Mediocre
Пьяный некромант и труп невесты

Глава 1

Я никогда не думал, что способен на такое! Нет, не так: я никогда не думал, что такое вообще возможно! Даже когда все мои одноклассники сходили с ума по Гарри Поттеру и мечтали получить письмо из Хогвартса, я точно знал, что магии не существует и… похоже я ошибся! Ладно-ладно, я признаю, был не прав! А теперь можно мне, пожалуйста, домой?

Признаю, я серьезно погорячился вчера, когда допивая то ли вторую, то ли уже третью бутылку виски, повторял, что жизнь моя закончена и в ЭТОМ МИРЕ меня больше ничего не держит… Эй, высшая сила! Ну нельзя же принимать буквально слова пьяного идиота? Я хочу домой… Ну пожалуйста!

* * *

До этого … гм … давайте назовем случившееся со мной словом “происшествие”… я пару дней только и делал, что бухал. Не подумайте я не запойный алкаш – вовсе нет, просто за последнее время все как-то навалилось: проблемы на работе, ссоры с друзьями, вечные проблемы с деньгами и вишенкой на торте стало расставание с девушкой, которая ушла от меня к моему же лучшему другу. Классика жанра!

Получив от судьбы такой выстрел дуплетом, я не нашел другого способа сохранить остатки своей и без того шаткой психики, кроме как погрузиться в алкогольный наркоз и попытаться забыться. Сказано – сделано! В первый день я ходил по барам и клубам, во второй – доходил до кондиции дома и, судя по всему, дошел. Последнее, что помню: я с бутылкой Jack Daniels наперевес открываю окно в кухне и громогласно сообщаю всем моим соседям, что Марина – сука и шалава… а дальше – темнота.

Проснулся я от холода, лежа на чем-то мягком и мокром, и даже не сразу понял, где я нахожусь. А находился я на кладбище… Самом обычном кладбище, похожим на то, где похоронена моя бабушка, вот только рядом со мной была разрытая могила и, судя по тому, что справа валялась лопата, а все мои руки были в грязи – разрыл ее ни кто иной, как я.

– Твою же мать, – простонал я не своим голосом.

В самом прямом смысле не своим: каким-то слишком высоким, не знакомым. Я убрал волосы ото лба и уставился на свои руки – они тоже показались странными: какие-то слишком тощие, что ли, и слишком длинные… Не, я, конечно, слышал истории о наркоманах, которые после дозы часами пялились на свои конечности, но я-то вроде ничего не принимал, только алкоголь.

Попытался подняться – не вышло, ноги заскользили по мокрой грязи, и я чуть не свалился в могилу, приземлившись на четвереньки у самого ее края. Как и ожидалось, внизу был гроб. Но было и неприятное открытие – крышка сдвинута, светлый шелк, которым гроб был обит изнутри, весь в грязи, и самое ужасное – он был пустой!

Я пару минут пялился на гроб, а потом прямо на коленках пополз по вязкой грязи в сторону изголовья могилы. В голову пришла спасительная мысль о том, что мне все это просто снится… Может я белочку поймал, а может просто уснул дома и сейчас по телеку где-то фоном идет кино про зомби… почему про зомби? Да просто я был уверен, что стоит мне повернуться и я увижу того, чье тело еще несколько часов назад находилось в этой могиле. Переведя взгляд на именную табличку, стоявшую там, где обычно устанавливают памятники я прочитал:

Елизавета Федоровна Троекурова

18.09.2006 – 24.11.2023

– Елизавета, значит, – выдохнул я и оглянулся.

В нескольких шагах от меня на заботливо расстеленной на грязи куртке лежало тело молодой девушки. Среднего роста, в светлом платье, волосы длинные, черные, глаза – закрыты, кожа – бледная, губы синюшного цвета… Впрочем, как еще должна выглядеть покойница?

Я подполз к ней ближе и потрогал у девчонки пульс. Глупо было на что-то надеяться – естественно, пульса не было. Как и дыхания. Как и сердцебиения.

Ситуация, конечно, патовая, но, подумал я, если продолжу сидеть здесь у разрытой могилы рядом с вынутым из нее трупом, то ничем хорошим для меня это не кончится.

– Наверное, лучшее, что я могу сделать – это убраться отсюда, – тихо пробормотал я, оглядываясь по сторонам.

Погода портилась, предрассветное небо затягивало тучами. Я встал, пытаясь понять, где, собственно, выход с этого погоста, и только намерился сделать шаг в сторону, как что-то словно дернуло меня за руку. Бросив взгляд вниз, я увидел, как от моего запястья отходит полупрозрачная мерцающая леска, которая тянется к лежащей на земле девушке, а по этой леске словно бегут мелкие красные искорки или огоньки.

– Это еще что за херня?

Я машинально попытался отцепить нить, но пальцы словно проходили сквозь нее. Небо потемнело еще больше, искорки побежали еще быстрее. Я сделал шаг в сторону, чувствуя как невидимая нить натягивается словно струна и как мне становится тяжело дышать. У меня в голове словно забилось сердце – я отчетливо слышал его стук: Бум! Бум! Ба-да-бум! Звук становился громче и отчетливее с каждой секундой, голова начала кружиться и мне захотелось зажать ладонями уши и куда-нибудь спрятаться.

Тем не менее, я сделал еще шаг в сторону и нить натянулась еще сильнее. Из нависших надо мной туч на землю упали первые капли дождя, и в этот момент, лежавшая на земле девушка шумно вздохнула…

– Мать твою! – взвизгнул я, снова поскальзываясь и падая в грязь (хорошо, что не в могилу).

Светящаяся леска исчезла, словно ее и не было. Сердце перестало стучать в голове и только дождь барабанил по сдвинутой в сторону крышке гроба в яме, отбивая какую-то странную мелодию. А может, все это мне просто показалось? Желая убедиться в этом, я на четвереньках подполз к девчонке и, сам не знаю зачем, потрогав ее за плечо, спросил:

– Ты живая? Ты меня слышишь?

В ответ девушка медленно открыла глаза. Ее кожа все еще оставалась неестественно бледной, а в черных слегка вьющихся волосах появилась светлая, словно седая прядь, отливающая каким-то сиреневым цветом. А вот губы приобрели розовый оттенок, стали влажными и блестящими от дождя. Девушка перевела на меня взгляд и у меня перехватило дыхание: я никогда в жизни не видел таких глаз! Они были удивительного ярко-фиолетового цвета, и казалось, что в них отражается вся вселенная. Сердце в груди застучало с невиданной скоростью, меня бросило в жар и холод и, кажется, снова стало тяжело дышать. Я смотрел на нее, как загипнотизированный: не было ни страха, ни ужаса, никаких подобных эмоций: все что я видел – ее глаза, обрамленные густыми черными ресницами, и ее розовые приоткрытые губы.

Девушка села на земле. Мое сердце застучало еще быстрее и я хрипло спросил:

– Ты меня слышишь?

– Да… – ответила она. – Я слышу тебя…

Девушка протянула руку и коснулась кончиками пальцев моего плеча.

– Я чувствую тебя…

Она приблизила свое лицо так близко, что я мог видеть свое отражение в ее глазах…

– Я вижу тебя…

Все, о чем я мог думать в тот момент – это ее губы. Больше всего на свете мне хотелось прикоснуться к ним и поцеловать ее.

– Мне холодно, – тихо произнесла девушка и прижалась ко мне, отчего ее лицо стало еще ближе.

Бум! Бум! Бада-бум! – звучало сердце в моей голове.

– Ты такой милый! – медленно произнесла она, проводя ледяными пальцами по моей щеке. – Ты так вкусно пахнешь! Даже твоя кровь пахнет вкусно…

Я развесил уши и только кивал в ответ на все ее слова, словно китайский болванчик. Через пару секунд она повалила меня на землю и, сев верхом, задумчиво спросила:

– Интересно, на вкус ты такой же приятный?

Девушка склонялась все ниже и только неожиданно пришедшая в мою голову мысль о том, что всего пару минут назад она лежала мертвая здесь, на этой самой куртке, привела меня в чувства:

– Стоп! – крикнул я. – Остановись!

Девушка замерла. И, вопросительно посмотрела на меня:

– Но почему? Я хочу поцеловать тебя…

– Что? Почему? Ты всегда целуешь незнакомцев?

– Разве я не нравлюсь тебе? – ее фиолетовые глаза словно светились и мне было очень трудно оторвать от нее взгляд. Здравые мысли о том, что мне надо убираться отсюда, подальше от погоста, могилы и этой странной девчонки звучали очень тихо, но все же мне удалось сосредоточиться.

– Извини, – пробормотал я, садясь и отстраняя от себя девчонку. – Но я даже не знаю тебя!

–Ты не знаешь меня?

На ее лице отразилось такое искреннее удивление, она выглядела очень растерянной. Девушка села на коленки, поежившись, и посмотрев куда-то в землю пробормотала:

– Прости, я чувствую себя как-то странно… Все такое странное и другое вокруг! Я не понимаю, что я здесь делаю…

“Я тоже!” – захотелось мне заорать в ответ, но я сдержался.

Я сообразил, что все это время мы сидели под дождем и промокли до нитки. С трудом поднявшись на ноги, я посмотрел на застывшую девушку и пробормотал:

– Ладно, мне пора…

– Пора? Но куда? Где мы вообще находимся? – спросила она, оглядываясь. – Это что, кладбище?

– Ну, как видишь, – пожал я плечами.

– Как я сюда попала?

Я покосился на гроб внизу могилы и прикусил губу. Вот что прикажете делать? Как вообще прикажете разбираться в том, что здесь произошло, кто она такая, как она здесь оказалась и, главное, как здесь оказался я и что я с ней делал? Ответов на эти вопросы у меня не было.

– Почему мы на кладбище, – снова спросила девушка. – Кто-то умер?

– Ты ничего не помнишь? – уточнил я на всякий случай.

Она отрицательно покачала головой:

– Кажется, нет…

– А как тебя зовут, помнишь?

– Нет, – девушка задумалась на пару секунд, а потом посмотрела на меня снизу вверх. Выглядела она сейчас еще более испуганно. – Как?

– Лиза, – пробормотал я, бросив еще один взгляд на табличку. – Елизавета…

– Елизавета, – повторила девушка. – А как зовут тебя?

– Виктор.

– Очень приятно, Виктор, – натянуто улыбнулась она и протянула мне руку, которую я машинально пожал, отметив, насколько она холодная.

