Милена Темнова
Сияние сердца Ньевеасэта

Пролог

Взгляд в темное звездное небо заставлял забыться, перестать думать о том, что ждало впереди. Холод проникал в тело, ослабленное и худое, хотелось вернуться в теплую комнату, а ночь только начиналась.

Ритуал проводился дважды, в день рождения и в день наступления Нового года. И снова настал тот, момент, когда она шла вместе с дедушкой в глубины лабиринтов сада Ньевеасэта; в будущем она станет хранительницей жемчужины, как и ее мама и бабушка до этого, умершие одна за другой, а затем и ее отец покинул замок и теперь рядом мог идти лишь дедушка не родившийся совершенным.

Скоро ей должно было исполниться четырнадцать лет и перерыв между ритуалом составлял всего семь дней, и за это время она хотела найти отца, который, как она полагала находился в столице, но дедушка почему то никогда не хотел подтверждать этого, Лнайтемэал считала, что он боится признать, что отец покинул их навсегда по собственной воле.

Чем ближе был центр сада, тем сильнее она испытывала страх.

– Зачем нам такая сила? Она, ведь лишь нас убивает?

– Настоящие лэиосентры исчезают, только жемчужины могут вас спасти.

Эту фразу мужчина повторял часто, но все равно ни ее мама, ни бабушка до этого не перешагнули за тридцать лет, а ее брат родился со слабым здоровьем, только и слыша эти слова у девочки просыпалось отчаяние, но он держал ее крепко за руку и так повторялось из года в год.

– Мама говорила, что я могу создать уникальную материю соединяющую смерть и жизнь, использовать наш семейный дар для этого.

– Ты знаешь, что это невозможно, – ответил Ркаэломсаир,

– Это были ее фантазии.

– Но если бы я попыталась раньше она бы не умерла.

– Мы этого не знаем.

Становилось все темнее среди высоких изгородей сада, снег лежал земле, делал невидимыми синие цветы для которых мороз не был препятствием, они не поддавались объяснениям законам природы.

Показались каменные стены и калитка в самое сердце, там, где в шкатулке из серебра лежала одна из трех жемчужин Тизитарта.

Дальше с ней дедушка не прошел и девочка впервые одна вошла туда, тогда, как Ркаэломсаиру было смертельно опасно туда войти.

В середине тайного сада стояла мраморная статуя девы с крыльями птицы, такими себе представляли люди небесных высших существ. Статуя держала в руках шкатулку и из ее рук девочка забрала ее, и открыв взяла в руки эту оболочку скрывающую в себе огромную силу, все, что осталось от древнего лэиосентра, когда-то жившей и убитой от взрыва произведенным метеоритом.

Сам ритуал и состоял в том, чтобы лишь прикоснуться к жемчужине, и только это производило сильную цепную реакцию, после соприкосновения от Лнай начинали расходиться белые линии переходящие за территорию закрытого сада и распространялись на всю площадь Ньевеасэта, таким образом укрепляя защиту сада и питая этим саму девочку.

После завершения она вернулась в замок, прошла в излюбленную ей и братом гостиную, одну из множеств в замке и с негодованием произнесла:– Он ничего не понимает на самом деле.

Семилетний брат сидел возле камина и долго и неотрывно смотрел на огонь. Следующий утром Лнайтемэал сквозь окно проследила, как дедушка уехал в свое имение, и спустя пару часов одевшись в уличную одежду подошла к брату.– Я попытаюсь найти отца, а ты не выдавай меня, – она погладила его по щеке.

Брат закивал головой, и проводил непонимающим взглядом сестру прошедшую к дверям и Лнайтемэал вышла на морозный воздух.

С помощью иллюзий девочка приказала отвезти ее в город, в находящуюся там резиденцию ее семьи, без этого бы ее никто никуда не отвез, с чего бы вдруг. Таким образом оказаться в городе почти не составило труда, и она оказалась одна в огромном городе в первый раз, идя по улочкам она пыталась уловить связующую неосязаемую нить между ней и отцом, подобная способность так же была особенность рода Сэ фе Аеэзма и в старинные времена ее использовали для того, чтобы отслеживать людей, которые им принадлежали, потом начали связывать этим и друг друга после свадьбы, и между родителями и детьми так же такое было возможно. И она все шла и шла, прошло несколько часов, на улице потемнело, близилась ночь, и она так ничего и не чувствовала, руки начинали замерзать, отчаяние все сильнее начинали ею охватывать, и потом девочка осознала, что потерялась и не знает, где оказалась, вокруг были устрашающие зданиям с темными окнами и Лнайтемэал поняла, что она в тупике, стоя среди давящих ее зданий в голове возникла единственная объясняющая мысль, что отец действительно отплыл обратно в родные земли, а ей об этом дедушка ничего не сказал.

Подтверждение этому можно было найти лишь у его советника жившего в городе. Несколько раз она видела этого мужчину, пока тот был в городском особняке дедушки и год назад на ежегодном благотворительном балу она познакомилась с его сыном, тогда еще не подозревая об этом, совершенно случайно наткнувшись на него в пустом коридоре, он сидел на подоконнике и смотрел в окно, вдали от музыки и если бы не полностью задернутая штора она бы его и не заметила. Из справедливости Лнайтемэал поинтересовалась, что он тут делает.

– Мне обещали, что тут будет весело, – с иронией ответил он осматривая ее.

– И что не весело?– Мне да, на счет остальных не знаю. Хочешь присоединиться? Она удивилась такой открытости, но он вряд ли знал, кто она, и поддавшись желанию не показаться странной она взяла его за руку и он помог ей забраться на высокий подоконник, и оба поджав колени под себя в тишине еще долгое время сидели, она молчала, потому что привыкла быть или в компании своего практически неразговорчивого брата все время витавшего где-то в облаках, либо же рядом со взрослыми людьми, а им было не до нее, почему же он молчал она не знала и все это показалось ей немного необычным и почти неловким.

Тогда вдруг Лнайтемэал вспомнила, что собираясь пойти спать она сняла с себя перчатки, которые должны были не давать ей вступать в физический контакт с людьми, ибо это могло случайно обрушить на них ее силу, при том, что бал проводился спустя около десяти дней после ее дня рождения, а до этого еще и на Новый год бал традиционный ритуал, и осознав свою оплошность она коротко взглянула на мальчика и тот кажется был еще живой, и она выдохнула, но спустя несколько месяцев после бала уже в загородном имении дедушки почувствовала, что ее связывает нить с кем-то, и когда она вышла на этого человека, то увидела в нем этого мальчика.

