Александра Адушева
Земля – Мара‌ас

ВНИМАНИЕ! Книга содержит информацию о наркотических или психотропных веществах, употребление которых опасно для здоровья. Их незаконный оборот влечет уголовную ответственность. Книга не пропагандирует употребление алкоголя, наркотических или любых других запрещенных веществ. Упоминания их в книге – лишь часть художественного замысла, важная для сюжета.

Согласно закону РФ приобретение, хранение, перевозка, изготовление, переработка наркотических средств, а также культивирование психотропных растений являются уголовным преступлением.

Текст содержит нецензурную брань.

Мои дорогие читатели!

Я невероятно рада тому, что Вас заинтересовал мой дебютный роман «Земля – Мара́ас», и я очень надеюсь, что он Вам понравится! Хочу написать несколько предложений о том, как я создавала его, чтобы убедить Вас, что вложила в него всю душу.

Я написала его за три месяца, казалось бы, это не так уж много, но я писала практически без выходных. Пока было свободное время на работе и почти всё свободное время дома. У меня на тот момент не было ни личного планшета, ни ноутбука, ни компьютера, поэтому дома я писала, сидя на диване, скрючившись буквой «Зю», в заметках на телефоне. И я настолько горела идеей, что просто не могла ждать, когда снова настанут рабочие дни, чтобы писать на компьютере, сидя за рабочим столом на удобном кресле. Так что, можно сказать, писала я в ущерб своей шее и пояснице и, полагаю, прежде чем приступить к новой книге, лучшим моим решением будет пройти курс массажа шейно-воротниковой зоны и поясничного отдела.

Я засыпала с мыслями о книге и просыпалась с ними, я выполняла рутинные домашние дела и прокручивала в голове новые диалоги и развивала идеи. Я настолько погрузилась в выдуманный мной мир, что начала замечать знаки в реальной жизни! Я часто встречала имена главных героев в разных книгах. А однажды, пока ехала утром на работу, я увидела в вагоне Новосибирского метро девушку с цветом волос как у главной героини, и что самое невероятное в это же время в другом конце вагона стоял парень тоже с цветом волос как у главного героя! Вы начнете читать и поймете, что в нашем мире такие цвета встретишь нечасто. Вы не представляете, насколько я была этим поражена! Кто знает, как это работает? Как мы видим такие знаки в нужные нам моменты? Может это всё просто обычные совпадения, но мне хотелось верить, что жизнь делает мне намёки, что я иду верным путём.

Я настолько влюблена в свой текст, что перечитывала книгу от начала и до конца раз пятнадцать, наверное. И это не считая того, что я множество раз перечитывала почти каждую главу отдельно, доводя до совершенства, привнося новые детали, шутки, отсылки к предыдущим главам и событиям, чтобы читателю было интересно. Мне хотелось, чтобы Вам читалось легко, поэтому сама искала все опечатки в тексте, повторяющиеся слова, пытаясь оставить для корректора как можно меньше работы. Проверяла значения всех слов, фразеологизмов и крылатых выражений, в которых сомневалась. Это ли не любовь и уважение к будущим читателям?

Я очень надеюсь, что они будут взаимны. Для меня книга будет успешна, если найдется хотя бы несколько человек, кто полюбит придуманную мною историю и моих героев так же сильно, как и я. И лучшей благодарностью от Вас станет обратная связь и отзывы на любой доступной Вам книжной платформе и, конечно же, рекомендации!

Я же в свою очередь хочу поблагодарить мою самую близкую подругу Катю за искреннюю радость за мои успехи, за нескончаемую поддержку в минуты моего отчаяния, когда мне казалось, что я пишу в стол, да просто за то, что выслушивала мои долгие голосовые. Спасибо, солнце!

Так же хочу поблагодарить моего самого первого читателя – мою маму. Она читала книгу, не зная, что её написала я, потом несколько секунд молчала, когда я ей сказала правду, и переспросила два или три раза, действительно ли я автор, и в конце концов искренне меня поддержала, за что ей огромное спасибо!

Я безнадежно влюблена в придуманный мной мир, пусть пока я описала его поверхностно, но я хочу это исправить в будущих книгах, которых планируется уже целых три! Я в любом случае напишу их, но Ваше потраченное время за этой книгой и отзывы будут дополнительным стимулом для моей работы. И надеюсь, Вы не пожалеете об уделенном времени. Приятного чтения!

Глава 1

Ночь обещала быть невероятно приятной. Недавний дождь прибил пыль на дорогах и тротуарах, дневная жара спала, земля остывала, испаряя появившиеся небольшие лужи, но легкий ветерок уносил всю лишнюю влажность. Солнце давно село, и Маша любовалась вечерними огнями вывесок и гирляндами, развешанными на деревьях у летников кафешек, пока шла в сторону бара, где ее ждала подруга. На самом деле, она чувствовала себя довольно уставшей в пятницу после рабочей недели, и с удовольствием осталась бы дома, включила кино и валялась бы на диване, но провести время с Катей всегда было для Маши приоритетом.

Даже несмотря на обещанные жаркие выходные, город не опустел, на улицах было много гуляющих. И тут, и там у баров и кафе стояли группы людей, ресторанные дворики были полностью заняты, а на тротуарах приходилось быть внимательной, огибая прохожих. Со всех сторон лилась разная музыка: из машин, из колонок заведений, но особую атмосферу создавали уличные музыканты, собирая вокруг себя любопытных и веселых слушателей. Летняя Москва была прекрасна, город жил и отдыхал.

– Добрый вечер! Можно паспорт, пожалуйста? – поприветствовал Машу охранник бара на входе.

Маша уже даже не возмущалась нигде этим просьбам, хоть на кассах в магазинах при покупке алкоголя, хоть на входе в барах, знала, что в свои двадцать пять выглядит достаточно юной со своим невысоким ростом, стройным телом и милым лицом. Маленький аккуратный нос, выразительная линия губ и очаровательные глаза серого цвета ей так же возраста не добавляли. А уж когда она при Катьке собрала свои волосы редкого оттенка шампань в две косички, та вообще заржала и сказала пойти поискать своего Гумберта. Да и в одежде она выбирала стиль какого-то подростка-переростка: джинсы, футболки, рубашки, сарафаны, кеды. Вот и сегодня хоть и был запланирован поход в бар, но принаряжаться для встречи с подругой она не видела смысла. Под руку попались светлые голубые джинсы и легкая белая рубашка.

– Пожалуйста! – ответила Маша охраннику, протянув открытый паспорт.

– Ага, проходите, приятного вечера!

В баре народу было битком. Найти здесь Катю своими силами не было никакой возможности. Маша полезла за телефоном и набрала подруге, но абонент оказался временно недоступен. Может еще едет в метро… Она зашла в мессенджер и написала ей сообщение, но оно светилось как отправленное, но не доставленное. Ладно, надо найти место, где ее можно подождать. А для начала найти капельку удачи, чтобы найти место. Маша оглядела бар, она была тут впервые. Большой зал с интерьером в современном стиле, в центре прямоугольником барная стойка, сцена у стены напротив входа, которая пока что была пустая. Столики в пятницу вечером наверняка все забронированы, поэтому стоило обойти места за баром, может хоть одно окажется не занято. И почему они не забронировали стол?

Маша медленно пробиралась между людьми в центр, ближе к бару, и видимо всё-таки где-то наступила в ту необходимую капельку удачи, что ей была нужна. Одно место оказалось свободно, что подтвердили рядом сидящие девушки, да и еще так легко с него можно было наблюдать за входом в заведение и не пропустить появление подруги. Она проверила телефон, но в приложении всё еще светилась одна галочка.

– Хотите что-нибудь выпить? – предложила подошедшая девушка бармен.

– Да, можно мне, пожалуйста, вишневый сок в винный бокал? – улыбнулась Маша, пить алкоголь ей сегодня не хотелось.

Девушка подала ей напиток, рассчитала ее сразу и отошла к другим гостям, и Маша в попытках скоротать время принялась разглядывать окружающих людей. На самом деле, ей нравилось наблюдать за людьми, она подмечала их неосознанные движения, мимику, интонацию в голосе. Часто, пообщавшись достаточно долго с человеком, после она могла сказать, как он ведет себя, когда смущен или когда обманывает, когда он искренен, а когда лицемерит. Но интереснее всего было наблюдать за людьми со стороны, а не при личном общении. Сейчас ее внимание привлекли парень с девушкой, сидящие за баром напротив нее. Девушка очевидно флиртовала с парнем: то заливисто рассмеется на какую-то его фразу, то волосок невидимый уберет с его рубашки, то непринужденно коснется его руки. Парню, очевидно, это нравилось. Вокруг них витал легкий романтический флёр.

Маша улыбнулась, глядя на них. Она завидовала немного, по-доброму, конечно. Она давно не испытывала ощущения легкой влюбленности, искренней симпатии к какому-либо парню. Катька периодически вытаскивала Машу в бары, на встречи с друзьями, в последнее время делала это всё чаще и настойчивее, знакомила ее с парнями, но все они были не те, ничего с ними не ёкало в груди.

Недалеко от флиртующей парочки сидели две девушки. Вот кто явно вышел не на людей посмотреть, а себя показать. Яркий вечерний макияж, аккуратно уложенные локоны у одной и высокий приглаженный хвост у другой, и на обеих топы или платья, из-за стойки было не видно, с откровенными декольте, выгодно подчеркивающими их груди. Девушки выглядели привлекательно и эффектно. Они почти не общались между собой, лишь короткие фразы, больше смотрели по сторонам и лениво потягивали заказанные напитки. Такие девушки долго без компании не просидят.

Вокруг было шумно, все общались, с разных сторон периодически раздавался смех, фоном играла какая-то популярная песня. Бармены постоянно носились за стойкой от одного гостя к другому, подавали напитки. Кто-то вставал со своих мест и уходил, их тут же занимали другие, народу становилось в баре всё больше. Люди отдыхали и веселились.

Маша глотнула сок, вновь проверила телефон – сообщение не доставлено, звонок не проходит. Посмотрела на вход, поискала подругу, но вновь не нашла. Опуская взгляд, она задержала его на парне, который сидел за баром прямо по направлению ко входу. В отличие от остальных людей, он не веселился. Он положил руки на барную стойку, держа в руках бутылку с пивом, и смотрел на нее, но как будто сквозь нее, полностью погрузившись в свои мысли и не замечая ничего вокруг. Его отрешенность позволила Маше спокойно его рассмотреть. Парень был красивый. Невысокий лоб, прямой нос, острые скулы, такие правильные черты лица, он спокойно мог строить карьеру фотомодели. И самое запоминающееся, что ему в этом помогло бы, были его волосы – его можно было назвать блондином, но с каким-то холодным оттенком, даже немного серым. Коротко постриженные сзади и по бокам, сверху они были чуть длиннее. И такой цвет Маша прежде никогда не видела.

Любуясь этим необыкновенным цветом непозволительно долго, она не заметила, когда парень посмотрел на нее в ответ. Встретившись с ним взглядом, она как обычно не смогла выдержать внимание незнакомого человека и, слегка улыбнувшись, отвернулась. А потом почувствовала, как покраснела. Прекрасно. Чертово смущение часто было помехой для знакомств в баре. Подружка часто ее журила за то, что Маша слишком спешно отворачивалась от взглядов парней. Она говорила, что ответный долгий взгляд и легкая улыбка – это как приглашение для парня, чтобы подойти и познакомиться. Но сколько бы Маша ни пыталась, смелости не отворачиваться в себе не находила.

Она не знала, смотрел ли он на нее еще. Она снова нервно проверила телефон, сделала глоток. Только посмотреть в сторону входа теперь было немного страшно, сердце начало отстукивать какой-то неровный и слишком громкий ритм. А всего-то взглядом с симпатичным парнем встретилась, ну в самом деле…

В этот момент девушки, что сидели рядом, поднялись со своих мест и ушли. Но свято место пусто не бывает, и на стул рядом сразу же сел парень. Маша заметила это краем глаза, но то, что он повернулся определённо в ее сторону, заставило ее взглянуть на него.

– Привет, – сказал подсевший к ней брюнет и улыбнулся, – ты как будто скучаешь тут одна, решил отвлечь тебя веселой болтовней. Как тебя зовут?

– Привет, я не скучаю, ко мне подруга вот-вот подойдет, и мы пойдем к друзьям в гости.

Общаться Маше с ним совершенно не хотелось, поэтому она отвернулась и снова выпила сок.

– Ну, ты сидишь тут одна уже достаточно долго, так что думаю, у нас еще есть время поболтать до прихода твоей подруги.

– Она написала, что будет через пару минут.

– Ну и пусть приходит, успеем познакомиться и обменяться телефонами, – наглец, улыбаясь, придвинулся чуть ближе, – я Паша, так как тебя зовут?

Идея со скорым приходом подруги провалилась, а другой вежливый отказ голову мгновенно посетить не соизволил. Маша поняла, что он не отстанет, времени на раздумья не оставалось. В конце концов можно немного пообщаться, скоротать время, поэтому представилась. Дальше действительно началась болтовня, но только с его стороны и не веселая. Она скупо отвечала на его редкие вопросы, вежливо улыбалась, но поглядывала на телефон, молилась, чтобы Катя позвонила. Иногда сама задавала вопросы, ожидая услышать хоть что-то интересное от него, но он был далек от всего, что было интересно ей. Она искренне надеялась, что он сам поймет, что беседа не идет, но он был так увлечен своей болтовней, что казалось, он не замечал. Неужели она ему так понравилась, что он пинает эту дохлую лошадь в надежде, что она поедет? Но время шло, Катя не отвечала, о чем Павел непременно решил упомянуть:

– Что-то так и нет твоей подруги, – он улыбнулся, но с каким-то злорадством.

Маше эта улыбка не понравилась, но отвечать ничего не стала. Она посмотрела снова на вход в бар и тут же, как магнитом, ее взгляд притянул парень с невероятным цветом волос. И она не отвернулась. Он смотрел прямо на нее. Интересно, как долго он вот так за ней наблюдает? Она слегка улыбнулась ему, он как будто тоже, будто одними глазами улыбнулся, или ей показалось, но сердце снова пропустило удар. В этот момент ее отвлек Паша, он коснулся ее запястья, и кожа покрылась неприятными мурашками. Маша очень не любила прикосновения малознакомых людей. Она поняла, что он ей что-то сказал.

– Что, прости?

– Я спросил, скоро ли придет твоя подруга? – он подвинулся еще ближе к ней, дальше только на ее колени пересаживаться можно было, а его пальцы всё еще лежали на ее запястье. Она порадовалась его вопросу, благодаря которому вытянула руку из-под его пальцев, потянувшись за телефоном. Нелепо разблокировала, снова заблокировала его, поняла, что так и не осознала даже, сколько времени на экране.

– Не знаю, видимо что-то случилось, раз она так опаздывает.

В этот момент кто-то коснулся ее плеча с другой стороны. И не легонько, будто случайно, а словно отвлекая, чтобы поздороваться. Маша отвернулась от парня, но никто за спиной не стоял. Она поискала глазами, кому понадобилось ее отвлечь, но не заметила никого, кто мог бы это сделать.

– Слушай, я думаю, она уже не придет. Ну ты же час тут уже сидишь, – Паша взял ее бокал с соком, покрутил его и подал ей. – Допивай вино, давай прогуляемся. Тут скоро группа начнет играть, станет шумно, не пообщаться. Даже если гулять не хочешь, давай я тебя провожу немного и закажу такси до дома. Номер можешь не оставлять, я не настаиваю, но ты мне понравилась, и я правда встретился бы снова, пообщаться.

Маша удивилась, что за последние полчаса общения с ним это было самое тактичное обращение к ней. Он не давил, не наседал со своей наглостью и даже озвучил, что у нее есть выбор, оставить ему номер телефона или нет. Она конечно и так об этом знала, но всё же.

Паша всё так же держал перед ней бокал, сока там оставалось немного, и она взяла его у него, покрутила для вида, как он до этого, и выпила одним глотком.

– Паша, спасибо тебе за компанию, но я еще посижу немного, и сама доберусь до дома, не нужно меня провожать. Не трать на меня время, в баре полно девчонок, познакомься с кем-нибудь еще, ладно? – Маша улыбнулась так мило, насколько это было возможно, и отвернулась от парня, снова взяв в руки телефон.

– Эх, не могу я теперь ни о ком думать, ты уже завладела моими мыслями, мне тут никто теперь не интересен.

Вот же настырный! Маша почувствовала, как близко он к ней наклонился, и сразу же так сильно захотелось просто послать его уже на хер. Она всегда старалась быть вежливой и не шла первой на конфликт, но тут негодование начало одерживать верх. Тогда она решила для начала хотя бы просто его игнорировать, всё равно отстанет рано или поздно. Она открыла соцсети и стала бессмысленно листать ленту, но та понемногу начала сливаться в одно размытое пятно. Паша молчал. Экран становился нечетким, приходилось фокусироваться, чтобы понять, что написано. Маша попыталась полистать публикации еще несколько минут, но в голове была какая-то каша. Слова от нее ускользали, их смысл даже не задерживался в сознании. В конце концов она бросила эту затею и отложила телефон.

– Может хочешь подышать свежим воздухом?

Маша посмотрела на него, он улыбался, только улыбка была жуткой, от нее веяло какой-то… победой. Только не Машиной победой.

Мысли путались, она в то же мгновение забыла, что он ей только что сказал. Ее начало одолевать какое-то смутное беспокойство. Музыка становилась приглушенной. Она снова посмотрела на выход из бара, но даже не подумала поискать глазами Катю. Зато вспомнила о парне с магнитом во взгляде. Поискала его, но его уже не было за стойкой.

– Что ты сказал? – спросила она Пашу, всё еще глядя куда-то в сторону.

– Предложил выйти на свежий воздух.

– Я… я не знаю, я наверно… тут лучше.

Паша наклонился к ней совсем близко, положил руку на ее талию, и уже хотел что-то сказать, как кто-то резко схватил его за руку и втиснулся между ними. Маша вздрогнула от неожиданности, отклонилась и попыталась сфокусироваться на том, что случилось, но увидела перед собой только спину и капюшон толстовки.

– Тебе че надо?

– Свали.

Паша и какой-то парень сказали это одновременно, и Паша, как ни странно, не сказал больше ни слова, неловко стёк со стула и побрел сквозь толпу.

Толстовка не поворачивалась, провожая взглядом уходящего Павла, но она была так близко, что Маша почувствовала приятный мужской парфюм, и ей очень понравился этот аромат. Она подняла взгляд на затылок и за мгновение узнала этот цвет волос.

Он наконец повернулся к ней, осмотрел ее лицо и, наклонившись чуть ближе, глядя прямо в глаза, с каким-то беспокойством в голосе спросил:

– Как ты себя чувствуешь?

Маша его не поняла. Она уже почти не слышала музыку и прикладывала огромное усилие, чтобы не сомкнуть веки. Девушка смотрела в его глаза, и только одна мысль очень четко звенела в голове «Я пропаду в этих глазах». А что у трезвого на уме, то у пьяного на языке, и именно пьяной Маша чувствовала себя:

– У тебя невероятный цвет глаз, – она сказала это с таким восхищением, что ей самой стало неловко, но мозг даже этого не осознал, и она продолжала смотреть на незнакомца с щенячьим восторгом. А глаза его были и вправду необычного цвета: оливковые по краям и темно-зеленые у зрачка.

Он улыбнулся мило и искренне, и даже мысль про глаза выветрилась из Машиной головы. Какие-то девушки обратились к парню, похоже спросили, свободно ли место, он им что-то ответил и прижавшись губами к ее уху, сказал, чтобы она точно услышала:

– Давай выйдем на свежий воздух, ты не против?

