим холодом, какой-то колючий ветер царапал мощное тело волчицы, ловко ныряя между шерстинок и просачиваясь до самой кожи. Влажные туманные облачка кружились обезумевшими вихрями, из-за чего казалось, что сам воздух как будто бы кипит внутри гигантской чаши, пускай и без соответственных для кипячения температур. А туман становился всё плотнее и темнее. Казалось, что непроглядный мрак в скором времени проглотит весь мир. Вот-вот, уже недолго осталось. И когда Настя с ужасом подумала, что погружается в очередную ловушку – ловушку кромешной тьмы, из которой невозможно будет выбраться, туман вдруг резко и неожиданно развеялся.

Улица мгновенно очистилась от каких-либо намёков на дым. В глаза ударил яркий свет, моментально разогнавший тяжёлую и мрачную тьму. Однако то, что предстало сейчас перед глазами волчицы, никаким образом улицей назвать было уже нельзя.

Настя оказалась в просторном светлом помещении. Точнее, это была комната – без окон и дверей, с чистыми белыми стенами, белым и таким же белым потолком. Причём, ни на потолке, ни на стенах не наблюдалось ни единой лампочки, так что не совсем понятно было, откуда просачивается свет в комнату без окон. А на полу стояло одно-единственное огромное коричневое кресло, обивка которого была активно подрана чьими-то острыми когтями. Да и само кресло казалось не очень-то новым. И вот, во всю ширь сидения этого весьма любопытного предмета мебели вольготно развалился белоснежный Муська. Можно было подумать – он спал самым крепким и непробудным сном, ибо котяра принял такую уморительную позу, что казалось – он просто-напросто растёкся на мягкой и комфортной поверхности.

Однако, не меняя этой чудесной позы ни на миллиметр, кот лениво приоткрыл один глаз, зацепился взглядом за фигуру удивлённой волчицы и заискивающим голосом произнёс:

– Ага, вот и ты. Вовремя я тебя выцепил. Жду хотя бы реверанс в знак благодарности.

– Я сейчас тебе хвост откушу в знак благодарности, – рявкнула Настя, – это что ещё за подставу ты мне устроил с дурными ловушками и погибшими питомцами?

– Ну извини, – пристыжено мурлыкнул Муська, спешно убирая хвост с поля зрения собеседницы, – но по-другому в кошачью страну попасть невозможно.

– Но ты же попал! – зарычала Настя.

– Но я же кот, – парировал кот.

Волчица нахмурилась ещё больше и, громко сопя, задумалась.

– Пойми же, это кошачья страна, – попытался помочь её мыслительному процессу Муська, – поэтому котам ничего не стоит попасть туда. Остальным же существам это сделать гораздо труднее, – и чуть тише добавил, – а точнее, практически невозможно.

– Я это заметила, – согласилась Настя.

– Все остальные существа могут подойти к границам кошачьего мира только по дорожке смерти, – продолжал кот, как будто бы не замечая того, как округляются глаза волчицы, – однако необходимо вовремя свернуть с этой дорожки, и я помог тебе это сделать. Из той реальности, где тебе встретились зверят, в гибели которых ты виновата, ты могла бы попасть в несколько иную реальность, откуда возвращение в мир живых невозможен.

– И что это за несколько иная реальность? – спросила Настя.

Муська немного помолчал, всматриваясь куда-то вдаль и, наконец, ответил:

– А вот там всё с точностью до наоборот. Тебя встретили бы животные, которым ты за свою жизнь успела сделать только хорошее.

– Ну а в этом-то что опасного? – удивилась Настя. – Ведь они – эти питомцы – наверняка только добрые, так что нападать вряд ли станут.

– Нет, не станут. – как-то грустно согласился кот – Да только это ещё хуже для тех, кто пока не собирается покидать мир живых.

Волчица непонимающе заурчала.

– Посуди сама, – печально улыбнулся Муська, – если ты сперва встречаешь недовольных твоим отношением животных, то рискуешь только одним – тем, что они затащат тебя в адское пекло. В самом прямом смысле и против твоей воли – ты дёрнешься, побежишь – и сиганёшь прямиком в пропасть с адским пламенем. Или же, если таких зверьков обиженных достаточно много, то они и самолично могут затолкать тебя в кипящий котёл.

