# Соседи. Часть вторая

Елена Архипова

Принято считать, что в Новогоднюю ночь случаются чудеса.

Вот и герои этой истории не стали исключением: он принял её за даму, желающую найти себе богатого мужа. Она не стала его в этом разубеждать. У обоих за плечами неудачные браки, где виной всему стали измены их супругов.

Каждый из героев – уже сложившаяся личность, и оба с твёрдым убеждением, что любовь – это уже не про него.

Читаем продолжение истории.

Начало истории живёт в книге "Соседи".

## Глава 1

Васильев ковылял по коридору в компании Веры и проклинал свое ранение больше, чем когда бы то ни было.

Обычно ранение шло ему в «плюс», придавая определенного шарма и загадочности.

Не то, чтобы доктор Васильев этим бравировал, совсем нет. Он был из тех, кто не хвастался своими заслугами, но женщины, будучи по своей природе натурами впечатлительными и сердобольными, всегда проявляли интерес, особенно, когда видели шрамы от пуль.

Так что да, можно было смело утверждать, что ранение было Васильеву на пользу.

Но не в этот раз.

– Андрей, Вы сказали, что хотели поговорить со мной о Лизе? Простите, я хотела сказать: о состоянии здоровья Лизы? – Вера шла рядом, и казалось, медленный шаг Васильева её нисколько не беспокоит.

– Совершенно верно: и о Лизе, и о ее отце. И как раз о состоянии здоровья обоих Кузнецовых.

– Об ее отце? – Вера удивленно переспросила и закончила свою мысль, удивив и озадачив тем самым Васильева окончательно:

– Но я не знакома с отцом Лизы. Я хотела сказать, что лично я с ним не знакома. Я его знаю лишь со слов самой Лизы.

– Да?  – Васильев остановился перед дверью в свой кабинет, открывая его.

Вера, казалось, не услышала удивления в голосе врача:

– Впрочем, да, Андрей, нам надо поговорить. Мне тоже надо кое-что у Вас спросить.

– Тоже об отце Лизы? – спросил в попытке пошутить. И был сражен ответом:

– Да, и о нем тоже. И не только о нем.

Васильев распахнул дверь в свой кабинет и сделал приглашающий жест:

– Вера, проходите! Не буду добавлять “чувствуйте себя как дома”. Я же понимаю, что врачебный кабинет – не то место, где надо так себя чувствовать.

Васильев попытался пошутить, понял, что вышло корявенько, и мысленно на себя чертыхнулся. Куда делось его хваленое чувство юмора? Почему в компании этой женщины он терялся?

– Да, Вы правы, кабинет врача совсем не то место, где хочется часто бывать.

Вера вежливо улыбнулась, входя в кабинет. Прошла, села на стул для пациентов, быстро огляделась, отметив, что Андрей же завотделением, а кабинет у него самый обычный, ну, разве только, не намного больше по размерам. Письменный стол, два стула перед ним, за ширмой кушетка, на стене устройство для просмотра рентгеновских снимков.

– Так что Вы хотели узнать о Нине? – Васильев привлек внимание Веры вопросом.

– О Нине? – Вера посмотрела на Васильева удивленно. Смутилась:

– Нет, не о ней. Точнее, и о ней тоже, да. Но все-таки в первую очередь, о Лизе. О состоянии ее здоровья. Да, так правильнее.

– Слушаю, – Васильев пристроил палочку рядом и откинулся на спинку кресла.

– Андрей, ответьте мне честно: у Лизы есть еще травмы помимо тех, о которых Вы уже мне рассказали? Почему девочка лежит не в травме, а у вас, в хирургии? И, собственно, если это все ее травмы, то почему она лежит в больнице?

Васильев посмотрел на Веру долгим взглядом, будто решая, стоит ли ей отвечать честно или нет. Решился:

– Хотите честный ответ?

– Очень на него надеюсь!

– Хорошо! – Васильев кивнул. – Лиза лежит в моем отделении лишь по той причине, что мне нужен ее отец.

– В каком смысле, нужен? Зачем? – Вера насторожилась.

– Исключительно как пациент, – Васильев усмехнулся. – Потап, как подавляющее большинство мужчин, тем более, бывших военных, не любит врачей и обследования. Может, это низко с моей стороны, что я вплетаю в это Лизу, но мне надо взять у Потапа ряд анализов и, в идеале, сделать МРТ головного мозга.

– И вы, пользуясь тем, что Лиза все равно лежит у вас, надеетесь уговорить ее отца? – Вера, всё ещё не веря ему, уточнила.