Несколько секунд я просто стоял и пялился на нее, чувствуя, как от ее прикосновения по коже разбегаются приятные мурашки и где-то глубоко снова начинает звучать “Бум! Ба-да-бум!”. С усилием я вырвал руку и сделал решительный шаг в сторону дорожки, ведущей к выходу с кладбища.

– Виктор, подожди! – окликнула меня моя новая знакомая, неуверенно и неуклюже пытаясь подняться. Складывалось ощущение, что она просто забыла как пользоваться ногами, которые при первой же попытке сделать шаг заплелись и девчонка упала прямо ко мне в руки.

Стоило ей снова оказаться так близко, как сердце начало стучать чаще, а ее глаза словно снова засветились.

– Так! – я отодвинул от себя Лизу. – Я ухожу!

– А я? – спросила она. – Могу я пойти с тобой?

Я представил себе, как запрещаю ей это и как кто-то находит ее здесь, рядом с пустым гробом, и как она рассказывает им обо мне… Я, может быть, еще не понял, где я нахожусь и что со мной произошло, но был совершенно точно уверен, проблемы с местной полицией мне не нужны. А босоногая грязная девушка в белом платье с фиолетовыми глазами скорее всего привлечет их внимание…

– Можешь, – недовольно буркнул я. – Ты можешь пойти со мной, только тихо и аккуратно. И держись в паре шагов от меня, хорошо?

– Хорошо, – послушно кивнула Елизавета. – Куда мы пойдем?

Хороший вопрос! Моей главной целью на тот момент было выбраться с кладбища. Откровенно говоря, план был недальновиден: я хотел дойти до ближайшей машины, посмотреть в зеркало и убедиться в том, что и так стало для меня уже почти очевидным: я это не я. Ну, точнее, тело не мое. Убедиться и устроить истерику. Желательно найти где-то виски и нажраться до беспамятства, чтобы снова вырубиться и иметь хотя бы один шанс на этот раз проснуться уже у себя дома. Говеный план, я знаю, но другого у меня не было.

Аккуратно следовавшая за мной в паре шагов позади и удивленно глазеющая по сторонам Лиза не добавляла понимания в изменившуюся картину мира: я готов был поклясться, что несколько минут или часов (не знаю уж, сколько времени мы просидели у могилы) она была мертва. Но может я сумел оживить человека?

– Мне холодно, – услышал я тихий голос. – Очень холодно…

Я обернулся. Девушка отстала и сейчас, стояла метрах в двадцати от меня, обхватив себя за плечи и облокотившись на какой-то камень. Ее била мелкая дрожь, а губы опять стали бледными.

– Эй, ты как? – я подошел к ней, и Лиза подняла на меня глаза.

– Когда ты рядом – лучше. Ты такой теплый и светишься изнутри… – она протянула руку, чтобы дотронуться до меня, но я поспешил отстраниться.

– Вот что мы сделаем! – я стянул с себя куртку и черную толстовку с капюшоном в которую был одет, быстро расправил ее и, словно на куклу, натянул на девчонку, которой она была сильно велика, но Лиза сразу улыбнулась порозовевшими губами. Я поправил на ней капюшон и добавил: – Идем, нам нужно отсюда выйти.

– Эй! – грубый голос, раздавшийся где-то чуть в стороне, прервал нашу идиллическую картину и вынудил меня присесть на корточки, спрятавшись за ближайшим памятником.

Я дернул вертевшую головой по сторонам Лизу за руку, заставляя ее плюхнуться рядом и, быстрее, чем та успела что-то спросить, зажал ей рот рукой, показывая жестами чтобы она молчала.

– Евгенич! – голос, судя по всему, раздавался с того места, откуда мы только что ушли. – Евгенич, мать твою! Где ты ходишь? Тут такое! Та-а-а-а-а-акое! Ты не поверишь! Троекуровой княжны гроб выкопали! Евгенич! Это что же делается! Совсем нехристи обалдели… Евге-е-е-е-енич!

Так и не дождавшись ответа от некого “Евгенича” мужик, будь он неладен, бубня себе под нос проклятия то ли в адрес того, кто устроил им тут вандализм, то ли в адрес своего напарника, который неясно где ходит, стал удаляться от нас, я же взяв Лизу за руку и, прячась за надгробными плитами, потащил ее к выходу…

За стеной колумбария у самого забора я остановился, решив, что перелезть этот забор будет значительно проще, чем искать выход, у которого наверняка находится будка местных сторожей. Кое-как вскарабкавшись по кирпичной стене и усевшись наверху, я протянул Лизе руку, но она только растерянно посмотрела на меня.

– Что стоишь? Лезь! – зло прошептал я, оглядывая территорию кладбища и пытаясь понять, где сейчас ходит Евгенич со своим напарником. – Шевелись!

Лиза моей помощью пользоваться не стала: она легко, словно у нее в ногах были пружины, подпрыгнула и, зацепившись руками за край стены, через секунду оказалась наверху. После этого она указала пальчиком вниз и, получив от меня удивленный и утвердительный кивок, также ловко и практически бесшумно спрыгнула на улицу. Мне потребовалось гораздо больше времени, чтобы спуститься и сделал я это с куда меньшей грацией.

– Виктор, – тихо спросила Лиза, пока я зло пыхтя спускался по стене кладбища, – что это?

Я, наконец, спрыгнул вниз и посмотрел: в руке у девушки был телефон. Обычный мобильник…

– Где ты это взяла?

– Вот тут, – Лиза показала на открытую молнию на кармане толстовки, которую я надел на нее и вытащила оттуда еще блокнот исписанный мелким шрифтом, паспорт и связку ключей.

Паспорт, телефон и ключи, судя по всему, были мои. Бумаги я сунул обратно в карман Лизе, а сам принялся изучать документ. Фото в паспорте – не мое. Худощавый паренек с темными волосами и яркими глазами по имени Виктор Демидов. Ну хоть так – имя и фамилия совпадают… больше ничего общего! Возраст – 18 лет, место рождения – Петроград!

Я зашуршал страницами документа, пытаясь найти адрес прописки – есть: Петроград, ул. Стремянная, 14, кв 21 – повертел в руках связку ключей – два магнитных ключа от домофона и два обычных, судя по всему от замков на двери. Я быстро пришел к выводу, что лучшее, что мы сейчас можем сделать – это пойти в ту самую квартиру и, возможно, нам повезет и местный Виктор Демидов живет один! Тогда я смогу перевести дух и подумать над тем, что со мной случилось…

Глава 2

Пока мы проулками и переулками добирались до нужного дома – я вертел головой по сторонам. В принципе, Питер как Питер, но что-то с ним было не так. Те же улицы, те же здания, даже те же магазины, но вот реклама заставляла задуматься: «Народные гуляния в честь дня рождения цесаревича Николая. Дворцово-парковый ансамбль Ораниенбаум, 17-го июня 2023 года, вторникъ». Вот прямо “вторникЪ” с твердым знаком на конце… Или «Петербургские Ведомости» – 320 лет с вами! Главное издание Российской Империи». Спросить, что все это значит, к сожалению, было не у кого: Лиза, идущая за мной след в след, также как и я вертела головой по сторонам. Редкие встречные прохожие почти не замечали нас, но когда мы остановились на светофоре, оказавшаяся рядом маленькая девочка, которую мама вела, наверное, в школу или детский сад, уставилась на мою спутницу во все глаза. Она разглядывала ее босые ноги, рваный и перепачканный подол белого платья, бледные тонкие руки, спутанные волосы и фиолетовые глаза, а потом потеребила мать за куртку и с восторгом произнесла:

– Мама! Смотри! Мертвая невеста…

Женщина повернулась к нам и посмотрела сперва на меня, потом на Лизу, после чего недовольно дернула ребенка за руку:

– Небось, косплейщики или кто-то вроде того, – пробормотала она и я было уже выдохнул, но она решила во что бы то ни стало поделиться своим мнением с Елизаветой. Повернувшись к девушке, которая в ответ только улыбнулась женщина выдала: – Зачем тебе это? Страшная, как труп! Посмотри на себя: этот бледный, даже синюшный оттенок кожи, волосы как воронье гнездо, глаза эти странные. Ты похожа на чудовище, монстра! Только детей тобой пугать!

Светофор переключился на зеленый и мамаша, волоча за собой дочь, вещавшую что-то о том, как она хотела бы наряжаться также, потащилась прочь, а Лиза осталась стоять на переходе опустив голову вниз и натянув посильнее капюшон.

– Идем! Нам на ту сторону, – сказал я, в ответ же услышал из-под капюшона всхлип.

– Я страшная… – пробормотала моя спутница и я понял, что она или уже разревелась или собирается это сделать.

– Чего? – от неожиданности я замер. Девушки такие девушки: несколько часов назад она в гробу лежала, а тут ее забеспокоила внешность! Ну что за фигня?! – Это ты вдруг решила потому что первая встречная баба так сказала?

Лиза подняла на меня глаза, полные слез:

– Посмотри! – она вытянула вперед руки, засучив рукава толстовки. – Посмотри, она всю правду сказала. – Девчонка схватила меня за запястье и приложила к своей ледяной ладошке: – Смотри какая красивая твоя кожа и как выгляжу я. Я уродина! Монстр!

Всхлипы зазвучали чаще, мне же совсем не хотелось, чтобы она разревелась в голос сейчас здесь на улице привлекая к нам еще больше внимания, тем более, что мы уже почти добрались до Стремянной улицы.

– Слушай, ты не уродина и не страшная, – самым елейным голосом, на который только был способен, произнес я, приобнимая ее за плечо. В ответ девчонка только сильнее натянула капюшон, стараясь полностью спрятать лицо, а я аккуратно подталкивая ее, перешел наконец дорогу, и направился к дому 14, который и был нам нужен.

– Ты правда так думаешь? – наконец подала голос Лиза.

– Да! Конечно!

Лиза высунула нос из-под капюшона и посмотрела на меня. Ее фиолетовые глаза снова начали светиться, а в моей груди сердце начало набирать скорость и отбивать знакомое: Бум! Ба-да-бум!

– Если ты правда так думаешь – поцелуй меня…

– Что? Нет! Ты опять! – я почувствовал как снова теряю способность здраво оценивать обстановку и отстранил от себя Лизу. – Хватит уже так делать!

Шанса устроить истерику я ей не дал: схватил за руку и буквально протащил по улице к нужному нам дому, благо оставалось всего несколько десятков метров. Лиза пыталась вырываться и даже начала громче реветь, но я решил, что у меня нет времени разбираться с этим сейчас – разберусь с этим дома.