Настя даже нервно вздрогнула, представив, как кучка маленьких милых котиков тянут за шкирку какого-нибудь упирающегося всеми конечностями амбала на хорошенько прогретую сковородку.

– Вот так прямо гурьбой? – уточнила она. – И без всякого суда?

– А чего тут мелочиться? – ответил кот. – Животные ведь не люди, чтобы бесполезные речи да выяснения разводить. Они помнят боль и просто-напросто заставляют вспоминать о ней того, кто эту боль им причинил. Сможет жертва преодолеть натиск зверей – пожалуйста – может спокойненько ожидать закономерного и подробного разбора грехов своих.

– Предполагаю, – усмехнулась Настя, – что ни единому охотнику не удаётся пройти этот этап. Наверняка ведь крайне трудно устоять перед стадами убиенных оленей или кабанчиков, не говоря уж о более крупных и серьёзных зверях.

– В этом случае, кстати, вопрос весьма спорен. – развёл лапами Муська. – Если ты прибьёшь живность ради выживания своего, ради пищи, то жертва твоя и после смерти вправе простить тебя. Нет, встречи со зверями этими не миновать, но они просто-напросто пройдут мимо тебя, как будто бы и не замечая. Никто не осуждает хищников за то, что они тоже кушать хотят.

– Какие охотники в наше время ради пропитания охотятся. – рассмеялась волчица, однако тут же посерьёзнела и продолжила. – Так всё же, что не так с другими – хорошими – животными? Почему после встречи с ними-то возврата нет?

– Тут, понимаешь ли, всё совсем по-другому. – вздохнул Муська. – Перед тобой возникают существа, которых ты любил и потерю которых ты искренне переживал. И вот – все они перед тобой, и тогда ты попросту ломаешься. Ты уже не захочешь назад, даже если у тебя и была бы такая возможность. И если в случае с несчастными животными тебя заталкивают в ад, то здесь ты уже сам выбираешь путь.

– Погоди, как это не захочу?! – возмутилась Настя. – А если семья-родные останутся без тебя? Кот живой останется без тебя, в конце концов?

– Нет, – покачал головой Муська, – ты начнёшь оценивать мир совсем с другой точки зрения. Ты отпустишь живых, всё равно они к тебе ещё придут когда-то… позже. А умершие любимцы – нет, ты ведь до этого полагала, что потеряла их навсегда.

Настя нахмурилась и очень крепко задумалась.

– Да не бери в голову, – попытался взбодрить подругу кот, – когда-нибудь тебе придётся полностью пройти этот путь, вот тогда ты всё и поймёшь. А сейчас нам пора творить волшебство, так ведь?

– Сейчас нам пора творить волшебство, – как заворожённая повторила волчица.

И тут кот поднялся на лапы, тело его выгнулось упругой дугой, как будто бы только что он увидел стаю злобных псов. Шерсть моментально встала дыбом, и Муська очень серьёзно и внятно произнёс:

«Тот, кто должен быть человеком, станет человеком».

– И это всё? – удивлённо прошептала Настя.

Однако это было не всё. Кот до предела вытаращил свои и без того не маленькие глаза и вдруг истошно заорал. И в тот самый момент в ушах волчицы зазвучали, вторя друг другу и перекрикивая друг друга, сотни – нет – тысячи, если даже не миллионы, разнообразных кошачьих голосов. Они вопили, мяукали, шипели и выли. Казалось, что никакого предела этому попросту быть не может.

Настя не могла более терпеть этого многоголосого воя, и потому очень скоро потеряла сознание.


## 5. Волшебство и его последствия


Очень долго не хотелось открывать глаза. Однако голова была ясной, общее самочувствие – превосходным. Хоть прямо сейчас вставай и пляши вокруг волшебного кресла, да только вот почему-то не было желания именно в этот момент являть этому миру себя – такую вот бодрую и адекватную. Да ещё, скорее всего – уже изменённую, или, говоря точнее – возвращённую.

А ведь страшно. А вдруг нет? Вдруг – ничего? Ведь столько раз уже было такое в течение этого короткого времени – с того момента, как Настя попала в проклятый лес – стоило открыть глаза, так обязательно происходила какая-то неожиданная гадость. Но сейчас же другое дело – кот Муська же всё подробно пояснил, исправно проорал заклинание. В общем, вряд ли что-либо могло пойти не так.