– Да.

– Причина только в этом? Не в более серьезных травмах девочки?

– Вера, только в этом. Говорю Вам это как на духу!

Вера смотрела на Васильева настороженно, и ему пришлось продолжить:

– В крайнюю свою командировку Потап был ранен. Ранение в голову. Слава Богу, мы его спасли, но с военной службы его, как Вы понимаете, комиссовали по состоянию здоровья, – Вера кивнула, принимая его ответ и побуждая его продолжать. – Уважая его военные заслуги, Потапу оставили право владения оружием и подыскали наиболее подходящую работу.

– Лесником, – Вера опять кивнула, – да, Лиза говорила, что ее отец лесник.

– Да, лесником. Угодья, что находятся в его ведении, расположены за две тысячи верст отсюда. Да, далеко, зато нет шума и суеты.

– Шума?

– Да, все верно, городского шума, – Васильев выделил слово «городского» интонацией. – С тех пор прошло уже несколько лет. Как напоминание, Потапу остались шрамы и периодические головные боли. Симптоматика такая же, как при мигрени. Провоцируют те же раздражители: усталость, недосып, нервное перевозбуждение. Надо постоянно принимать лекарства, но я точно знаю, что Потап этого не делает. Спасается только длительным сном в полнейшей тишине и темноте.

– Ясно, – Вера коротко кивнула.

– Я, пользуясь тем, что девочка меня знает, и да, пользуясь своим служебным положением, забрал Лизу к себе в отделение. Зачем? Лишь за тем, чтобы и ее отец согласился пройти обследование. Наверное, это выглядит как шантаж, да? – Васильев вопросительно посмотрел на Веру.

– Есть немного, – не стала она отрицать.

Васильев рассмеялся и продолжил:

– Поверьте, Потап не тот человек, которого можно шантажировать. Лиза может быть выписана домой уже сегодня. У девочки нет серьезных травм. Разве что кроме душевных. Я ведь правильно понимаю, что ее избили и опоили наркотиком по просьбе ее так называемой лучшей подруги? Как же её там?

– Анна Омеличева, – подсказала Вера, тяжело вздохнув, – да, все верно.

– Вера, скажите, неужели же этот ваш конкурс или что там у вас, так крут, что надо вот ТАК поступать с конкурентами? – настала очередь Андрея смотреть на Веру недоверчиво.

– Крут, безусловно, – Вера прикрыла глаза, резко выдохнула и, открыв их, продолжила:

– Во всем этом есть и моя вина: я придавала конкурсу слишком большое значение. Хотела побудить студентов учиться лучше. Считала, что когда у них будет такая цель, как возможность попасть на работу к известному ресторатору, то они будут охотнее учиться и стремиться попасть в лучшие заведения города. Хотела как лучше, а получилось как всегда.

– Вера, поверьте, в этом нет Вашей вины. Вы не могли знать того, что кто-то из студентов опустится до избиения конкурента.

Вера хотела что-то ответить Васильеву, но не успела, в его кабинет коротко постучали и тут же открыли дверь. На пороге застыла пожилая санитарка:

– Андрей Яковлевич! Там Вашему другу, ну, этому, со шрамом на лице, – женщина провела ребром ладони в воздухе, поднеся руку к левой части лица, – стало плохо.

– Потапу?

– Да, ему! Он потерял сознание прямо на нашем крыльце.

Васильев коротко ругнулся, а Вера, сложив, что называется, два плюс два , не веря своим выводам и пытаясь осознать только что услышанное, уточнила:

– Так этот хам со шрамом и есть отец Лизы?

– Да, он самый! – Васильев уже обходил свой стол, не удержавшись, хохотнул. – Лихо Вы его, Вера. Надеюсь, расскажете, что за “нежные” чувства  вас с майором связывают?

На это Вера лишь качнула головой и рассмеялась.

– Андрей, я всё-таки пойду к Лизе. В какой палате она лежит?

Васильев назвал номер палаты, в которой лежала девочка, пояснив:

– Мы проходили мимо ее палаты, пока шли ко мне.

– Да, я помню! – Вера подхватила свою сумку с гостинцами и вышла из его кабинета.

– Вера, я хотел попросить Вас…

– Не говорить пока Лизе ничего о том, что случилось с ее отцом? – Васильев кивнул. – Даже и не собиралась. Буду ждать Вашего возвращения у Лизы.