Квартирка на Стремянной оказалась небольшой, но весьма уютной. Местный Виктор Демидов, судя по всему, жил один на втором этаже классического Питерского дома, стоящего в глубине улицы и весьма потрепанного временем. И отсутствием семьи, если честно, он меня несказанно обрадовал. А еще я успел уже представить себе квартирку, заставленную алтарями и идолами, с пентаграммами на стенах и пучками трав, подвешенными на люстрах, но здесь ничего такого не было. У Виктора на кухне нашелся электрочайник, растворимый кофе и даже что-то похожее на пряники. Впрочем, я искал алкоголь, а он здесь, судя по всему, отсутствовал как вид и это было печально.

Елизавета обиделась. Села на табуретку в углу коридора, закуталась в худи вся, насколько только могла, и не произносила ни слова.

“Ну и фиг с тобой!” – решил я. “Это ж надо, нежить какая ранимая и нежная! Сначала приду в себя, попробую сориентироваться и понять, что произошло, а потом буду разбираться и с тобой, и со всем остальным!”

Но прийти в себя мне не дали: только я устроился на кухне с двумя чашками кофе (одну налил Лизе, но она демонстративно отказалась), как в дверь позвонили. Потом позвонили еще раз и еще раз, а чуть погодя принялись стучать. Нервы мои сдали, когда из-за двери очень недовольный и немного визгливый голос проорал:

– Виктор, открывай! Я знаю, что ты дома!

Я, как был с засохшим пряником во рту, так и направился к двери, намереваясь расквасить нос этому крикуну или крикунье, чтобы ему или ей не было тут нужно.

Когда я распахнул дверь на меня уставился невысокий молодой человек, который облокотившись на дверной косяк барабанил в дверь ногой, обутой в идеально чистый ботинок. Сам же незнакомец больше всего походил или на сотрудника банка, или на налогового инспектора, если бы не выглядел как говорят “с иголочки”: одет в дорогой костюм да еще и с галстуком, светлые волосы уложены в прическу волосок к волоску, на вид не намного старше меня – лет 25, вряд ли больше…

– Чего надо? – пытаясь отгрызть кусок от пряника зло спросил я.

Глаза незнакомца округлились и от неожиданности он даже несколько раз схватил ртом воздух, прежде чем нашелся, что ответить на мой логичный, казалось бы, вопрос.

– Издеваешься? Ты издеваешься надо мной? – возмущению его не было предела.

– Нет, – коротко ответил я. – Я тебя даже не знаю! Ты кто вообще такой? Чего надо?

Наверное, стоило бы подумать о том, что местный Виктор этого хрена наверняка знает и задавая такие вопросы я ставлю себя не в самое лучшее положение, но мне было пофигу.

Парень открыл было рот, чтобы рассказать все, что он обо мне думает, но осекся и уставился куда-то за мою спину. Я обернулся – у стены стояла Лиза, все также кутавшаяся в худи. Она с любопытством наблюдала за этой сценой и разглядывала гостя.

– Это она, – пробормотал парень, как-то очень решительно отодвигая меня в сторону и проходя в квартиру. Я даже сделать ничего не успел – все, что мне оставалось, это прикрыть за ним дверь.

– Лиза, Лизонька… – пробормотал он, подходя ближе к девушке, но та такого внимания, кажется, испугалась и только еще сильнее натянула на голову капюшон, стараясь спрятать лицо. – Хорошая моя, девочка моя…

Когда же блондин протянул руку, чтобы дотронуться до нее – девчонка метнулась в сторону и спряталась за мою спину.

Блондин озадаченно уставился на нас:

– Что с ней?

– А что с ней? – вопросом на вопрос ответил я, не имея не малейшего представления, что можно сказать в этой ситуации.

– Виктор, кто это? – тихо спросила Лиза, сжимая своими холодными пальчиками мои плечи и выглядывая из-за спины.

– А я откуда знаю? Ты его знаешь?

– Не знаю, – ответила девчонка.

– Вот и я не знаю, но он нас кажется знает….

– Мне это не нравится, Виктор. Я хочу, чтобы он ушел…

– Я тоже не против, чтобы он убрался отсюда…

Блондин еще более озадаченно посмотрел на меня, а потом спросил:

– Что происходит, Виктор? Почему ты разговариваешь сам с собой? Или ты начал слышать голоса в своей голове, которые советуют тебе творить ту дичь, которую ты творишь?

– Пошел ты! – огрызнулся я… – я не с тобой говорю!

– А с кем?

– С Лизой!

– Но она ведь не сказала ни слова…

Я уже хотел выпроводить парня, но осекся на полуслове: повернулся к Лизе и попросил ее сказать что-то достаточно громко и четко и та недовольно пробубнила:

Пусть он уйдет! Я хочу остаться с тобой вдвоем…

Я вопросительно посмотрел на блондина, пытаясь понять, слышит он ее или нет, но тот отрицательно покачал головой.

– Ты решил надуть меня что ли, щенок? – начал закипать гость. – Думаешь какую-то девку дворовую выдать мне за Лизавету и закончить нашу сделку? Я не дебил!

“А по мне так очень похож” – подумал я, но вслух произнес:

– Какую сделку, что ты несешь?

– То есть, уже и деньги тебе не нужны, да? Передумал уезжать из Империи, и Святого Ордена ты уже не боишься? Так я устрою тебе сладкую жизнь! Завтра же по всему Петрограду тебя будут искать инспектора – они залезут в каждую щель, в каждый угол, каждый подвал – или где вы, некроманты, обычно прячетесь… Ты думаешь у тебя до этого была тяжелая жизнь? Ты ошибаешься!

Из всей тирады, которую вывалил на меня блондин, я услышал только “тра-та-та вы, некроманты тра-та-та”, но ничего не понял. Верить в происходящее моя голова все еще отказывалась.

– Я вообще не понимаю, что ты несешь, – простонал я, хватаясь за голову, – Какая нахер Империя, какой орден, какая некромантия…

Блондин посмотрел на меня как на конченого придурка и, кивнув в сторону Елизаветы, спросил:

– Кто это?

– Лиза! – ответил я.

– Почему она не говорит?

– Она говорит, это ты не слышишь…

– Ладно, – незваный гость выдохнул, пытаясь успокоиться. – Допустим, допустим она говорит, но я ее не слышу… Лизонька, сними капюшон, – обратился он к девчонке, но та только сильнее закуталась в него и отрицательно помотала головой. – Допустим, я не слышу ее, но что у нее с лицом? Почему она не показывает его?

Я устало посмотрел на девушку и мысленно осыпал проклятиями чертову бабу на переходе. Судя по всему, этот парень действительно знает Лизу и сейчас у меня был отличный шанс передать девчонку ему на поруки да еще и получить денег, но все шло к чертям. Видимо, черная полоса в моей жизни не зависит от тела, в котором я нахожусь.

– Она расстроена, – сквозь зубы процедил я.

– Расстроена? Чем?

– Какая-то телка на переходе сказала ей, что она выглядит как монстр…

“А пофигу”, решил я. – “Если не знаю, что врать, то буду говорить, как есть”.

– А она действительно выглядит как монстр? – уточнил блондин и брови на его лице поползли вверх. – Лизонька, иди сюда. Главное, что ты вернулась, все остальное не важно, мы все можем исправить…

Девчонка покосилась на блондина из-под капюшона и пробормотала:

– Виктор, кто это? Что ему нужно от меня?

– Она тебя не помнит, – вздохнул я. – Она вообще ничего не помнит.

– Ты издеваешься надо мной, придурок? – взвизгнул парень. – Она не говорит, я не могу ее увидеть, и она не помнит меня. Это совсем не то, о чем мы с тобой договаривались!

– Я тоже не помню, о чем мы с тобой договаривались, – честно признался я и в голове гостя, кажется сложилось 2+2. Он схватил меня под руку, подталкивая к кухне, и зло пробормотал: – Мне надо поговорить с тобой наедине! Срочно!

Я устало кивнул и поплелся на маленькую кухоньку, где плюхнулся на табуретку и отхлебнул уже остывший кофе. Гость прикрыл дверь и спросил:

– Что произошло на кладбище, Виктор?

Я только пожал плечами – ответа на этот вопрос у меня не было. Я рассказал гостю все, что помнил: как осознался возле разрытой могилы, как увидел Лизу, как мы с ней выбрались с кладбища. Рассказал, что не помню ничего, что было со мной до этого, да и этот адрес мы нашли только благодаря паспорту, который лежал в кармане толстовки. А может и правда все просто перемешалось в моей голове и не было никогда никакого другого мира, не было Марины и ничего не было? Я уже ни в чем не был уверен, но на всякий случай, эту часть истории рассказывать блондину не стал.

Гость все внимательно выслушал и ошарашенно опустился на вторую табуретку, взъерошивая свои до этого идеально уложенные волосы:

– Это жопа, – сказал он.

– Я в курсе…

– Она меня не помнит. Даже не помнит как меня зовут… – прошептал блондин. Сейчас он выглядел очень расстроенным и потерянным.

– Если тебя это утешит, я тоже не помню как тебя зовут, – отозвался я, все еще пытаясь откусить кусок от сухого пряника.

– Александр, – представился гость и, неожиданно, протянул мне руку. – Я понимаю, то что произошло на кладбище не твоя вина. Ты сделал лучшее, на что был способен…

– Может объяснишь мне, что именно я сделал и о чем мы с тобой договаривались, раз пошла такая пьянка? – попросил я. – Мне некого больше спросить.

Блондин вздохнул. Оказывается, княжна Елизавета Федоровна Троекурова (о том, что она княжна, как и о наличии тут цесаревича подумаю немного позже, пожалуй, решил я) – была его невестой. Почему была? Потому что ее отравили за несколько дней до свадьбы. Безутешный жених так страдал по потерянной любви, что решил во что бы то ни стало вернуть ее к жизни, пусть даже используя запрещенные методы, такие, как некромантия. Александр нашел некроманта (то есть, меня) и предложил ему (то есть мне) серьезную награду за возвращение его невесты. Награду настолько серьезную, что я мог бы уехать из Империи в одну из тех стран, где некромантия и черные искусства не запрещены и спокойно жить. Я согласился и должен был привезти ему Лизу еще пару дней назад, но перестал выходить на связь. Сначала жених терпеливо ждал, потом – начал нервничать, потом попытался найти меня сам и поставил своих людей следить за квартирой на Стременной, куда сегодня утром мы с Лизой и заявились…

– Я не знаю, что тебе ответить, – пряник наконец мне поддался и теперь я катал за щекой жесткий и сладкий кусок. – Я даже не помню, что я сделал.