Спасибо, мозг, последний рывок не свалившего в темноту сознания, позволил осмыслить ей услышанное и покивать головой в знак согласия.

Маша стала спускаться с барного стула, проклятые стулья такие неудобные, и оказалось, что поплывший мозг еще не самое страшное. Сил в теле совсем не осталось, только ноги поняли, что им предстоит двигаться, как тут же отказались от возложенных на них обязанностей. Колени начали подгибаться, и ее спаситель от надоедливых парней подхватил ее за талию. Они постояли так пару секунд, он дотянулся до бара, что-то взял со стула и, перехватив Машу чуть удобнее, прижал ее голову к своей шее. Так они и шагали через бар, потихоньку продвигаясь к выходу. Окончательно сказать прощай реальности Маше не давал аромат парфюма, она пыталась вдыхать его всей грудью, как кот занюхивается пролитой каплей валерьянки. Ей очень не хотелось терять сознание, она боялась, что и парень этот исчезнет вместе с накатившей темнотой. Но время шло, они шли вперед, худи всё также оставалось под ее щекой, а мужская рука придерживала ее за талию.

Сколько времени прошло, она так же не поняла, только почувствовала, что воздух стал немного прохладнее. Они вышли на улицу. Он и вправду слегка проветрил голову, но всё, на что хватило Машиных сил, это немного приоткрыть глаза и разобрать какие-то слова, даже голову поднять или повернуть было чем-то неподвластным. Они стояли рядом с дорогой у бара, он по-прежнему обнимал ее, она смотрела на ткань его толстовки, а он говорил с кем-то по телефону.

– Ну так подъезжай прямо к бару, я уже у дороги стою… Где?.. А, вижу… Да, я… Это те свалившиеся обстоятельства… Нет, бар отменяется теперь уже, нехер было опаздывать.

И если его парфюм действовал как слабый нашатырный спирт, что не позволяет потерять сознание, то его голос, распространяющий вибрации по его шее и груди, к которым Маша прижималась, подействовал ровно противоположным образом, только в сто раз сильнее.

Глава 2

Маша проснулась от головной боли, тяжело выдохнула, перевернулась с бока на спину и неохотно приоткрыла веки. Ощущения были такие, словно она выпила вчера несколько видов алкоголя и припечатала это парой рюмок текилы, которая была противопоказана ей категорически. В комнате было сумрачно, она не понимала, утро за окном или только начало светать, поэтому так же медленно повернула голову в сторону окна. Мозг с каждым мгновением всё больше просыпался, но из-за головной боли до нее как-то медленно начала доходить мысль, что шторы эти не ее. Она помнила шторы в своей комнате – светло-зеленые с белым узором из листочков, они не были плотными и даже поздней ночью пропускали свет фонаря с улицы. Сейчас шторы были плотные, темные, в сумраке даже не понять какого они цвета. Она начала поворачивать голову, чтобы осмотреться, и окончательно убедилась, что комната ей совершенно не знакома. Она быстро села в кровати и только сейчас поняла, что лежала под одеялом полностью одетая разве что без обуви. Ну хоть это радует.

Где она оказалась и как? Она попыталась вспомнить прошлый вечер, но в голове были лишь обрывки воспоминаний. Она ждала подругу, той всё не было, был какой-то парень. Как он выглядел – вообще без понятия. Она хорошо помнила момент, как села за бар. Но как она из-за него встала, нет. Что произошло? Маша судорожно сглотнула, ее начало слегка потряхивать, сонливость как рукой сняло. Если бы с ней что-то сделали вчера, она чувствовала бы сейчас это. Чувствовала ведь, да? Но она была одета, а насильник вряд ли бы заморочился тем, чтобы одеть ее после.

Глаза привыкли к сумраку, она осмотрела комнату: большой шкаф, кровать, прикроватные тумбы справа и слева и телевизор на стене напротив. Из комнаты вела одна дверь. Она поискала свой телефон, но его тут не было. Она не понимала который час, но сколько бы времени сейчас ни было, тупо сидеть в комнате – не вариант. А выходить было немного страшно. А вдруг ее похитили, чтобы вывезти из страны? Вдруг она уже не только телефона лишилась, но и паспорта, и ее продадут? Эти страхи не были беспочвенными, даже в двадцать первом веке остался этот варварский бизнес по торговле людьми.

Она подошла к окну, немного отодвинула шторы и посмотрела на улицу. Квартира была в каком-то современном жилом комплексе, напротив было видно соседний дом, комплекс был явно из элитных застроек. Не сильно высокий этаж, может шестой или седьмой, да уж, в окно точно не вылезешь. Внизу было видно отлично благоустроенный двор и большую детскую площадку, на которой пока никого не было, значит время еще достаточно раннее, так как летом в каникулы дети с самого утра бегут играть на площадку. Так по крайней мере было в ее дворе.

Маша отвернулась от окна и стала нервно осматривать комнату снова, искала в идеале бейсбольную биту, кочергу или охотничий нож. Ни с чем из этого управляться она не умела конечно, но это было бы более устрашающим оружием чем что-либо еще. Но здесь не было вообще ничего, не было даже настольной лампы, которую можно было бы взять в руки и хорошенько ей замахнуться. Маша страдальчески скривила лицо и, сделав глубокий вздох для успокоения своего трепыхающегося сердца, подошла к двери.

Она приоткрыла ее максимально бесшумно, лишь слегка щелкнул дверной замок, и выглянула наружу. Дверь выходила в небольшой коридор, в ее поле зрения сразу оказалась входная дверь, а слева от нее был большой проем, в котором виднелась кухонная зона. Здесь уже было совсем светло, видимо нигде на окнах не было штор. В квартире было тихо. Маша осторожно открыла дверь шире, молясь про себя, чтобы она не скрипнула, и шагнула в коридор. Сделала ещё шаг и застыла на месте. С этого места она смогла увидеть вторую комнату полностью. Это была большая кухня-гостиная, вместо обеденного стола барная стойка, на дальней стене напротив кухонного гарнитура телевизор, напротив него два кресла и диван между ними. А на диване неуклюже раскинулся светловолосый парень из бара, увидев его, она тут же его вспомнила, но лишь образ.

Диван явно не был предназначен для сна, поэтому он спал, положив голову на подлокотник, согнув одну ногу в колене, а вторую перекинув через второй подлокотник. Это выглядело забавно, что Маша даже улыбнулась и закусила губу, когда представила, как сильно скорее всего затекла его шея и спина.

Она не знала, что ей делать дальше. Страхи, которые возникли, пока она была в комнате, развеялись, она хоть и помнила его смутно, но чувствовала, что его она может не бояться. Она огляделась и, увидев рядом с входной ещё одну дверь, скорее всего в ванную, решила привести себя в порядок хоть немного.

– Доброе утро, – услышала Маша, как только вышла из ванной. Он сидел на диване с телефоном в руках и слегка улыбался, глядя на неё.

– Доброе утро, – ответила Маша, она хотела быть серьёзной, но не смогла сдержаться и немного улыбнулась, – у меня много вопросов.

– Я не сомневаюсь, – усмехнулся он и улыбнулся шире, отложил телефон и поднялся с дивана, – давай позавтракаем, и я отвечу на все твои вопросы, – и пошёл в сторону кухни, не глядя на неё.

Маша немного растерялась оттого, как уверенно он себя ведёт, будто перед ним не незнакомая девушка, а давняя подруга. Она проводила его взглядом, оценила его широкие плечи и мускулистые руки, и, хотя он был немного худощав, тело казалось крепким. Он был в футболке и джинсах, и ему очень шёл их чёрный цвет.

– Ты, случайно, не знаешь, где мой телефон? Я боюсь, что…

– У телевизора, на зарядку поставил.

Маша снова растерялась от этой небольшой заботы о ней. Он сейчас готовил завтрак, и она совершенно не понимала зачем. Сказал бы, что произошло, и выпроводил её. Она взяла телефон, и оказалось, что ещё не было даже девяти утра. Конечно же там была куча сообщений от Кати, несколько пропущенных звонков, но все они были сделаны за полночь. Маша увидела в первых сообщениях слова извинений, какие-то оправдания за то, что подруга не пришла, порадовалась, что с ней всё в порядке, но не стала пока вчитываться в чат, лишь написала, что с ней тоже всё хорошо.

Он копошился у плиты, уже шкворчала сковорода, что-то поджаривая, вскипел чайник.

– Что будешь, чай или кофе?

– А есть молоко? – Маша смущённо улыбнулась, хотя он стоял к ней спиной и не видел её, доставая из шкафа кружки.

– Есть, – он подошёл к холодильнику и достал бутылку молока.

– Тогда кофе. Давай помогу чем-нибудь?

– Нет, уже всё почти готово.

Щелкнул тостер. Он выключил плиту, положил на тарелки яичницу и сосиски, по паре кусочков поджаренного хлеба и налил кофе Маше и себе. Подал всё это за стойку и сел напротив.

– Спасибо, – Маша ещё больше засмущалась.

Они ели молча, иногда поглядывая друг на друга. Маша не спешила с расспросами. В своих последних отношениях она поняла очень важную вещь, если человек сказал, что он что-то сделает, нужно позволить ему сделать это. Не напоминать, не давить, не повторять. Главное, уточнить по срокам. Он сказал, что ответит на все вопросы после завтрака, поэтому она спокойно ела.

Наконец, тарелки опустели, Маша придвинула к себе кружку с кофе, положила локти на столешницу и стала смотреть на парня. Он сделал всё то же самое, и они молча стали смотреть друг на друга, пока он не сказал:

– Спрашивай, – и слегка улыбнулся.

– Для начала, как тебя зовут?

– Кир.

– Кирилл?

– Нет, полное имя Кира, – он снова немного улыбнулся и поспешил дополнить, когда заметил недоумение на лице Маши, – я знаю, что так чаще называют девочек, но у моего народа это мужское имя.

– Мне нравится, – улыбнулась Маша, – есть аниме «Тетрадь смерти», там так же звали главного героя. Правда, он был злодеем и убийцей.

Кира на мгновение изменился в лице, и снова улыбнувшись ответил, что не смотрел, а Маша назвала своё имя.

– Я знаю, – сказал парень, – на экране телефона высвечивались сообщения «Машка, извини меня, я всё объясню», – они оба усмехнулись, и он продолжил, – что последнее ты помнишь из вчерашнего вечера?

Маша зажмурила глаза и потерла пальцами переносицу:

– Голова болит. Последнее, что хорошо помню, как села за бар, – ответила она, наблюдая, как Кира встал и пошел к кухонному шкафчику, достал из него что-то и вернулся к столу, – дальше просто какие-то обрывки из воспоминаний. Тебя вспомнила, когда увидела сегодня здесь.

Он протянул ей упаковку обезболивающих таблеток.

– А другого парня помнишь?

– Уверена, что с кем-то общалась, но даже лицо представить не могу. Я ведь вчера даже не пила, у меня в бокале был вишневый сок, я вообще не понимаю, почему так плохо себя чувствую сегодня. Неужели бармен налила мне что-то не то, хотя я уверена, что там был сок.

– Это не бармен.

Маша запила таблетку, остывшим кофе, и недоуменно посмотрела на парня.

– Парень, с которым ты общалась, пока сидела за баром, подсыпал тебе что-то в бокал, когда ты отвернулась.

– Ты в этом уверен?

– Да, он попытался сделать это максимально незаметно, но я всё равно увидел.

Маша не смогла сразу в это поверить. Нет, она слышала, что такое происходит, что девчонкам подсыпают наркотики, в соцсетях периодически попадались посты с предупреждениями, что нельзя оставлять свои напитки без присмотра, видео с историями от потерпевших девушек, но она не думала, что такое может произойти с ней. Это было самое разумное объяснение ее потери сознания вчера вечером и плохого самочувствия сегодня утром, будто после похмелья, да и потерей памяти она никогда не страдала, даже когда очень сильно напивалась, всегда помнила все события. Ей стало жутко. В голову сразу полезли мысли, что случилось бы, не окажись там Кира или будь он более равнодушным к проблемам других людей.

– Ты, получается, спас меня от… я боюсь представить, чего.

– Да, хорошо, что всё обошлось, главное, будь внимательнее в следующий раз и не принимай напитки от незнакомых парней.

– А этого кофе мне не стоит бояться? – попыталась пошутить Маша и слегка улыбнулась.

– Нет, – усмехнулся Кир, – я не сделаю тебе ничего плохого.

– Спасибо тебе за всё, – уже серьезно произнесла Маша.

Кира кивнул и взял свою и Машины тарелки и понес их к раковине. Маша предложила помыть посуду, но он отказался. Он повернулся к ней, оперся на кухонную столешницу и посмотрел на нее с какой-то задумчивостью. Маша приняла этот взгляд за приглашение к выходу. Хотя ей очень не хотелось уходить.

– Я тогда, наверно, пойду. Не буду тебе мешать.

Кира как будто хотел что-то сказать, но снова лишь кивнул, и они пошли к выходу.

– Скажи, куда тебе, я закажу такси, – он уже достал телефон и открыл приложение.

– Да зачем, не ночь же на улице, я доберусь сама.

– Если не хочешь говорить адрес, я выберу «Скажу адрес водителю», и тебе в любом случае придется ехать, потому что я не отстану.

Маша назвала адрес, улыбнулась и потянулась за кедами.

– Машина будет через пять минут, – сказал он и стал смотреть, как она обувается, – Маш, дай свой телефон ненадолго.

Она выпрямилась и, ничего не спросив, сняла блокировку и протянула ему свой телефон. Её сердце забилось громче, когда она смотрела, как он вносит свой номер в ее контакты.

– Вот, – он протянул ей телефон, – на случай, если не будет компании для похода в бар.

– Я обязательно напишу, – она почувствовала, как ее щеки предательски заалели, и она не смогла сдержать улыбку. Кира улыбнулся в ответ. Они попрощались, и Маша ушла.

Она вышла на улицу невероятно радостная, погода была под стать настроению – солнечно, на небе ни облачка, день сегодня обещал быть жарким. Маше хотелось прогуляться, но перспектива добираться потом до дома с несколькими пересадками не радовала, так что она села в машину и погрузилась в свои мысли, вспоминая это утро. Мозг категорически не давал думать о том, что ей что-то подсыпали, он каждый раз возвращал ее к мыслям о Кире.

Он ей понравился. Очень. Пусть они не были знакомы и пары часов, но Маша давно не испытывала такой симпатии.

Она вспомнила о том, что так и не прочла всё то, что написала ей Катя, и пока ехала в такси, открыла чат. Катя вчера уронила телефон в реку, поэтому была не на связи. Только где она умудрилась его уронить в реку, она не написала. Маше захотелось выслушать подробности и поделиться с ней своей историей, поэтому она отправила сообщение: «еду домой, доберусь, позвоню, надо поговорить».

Дома ее встретил изголодавшийся Кеша. Истошно мяукая, он терся о ее ноги и не давал прохода. Маша присела на корточки и потискала любимого кота. Он был обычным дворовым котом с тем простым серо-коричневым пестрым окрасом, белой грудкой и белыми лапками. Она подобрала его котенком на улице осенью больше шести лет назад, а он все шесть лет одаривал ее нежной кошачьей любовью и мурлыканьем. Маша, конечно же, первым делом покормила своего ласкового и нежного зверя, потом переоделась в домашнюю одежду и набрала Кате. Выслушала от нее с десяток извинений и более подробный рассказ о том, как та распрощалась с телефоном, и рассказала о своих приключениях. Сказать, что Катя была в шоке, это ничего не сказать. Она крыла отборными матами того мудака, что хотел сделать с Машей фиг знает что, протянула многозначительное «так», когда речь зашла о Кире, и после всего завалила ее вопросами о подробностях.

– Я рассказала тебе всё, Кать, я не стала интересоваться у него кто он и как он и прочее, ситуация была немного не та, мы не на свидании были, да и я в ахере пребывала немного от его рассказа.

– Ты ему написала уже? – нетерпеливо уточнила Катя.

– Нет, я только от него уехала, зачем мне сразу ему писать?

– Ну, а вдруг он уже хочет позвать тебя на свидание, но номера-то твоего у него нет. Так что напиши ему так, невзначай, типа, а вот тебе мой номер, пусть будет.

– Попозже напишу, не торопи меня. С мыслями соберусь и напишу.

– А что с твоими мыслями?

– Не знаю, мне давно так сильно никто не нравился, я не хочу всё испортить. Поэтому хочу успокоиться, обдумать всё и позже написать.

– Ладно, но сильно не затягивай. А то он пойдет снова в бар и спасет там уже другую девчонку, а ты останешься в пролете.

– Ну, будто он нас пачками спасает, девчонок, попавших в беду.

Они поговорили еще немного, и Маша занялась своими делами. Она старалась не думать о нем, пыталась отвлечься, придумывая себе занятия, переделала кучу домашних дел, даже те, которые давно уже были в планах, но мысли всё равно каждый раз возвращались к утренним событиям. Катины слова о другой девчонке заставили ее забеспокоиться, хотя она понимала, что это полная чушь, что за полдня ни с какой другой девчонкой он не познакомится. В конце концов она сдалась, легла на диван и полезла в телефон. Время было уже ближе к вечеру. В целом, она почти весь день продержалась от того, чтобы не писать ему. Да ей памятник стоит поставить, между прочим. Но дальше терпеть не было сил. Она открыла один мессенджер, поискала там его, но не нашла. Тогда она открыла другой, там у него профиль был, но у профиля не было фотографии. Маша немного расстроилась, она очень хотела вновь взглянуть на него. Она открыла чат с ним и решила ничего не придумывать, а написать, как и сказала Катя:

«Пусть у тебя тоже будет мой номер телефона, вдруг тебе первому понадобится компания для похода в бар)»

Маша не стала писать, что это она, это было понятно из контекста, да и на фото в профиле у нее была красивая портретная фотография. Сообщение ушло, загорелась одна галочка. Но вторая так и не появилась. Маша смотрела на неё минуту, две, три и всё-таки заблокировала экран и отложила телефон.

В такие моменты, когда она не могла не думать о чем-то, будь то стрессовые ситуации, проблемы на работе или что-то подобное, ей помогали отвлечься фильмы. Вот и в этот раз она решила воспользоваться своим лайфхаком. Она приготовила себе небольшой перекус, заварила любимый чай и включила кино, которое давно было в списке желаемых к просмотру. Но не прошло и получаса, как она снова зашла в мессенджер, чтобы проверить галочку. Но нет, всё осталось как прежде.

Ладно, всякое может быть, возможно у него разряжен телефон, или он находится где-то, где плохо ловит связь. Надо просто успокоиться и немного подождать. Не стоит разводить панику на пустом месте.

Фильм уже заканчивался, когда на телефон пришло сообщение. Маша сразу схватила его, чтобы проверить от кого оно, но это была Катя.

"Написала ему?"

"Да, до него не доходит сообщение."

"Не переживай заранее, ответит. Не сегодня, так завтра."

Глава 3

– Маш, так ты пойдёшь на корпоратив в следующую пятницу?

– Да, конечно. Я хотела бы развеяться.

Рустам радостно улыбнулся.

– А то Елена так активно всех агитирует, даже совестно уже не пойти.

– Конечно, ей нужно отчитаться перед руководством, тимбилдинг, все дела.

Маша знала, что Рустам не любит такие сборища, и он с удовольствием не пошёл бы, и что совсем не совесть заставила его согласиться, он до последнего ждал, что решит Маша, и периодически у неё об этом спрашивал.