## Глава 2

Васильев согласно кивнул, одарил Веру странным взглядом и, несмотря на хромоту и явный дискомфорт в ноге, быстро удалился в известном ему направлении.

Вера быстро нашла палату Лизы, подойдя к двери, постучала, прежде, чем войти.

– Входите, не заперто! – раздался голос Лизы.

– О, ты уже шутишь! – Вера вошла в палату и замерла, увидев девушку.

Половину ее лица украшал огромный синяк, один глаз открывался лишь наполовину. Лиза сидела на кровати, напротив нее, на единственном стуле, сидел полицейский и что-то писал.

– Вера Павловна, здравствуйте! – Лиза, увидев своего классного руководителя, попыталась улыбнуться.

– Здравствуй, Лизонька, – Вера улыбнулась девушке и шагнула к ее кровати. – А что здесь происходит?

– Уже ничего! – молодой совсем парень с погонами младшего лейтенанта оторвался от своего занятия и протянул Лизе папку. – Ознакомьтесь и распишитесь.

Лиза взяла протянутый протокол и углубилась в его чтение, а парень, обращаясь к Вере, проговорил тоном учителя:

– Её избили, отравили препаратом, а она заявление отказывается писать! А потом все возмущаются тем, что вечером на улицу страшно выйти! Сами же своим бездействием и плодим преступников!

– Готово! – Лиза вернула полицейскому его папку.

Парень глянул на подпись девушки, коротко кивнул и убрал бумагу в портфель. Буркнул недовольно: “Поправляйтесь!” – и вышел.

Лиза сидела нахохлившимся воробушком и явно ждала отповеди и от классного руководителя.

– Не стала писать заявление на Анну?

– Что? – от неожиданности Лиза вскинула взгляд на Веру. – Откуда Вы знаете, что это Аня их подговорила?

– Не сложно было догадаться, – Вера шагнула к тумбочке девушки и стала выгружать гостинцы. – Во-первых, и это я тебе авторитетно заявляю, только вы с ней можете заинтересовать нашего прославленного Козловского. Во-вторых, и опять же как профессионал, будь я на его месте, то я бы остановила свой выбор на тебе. И, наконец, в-третьих, Анна сама себя выдала.

Лиза сидела насупившись и Вера, желая подстегнуть интерес девушки, спросила:

– Сказать, чем именно она себя выдала?

Лиза пожала неопределенно плечиком, давая понять, что ей не очень интересно. Но Вера не поверила этому жесту девушки.

– Анна сама и вдруг позвонила мне вчера утром.

– Вчера? Утром? – Лиза удивленно смотрела на Веру.

– Представляешь, как я удивилась? – Вера рассмеялась и пояснила:

– Чтоб ваше поколение, да в десять утра первого января, кому-то звонило? Да мы в ваши годы в это время как раз спать ложились после празднования.

– Серьезно? – Лиза смотрела на своего классного руководителя и пыталась представить ее гуляющей до утра.

– Еще как серьезно, уж можешь мне поверить! Но не будем отвлекаться на меня и мою молодость. Я тебе потом, если захочешь, расскажу. Сейчас об Анне.

– И что же она хотела? – девушка спросила, казалось, из вежливости.

– Очень Анна за тебя, знаешь ли, переживала, – Вера отнесла термос с супом к маленькому столику в углу палаты, разложила приборы и вернулась к кровати Лизы, рассказывая будто бы между делом, а на самом деле наблюдая за реакций Лизы на свои слова. Девушка усмехнулась, но продолжала молчать.

– Еще Анна отнекивалась, что вы с ней подруги, – Лиза качнула головой и потянулась за тюбиком с какой-то мазью, открыв его, выдавила себе на пальцы и аккуратно смазала синяк на лице.

– Агнию с ее компанией пыталась выставить в плохом цвете, – Вера закончила говорить и замолчала, глядя на Лизу.

– Что? – Лиза, наконец, не выдержала и задала вопрос.

– Ну, уж извини за резкость, Лизонька, но говорю как есть. Чтоб уж все иллюзии развеять. Нельзя отрубать хвост по кусочкам. Легче точно от этого не будет.

– Агния не такая! Она бы никогда…

– Лиза, не кипятись, – Вера прервала девушку, – я и не поверила. Тем более, что потом, правда, позже мне и Агния позвонила. Рассказала о тебе. У неё ведь тут её друг работает, верно?

– Да, Макс. Он приходил ко мне и предлагал свой телефон, если вдруг позвонить кому мне надо, – подтвердила Лиза слова другой своей одногруппницы.