– Это я понял, – сказал Александр. – Я принимаю нашу сделку. Лиза остается со мной, мы разберемся дальше сами. Через пару часов привезу деньги и ты сможешь уе…

Наш диалог на этой скорее приятной для меня ноте прервался звуком хлопнувшей входной двери. Я и блондин выскочили в коридор – Лизы не было. На полу валялись листы вырванные из блокнота. Я поднял один: “… разделить свою жизнь с другим человеком … связать самыми прочными узами… отдать свое сердце, забрать его сердце “

– Откуда это здесь? – Александр выхватил лист у меня из рук.

– Это было в кармане толстовки у Лизы, – отозвался я.

– Ты точно идиот! Зачем ты оставил такое ей?

С улицы раздался звук хлопнувшей теперь уже подъездной двери, и мы оба бросились на кухню к окну: Лиза вышла из дома и решительным шагом направилась к выходу из двора.

– Лиза, – заорал я, распахивая створки. – Немедленно вернись!

– Нет! – девчонка остановилась и посмотрела вверх на нас. Капюшон слетел с ее головы и Александр, вместо того, чтобы бежать вниз и пытаться поймать, завис пялясь на свою мертвую-живую невесту. – Ты обманул меня, Виктор! Я тебе больше не верю! Ты меня приворожил или что ты сделал? Я видела ритуал, я прочитала его! Ты что-то сделал со мной! Ты сделал из меня марионетку, хочешь управлять мной? Приказывать мне? Это потому я чувствую себя нормально только когда ты рядом? Я больше не могу быть самостоятельной? Я не хочу и не буду зависеть от тебя! Ты превратил меня в монстра, про которого говорила та женщина!

Я мысленно выдохнул и закрыл глаза, чтобы успокоиться – кажется блондин прав и я идиот. Отличный был план оставить расстроенную девочку одну с неоднозначными заклинаниями и зеркалом. Марина и без такого набора могла устроить истерику, а Лизе я дал для этого все основания…

– Лиза! – подал голос Александр. – Что она говорит?

Девчонка никак не отреагировала на него. По ее лицу текли слезы:

– Я ухожу, я тебе не кукла!

– Ничего хорошего она не говорит. Она решила, что я приворожил ее или что-то вроде того, – ответил я и, видя, как Елизавета внизу развернулась и побежала к арке, шлепая босыми ногами по дороге, я бросился обратно в коридор: – Скорее, за ней! Мы не найдем ее потом, если она сейчас уйдет!

Глава 3

* * *

Лиза выскочила из дворовой арки на шумную улицу и замерла: город уже проснулся, туда-сюда сновали люди и никому не было дела до босоногой девчонки, зависшей посреди тротуара и с открытым ртом глазеющей по сторонам. Все было такое галдящее, живое и быстрое, что она даже растерялась, но злость и обида быстро привели девушку в чувства:

– Дура! Ну какая же я дура! – пробормотала она себе под нос, сильнее кутаясь в толстовку и шагая по улице прочь от этого двора, дома и этих людей. – Я ведь даже не помню кто я и откуда! Хотя теперь понятно почему! Может быть, Виктор забрал мои воспоминания и все самое важное? А для чего еще мог быть ритуал с такими странными словами… Как вообще меня угораздило вляпаться в такую историю?

Лизавета вытерла рукавом кофты потекшие слезы и решительно зашагала дальше, вот только каждый следующий шаг давался ей все тяжелее и тяжелее. Девушке казалось, что чем дальше она отходит от злополучного дома, тем холоднее ей становится. Ее начала бить мелкая дрожь, ноги стали ватными и слушались плохо, но Лиза упрямо продолжала идти вперед.

Вдруг шум улицы словно кто-то выключил и она начала проваливаться куда-то в темноту…

* * *

– Как мы найдем ее, умник? – спросил Александр выскочивший за мной на улицу.

– Разделимся. Ты – направо, я – налево!

Вопреки ожиданиям, спорить он не стал, молча рванул в указанном направлении, а я побежал в другую сторону. И буквально метров через 200 увидел группу людей, столпившихся на тротуаре:

– Что с ней? – спросила какая-то женщина в длинной юбке. – Скорую кто-нибудь вызвал?

– Да я вас умоляю! Наркоманка какая-то… Кто босиком в такую погоду ходит?

– Бедная девочка!

– А что случилось?

– Малышка какая-то потеряла сознание…

Протиснувшись через кольцо зевак, я увидел Лизу, лежащую на земле. Я бросился к ней, хватая за запястье и пытаясь нащупать пульс – пульса не было. “А я уверен, что раньше он у нее был?” – мелькнула мысль в голове, но раздумывать на эту тему времени не было. Ждать скорую в обнимку с трупом тоже как-то не хотелось…

Я подхватил ее на руки и бросив зевакам что-то из серии – это моя сестра с ней такое случается, зашагал в сторону дома. Спустя несколько метров идти стало сложнее: сердце снова начало стучать, а Лиза, до этого сжавшаяся комочком у меня на руках, открыла глаза, которые сейчас не просто светились сиреневым цветом – они горели ярко пурпурным огнем…

– Это то, чего ты хотел, Виктор? – пробормотала она, когда мы свернули во двор. – Ты превратил меня в чудовище, которое не может выжить без тебя! Ты что-то сделал со мной, что-то, что заставляет меня думать только о тебе! Поставь меня! Поставь немедленно!

Девчонка начала вырываться и с каждой минутой она словно становилась сильнее, а я – слабее. Голова начала кружиться, вставшая на ноги Лиза толкнула меня в грудь и закричала:

– Ты отдал мне свое сердце как просил ритуал или забрал мое? Что же, это объясняет, почему я слышу в своей голове как бьется твое сердце! Объясняет, почему я чувствую себя нормально, только рядом с тобой!

– Лиза, пожалуйста…

Язык меня не слушался, ноги подкашивались. Девушка, оказавшаяся неожиданно сильной, прижала меня к стене, навалившись всем телом, приблизила свои губы к моим и проговорила уже тихо:

– Это то, чего ты хотел? Чтобы меня без тебя не существовало?

– Отпусти, – пробормотал я чувствуя, что воздуха совсем не хватает, а сил оттолкнуть ее у меня уже нет.

– Отчего же! Это ты сделал со мной! Ты сделал с нами! Если хочешь, чтобы все закончилось – сними свое заклинание или что там у тебя! Ты не будешь меня контролировать!

– Я не могу… снять… отпусти… – прошептал я.

– Почему?

– Отпусти его, – послышался голос Александра, судя по всему, вернувшегося во двор. Лиза отступила на шаг, и я просто упал на колени глотая воздух, словно рыба выброшенная на берег.

Девушка развернулась к блондину и подошла к нему вплотную, глядя снизу вверх на его, казалось бы, совершенно спокойное лицо:

– А ты вообще кто такой? – спросила она, но блондин ее не услышал. Он отрицательно покачал головой и произнес:

– Я не слышу тебя. Я не знаю почему.

– Спроси у Виктора! Он наверняка знает! – Лиза зло показала на меня рукой.

– Это твой жених, – выдохнул я, все еще приходя в себя и добавил. обращаясь к Александру. – Она думает, что я прочитал какое-то заклинание контроля, думает, что я ее поработил. Она просит снять его, а еще ей плохо когда она далеко от меня…

– Мне не плохо без тебя! Это ты все сделал специально! – Лиза топнула ногой и ее глаза опять наполнились слезами.

Александр отрицательно покачал головой и спокойно обращаясь к девушке произнес:

– Все что он сделал – он сделал по моей просьбе.

– То есть ты меня ему заказал, – рявкнула Лиза в лицо блондину и, хотя тот не услышал ее, но явно понял, что девчонка недовольна. Она попыталась замахнуться на него, но парень ловко поймал ее за руку и сказал:

– Успокойся. Если мы будем кричать о произошедшем прямо здесь на улице – ничего хорошего не произойдет. Сейчас мы поедем домой и там попробуем разобраться во всем.

Волоча за собой все еще пытавшуюся сопротивляться, но уже не такую сильную Лизу, Александр подошел ко мне и протянул руку, помогая подняться. Через несколько секунд прямо у арки, перекрывая улицу, остановилась машина, из которой вышел водитель и услужливо открыл дверь блондину, никак не отреагировав на странность сложившейся ситуации. Его вообще не смутило, что хозяин фактически тащит к тачке вырывающуюся босоногую девчонку и парня, который на ладан дышит.

– Я вперед сяду, можно? Не могу с ней рядом, – пробормотал я, заваливаясь на кожаное сиденье и отрубаясь.

Не знаю, долго ли я был без сознания, но в себя я пришел лежа на шикарном диване в комнате, больше всего напоминающей мне по интерьеру Эрмитаж или какой-то подобный музей. Лиза и блондин сидели за столом чуть в стороне и общались. Да-да, они нашли способ: Александр говорил вслух, а Лиза писала ответы в блокноте, старательно, словно 5-ти летний ребенок, выводя буквы и цифры.

На девчонке уже не было моей толстовки и грязного белого платья: она переоделась в леггинсы и футболку, волосы собрала в высокий хвост и, если бы не ее неестественная бледность и странного цвета глаза, она выглядела как обычный человек. Я тоже выглядел более прилично, чем до этого: грязные джинсы и куртку с меня кто-то снял, заботливо положив на спинку дивана вместо них чистую одежду.

– Я даже не хочу знать, кто из вас меня раздевал, – простонал я стараясь сесть.

Мою голову сразу же пронзила острая боль и я выругался. На мое шевеление моментально отреагировала Лиза, которая злорадно заметила:

– Так тебе и надо! Некромант!

– Да пошла ты, – буркнул я.

Лиза лихорадочно что-то принялась выводить в блокноте и через несколько секунд с самым обиженным лицом повернула к Александру страницу, на которой было написано “Он меня послал!”

– Я слышал, – ответил блондин. – Его я прекрасно слышу. В книгах написано, что только некроманты могут говорить с мертвыми и слышать их, возможно именно поэтому я не могу слышать тебя, а он может.

Я покосился на Лизу – она никак не отреагировала на то, что блондин только что назвал ее мертвой. Переведя взгляд на Александра, я покрутил пальцем у виска, но тот поспешил меня осадить:

– Я ей все рассказал. У нас никогда не было секретов друг от друга…

От неожиданности я даже дар речи потерял: в смысле он рассказал взбалмошной девчонке что она умерла, а потом ее воскресили, но как-то накосячили и воскресили не до конца? Она устроила истерику из-за того, что какая-то тетка на переходе назвала ее страшной, он вообще уверен, что она не разнесет здесь все в щепки от такой новости? Кстати, Лиза судя по всему, это вполне может сделать – я помнил, как она прижала меня к стене и не отпускала – сила в этом маленьким тельце нечеловеческая… Впрочем, она и не человек в общепринятом смысле!