Когда им сказали о предстоящем корпоративе, Маша восприняла эту идею без энтузиазма. На тот момент прошло уже больше трех недель с того самого субботнего утра, когда она проснулась не в своей квартире. И с того момента, как её сообщение улетело в пустоту и осталось без ответа. Хотя, как она могла получить на него ответ, если оно не было доставлено. Маша поначалу проверяла чат каждые пару часов. Дня через три-четыре стала заходить в него лишь утром и вечером. Но не прошло и недели, как чат спустился вниз в общем списке переписок, и Маша начала понемногу забывать о нём.

Она конечно же на второй день попробовала позвонить на этот номер, но абонент оказался вне зоны действия сети.

– Кать, может он ошибся номером, когда записывал мне его? – Маша сидела на кресле в квартире подруги и изо всех сил старалась больше не плакать. Они встретились в следующую пятницу, но уже не пошли ни в какой бар, а прикупили сыра, оливок и бутылочку вина для приятного девчачьего вечера.

Встреча началась с отвлеченных тем, но как только Катя задала вопрос, ответил он или нет, Машу как прорвало.

Она задавала этот вопрос Кате уже не первый раз, и Катя вновь ответила ей тоже самое:

– Маш, ты вряд ли ошибешься номером, когда будешь записывать его в телефон парня, который тебе понравился. Да и наверняка перепроверишь раз или два, прежде чем отдать. Поэтому вывод такой, ты либо ему не так уж понравилась, если он намеренно записал номер неверно, тогда пошёл он в жопу. Но не вяжется эта мысль с его действиями, если ты говоришь, что он сам попросил, твой телефон, чтобы записать номер. А это значит, что он действительно просто не на связи или что-то случилось, но с этим ты уже ничего не поделаешь. Ты ж, как ты сказала, не маньячина, чтобы запоминать номер квартиры, дома и улицу, где он живёт, когда уходила от него. Так что успокойся, что будет, то будет. Живи дальше. Вы хотя бы не переспали, и он не слился после этого.

После этой их встречи Маша отыскивала чат лишь раз в день, а спустя две недели и вовсе перестала его открывать.

Но даже это не спасло её от того, что она периодически вспоминала об этом парне и впадала в уныние, что ничего из этого знакомства не вышло.

Когда Маша рассказала Кате о будущем корпоративе, Катька заворчала, чтобы она хоть там позволила себе развеяться и повеселиться уже наконец. Но Маше не особо хотелось идти, тогда Катя поставила ультиматум:

– Ты либо идёшь на чёртов корпоратив и забываешь уже об этом парне, либо я тебя в чс везде кину! Ну в самом деле, Маша, ну сколько можно, ты с ним будто тяжёлый развод пережила после десяти лет брака!

Катя была права, пора завязывать с этими глупыми страданиями по едва знакомому человеку. Поэтому пару дней назад Маша подтвердила Елене своё присутствие, а Рустаму ответила сейчас, раз он спросил снова. Они шли с ним по коридору офиса после совещания с начальством. Рустам, как и Маша, был руководителем отдела, поэтому им часто приходилось пересекаться для решения общих задач. И при этом был одним из немногих в офисе, с кем она обсуждала что-то помимо работы.

Он начал рассказывать ей о новом фильме, который на этой неделе выходит в кинотеатрах, когда у Маши зазвонил телефон. Достав его из кармана, она посмотрела на экран и так и остановилась посередине коридора. На экране светилось имя «Кира», и она не могла в это поверить. Мелодия играла, а девушка всё смотрела на телефон.

– Маш, всё в порядке? – вопрос Рустама вывел ее из оцепенения.

– Да, извини, мне надо ответить, – она развернулась, пошла по коридору обратно и ответила на звонок, – алло?

– Маша? Привет, – Кира сказал это абсолютно спокойно, и она сразу узнала его голос.

– Привет.

– Маш… – он немного помолчал, – прости за то, что пропал. Я уезжал из страны и был не на связи. Пришлось уехать почти сразу, как ты ушла тогда. Как ты?

– Я в порядке. А у тебя всё хорошо? – Маша слышала по его голосу, что он извиняется искренне, – почему пришлось уехать?

– Это из-за работы, долгая и не интересная история. В бар больше одна не ходила? – он сказал это наверняка, улыбаясь.

– Нет, – Маша улыбнулась тоже, – ждала тебя.

– Я хотел бы увидеть тебя, ты свободна завтра вечером?

– Да, у меня не было планов, – она уже переполнялась радостью.

– Я тогда заеду за тобой к восьми, хорошо?

– Хорошо, я напишу тебе адрес в…

– Я его помню. До встречи завтра?

– Да, до завтра.

– Пока.

– Пока.

Они помолчали оба несколько секунд, и Кира отключил звонок.

У Маши безумно колотилось сердце, она слышала его стук в ушах и не могла перестать улыбаться. Ведь она совсем недавно почти перестала думать о нем. Правда только почти перестала. И всего один звонок снова заставил ее так волноваться. Завтра. Она увидит его завтра. Ей захотелось запрыгать от радости, но делать этого конечно же не стала, хоть и была в коридоре одна. Зато улыбалась от уха до уха.

«Он мне позвонил!!!» – она написала сразу же Кате.

«кто?»

«Кира, от кого еще я могла так ждать звонка?»

– Нифига себе, спустя столько времени свалился, как снег на голову. И чем он объяснил своё отсутствие? – тут же позвонила Катя.

Маша пересказала ей их недолгий разговор и, конечно же, поделилась тем, что он предложил ей завтра увидеться.

– Ну всё, завтра после работы жди меня. Я не дам тебе пойти на свидание в джинсах и кроссовках. На пороге лягу, но не выпущу тебя в них. Приеду, мы выберем с тобой шмотье, я сделаю тебе макияж и уложу волосы, чтобы он точно не посмел больше пропадать. И даже не сопротивляйся, я всё равно хочу попалить на него с окна.

Маша и сама понимала, что сопротивляться бессмысленно, поэтому на следующий день, приехав к дому после работы, она увидела, что Катя уже ждала ее во дворе.

– Маша, пожалуйста, только не нужно сразу возлагать на него никаких надежд и строить ожиданий.

– Я и не собиралась.

– Собиралась, ты начала это делать после первой вашей встречи. И сейчас я снова вижу это в твоих глазах. Ты с каждым парнем, который тебе нравится, сначала напридумываешь, а потом разочаровываешься, когда всё идет не так, как тебе хочется. И потом мне приходится долго тебя из этого вытаскивать. Нужно относиться к знакомствам проще. Не получилось ничего серьезного – ну и черт с ним.

Катька распалялась этой тирадой, придирчиво оглядывая каждую вещь, которую Маша доставала из шкафа. На ее коленях вальяжно развалился Кеша и, слегка сощурив глаза от удовольствия от Катькиных поглаживаний, он как будто тоже оценивал Машин гардероб. Подруга всё больше неодобрительно качала головой, и вещи летели в кучу, которая росла и росла. Лишь несколько раз она задержала взгляд на вещи и сказала: «Норм, оставь, надо подумать», чаще принимала задумчивое выражение лица и тянула «Ну…», и это значило, что у вещи нет шансов. Лишь один раз она воскликнула «О!», вскочила со своего места, скинув теперь недовольного кота, порылась в куче отметенных вещей, что-то достала и прикинула к находке.

– Слушай, ну он мне правда очень понравился, я ничего тут не могу с собой поделать. Он как навязчивая мысль в моей башке. Как заевшая пластинка. Может это та самая любовь с первого взгляда, о которой говорят? Но я правда ничего не придумываю себе. Мне просто хочется… верить, что получится что-то хорошее.

Катя посмотрела на нее и лишь громко вздохнула.

"Я подъехал"

"Привет)"

"Иду"

"Привет)"

– Ну всё, солнце, удачи тебе и хорошего вечера, – Катя крепко обняла Машу, – я на связи, и, если всё пойдёт по одному месту, пиши.

– Спасибо, Катюш.

– А мы с Кешенькой к окошку, палить его, – бросилась в комнату подруга с котом на руках и захихикала, окна квартиры как раз выходили на подъезд и с третьего этажа было хорошо видно стоящих внизу людей.

Маша спускалась по лестнице и испытывала всё больший мандраж, подходя к двери. Перед выходом она сделала глубокий вдох и медленный выдох, пытаясь успокоиться, и толкнула дверь. На улице уже стемнело, но двор перед подъездом был хорошо освещен, и Маша сразу увидела Кира. Он стоял, навалившись на машину, и что-то печатал на телефоне, но почти сразу же посмотрел на Машу, убрал его и улыбнулся своей лёгкой нежной улыбкой. Она сразу же заметила букет роз, лежащий на крыше машины, к которому Кира потянулся, и подошла к парню.

– Привет ещё раз, – Кира смотрел на неё и улыбался, он протянул ей цветы и сказал, – тридцать пять штук. По одному цветку на каждый день, что я пропадал.

– Да ты романтик, – усмехнулась Маша, – только что придумал?

– Нет, когда покупал, – уже широко заулыбался Кира.

– Спасибо, они очень красивые.

Он открыл для Маши дверь и сказал:

– Я могу положить их назад.

– Нет, я хочу сама держать их, буду любоваться ими всю дорогу.

Маша искренне радовалась этим прелестным цветам. Она как маленький ребёнок рассматривала своё сокровище. Пышные красивые розы нежного розового цвета. Она подумала, как ей будет грустно, когда они завянут, поэтому хотела запомнить их такими прекрасными.

Кира повёз её в бар в центре города. Рабочий день у офисов хоть и закончился уже несколько часов назад, и народ вроде бы должен был уже немного разъехаться, но всё равно в пятницу вечером в городе были жуткие пробки. Кира вёл машину спокойно и аккуратно, не делал резких маневров, и хоть и разговаривал с Машей, голову поворачивал в её сторону только если машина стояла на светофоре. Они ехали около получаса, и многое успели рассказать друг другу: откуда они, где учились, какие фильмы любят, Маша призналась в своём безграничном обожании Кешки, рассказала о том, что очень любит готовить, но только для близких людей. Спросила, чем Кира любит заниматься на выходных, но он сказал, что их у него почти не бывает.

– А где ты работаешь, что у тебя почти нет выходных?

– Я работаю в одной компании вместе с отцом. Там много разных направлений. Я развиваю новые, еще отвечаю за логистику, проведение сделок и переговоров с партнёрами. Что-то типа того.

– Не слишком много задач для одного человека?

– Я пока справляюсь.

– Я не сомневаюсь, – Маша улыбнулась и продолжила, – а на встречи со мной получится находить время?

Кира улыбнулся и ответил:

– И в этом тоже не сомневайся.

Кира припарковал машину через дорогу от бара и помог Маше выйти. Он предложил ей оставить букет в машине, но она сказала, что ни за что этого не сделает и что его нужно поставить в воду. Девушка-хостес проводила их к заказанному столику на имя Кирилла.

– На Кирилла? – улыбнувшись, тихо переспросила Маша у Кира.

– Так не возникает вопросов.

У их столика на стене было большое зеркало от пола до потолка, в нём отражалась оригинально подобранная подсветка и это создавало иллюзию портала в какой-то другой мир. Да и в целом, интерьер бара был довольно необычный, дизайнеры поработали умело, здесь здорово сочетались разные фактуры, а яркие акценты великолепно разбавляли спокойные тона. Катьке здесь понравится. Маша вспомнила про подругу, и пока они не присели за столик, осмотрела себя в зеркале. Стараниями Кати она выглядела сегодня очень привлекательно. Эта фея-крестная, переворошив её шкаф полностью, смогла отыскать в его глубинах короткие чёрные шорты брючного кроя. Маша даже уже забыла о них, она купила их сразу после окончания универа, подумала, что будет носить их в офис, но надев их дома утром уже перед работой, решила, что они слишком короткие. Хотя с момента примерки в магазине короче они явно не стали, надеть их она так ни разу и не решилась. Чёрные тонкие колготки эффектно подчеркивали стройные ноги, и сверху завершали образ чёрный лонгслив и чёрный длинный пиджак. Маша сначала воспротивилась идти во всём черном, но Катя заверила её в том, что ей очень идёт этот цвет, и это беспроигрышный, как она сказала, вариант. И увидев сейчас себя в отражении освещенной футуристичной подсветкой бара, с подкрученными локонами и вечерним макияжем, Маша мысленно расцеловала Катю, потому что ей очень понравилось, как она выглядит. Чёрный ей действительно шёл.

Кира же над своим внешним видом особенно не старался: он не изменил черным джинсам, черному худи и куртке. Но и он во всём черном выглядел стильно.

Они заказали еду и напитки. Кира предложил Маше выпить что-нибудь алкогольное, но раз он был за рулём и даже не думал пить алкоголь, она тоже от него отказалась.

И они продолжили своё знакомство. Они болтали обо всём, что только приходило в голову. Рассказывали истории из детства, обсуждали любимые фильмы, узнали, что они оба единственные дети в семье, и что у обоих осталось по одному родителю. Отец Маши бросил их, когда ей было два года, а у Киры мамы не стало, когда ему было пять. При этом оба сильно любили тех, кто остался с ними.

– А сколько тебе лет? Я хотела спросить ещё тогда, месяц назад, но не успела.

– Двадцать семь, – Кира смотрел на неё и ждал, что она скажет.

– А сколько мне лет, как думаешь? – Маша улыбнулась и лукаво прищурилась.

– Ты меня младше, лет двадцать пять.

Маша продолжила смотреть на него, всё также улыбаясь и не меняя лукавого взгляда, пыталась сбить его с толку, чтобы он засомневался в своём ответе. Но он продолжил смотреть на неё и молчать.

– Угадал, – наконец сказала она.

– Эх, надо было гадать на желание, – улыбнулся он.

– А что бы ты загадал?

– Увидеться снова?

– Ну, на это и желание тратить не надо.

Они ещё долго общались, вскользь упомянули последние свои отношения, посмеялись над последним концертом известного комика и находили всё больше общих взглядов, мыслей и целей. Маше было хорошо. Кира был… действительно классный. С ним было спокойно, интересно и весело. И с ним было очень легко. Она ловила каждый его взгляд, каждую улыбку. Ей нравилась его уверенность, она видела каждый раз, что он внимательно её слушает, когда они обсуждали что-то серьёзное. Он высказывал своё мнение тактично, ничуть не принижая её. И ещё часто спрашивал, что она думает по разным вопросам. Маше было приятно, что он хочет узнать её.

Она рассказывала ему о поездке на Байкал с Катькой два года назад, восторгалась красотой природы, когда заметила, что Кира перестал её слушать. Он уже некоторое время бросал взгляды то в сторону барной стойки, то в сторону входа. Не глядя на Машу, Кира взял куртку, достал бумажник, вытащил несколько купюр и положил под тарелку. Маша замолчала, а Кира наклонился к ней и сказал:

– Маш, пойдём на улицу, мне нужно выйти.

– Что-то случилось?

– Нет, всё хорошо, просто давай выйдем.

Маша ничего не поняла, но спорить не стала. Она взяла пиджак и сумочку и пошла за Кирой, держа его за предплечье. Но он пошёл не в сторону выхода, а вглубь бара. Он перехватил по дороге официанта, и она услышала, как он сказал, что оставил деньги на столе, попросил рассчитать и что сдачи не нужно.

– Кир, мы цветы оставили, – Маша приостановилась.

– Ничего страшного, – он обернулся к ней, взял её за руку и чуть сжав ладонь произнёс, – иди со мной.

Но Маше очень хотелось забрать букет, он был такой красивый, что сердце сжалось при мысли о том, чтобы оставить его. Она осторожно высвободила свою ладонь из пальцев Киры и попросила у него буквально минуту, она пообещала мигом их забрать, уже делая шаг назад. Кира посмотрел на неё с непонятной растерянностью в глазах, но за доли секунды она исчезла, и он стал серьёзен. Он быстро шагнул к ней и оказался очень близко, положил ладонь на талию и почти прижал её к себе.

– Маш, – зашептал он ей на ухо, – пойдём, я подарю тебе другой букет, ещё красивее, только пойдём, – и посмотрел ей в глаза.

Маша поняла, что сейчас не стоит спорить, и кивнула, чувствуя замешательство. Кира взял её за руку и повёл за собой. Они уходили всё дальше от входа и подошли к двери, ведущей на кухню бара. Маше захотелось сказать, что на кухню посетителям не стоит идти, но смолчала, Кира и сам это наверняка понимал.

Они вошли в дверь, и комментарии от персонала не заставили себя ждать, они озвучивали то, о чем ещё мгновение назад думала Маша. Но Кира, не слушая их, пошёл вглубь кухни и обратился к девочке повару, которая попалась на их пути. Маша обратила внимание, что Кира взял девушку за руку, когда попросил показать запасной выход для персонала. Девушка, не сказав ни слова, кивнула и провела их через коридор к выходу. Кира поблагодарил её, и они вышли на улицу.

Сразу на улице на них уставились двое работников, у которых был перекур. Но Кира их даже не заметил, он оглядел двор, где они оказались, и повёл Машу прочь. Здание, в котором находился бар, было бизнес центром, но дома вокруг были жилыми девятиэтажками старого фонда. Время близилось к полуночи, в большинстве окон горел свет, и на улице практически не было людей. Они отошли подальше от работников бара, и Кира остановился, достал телефон и кому-то позвонил. Хотя он делал это всё абсолютно спокойно, Маша всё равно испытывала тревогу, хотя тут и так было понятно, будь всё в порядке они бы не сорвались из бара через запасной выход, бросив на столе букет.

Маша оглядывалась по сторонам, темнота её напрягала, но в этот момент Кира заговорил по телефону, и всё напряжение из-за темноты как ветром сдуло, потому что язык, на котором он говорил, она не то что не знала, он был ей совершенно не знаком. Она даже не могла сказать, с каким языком он созвучен. Точно не азиатский, не европейская языковая группа. Что-то восточное?

– Да!

– Меня выследили.

– Чего?! Как, блять?!

– Не знаю.

– Ты на квартире?

– Нет, в центре.

– Че ты там делал?

– На свидании был.

– Нашёл время. Возвращайся. У тебя порт с собой?

– С собой. Не могу, я не один.

– Бросай девчонку и уходи.

– Не могу, они видели меня с ней.

– Ну и что с того? Найдёшь другую, девок в мире мало что ли.

Кира молчал и смотрел на Машу.

– Кир, не стоит рисковать. Возвращайся, я тоже перехожу, позвони как будешь у нас.

Кира убрал телефон, всё так же глядя на Машу.

– Кир, что случилось? На каком языке ты говорил? – обеспокоенно спросила Маша.

Он немного покачал головой и слабо улыбнулся:

– Всё в порядке, Маш. Давай дойдём до машины, и я отвезу тебя домой.

– Обманываешь ведь.

Он в ответ улыбнулся чуть шире, взял её за руку и повёл вдоль здания. Дома здесь примыкали друг к другу, поэтому на проезжую часть можно было попасть только через арки. Они свернули в неё, и уже прошли почти до середины, когда навстречу им вышли три парня. Маша не сразу обратила на них внимание, она шла, погрузившись в свои мысли, расстроилась оттого, что он хочет увезти её домой, а ей так хотелось ещё провести время с ним. Кира сразу, как только увидел мужчин, остановился и обернулся. Это уже выдернуло Машу из своих мыслей, и она обернулась вместе с ним. Позади них появился еще один парень. Она поняла, что эти четверо ждали их, а не просто домой возвращались, и тут то у неё душа в пятки и ушла. Кира крепко сжал руку Маши и утянул девушку себе за спину, повернулся, чтобы можно было легче осматривать оба выхода и чуть отшагнул к стене. Парни подошли ближе к ним. Все были крепкого телосложения, это единственное, что можно было увидеть в том свете что лился со двора и улицы. Маша быстро глянула вправо и влево, но, как назло, не было видно ни одного человека. Но если закричать, наверняка кто-нибудь из жилых домов услышит и поможет. Поможет ведь?