«Стоп! Стоп! Стоп! – Настя зажмурила глаза ещё плотнее. – Стоп, не нужно уговаривать себя, не нужно уговаривать… Просто открой глаза и убедись».

Она открыла глаза и раздражённо вильнула хвостом. Нетрудно было предположить и такого исхода – ничего не получилось. Настя осталась точно такой же лохматой волчицей, какой и была. Только дополнительно к этому её, судя по всему, опять выкинуло из кошачьего мира. Судя по окружающей обстановке, валялась она именно на той же самой полянке, на которой и встретила этого лживого Муську.

«Никуда я отсюда больше не пойду, – обречённо думала Настя, смиренно наблюдая, как плавно колышутся верхушки деревьев где-то очень высоко, под самыми облаками. – Пускай меня тут хоть без остатка сожрут, мне всё равно».

И тут где-то неподалёку в стороне что-то зашевелилось. Вернее – кто-то. Настя резко повернула голову в сторону источника взволновавшего её звука и обомлела. Если бы сейчас она стояла на лапах, то определённо все четыре из них мигом бы подкосились. А раскрытая от удивления пасть не желала захлопываться обратно.

Дело в том, что волчица ожидала увидеть кого угодно – этого драного Муську, полчище оскаленных оборотней-волков или даже самого колдуна злобного. Хотя насчёт личности колдуна она гадать не могла, ибо лично до сих пор так и не имела счастья наблюдать эту личность.

Но уж точно Настя не ожидала увидеть того хлипкого и тщедушного мужичонку, который в данный момент неуклюже корчился возле колючих кустов. Нет, он точно не мог быть злобным колдуном. Ведь тот даже на территории подвластного ему леса старательно скрывает свою личность.

– Кто ты? – таинственным шёпотом спросила волчица.

Мужик дёрнулся, как будто бы не ожидал услышать разговаривающего человеческим голосом зверя, затем резко вскочил на ноги, совершенно не стесняясь своего бесстыдства (как оказалось, он был ещё и полностью обнажён – Настя при этом брезгливо зажмурилась), нервно отряхнулся от всяких листиков-травинок-иголочек и каким-то истеричным тоном провизжал:

– Ах ты, пёс меня побери! Что ж это за дела такие?! – и уже обращаясь к волчице, перешёл практически на фальцет. – Кто я?! А ты что ж, пёс тебя подери, и не узнала?! Я же Муська, кот меня задери, самый настоящий Муська!

Настя удивлённо вытаращила глаза. Хорошо, что в этот момент собеседник уже догадался о неприглядности своего срама и стыдливо прикрыл причинное место.

– Муська? Это реально ты? Что с тобой произошло? – удивленно вскричала волчица.

– Как бы это смешно ни звучало, – оскалился голый мужик, – но со мной произошло именно то, чего не произошло с тобой, и, ежели ты не ослепла, то могла сама бы это заметить. Да, я превратился в человека двуногого. Я, пёс меня задери, а не ты!

– Это то до меня допёрло, – с сомнением в голосе подтвердила Настя. – Мне интересны причины – почему вообще такое произошло? Почему заклинание не сработало?

– Спроси что-нибудь попроще, – робко пожал плечами Муська. – В какой-то миг всё просто пошло не так. С какой стати всё посыпалось, я ума не приложу. Если бы я знал причину, разве я допустил бы такое?

Бывший кот внимательно осмотрел своё новое тело, не скрывая при этом особенно брезгливых эмоций.

– Лысый дылда, футы-нуты, – бубнил он при этом. – Где мои лапки? Где мой хвостик?!

– Хорош причитать, – волчица лениво поднялась на ноги,– если уж не можешь по-человечески всё объяснить, хоть вроде и выглядишь теперь как человек.

– Что ж тебе ещё объяснить? – раздражённо засмеялся Муська. – видно же невооружённым глазом, что заклинание почему-то вместо тебя по мне ударило. А тебя, вон, только кончиком хвоста задело, шёрстку отбелив лишь.

– Ух ты! – Настя тут же с восхищением принялась осматривать свою шубку, которая, и правда, после воздействия злополучного заклинания стала снежно белой. – А я теперь не тёмненькая!