– А что именно ты ей рассказал, – решил уточнить я, но ответила мне Лиза:

– Все! Вообще все! В отличие от тебя, он мне врать не стал – сказал правду! И даже фото наши совместные показал, я верю ему что он мой жених и он мне нравится. А ты – нет…

– Да мне похрену, нравлюсь я тебе или нет, – огрызнулся я в ответ, переодеваясь. – Ну раз мы со всем разобрались, я могу идти? Не хочу портить вашу семейную идиллию, у вас такое взаимопонимание, что психологи позавидовали бы!

– К сожалению, пока ты не можешь уйти, – вклинился жених. – В ритуале что-то пошло не так…

– Я заметил, – недовольно ответил я, а Александр продолжил:

– Из-за этого Лиза теряет свою жизненную силу, когда ты не рядом. Тебе придется остаться до того момента, пока мы не разберемся в произошедшем и не найдем способ исправить.

– А с чего ты взял, что это вообще можно исправить?

– Ну, кошка Кристины Вяземской же ведет себя по-другому, ты же не живешь в их доме…

– Какая еще кошка? – я вообще перестал понимать, что происходит.

Блондин, который просто шокировал меня своим железобетонным спокойствием, равнодушием и манерой решать любые вопросы в лоб и прямо, сообразил, что я тупо не помню, что было раньше и решил пояснить. Оказывается, местный Виктор Демидов уже проводил ритуалы воскрешения и из мертвых он поднял… кошку! Кошку, блин! За деньги… Прямо Кинг какой-то с его кладбищем домашних животных! В общем, когда у одной из местных богатеньких дамочек умер любимый питомец, некромант подсуетился и за немалые деньги вернул кошака с того света. По словам Александра – кошка как кошка, немного тормозила в начале, но в целом ничем не отличается от своей предыдущей версии.

– И ты решил, что если я смог кошку воскресить, то и с невестой справлюсь? – на всякий случай решил поинтересоваться я, чтобы точно понимать какими путями ходили мысли в голове блондина, когда он заказывал подъем княжны из могилы.

– Да, – кивнул он и, немного подумав, добавил: – Другого варианта все равно не было. А так мы с тобой заключили сделку, полезную и тебе и мне: я тебе деньги, ты мне Лизу. Если получится, конечно. Но получилось, просто что-то пошло не так и нужно это исправить.

– Погоди-погоди, – остановил я диалог, подходя к столу, за которым сидели эти двое и оглядывая его в поисках чего-то спиртного.

Взгляд зацепился за напечатанные фотографии, разложенные перед Лизой. Я взял одну: в девушке на фото угадывалась сидевшая рядом нежить, хотя и выглядела она несколько иначе. Девочка на снимке была загорелой, даже можно сказать немного смуглой шатенкой, а у нашей Лизы словно кто-то снизил контрастность, она была немного черно-белой: волосы более темные, кожа – более бледная. Осунувшееся лицо и слишком яркие для такой бледности губы…

Поймав себя на мысли, что я стою у стола и пялюсь на девчонку, я отложил фото и продолжил поиски спиртного. Бар нашелся в углу комнаты, а в нем нашлось такое желанное мной виски. Я налил себе стакан, покосился на Лизу, которая увлеченно рисовала что-то в блокноте и спросил: – Но если я настолько могущественный, что смог сделать … гм… ЭТО – я ткнул в Лизу пальцем, за что она сразу же швырнула в меня каким-то печеньем со стола, но промахнулась – то зачем мне ты?

Александр хмыкнул:

– Я не готов сейчас пересказывать тебе историю Святого Ордена. Когда ты будешь чувствовать себя лучше – сможешь зайти в церковь тут на углу и отец-настоятель с удовольствием расскажет тебе о том, почему некромантия это темное искусство и почему только Бог Жизни может давать или забирать жизнь у человека.

– Да пофигу на отца-настоятеля и на этот ваш Орден! Если ты готов был заплатить мне огромную сумму за нее – кстати, о какой именно сумме идет речь? – то найдутся и другие, кто захочет воскресить близких людей…

– Без сомнения найдутся, но ты не сможешь помочь всем им.

– Это еще почему?

В моей голове уже созрел безумный бизнес-план: я могу стать практически крестным отцом этого города! Да что там города – мира…

– Виктор, – Александр подошел ко мне и положил руку на плечо. – Я понимаю, ты забыл все, но какие-то базовые знания у тебя должны были остаться. Ты же помнишь, как говорить, есть, пить, ходить в туалет… Инстинкт самосохранения тоже должен был остаться…

– Да с такими возможностями я буду вертеть этот ваш Орден! Найду себе покровителей, которые будут защищать мои интересы…

– Не будешь. – перебил меня блондин. – И покровителя на данный момент ты уже нашел – это я. Проблема не только в Святом Ордене, проблема в том, что ты станешь заложником своей силы и люди, которые будут знать на что ты способен будут готовы на все, чтобы получить от тебя услугу. Они не примут “нет” в качестве ответа.

– Так я и не буду говорить им нет… – непонимающе протянул я. – От меня что, убудет что ли?

– Именно, что убудет. Проводя ритуал ты делишь свою жизнь с тем, кто возвращается с того света. В прямом смысле. То есть, если у тебя есть 100 лет – часть своего времени ты отдаешь тому, кто снова приходит в этот мир. Общее время остается тем же, но оно уже делится на двоих.

– В смысле? – я подавился вискарем. – То есть я половину своей жизни отдал ей, чтобы она вернулась? А до этого еще какую-то часть кошке? Что за херня! Как я вообще мог на такое согласиться?

– Ты хотел уехать отсюда и начать с чистого листа, – хмыкнул Александр. – Я хотел вернуть любимого человека. Мы с тобой договорились.

– Вот это я идиот, – пробормотал я, собираясь налить себе еще виски, но передумал, взял бутылку и отхлебнул из горла. – Просто сказочный долбоеб…

Как можно было согласиться на такую сделку? Это же в прямом смысле продать свою жизнь за деньги… Ладно ещё за девчонку, но за кошку! Видимо, денег у местного Демидова не было совсем, раз уж он согласился на подобные условия!

– Вы так громко спорили, я просто не могла пройти мимо, – послышался голос. Мы все втроем как по команде обернулись: в дверях комнаты стояла высокая женщина в дорогом деловом платье и неприятно улыбалась:

– Что ты тут делаешь? – спросил у незнакомки Александр. – Мы с тобой уже закончили встречу, почему ты шляешься по моему дому и подслушиваешь разговоры?

– Потому что услышать, как выясняется, можно много интересного. Но расслабься, наше дело мы уже обсудили, я хотела бы перекинуться парой слов с некромантом…

– Я не… – начал было я, но Александр жестом показал мне заткнуться и вопросительно посмотрев на женщину сказал: – Нет. Он сейчас занят…

– Да я поняла, что у вас какое-то незаконченное дело, – она с интересом покосилась на Лизу, которая предусмотрительно отвернулась, стараясь не показываться незнакомке на глаза. – Но у меня к нему теперь тоже есть дело и если он не поможет мне, то я расскажу Святому Ордену о том, что он владеет темной магией и о том, что ты пользуешься его услугами. Сомневаюсь, что даже ты сможешь из этой ситуации выйти с чистой и незапятнанной репутацией…

Повисла пауза: я так и залип с бутылкой наперевес, на лице Александра ни один мускул не дрогнул, но глаза были полны ненависти – пожалуй это была самая яркая эмоция, которую я видел от этого парня за все время нашего общения.

Незнакомка между тем отлипла от стены, на которую облокачивалась и медленно пошла в нашу сторону с любопытством разглядывая меня и бросая заинтересованные взгляды на Лизу, которая, к счастью, уже не выглядела как оборванка или косплейщица.

– Ладно, – сказал Александр и незнакомка остановилась. – Ладно, я одолжу тебе его для твоего “дела”…

Женщина довольно кивнула, Лиза уставилась на блондина во все глаза, а я от такой наглости в который раз просто потерял дар речи: в смысле одолжу? Я что машина, на которой можно покататься или сумочка?

– Но тебе придется подождать пару недель, пока он закончит наше с ним дело. До этого момента он занят, – отчеканил жених Лизаветы.

– Без проблем, – женщина улыбнулась самой милой улыбкой, на которую только была способна. – Но если у вас что-то пойдет не так, – продолжила она глядя на меня, – ты всегда можешь обратиться ко мне, мальчик.

С этими словами незнакомка подошла к столу и положила на его край визитную карточку, постучав по ней наманикюренным ноготком.

– Он не будет к тебе обращаться, – отрезал Александр. – А сейчас будь добра, убирайся из моего дома. Или мне стоит позвать дворецкого, чтобы он проводил тебя?

– Не стоит. Я прекрасно провожу себя сама, – усмехнулась она и зашагала прочь из комнаты.

Едва дверь за ней закрылась, как я и Лиза в один голос спросили:

– Кто это?

Глава 4

После того, как женщина вышла из комнаты, Александр соизволил ответить на наш с Лизой вопрос:

– Это мой деловой партнер, – отозвался он. – Но тебе лучше не иметь с ней никаких дел.

– Да ты что? А я думал ты только что сдал меня в аренду твоей деловой партнерше, словно я раб! – огрызнулся я. – Не ты ли три минуты назад рассказывал, что мой бизнес-план говно потому что меня на хватит на всех? А теперь…

– Расслабься, я солгал, – перебил меня блондин. – К тому моменту, как она придет за своим “одолжением” тебя уже не будет в Российской Империи.

– А ты уверен, что мы успеем решить проблему к этому времени? – спросил я, снова фокусируясь на виски и косясь на Лизу. Та отреагировала моментально, толкнув меня в плечо и быстро накарябав в блокноте “Я не проблема! Не называй меня так!”

– Уверен, – отчеканил блондин. – Если к этому времени не получится довести ритуал до конца, мы уедем все вместе.

– Что? Я может не хочу с тобой никуда ехать! А с ней, – я ткнул пальцем в девушку, недовольно пыхтящую рядом с моим плечом, – тем более.

Лиза снова толкнула меня, от чего я расплескал виски и зло выругался.

Александр подошел к большому дубовому столу, стоявшему в том самом зале, в котором мы были и который он скромно именовал “кабинетом”, открыл верхний ящик, вытащил оттуда какие-то листы, свитки, старые, пожелтевшие тетрадки, после чего поманил пальцем меня и Лизавету. Я нехотя подошел, девчонка потащилась за мной.