– Отпустите девушку, и я спокойно пойду с вами, – заговорил Кира. Его голос звучал как обычно ровно, без страха или каких-либо других эмоций.

– Ты и так пойдёшь с нами. И она пойдёт с нами, будет для тебя стимулом не делать глупостей.

– Я её знаю пару часов, в баре подцепил, так что не будет.

Тот же парень хмыкнул:

– Неужели в тебе не осталось никакого сострадания? Хотя после всего что ты сделал, наверное, не осталось.

Кира ничего не ответил.

– Давай, – заговорил всё тот же тип, похоже он был у них за главного, – подними руки, чтобы я их видел, и повернись спиной. Дашь нам спокойно надеть наручники, и мы отпустим девчонку.

Маша судорожно дышала, сердце колотилось как бешеное. До неё через мгновение дошёл смысл слов парня. Ей придётся отпустить руку Киры и уйти, оставив его с этими явно опасными типами. Хотя, с другой стороны, чем она могла помочь ему в этой ситуации она понятия не имела. Кира всё ещё сжимал её ладонь за своей спиной, и она шагнула чуть ближе к нему, схватилась за его руку второй рукой и крепко сжала. И тут другой голос произнёс с похабной интонацией:

– А может и не отпустим…

Дальше всё произошло слишком быстро. Кира резко оттолкнул Машу к стене и бросился на одного из парней. Он не рассчитал силу, и Машу хорошо так припечатало спиной и затылком. Она зажмурилась от боли и сползла по стене. Сквозь темноту доносились звуки борьбы, кто-то вскрикнул, кто-то упал на землю. Ей потребовалась буквально минута, чтобы прийти в себя и открыть глаза. Один из парней лежал на земле и не шевелился, другой сидел, привалившись к стене, и держался за голову. Кира схватил третий. Он держал его руки со спины. Последний стоял перед ним. В руке у него блестел нож, отражавший слабый свет из переулка. Маша повертела головой, увидела валяющуюся стеклянную бутылку рядом, схватила её, собрала все силы, что у неё остались, и бросилась на парня с ножом. Он стоял к ней спиной и не ожидал удара. Из бутылки на Машу что-то пролилось, но это не помешало ей прицелиться парню точно в голову. Тот согнулся и завалился в перед, но сознание не потерял. В этот же момент Кира ударил парня, что его держал, высвободился из хватки и, схватив Машу за руку, бросился в сторону дворов.

Маша была так рада, что настояла на том, чтобы надеть лоферы вместо туфель, что пыталась ей навязать Катя. Бежать пришлось очень быстро, Кира просто тянул её за собой, не давая ей замедлить бег. Они перебежали из одного двора в другой, он начал замедляться, и завернув за угол дома, остановился, притянул Машу и прижал её спиной к стене. Здесь было темно, они оба тяжело дышали. Кира выглянул из-за угла, грубо выругался, достал что-то из кармана и вдруг прижался к Маше всем телом, обхватив её рукой за талию и вдавив спиной в стену. Она вцепилась в его куртку и почувствовала его дыхание у виска.

– Извини, что втянул тебя в это, – прошептал он ей на ухо и свободной рукой ударил по стене над головой Маши.

Девушка не успела даже осмыслить, что он сказал, как стена за её спиной как будто исчезла. Она от давления Киры шагнула назад, но тут же за что-то запнулась и начала падать, но он резко крутанулся на месте. Маша не устояла на ногах и уже стала заваливаться на него, а он падал назад спиной. Она зажмурилась от страха, уткнулась головой в его шею и через мгновение почувствовала удар.

Глава 4

Она распахнула глаза, когда Кира тяжело застонал от удара и выпустил Машу из рук. Девушка тут же слезла с него и села рядом, тревожно вглядываясь в его лицо. У него была разбита губа, подбородок испачкан в крови, на скуле красовалась обширная ссадина, которая потом наверняка окрасится в яркий синяк. Но вопрос о его состоянии так и остался не озвученным. Маша с изумлением начала оглядываться вокруг. Они больше не были в московской подворотне.

– Какого черта?

Они оказались в лесу. Не парк, не сквер. Высокие мощные деревья с пожелтевшей листвой. И вокруг ни одного дома, ни одного признака присутствия человека. На лес уже опустились сумерки, но было явно светлее, чем было в Москве. И прохладнее.

– Кира, где мы? Как мы здесь оказались?

Машу начала охватывать паника, мозг отказывался верить в то, что видят глаза. Она вертела головой и уже подумала, что у нее галлюцинации. Но под коленками была прохладная земля, укрытая осыпавшейся листвой, и Маша сжала горсть листьев в руке. Она быстро поднялась и подошла к ближайшему дереву, провела пальцами по его стволу, ощущая шероховатую кору под рукой и убеждаясь, что ей это не мерещится, потом сразу отошла к другому дереву и сорвала с него лист. Она снова покрутила головой, сильно зажмурилась, вновь открыла глаза, но ничего не изменилось. Как такое возможно? Телепортация? Это выдумки. Такое только в фантастических фильмах и бывает. Это явно галлюцинация, только очень реалистичная. Или сон. Да, наверное, она спит, и никакого свидания не было. Ей это приснилось на фоне прошлых переживаний. И звонка никакого не было. До Киры просто не ушло сообщение. А Маша спит, ей с утра на работу нужно будет, а это просто необычайный сон.

Кира лежал на спине, закрыв глаза, и тяжело дышал, но пытался выровнять дыхание. Он попробовал повернуться на бок, но снова застонал. А если это всё-таки всё взаправду? Маша очнулась от оцепенения, подошла к нему и присела рядом. Она склонилась над ним и ощупала его затылок.

– Как ты? Головой не ударился?

Кира открыл глаза, посмотрел на нее и покачал головой. Маша облегченно выдохнула и снова отстранилась от него. Он с трудом, сжав зубы, повернулся на бок и, опираясь рукой на землю, при помощи Маши медленно приподнялся и сел. Его дыхание стало тише, но всё еще оставалось неровным, и каждый вдох и выдох отдавались болью в спине. Он, как и Маша прежде, огляделся по сторонам и обреченно свесил голову. Маша наблюдала за ним и пока ничего не говорила.

Он просидел так не больше минуты, потом медленно поднялся на ноги. Кира стал рассматривать деревья, что-то прикидывая для себя. Наконец, выбрал одно и направился к нему. Маша встала и осталась на месте, наблюдая, что он будет делать дальше. Он взялся за самую нижнюю ветку и, прикладывая огромные усилия, начал забираться на дерево.

– Зачем ты лезешь на дерево? – Маша не надеялась, что он ответит, но всё равно задала вопрос.

– Осмотрюсь, надо понять, куда идти.

Он медленно поднимался всё выше, а Маша снова огляделась. От безделья рука потянулась в карман за телефоном. Геолокация должна работать, хоть посмотрит, где они находятся. Но карманы были пустые. Девушка вспомнила, что убирала телефон в сумочку, и осмотрела место, где они упали. Сумки нигде не было. Прекрасно. Она попыталась вспомнить, где ее потеряла. Из бара она вышла с ней, это определенно. Потом драка, потом они бежали, и сумка ей нисколько не мешала как раз-таки потому, что она осталась в той подворотне. Маша отчаянно застонала и закрыла лицо руками. Там был телефон, там были ключи от квартиры, там была основная банковская карта и там был паспорт, что самое ужасное паспорт с пропиской. Адрес квартиры, ключи от которой лежали в той же сумочке…

Ее постоянный метод психологической самопомощи не сработал. Принять ситуацию и решать проблемы по мере их поступления – всё полетело к чертям. И последней каплей стало то, что Маша почувствовала ужасную вонь от своих рук и пиджака. От нее пахло мочой. Рукав на правой руке был влажный и вонючий, она тут же вспомнила, как на нее что-то пролилось из бутылки, которую она разбила о голову того парня. Глаза тут же стали влажными, а из груди начали вырываться всхлипы, она перестала сдерживать себя и заплакала. Слезы застилали глаза, она по привычке начала вытирать их рукавом, снова почувствовала вонь, скривилась и заплакала еще сильнее.

Она стояла так уже несколько минут как вдруг услышала, что Кира уже спускается. Не хватало еще, чтобы он нашел ее здесь зареванную, поэтому она быстро отошла от дерева в другую сторону и сняла рукав пиджака с левой руки. Рукав кофты был сухим и неприятного запаха не было, она вытерла им слезы и постаралась успокоиться. Сделала глубокий вдох и медленно выдохнула.

– Маш?

Маша обернулась к нему, Кира уже спустился с дерева и смотрел на нее.

– Понял, куда нам идти?

– Да, пойдем, скоро совсем стемнеет.

– Сначала расскажи, что происходит, – Маша сказала это решительно и осталась стоять на месте.

Кира помолчал, глядя на нее, громко выдохнул, опустил голову и снова посмотрел на нее. Маше почудилась в его взгляде невероятная досада от свалившейся на него обузы. Она почувствовала себя одинокой как никогда. Она испугалась, что он сейчас развернется, бросит ей «ну и оставайся тут» и уйдет в лес, и она останется совершенно одна. Ведь если так посудить, она ему никто, едва знакомый человек. Но вместо этого он пошел к ней и, чуть замявшись, будто хотел подойти еще ближе, остановился в двух шагах от нее и, глядя ей в глаза, сказал успокаивающе тихо:

– Маш, пожалуйста, давай сначала доберемся до безопасного места, и я обещаю, я всё тебе расскажу и отвечу на все твои вопросы, хорошо?

Ну он хотя бы бросать ее не собирался, это уже радовало. Маша поняла, что спорить и ругаться никакого смысла нет и согласно кивнула.

Кира сощурился и что-то увидел на ее лице:

– Ты плакала? – он сделал еще один небольшой шаг ближе к ней.

Маша отвернулась от него, не зная, что сказать. Показывать свою слабость не хотелось, но скрывать уже и так очевидное смысла нет, поэтому она призналась:

– Я сумку потеряла в том переулке. А там всё. Телефон, банковская карта, паспорт и ключи от квартиры, адрес которой есть в паспорте, – она договорила и не выдержала, губы затряслись, и она снова всхлипнула, потом сделала глубокий вздох и подавила очередной всхлип в себе.

Кира ничего не ответил. Она не смотрела на него и не увидела, как он раздосадовано закрыл глаза, будто осознал нечто непоправимое. Он осторожно взял ее руку в свою, и Маша вздрогнула.

– Иди за мной. Мы со всем разберемся.

Маша мечтала услышать такие слова от своего парня. Но в реальности, столкнувшись с серьезной проблемой, слышать их не хотелось, хотелось просто, чтобы этой проблемы не было.

Она сосредоточила своё внимание на тепле его руки, поняла, что начала успокаиваться от его тепла. И всё так же не глядя на него, сплела их пальцы и постояла так секунд десять и только потом двинулась вперед.

Пейзаж вокруг был однообразный. Они шли молча, говорить в тихом лесу совсем не хотелось. Быстро темнело и становилось прохладнее. Машу начала одолевать усталость и сонливость. В конце концов, сколько уже было времени по Москве? Перевалило за полночь или еще нет?

Она осторожно высвободила свою руку из его, Кира сделал вид, что не заметил, запахнула пиджак, скрестила руки на груди, спрятав кисти от холода.

– Замерзла? – он приостановился.

– Нет, – соврала Маша, и не замедляя шага, пошла вперед.

Она прошла еще немного, когда почувствовала, как на плечи легла куртка. Маша посмотрела на Кира:

– А ты?

– В кофте не холодно.

– Спасибо.

В куртке стало гораздо теплее. А еще она пахла его парфюмом. И этот запах выводил ее из себя. То, что она безропотно согласилась пойти с ним и не стала настаивать на незамедлительных ответах на ее вопросы, было голосом разума. Но чувства в ней кипели как взбушевавшийся вулкан. Она так сильно злилась на него. Он затащил ее черти куда, не говорит ей ни слова, подверг ее опасности, связавшись с какими-то упырями. Самое удивительное, что это были не случайные подонки, решившие повеселиться на гуляющей парочке. Эти ребята целенаправленно искали именно его. Он их знал, знал, что им нужно. Возможно, знал, что его ищут, и всё равно потащил ее на свидание. Она, конечно, разгоняла свои размышления больше в негативном ключе просто потому, что она устала, ей было холодно, страшно и безумно хотелось домой, и провались он пропадом этот прекрасный принц. И она совсем не желала думать о том, что он позвал ее в бар потому, что действительно хотел с ней увидеться, потому что она ему понравилась настолько, что даже спустя месяц отсутствия, он про нее не забыл. От этих мыслей она отмахивалась, как от надоедливых мошек. И вот эта вся злость сталкивалась с ароматом парфюма, который заставлял ее тело таять, сердце трепетать, а легкие делать более глубокие вдохи.

А еще ей становилось смешно от мысли, что буквально час-два назад, она не хотела с ним расставаться, хотела еще провести с ним время. Вот, пожалуйста, ваше желание исполнено.

В лесу совсем стемнело, идти стало труднее. Маша плохо различала на земле корни деревьев и упавшие ветки, и когда она во второй раз споткнулась, Кира, не сказав ни слова, снова взял её за руку.

– Долго нам ещё идти?

– Нет, до дороги недалеко. Слышишь машины?

– Нет, ничего не слышу.

Они прошли ещё минут десять, и впереди, действительно, стало слышно дорожное движение, а ещё немного времени спустя среди деревьев можно было различить дорогу и освещавшие её фонари.

Когда они подошли к краю леса, Кира остановился и сказал:

– Маша, мне нужна твоя помощь. Нужно, чтобы ты одна вышла на край дороги и остановила попутку.

– Почему одна? Хотя, я понимаю, почему тебе не стоит показываться сразу. Только ты посмотри на нас! Кто нас согласится куда-то везти? От меня мочой несёт, а у тебя лицо разбито, кровь на подбородке. Даже если какой-то водитель и клюнет на меня и остановится, то при виде тебя он вмиг вдарит по газам, – нервно выпалила свою речь Маша.

– Почему от тебя несёт мочой? – недоуменно переспросил Кира.

Маша зло сверкнула на него глазами и пробурчала:

– Потому что какой-то мудила нассал в бутылку, которой я ударила того парня.

Кира замолчал и закусил губу, едва сдерживая смех, но так и не смог спрятать улыбку.

– Тебе это кажется смешным? – чуть не взорвалась Маша.

– Нет, Маш! Мне смешно оттого, что он теперь воняет как бомж, чувак, которого ты ударила, – поспешно ответил Кира.

– Так я что, воняю как бомж? – ещё злее переспросила Маша.

– Нет! Я вообще не чувствую, чем именно от тебя воняет.

– Так всё-таки чем-то воняет?

– Ааа! – в отчаянии застонал Кира, – лучше бы вообще молчал. Так. Запах не проблема, и моё лицо тоже. Главное, останови машину и подойди к водителю с его стороны. Нужно чтобы он опустил окно рядом с собой.

– Зачем? Ты что, собираешься выкинуть его из машины?

– Нет, я всего лишь попрошу нас довезти.

– А он так просто согласится? – скептически фыркнула Маша.

– Маша, прошу тебя, просто поверь мне! – чуть ли не в отчаянии сказал Кира.

Маша замолчала. Она отвернулась от него, и смотрела на дорогу. Там изредка проезжали машины, и она только сейчас заметила, что машины какие-то… не такие, какие она привыкла видеть. Только разницу она пока понять не может.

Она вновь взглянула на Кира и спросила:

– А я вообще могу тебе доверять?

Кира немного помолчал, глядя на неё.

– Да. Ты можешь мне доверять, – серьёзно и уверенно ответил он, – всё будет хорошо.

Маша снова недовольно фыркнула, сняла его куртку, впихнула ему в руки и пошла к дороге. Без куртки стало ощутимо прохладнее. Она встала у края проезжей части и стала ждать машину. Она ни разу в жизни до этого не ловила попутку, слишком большой трусихой она была, садиться в тачку к незнакомым людям было всегда страшно. Но сейчас она не боялась.

Вдалеке появился свет фар. Маша подняла руку и стала ждать. Она когда-то читала, что в разных странах попутку ловят разными жестами. И иногда неверный жест не в той стране может аукнуться проблемами. Поэтому она просто подняла руку и надеялась, что никого ничем не оскорбит, где бы она ни оказалась. Машина приближалась и уже начала останавливаться, когда Маша вспомнила слова Кира, что надо подойти со стороны водителя. Она прикрыла глаза рукой, чтобы рассмотреть, с какой стороны сидит человек. Машина остановилась, Маша оказалась прямо в свете фар и ей стало некомфортно с её короткими шортами и завитыми локонами. А если вспомнить, что она успела поплакать, а потом размазать тушь, то ещё и стыдно за свой внешний вид.

Она увидела водителя справа. Вообще, он странно так остановился. Обычно, подбирая попутчиков, люди проезжают чуть вперёд человека, чтобы не слепить его фарами. А тут мужик остановился прямо перед ней, чтобы хорошо её рассмотреть? Может у неё уже паранойя от страхов развилась, и она сама себя накручивает? Хорошо хоть, что он был один в машине.

Она подошла к его двери, и водитель опустил стекло. Маша чуть согнулась и поторопилась выпалить:

– Добрый вечер! Довезите до города, пожалуйста.

Он посмотрел на неё в недоумении и что-то начал говорить на незнакомом языке, который она сразу вспомнила: на нем сегодня уже говорил Кира по телефону.

Тут он и появился как из-под земли, Маша испугалась. Она даже не заметила, как он обошёл машину и оказался рядом, но он резко схватил за руку водителя, тот вздрогнул от неожиданности, но не успел вырваться, как Кира что-то ему сказал. Мужчина сразу успокоился. Кира вновь с ним заговорил, тот кивнул, и парень подошёл к двери позади водителя, открыл её и предложил Маше сесть. Закрыл за ней дверь, обошёл машину и сел с обратной стороны.

Маша всё это время находилась в изумлении, как это так легко Кире удалось уговорить незнакомого человека их довезти. Вопросов становилось всё больше.

Машина поехала, и тут Маша поняла, что было с ней не так. Она работала очень тихо. Не было характерного двигателю шума. Электромобиль? В России их было так мало, что они считались редкостью. Здесь она не вспомнила ни одну проезжавшую машину, которая бы шумела так, как привыкла Маша.

Кира что-то снова сказал водителю. Тот кивнул и протянул парню какую-то пластину. Она была размером со средний смартфон, но слишком тонкая. Кира взял её, и экран загорелся. Ага, такой тонкий телефон. Он кому-то позвонил и некоторое время разговаривал на этом неопознанном языке. Будто продукты заказывал. Будто его не пытались убить. Будто они не переносились в лес за долю секунды из Москвы. Машу начинало бесить его спокойствие. Или это было хладнокровие? Или разницы нет?

Она смотрела на него, а в голове крутился вопрос, а что она вообще про него знает? Сегодня в баре на вопрос откуда он родом, он ответил, что кроме недавнего раза никогда не выезжал из Москвы. Вопрос, где учился, он обошёл так же умело, назвав лишь специальность, а потом заговорил Маше зубы. Где работает – не сказал. На отвлеченные темы он говорил охотно, а конкретики не давал. Вот же хитрый жук.

Кира почувствовал её взгляд и тоже посмотрел на неё. Он не переставал говорить по телефону и голову не отворачивал. В конце концов, Маша не выдержала и отвернулась к окну. Он поговорил ещё немного, завершил разговор и отдал телефон водителю, наговорил ему что-то ещё и расслабился на кресле, прикрыв глаза. Они ехали в молчании несколько минут, и Маша снова не выдержала, теперь уже ей надо было посмотреть на него.