Они в тот день не особо и разговаривали, как и в прошлый раз, хоть и мальчик был рад увидеть вдруг в огромном замке кого-то знакомого, девочка соврала, что ее отец работает в замке садовником, она, конечно, была слишком богато одета для дочки садовода, но в тот момент Лнайтемэал об этом не подумала, а мальчик может и не поверил, и сказал, что ждет своего отца, что тот советник Ркаэломсаира. После этого Лнайтемэал сразу же удалилась, она была слишком шокирована и ругала себя за оплошность, и эта встреча была последней, больше они не пересекались в близком расстоянии.

Находясь же при полной силе она без труда разыскала их таунхаус, девочка заранее знала, что вероятно, придется прибегнуть к этому и продумала, как добраться до записей советника дедушки.

Не веря в то, что и правда сейчас постучится поздно вечером в дверь их дома Лнайтемэал медлила и с трудом все же постучалась. Какое-то время никто не открывал, но слышалась внутри возня, а дело было в том, что из осмотрительности она прикоснувшись к одну из уличных фонарей создала короткое замыкание и электричество во всем районе резко выключилось; делала она это из-за того, что дедушка и другие люди стало быть уже начали искали ее, и вскоре могут позвонить в город и советнику, сказать вызвать полицию и так далее, но такое могло затянуться, потому что в огромном замке было трудно заметить ее отсутствие.

Наконец в дверям показался мужчина, он был ей знаком, она часто видела его фигуру из окон, но он ее не знал, и все же для перестраховки создала вокруг себя иллюзию, что сзади нее была, якобы привезенная ее машина, тогда, как волосы у нее стали черными, заместо светлым, как и голубые глаза превратились в его глаза темными, а в его голове всплыло фальшивое воспоминание, что кто-то попросил, чтобы она погостила у них час, два.

Видя перед собой эту девочку, стоявшую практически во тьме неосвещаемой улицы и крыльца дома, Фоцра Таэрос испытал необъяснимый ужас, но все никак не мог себе объяснить его причину, в голове была пустота, все стало размытым, словно глаза накрыла белая пелена, он ощущал это и не мог понять, что не так с тем, что дочка друзей стоит перед ним.

– Да, проходи, – почти гостеприимно произнес он.

Осматриваясь Лнай вошла внутрь, мужчина помог снять пальто и пройдя в коридор она увидела сидевшего за столом уже знакомого ей мальчика, он остановился есть в легком удивлении замерев.

– Арас, это Вальюцас, – строго произнес Таэрос, будто сын мог мигом протестовать,

– Ее родители попросили, чтобы она провела у нас пару часов, пока они заняты. Они мои старые знакомые.

– А мы уже виделись пару раз, – дружелюбно сказал Арас.

Остальной час они провели сидя в гостиной, из-за выключенного ею электричества везде расставили свечи и Лнайтемэал чуть было не забыла причину своего прихода в этот дом, опомнившись она постепенно сделала так, что Арас заснул и видел в этом фальшивом сне сад замка Ледце-Ньевеасэта, и не темный и пугающий, а цветущий и солнечный.

Отец Араса с самого начала ушел к себе, и Лнай постаралась сделать, так что его тоже начало клонить в сон и тот из своего кабинета находившегося на втором этаже последовал в спальню.

Дорога была свобода и все равно тихо и бесшумно Лнай прошла по ступенькам на второй этаж, свернула в коридор и подошла к первой двери.

Войдя она тут же почувствовала нарастающую тревогу и пронеслась в голове мысль, что не стоило заходить так далеко, все стены комнаты были обставлены шкафами, и небольшой стол в середине был аккуратно убран. Поставив подсвечник на стол она принялась открывать полки и проходиться глазами по папкам с датами, искать ей было не долго, отец около трех месяцев назад, вдруг перестал приезжать из города и лишь написал письмо, что у него много дел, и ему хочется пожить отдельно от них.

Потребовалось пара минут, чтобы в папке найти запись, что был куплен билет на корабль отплывший в Ставулон, в королевство Алиайл Эрастес Алуэйст, и как поняла Лнай вернулся в поместье его родителей, те были военачальниками, что и связало когда-то в знакомство их с Сэ Фе Аеэзма, и ни смотря на хорошие отношения у ее родителей их брак был по расчету, и сидя в этой темной комнате Лнай хотела всем сердцем оказаться среди зеленых полей его родины, как он ей их порой описывал, но было предчувствие, что дедушка их не отпустит, она родилась наследницей, у нее были обязанности, еще и брат, как говорил Ркаэломсаир зависел от жемчужины и без ее влияния он бы умер.

Она постаралась положить папку, как она и лежала до этого и заметила на столе большую черную тетрадь, и испытывая злость к дедушке девочка упрямо села за большое кресло и решила узнать, что скрывал дедушка, Лнай была убеждена, что отец ненавидит их, хотя бы по какой-то причине, что он не просто так их покинул и с крайним возмущением открыла тетрадь.

Прошло около двадцати минут, как девочка просматривала страницы тетради, это оказался дневник этого человека или точнее, его ежедневные записи, как он пояснил в начале это было для того, чтобы он не забыл ни один день, потому что чувствовал, что за ним следит его босс, и чего хуже еще и может просматривать его воспоминания; от прочтения грудь Лнай защемило она поняла, что не зря решила перестраховаться со внешностью, она оказалась в доме человека, который знал секрет ее семьи, только вот, насколько она сама знала ее дедушка не мог обладать никакими способностями, ведь он не родился лэиосентрем. В тетради мужчина упоминал постоянно ту самую папку, где все написано, и их было даже несколько копий, он очень боялся все забыть, и с дрожащими руками Лнай открыла папку, достав ее из спрятанного за другими книгами тайника.

Девочка сразу посчитала, что мужчина сам по себе не сильно скрывался, либо же думал, что всем будет все равно на его ежедневник с самыми обыденными записями, зачем он и куда пошел, все было расписано поминутно, и так было на весь год, она быстро перешла к прошлогоднему ежедневнику, и пометки были очевидными, и постоянные указания, где что и находилось, и может он считал, что ее дедушка не сочтет это странным, но вряд ли он не знал о множествах опаснейших лэиосентрах, которые были способны легко проникнуть в его дом, как она, к примеру. В той самой папке уже было много всяких шифров, тут он уже заморочился, и самым понятно стало лишь то, что ее дедушка давно проводил какой-то эксперимент над людьми в попытке создать что-то, тут указаний не было, и сами лэиосентры, две категории и природные и лабораторные так же были среди подопытным, по статическим записям умерло много людей и среди них была и его жена, точнее она смогла сбежать оттуда и таким образом через ее собственные записи мужчина все и узнал.

Волнуясь, что они проснуться Лнай все убрала по местам и испытала страх, что все это время мужчина мог не спать, и теперь знает зачем она сюда проникла, ей стало ужасно страшно находиться здесь, она боялась что-то вот вот и он войдет сюда, или стоит в темном коридоре, что только в ее голову не пришло в долгие мучительные минуты, и она не знала, сколько бы еще простояла в оцепенении, если бы вдруг не включился свет в комнате.