– Это вся литература, которая есть у меня по некромантии. Не бог весть что, но может быть, она поможет вспомнить…

В этот момент в дверь постучали и, не дожидаясь ответа, в кабинет заглянул средних лет мужчина, тот самый водитель из автомобиля. Он хорошо поставленным голосом отрапортовал:

– Александр Евгеньевич, к вам ваш дядя. Его светлость Сергей Григорьевич. Он уже приехал… Я попросил подождать, но, кажется, граф не в настроении. Он сейчас будет здесь…

Лицо блондина изменилось. Собственно, я впервые за все ситуации, которые у нас произошли, видел, как его натурально перекосило. Когда он узнал, что его невеста превратилась в живой труп; когда понял, что криворукий некромант не помнит, как доделать начатое; когда Лиза попыталась сбежать от нас; когда она чуть не подралась со мной – Александр сохранял поистине королевское спокойствие. Но сейчас, когда к нему домой заявился родственник, парень дрогнул: на его лице отражалась смесь неприязни и какого-то опасения или чего-то вроде того…

– Быстро! Прячьтесь! – прошипел он, сгребая все вынутые бумаги обратно в ящик, хватая нас с Лизой за плечи и стараясь засунуть под стол.

– Я не полезу туда, – начал было возмущаться я, но девушка оказалась на стороне блондина и ловко затащила меня под столешницу, зажав рот своей холодной ладошкой и коварно улыбаясь.

– Ни звука! – приказал Александр, занимая место за столом и наклоняясь к нам.

Лизавета послушно кивнула, но он успел заметить хитрое выражение на ее лице и засветившиеся глаза. Буквально через пару секунд дверь в комнату распахнулась и под чеканные шаги его дядюшки, жених Лизаветы многозначительно уперся ногой в противоположную стенку стола, разделяя меня и девушку и давая четко понять, что заигрывания невесты со мной он не одобряет!

– Сашенька, – прозвучал голос вошедшего. – Дорогой мой!

– Рад видеть вас, дядя, – холодно приветствовал его блондин, в этот самый момент коленкой пытаясь отпихнуть от меня под столом подползшую ближе Лизу. – Чем обязан?

Невидимый мне мужик, судя по шагам, прошелся по комнате, а потом уселся напротив Александра:

– Разве я не могу просто проведать моего племянника?

– Конечно можете, дядя. Я всегда рад видеть вас…

Лиза под столом приложила палец к губам, показывая мне, чтобы я молчал, и потянулась своими холодными ладошками к моим джинсам. Я попытался отодвинуться, но только с глухим стуком ударился головой о столешницу, заставив гостя замолчать на полуслове:

– Все в порядке, Саша? – спросил он.

– Конечно! Я просто ударился коленом о стол, весьма неприятно, – отозвался блондин, опустив руку под столешницу и делая вид, что потирает ушибленную ногу, а на самом деле, показывая мне и Лизе кулак.

– Ну что же, – перешел к делу гость. – Как ты понимаешь, я пришел поговорить с тобой о важном. О княжне Троекуровой…

Услышав свою фамилию, Лиза прекратила приставать ко мне и вся обратилась в слух.

– Ты ведь знаешь, что кто-то похитил ее тело с кладбища…

– Я слышал об этом, – также совершенно холодно ответил Александр. – Ты думаешь, это сделал я?

– Нет конечно, – искренне отозвался Сергей Григорьевич. – Даже в мыслях такого не было. Бедная, бедная девочка… Очень жаль ее.

– Дядя, ведь ты пришел не для того, чтобы рассказать мне последние сплетни и городские новости, верно? Переходи сразу к делу, – в голосе блондина чувствовалась неприязнь, которую я раньше ни разу не слышал.

– Конечно, конечно… Я беспокоюсь о тебе, мой дорогой. Беспокоюсь о том, как ты переживаешь смерть бедной княжны…

– Елизавета была моей единственной любовью, – резко перебил своего собеседника хозяин дома. – То, что я горюю – совершенно нормально.

– Я знаю это. Знаю, что эта девочка нравилась тебе, она была действительно очень мила… Но она ушла и ее уже не вернуть. Я думаю, тебе стоит обратить свое внимание на кого-то другого, того – кто любит тебя и кто рядом с тобой, кто поможет двигаться дальше.

– Я уверен, что это мое личное дело, дядя!

– А я уверен, что в Петербурге много приятных молодых девушек, которые будут рады твоему вниманию.

– Я не знаю, что ты хочешь от меня, но я не готов двигаться дальше. Я скорблю, – снова отчеканил Александр.

Его собеседник, видя, что разговор зашел в тупик, решил сменить тактику. Если до этого он пытался выражать сочувствие, то сейчас голос стал жестким и в нем появились командные нотки.

– Это не только твое дело. Это дело семьи. У тебя есть долг перед твоей семьей, родом и страной.

– О каком именно долге идет речь, дядя?

– Женитьба по любви – это мило и приятно, дорогой, но мир и политика работают не так. Люди нашего круга часто заключают стратегические союзы и такие семьи порой оказываются более счастливыми и крепкими, чем те, что создавались по “любви”. К тому же речь не идет о том, чтобы ты женился на какой-нибудь старухе или вдове, речь идет о гораздо более приятном для тебя союзе! Что насчет дочери Шереметьевых? Я всегда говорил о том, что вы составите отличную пару и вы неплохо ладили до того момента, пока ты не познакомился со своей “единственной любовью”. К тому же, у них есть связи и бизнес, которые могут быть полезны для нас…

– Мне не интересно это, дядя. Я уже все сказал тебе!

– Просто подумай о том, какие прекрасные дети у вас появятся: с золотыми волосами, настоящие принцы и принцессы.

Терпение “златокудрого” лопнуло. Он ударил кулаками по столу так, что мы с Лизой инстинктивно прижались друг к другу, и встал:

– Довольно! Я не буду продолжать этот диалог, он не имеет никакого смысла. И у меня есть дела, так что я вынужден просить тебя оставить меня!

Гость миролюбиво кивнул и поднял руки, показывая что разговор закончен и продолжать спор он не собирается. Мужчина поднялся и Александр вышел из-за стола, намереваясь проводить гостя до выхода. Как только дверь за ними захлопнулась, Лиза зажала меня в угол под столом и прижалась сбоку:

– Что ты делаешь? – спросил я и так зная ответ.

– Хочу потрогать тебя, – улыбнулась девчонка, придвигаясь ближе и мне показалось, что я почувствовал ее дыхание. Хотя, какое дыхание может быть у нежити…

Ее губы оказались рядом с моим ухом, а пальцы коснулись кисти руки, от которой девушка, шагая пальчиками, направила свою ладонь к моей шее.

– А тебя вообще не смущает то, что мы тут слышали? Что твоего жениха хотят женить на ком-то?

Она на секунду остановилась, задумавшись, а потом покачала головой:

– Смущает, но не сильно. Ты мне интересен гораздо больше, чем он. Я никогда ничего такого не чувствовала! И я все еще думаю, что ты добавил в свой ритуал какой-то приворот…

Я не успел подумать о том, как она вообще может что-то чувствовать, как девушка прикоснулась губами к моей шее, и я словно погрузился в туман. От этого прикосновения по всей моей коже словно пробежали мурашки, я вспомнил те красные огоньки, которые видел на нити на кладбище и был почему-то почти уверен, что мои мурашки – это те же огни, которые сейчас курсируют между мной и Лизой под кожей. Дыхание перехватило, сердце застучало свое любимое “Бум! Ба-да-Бум” с утроенной силой. В голове осталась только одна мысль, только одно желание: резко притянуть Лизу к себе и впиться в ее губы.

Я положил руку девчонке на бедро, плохо понимая, что я собственно делаю. Провел вверх к ее талии, сжимая и прижимая Лизу ближе к себе. С ее губ сорвался стон и я увидел их – такие блестящие, яркие и манящие – совсем близко от моего лица… Всего одно движение отделяло меня от того, чтобы поцеловать ее и Лиза, совершенно точно не была против:

– Ну, чего же ты ждешь? – прошептала она и я с трудом сдержавшись прижался губами к ее шее.

Меня просто разрывало от эмоций, которые я испытывал в тот момент. Мне хотелось трогать ее везде и целовать везде. Ее руки стали теплыми, я чувствовал, как девчонка обнимает меня за шею, запуская пальцы мне в волосы…

В этот момент дверь в комнату хлопнула, и мы оба замерли. Молодой женский голос произнес:

– Мы ведь знаем с тобой друг друга сто лет, Сашка!

В этот самый момент на лице Лизы отразилось непонимание и она, практически потеряв ко мне интерес, попыталась развернуться, чтобы посмотреть кто же там пришел, но так же как и я ударилась головой о столешницу.

– Ой! – испуганно взвизгнула вошедшая девушка, – Кто это здесь? У тебя гости? Что твои гости делают под столом? – добавила она, определив источник звука и застучала каблуками в нашем направлении.

Ничего не оставалось, как вылезать из нашего укрытия.

– Ого! Ха-ха! Это так мило! Вы спрятались под столом моего Сашеньки, чтобы уединиться! – рассмеялась девица. – Вы прямо как дети! Мне нравится!

Высокая, красивая девушка в лучших традициях жанра. Розовая кофточка, обтягивающая приятную грудь, узкие голубые джинсы, яркий макияж, золотистые волосы, уложенные аккуратными волнами… Я сразу понял, что это та самая “дочь Шереметьевых” о которой говорил недавний гость.

– Я так рада познакомиться с вами двумя, – продолжала щебетать блондинка. – Меня зовут Дарья Шереметьева, я невеста Саши…

– Невеста? – спросила Лиза, но никто кроме меня не услышал ее. Я же заметил что на лице девушки отразилось что-то похожее на ревность: не хотелось ей отпускать от себя бывшего жениха, хотя пять минут назад она готова была изнасиловать меня прямо под его столом!

– Невеста? – озвучил я вопрос Лизаветы, переводя взгляд с блондина, который крайне недовольно смотрел на новую гостью. – Вы двое обручены?

Та неистово закивала.

– Были обручены, – мрачно пояснил Александр.