– Что это за язык? – спросила она, надеясь получить хоть один ответ.

– Але́йский, – ответил Кира, всё так же сидя с закрытыми глазами.

Маша о таком языке не слышала. Не видела никогда такого языка в списке настроек смартфона. Хотя тут надо признаться, она никогда не вчитывалась во все названия языков, которые были в том списке.

Получила ответ на свой вопрос, спасибо. Добавилось ещё с десяток вопросов. Плевать. Хочет молчать, пусть молчит. Быстрее бы добраться домой. Она снова повернулась к окну. А потом демонстративно отвернулась от Киры всем корпусом, улегшись на кресле чуть на бок и скрестив руки на груди. Он открыл глаза и немного повернул голову в её сторону, глядя на то, как она глядит в окно. Но она этого, конечно, не видела.

Маша рассматривала проносившуюся за окном местность, по крайней мере то, что позволяла увидеть наступившая ночь. Некоторое время они ехали всё так же среди леса, потом стали появляться луга, небольшие постройки тут и там. Чем дольше они ехали, тем больше зданий попадались на пути, и позже уже стало понятно, что они въехали в город. У нее уже слипались веки, когда вид из окна начал становится хоть сколько-нибудь интересным. Всё больше попадалось красивых жилых и коммерческих зданий, ярких вывесок на неизвестном ей языке.

Она абсолютно безразлично рассматривала здания, пока в ее порядком уставшем мозге яркой вспышкой не мелькнула одна отчетливая мысль: в городе не было ни одной вывески, ни одной рекламы или знака на английском языке. Сонливость как рукой сняло. Она даже в кресле села прямее и стала уже внимательнее рассматривать улицы. Ни-че-го. Нигде английского не было. Но как такое возможно? Английский международный язык, его можно найти в любом городе, тем более в мегаполисе. Почти все международные бренды имеют названия на английском. Может эта страна, где они оказались, гораздо успешнее провела политику перехода на государственный язык в рекламной сфере? Очередные вопросы. Маша устало выдохнула и снова завалилась на кресло.

Они проехали через город еще минут пятнадцать, когда она заметила, что здания стали абсолютно одинаковыми. Это были жилые трехэтажные кирпичные дома с одной дверью посередине и большими окнами справа и слева от нее. У каждого дома были свои гаражи с правой стороны и небольшой зеленый дворик перед фронтальной стеной. В целом, район выглядел очень мило и ухоженно.

Машина остановилась рядом с одним из этих домов, он также ничем не отличался от всех остальных. Кира заговорил с водителем, и Маша краем глаза заметила, что он протянул ему несколько купюр, водитель что-то ответил ему, и Кира вышел из машины. Он открыл дверь с Машиной стороны и протянул ей руку, она не стала отказываться от помощи и, взявшись за неё, вылезла на улицу. Они подошли к входной двери, центральная часть которой была из стекла, и за ней Маша увидела ярко освещенный холл и лестницу наверх. Кира набрал код на домофоне, и они вошли. В холле уже было невероятно уютно. Справа и слева было по одной двери в квартиры, а прямо шел коридор ко второму выходу на задний двор. Весь интерьер был в светлых тонах, только на полу лежала черная и белая плитка, как на шахматной доске. Там и тут даже стояло несколько горшков с крупными комнатными растениями, а на стенах висела пара картин. Да, это не ее подъезд в пятиэтажке.

Кира повел ее на третий этаж и, подойдя к двери слева от лестницы, набрал код на цифровой панели, смонтированной на стене. Он открыл дверь, пропуская Машу вперед, и девушка осмотрелась, войдя в квартиру. Они стояли в небольшом коридорчике, справа от двери было огромное окно, занавешенное шторами, которое растянулось почти до противоположной стены. Недалеко от окна стоял круглый обеденный стол, угловой кухонный гарнитур, на стене напротив был телевизор и в центре комнаты диван. У стен стояла еще мебель: тумбы, комод, полка с большим количеством книг и много различных предметов интерьера, создающих уют.

Кира прошел к кухне, Маша осталась стоять на месте. В ее голове была какая-то пустота, мозг слишком долго был в напряжении от большого количества вопросов и пережитых эмоций и уже отказывался работать. Кира заглянул в холодильник, потом порылся в шкафчиках и спросил:

– Будешь чай? Тут больше ничего нет, но я всё куплю завтра, – он посмотрел на Машу и ждал, что она ответит.

– Здесь точно безопасно?

– Да, можешь не сомне…

– Тогда, черт побери, рассказывай всё, что обещал! – Маша сорвалась на крик и тяжело задышала.

Кира смотрел на нее, и она не смогла вынести его взгляд. Она отвернулась и потерла лицо руками.

– Фу, блин, гадость! – Маша стянула с себя пиджак и кинула его в угол подальше, – то, что мы не в России, я поняла. Но в какой мы стране? Я не увидела здесь ни одной вывески на английском, как такое может быть? Я не слышала о языке, на котором ты говоришь. Кто были те парни, что на нас напали? Почему вообще они напали? И самый главный вопрос, как мы, блин, оказались в лесу, когда мгновение до этого были во дворе дома в Москве?!

Она скрестила руки на груди и посмотрела на Кира зло. Что он будет делать? Снова будет отвечать общими фразами и выкручиваться или расскажет всё как есть? Маше казалось, что сейчас от его ответа напрямую зависит ее будущее отношение к нему. А еще ей казалось, что он тоже это понимал.

Он опустил взгляд, взъерошил пальцами волосы, задумчиво глядя в пол несколько секунд, потом стянул с себя худи, оставшись в футболке, бросил его на диван и сел рядом. Маша осталась стоять. Он всё молчал и не знал с чего начать. Там один ответ был хуже другого. Поэтому он посмотрел на Машу и просто решил выпалить всё как на духу.

– Те парни, они преступники. Они выслеживают меня уже некоторое время, и напали на нас, потому что я им знатно жизнь подпортил. Я не предполагал, что они так быстро найдут меня. Я заметил одного из них еще в баре, поэтому предложил тебе уйти. Ты не видела здесь ни одной вывески на английском, потому что здесь его не существует. Да, мы не в России, но и название страны, в которой мы находимся тебе ничего не даст, потому что о ней, как и об алейском языке, ты ничего просто не могла слышать. Потому что из московского двора я перенес нас на свою планету. На Мара́ас.

– Что прости? – брови Маши взметнулись вверх, Кира не ответил, и она продолжила говорить с недоверием, – мы на другой планете? Ты шутишь?

– Нет. Я не соврал и не пошутил ни в одном из ответов на твои вопросы.

– Это бред какой-то, я точно сплю или у меня галлюцинации, – Маша закинула руки за голову и стала ходить из стороны в сторону, – мне надо как-то проснуться.

– Маш, это не сон. И не галлюцинация. Мне жаль, что так всё получилось, но я не мог оставить тебя там в опасности. Они бы тебя не отпустили.

Ладно, допустим, Маша поверила про другую планету и телепортацию. Допустим, на Земле никто не знает о других цивилизациях, но они есть и это всё реально. Никто не знает, а она будет знать. Она продолжала ходить туда-сюда и пыталась принять это как факт. Это не такая большая проблема. Ну круто, что она теперь будет об этом знать. Просто рассказывать никому не будет, а то в дурку запихнут. Сейчас осталась одна проблема: то, что она не дома и надо туда как-то вернуться. Она остановилась и повернулась к нему:

– Хорошо, ладно, ты меня спас, спасибо, так получилось, тебе жаль. Верни меня домой. Я никому не расскажу про то, что видела. О тебе знает только моя подруга, а ей я скажу, что просто ничего из свидания не вышло, что мы не пара, и забуду обо всём этом. Буду всё-таки считать, что мне это приснилось, и…

Её прервала раздавшаяся от двери мелодия. Маша вздрогнула и обернулась.

– Не пугайся, свои, – Кира поднялся с дивана и пошел открывать дверь.

– Свои в такое время дома сидят, – вспомнила она Матроскина.

Он обернулся к ней на секунду, продолжая идти, и Маша заметила улыбку на его лице. Узнал?

Она услышала, как открыли дверь, и раздалась вновь алейская, наверное, речь, только теперь чужим голосом. И через несколько секунд из коридора в комнату зашел парень. Он был повыше Киры и крепче телом, круглое лицо, приятные черты, темные русые волосы, постриженные очень коротко по всей голове. Он тут же увидел ее и широко, весело улыбнулся:

– Привет, детка! Давно не виделись!

– Мы знакомы?

– Ага, помогал Кире тащить тебя после бара, когда ты напилась в дюбелину.

– Он врёт, я донёс тебя сам. Он только подвёз нас. Маша, это Натан, мой друг.

– Друг, дружбан, дружище. Вообще я думал, мы уже почти братья, а я оказывается для тебя просто друг, – он цокнул и разочарованно качнул головой, – ты видел, че у тебя с лицом? Пугалище. Хоть бы умылся сходил, то-то детка испуганная стоит.

Кира быстро взглянул на Машу, испуга никакого не заметил и направился к одной из дверей в комнате, вошел в нее и оттуда послышался шум воды. Натан тем временем плюхнулся на диван и сказал:

– Садись, чего стоишь. Хочешь есть? Я хочу заказать пожрать, пока ресторан не закрылся, – он достал телефон и начал шариться в нем.

– Нет, я не голодная.

– Уверена? Они готовят офигенную жареную лапшу. Еще у них клевые такие хрустящие рулетики из тонкого теста с мясом, и острый салат из бовы… из травы одной, короче.

– Уверена, – в этот момент умывшийся Кира вышел из ванной, и Маша обратилась уже к нему, – давай вернемся к тому, на чем мы остановились. Верни. Меня. Домой.

И оба парня замерли, а Маша и так стояла не двигаясь. Натан выключил экран и повернулся в сторону Киры, явно ожидая его ответа не меньше Маши. Кира молчал.

– Ты ей еще не сказал? Че, принять этот удар на себя? – уже без тени веселья сказал Натан.

Кира посмотрел на него, тяжело вздохнул и снова посмотрел на Машу.

– Я не могу пока отправить тебя домой.

– Что прости?

– Маш… тебе в России теперь опасно находиться. Они будут искать тебя.

– Да я-то им зачем нужна?

– Чтобы выйти на меня.

– Да мы с тобой едва знакомы!

– Да, но они этого не знают. Они будут использовать любую возможность.

– Я обращусь в полицию, всё расскажу, попрошу защиты, – нервы Маши понемногу начинали сдавать.

– Детка, у этих ребят связи в ментовках, – встрял в их разговор Натан, – Кира не шутит, когда говорит, что они тебя найдут, как бы это ни звучало. А ты еще и облегчила им жизнь, когда там сумку просрала, они найдут тебя на раз-два.

– А, так это я виновата, что меня будут искать?

– Нет, ты в этом не виновата, – с раздражением сказал уже Кира, – но он прав, полиция тут не поможет, у них кто-то свой есть в управлении. Им ничего не стоит найти тебя.

– И что ты мне предлагаешь, м? – Маша гневно смотрела на него. Она специально не стала накидывать варианты, ожидая, что ответит сам Кира. Натан снова повернулся в его сторону и тоже стал ждать. Наверное, ему тоже стало интересно, что ей может предложить Кира. Он помолчал немного, видимо набираясь храбрости, и наконец сказал:

– Останься здесь… ненадолго. Пока я не решу вопрос.

Маша увидела, как Натан снова отвернулся от него и уставился в телефон, а она сбоку заметила на его лице едва сдерживаемый смех. Его явно забавляла эта ситуация. Маша сделала глубокий вдох и медленно выдохнула.

– Ненадолго это насколько? – ее уже начинало понемногу потряхивать.

Кира зажмурился и сжал переносицу пальцами, немного помолчал и сказал:

– Не знаю. Может неделя.

Натан крякнул и тут же заткнулся.

– Натан, езжай домой!

– Неее, – весело протянул его друг, – я нам поесть заказал. Не уеду, пока не съем свою лапшу.

– Неделя? – переспросила Маша тихо, – ты сейчас что, прикалываешься?! У меня есть своя жизнь, Кира! Мне на работу в понедельник! У меня дома кот остался, у меня там мама и друзья, я не могу взять всё и бросить!

– Детка, мы тебя не держим. Ты можешь вернуться и умереть там, но мы тебя предупреждали.

– Хватит называть меня деткой! – закричала Маша так, что Натан обернулся.

– Хорошо, зай, больше не буду.

– Маш… – начал говорить Кира.

– Всё, хватит с меня на сегодня. Я устала, я хочу спать, от меня воняет мочой и мне нужно в душ.

– Почему от тебя воняет мочой? Ты описалась?

– Натан, заткнись! – взвыл Кира.

– Я что, похожа на годовалого ребёнка, который писается?

– Ну всякое бывает, и взрослые писаются. Недержание мочи, болезни, все дела.

Маша не стала дослушивать этого идиота, а пошла сразу в ванную, со злости хлопнула дверью и закрылась на замок. Неделя, блять! Девушка подскочила к раковине, открыла воду на полную, чтобы она хоть немного заглушала начавшиеся препирания и ругань парней, и тихо расплакалась. Она села на пол и уткнулась лицом в колени, но не смогла так долго просидеть, потому что всё-таки учуяла неприятный запашок. Судя по всему, облила она не только пиджак. Он просит её остаться на неделю! Маша заставила себя подняться и начала стаскивать одежду. Осмотрела душ, вроде ничего непривычного в обращении не увидела и уже хотела залезть под воду, когда в дверь постучали.

– Что? – спросила она недовольно.

– Маш, тут полотенце и мои футболка с шортами.

В ванной на вешалке уже было полотенце, она сдернула его и укуталась, чтобы открыть дверь. Но оно было немного коротковатым и едва прикрывало то, что нужно было прикрыть. Маша открыла дверь настолько, чтобы её не было видно с дивана. Кира стоял прямо у двери и держал несколько вещей в руке. Она посмотрела на него, но его взгляд был направлен вниз. Она испуганно взглянула на свои ноги, неужели полотенце не прикрыло её полностью?! Но нет, ничего не было видно. Она снова взглянула на него, Кира тоже поднял взгляд, но уже смотрел на её плечи.

– Давай уже.

– Что? – опешил он. Маша явно вырвала его из раздумий.

– Вещи давай.

Он протянул ей одежду и полотенце, и она закрыла дверь. Девушка встала под воду и прикрыла глаза от удовольствия, понемногу успокаиваясь. Хотелось хоть ненадолго представить, что она дома, в своём душе, и сейчас пойдёт спать в своей кровати. Но глаза пришлось открыть, всю жизнь в душе не простоишь.

На полке были какие-то флаконы. Для чего они, конечно же, было не понятно. Она понюхала все и просто выбрала самый приятный запах. Маша вышла из душа и снова чуть не взвыла. У неё не было ничего для гигиены и ухода. Зубы не почистить, лицо не намазать, волосы не расчесать, даже трусы не сменить. Футболка Киры была почти что платьем на ней, шорты были большими и чуть ли не падали с неё, но делать нечего, придётся ходить и придерживать.

Натан, всё также развалившись, сидел на диване и смотрел телевизор, когда Маша вышла. Кира сидел у обеденного стола с телефоном в руках. Он сразу посмотрел на неё, будто чего-то ждал. Да в конце концов, что ему от неё надо? Маша прошла к коридору и увидела, что её пиджак уже аккуратно висит на спинке стула. Она сдёрнула его и, не сказав парням ни слова, направилась ко второй комнате в квартире. Зайдя в неё, закрыла за собой дверь, чтобы спокойно осмотреться. На стене напротив двери было такое же окно, как в коридоре. В центре комнаты стояла большая кровать, тумбы справа и слева от неё, светильники и декор, и в целом всё. В дальнем углу была ещё одна дверь, Маша заглянула за неё, внутри оказалась гардеробная. Из окна был виден двор позади дома, следующая улица, дома напротив такие же как этот, и вдалеке виднелись огни города, здания там были гораздо выше, а подсветка разнообразней.

Она постояла так некоторое время, глядя в окно. Она просто не могла поверить в то, что она на другой планете. Она не заметила какой-то большой разницы ни в природе, ни в городе. Если бы Кира не сказал ей про другую планету, она считала бы, что они просто в другой стране. Другая планета представлялась какими-то невероятными пейзажами, футуристичными постройками, летающими машинами, и самое главное, населением, совершенно не похожим на людей. Какими-нибудь синими, зелеными или фиолетовыми человекоподобными существами, но никак не… такими же людьми. Да, она заметила небольшие отличия в архитектуре, в машинах опять же, телефоны у парней были слишком тонкие, она никогда не видела таких моделей в магазинах. Но всё равно, всё было чересчур похоже.

Маша тяжело вздохнула. Она уже слишком устала, чтобы раздумывать над всем этим, и постоянно возвращающаяся мысль, что ей придется тут остаться на какое-то время, с огромным усилием гналась прочь из головы каждый раз.

Глава 5

Солнце уже нещадно светило в окно, когда Маша проснулась. Она даже не подумала вчера закрыть шторы и жалела сейчас об этом, потому что ей всё ещё очень хотелось спать. Быстро уснуть у нее вчера не получилось, все тревоги, страх и переживания вылились в некрепкий и короткий сон, чуть покрасневшие глаза и головную боль. На затылке появилась шишка от вчерашнего удара о стену, и Маша искренне надеялась, что не получила никакого сотрясения.

Она тихо вышла из комнаты в гостиную. Кира спал на диване, подложив под голову свою кофту, и Маша вспомнила, как всё точно то же самое произошло чуть больше месяца назад: он ее спасает, она просыпается в его постели, а он спит на диване. Только в этот раз диван подходил под его рост.

Маша ушла в ванную, привела себя в порядок, насколько это было возможно, но ее вид оставлял желать лучшего. Она улыбнулась мысли о том, что девчонки часто переживают, как они будут показываться парням с утра, когда начнут с ними жить через какое-то время. Сонные, растрепанные, без макияжа. Маше даже в отношения с ним вступать не пришлось, а Кира уже увидит ее помятую. Да и плевать. Не та сейчас ситуация, чтобы заботиться о том, как она выглядит перед понравившимся человеком. Да и человек этот может уже и не так нравился.

Кира уже не спал. Он сидел на диване, уткнувшись в телефон, но сразу посмотрел на нее, когда она вышла. Справедливости ради стоило отметить, что он выглядел не лучше. На губе запеклась кровавая трещина, скула, как и предполагалось, окрасилась ярким темным пятном.

– Доброе утро. Как спалось? – спросил он.

– Доброе. Плохо, – Маша прошла к кухне и стала искать стаканы, достала один и налила воды.

– Я заказал завтрак, скоро должны привезти.

– Угу.

Маша подошла к окну, чтобы рассмотреть вид с этой стороны дома. Район, в котором они были, тянулся вперед еще на несколько кварталов, а дальше начинались постройки другого типа с разным количеством этажей. На некоторых крышах виднелись рекламные щиты, где-то между домами были деревья. Но всё, что было видно из этого окна, всё было застроено. Город был большой. День обещал быть чудесным, ни облачка на небе, светило яркое солнце. Хотя местная звезда наверняка зовется по-другому.

Девушка вернулась к тому, о чем думала вчера, пока пыталась уснуть. Дома осталась мама, Катя и Кеша. О Кеше надо позаботиться. Она знала, что Катя вечером определенно доедет до неё, если сегодня Маша не выйдет на связь. Она сама так же поступила бы, если бы Катя пропала. Так что кот один надолго не останется. С мамой они созванивались почти каждый день. Но если она не позвонит два-три дня подряд или мама не дозвонится до неё сама, ту хватит удар. Маша должна что-то предпринять.