– Да, Агния мне так же сказала, – Вера улыбнулась. – Знаешь, мне стыдно это говорить тебе, Лизонька, но я ведь, к своему стыду, судила о нашей Агнии по одежке.

– Почему стыдно?

– Да потому, что грош мне цена, как педагогу, раз уж я не могу разобраться в своих учениках.

– Вам не за что извиняться, Вер Пална! Агния и ее команда и сами знают о том, какое они производят впечатление на окружающих. Это своего рода защита от таких вот “подруг”, как Аня.

– Пожалуй, ты права, – Вера проговорила это задумчиво.

– Вер Пална, не буду я писать заявление на Аню. Глупо все получилось. Тех парней я и не помню толком, даже по именам их всех не запомнила. Мне вон младший лейтенант Иванов уже указал на мое легкомыслие! – Лиза кивнула на дверь своей палаты, намекая на молоденького полицейского, что был тут. – Не собиралась я там долго сидеть. Аня попросила сходить, разбавить их мужскую компанию, я и пошла. Она ведь уверяла меня, что нормальные они парни, – Лиза медленно сделала глубокий вдох и продолжила говорить:

– Аня никогда и не скрывала того, что хочет победить любой ценой и устроиться на работу к Козловскому. Она ж и так ничего хорошего в жизни не видела – одни побои от отца-алкаша, если не успевала спрятаться. Она ж потому и на повара поехала учиться, что дома нормальной еды никогда не было, а алкоголя всегда в избытке. Вот и пусть она идет на эту работу. А я сдам остальные экзамены да к отцу уеду. В провинции тоже люди живут и в рестораны ходят. Вот там и найду работу, а уж мясом меня папа с Егорычем обеспечат!

– Вот, значит, как ты решила, да?

– Думаете, что не справлюсь?

– Почему же? Уверена, что справишься! – Вера сказала это уверенно. – Ты у нас девушка целеустремленная, готовишь ты хорошо, так почему же у тебя должно что-то не получиться?

– Да. Уеду. Мама со своим Гариком и без меня тут счастлива, а отец там совсем один. Ему после ранения тяжело жить в больших городах, он и живет там в деревне. Ближайший город в тридцати километрах от него. Городок тихий и, знаете, уютный такой. Мне там нравится, если честно. И люди там более открытые. Не держат камня за пазухой, – Лиза, говоря это, явно намекала на Анну.

– Да, в маленьких городах все на виду, – Вера согласилась с девушкой.

Они посидели в тишине. Потом Вера, легко поднявшись со стула, шагнула к Лизе, протянула той руку, предлагая опереться на нее, и бодрым голосом произнесла:

– Ну, что? Давай пробовать суп лапшу?

– Давайте! – Лиза обрадовалась, когда поняла, что ее любимый педагог не собирается ее отговаривать. Встала, опираясь на руку женщины, поблагодарила и подошла к столику, где в глубокой тарелке аппетитно дымился суп. Зачерпнула первую ложку, прожевала и блаженно улыбнулась:

– Очень вкусно!

– Приятного аппетита! – Вера улыбнулась и отошла к окну, чтобы не смущать девушку, стоя рядом.

– Вер Пална, а что у нас в доме творится? Я тут наш домовой чат почитала, не поверила -это точно наш спокойный дом?

Вера рассмеялась:

– Если ты о том, что один из наших жильцов вдруг в колдуны подался, так это Григорию его невестушка устроила. Не понятно, правда, за что она ТАК с ним. Нормальный же, вроде, парень. (ссылка на Ингу Леровую)

– А соседи-то уже и рады! Подались, кто за чем, записываться! – Лиза рассмеялась. – Вер Пална, а что там за история с распилом машины и дракой? Это точно про нашу улыбчивую Лёлю? (ссылка на Зайцева)

– Точно! Сама удивляюсь, веришь? Ты давай-ка ешь, пока суп совсем не остыл!

## Глава 3

По дороге домой Вера вспоминала события сегодняшнего дня. Точнее, еще раз прокручивала ту информацию, что узнала от Васильева.

– Вот тебе и “хам со шрамом”. М-да-а-а… Неудобно получилось, – и следом мысль, удивившая и саму хозяйку:

– Надо бы извиниться перед человеком за свои дурные мысли, да, Вер Пална?

– Однозначно надо! – сама спросила, сама же себе и ответила.