– Супер! Хоть на выставку мехов сейчас же тащи! – обидно съязвил экс-кот и, поразмыслив, добавил. – Ясно одно – без чужого вмешательства здесь не обошлось. Но непонятно, кому же могло быть выгодно так навредить нам. Колдуна твоего отметаем сразу – на кошачье заклинание может воздействовать только кот или… кошка.

– Мне кажется, – начала Настя, с минуту задумчиво помолчала, после чего робко продолжила, – нам…, то есть тебе можно было бы опять прыгнуть в свой мирок, чтобы во всём разобраться.

Муська на пару секунд замер, и стал похож на статую античных времён.

– Отличный вариант! Почему бы и нет! – почти заорал он в тот момент, как отмер, и неожиданно для стеснительной волчицы скрестил руки на груди.

Настя в тот же миг брезгливо зажмурилась и пролепетала:

– Ну и…

– Уж конечно же! – возмущённо возопил Муська, срывая с колючего куста особенно пышную веточку, чтобы таки удобнее было не светить срамом своим. – В кошачьем мире ждут – не дождутся какого-то незнакомого голого мужика в паре с непонятной волчицей.


– Так я не поняла, – не поняла Настя, успев даже слегка обидеться на определение «непонятная», отпущенное в её адрес, – ты… мы прыгаем или нет?

– Уточняю для тех, кто не способен распознать простейший сарказм, – уже более спокойным голосом принялся объяснять голыш, – в кошачий мир способны пройти только коты или кошки, ну, и те, кто успевает прыгнуть непосредственно за ними.

– Так бы сразу и сказал, – невозмутимо парировала волчица, – что нам нужно найти ещё одну кошку.

– Где ж ты её найдёшь тут – в этом дурном лесу? – пожал плечами Муська. – Вряд ли кто-то ещё привёз сегодня в такую глухомань своего нерадивого питомца для того чтобы избавиться от него.

– Как желаешь, конечно же, – прорычала Настя в ответ. – Можешь и дальше просиживать свой голый зад на этой осточертевшей полянке. Замечу только, что тебе-то сейчас более необходимо, чем мне, как-то разрешить нашу проблему, вроде бы.

Муська ничего не ответил, а лишь махнул рукой и потопал вдоль лесной окраины. Волчица неспешно потрусила за ним, надеясь с помощью своего чуткого обоняния обнаружить искомый кошачий дух.

Спустя некоторое время экс-кот вдруг резко остановился, после чего грязно ругнулся и, сорвав ещё одну пышную веточку с кустика, принялся нервно размахивать ею и даже умудрялся иногда хлестать себя по бокам.

– Теперь я понимаю, – раздражённо прокричал он, – почему все люди злые такие. Их безволосая тушка, видимо, очень аппетитна для всяческой летуче-кусающей мерзости…, а уж эти иголки и шишки под ногами, ай!

Настя медленно шла рядом и угрюмо молчала.

«Да уж, – мрачно размышляла она, – такими темпами мы далеко не уйдём».

И тут волчица заметила, как Муська в очередной раз неожиданно затормозил, самым чудовищным образом выпучил глаза, и, обращаясь к ней, принялся обильно брызгать слюной и звонко шипеть, словно какая-то обезумевшая гадюка: «Тссссс!»

Наблюдая это не очень-то приятное зрелище, Настя, конечно же, брезгливо сморщила морду, однако, вынуждена была остановиться, ибо бывший кот в этот самый миг состроил настолько жуткую физиономию, что создалось впечатление, будто бы его прямо сейчас разорвёт на мелкие кусочки, ежели волчица посмеет сделать ещё хоть один шаг.

Муська осторожно подкрался к ней, протянул дрожащую руку куда-то в сторону густых зарослей и взволнованно прошептал:

«Посмотри-ка на это!»

Настя старательно пригляделась и увидела то, о чем так эмоционально жестикулировал бывший кот.

– Вижу-вижу, не пихайся ты, – ответила волчица и удивлённо добавила, не до конца, всё же понимая, что имеет в виду. – А кто это? Неужели он самый?

Там, с другой стороны за зарослями переросших трав и кустарника располагался ещё один мужчина. Правда он мало походил на нервного и голого Муську. Во-первых, потому что он был всё-таки одет, и весьма основательно при этом. Вероятно для того, чтобы его не доставали летающие кровопийцы. А во-вторых, мужик оказался значительно упитанным и вполне бородатым. В тот момент, когда из-за зарослей за ним наблюдали Настя с Муськой, мужик старательно тушил костёр и собирал свои пожитки. Нетрудно было догадаться о том, что он уже торопился валить из леса.