Она развернулась и встретилась взглядом с Кирой. Пока она стояла в задумчивости, он умылся, причесался и стал выглядеть чуть лучше. Он сидел за столом и, конечно же, снова шарился в телефоне. Дитя технологий. Маша села за стол напротив Киры.

– Скажи, это действительно всё правда? Другая планета, телепортация…

"Маш, ты о чем? Мы же в России, какая другая планета?" очень понадеялась услышать она.

– Да, – только и ответил Кира.

– И ты уверен, что дома я буду в такой опасности?

"Наверное, я вчера всё-таки нагнал жути. Всё будет в порядке, сейчас позавтракаем, и я отправлю тебя домой"

– Да.

– Тогда, раз уж я здесь по твоей вине, ты должен мне помочь решить одну проблему. Там осталась мама, чтобы она не волновалась, я напишу ей письмо, а ты придумай, как его передать, справишься?

– Да.

– Да, да, да! Что ты заладил как попугай? – Маша заметила едва различимую улыбку на лице Кира, – ты сам отправишься?

– Нет, – сказал он и снова замолчал. Маша закипала.

– Ты издеваешься? – недовольно прищурилась она.

– Нет, – он прикусил губу, стараясь не улыбаться.

Маша вскочила со стула, собираясь уйти в комнату от этого придурка. Она всё ещё не могла до конца осознать, что ей придётся торчать в чужом мире, да и вообще, что существуют другие миры, а он смеётся над ней!

– Маш, извини! – он резко встал, останавливая её, и быстро заговорил, – хотел разрядить обстановку, но вышло тупо. У меня есть человек, который может отправится сегодня туда. Напишешь письмо, где и кому передать, он сделает.

– Хорошо. Найдешь ручку и бумагу?

И Кира бросился в то же мгновение выполнять ее просьбу. Надо же, какая покорность. Он порылся на книжном шкафу, потом в ящиках комода, и подал ей то, что она просила. Маша принялась писать письмо. Она не думала еще над тем, что точно напишет маме. Наврать с три короба? Про что? Сказать правду? Ага. Точно нет.

– Я не представляю, как объяснить ей своё исчезновение и вынужденное долгое отсутствие, – пожаловалась Маша и закрыла глаза руками. Кира молчал, а идеи, возникающие в голове Маши, были одна тупее другой. Она хотела, чтобы мама и Катя за нее не волновались, но какая бы причина отсутствия ни приходила в голову, они в любом случае будут переживать либо за ее безопасность, либо из-за ее сумасбродства.

Маша приняла решение не объяснять своё отсутствие никак, лишь заверить маму, что она в безопасности и с ней всё в порядке. Что она не сможет быть на связи долгое время. Она попросила позаботиться о Кеше и передать ее слова Кате, чтобы подруга тоже не переживала за нее. Она пообещала объяснить всё, когда вернется. Если вернется. Но это она уже дописывать не стала. Эта мысль мелькнула у нее впервые и была настолько страшной, что сразу же была изгнана из головы. А еще Маша подумала про работу и поняла, что наверняка потеряет ее. Но стоило попытаться отсрочить этот момент, поэтому она попросила маму позвонить в ее офис и сказать, что она сильно болеет, лежит в больнице, и сама на связь выйти не может. Если она и вправду вернется через неделю обратно, это может сработать, у Кати вроде был какой-то знакомый врач. Ладно, это она будет решать по мере поступления проблем. Еще Маша дописала несколько предложений про их последний разговор с мамой, о котором знали только они, чтобы у нее точно не осталось сомнений, что письмо писала она, хотя она была уверена, что мама и так узнает ее почерк.

Она уже заканчивала писать, когда раздалась та же мелодия, что и вчера. Кира сказал, что привезли еду, и ушел забрать заказ.

– Вот, готово, – сказала Маша и положила письмо на стол, когда он вернулся, – фамилия, имя, отчество, адрес и даже номер телефона указала, чтобы ей могли позвонить, если не застанут дома.

– Хорошо, его обязательно вручат ей прямо в руки, – ответил парень, раскладывая на столе коробочки с едой и выставляя одноразовые стаканчики.

– Спасибо, – Маша облегченно выдохнула. Хоть какая-то приятная новость за последние несколько часов, – ты куда столько всего заказал?

На столе уже стояло шесть больших стаканов с напитками, четыре контейнера с разной едой, а Кира продолжал доставать из пакета еще. По итогу, там оказалось еще четыре контейнера с чем-то и три упаковки с различной выпечкой.

– Я не знал, что ты будешь, – засмущался он, – поэтому попробуй всё. Что больше понравится, закажу в другой раз.

Машу такая забота приятно удивила, она слегка улыбнулась, но постаралась сразу скрыть это.

– Расскажи, что здесь?

– Не могу предложить тебе кофе, он у нас не растет, – Кира повертел стаканы и выбрал один, – но вот что-то на него похожее с добавлением молока, вкус отличается, но помогает проснуться так же, как и кофе. Попробуй, напиток на любителя.

Маша сделала глоток и немного скривилась. Это совсем не было похоже на кофе. Кисловатый, пряный и даже с небольшой остринкой, хотя добавленное молоко смягчало эту какофонию.

– Очень необычный вкус.

– Тогда есть еще два разных чая, молочный коктейль классический и лимонад. Бери, что хочешь.

– Кир, ну зачем столько…

– Поесть я взял, – перебил он Машу, – яичницу с сосисками, блинчики, вот тут что-то похожее на сырники, какой-то салат овощной, овощи, кстати, некоторые отличаются от тех, что растут на Земле, так что вкус будет в новинку. Тут еще сэндвич с чем-то, уже не помню, с чем, две разные каши на молоке и булки.

Маша обалдела от разнообразия уже после озвученного салата, а к концу списка вообще дар речи потеряла. Она смотрела на все эти блюда и не знала, что попробовать первым. Они все выглядели очень аппетитно и каждое из них было изящно украшено то ягодками, то листиками, то соусами и посыпками.

– Я всё это не съем, – расстроилась Маша, – а что будешь ты?

– Для меня как обычно яичница и сосиски. Не страшно, что не съешь, главное, попробуй всё.

– Не люблю выбрасывать еду.

Может на Кира подействовала эта фраза, может он просто захотел что-то помимо яичницы, а может по другой причине, но он продегустировал каждое блюдо вместе с Машей. Они пробовали и обсуждали вкус, он рассказывал вкратце, что из чего приготовлено, какие ингредиенты отличаются от того, что есть на Земле. И всё оказалось невероятно вкусным, даже молочные каши, которые Маша в принципе не любила, одна рисовая, а вторая была из крупы, о которой она не слышала. Еще она распробовала-таки вкус альтернативного кофе, добавив в него ложку сахара, и остановилась на нем, но при этом конечно же попробовав все остальные напитки.

– Мне нужно уехать в офис на несколько часов. Постараюсь быстрее вернуться.

– Хорошо. Покажи мне как включить стиральную машину. Я бы и сама разобралась, будь там хотя бы английский язык, но ваши буквы для меня словно древние руны.

Они вместе разобрались с режимами на стиральной машине, затем Кира показал, как после стирки включить сушильную машину и, переодевшись из одной черной одежды в другую, оставил Машу одну.

Чем ей заняться, она даже не имела представления. Первым делом она прибрала на кухне всю еду, что они не доели. Потом пересмотрела книги на полке. Толку от этого не было никакого, ни одна книга, которую она вытаскивала наугад, не имела не то, что иллюстраций, но даже обложки их были лаконичные, однотонные, максимум с какими-нибудь узорами. Алейская письменность, если это вообще был алейский язык, была красивой. Буквы были в основном округлые, изящные, плавные с завитушками и точками в редких местах. Маша пыталась вспомнить хоть один язык с Земли, который был бы похож на то, что она видит в книге, но в голову ничего не приходило. Хотя опять же лингвистом она не была и видела не так уж много письменностей на своей планете.

Закончив с книгами, она снова прошлась по квартире, рассмотрела декор, картины, статуэтки. Заглянула в гардероб и чуть не засмеялась в голос. В шкафу вся одежда была черная, всё, что лежало на полках или висело на плечиках, всё было черное. Помимо этой странности, Маша обратила внимание на то, что в квартире не было личных вещей Киры. Никаких кроме одежды и может предметов для умывания типа бритвы и зубной щетки. Не было фотографий, магнитиков на холодильнике, может каких-то записей или подобной другой всякой мелочи. Квартира будто была не обжитая.

Маше ничего не оставалось кроме как включить телевизор и просто смотреть каналы, не вникая в суть того, что показывают. С пультом она разобралась просто методом тыка, потом нашла канал, где шла передача о природе и залипла. Всё-таки было удивительно, насколько эта планета была похожа на Землю и насколько она отличалась.

Кира вернулся часа через три-четыре. Точнее Маша сказать не могла, потому что не могла отследить время. Часы в квартире были и на холодильнике, и на телевизоре, и на панели домофона, но числа на них были естественно не Земные. И вообще, как тут измерялось время? Сколько у них длились сутки? Час? Минута? Были ли вообще такие понятия? Вопросов становилось всё больше.

– Я привез тебе телефон.

– И зачем он мне? – Маша недоуменно посмотрела на протянутый ей гаджет, – я им даже пользоваться не смогу, не зная языка.

– Он простой. У него по большей части одна важная функция, чтобы можно было позвонить, – он подсел к ней на диван, – я внес свой номер в список контактов, смотри. Сюда нужно нажать, чтобы позвонить мне, – он нажал и на его телефоне заиграла мелодия, – и вот сюда, чтобы ответить на мой звонок, – он так же позвонил и показал Маше, – я же говорю, простой. Такие бабушкам покупают, – он протянул Маше телефон и опять едва сдерживал улыбку.

Маша смотрела на него и не могла понять: хочет она его убить или посмеяться его шутке.

– Кир, у меня здесь нет ничего. Ни одежды, ни обуви, ни зубной щетки, ни даже трусов, а ты мне покупаешь телефон?

Он сразу стушевался, о чем-то задумался и кивнул.

– Я понял. Завтра всё будет, – Кира оставил телефон рядом с ней и дошел до холодильника, заглянул в него и выругался, – у тебя высохла одежда? Хочешь, проедемся, я покажу тебе город?

Неужели он думал, что она откажется? Маша согласилась достаточно спокойно, а внутри даже испытала радость. В конце концов, она любила путешествовать, хоть она еще мало где бывала, но всегда получала удовольствие от поездок хоть на природу, хоть в другой город.

Пока она одевалась, он кому-то позвонил, говорил, естественно, не на русском, и с такой ласковой интонацией, что Маша даже подумала о том, что у него здесь вполне может быть девушка, а она должна была стать его запасным вариантом в России. Думать об этом было неприятно, но накручивать себя она не привыкла, поэтому мысли эти настойчиво отметала. А в конце разговора он ещё и улыбнулся так искренне и нежно, что подозрения эти снова вернулись.

Он завершил один разговор и сделал ещё один звонок. Этот был короткий и деловой. Маша уже была одета и ждала его.

– Кир, это твоя квартира? – спросила она, когда он договорил.

– Корпоративная.

– Что это значит?

– У компании, где я работаю, есть несколько объектов недвижимости в собственности, квартиры, дома, загородные коттеджи. В них никто не живёт на постоянной основе, но, когда нужно, ими можно воспользоваться. Это доступно любому сотруднику, главное, согласовать с ответственным лицом заранее. Мы так размещали студентов практикантов из другого города, чтобы им не приходилось платить за съёмное жилье. Есть квартира класса люкс, там останавливались партнёры компании, когда прилетали на переговоры. Однажды, сотрудника жена из дома выгнала, и его пустили в одну из квартир.

– А где ты живёшь тогда?

– В смысле? Здесь.

– Ты говоришь, в них никто не живёт на постоянной основе. Получается, кроме тебя?

– Ну, получается так. И то я переезжаю часто.

– А где твой дом? Ну, место, где тебе хорошо, куда хочется возвращаться. Где ты можешь хранить дорогие тебе вещи, например? – Маша уже начала переживать, что завела эту тему, ей показалось это девчачьими заскоками. Может парням такое не надо? Хотя нет, она знала парней, кто ревностно любил своё жильё, у кого на полках стояли армии из коллекционных фигурок, любимые книги, а компьютерный стол и комп на нём были как красный угол у древних славян.

Она заставила его задуматься, он даже сел обратно на диван и ненадолго замолчал, взгляд проходил сквозь предметы, видимо в голове шёл сложный мыслительный процесс.

– Ну, некоторые вещи хранятся в доме отца, но я там не живу. А всё, что мне необходимо, можно закинуть в один чемодан за десять минут и уехать.

– Серьёзно? Если мне придётся переезжать из своей квартиры, мне точно понадобится весь день, чтобы собраться, – Маша широко улыбнулась, представив, сколько барахла скопилось за несколько лет её жизни в бабушкиной квартире. Вот, наверное, уже столько же, сколько им с мамой пришлось распродать и выкинуть, когда бабушки не стало. Ну может немного поменьше.

– Тебе всё это действительно нужно? – теперь уже Кира заставил Машу задуматься. Она немного помолчала.

– Ну, наверное, нет. Это не вещи первой необходимости. Но это то, что делает мою жизнь отчасти приятнее. Понятно, что я могу прожить без старой советской лампы, которую подарили бабушке за заслуги на работе, но она для меня дорога как память. Понятно, что можно бросить любимые книги, некоторые из которых я зачитала до дыр, и у каждой из них своя история появления на моей полке. Да и без старого пледа, сшитого своими руками в пятом классе, и без бабушкиного набора бокалов, который она привезла из-за границы ещё до развала СССР, я тоже переживу, – Маша заулыбалась, вспомнив все вещи, – но это всё создаёт жизнь вокруг меня. Не знаю, понимаешь ли ты, о чём я.

Он так внимательно на неё смотрел, когда она говорила, что она немного смутилась своей откровенности под конец, быстро отошла попить воды и предложила выдвигаться на экскурсию по городу.

Выйдя из квартиры, они столкнулись с соседом, Кира, видимо, поздоровался, Маша лишь кивнула, чтобы не показаться совсем не приветливой.

– Как будет "здравствуйте" на алейском?

Кира улыбнулся её вопросу. Радуется, что она язык учить начала? Не дождётся. Свалит, как только будет возможность.

– У нас нет такого общего приветствия. Для всех людей используют "добрый день, вечер, ночь, утро", – после этого он произнёс все эти фразы на алейском, – есть ещё что-то типа "Привет", неформальное приветствие, но оно для очень близких людей: семьи, друзей, любимых, – и тоже произнёс.

Погода по-прежнему была чудесная, светило яркое солнце, но было по-осеннему прохладно. Долго ли она так сможет гулять в пиджачке да коротких шортиках? Они направились к машине, и Маша не смогла смолчать.

– Ого…

Тачка, а по-другому она назвать её не могла, была шикарная. Чёрная, конечно же, тут ничего удивительного. Это была даже не новенькая Тойота Камри Рустама, на которой он однажды её подвёз. Это было что-то типа Мерседеса или БМВ, которые очень дорогие. На таких Маша не ездила. Кира на её удивление ничего не сказал, будто не услышал.

Они сели в машину, и он первым делом включил для неё обогрев.

– Так теплее? – спросил он через пару минут. Маша согласно кивнула и подумала, что он наверняка умолчал о своих экстрасенсорных способностях.

Пока они ехали, она рассмотрела район при свете дня. Дома из приятного светлого бежевого кирпича, углы зданий выделены оттенком темнее и крыши красивого терракотового цвета. Район казался бы скучным, если бы не зелёные дворики спереди и позади каждого дома. Они все отличались друг от друга, где-то были кустарники, где-то деревья, клумбы с цветами, но каждый дворик был невероятно красивый. Удивительно, что все они были облагорожены, и ни один не был завален разным барахлом. Маша высказала своё наблюдение, и Кира пояснил, что здесь за это штрафуют.

Они выехали из района, и Маша стала вертеть головой гораздо активнее. Сейчас она могла видеть больше, чем было видно вчера ночью. Если бы они вчера ехали днём, она бы сразу поняла, что они попали в другой мир. Нет, здания были такие же, как на Земле. Но город был выстроен в одном стиле, в одних тёплых бежевых цветах, на зданиях были большие окна, подоконники которых пестрели яркими цветами в кашпо. Было очень много зелени, парки, скверы, места отдыха чуть ли не через каждый квартал. Не было кричащих рекламных баннеров и щитов, которые бы портили внешний вид города. Все вывески на магазинах были сдержанные, одного размера, не уродовали фасады. На всех улицах, по которым они ехали, были широкие тротуары, велосипедные дорожки, всё было сделано для комфортной жизни людей и везде было очень чисто.

– Расскажи мне о городе. Как он называется?

– Хо́дос. В народе его называют городом счастья. На самом деле, он достаточно молодой город, ему нет и пятидесяти лет.

– Ого. Разве возможно, чтобы меньше чем за пятьдесят лет построили такой крупный город?

– С большими деньгами да. Дело в том, что чуть больше пятидесяти лет назад здесь в горах, севернее от города, обнаружили залежи очень ценного в нашем мире металла – селе́бра. И деньги полились рекой. В то время страной руководил очень предприимчивый правитель, который предложил совету страны построить город на этом месте, тем более местность позволяла, инвесторов было много, все хотели приложить к этом руку. Угадай, как была фамилия того правителя?

– Хо́дос? – улыбнулась Маша, а Кира кивнул.

– Аврелий Ходос. На самом деле, они сделали всё довольно грамотно. Был задан единый архитектурный стиль, земли выделялись очень строго, все проекты досконально проверялись, а тех, кто нарушал предписания, строго наказывали. Здесь вся инфраструктура продумана до мелочей. Много зелени, зон отдыха, здесь не строили заводы и производства. Город жил и развивался за счёт налогов от добычи селе́бра.

– А чем так ценен этот металл?

– Это главный источник энергии на нашей планете. На Земле аналогов ему нет. Разве что уран может быть, но там надо атомную станцию построить, чтобы получить из него энергию. Может нефть, кстати, аналог. Но её тоже сначала надо переработать. Да, у вас ещё Дубай в последние десятилетия в целом по тому же принципу развивался как этот город.

Они немного помолчали, Маша продолжала любоваться видами. Кира привозил её в несколько разных мест, показал главную площадь города, огромное красивое здание концертного зала, они посмотрели издалека на стадион мирового значения. Он рассказал, что соревнования по какому-то виду спорта проходят только здесь, и нигде больше в мире их не проводят. А ещё интересный факт о городе: в Ходосе нет дешёвого жилья. Совсем. Поэтому здесь нет бедняков, ну или хорошо создают видимость их отсутствия. Силовые структуры хорошо развиты, жёстко пресекаются преступления, связанные с наркотиками, грабежами и насилием.

– А как можно жёстко пресекать преступления?

– Ну, в стране существует смертная казнь. И если где-то ещё тебя поймают на продаже наркотиков или за другими преступлениями, то там разумные сроки дают. Если в Ходосе, то пожизненное, в некоторых случаях смерть. Это сильно отрезвляет. Преступники сотню раз подумают, прежде чем рискнут что-то провернуть здесь.

– Действительно жёстко… Кир, а впереди что? Там вода?

– Море.

– Пляж?! Набережная? Я хочу туда! – Маша поняла, что выкрикнула это чересчур эмоционально, когда Кира даже посмотрел на неё мельком и улыбнулся. Обычно, он не отвлекался от дороги совсем.

Они припарковались и, выйдя из машины, он раскрыл перед ней свою куртку, которую достал с заднего сиденья. Маша укуталась в неё, и снова вдохнула его парфюм.