Тут же она очнулась и поспешила выйти из комнаты, быстро спуститься в гостиную и сесть рядом с мальчиком, как ни в чем не бывало. Подсвечник она поставила на кофейный столик, ее руки запотели и она еле держалась спокойно. Она потрясла мальчика и объяснила, что электричество включили. Он сонно потер глаза и еще какое-то время тупо смотрел перед собой не понимая, почему она перед ним находиться.

Веселье продолжилось, с двойной силой и они играли еще какое-то время в настольные игры прежде, чем послышался звонок по радиотелефону и вниз не спустился Таэрос; Лнай аккуратно осмотрела его, по виду он, будто проснулся всего пару минут назад.– Девочка? Да, Вальюцас у нас, как вы и просили.

Даже далеко находясь от дедушки Лнай ощущала его холодную ярость от таких новостей. Из трубки послышалось пара слов и Таэрос поставил радиотелефон на место. Он обернулся, и спокойно объявил, что за ней приедут через двадцать минут и пошел на кухню.

Чем ближе приближалось время отъезда, тем сильнее Лнай испытывала желание, чтобы время остановилось, ей не хотелось уходить из этого теплого, уютного дома, где она могла быть с кем-то своего возраста, играть вместе и смеяться.

На прощание Арас сказал, что хотел бы встретиться еще когда-нибудь, на это Лнай улыбнулась, сомневаясь, что это возможно.

В ту ночь вернувшись в замок Лнай объявила дедушке, что больше никогда не станет участвовать в глупом бессмысленном ритуале, объявила, что не собирается с ним больше никогда разговаривать, про знание эксперимента она не говорила, да, и предполагала, что Ркаэломсаир прекрасно знал о том, что его советник осведомлен об этом, поэтому мужчина и боялся, что тот вдруг потеряет память или чего он там опасался. Злость дедушки была сильной, а ее собственная еще сильнее.

Слушая его порицания она все думала, что хочет защитить брата от этого, но ей было всего тринадцать лет.

Прошло десять лет и теперь она смотрела на его мертвое тело лежавшие на помосте в этом же саду.

– Я сама поеду объявить о его смерти Аэрасиару, – сказала она стоявшей чуть сзади от нее девушке.

– Они сегодня едут на встречу в Черный камень, – ответила та.

– Скажи, что Ркаэлом хочет его видеть.

Ее взгляд устремился в самую глубь садов, туда, куда никто не должен был никогда узнать дорогу.

Глава 1. Темный дракон

Окруженный тысячами красных роз и возвышающийся среди них темный замок Сактвиро Ркаэломсаира назывался Иссеазтсомн или же Глаз дракона; место находилось на возвышенности в скалистой местности, в уединении среди гор.

Сквозь круглое окно-розу молодой человек смотрел, как дюжина человек складывают вещи по машинам, стоявшим возле крыльца. У него было предчувствие насколько это важная сделка для компании, и казалось странным, что сам глава не будет присутствовать на встрече, вместо него ехал его советник и сам Аэрасиар, который впервые ехал на официальную встречу подобного рода.

Этой осенью Фоцра Аэрасиару исполнилось двадцать три года, и еще летом он окончил университет по специальности менеджмента, с тех пор на постоянной основе начал жить в замке. В делах он практически не участвовал лишь выполнял функцию красивого и прилежного внука на благотворительных вечерах. В самом то деле внуком он ему и не был, это была лишь легенда, что у его отца есть сестра, которая вышла замуж за сына Ркаэлома уехавшей вместе с ним в странствие, на деле же ни сестры ни сына не было ни у кого.

По длинной библиотеке послышались шаги; юноша находился в центральной части библиотеки, там, где располагалось окно и резной дубовый стол, здесь часто сидел хозяин замка используя это, как свой кабинет.

– Ты ознакомился с материалом? – прозвучал голос отца за спиной.

– Захватывающе, – с долей сарказма ответил юноша не оборачиваясь.

Его отец, Фоцра Таэрос был человеком педантичным, серьезным и видел во многих вещах то ли искажение, то ли суть, он находил нелепым само по себе название замка, как и многие другие вещи, который делал его начальник, хоть и являлся его главный советником, в некотором плане такая должность было чем-то устаревшим, а это была излюбленная черта у Ркаэлома во всем, и восстановление старинного замка было еще верхушкой айсберга.

Подойдя к столу мужчина осмотрел книги лежавшие на нем и подошел к сыну.

– У тебя будет задание, Арас. Ты ведь, не думал, что я тебя возьму с собой только, чтобы ты постоял возле меня?

Повернувшись Арас взглянул на отца и уловил у него нотки раздражения.

– Конечно, я и не мечтал о таком, – мягко произнес он, но на Таэроса такое напускное издевательство не действовало и тому было не до этого.

Не желая показаться невеждой, которому не сдалось ничего, а он действительно все прочитал, Арас спросил:

– А эта женщина будет там?

– Она всегда там. С тобой Арас, Глесса, и хочет сегодня встретиться.

После этих слов мужчина тяжело вздохнул и развернулся к столу, материал, который нужно было прочитать Арасу содержал первоначальную информацию о том, кто же стоит за этой фамилией.

– Для чего? – не понял Арас косо наблюдая за отцом; он не знал, ему на это удивиться или нет.

– А ты считаешь, что многие любят Ркаэлома, как ты? – риторически спросил мужчина, и продолжил, – Однако, это не первоначальная задача. Тебе нужно узнать, что они скрывают в этих стенах и как ни кстати, Глесса зачем-то ты понадобился. Подобные действия не входят в наши обязанности, но, когда нам нужны сведения, то это становиться необходимостью. В особенности, когда они нужны Ркаэлому.

Такому его в университете не учили, и еще и отец с ним разговаривал дольше пяти минут, что было дополнительным шоком.

– То есть мне побродить по коридорам, заблудиться и вдруг набрести на какое-то там сверхсекретное изобретение?

– Считай, что ты ищешь что-то, что в стадии … разработки. Насколько я понимаю то, что хочет знать Ркаэлом уже набирает второй этап. Понимаешь ли, Арас, многие проекты, которые были еще в прошлое иное время, все еще существуют, и они очень опасны.

– Такими расследованиями, разве занимаются не другие люди? – с сомнением спросил Арас.

– Конечно, это так, Ркаэлом лишь не хочет отстать от них. Все рискованное это и есть создание чего-то нового.

Чрезмерный пафос часто исходил от отца, однако Арас никогда не был уверен в том, что Ркаэлом выступает в роли хорошего человека, как бы тот и не хотел ему пускать пыль в глаза. Он понял, что имел ввиду отец.