## 6. Как отмстить бывшему хозяину


Но вернёмся к тому вопросу, что так взволновал бедного Муську – кого же узнали в этом упитанном бородаче наши герои? Вы серьёзно? Ну, подумайте сами – Муська с первого взгляда понял кто этот мужик. А какого ещё представителя человеческого рода мог так неожиданно опознать совсем недавно брошенный кот, пусть даже и бывший. Нет, если задумываться, то кого угодно, ибо людей-то Муська повидал достаточно. Однако, самое первое, что приходит в голову, это…

– Да, этот поганец – мой бывший хозяин, – заскрипел зубами от злости Муська. – отпраздновать, видимо, решил избавление от нелюбимого кота.

– Я поняла это, – кивнула Настя. – Но почему же он сразу, как выбросил тебя, не свалил из леса? Брошенный питомец может ведь и опять привязаться.

– С ума сошла? – возмутился Муська. – чтобы я ещё и привязывался к этому недоумку?! Я, между прочим, сам уже собирался удрать от него, и удрал бы, если бы он меня не опередил.

– Я не об этом, – усмехнулась волчица, – а о том, что хозяин вовсе мог и не догадываться о твоих дерзких намерениях. И общепринятой истиной считается то, что каждый приручённый зверёк должен цепляться за своего хозяина и его дом.

– Много ты о зверьках знаешь, – огрызнулся бывший зверёк. – Уж, поверь, наше чувство друг к другу с этим отморозком было взаимным, и это было чувство ненависти.

– Ну тогда, чёрт возьми, почему он просто не выкинул тебя за дверь? – слегка раздражённым тоном поинтересовалась Настя.

– Вероятно, в лесочке прохладиться, кроме всего прочего, захотел, – оскалился Муська. – Кажется мне, что весь этот цирк он специально задумал ралли того, чтобы просто-напросто из дома временно свалить. Партнёрша его ещё та – извиняюсь за выражение – сука. Она вообще с молотком за мной по дому гонялась, когда я всего лишь невинно пометил их кроватку. Я им доверился сперва, а они – с молотком. Вот мужик сгрёб меня по-быстрому в мешок, да и вывез по-тихому.

– Получается, что он, можно сказать, спас тебя, – ахнула волчица.

– Конечно, ещё тот спаситель, – фыркнул Муська. – Трус и бездельник. Ты представить себе не можешь, сколько я пинков лично от него словил. Но, ничего, – злобно усмехнулся бывший кот, – вот теперь-то я поговорю с ним по-другому.

Настя хотела было уже остановить отважного голого мужчинку – она даже успела умоляющим голосом прошептать ему «Стой» – однако было уже слишком поздно. Муська решительно двинулся из-за укрытия кустов прямиком навстречу своему бывшему хозяину. Волчица даже зажмурилась, предугадывая то, что сейчас может произойти. Однако всё же животный интерес в итоге победил, и Настя, приоткрыв один глаз, принялась с интересом наблюдать за происходящим, продолжая прятаться за колючими ветками.

Отдыхающий не сразу заметил Муську, неожиданно появившегося на полянке. Но долго ждать не пришлось. Увидев голого мужика, столь стремительно шагающего в его сторону, бывший хозяин кота заметно опешил, и даже успел смертельно побледнеть. Однако он всё-таки довольно быстро пришёл в себя и схватив первое, что попалось под руку – а это было полусгоревшее брёвнышко – тут же занял боевую стойку.

– Не узнал?! – угрожающе вскричал Муська. – А вот я тебя, гадину, ни с кем не спутаю!

Бывший хозяин в ответ замахнулся брёвнышком и жалобно пропищал:

– Не подходи, зашибу!

«Ой, что сейчас начнётся, – беспокойно бормотала Настя, всё ещё продолжая из-за кустиков наблюдать за происходящим.

– Это раньше я был белым и пушистым, – не унимался экс-кот. – Сейчас я стал совсем другим!

– Пошёл прочь, извращуга! – испуганно, но уже с заметными нотками агрессии в голосе, завопил бородач. – Отправляйся к своим дружкам!

– Без тебя – никуда, – ехидно усмехнулся Муська. – Но сперва ты отдашь свою одежду.