– Да, когда-то еще в детстве наши родители договорились о нашей помолвке, но потом все так закрутилось! А сейчас, представляете, судьба дает нам второй шанс… Уверена, это происходит потому, что нам суждено быть вместе! Наши судьбы соединены наверху, и никто и ничто не может разъединить нас…

Блондин, слушая как щебечет его новая невеста, тяжело вздохнул, закрывая глаза и, я готов был поклясться, что про себя он в этот момент считал до 10, чтобы успокоиться. Не помогло – Дарья не дала ему досчитать и вывела из равновесия:

– У меня есть гениальная идея! Просто гениальная! Сейчас в городе на Васильевском острове проходит фестиваль! Мы должны пойти туда все вместе! Это будет как двойное свидание, круто, да?

– Это неудачный момент, Даша. – попытался отмазаться блондин, и, видя как его гостья пялиться на Лизу, поспешил выдать, видимо, заранее подготовленную легенду: – Виктор и Анна мои гости, они только сегодня прибыли, устали с дороги и вряд ли хотят идти на фестиваль. Тем более, Анна троюродная сестра Елизаветы Троекуровой, она приехала в город, чтобы проститься со своей кузиной и вряд ли хочет развлекаться. К тому же она немая от рождения…

“Немая от рождения” Анна-Лиза обиженно и недовольно поджала губы и, не обращая никакого внимания на Дарью, болтавшую о том, что, конечно, именно, потому что эта девочка родственница Троекуровых ее лицо кажется блондинке смутно знакомым и что они обязательно подружатся, гордо прошествовала к своему блокноту и ручке, накарябав на листе:

“Отчего же! Я совершенно не против отдохнуть и развлечься со своим женихом Виктором! Мы с удовольствием отправимся на фестиваль прямо сейчас!”

Дарья довольно захлопала в ладоши, обнимая Лизу за плечо:

– Видишь, Сашенька, не все такие скучные и серьезные как ты! Ты же не думал развлекать своих гостей только визитами на кладбище и грустными речами? Мы хотим повеселиться за Лизавету, уверена, если бы она была здесь, то непременно одобрила бы такое решение.

“Без сомнения” – написала в блокноте Лиза, с самой милой улыбкой показывая его своей новой подружке и зло смотря на Александра. Тот только устало вздохнул, а я же впервые заметил, как глаза Елизаветы сверкнули пурпурным светом в отношении ее бывшего жениха, а не меня – она ревновала! И я, кажется, тоже почувствовал что-то подобное…

Глава 5

* * *

– Ваше Императорское Величество!

Громкий голос Министра и его торопливые шаги Император услышал еще из коридора, но отвечать не стал. Если дело не срочное, Министр отстанет и будет ждать у двери, пока у главы государства закончится его личное время и он не вернется к делам. Но Министр не отстал…

– Ваше Императорское Величество, кажется, у нас проблемы… – отрапортовал он, заходя в палаты государя.

– Ну что еще?

Высокий статный мужчина отложил в сторону джойстик от Sony Playstation и, недовольно развернувшись на диване, посмотрел на Министра. Футболисты на экране телевизора замерли, а ведь Российская Империя в этот самый момент выигрывала чемпионат мира в матче против Бразилии! Во дворце все прекрасно знали, что государь терпеть не может, когда его отвлекают от игры и, если уж советник решился побеспокоить главу Империи в такой ответственный момент, дело было действительно важное.

– Я по поводу княжны Троекуровой…

– Ты же утром уже мне говорил – я все помню. Молодая девушка, умерла, кто-то разрыл могилу, эксгумировал и украл тело… Мы минут 20 потратили на обсуждение случившегося, пришли к выводу, что это черные культисты начудили, порадовались, что род княжеский маленький да опальный, проблем с ними не будет. Что там могло еще произойти за несколько часов?

– Так-то оно так, Ваше Величество, но тут дело приобрело другой оборот… Нашли мы по камерам их…

– Кого? Культистов?

– КультистА. Один он был…

– Один? Богатырь что ли? Как же он в одиночку могилу разрыл и тело княжны с погоста упер? Ну да нева…

– Ваше Императорское Величество, – советник набрался смелости настолько, что даже рискнул перебить государя: – В том-то и дело. Он ее не унес, он ее увел…

Тут уже Император, которому до этого явно не терпелось вернуться к игре, потерял к происходящему на экране всякий интерес и во все глаза уставился на советника:

– Как это увел?

– Вот прямо увел. Прямо ногами…

– А ты уверен?

– На 98% уверен, Ваше Величество. Камеры в ближних районах засняли двоих: парня и девушку, они перелезли ограду колумбария и в город пошли, пока сторожа там прыгали вокруг разрытой могилы. Мы их уже ищем, но пока не нашли…

– Как интересно! – государь поднялся с дивана и прошелся по комнате. – То есть в России появился некромант, который на кладбище поднял тело и увел за собой? Ты понимаешь, что это значит?

– Понимаю, Ваше Величество, потому и решился побеспокоить Вас.

– Найди мне его! Живым! Чтобы ни один волос…

– Вот с этим как раз проблема, Ваше Величество! Отец Димитрий и Святой Орден тоже уже в курсе и тоже его ищут…

– Гребанные фанатики, – выругался Император. – Так запрети им!

– Ваше Величество…

– Ну да, ну да…

Император прекрасно знал, что запретить что-то Святому Ордену не может ни Министр, ни даже он. Формальный запрет вынести, конечно, можно, но соблюдать его они не станут. Империя взяла курс “на духовные скрепы” больше 100 лет назад, когда большевики попытались поднять революцию, но потерпели неудачу.

В те годы прапрадед нынешнего главы государства Алексея III – тогда еще цесаревич Алексей, сын Императора Николая II – настолько насмотрелся на ужасы, что кажется получил психологическую травму на всю оставшуюся жизнь и заключил с Церковью соглашение, которое действует до сих пор. Император – помазанник божий, Церковь – его главный оплот, а вера делает каждого в государстве сильнее, одаренные дворяне – посланы Богом, чтобы помогать главе Империи поддерживать власть, а темные искусства – некромантия и демонология – в стране запрещены (уж больно сильно тогдашнего цесаревича впечатлил Распутин, владеющий этими самыми темными искусствами).

Честно говоря, страна не сильно-то и страдала от этого запрета: демонологов в цивилизованном мире практически не было, а более-менее сильных некромантов было двое: один в Швеции, второй – в Бразилии. Оба они были легальны и прекрасно работали на благо своих стран! У Российской Империи – несмотря на огромные территории – некромантов и демонологов не было и власть вполне устраивала сказка о том, что это не у нас их нет – это нам их не надо. Святой Орден регулярно устраивал набеги на группы культистов, изучавших темную магию, и это государство тоже устраивало: черными искусствами в основном пытались промышлять безродные да студенты, мечтающие свергнуть Императора и учинить в стране Федерацию или Республику, будь они неладны. Орден успешно карал бездарных культистов в назидание остальным, оправдывая свое существование.

Но сейчас-то ситуация изменилась! Речь идет не о человеке с зачатками магии некромантии, способного только на то, чтобы прочесть старые трактаты, и которому жизни не хватит, чтобы таракана поднять. Речь идет о человеке, который уже сейчас многое может и это полностью меняет отношение Российской Империи к некромантии и отношение других государств, на службе которых такие одаренные есть, к Империи…

– Живым мне его найди! И Троекурову эту живой или как там правильно сказать… неповрежденной! А с Орденом и Церковью разбираться будем после того, как убедимся в его способностях…

* * *

Наблюдая за тем, как Елизавета злится и ревнует, я никак не мог поверить, что она действительно живая! Мои познания в области некромантии во многом ограничивались опытом игры в World of Warcraft за персонажа этого класса, но даже я знал, что обычная нежить типа зомби, скелетов или другой дряни не то, что чувствовать, она и думать-то особо не может! А значит, не может и ревновать… Правда, Лиза не была похожа ни на скелета, ни на зомби: себе на уме, слушаться меня как хозяина не желает… А ведь смысл подъема всей этой мертвой братии для некроманта должен состоять именно в том, что нежить становится его слугами: им можно дать какое-то задание и они пойдут его выполнять. Я мысленно представил себе, как даю какое-то задание Лизе и как она весело посылает меня на хер вместе с этим самым заданием и сразу же разочаровался в своих магических способностях. Хотя, именно сейчас, возможно, она сделает практически все, чтобы мне угодить!

Лизу сложившаяся ситуация бесила: в том, что она ревновала своего бывшего жениха к его подружке сомнений не было. И, конечно же, единственное, что пришло девчонке в голову – заставить Александра ревновать в ответ! А как это сделать? Естественно, используя меня! Поэтому Лиза не упускала возможности прижаться ко мне поближе, лишний раз взять меня за руку, написать в блокноте что-то о том, как нам хорошо вместе, но при этом она постоянно следила за реакцией Александра, который щедро подкармливал ее эго недовольными взглядами в мою сторону.

– А давайте сначала перекусим, а потом поедем на фестиваль? – предложила Дарья.

Как только речь зашла о еде, я вспомнил что за последние пару дней жевал только засохший пряник в квартирке на Стремянной. Да и тот выпал у меня изо рта, когда я начал орать в окно сбежавшей Лизе о том, чтобы она немедленно возвращалась (кстати, еще одно доказательство моей полной бездарности как некроманта – моя собственная нежить меня не слушается). Голод, которого я до этого момента вроде бы и не испытывал, в несколько секунд захватил все мои мысли. Я сразу почувствовал себя уставшим, голова заболела, а сил с трудом стало хватать на то, чтобы переставлять ноги. Мое настроение и слабость, судя по всему, передались и Лизе, которая стала еще более бледной чем обычно и как-то притихла.

– Зайдем в “Огненную реку”? – не успокаивалась Дарья, – Я уверена, твоим гостям будет интересно посмотреть шоу!

“Огненная река” оказалась рестораном с открытой кухней. Мы сделали заказ и сначала меня действительно интересовала только еда.

Кстати, выяснилось, что нежить в лице Лизы прекрасно умеет есть и даже делать вид, что наслаждается едой! Но вот свои силы она, судя по всему, подкрепляет через меня: как только я почувствовал себя лучше, Лиза тоже оклемалась и перестала напоминать снулую рыбу: начала улыбаться, участвовать в диалоге с помощью блокнота, снова приставать и прижиматься ко мне… Но в этот момент на кухне ресторана началось настоящее шоу. И там действительно было на что посмотреть!

Местный шеф-повар жарил стейки не на гриле, а на огне, который поджигал прямо на стойке щелчком пальцев. Я несколько минут пялился пытаясь понять, как он это делает, когда же шеф зажег в руке натуральный фаербол и, крутя его на пальце, словно баскетбольный мяч, стал использовать жар для готовки гарнира, у меня реально чуть не выпала челюсть на стол.