Не успел Арас еще полностью обдумать сказанное отцом, как тот посмотрев на часы произнес, что им пора выезжать, и поспешил к выходу из помещения, и Арас не торопливо последовал за ним.

– Надеюсь, он хорошо отдохнет, а то не хотелось бы испытывать его гнев после того, как мы ничего не раздобудем, – подытожил Таэрос, пока они шли по длинной лестнице на первый этаж.

– Кто-нибудь об этом точно позаботится.

Посмотрев на сына строгим взглядом он покачав головой прошел в коридор. Оба сели на задние сидения в машину, и плавно машины начали объезжать фонтан и двигаться к воротам.

Не прошло и часа Арас уже хотел поскорее оказаться, где угодно лишь бы не в компании своего отца. К счастью, если ничего не говорить, то отец переставал обращать на него внимание и продолжал изучать документы в планшете. Волнение от чего-то предстоящего быстро сменилось привычным сомнением в том, что вообще представляет его будущие? Он много раз думал о том, что управление компанией, хоть и является чем-то вроде бы и интересным, однако компания Ркаэлома несла за собой множество грязных тайн и все эти годы Арасу приходилось почему-то быть третьим лишним между его отцом и Ркаэломом, или же наоборот связующим, всегда быть тенью кого-то из них.

Смотря на красоты природы он радовался, что ехать было не настолько долго.

Поразмыслив Арас не понимал, что отец вообще имел в виду, ведь место куда они ехали принадлежало знаменитому ученому, вряд ли кто-то, будет что-то скрывать в таком доступном и более-менее известном месте. Ему и без информации о роде Глесса приходилось много изучать информации по поводу открытий и других инноваций касающихся совершенных людей, и эта женщина ученый и ее муж сделали множество технологий в этой области, поэтому тут была лишь мысль, что он лишь пешка в этих играх и ему не хотелось в этом участвовать.

Надолго упасть в пучины мыслей ему не удалось и вдалеке начали виднеться внушительные черные каменные стены усадьбы, тянувшиеся по всему горизонту, и уходя в лес. Это был один из самых, если не самый щедрый подарок в короткий период правления императрицы, должно быть, все и пытались разгадать загадку, почему его сделали именно девятнадцатилетней девушке, она, хоть и была из почетного рода, однако это не отменяло разных сплетен насчет того, что девушка после убийства императрицы несла и продолжала то, что не успела сделать правительница. Выходило, что сделать удалось и правда, многое, но еще больше секретов продолжало таиться в этих темных стенах.

Делегация машин остановилась перед железными воротами, которые начали сразу открываться, и они проезжали через лазерное свечение сканирующие их. Перед глазами открывалось главное здание, больше напоминавшее подобие мрачной тюрьмы, сама усадьба охватывала огромную территорию захватывая и озеро, и водопады, и имелось еще множество углубленных точек помимо основного здания, куда они и приехали по поводу встречи.

Территория пестрила разнообразной природой, на дворе было начало зимы, и где-то лежал снег, вечнозеленые сосны и ели были высажены повсюду, скорее хаотично, чем по строго плану, чего Арас, отчасти, ожидал здесь увидеть, а тут все походило на парк.

Это место начали строить еще во время новой империи, поэтому архитектура была привычной для старого времени.

Далее их встретил пожилой человек, который и будет проводить всю встречу и повел их внутрь. Как объяснил Таэрос женщина его встретит чуть позже, и потом вспомнив добавил, что она и не сказала, когда и где встретит Араса, лишь сказала, что хочет встретиться, от этого Таэрос снова вздохнул.

Они прошли в высокие двери и оказались в холле с черными гладкими стенами, где не было яркого освещения и стоявшими там лишь двумя комнатными растениями, которые оказались при лучшем рассмотрением Арасом чем-то вроде технологических изобретений, должно быть выполняющих какие-то функции освежителя воздуха, но если подумать, то они могли бы и в принципе, пустить какой-нибудь яд по воздуху, если какие-то нежелательные личности сюда забредут, от этой мысли Арас почувствовал неуверенность в том, как провернуть поручение отца, хоть тот особо и не верил в сына.

Затемненное пустое пространство создавало атмосферу успокоения и Арасу все больше казалось, что они приехали в какой-нибудь оздоровительный комплекс, потому что тут еще и словно людей и не было. Пройдя через длинные пустующие коридоры, делегация во главе его отца остановилась, они прошли в большое помещение, где в центре была круглая комната со стеклянными стенами, и стоявшим там столом. Туда вошли только этот мужчина и его отец, и начались долго тянувшиеся переговоры и обсуждения.

Компания заключало сделку на сотрудничество в работе над химическими технологиями и инновациями в области медицины. Этот проект обсуждали и пытались начать много лет, и что-то всегда не нравилось какой-то стороне, поэтому к согласию пришли лишь недавно.

Прошло около получаса с начала их дискуссий и из коридора откуда они пришли показалась женщина, тут же привлекшая внимание Араса, но это не была владелица усадьбы, у этой были русые волосы туго завязанные в низкий пучок, а у Глесса была черные волосы и оливкового цвета кожа; это была ее помощница, и она подошла к юноше и попросила следовать за ней.

По старому пути они свернули в один из поворотов, и шли какое-то время по тихому коридору, который так и не прекращался, что Араса стало напрягать идти неизвестно куда за неизвестно кем.

Наконец впереди появился свет, и они вышли в холл с разветвлением с лестницей на два этажа вверх и Арас осмотревшись прошел за женщиной на осветляющие бирюзовой подсветкой ступени; на следующем этаже его ждал вновь пустой коридор в две стороны, и они прошли дальше по лестнице и там Арас увидел, вероятно, то, что хотели так разведать его отец и Ркаэлом; в тянувшемся коридоре там находилось что-то напоминающие выставку, где в ряд были расположены кубы на которых были разнообразные цифровые изображения или даже уменьшенные копии каких-то реальных изобретений.

Он медленно шел и рассматривал предметы, однако ничего, что могло бы быть “тем самым” он не видел, все это по большей части, как он догадывался, было физическим списком всевозможных сделанных инноваций и не более.

В конце всего этого следовала закрытая дверь и находившийся возле электронных замок, женщина приложила ключ, дверь открылась, они прошли внутрь на площадку с ведущий вниз очередной лестницей, стоя там Арас затаил дыхание от изумления; перед глазами открылось необъятное помещение с многообразными секциями отделяющими небольшими стенами, и между собой разделялись различие разработки, уже весьма больших размеров, однако по внешнему виду у многих было не до конца понятно, что именно из себя это представляет.

По взгляду на то, куда его привели юноша начал догадываться зачем понадобился "злому гению" или кем была для Ркаэлома эта женщина; он понял, что наставник захотел, чтобы он обзавелся чем-то вроде сверхспособностей, которыми его обделила природа, ведь этот проект именно и заключали с целью создания новейших технологий, чтобы в руках человека с таким оружием никакие совершенные люди не стали преградой.