«Тоже мне Терминатор нашёлся», – подумала волчица, критически оценивая худую и бледную фигурку своего товарища по несчастью.

А вот бывший Муськин хозяин на этот раз ничего отвечать не стал, а молча запустил брёвнышком в своего неузнаваемого питомца.

– Ты чего? – искренне удивился Муська, но всё-таки смог увернуться. Однако пустая пивная банка, брошенная в него следом, метко угодила прямиком в лоб несчастному экс-котику.


– Ай! – истошно завопил он. – Ты тупой совсем?! Больно же!

– А ты как хотел? – заржал бородач – Нежно и ласково, пушистый ты наш?

– Так… так…, так нельзя, – создавалось такое впечатление, будто бы бывший котик вот прямо сейчас примется рыдать горькими слезами. – Ты должен ответить! Ты же бросил меня!

Вот последнюю фразу Муське уж точно не стоило бы произносить в такой ситуации. Бородач аж затрясся весь от возмущения и моментально побагровел физиономией. Нервно дрыгая руками вокруг себя, он нащупал какую-то особенно толстую ветку и цепко схватил её, явно с не очень доброжелательными намерениями в адрес внезапного голого собеседника. Муська же, не ожидавший столь активного сопротивления, заметно струсил и торопливо попятился назад. А тут, как назло, ноги предательски заплелись в цепкой лесной траве, вследствие чего экс-котик неизбежно потерял равновесие и позорно грохнулся всем своим тщедушным телом на землю. Бородач же тем временем даже и не думал прекращать своё грозное наступление, как вдруг, в какой-то последующий миг, когда агрессор уже практически занёс палку над Муськиной головой, он вдруг резко остановил атаку и неожиданно изменился в лице.

– В-в-в-т-т-т, – дрожащим голосом залепетал несостоявшийся котовладелец, испуганно кивая головой куда-то в сторону, – т-т-там…

Муська, уже готовый к тому, что его сейчас безжалостно огреют дубиной, причём, возможно, не один раз, с удивлением уставился на бледнеющую физиономию своего экс-хозяина. И уже только чуть позже – спустя несколько секунд – он догадался взглянуть в ту сторону, куда с таким ужасом взирал бородач.

Оказалось, что ничего особенного там и не было – всего лишь из колючих кустов показалась голова крупной белой волчицы, наблюдавшей за всем происходящим на полянке с выражением глубочайшей озабоченности на морде.

– В-волк, – бородач наконец-то смог произнести что-то более-менее вразумительное, то и дело переводя до жути взволнованный взгляд с Насти на Муську и обратно, – волк же, волк…

Сам экс-кот спокойно посмотрел в сторону своей подруги, и, вовсе не торопясь подниматься на ноги, лишь недоумённо пожал плечами.

Волчица же, не отводя своего взгляда от бывшего Муськиного хозяина, произнесла чётко и ясно?

– Не нужно нервничать, и брось палку.

Бородач, естественно, палку бросил, но нервничать точно не перестал. До спокойного состояния тут было далеко – примерно как до Марса. У мужика заметно тряслись руки, да и сам он трепыхался всем телом. Ноги у него подкашивались, ибо уже пару раз бородач пытался подняться на них, дабы дать спасительного дёру, да только самым позорным образом валился обратно на траву.

– Да не трясись ты так, а то и правда сожру, – после этих Настиных слов бородач даже позеленел малость и чуть слышно заскулил. – Делай то, что тебе говорит вон тот голый дрыщ, и тогда все останутся довольны и счастливы.

Бывший котовладелец лишь нервно икнул в ответ и медленно перевёл обеспокоенный взгляд в сторону «голого дрыща».

– Да, – невозмутимо согласился со словами волчицы Муська и неуклюже поднялся на ноги. – быстренько снимай свою одёжку и отдавай мне, а то насекомые реально одолели уже – липнут куда только можно и нельзя, – и поразмыслив секунду, добавил, – и машинку отдавай.

Теперь уже и волчица уставилась на Муську с нескрываемым удивлением.

– Ты чего удумал, сознавайся, – с тревогой в голосе прошептала Настя. – Машинка-то зачем тебе? Не стоит увлекаться.

