Владимир Илюша
Первая исповедь

Первая исповедь

1549 год. Лопь. Устье реки Нива, мужской монастырь на левом берегу.

– Пошто плачешь, Митрофан?

– Так ведь, вот жалко мне, отец Феодорит… Вы вот говорите, швед ровно через полста лет пожжёт наш монастырь, иноков многих побьют насмерть. Вот и плачу. Всего год, как построили монастырь, братия у нас какая… Мы все друг дружке как семья. Как же так?

– Храм новый выстроют на этом месте, не печалься. Позже только сильно… Ты уже жив не будешь тогда. И за братию ты не печалься. До того, как это сбудется, тысячи лопарей примут веру нашу православную, так что Господь сам лично будет каждого из тех монахов встречать у ворот Рая.

Псаломщик вытер рукавом слёзы и заулыбался.

Настоятель монастыря не раз являл братии чудеса прозорливости, поэтому Митрофан ни на каплю не засомневался в словах отца Феодорита. Значит так и будет.

– Значит так и будет, – повторил он шёпотом.

В монастыре было тихо. Иноки были на работах: одни рубили лес, другие строили солеварню, кто ловил рыбу на реке, а кто проверял морские тони. До вечерней службы никого и не увидишь – все при деле. Слышно было, как переговаривались крестьяне во дворах на другом берегу. Да зазывно кричали чайки, кружа над рыбаками, раскладывающими солёную селёдку по бочкам.

Феодорит с застывшим лицом смотрел на течение реки и думал о том, что больше всего волновало его на сегодняшний день. Лопари…

Лопари неохотно принимали крещение. А тех из них, кто принимал, спустя какой-то срок монахи обнаруживали в лесу, поклоняющимся камням и деревьям. Или у лабиринтов, выложенных лопарями на берегу моря. Повсеместно монахи докладывали, что лопари используют магию. Все лопари – от мала до велика. Креститься лопари не хотят. Некоторые монахи стали уже роптать, шептались: «что – наша православная вера слабее, выходит, получается?».

Десять лет назад, когда Феодорит только ступил на лопскую землю, он взял с собой как-то за переводчика местного помора, который был женат на лопарке, и понимал их язык, и отправился к шаману лопарей. С ним хотели было броситься в путь десятки иноков в подмогу – они боялись за молодого иеромонаха, что сгинет у дикарей, и следа не найти будет. Отговаривали его, просили писать челобитную новгородскому воеводе, чтобы дал хоть двух стрельцов Феодориту в охрану на аудиенцию к шаману лопарскому, но настоятель – ни в какую. Так и поехал с толмачом и Митрофаном тогда.

Шаман сидел на оленьих шкурах, ни скамеек, ни полок в юрте не было, поэтому Феодорит после приглашения сел тоже на шкуры. Какой-то срок все сидели и молчали. Молчал шаман, и ждали, когда он заговорит. Так попросил толмач, чтобы не заговаривали прежде, чем шаман скажет первым.

Шаман продолжал смотреть на иеромонаха, а Феодорит смотрел на шамана. Глаза в глаза. Наконец, шаман заговорил:

– Я знаю, зачем ты пришёл ко мне. Ты – великий человек. Но из своей высокой юрты ты не видишь того, что вижу я. Здесь, на этих землях, холодно. Кругом дикий зверь. Нужно охотиться много, чтобы прокормить женщин и детей. Приходят твои люди. Они одеты как ты. Говорят: «Верь в нашего Бога, Он поможет». Но нам помогала всегда наша магия, зачем нам ваши боги?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.