Внизу к ним повернулась единственная находившая здесь одинокая фигура и на свое изумление это была и сама владелица усадьбы Глесса Нйеру. Спустившись Арас прошел теперь сам к Глесса, а сопровождающая его женщина развернулась и вернулась в прошлую комнату, скрывшись в дверях.

По помещению раздавались его шаги и он подошел к ней, она стояла возле полукруглого стола с разными лежавшими там папками, должно быть это было что-то вроде места управления, как посчитал Арас, а над столом светился круг света и Глесса в его взгляде стала напоминать что-то божественное стоя под этим столпом света. Подойдя ближе женщина с не скрываемым интересом оглядела Араса, и все рассматривала его с видом такого человека, который наконец увидел что-то о чем очень много слышал.

– Здравствуйте, почтен вас увидеть, – нарушил тишину Арас.

– Долгожданная встреча, – послышался ответ, и Арасу было сложно различить было ли это сказано всерьез или нет.

– Мне на самом деле велели разузнать все ваши секреты, – шутливо ответил он осматриваясь.

– Догадывалась об этом, но ничего особенного мы тут не скрываем. Должно быть Ркаэлому нужно было здесь не то, чтобы и оружие.

Пытаясь не растеряться Арас решил сделать вид, что ничего не знает, отметив про себя, что ему вроде бы и притворяться не нужно. Он ответил расслабленно:

– Не особо внедрен в дела компании, так что не знаю на, что вы намекаете.

– Разве он не планирует покинуть пост?

– О, таком слышу впервые.

– Я согласилась на сотрудничество только с учетом новых лиц, – сказала женщина с улыбкой, будто шутя, – Видишь ли, управление твоего дедушки меня не особо устраивает.

Он решительно промолчал о том, что Ркаэлом не его дедушка, и это лишь поддельная связь, и у него было такое ощущение, что эта женщина тоже это знала, а так говорит из шутки, должно быть она видела иронию в том, что Ркаэлом связан с Сэ Фе Аеэзма и на это и намекала, или же у него была просто паранойя; от чего-то он часто ощущал необъяснимый страх со всем, что было связано с Аеэзма и он мог поспорить, что такое было не у него одного.

– Мне рановато вставать во главе такой компанией, – сказал он, чуть ли не добавив, что считает наследницу на год старше себя тоже еще юной для этого.

– Должно быть, но всему можно научиться.

Затем, Глесса наконец озвучила зачем ему понадобилось сюда явиться, и действительно, Ркаэлом захотел, чтобы "внук" лично опробовал прототип винтовки. Причина этому была в том, что Арас проходил спец. подготовку в категории огнестрельного оружия, почему то это было важной частью их программы для будущего управления компанией.

Эта винтовка находилась в одной из секций, куда они и проследовали, и ее особенность была в том, что энергия исходящая от накопителя могла быть по мощности близкой к сгустку силы бывшей у совершенных людей, и компания Ркаэломасаира должна была расширить возможности и разнообразие разных видов такой технологии. Этот ранний прототип заряжался и накапливал энергию от природных явлений, мог заряжаться от солнца или же от небесных спутников, либо от погодных температур, таких, как холод или тепло, делая оружие весьма универсальным, и все же по словам Глесса это самый слабый вариант. Носила эта классификация технологий название "Скацар".

Они спустились на нижний этаж, где уже находились испытательные площадки и там Арасу женщина дала разрешение попробовать выстрелить из винтовки, разъяснив, что пока у "Скацар" накоплена энергия холода в силу наступивших морозов, и попробовав нацелиться на мишень в виде толстого квадрата бетона, то голубого цвета кружащая энергия в круге начала накапливаться и практически невидимая точка пролетала несколько метров проделав значительную дыру в бетоне; кристаллические частицы образовались по поверхности круга.

От такой силы в руках Арасу вдруг стало не по себе, и он спросил, как именно работает накопительный шар, и Глесса подтвердила, что это изобретение лэиосентра, то есть научное объяснение тут сложно подобрать.

И женщина предложила выйти на улицу, для безопасности, скорее и там будет что-то поинтереснее, чем бетон, и говорила она это так, словно Арасу очень не терпелось пострелять направо и налево. В ее глазах был этот восторг и увлечение от таких штук, и пока это не перешло на Араса.

По площадке, где было много лестниц ведущих в разные точки пересекаясь и чуть ли не соприкасаясь с той по которой они шли, Арас идя за Глесса направились во двор. Это место было чем-то вроде сердца здания откуда можно было по тайным проходам попасть куда угодно, и они спустившись к двери вышли на дневной свет. За остальной час Арас израсходовал много физических сил, и к счастью, был одет для этого изначально подходяще, брюки с карманами по бокам, ботинки и теплая водолазка для этого подошли для этого идеально, и так же ему дали тактический жилет.

Закончив и распрощавшись с Глесса, он вышел из парка, по боковой части от главного здания были расположены домики в традиционном стиле Рервусейя, и неожиданно увидел стоявшую там в тени навеса Бразци Уцву, личного менеджера Лнайтемэал Сэ Фе Аеэзма; он насторожился от мысли, чтобы это могло значить.

Делая вид, что не принимает ее нахождение здесь во внимание Арас шел себе по дороге, тем временем она наблюдала за ним своими темными глазами и ждала, пока тот приблизится ближе; Бразци была девушкой лет тридцати, хоть и выглядела моложе, они не так часто пересекались, и этих встреч хватило, чтобы Арас ее невзлюбил, у нее была довольно отпугивающая энергетика. Саму наследницу Арас не видел очень давно, а вот Бразци появлялась возле Ркаэлома с завидной регулярностью, и должно быть сообщала ему абсолютно все, что было связано с внучкой, во сколько та встает, что делает и так далее.

– Развлекаешься? – спросила она.

– По большей части выполняю поручение, – небрежно ответил Арас идя все вперед и Бразци пришлось спрыгнуть с веранды и нагнать его; посчитав, что вводить ее в курс дела бессмысленно, ибо она уже и так все прекрасно знала, он добавил, – С такими боевыми способностями он меня, будто готовит возглавлять банду.

– Должно быть, потому что скоро эти способности тебе понадобятся.

– Что ты имеешь в виду? Кстати, что-то срочное?

– Почти. На самом деле, ничего особо интересного. Просто вдруг у Ркаэлома закончился его запланированный отдых и он хочет с тобой встретиться в городе, а только через меня удалось передать самое быстрое послание для тебя.

– Так, а что у него там?

– Сам узнаешь.

– Ему, что не сидиться на месте? Вроде бы почти семьдесят лет.

– Да, как тут и отдохнёшь, – сказала Бразци, и что она имела под этим в виду было не ясно, может она намекала, что все его наследники слишком молодые.