– А что? – искренне возмутился Муська, практически впрыгивая в безразмерные штаны, пожертвованные ему несчастным бородачом. – Она быстрая! Ты не представляешь, – у бывшего котика вдруг как-то по-детски загорелись глаза, – ты даже не представляешь, какая она быстрая! Быстрее ветра…

Настя заинтересованно посмотрела на своего собеседника.

– А ты управлять машинкой-то этой сможешь? – уточнила она. – У тебя ведь даже стаж человеческого облика всего ничего – не более двух часов.

– Ты думаешь, что это так сложно? – невозмутимо усмехнулся Муська

– Не думаю, – посмотрела на него Настя очень серьёзно, – знаю. Сама училась этому очень долго, да и не с первого раза научилась. И уже потом – примерно в течение двух лет после того, как выучилась – не могла даже смотреть на все эти рули и спидометры, – волчица выдержала небольшую паузу, – так страшно было.

После этих слов Муська нахмурился и обиженно засопел. Его можно было понять. После того, как он стал человеком, да ещё и настолько неказистым и нескладным, бедняга как будто бы растерял всю свою былую самоуверенность. Казалось, что оказавшись в таком положении, он просто не может обнаружить ничего, чем можно было бы гордиться. А ведь это было так необходимо для него..

Чем мог бы гордиться Муська сейчас – именно сейчас? Где его безупречно белоснежная шёрстка? Где пушистый и подвижный хвостик, с помощью которого при желании можно было продемонстрировать любые изменения в настроении, а при желании – и слукавить? Где его длинные и тонкие, но при этом предельно чувствительные усики? Где нежные, мягкие лапки, умеющие совершенно бесшумно ступать по любой поверхности? Где всё это?

И что же он получил вместо всех прежних прелестей? Нелепое тощее и безволосое тело какого-то неуклюжего дылды с уродливой физиономией. Разве этим возможно гордиться?

И вот в том же ключе становилось совершенно непонятно, с чего эта глупая Настя так переживает из-за утраты человеческой оболочки? Жила бы себе волчицей и в ус не дула бы. Допереживалась до того, что и кота честного под колдовские чары подставила.

А тут ещё и кататься не разрешает.

Да, люди умеют придумывать всякие необычные штучки и без всякой магии – этого у них не отнять. Чего стоит такая их сумасшедшая придумка, которую они лифтом называют. У прежнего бородатого хозяина такой штуки не было, потому что он неудачник, но как-то давно Муське самому посчастливилось быть свидетелем того, что находясь в этом странном лифте, можно за несколько секунд переместиться в другое место. И никакого волшебства – его запах кот непременно почуял бы. А машинка – это настоящее чудо – странное и быстрое. Но управлять этим чудом умели только люди. И вот теперь, когда Муська стал человеком – пускай даже столь уродливым – почему теперь-то ему нельзя воспользоваться этим чудом?

– Но у меня родилась отличная идея – мы всё-таки покатаемся на машине! – после этих Настиных слов бывший кот явно воспрял духом, а вот уже почти голый бородач насторожился. – Но поедем мы в город, ибо в лесу что-то маловато наблюдаю я кошачьего собрата. И поедут все присутствующие, ибо, как ни крути, но из нас троих водить умеет и может только твой, Муська, бывший хозяин.

Экс-котик, конечно же, согласился с предложением подруги, хотя и немножко опечалился. Зато бородач, уже практически не удивляясь такой разговорчивости дикого зверя, так и продолжал ничего не понимать


## 7. Поездка в город


На том и решили. Бывший Муськин хозяин, оставшись в одних трусах, майке и носках, уселся за руль, до сих пор не скрывая своего удивления при виде волчицы, занявшей соседнее с ним место. А позади вольготно расположился радостный Муська. С той самой секунды, как он влез в автомобиль, его не восторженные чувства, а уж когда машина, фыркнув выхлопными газами, осторожно двинулась вперёд по песчаной дороге, бывший котик практически обезумел от счастья. Он то и дело подпрыгивал на месте, после чего медленно сползал на пол и вновь карабкался обратно, забираясь с ногами на сидения. Периодически Муська прилипал к окнам – как с одной, так и с другой стороны, скрипел по их поверхности пальцами и пугающе громко восклицал: «Э-эх ты! Вот это ничего себе!»