– У него приступ приближался, от того и злой ходил, а ты его хамом обозвала, эх ты! Неудобно, конечно, вышло, но кто ж мог знать? Анкета эта еще от любимой подруги! Ну, Маришка! Ну, подружка моя неугомонная!  Устроила мне, понимаешь, конфуз! Вот только вернись со своего вояжу, получишь от меня, – Вера пригрозила подруге на расстоянии.

– Впрочем, Потап тоже хорош! Не разобравшись, выводы делает и котят на улицу выкидывает. Беззащитный малыш-то здесь причем, если у тебя голова болит?

Вера уже въехала в родной двор, припарковала автомобиль, и тут ей на глаза попалась вывеска магазина, что был рядом с домом. У Ашота всегда можно было купить свежее мясо.

– Телячьих биточков разве приготовить? – спросила опять сама же у себя. И опять сама же и ответила:

– Да. Пожалуй, они подойдут. Опять же, если приготовить их в духовке, то они будут менее калорийными. Да и Лизу ведь надо будет завтра чем-то кормить. Андрей, помнится мне, обещал ее выписать, но сомневаюсь я, что девочка с такой гематомой на половину лица на улицу захочет выйти. Не хватало еще того, чтобы и ее в нашем придомовом чате обсуждали! Мало ей соседства с Митрофановной, которая и спит, и ест у себя под дверным глазком, лишь бы быть в курсе всего, что происходит в жизни соседей. Вот, как говорится, к бабке не ходи, выглянет ведь эта наша ведущая “Радиоточки” из своей квартиры, чтобы узнать лично, что да как. Раньше бабки на скамейках сидели, а нынче в чатах сплетни распространяют.

– Да! Биточки! У нашего Ашотика точно найду хорошую телятину.

Вера выбралась из автомобиля, покосилась на распиленный Лёлей автомобиль, что так и стоял во дворе, (ссылка на “Зайцева”) и до магазина Ашота отправилась пешком, решив:

– Все равно мне только мяса надо. Всё остальное у меня есть.

Ага! Сейчас! Разве может хоть одна женщина выйти из магазина, купив только то, что хотела, входя в него? Вера не была расточительным шопоголиком, но и она вышла из магазинчика гостеприимного хозяина с полным пакетом продуктов. Уже у подъезда она столкнулась с Лерой. Девушка явно увидела Веру раньше и сейчас ждала ее приближения. Вера было удивилась, а потом вспомнила, что Лера знала о Лизе, а потому первым вопросом от соседки было:

– Как там Лиза?

– Спасибо, можно сказать, что хорошо, – Вера улыбнулась. – Завтра уже обещали выписать.

– Да? Это хорошо, – Лера рассеянно покивала.

– Как ты сама? – Вера кивнула на забинтованные руки Леры. – Болят?

– Спасибо, уже легче, – последовал короткий ответ.

Вера поняла – девушке не очень приятно говорить о своей травме. Домовой чат обсуждал их скандал с мужем, да и по интернету, наверняка, уже гулял ролик с Лерой в главной роли.

В подтверждение её догадки Лера сменила тему, кивнув на пакет с продуктами в руке Веры:

– К Ашотику заходили?

– К нему, – Вера рассмеялась, тряхнув явно тяжелым пакетом, – зашла за хлебушком, называется. Хочу телячьи отбивные приготовить к завтрашней выписке Лизы.

– Ох, Вера Павловна, Вы сейчас сказали такое сложное для меня блюдо! – Лера смутилась и призналась:

– Я совсем не умею готовить, вот и муж потому от меня гулять начал. Пирожков ему, видите ли, не хватало!

– Ох, Лера, умение печь пирожки – это, безусловно, полезное умение, но, как оказалось, и оно не удержит мужика в семье, если он решит сходить налево. Уж можешь мне поверить! – Вера грустно улыбнулась. – Моего мужа эти мои навыки не удержали в семье.

Лера лишь так же грустно улыбнулась в ответ, а Вера неожиданно закончила:

– А ты, если потом надумаешь взять пару уроков, приходи. Поделюсь секретами.

– Спасибо, буду иметь ввиду.

– Ладно, Лер, пойду я! Поправляйся и выкидывай весь негатив из головы. Ты у нас девушка умная и красивая. Поверь, найдешь себе и лучше, и умнее своего любителя пирожков. А сейчас я вангую: твой новый мужчина еще и готовить у тебя будет уметь так, что пальчики оближешь!

– О! Ваши слова, да Богу в уши! – улыбнулась Лера. – Лизе привет передавайте!