– А что ему со своей внучкой не особо кажется весело в замке вдвоем, да? Он оттуда уезжает всегда спустя максимум два дня.

– Это точно, им не до веселья там. Отношения крайне плохие, смею сказать.

Они вышли на парадный двор, где возле машин стоял отец разговаривая с одним из своих людей, и ждал может и Араса.

– Сейчас же ехать? – уточнил юноша у нее.

– Конечно. Тебя он уже ждет не дождется.

Она попрощалась и пошла к машине стоявшей слегка в отдаленности от других.

Ее фигура всегда оставалась чем-то загадочным в иерархии построенной империи Ркаэломсаиара, Арасу было интересно откуда она взялась рядом с наставником, насколько у них были близкие отношения, но вот до сих пор не доводилось спросить о ней у него, а вот у самой Бразци он как-то спросил почему не ее выбрал Ркаэлом в качестве преемника на, что получил комментарий, что он очень наивный, раз думает, что для этого выбирают всех подряд, и еще добавила, что из-за того, что его отец из Иеаероа, то это более логичный выбор, чем она, ибо у нее родословная тянулась из Рервусейя, а сам Ркаэлом был так же из Иеаероа, бывшего когда-то государства.

Его отец проследил глазами за Бразци и как только Арас подошел к нему, то спросил с каким-то озабоченным видом:

– Это что?

– Ркаэлом хочет видеть меня в городе.

Мужчина пару секунд поразмыслил, и Арас знал, что тот внутренне негодовал из-за того, что Бразци не обратилась лично к нему, а такое всегда рушило его контролируемый мир.

– Ничего такого? – спросил Таэрос заговорчески снова.

– Я лишь понял, что то, что так интересует Ркаэлома находится не тут. Так бы зачем нас приглашать?

– Ну скажи ему тогда об этом сам.

На этом Таэрос сел в машину, распорядившись, чтобы на одной из машин сына отвезли в городской особняк Ркаэломсаира.

Глава 2. Завеса тайны

В отличие от "Глаза дракона" этот особняк выглядел современным, с большими панорамными окнами, но, конечно, сохраняя что-то устрашающие своей архитектурой, у здания были остроконечные арки и шпили, и угольно черный цвет завершал композицию.

Особняк находился в престижном районе Суну-Пуамасейя, и вблизи отсюда находилась штаб-квартира Паефаехба, так же и университет в котором проучился Арас, и тут юноша больше предпочитал находится, но жить во время учебы отказался, по особняку постоянно ходили какие-то люди, и он предпочел жить в доме отца, тот все равно большую часть времени находился загородом, он часто посещал от лица босса заводы или ездил в командировки, тогда, как Ркаэлом не особо любил покидать город, и Арас считал, что он таким образом хотел быть ближе к семье, с которой и так был "разлучен", но вдруг узнал, что между ними и не такие уж хорошие отношения, и Ркаэлом практически никогда не говорил об этом.

Юноша быстрой походкой прошел внутрь, желая скорее разобраться со всем и оказаться у себя, он поднялся по лестнице на второй этаж, и привычно вошел в знакомую дверь, и на свое удивление в комнате наставника не было, вся комната слабо освещалась настольной лампой зеленоватого оттенка, тем временем за столом никто не сидел и лишь возле стеллажа с книгами стояла неизвестная фигура, и когда она вышла на свет, он сразу понял, это была и сама наследница.

Последний раз он ее видел около пяти лет назад на ежегодном балу для акционеров компании, проходившей после наступления нового года, и на все последующие годы представителем от Аеэзма стала появляться одна женщина, которая была до Уцвы менеджером, с ней то ли что-то случилось, то ли она сама уволилась. Было некое предчувствие, что с той женщиной что-то случилось, может Лнайтемэал поняла, что эта женщина была полностью под контролем ее дедушки, хоть и Бразци порой шутила и преувеличивала, но кажется, она говорила, что та женщина теперь навсегда будет лишь в одном месте, в больнице, лежать в полнейшем забвенье. По сути, Бразци работала на наследницу почти год, до этого она была на стажировке в компании, так что далеко от контроля дедушки не удалось уйти.

В момент осознания, кто перед ним стоит Арас тут же пожалел, что халатно отнесся к этой встрече и приехал в чем попало, хоть и после другого мероприятия, все равно оказаться перед ней в обычной одежде было как-то неловко. Насколько мог помнить Арас он видел ее должно быть впервые так близко к себе, но рассмотрев ее лицо у него появилось внутреннее ощущение, что когда-то разговаривал с кем-то очень похожим на нее.

По своим собственным представлениям у нее должны были быть длинные волосы, а у девушки была короткая стрижка до плеч немного не вязавшая с образом того, кто жил в древнем замке и не выходил оттуда практически никогда. Светлые кудрявые волосы были убраны назад заколкой, и с виду девушка представляла собой довольно богатую особу, в темно-синем коротком платье из бархата и пестрящим своей вылизанной идеальностью, дополняя это пышными рукавами делая силуэт более статным, завершая все мехом на концах рукавов. На ее руках виднелись синие атласные перчатки.

Девушка прошла к столу, но в кресло не садилась, а лишь положила на его спинку руки.

– Дедушка скончался, – произнесла она ледяным тоном пристально смотря на Араса.

Тяжелое предчувствие Араса оказалось правдой, только увидев здесь ее у него закралось подозрение, почему все слова Бразци были лишь спектаклем, а не было сказано напрямую, что именно от него хочет наставник. Внешне юноша остался спокоен, и может и в глубине души он остался почти равнодушен, если бы не странность всего происходящего.

– Он умер от сердечного приступа, – добавила она спустя пару секунд, за которые внимательного изучала лицо Араса, ожидая может, хоть какой-то эмоции от него, а он наоборот от такого осмотра и шокирующей новости застыл.

– Ты приглашен на его похороны.

– Рад, – произнес наконец Арас; если так подумать, то его могли бы и не звать, ведь, он подумал об этом, когда услышал про приступ, который точно произошел в замке, то есть и его тело осталось там.

– Они будут проходит в замке Ледце, как он и хотел его похоронят среди его истинной семьи, – последние слова она произнесла, словно с трудом, – Завтра к пятнадцати часам нужно там быть. Так же вечером к вам должен приехать нотариус для оглашения закрытого завещания и уже завтрашним утром Бразци нужно будет встретиться с вами для обсуждения вопроса наследства.

– Хорошо.

– Теперь здесь ты займешь его место, – сказала она кивнув на письменный стол,

– Я редко бываю в городе, и не собираюсь занимать должность генерального директора, и пока будет выбран на эту должность твой отец, если ему это понравиться.

– Хорошо, – произнес Арас ощущая от девушки какое-то напряжение.

Помолчав Лнайтемэал добавила:

– На этом все. До встречи.