Впрочем, Настя старательно не обращала никакого внимание на столь сомнительное поведение своего приятеля. Тем более, что сейчас тот был, ну… хотя бы одет во что-то, и при случае можно было не сгорать со стыда за его внешний вид. И пускай слишком просторная экипировка бывшего котовладельца болталась на тщедушном теле Муськи, как на пугале, но всё же это «что-то» было несомненно лучше прежнего «ничего».

А вот сам бородач, занимавший водительское место, спокойствия невозмутимой волчицы никак разделять не мог. Мало того, что его сознание жутко будоражил факт нахождения в его родной машине мало того, что хищного, так ещё и говорящего зверя, само существование которого ну никак не могло уложиться в его представлении о мире животных и людей. Но, как ни странно, беспокойный и жизнерадостный Муська пугал бородача в данный момент даже сильнее, чем волчица. И действительно, трудно было бы предугадать, какой сюрприз может выкинуть в следующую минуту этот псих.

Однако, как только бородач начинал подозрительно коситься на отражавшегося в автомобильных зеркалах беспокойного незнакомца на задних сидениях, зверюга на соседнем кресле тут же начинала чуть заметно оскаливать свои опасные клыки, после чего водитель покорно возвращал своё внимание к дороге.

– А я знаю, куда нам ехать! – закричал вдруг со своих мест перевозбуждённый Муська. – Ехай к прудам в спальном районе!

– Рули туда, куда тебе говорят. – рыкнула на бородача волчица, но сама с сомнением покосилась на своего приятеля. – Ты уверен?

– Стоять! – не выдержал вдруг бывший котовладелец и так резко нажал на тормоз, что вертлявый экс-кот в очередной раз грохнулся на пол. – Кто-нибудь мне, в конце концов, объяснит, что тут происходит? И да, – бесстрашно рявкнул он вдруг на удивлённую Настю, – можешь грызть меня сколько угодно, я всё равно в говорящих волков не поверю!

– У меня уже нет слов, – волчица беспомощно развела лапами.

– А ты до сих ничего не сообразил, значит! – вмешался Муська, перегибаясь через спинки передних кресел. – Ты же в лес не шашлыки жрать ехал, не так ли, а а котёнка маленького и беспомощного выбросить на произвол судьбы и на съедение диким зверям? Так вот, если хочешь знать, я и есть тот несчастный и беспомощный котёнок! А она, – «котёнок» кивнул в сторону волчицы, – очень добрая и милая девушка, которая какая-то злобная, как ты, гадина заколдовала. Но я тебя смогу простить, если ты…

Но Муська не успел договорить, поскольку бородач, запрокинув голову на спинку своего сидения, принялся вдруг громко и заливисто хохотать, грубо игнорируя все попытки бывшего кота продолжать свою задушевную и проникновенную речь.

– По-моему, он тебе не поверил, – поделилась Настя со своим другом, но сама после этих своих слов громко зарычала и набросилась на смеющегося водителя.

Тот, естественно, сразу же перестал ухахатываться, а вместо этого испуганно вытаращил глаза, мученически скривил рот и чуть слышно о чём-то застонал.

– Да, представь себе, мой голый в прошлом приятель бесстыдно обманул тебя. – тявкала Настя бородачу прямо в лицо. – Ну какой, к чертям, котёнок? Мы снимся тебе, понимаешь? Снимся! Мы – это всего лишь твой глупый и бессмысленный сон. Посуди сам, где ты ещё мог бы увидеть говорящую зверюгу и мужика-котика? Правильно – только во сне. А сейчас ты закроешь глазки, а потом проснёшься окончательно. И когда ты проснёшься окончательно, то напрочь забудешь этот глупый и неправдоподобный сон. Итак…

И в этот самый момент на макушку бородача с силой опустился какой-то непонятный и тяжёлый предмет. Ну, а опустил этот самый предмет на голову своего бывшего хозяина непосредственно Муська.

Бородач же лишь удивлённо поводил глазами в разные стороны, затем глубоко вздохнул , обмяк телом и наконец-то вырубился окончательно.

Настя очень серьёзно посмотрела на бывшего котика.

– Эй! Ты чего такое творишь-то? – взволнованно прошептала она, наблюдая, как бессознательное тело их недавнего водителя продолжает сползать со своего сидения.

– Усыпил. – радостным голосом прокомментировал свои действия Муська. – Ты же сама его усыпить пыталась, вот я и помог.