Едва Вера перешагнула порог своей квартиры, как раздался звонок телефона. Номер, что высветился, был Вере незнаком. Снимать трубку и выслушивать предложения о возможности заработать много, без вложений, и при этом находясь удаленно, Вере не хотелось, и она не стала отвечать на звонок, положив телефон на комод в прихожей.

Котенок, услышав её, выбежал из спальни и с мяуканьем, путаясь в своих лапах, припустил к ней.

– Малыш, проголодался, да? – заворковала с котенком. – Подожди, сейчас руки вымою и буду тебя кормить.

Звонок на телефоне оборвался, но вслед за этим прилетело сообщение.

– Да что ж напасть-то, а?

Вера посмотрела сердито на телефон и увидела, что новое входящее сообщение было с того же незнакомого номера.

“Вера, это Андрей. Ответь, пожалуйста!” – прочитала удивленно она и тут же перезвонила Васильеву.

– Прости, пришлось задержаться у Потапа дольше, чем я планировал! – выпалил сразу.

– Андрей, это твоя работа. Тебе не за что извиняться! – успокоила и тут же задала вопрос:

– Надеюсь, с отцом Лизы всё хорошо?

– Да, всё не так страшно. Главное, что я ничего нового у него не обнаружил, и это радует, – Васильев устало выдохнул и замолчал.

Вера, не понимая того, зачем Васильев ей позвонил и сам же молчит, проговорила:

– Андрей, там у Лизы в термосе еще суп остался. Ваша порция. Остыл, конечно, уже, но можно разогреть. У вас ведь есть в ординаторской микроволновка, правда?

– Да, есть. Мне тут… коллеги уже подогрели. Спасибо, очень вкусно.

Вера усмехнулась, обратив внимание на это его “коллеги” и на то, что Васильев замялся, подыскивая правильное определение. Видела она этих самых его коллег, ага.

– Хорошо, что не стали отказываться от супа, подогретого дважды. Рада, что он Вам понравился. Если не сложно, оставьте термос у Лизы в палате. Я завтра заберу.

Разговор у них явно не клеился.

– Андрей, Вы что-то говорили о том, что Лизу можно выписывать. Я смогу ее завтра встретить. Скажите только, в котором часу мне подъехать?

– Да, я выпишу Лизу завтра. Тем более, что цель достигнута – ее отца я уже заполучил, – Васильев рассмеялся, но, оборвав смех, опять замолчал. – После обеда можно уже будет приехать за Лизой.

“Да что ж так сложно-то вдруг стало нам с ним разговаривать? – удивилась Вера. – При личной беседе нормально же общались!”

– Андрей, я хотела Вас спросить, могу ли я принести Потапу завтра…

– Вера, я хотел пригласить Вас…

Они начали говорить одновременно и также одновременно и замолчали.

– Вера, говорите первой.

– Я хотела спросить Вас о том, могу ли я принести Потапу завтра на обед биточки из телятины? Или у него специальная диета?

– Биточки?

– Да. Обещаю, что они будут не жаренные и не жирные. Я в духовке их приготовлю. Ему же, наверное, не рекомендовано есть жирную пищу, да?

– Да, жирное ему не рекомендовано, – ответил каким-то чужим голосом Васильев.

“Да что с ним такое? – опять удивилась Вера, но тут до нее дошел смысл сказанного Васильевым. Он её хотел пригласить куда-то, а она ему о еде для его друга. – М-да-а-а… Ситуация, однако. Надо срочно исправлять!”

– Андрей, мы с Вами сегодня не договорили. Не хотите продолжить наш разговор? – и Вера, удивив себя в который уже раз за сегодняшний день, закончила:

– Только если можно, давайте не у Вас на работе и не в кафе. Я терпеть не могу их кофе, впрочем, как и еду. Приезжайте ко мне. Накормлю Вас ужином, раз уж Вам суп пришлось подогревать. Знаю я эту еду, разогретую в микроволновке!

Васильев, не дав Вере пожалеть о сказанном и передумать, выпалил:

– Вера, я приеду! Во сколько?

– А давайте через час? Сможете? Или у Вас еще смена не закончится?

– Смогу. Закончится, – Вера заметила, что Васильев от чего-то заволновался и зачастил короткими фразами.

– Вот и договорились, – Вера улыбнулась. – Адрес сказать или знаете?

– Адрес знаю, номер вашей квартиры нет.

Вера назвала, пояснив:

– Наберете там номер квартиры и звездочку.

– Буду у Вас через час! – выпалил Андрей и тут же положил трубку.