Набережная была широкой и длинной, она поднималась от моря на три уровня: сначала шёл берег, потом пространство с прогулочной зоной, затем сады, скульптуры и фонтаны, и ещё выше зоны отдыха с кафе, ресторанами и лотками с едой. Чтобы пройти её всю наверняка потребуется несколько часов. Но ветер на берегу был немилостив к ней, поэтому Маша предложила лишь спуститься к морю. Она обожала его. Ей лишь один раз удалось слетать на море в Сочи, но шум волн и перекатывающихся под ними камешков остался в сердце навсегда.

Они стояли, облокотившись на перила, и Маша любовалась видом, радостно улыбаясь. Если можно было бы забыть, что она на чужой планете и не может вернуться домой, она была бы неимоверно счастлива. Маша любовалась видом, Кира любовался Машей.

– У меня ещё много вопросов. Ты готов отвечать на них? – повернулась она к нему.

Кира щурился, глядя на воду. Он немного помолчал и ответил:

– Честно, нет, – он посмотрел на Машу, – я могу предположить, какие вопросы ты задашь, и я не смогу ответить на каждый из них. Позволь мне выбрать те, ответы на которые не испортят тебе настроение сегодня.

Маша была потрясена такой прямотой, но одновременно с этим, она была приятно удивлена его рассудительности. Она помолчала немного и ответила:

– Хорошо, выбирай сам, на что ответить. Только скажи, когда в этом случае ты расскажешь про то, о чем умолчишь сегодня?

– Не знаю, отвечу позже.

– Я люблю конкретику.

– Буду иметь в виду, – Кира улыбнулся, Маша вздохнула. Она ждала услышать другой ответ.

– Расскажи всё, что знаешь про путешествия в Россию. Как вы это делаете? Как давно? Для чего?

Кира немного помолчал, разглядывая море и начал рассказывать.

– Мы используем порталы. Их изобрели около двадцати лет назад.

– Так это не магия? Это наука?

– В нашем мире как таковой магии нет, ну такой, какой её все себе представляют. Так что да, это скорее наука. Как изобрели порталы и за счёт чего они работают, я не знаю. Мало кто знает. А путешествуем мы туда для торговли. Что-то привозим на продажу вам, что-то покупаем. Точнее обмениваем одно на другое.

– Почему в России никто не знает о существовании другого мира? Или правительство в курсе, но простым людям не говорят?

– Нет, не знает ни правительство, ни граждане. Даже те, с кем мы ведём дела не до конца понимают, кто мы. Нам это не нужно.

– А здесь? Думаю, знай люди о другом мире, толпами пошли бы посмотреть на него.

– Здесь о Земле знает лишь несколько десятков. И тоже правительство не в курсе.

– Дай угадаю, это тоже не выгодно для вас?

– Именно.

– А какие товары вы обмениваете? Что есть у вас, чего нет на Земле? – прищурилась Маша.

Кира промолчал.

– Ага, вот и первая запретная тема.

– Я расскажу, но как-нибудь в другой раз.

– Ладно. А как давно ты этим занимаешься?

– Уже почти десять лет.

– Ого. Вот почему ты так отлично знаешь русский, – Маша заметила, что Кира странно среагировал на эту фразу, но не поняла, почему, – А Натан тоже?

– Да, мы занялись этим в одно время.

– Интересно было бы узнать, как адаптировались и учили язык те, кто самыми первыми попали к нам.

Кира ничего на это не ответил.

– Пойдём в машину, я замёрзла.

– Ты же помнишь, как шумно работают машины в России? – спросила Маша, когда они поехали дальше. Кира кивнул, – почему ваши такие тихие?

– Здесь нет бензина, нет двигателя внутреннего сгорания. Есть двигатель, но он работает от того самого металла, который здесь же и добывают. Он как будто медленно, очень медленно истлевает или плавится и выделяет энергию. Честно, я не физик, не могу это всё объяснить. Хочешь, я потом найду информацию в интернете, и прочту тебе? От него же работают все портативные приборы, и их не нужно заряжать вообще, поэтому телефоны у нас тоньше, кстати.

– Здорово, это действительно всё интересно.

– Маш, что тебе нужно в первую очередь? Самое необходимое, чтобы тебе было комфортно в квартире. Кроме одежды, одежда завтра. Один день ещё придётся походить в моей футболке.

Маша посмотрела на него и задумалась.

– Зубная щётка, умывашки всякие, крема, ну, уходовая косметика короче. Фена у тебя тоже нет. Не люблю спать с мокрыми волосами.

– Понял. Давай всё возьмём.

Через некоторое время они припарковалась у какого-то магазина. Войдя внутрь, Маша не смогла сдержать удивления.

– Эээ…

– Ага. Давай попросим помощи, – предложил Кира, и Маша кивнула.

Магазин был огромный. От входа не было видно противоположной стены, она терялась где-то далеко-далеко. Они подошли к молодой девочке-консультанту, и Кира начал ей что-то объяснять. В какой-то момент на мгновение Маша поймала сочувствующий взгляд девушки. Та начала водить их между стеллажами, активно болтая с Кирой. Он изредка переводил Маше некоторые вопросы сотрудницы, и корзина наполнялась флаконами. Они достаточно долго задержались на выборе средств для лица. Девушка показывала то одни, то другие баночки, а Маша ничего не понимала, а Кира и подавно. Тут между ними произошёл какой-то странный диалог, потому что девушка смутилась, а Кира положил в корзину, наконец-то выбранные два средства, и сразу же добавил ещё два таких же.

Маша увидела стенд с расческами и сказала:

– Наконец-то, хоть что-то я могу выбрать сама.

Кира с девушкой оставили её и пошли куда-то ещё. Маша постояла немного, выбирая расчёску, а когда повернулась, рядом никого не было. Из-за стеллажей ребят было не разглядеть, и Маша пошла бродить наугад. Она завернула в очередной проход, и здесь оказалась выставлена разная парфюмерия. Маша не собиралась выбирать духи и уже хотела пройти дальше, когда её взгляд упал на стенд, который стоял чуть в стороне от других образцов. На нём был причудливой формы флакон, как наполовину расплавленная свеча, такой красивый, будто вырезан из стекла вручную. Ей стало интересно, как пахнут эти духи, и она брызнула на бумажку. Аромат был волшебный, сладковатый, но очень нежный.

– Выбрала духи? – немного испугал Машу Кира.

– Нет, просто флакон красивый, захотелось понюхать, – она поднесла бумажку к носу парня, тот вдохнул и улыбнулся.

– Приятные. Возьми.

– Нет, мне они не нужны, просто было интересно, как пахнут… Кира, и фен мне такой не нужен! – Маша увидела в его руке огромную коробку, в которой наверняка был десяток разных насадок, она попыталась схватить её, но он отвёл руку в сторону, – давай возьмём самый простой!

– Всё уже, мне лень снова возвращаться в тот отдел.

Они уже стояли на кассе, и та же девушка пробивала им товары. В это время Маша заметила, как ещё одна девушка, коллега первой, стоит рядом и без зазрения совести любуется Кирой, несмотря на его ссадину и разбитую губу. Он, видимо, тоже это заметил и о чем-то с ней заговорил. Ещё мгновение назад её милейшая улыбка стала холодной, лишь любезной, и девушка бросила мимолетный, презрительный взгляд на Машу, а потом куда-то ушла. Кира в это время достал из пакета две коробочки, которые туда уже успела сложить их помощница, и протянул их девушке, что-то сказав ей, она удивлённо на него уставилась и стала быстро что-то говорить, Кира сказал ей что-то ещё, и она смущённо опустила взгляд, заулыбалась и слегка покраснела.

– Как тяжело совершенно не понимать чужую речь, – вздохнула Маша.

Тут вернулась вторая девушка, и в этот момент Кира коснулся Маши и сказал:

– Пойдём, поужинаем? Здесь недалеко есть хороший ресторан.

– Давай. Сколько тут вышло? В рублях, как думаешь? Примерно? – символы на кассе были явной абракадаброй.

– Не знаю, немного.

Маша недоверчиво на него посмотрела, но говорить ничего не стала.

Они оставили покупки в машине, и он привёл её в ресторан. Ресторан, судя по всему, был даже не для среднего класса: идеальные белые скатерти, полностью сервированный стол, живые цветы в вазах, будто только что срезанные с клумбы, роскошный интерьер и официанты как на подбор в одинаковой форме. А ещё некоторые гости ресторана были одеты как голливудские звезды на вручении кинопремии, Маше даже показалось, что она несколько раз ловила недоуменные взгляды, типа что эти двое тут забыли. Она чувствовала себя некомфортно.

– Меню без картинок. Выбирай за меня.

– Доверишься мне?

– Так я ещё вчера.

Кира сделал заказ для них, и Маша продолжила свои расспросы. Попросила рассказать о планете, показать карту мира. На Мара́асе в отличие от Земли было лишь два материка – О́рос и Кала́тос. Орос был в два раза крупнее Калатоса, и Ходос находился как раз-таки на втором. Ещё были острова, много островов, но все они были не сильно большие. Кира рассказал, что сейчас, по сути, существует две страны, ограниченные материками, на Оросе это Сэ́рия, а здесь страна называется Але́йтис. Маша очень удивилась этому факту, и Кира пояснил, что так было не всегда, несколько столетий назад государств было гораздо больше, но народы планеты долго шли к объединению, и так, по его словам, было лучше для всех. Острова же были нейтральной территорией, но отвечали за них оба государства сразу, разделив между собой ответственность.

– Я хотел тебя предупредить, чтобы ты не переживала на этот счёт… – Кира замолчал, а Маша озадаченно на него посмотрела в ожидании продолжения, – когда я буду говорить людям, что ты не понимаешь алейский, они будут заговаривать с тобой на сэри́йском. А когда они будут слышать, что ты не знаешь и его, они сразу же будут терять к тебе интерес и даже показывать своё пренебрежение. Дело в том, что раз на планете всего два государственных языка, выучить их не составляет труда. И если человек родился в Сэрии и алейский не знает, то это ещё не страшно, но родиться здесь и не владеть сэрийским это уже не все поймут. Здесь его даже преподавать начинают с самого раннего возраста, он считается международным языком. Но есть небольшой процент людей, очень маленький, кто говорит только на родном языке своего народа. Чаще эти люди из мелких деревень и очень бедных семей, кто не может позволить себе обучение, но порой даже они находят способ выучить сэрийский, чтобы иметь возможность куда-то выехать и общаться с людьми. И ещё есть люди, которые не учат язык просто потому, что не хотят в силу своей тупости.

– Может в таком случае лучше всем представлять меня глухонемой? – пошутила Маша.

Ужин был очень вкусный. Маша снова расспрашивала Кира обо всех ингредиентах, но он и сам мало что мог рассказать о блюдах.

Они вернулись домой уже под вечер. Маша тут же принялась рассматривать все баночки.

– Я снова не смогу обойтись без твоей помощи.

Кира подсел к ней за стол и принялся читать, что написано на каждой из них, Маша пыталась запомнить, как что выглядит или хотя бы какое-то слово с флакона, чтобы хоть как-то их различать. Она достала уже практически все, когда увидела в пакете какую-то черную коробку.

– А это что?

Кира тут же очень быстро сбежал со своего места под предлогом, что ему нужно переодеться. Маша распаковала коробку, когда его уже не было, и вытащила флакон в форме расплавленной свечи. Она сначала растерялась от неожиданности, а потом улыбнулась, поставила флакон на стол, повернулась к комнате и стала ждать, скрестив руки на груди. Нужно было сделать вид посуровее.

– Зачем ты его купил? – атаковала она, как только Кира вышел из комнаты. Снова в чёрной футболке и чёрных домашних штанах.

Он сначала опешил, а потом, приняв невозмутимый вид, лишь пожал плечами. Маша начала перебирать в голове аргументы, что она здесь ненадолго, что ей некуда выходить и незачем их использовать, когда Кира прошёл к холодильнику и достал из него какую-то бутылку. Маша глазам не поверила: холодильник был забит продуктами.

– Это откуда?

– Доставка, – Кира уставился на неё как на дурочку.

– А как они попали в квартиру?

– Домработница впустила.

– Домработница? А она как попала? – продолжила тупить Маша.

– Она знает код.

– Почему ты носишь только чёрное? – решила она мгновенно сменить тему. Кира осмотрел себя, будто даже и не знал, что на нём всё чёрное.

– Терпеть не могу выбирать и сочетать одежду, я уже много лет покупаю одно и тоже в одном и том же магазине.

– И у тебя действительно нет одежды другого цвета помимо черного? – Маша заулыбалась, Кира помотал головой, отпив из бутылки какой-то сок, – тяжело тебе пришлось бы, если бы ты был вынужден жить в моей квартире.

– Почему?

– Там к любой одежде липнет шерсть моего кота, а на черной она заметна сильнее всего.

– Смирился бы, – спокойно ответил он, и Маша улыбнулась.

Этим вечером банные процедуры для Маши были в радость. Шампунь, бальзам, скраб, крема и всё прочее было испробовано, а когда она почистила зубы и вовсе почувствовала себя полноценным человеком. Кира разобрался сам и показал Маше все приблуды, которые были в коробке вместе с феном. Она высушила волосы и с большим удовольствием проводила пальцами между ними.

– Я могу спать на диване, не хочу занимать твою кровать, я же гостья.

– В этом то и дело, что ты гостья и ты будешь спать на кровати, – Кира сказал это, не отрываясь от ноутбука, за который он сел сразу, как помог ей разобраться с косметикой.

Она сидела на диване рядом с ним, согнув ноги в коленях и положив голову на спинку дивана. Она смотрела, как он сосредоточенно работает, заполняет какие-то документы, проверяет графики и таблицы. Сидеть было поначалу не очень удобно, но потом ей стало всё равно, и Маша не заметила, как глаза закрылись, и она провалилась в сон.

Глава 6

В этот раз Маша проснулась позже Киры. Когда она вышла из комнаты, он уже готовил завтрак.

– Доброе утро! Я думал, ещё немного и придётся тебя будить, – он сказал это с улыбкой.

– Доброе. А мы куда-то торопимся, что нужно было проснуться вовремя?

– Нет, но мне скоро нужно будет уехать.

– Ты можешь спокойно в следующий раз оставлять меня одну, я никуда отсюда не денусь, – вздохнула девушка.

Кира ничего не ответил, и Маша ушла в ванную. Пока она умывалась, она услышала, как в дверь кто-то позвонил, и когда вышла в комнату, они уже были не одни. Кира общался с девушкой за столом, та уже успела разуться, снять куртку, и даже местный аналог кофе уже стоял на столе перед ней.

– Привет! – сказала девушка и, нежно, искренне улыбнувшись, поднялась Маше навстречу, – меня зовут Лола.

Лола была невероятно милая. У неё было немного детское круглое личико с большими тёмными-тёмными глазами и пухленькими губками. Она была ещё пониже Маши, стройная с заметно выделяющимся бюстом, который как будто не вписывался в её образ. Но она была одета так обалденно, что всё гармонировало идеально: и её миленький вид, и её округлые формы. Она была брюнетка, а ещё у неё была классная стрижка каре с великолепной объёмной укладкой.

– Привет, я Маша, – ответила она и посмотрела на Кира, Лола тоже повернулась к нему. Девушки ждали, что он скажет.

– Лола моя подруга.

– А… – только и ответила Маша. Вот с кем он так нежно говорил. И, видимо, она так разочарованно это протянула, что Кира заторопился объяснить.

– Подруга, в смысле мы дружим, не в смысле девушка.

Лола вновь повернулась к Маше, уже весело улыбаясь.

– Да, никогда не любила блондинов, – чуть поморщившись, пояснила Лола, – Кира попросил меня помочь тебе потратить деньги с его карты, – а потом заметила, что Маша не поняла, что она имеет в виду, добавила, – попросил помочь с покупкой одежды. Сам он ничего кроме чёрных вещей выбрать не в состоянии.

– Я заметила, – хихикнула Маша, но потом решила реабилитировать Кира в глазах подруги и добавила, – хотя вчера он стойко перенёс поход в магазин с косметикой. И что-то даже выбрал сам.

– Ты шутишь? И что вы купили?

Маша повела Лолу в ванную, показать свои баночки, а Кира прокричал им вслед, что всё выбрала девушка консультант. Лола осмотрела фен и остальные покупки, сказала, что это всё хорошие средства, а потом взяла в руки расплавленную свечу. Маша поторопилась объяснить, что она их не просила, просто понюхала, запах был приятный, а Кира купил их, пока она не видела. Лола улыбнулась и ничего не сказала.

Ребята все позавтракали, и Маша ушла переодеваться, и когда она вышла из комнаты в своей одежде, в которой была на свидании, Лола рассмеялась.

– Извини, Маш, но похоже страсть к черному есть не только у Киры.

– Ой, – Маша даже не подумала, что она сама вся в чёрном, – мне подруга помогла выбрать.

– И мне нравится, выглядишь отлично! У подруги хороший вкус, – одобрила Лола.

– Значит, как я во всём черном хожу, так я просто выбрать другое не в состоянии, а как подруга во всё чёрное одела, так у неё хороший вкус? – поворчал парень.

Девчонки похихикали над ним и вышли в коридор, собираясь уходить, и Кира вышел их проводить. Он протянул Лоле банковскую карту.

– Ууу, а можно я куплю себе новую машину?

– Мне в этом случае позвонит банк и попросит подтвердить операцию.

– Маша, ты водишь? Можем и тебе купить машину, будешь кататься по городу.

Кира недовольно смотрел на Лолу. Маша помотала головой.

– Куда поедете?

– В Аселек.

– Какой кошмар. Ни за что туда больше не зайду.

– А что это? – Маше стало любопытно, чего так боится Кира.

– Огромный торговый центр, Кира очень не любит ходить по магазинам. Так что вчера он ради тебя подвиг совершил.

– Звоните, если что-то будет нужно, – сказал парень, и ребята попрощались.

Машина у Лолы была попроще, бордовая, миниатюрная, было заметно, что не новая, но любимая владелицей: идеально чистая снаружи и в салоне.

Лола оказалась очень разговорчивой девушкой. Она сразу стала расспрашивать Машу обо всём, сколько ей лет, кем она работает, что любит, расспросила о том, где они были вчера.

– А что за ресторан?

– Я не знаю, поняла только, что он нифига не дешёвый.

Рассказала, что ещё обязательно нужно посмотреть в городе и ещё немного о нём самом.

– Кира сказал, что здесь нет дешёвого жилья, и поэтому я не очень понимаю, где в городе живут люди, которые работают в коммунальных службах, в клининге, которые в целом не всегда много зарабатывают, но очень нужны в системе города?

– А это изнаночная сторона города счастья. Здесь недалеко, если ехать на запад, есть один город Тарасай. Вот там живут все те, кто не может позволить себе жить в Ходосе, но работает здесь. И ездят сюда каждый день утром и вечером.

– А ты тоже работаешь в той же компании, что и Кира с Натаном?

Маша заметила, как Лола на мгновение поменялась в лице и даже ответила уже немного другим голосом.

– Нет, я работаю журналистом в издательстве. Мы выпускаем печатный журнал о моде и ещё ведём новостной канал о ней же в интернете.

– А в России ты для чего бываешь?

– Я не бываю в России. Я была там лишь однажды почти десять лет назад, и отказалась когда-либо туда возвращаться.

– А зачем тогда ты учила русский? Ты так хорошо на нём говоришь, только акцент есть немного. Если не бываешь там.

Машина как раз остановилась на перекрёстке, и Лола посмотрела на Машу и без былого веселья в голосе сказала:

– А Кира тебе сказал, что он именно выучил русский?

Маша на минуту задумалась, вспоминая их разговор.