– Досвиданья.

Медля Арас покинул кабинет наставника и в отрешенном состоянии прошел по коридору вниз, а затем и на улицу.

*************************

Незаметно для себя машина остановилась возле замка, он проехал все время с пустой головой и теперь и не знал, как сообщить отцу эту новость, или же ему уже сообщили, Арас заметил неизвестную машину стоявшую возле парадного входа.

Оказалось, что приехал нотариус и еще какое-то время заняло чтение закрытого завещания, где Ркаэлом завещал все свое имущество Арасу и акции компании. Все время чтения Арас чувствовал себя крайне некомфортно и пытался понять, что об этом всем думает его отец, но тот не выражал, как и обычно особых эмоций.

После того, как он остался один в гостиной с отцом, то тот еще раз переспросил про слова наследницы, или уже не совсем и наследницы, как таковой.

– Все равно у Аеэзма остается все, – произнес отец отпив из стакана спиртной напиток; тот впервые при Арасе решил выпить, юноше подумалось, что отец так празднует смерть Ркаэлома.

– А это плохо? – устало спросил Арас.

– Конечно. Мотив убийства, пока неизвестен, и я предполагаю, что только одна причина могла быть этому, – желание взять на себя власть Ркаэлома, как ни как, дедушкой он был плохим, судя по всему. То есть, единственная причина – глубокая ненависть, чувство угрозы, – рассуждал вслух Таэрос.

– Какая власть? Она передала компанию тебе, – удивился Арас.

– Да, ну это, чтобы задобрить, плюс она училась не на управление, как ты, а на химическом университете, поэтому особого навыка у нее нету.

– И что? По твоему, она ему подкинула яду в тарелку.

– Этого мы наверняка можем не узнать, но должно быть. Взгляни сам, Арас, ведь она единственная потенциальная убийца, я мало кого могу сравнить с тем, как тщательно Ркаэлом следил за своим здоровьем, опасался уж точно чего-то "подобного". У Аеэзма был и мальчик, ее младший брат, был младше ее лет на шесть, но он умер четыре года назад, тоже неизвестно по какой причине, общепринято, что он родился с болезнью, но я в это никогда не верил.

– Не думал, что тебя все это волнует, – заметил Арас, – Хочешь нанять расследовать кого-то это дело?

– Нет, это не поможет, может еще кто-то умрет, – отец поднялся, – Я, Арас, последние пятнадцать лет терпел рядом с собой Ркаэлома не просто так, я хотел дойти до истины, крайне неприятной, но я знал, что когда-то смогу уничтожить их. Помнишь ли ты, Арас, что твоя мать была лэиосентрем?

– Конечно, – у Араса от этого кольнуло в груди; отец с детства считал, что с ним что-то не так из-за этого, опасался постоянно чего-то, того, что у мальчика, вдруг проснуться какие-то сверхспособности и если обычно дети мечтали родиться такими, еще не познав, что они на самом деле не живут в сказке, то Арас уже с детства ощутил на себе это проклятие небес от отца, как порой называли тех, кто вдруг родился таким, ибо их время ушло, принято было считать.

– Я никогда тебе не рассказывал многих вещей из-за того, что опасался, что Ркаэлом узнает мою тайну, разумеется, он ее и знал должно быть, но тебя в это я не хотел втягивать. Жуткую историю твоей матери я знал лишь после ее смерти, как мне кажется спланированную этим человеком, благо он покинул нас навсегда. Не просто так Ркаэлом решил связать себя с Аеэзма, когда был юнцом, даже младше тебя, потому что у них было именно то, чего он всегда так желал, то, что может дать тебе огромную силу. Вспомни легенду про жемчужину Тизитарта.

– Считаешь, это правда?

– Я это знаю, Арас. Он не был лэиосентрем, но следил за мной, постоянно, должно быть с тех пор, как узнал, что твоя мать, Ицыв, находиться в Суну-Пуамасейе, да, еще и со мной. Она меня обманывала столько лет.

После этих слов Таэрос замолчал, воспоминания должно быть нахлынули, к своему сожалению, Арас прекрасно знал, что сильных чувств мужчина не испытывал к его матери, потому что узнав, кто она Таэрос ее начал ненавидеть за обман, он это знал и без откуда-то взявшегося в этой странной истории еще и Ркаэлома, почему то вся его его жизнь была теперь только и пропитала этим человеком, резко ставшим неизвестным и страшным из рассказов отца.

– Он меня, что специально выслеживал всю жизнь? – спросил, вдруг Арас.

– Нет, до тех пор, пока нас каким-то образом не нашла его внучка. До этого ему было на тебя плевать, видимо, понял, что ты родился обычным. Я вспомнил этот день, Арас, когда она зачем-то пришла к нам в дом. Я десять лет не мог понять, что тогда было в тот день, и вот, вчера это постепенно начало всплывать в памяти и до того, как ты приезжал от нее я окончательно все вспомнил. И я точно уверен, что это она, хоть она и представилась под другим именем и еще и как-то затуманила мне мозг, что я не видел ее настоящую внешность, но это была точно она. Говоришь, что Ркаэлом умер вчера?

– Кажется, я такого не говорил.

– Вчера, примерно, вечером или к ночи его убили, именно после этого то воспоминание всплыло у меня в голове, после его смерти. Ты ведь, ничего из этого не помнишь?

– Нет.

– Значит, это она тебе не дает вспомнить, контролирует твой разум.

– А что ей было от нас нужно?

– Мои записи должно быть, она все разузнала, и ты ей, вдруг понравился, а потом и Ркаэлом тобой заинтересовался.

– Как-то это … Зачем четырнадцатилетней твои записи?

– Тут у меня два варианта. Либо ты ей понравился, ты сказал тогда, что вы уже виделись, но это я только сегодня об этом подумал, потому что вспомнил, а до этого я считал, что она что-то искала, не представляю, что именно.

– Мы, что виделись на балу много лет назад? – недоумевая спросил Арас, казалось у него отобрали какую-то часть его собственной жизни, раз он действительно ничего не помнит.

– Вероятно, но так же и тут, она могла быть здесь, когда я порой сюда приезжал к Ркаэлому и я один раз пришлось и тебя взять с собой, на всякий случай. До того, как Ркаэлом захотел стать твоим наставником, я не знал о том, что он напрямую связан с Аеэзма, и это позже стало для нас известным фактом, и из-за того, что эта девочка без совести могла заявиться к нему и устроить скандал, так я и догадался, ну и ему пришлось списать это на тайную невозможную любовь, придумал что-то романтичное в качестве оправдания.

Мужчина снова замолчал и сел обратно в кресло.

– В один из дней, около пяти лет назад, она снова приехала и они долго потом ссорились, и я думаю это было из-за тебя.