Вера вернула телефон на комод, но так и осталась стоять, задумчиво глядя на его экран. Потом медленно подняла глаза к зеркалу, висящему на стене, и, обращаясь к своему отражению, проговорила:

– Вера, ты совсем сошла с ума под полтинник лет?

## Глава 4

Ни через час, ни через два Андрей не появился у Веры.

Он вообще не приехал к ней в этот вечер.

Это было странно.

Точнее, странным было всё: и настроение Веры, и то, что Васильев, совершенно точно обрадовавшись её приглашению, так в итоге и не приехал.

Выходило все точно так же, как с Игорем, бывшим мужем.

Вера была уверена, что вот позвони она сейчас Андрею, и он скажет, что занят и не может говорить.

– Вера, не сходи с ума! – оборвала она свои мысли. – Андрей врач. И он еще был на смене в тот момент, когда звонил тебе. Врачи не принадлежат сами себе, тем более, находящиеся на работе.

Нет, звонить она Васильеву не будет. Зачем? Чтобы услышать, что он занят?

А она ему, собственно, кто, чтобы интересоваться его делами?

Да, мужчина её обманул, пообещал и не приехал. Но так она ж его и не на свидание приглашала.

Или всё-таки это выглядело как свидание?

И вот тут мы плавно подходим к другому вопросу: а под какое еще определение можно было бы подогнать их несостоявшуюся встречу? Ужин в тесном кругу? Серьёзно?

– Ты еще парадную скатерть из комода вытащи, бабушкин фарфоровый сервиз да столовое серебро с хрусталем подай. Главное, не забудь свечи на столе зажечь и приятную музыку поставить! – усмехнулась скептически и дополнила:

– Ага! А еще красивые кружевные труселя не забудь достать с верхней полки и надеть перед его приездом, ибо давно вы уже не дети с Васильевым, и оба знаете, чем такие посиделки в тесном кругу заканчиваются.

– Нет, ну а что? Васильев у нас мужик видный, приятный во всех отношениях, да и холостой, опять же. Его там “коллеги” со всех сторон обхаживают. Одна, по имени Галина, так и вовсе как Цербер на входе стоит и потенциальных невест от своего мужчины отгоняет. Что ж ему там домашней еды не приносят? Очень я в этом сомневаюсь.

Так что да, это было даже хорошо, что Васильев не приехал, Вера определенно испытала облегчение.

Ни парадную скатерть с посудой вытаскивать, ни кружевные труселя надевать она не собиралась. Хотела лишь накормить мужика да разговор закончить. А с другой стороны, он же уже всё ей рассказал.

– М-да, глупо получилось бы, реши он приехать на ужин.

С этой мыслью Вера и уснула под громкое мурлыканье своего Малыша, устроившегося у нее под боком.

Назавтра Вера приехала в больницу за Лизой, предварительно созвонившись с девушкой и заручившись ее словами о том, что да, сегодня ее выписывают.

– Хорошо, собирайся спокойно, Лизок. Я приеду за тобой.

– Что, правда?

Девушка была явно рада этому факту. И ее можно было понять – с таким синяком на половину лица мало какому нормальному и адекватному человеку хотелось бы выходить на улицу, а тем паче, заходить в общественный транспорт. И ладно, если будут лишь участливо смотреть и пытаться задавать вопросы. А то ведь могут еще решить, что девушка асоциал, о чем тоже, конечно, (как же иначе?) не преминут высказаться. Как говаривала когда-то еще бабушка – на каждый роток не накинешь платок.

Вера все-таки упаковала для отца Лизы обещанные биточки, и подумав, добавила на всякий случай еще пару штук.

Сегодня на посту дежурили другие медсестры, а потому Веру пропустили сразу, стоило только ей сказать, что она идет к Кузнецовой Елизавете.

Лиза сидела на кровати и что-то читала в телефоне, на звук открываемой двери девушка подняла глаза от экрана. Увидев Веру, заулыбалась и отложила телефон:

– Добрый день, Вера Павловна.

– Добрый, Лизонька! Рада видеть тебя в хорошем настроении.

– Домой очень хочу, – пояснила девушка. – Дома, говорят, и стены помогают.

– Твоя правда, – Вера улыбнулась девушке в ответ. – Я смотрю, у тебя сегодня уже нет отека, да?

– Да, дядя Андрей хорошую мазь мне принес. Даже синяк уже начал менять свои цвета, – поделилась Лиза радостью. – Док сказал, что еще неделя, и он совсем должен сойти. Только трещина в ребре и останется.