– Нет, он умолчал об этом. Я сама решила, что они его выучили, если уже десять лет с Россией связана их работа. А что на самом деле?

– Наверное, тебе лучше спросить об этом у него.

Лола привезла Машу в действительно огромный торговый центр. Она даже отчасти поняла, чему так ужаснулся Кира. Пять этажей различных магазинов, при этом все они с одеждой, обувью и аксессуарами. Лола предложила сначала купить что-то, в чем можно ходить дома, чтобы не отбирать у Кира его любимые чёрные вещи. И когда Маша выбрала всего один комплект одежды, Лола недоуменно посмотрела на неё.

– Маш, ты же не будешь ходить постоянно в одном и том же?

– А зачем мне ещё одежда, если Кира сказал, что я здесь всего на неделю?

– На неделю?

– Да, он сказал, что нужно остаться хотя бы на неделю, а дольше отсутствовать дома я не согласна точно.

Лола немного помолчала, о чем-то задумавшись, и воскликнула:

– Ладно, смотри, ты по его вине оказалась в чужом мире и вынуждена находиться здесь какое-то время. Давай сделаем хотя бы твоё пребывание у нас комфортным. Бери любую одежду, что тебе нравится, и не важно, сколько и чего понадобится на неделю. У меня в руках его карта, и ты его не разоришь, поверь. Можно хоть на каждый день набрать разных вещей. Получай удовольствие от покупок!

Маша улыбнулась тому, как засияли глаза Лолы от этого предложения ей. И не понятно, что больше её радовало, что они будут гулять по магазинам, или что будут тратить деньги её друга.

– Ему будут приходить уведомления обо всех списаниях, пусть он замучается их получать! Ты имеешь право злиться на него, так отомсти ему хотя бы таким образом, – Лола уже была в предвкушении этой мести.

Маша немного помолчала, глядя на эту змейку искусительницу и раздумывая, а так ли она хочет ему мстить? Да, она попала сюда по его вине, но он её не бросил, он ею не пренебрегает, он пытается сделать её присутствие здесь комфортнее и заботится о ней. Маша вспомнила, как вчера он взял её на руки, чтобы унести на кровать, когда она задремала на диване, и улыбнулась. Она проснулась в этот момент, но сделала вид, что спит, чтобы украдкой насладиться теплом и запахом его тела. Так что, как бы она ни злилась, её симпатию к нему это не отменяло.

– Нет, Лол, давай постараемся взять самое необходимое, лишнего мне не нужно. Ну, можно ещё взять комплект одежды на случай, если испачкаю этот.

– Возьмём ещё два на случай, если испачкаешь и второй, – улыбнулась Лола.

Они посетили ещё много разных магазинов. Помимо вещей для дома взяли, естественно, нижнее белье, и тут Маша не стала противиться, чтобы накупить лишнего. Выбирая одежду на выход, Лола пришла к грустному выводу, что Маша не любит особо наряжаться, а предпочитает простоту и комфорт. Она пыталась навязать ей несколько платьев, но Маша ни в какую не согласилась их брать. Та же ситуация была с обувью. Маша выбрала кроссовки классические белые, чтобы подходили ко всему, что они выбрали из одежды, а предлагаемые Лолой туфли категорически отвергла не потому, что они ей не нравились, у Лолы оказался прекрасный вкус, а потому, что они по словам Маши были ей не нужны. Не пойдёт же она тут в театр, в самом деле?

– Вот понадобятся тебе потом платье и туфли, вспомнишь меня ещё!

Когда в очередном магазине Маша примеряла несколько вещей, она сказала Лоле:

– Чувствую себя Джулией Робертс из «Красотки», разве что я не проститутка.

– Ты о чем?

Маша рассказала ей вкратце о фильме, и выразила сожаление, что не сможет показать его Лоле. Лола сказала, что может и удастся когда-нибудь посмотреть.

Девушки вроде всё купили и обедали в одном из ресторанов, когда Маша спросила, сколько они потратили денег. Лола ответила, что недостаточно, и после обеда повела её в очередной бутик. Это был именно бутик, люксовый, Маше это было понятно по обстановке, продавцам и действительно качественным сумкам, что были выставлены на витринах. Маша сразу сказала Лоле, что ей здесь ничего не нужно, но та ответила, что в этом магазине кое-что нужно ей, и выбрала себе одну из сумок. А потом убедила Машу, что ей тоже нужна хотя бы одна небольшая сумочка, чтобы можно было взять с собой тот же телефон, который ей дал Кира, и который сейчас лежал в сумке Лолы. А помимо него блеск для губ, салфетки и прочую мелочь, что должна быть у каждой девушки. Мелочей этих у Маши также не было, поэтому они ещё и в магазин с косметикой зашли позже.

– Позвонит или не позвонит? – задала вопрос Лола вслух и задумчиво улыбнулась, когда оплачивала сумки, конечно же, картой Киры.

– Ты о чем?

Но Лола не ответила. Маша поняла, что она говорила про Кира. Он не позвонил.

Девушки вернулись домой, когда уже приближался вечер. Лола помогла разобрать Маше покупки, и Маша с грустью подумала, что скоро снова останется одна в квартире и будет маяться от безделья. Она спросила, чем Лола планирует заняться в оставшееся время, та ответила, что у неё не было планов, и тогда Маша предложила ей вместе приготовить парням ужин. Лола замолчала на какое-то время, Маша даже сначала разочарованно подумала, что девушка не хочет оставаться, но в конце концов Лола согласилась.

– Только я терпеть не могу готовить, вряд ли чем-то сильно помогу.

– Не переживай, в этом моей огромной любви хватит нам двоим с головою.

Лола фразу не поняла, конечно же.

– Ты просто расскажи мне, что за продукты есть в холодильнике, и почитай с интернета, какие у них условия приготовления, а я сориентируюсь.

И пока девушки разбирались, Маше пришла в голову идея ознакомиться вообще со всеми продуктами из холодильника и шкафов. Лола её выслушала и с удовольствием ей помогла. Она прочитала ей все тексты на упаковках, проводила аналогию с продуктами Земли, если Маша не понимала, что перед ней, и девушка обратила внимание на то, что хоть Лола и сказала, что была в России лишь однажды, однако, продукты их мира хорошо знала. Но о причине этой странности Маша допытываться не стала. Она подписала на некоторых упаковках краткие подсказки для себя на русском, а на другие, на которых писать не было возможности, приклеила листики с заметками. Теперь будет, чем заняться вечерами.

В один момент, когда Лола заглянула в холодильник, она удивлённо воскликнула:

–Ого, Изваэ́ль! – и пояснила, когда Маша не поняла, о чем она, – у вас тут коробочки с едой.

– Да, это Кира вчера на завтрак заказывал.

– А че тут так много всего?

– А он заказал сразу несколько разных блюд, и мы пробовали, что вкуснее.

– А ты не помнишь, на меню из вчерашнего ресторана был такой же логотип? – Лола спросила едва улыбаясь.

– Кстати, да! Тот же самый. А что?

Но Лола, продолжив таинственно улыбаться, ничего не ответила.

– Вы где? – Лола звонила Кире, – и долго вам ещё?.. Понятно. В общем так, давайте заканчивайте свои дела, мы готовим ужин. Через сколько он будет готов, Маш?.. Через сорок минут чтобы были дома… Ничего не знаю. Сорок минут, Кир. Что я, зря что ли чистила тама́ли двадцать минут? Все ладони красные теперь. Ждём.

Тама́ли это что-то типа картошки на Мараасе, цветом как бледная свёкла. Она запеченная с другими овощами пошла на гарнир. Из всего разнообразия закупленных продуктов Маша выбрала приготовить куриные ножки в сливочном соусе с сезонными грибами. Последние оказались такими вкусными и ароматными, что она не смогла припомнить похожих на Земле. На десерт был испечен несложный, но вкусный творожный пирог, который у неё всегда получался нежным и рассыпчатым.

Девушки уже заканчивали накрывать на стол, когда пришли парни. Маша выглянула в коридор и поздоровалась с Натаном в тот момент, когда он уже почти зашёл в комнату… и как на невидимую стену наткнулся.

– Привет, зай, – ответил он Маше без эмоционально.

– Привет, – поздоровалась с ним Лола, едва обернувшись к нему.

– Привет, – и замялся, не зная, что делать.

Маша всё это заметила и поспешила спасти его, попросив помочь с тяжёлым блюдом с овощным салатом.

– Ничего себе вы тут наготовили, – удивился Кира, войдя в комнату, и посмотрел на Машу.

Маша уже не была в его футболке и огромных шортах. Они с Лолой, сразу как приехали, положили часть вещей в стирку, а потом в сушку. Так что она уже надела новый домашний топ на тонких бретельках и шорты. Правда, в этот момент решила, что шорты всё-таки коротковаты и надо было покупать штаны. А ещё собрала волосы в хвост, потому что готовить с распущенными волосами неудобно. Маша заметила внимательный взгляд Кира и смутилась. Дурацкие короткие шорты!

Компания приступила к ужину. Парни начали хвалить еду, и Кира поинтересовался, неужели Лола научилась готовить, но она ответила, что всё это работа Маши. Разговор сначала не клеился, Натан молчал как рыба, а Лола как будто чувствовала себя неуютно. Но потом Кира спросил, как девушки провели день.

– Я поняла твой испуг, когда сама увидела этот торговый центр, он чересчур большой, – улыбнулась Маша.

– Скучные вы оба, – разочарованно заявила Лола, – Маша тоже не любит ходить по магазинам. Она отказалась, когда я предложила ей покупать всё, что она захочет, чтобы потратить все деньги с твоей карты. Обошлась минимумом. Зато у меня теперь есть сумка от Талле́р Кара́! – Лола сидела невероятно довольная.

Маша спросила у неё, что это значит, и она пояснила, что это известный модный дом в Сэрии.

– Лол, ты же понимаешь, что многих людей не впечатляют брендовые вещи? Они о них не знают и, глядя на сумку, видят просто сумку.

– А что мне другие люди? Я беру себе брендовые вещи не для того, чтобы их впечатлять, а самой радоваться. Да и вообще, кто бы говорил об этом.

– Я не понимаю, о чем ты?

– Ага, Изваэ́ль, Лю Фаи́т, Рума́йс, – Лола испытующе смотрела на Кира, улыбаясь.

– Ещё и Глайс взял, – впервые что-то сказал Натан.

– Серьёзно? – Лола улыбалась уже на максималках.

– Что всё это значит? – растерянно спросила Маша.

– Ничего, придурки они оба, – быстро без тени улыбки ответил Кира, а ребята посмеялись над его словами.

– Чем ты будешь заниматься завтра? – Лола спросила Машу. Та лишь пожала плечами, тогда Лола спросила Кира, – какие у вас планы?

– Нам завтра нужно в офис.

– В выходной?

– Да. Извини, Маш, не могу завтра провести с тобой время.

– Тогда у нас с Машей есть для тебя задание. Достань нам из России фильм «Красотка» с Джулией Робертс. Я правильно назвала?

Маша кивнула и спросила:

– А ты можешь что-то переправить из России? – и в её глазах мелькнул проблеск надежды.

– Могу.

– Фильмы, книги и музыку с Земли можно у Якова спросить, – подсказал Натан, а Кира немного скривился.

– Кто это? – спросила Лола.

Натан замешкался, как будто не проверив, что она обратилась к нему:

– Он… типа коллекционер. Одним из первых отправился на Землю, помешался на ней, ходил туда часто, потом стал сюда тащить всякую фигню, которую мог достать.

– Серьёзно?! Здесь есть что-то с Земли? – обрадовалась Маша.

– Дайте адрес, мы завтра к нему съездим, – попросила Лола.

– Нет! Одним вам к нему нельзя, – строго сказал Кира, – мы будем с Натаном свободны, свозим вас.

– Ладно, пап, – пошутила Лола, – нельзя так нельзя. Я завтра приеду к тебе, только высплюсь сначала.

– Лол, ты и так весь день на меня сегодня потратила…

– И отлично его провела. Завтра тоже что-нибудь придумаем.

Маша была очень рада словам Лолы. Девушка засобиралась домой, и все двинулись к коридору.

– Ты о многом не договариваешь ей. Если потом она поймает тебя на лжи, ты не сможешь вернуть её доверие, или это будет очень тяжело, – Лола сказала это Киру, и тот посмотрел на неё очень серьёзно.

– Ребят, давайте мы договоримся, что при мне вы будете говорить только на русском. А то мне сразу кажется, что вы обсуждаете меня.

– Зай, тебе не кажется, они и обсуждают тебя, это же очевидно.

Маша недовольно глянула на Натана.

– Тебя подвезти? – Натан уже без капли веселья в голосе обратился к Лоле.

– Нет, я на машине. Всем пока!

И Лола выскочила из квартиры так стремительно, что Маше стало немного обидно. Она хотела ещё раз поблагодарить девушку за проведённое время, обнять её и попрощаться, но не успела даже сказать "пока". Минут через десять ушёл и Натан, и ребята остались вдвоём.

– Твоей маме передали письмо лично в руки, – сказал Кира Маше, когда помогал ей убирать со стола.

– Правда?! Она прочла? Она поверила? Что она сказала?

– Маш, посыльный не стал ждать, пока она его прочтёт, просто отдал и сказал, что это от дочери. Иначе у неё возникло бы к нему много вопросов.

– А, ну да, но хорошо, что передали. Спасибо, мне теперь будет спокойнее, – она благодарно ему улыбнулась.

Кира ненадолго замер, глядя на девушку, а потом открыл холодильник, чтобы убрать остатки еды.

– А что за листики на продуктах?

Маша рассказала ему, что она придумала, и что Лола помогла ей разобраться, что тут есть. Показала свои записи в блокноте, который нашла в комоде и сказала, что ужины – это теперь её забота. Кира оценил её идею с подсказками.

– Ты не обязана готовить тут.

– Оставь мне хоть эту возможность заниматься тем, что я умею и люблю. Только скажи, есть ли что-то, что ты не любишь из еды?

Кира оказался всеядным и против готовки Машей возражать не стал. Они навели порядок, и заняться девушке снова стало нечем.

– Тебе снова нужно работать сегодня?

– Да, немного, – Кира взял ноутбук и уже было открыл его, как тут же закрыл и сказал, – а хотя ладно, там мало, завтра сделаю.

Маша улыбнулась, и они уселись на диван, повернувшись друг к другу. Кира подставил руку под голову и стал смотреть на Машу.

– Что?

– Что что?

– Лола замечательная, – искренне заметила Маша.

– Да, она чудесная, – Кира улыбнулся.

– А что у них с Натаном? Они встречались?

– Как ты догадалась? – удивился Кира.

– Ты шутишь? Да между ними воздух осязаемый! Такое напряжение.

– Наверно, это какая-то суперспособность у девушек, замечать такое.

Кира предложил включить какой-нибудь фильм. Маша согласилась, но сомневалась, что что-либо поймёт, и Кира сказал, что будет ей переводить. Синхронный переводчик из него был, конечно, так себе, многие фразы он озвучить не успевал, что-то сокращал, где-то нёс откровенную чушь, как поняла Маша, но они много смеялись и шутили, не вникая в смысл фильма. Маша в какой-то момент сама начала придумывать, что говорят герои, и Кира смеялся над её репликами. И перед завершением фильма Маша думала, как бы так уснуть на диване, чтобы он снова взял её на руки и отнёс на кровать? Но в этот вечер такого счастья ей не выпало.

Глава 7

Маша проснулась на следующий день выспавшейся и с замечательным настроением. Вчерашний вечер, на её взгляд, был отличным. Пусть в некоторых моментах слегка непонятым ею, но очень приятным. Да и день с Лолой они провели классно, а учитывая, что она обещала приехать к ней и сегодня, Машиной радости не было предела. В таком бодром расположении духа она встала с кровати и отчётливо чувствовала, что хочет увидеть Кира и приготовить ему завтрак, чтобы порадовать и его. Но его в квартире уже не было. Ну а что Маша хотела, сказала же ему, что он может оставлять её одну, вот он и уехал.

Она позавтракала, приняла душ и стала коротать время за просмотром телевизора, переключая каналы в надежде, что найдёт что-то, что интересно будет просто смотреть. Больше заняться было нечем.

Зазвонил телефон, что ей оставил Кира. Никто кроме него звонить ей не мог, и Маша понадеялась, что сейчас хотя бы поговорит с ним. Но подпись на экране была не его. Может какие-то рекламные звонки? Маша решила взять трубку, услышала голос Лолы и обрадовалась девушке не меньше, чем если бы позвонил Кира.

Лола заехала за ней через двадцать минут.

– Я предлагаю поехать на набережную, в главную картинную галерею Ходоса, если тебе интересна живопись. Можно ещё пройтись по основному музею города, а ещё есть несколько классных парков в городе. Куда бы ты хотела сначала?

Маша конечно же выбрала набережную. В этот раз она была одета теплее, и они с Лолой прошли её вдоль и поперёк, поэтому она смогла рассмотреть её внимательнее. Всё-таки не зря Ходос называют в народе городом счастья. Набережная была очень живописная, от берега она была огорожена массивным парапетом из белого резного камня, этот же камень был использован на дорожках и вперемешку с серыми плитами составлял замысловатый узор. Стояли удобные скамьи, окруженные клумбами и кустарниками, и рядом с каждой скамьей возвышался кованый фонарь со светильником причудливой формы. Набережная очевидно была местом притяжения для жителей города, так как людей оказалось в это время очень много.

Маша предложила взять по горячему напитку и посидеть прямо у воды. И так, сидя у моря, слушая шум волн, девушки общались и рассказывали друг другу о себе. Лола спросила, как именно Маша познакомилась с Кирой, и когда та рассказала ей, отметила, что стала гордиться им ещё больше, потому что её друг не бросил девушку в беде. Ещё Маша подробно рассказала, как они попали сюда, что они были на свидании, что спешно сбежали из бара через кухню, и что на них напали в переулке. Лола этих подробностей не знала. А Маша спросила, откуда ребята знают друг друга, и узнала, что втроём они дружат с первого класса, а парни познакомились вроде как на год раньше, когда отец Киры перевез его в дом по соседству с Натаном.

– Лол, ты как думаешь, я действительно смогу уже вернуться домой через неделю?

– Я ничего не могу сказать по этому поводу, Маш, правда. Я вообще не знаю даже, по каким причинам тебе нельзя вернуться туда.

– Ты знаешь, чем занимаются ребята? Кто мог напасть на Кира в России? Тот тип ещё так сказал тогда: "после всего того, что ты сделал", типа неудивительно, что тебе плевать на девчонку. Что он мог сделать?

Лола только пожала плечами и замотала головой. А Маша так надеялась, что может хоть она даст ей какие-то ответы.

– Они меня никогда не посвящали в свои дела. Когда они меня в Россию сводили, об этом позже узнал Яро́н, и как потом рассказали, он был ужасно зол на них за это, поэтому мне больше никогда никто ничего не говорил. Даже когда Кира подстрелили.

– Кира подстрелили?! Когда?

– Лет пять назад.

– А Яро́н это кто?

– Отец Киры, – Лола улыбнулась, – замечательный человек.

– Почему? – Маше стало правда интересно, видя, как улыбается Лола, чем он так замечателен.

– Он мне как второй отец. Да и Натану тоже, всегда заботится о нас троих. Если бы не он, я бы сейчас не работала журналистом в модном издательстве просто потому, что мне пришлось бы поступить в бюджетный государственный колледж, а не в университет искусств. У моей семьи не было денег на него, и он оплатил мне обучение. А по поводу тебя, я думаю, Кира не стал бы врать говоря, что для тебя там опасно. Так что попытайся расслабиться, отдыхай! Ходос красивый город.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.