– Да? – улыбнулся Арас; он не мог поверить в то, что та девушка когда-то могла быть влюблена в него.

– Ты действительно можешь этому радоваться, после этого она больше не появлялась, и вероятно, они о чем-то договорились с Ркаэломом, и я редко мог присутствовать везде рядом с тобой, какое-то время я и не знал о существовании этой девочки, а вот вы кажется были в близких отношениях, но она сделала так, чтобы ты все забыл. Почему, не знаю.

От услышанного у Араса исчезла любая мысль и вдруг в сердце сделалось так будто у него забрали его часть.

– В смысле близки? – спросил он, даже поднявшись со спинки дивана.

– В обычном смысле этого слова, – ответил Таэрос и с горкой усмешкой посмотрел на сына, – Что? Не приятно?

– То есть, у меня забрали память, что ли?! – воскликнул Арас.

– Да. Так и лучше для, Арас, – впервые строго произнес Таэрос с тревогой оглядев Араса, – Если ты из-за какой-то глупой детской дружбы решишь, что вы как-то там связаны судьбой, я сильно пожалею, что тебе все это рассказал.

– Может лучше бы и не стоило рассказывать, – остыл Арас, он и позабыл, что его отец слегка ненавидит лэиосентрев или само слово "любовь", поэтому и в глубине души недолюбливал и Араса, с возрастом это меньше стало заметно, и наоборот Арас вспомнив Лнайтемэал ей лишь посочувствовал, была же причина в таком забвенье.

В тишине Таэрос допил остатки алкоголя, про которые забыл, пока рассказывал, и подождав, пока сын до конца успокоиться мужчина произнес:– Это тяжелый груз, Арас, и я надеялся, что в университете ты найдешь себе кого-нибудь. Разве нет? В таком возрасте, обычно, ну …

– Не нашел, – отрезал Арас.

– У тебя был шанс прожить хорошую жизнь до сегодняшнего дня.

– И почему это … – не успел юноша закончить, отец его перебил.

– Смерть Ркаэлома открывает еще одну дверь, вот и все. Я предполагаю, что девушка, на твою удачу, решила тебя не впутывать в свои семейные тайны, не ясно, почему, и они и договорились об этом с Ркаэломом, но что сейчас, будет не могу точно знать.

– Впутывать?

– Ркаэлом хотел, чтобы вы обручились, хотел вас свести вместе.

– Да, неужели? И что ему мешало?

– Я, естественно. Когда он мне это озвучил я тут же отказался и запретил это, на твое счастье, Арас. Он думал, что я соглашусь на какие-то устаревшие наиглупейшие традиции. И может это не сильно понравилось его внучке, а сейчас вот, не знаю, что будет.

– Получается, мне, что не ехать на эти похороны, потому что ты не хочешь?

– Нужно ехать, разумеется. И я хочу, чтобы ты поехал. Вижу, что ты злишься на меня, Арас, ты можешь и негодовать об этом, но какое будущие тебя бы ждало в этом замке? С ней?

– А здесь, что меня ждет?

– Ты это говоришь еще не познав настоящую жизнь. Все, что связано с Аеэзма ведет к смерти.

Сидя и выслушивая отца Арас подумал, что это наоборот он не знает жизни реальной, столько лет охотиться за чем-то невидимым, еще и без особой великой цели, из любви к матери, а из ненависти и всего лишь желанию добиться отмщения. Взглянув на отца Арас хотел разглядеть у него признаки помешательства какого-нибудь, может он просто сошел сума?

– А зачем мне ехать тогда туда?

– К сожалению, как выходит, это единственный способ что-то выяснить. Нужно точно знать, что они хранят там украденную жемчужину, что они ее используют для своих целей. Именно по средством нее они и ставили эксперименты на людях, и твоя мама была одной из их жертв.

– Не может быть.

– Поедешь сам в этом убедишься, как говорят они ее прячут в саду, странно довольно таки. Предполагаю, увидев сколько в этом силы Ркаэлом и решил ее перенять на использование, чтобы создать что-то новое, сделать открытие, получить признание, конечно, не говорить про использование жемчужины, должно быть у него был такой план, пока его не убили.

– И все же это был его план, а не ее.

– Главное неписанное правило, никогда не верить лэиосентрам. Особенно кому-то из такого древнего рода, как Аеэзма.

– Ты говоришь, что боялся мне рассказать все это из-за Ркаэлома, а если она решит порыться у меня в голове?

– Будь уверен этого никогда не произойдет, – без тени сомнения ответил Таэрос.

– Почему ты в этом так уверен?

– Вряд ли она захочет просматривать все то, что у тебя в голов, – поморщившись сказал мужчина.

Тут Арас и мог согласиться поняв намек, только вот он был полностью чист и это было не приятно осознавать, в том лишь смысле, что времени у него действительно не было на какие-то любовные похождения. В университете у него не было ни шанса на девушку, да, и он этого шанса не искал, после его сразу же сопровождали к машине и он чистосердечно любил проводить время с Ркаэломом, учиться стрелять из пистолета, читать и проходить специальную подготовку, он любил изучать медицину, как дополнение, любил ездить на мероприятия вместе с Ркаэломом, даже и зная, что благотворительность это красивая картинка для мужчины, однако которую тот обожал, любил выставлять на показ свои деньги и помогать нуждающимся, чтобы все его любили. Юноша понимал две стороны монеты, и хотел брать от этого все, он не слишком много думал о том, что будет делать без Ркаэлома, потому что такое время будто и не могло бы настать, и внезапно настало.

Он себя считал вообще идеальным кандидатом на всякие сценарии с Лнайтемэал, и Ркаэлом это понимал в отличии от отца. А ведь, если бы не отказ отца сейчас его жизнь могла быть совершенно другой.

Юноша быстро понял, что отцу просто претила мысль о том, что он будет связан с такой семьей, ведь вдруг его обвинят в чем-то и он уже действительно не сможет выйти сухим из воды, и мог бы он действительно выйти из этой истории победителем спустя столько лет? В этом Арас сомневался, он сказал:

– По мне так, одно сближении с ней бы могло открыть всю завесу тайны. Я бы стал полноправным членом семьи, и бывал бы в замке, а там и находится сад, как ты говоришь, там и жемчужина.

– Ты рассуждаешь на уровне своего юного возраста. Полагаешь она бы не убила тебя там по итогу? Думаешь, ты ей мог так сильно нравиться, она ненавидела его, а ты вечно крутился рядом с ним. При том, что само использование жемчужины невероятно опасно, а так ты бы постоянно был рядом с ней, это очень опасно.

Больше не выдерживая этого разговора Арас хотел закончить, он поднялся с дивана с твердой уверенностью в том, что отец ошибается в своих догадках, что должна быть какая-то крохотная деталь, которую он не заметил и которая могла изменить всю картину рисовавшую так упорно отцом.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.