– Ты молодая, и она быстро заживет, поверь!

– Да, мне дядя Андрей так же говорит.

Вере хотелось успокоить и поддержать девушку:

– Как говорила когда-то мне моя бабушка на любую мою ссадину: “Всё до свадьбы заживет”.

– Вера Павловна! Ну, какая свадьба? – Лиза смутилась. – У меня и парня-то нет. В клубы я и до этого вот всего не ходила, а теперь и тем более не хочется.

– О! Поверь, никогда не знаешь, где найдешь, где потеряешь. Может, ты встретишь свою судьбу уже сегодня и совсем не там, где ждешь.

– Ага, а он меня увидит, вот такую, – Лиза показала на свое лицо, – и сразу влюбится!

– Так, отставить панику! – бодро скомандовала Вера. – Синяк сойдет через неделю, и станешь ты опять у нас красоткой.

На эти слова классного руководителя Лиза лишь покачала головой.

– Я правильно понимаю, что ты уже собралась? – Вера решила сменить тему разговора.

– Да, мне принесли мою одежду.

– Так значит, мы можем сразу и ехать домой?

– Нет, дядя Андрей просил, чтобы Вы, перед тем как мы уедем, зашли к нему.

Вера в удивлении подняла брови:

– Не знаешь, зачем?

– Нет. Не знаю. Он сегодня утром был уставший и невыспавшийся. Я не стала ему лишние вопросы задавать, но я слышала, как медсестры говорили о том, что вчера какого-то лихача привезли, и доктор Васильев его полночи оперировал. Говорят, вроде парень будет жить.

– Ого, – только и смогла произнести Вера.

– Да, дядя Андрей у нас крутой Док! – увидев взгляд Веры, Лиза поспешила добавить:

– Это, кстати, мой папа так его называет. Видели бы Вы, какой дядя Андрей был замученный! Он зашел сказать, что меня сегодня выпишут, и попросил Вас зайти к нему.

– Ну, хорошо, зайду, конечно. Только я-то ему зачем?

– Ну, может, он хочет что-то о моем отце Вам рассказать. Вы ведь уже знаете, что папа вчера на крыльце больницы сознание потерял, да?

– Да, моя девочка, знаю. Я вчера, перед тем, как прийти к тебе, сначала с твоим врачом говорила. И вот тогда-то Андрею Яковлевичу и сообщили о том, что твоему папе стало плохо. Васильев к нему пошел, а я к тебе. Прости, но Андрей Яковлевич вчера просил меня не говорить тебе этого.

– Это нормальная практика. На тот момент он ведь еще и сам не знал, что там у папы случилось. Я бы только путалась там у него под ногами.

Лиза судорожно вздохнула, но смогла справиться со своими эмоциями и закончить свою мысль:

– Хорошо, что приступ с папой в больнице случился. Вот дядя Андрей сам все и увидел, а не только с моих слов услышал.

– С твоих слов?

– Ну да, с моих. Это я отвечала на вопросы дядя Андрея о здоровье папы. Сам-то он ни в какую не соглашался не то что приехать в больницу, но и на вопросы своего лечащего врача отвечать.

– Васильев оперировал твоего папу, да?

– Да, он. Там, – Лиза повела неопределенно подбородком в сторону, – ну, где папу ранили. Если бы дядя Андрей папу сразу не прооперировал, то не факт еще, что папа выжил бы после ранения. Шрам вот, правда, не очень красивый остался да приступы эти его. Но это теперь с папой до конца жизни будет.

Вера не знала, что сказать на эти слова девушки, но на ее счастье у Лизы зазвонил телефон.

Девушка глянула на экран, увидела имя звонившего и выдала странное замечание:

– О! Точно же! Неделя прошла! Вера Павловна, Вы идите к дяде Андрею, тут мама звонит, а это может быть надолго.

Вера нашла Васильева в его кабинете. Медсестра, что отправила Веру туда, посоветовала:

– Вы постучите, если закрыто. Андрей Яковлевич точно там. У него сегодня нет приёма, но он всё равно в больнице. Святой человек! Вот для кого больница всё равно что дом родной!

## Глава 5

Вера вернулась в палату к Лизе меньше, чем через двадцать минут, и застала девушку совсем не в том настроении, в котором оставляла.

Девушка хмурилась и была чем-то расстроена. Неужели на Лизу и ее настроение так повлиял разговор с матерью? По всему выходило, что так.