– Круто, да? – ткнула меня в плечо Дарья, весело улыбаясь и переведя взгляд на Лизу добавила, – вы же откуда-то из глубинки приехали, да? Там наверняка сильных одаренных нет…

Я, жуя божественно вкусный стейк, помотал головой, видимо, убеждая блондинку в том, что мы деревенские дурачки, которые ничего подобного никогда не видели. Впрочем, это было правдой – я действительно никогда не видел ничего похожего, хотя уже догадывался, что если здесь работает некромантия, то, скорее всего, работает и другая магия.

– Сашка тоже так может, – не унималась девушка. – Но не хочет!

– Даша, успокойся пожалуйста, – подал голос блондин, но новая невеста словно не услышала его.

– До 15-ти лет он был одним из самых перспективных одаренных огневиков в Петрограде! Ему прочили большое будущее, он мог такие штуки с огнем вытворять – закачаешься… у них вообще была очень сильная семья: сестра водой управляла, но, конечно, силы в ней поменьше было, чем в брате. Говорили, что Саша далеко пойдет…

“Почему только до 15-ти лет?” – накарябала Лиза в блокноте.

– Потом я попал в аварию, – тихо пояснил блондин и посмотрел на нее.

Мне показалось, что в его взгляде отразилась надежда на то, что Лиза все-таки помнит что-то о его прошлой жизни, как минимум такой важный эпизод, но нет.

Зато Дарья, толи забывшая о таком понятии, как чувство такта, то ли настолько желавшая похвалиться крутостью своего жениха, решила пояснить ситуацию:

– Да! Это была ужасная авария! Только Сашенька выжил, его родители и сестра погибли, он остался совсем один… Хорошо, что в тот момент я была рядом с ним, – здесь она прильнула к плечу блондина, цепляясь за его руку своими наманикюренными пальчиками. – Но с того момента свой дар Саша использовать больше не хочет.

– Не не хочу, а не могу, – уточнил блондин.

– Ой да ладно! Все тесты показывают, что сила у тебя осталась, что потенциал есть и ты можешь ей управлять если захочешь, – не унималась девушка и мне даже стало жаль немного Александра.

Официант принес заказанное виски. Я сделал глоток и покосился на Лизу – кажется, в этот момент она тоже сочувствовала блондину. Девушка протянула руку через стол, намереваясь коснуться его, но Даша перехватила ее ладонь. Я сделал еще глоток и меня словно ударило током. Перед глазами как-будто включили фильм – видимо так себя чувствуют экстрасенсы, когда к ним приходят видения…

Я увидел какую-то комнату, залитую светом. Сначала все было как в тумане, и я мог различить только силуэт, но потом картинка сфокусировалась и я узнал Лизу – прежнюю Лизу, живую и веселую. Она кружилась по большой комнате, а на кровати, вокруг которой она танцевала, лежало пышное белое платье. Девушка подскочила к сидящему в кресле Александру и села на подлокотник, обнимая парня за шею:

– Это так странно, – весело сказала она. – Я завтра стану твоей женой! С ума сойти!

Александр – куда менее строгий и холодный – мягко улыбнулся, погладил ее по волосам и поцеловал в макушку. Хотел что-то сказать, но, видимо, не успел: в этот момент в комнату постучали и, в ответ на короткое “да” в дверь просунулась голова уже знакомой мне Дарьи Шереметьевой.

– Вы чего творите-то, – возмущенно пробормотала она. – Это же нельзя так, чтобы жених видел невесту и платье до свадьбы! Сашка, а ну выметайся из комнаты!

– А мы не суеверные, – улыбаясь отозвался жених.

– Ну традиции-то надо соблюдать! – возмутилась блондинка.

Жених встал с кресла, Лиза снова обвила тонкими ручками его шею не желая отпускать.

– Я тоже не хочу тебя отпускать, – улыбнулся он. – Вдруг ты передумаешь?

– Нет конечно. Я не знаю, что должно произойти, чтобы я отказалась выходить замуж за тебя, – рассмеялась Лиза.

– О не волнуйся, если она откажется, я с удовольствием займу ее место у алтаря завтра, – вклинилась в разговор Шереметьева, весело смеясь. И мне показалось, что это был именно тот случай, когда в каждой шутке есть доля правды. – Давай-давай, Саша, выметайся, девочкам нужно поболтать и многое обсудить!

Блондин вышел из комнаты и как только дверь за ним закрылась, Дарья и Лиза взялись за руки и смеясь завалились на кровать, прямо на платье. Судя по всему они были хорошо знакомы раньше.

– У меня голова кружится, – засмеялась Лиза. – И немного болит… И тошнит…

– Конечно, дорогая! Но это просто мандраж перед свадьбой. Тебе нужно успокоиться! У меня есть одно средство…

Блондинка вскочила с кровати, и, под непонимающий взгляд Лизы, достала из кармана толстовки, в которую была одета, пузырек с какой-то жидкостью.

– Вот! – сказала она. – Валериана и еще какие-то травки, помогают успокоить нервишки. Ты же не хочешь, чтобы завтра прямо перед алтарем ты грохнулась в обморок или тебя стошнило от нервов на твое прекрасное платье?

Лиза отрицательно покачала головой, наблюдая за тем, как Дарья разводит несколько капель этого зелья в бокале с водой.

– Тогда выпей! Я тоже с тобой выпью!

У нее в руках было два бокала, но я почему-то был уверен: “успокоительное” было только в одном из них. Блондинка сунула в руки Лизе питье и чокнувшись с ней произнесла: “Чин-Чин”!

Я словно вынырнул откуда-то из глубины. Картинка резко погасла и постепенно я стал слышать звуки ресторана, в котором мы сидели. Придя в себя я сразу посмотрел на Лизу: она сидела не шевелясь, словно зависла. Ее глаза светились мягким фиолетовым светом, а по щеке текла слеза…

– Эй! Чин-Чин! – Дарья, не заметившая этого, стукнула своим бокалом о мой стакан с виски и о Лизин бокал и, отвернувшись, снова уставилась на шоу.

– Я вспомнила, – пробормотала Лиза. – Я ее вспомнила. Я знала ее раньше. Мы были с ней подругами…

– Я знаю, – я обнял девчонку за плечо, прижимая ее к себе. – Я видел все тоже самое, что и ты…

– Неужели это она меня отравила? – пробормотала Лиза.

– Мы разберемся в этом, обещаю…

Глава 6

Отменить поход на фестиваль из-за того что тебя, возможно, сопровождает твой собственный убийца? Нет, не слышали! Лиза, руководствуясь только ей понятной логикой (видимо, не просто женской, а еще и какой-то потусторонней) категорически отказалась это делать и, наоборот, начала активнее общаться со своей «подружкой», пытаясь узнать о той больше. В ответ на непонимающие взгляды Александра я только пожимал плечами: злобно сверкая на меня глазами, нежить категорически запретила мне говорить о нашем видении блондину, решив разобраться во всем сама.

Фестиваль. Толпы народу, шум, веселье… Уличные артисты, на которых я смотрел с таким же ужасом и восторгом, как и местные пятилетки, пришедшие сюда с родителями: я никак не мог понять, все, что они делают – эти просто фокусы или это магия чистой воды и люди, просто развлекающие публику, реально могут управлять стихиями? Сомневаюсь, конечно, что умение надувать воздушные шарики без баллона просто от щелчка пальцев местному ветро-магу приносит миллионы, но на меня (и еще на двух малышей, зависших с открытыми от восторга ртами рядом) это произвело неизгладимое впечатление!

– Там, откуда ты нет такого, да? – сострадательно поинтересовалась Дарья, видя мою отвисшую челюсть.

Я кивнул: да, там откуда я, люди не могут поднимать статуи из земли на потеху публики, просто шевеля руками. У нас такого, действительно, нет!

Мы с Лизой шатались по улицам и немного отдалились от центра действа, когда на мое плечо опустилась чья-то рука:

– Демидов Виктор Павлович?

Я обернулся. Передо мной стоял мужик в странного вида форме: какой-то гибрид одеяний ассасинов и полицейских, за спиной плащ, а на поясе висит меч (меч, блядь).

– Допустим, – машинально ответил я. – А вы кто?

– Святой Орден. Капитан Игнатьев, – отозвался мужик и даже раскрыл и сунул мне в нос некое подобие удостоверения. – Нам нужно поговорить!

Несколько секунд я тупо пялился на капитана, не понимая, что делать: блондин со своей невестой где-то потерялись, а гомонящие вокруг гости фестиваля и артисты не давали мне сосредоточиться. Лиза, державшаяся за моей спиной, вложила свою ледяную ладошку в мою руку и тихо прошептала:

– Надо бежать. Этот человек опасен, я это чувствую…

Да я, как бы, и сам уже догадался, что некий аналог инквизиции (судя по названию) не сулит ничего хорошего ни такому, как я, ни такой, как Лиза и медленно попятился назад. Я сделал несколько шагов, и капитан сделал несколько шагов в нашем направлении, не отводя взгляда и не моргая.

– Спокойно, – тихо сказал он, вытягивая вперед руку в перчатке, словно перед ним стоял не я, а дворовый пес или какая-то тварь, которую он загнал в угол. – Мы просто поговорим…

В этот момент на центральной улице где-то за спиной капитана карнавал перешел в новую стадию: начался не-то парад, не-то какое-то шоу, заиграла громкая музыку, послышались трубы и барабаны. Толпа загомонила и заулюлюкала. Народ, боясь пропустить самое интересное, стал собираться в небольшие группки и потек к центру событий мимо нас с Лизой и капитана, которого особо нетерпеливые малолетки толкнули, пробегая мимо, и заставили отойти на несколько шагов. Стоило ему отвести взгляд, как ко мне вернулось самообладание – словно ему сбили каст или что-то вроде того, я хватанул ртом воздух и схватив Лизу за руку потянул ее за собой:

– Бежим, скорее, – пробормотал я и стал пропихиваться против движения толпы, пытаясь скрыться от капитана.

– Демидов, стой! – услышал я за спиной его голос, но, конечно же, у меня даже в мыслях не было остановиться.

Я старался затеряться в толпе, волоча за собой девчонку и затылком чувствуя, как где-то недалеко капитан Игнатьев, как заправская ищейка, пытается взять наш след. Улочки острова, на котором проходил карнавал, были узкими, запутанными и переплетались между собой в странного вида лабиринт, заблудиться в котором было очень легко. Пару раз мы заходили в тупики и каждый раз, когда перед нами возникала каменная стена и путь дальше был отрезан, я боялся, что за спиной появится этот чертов инквизитор и все закончится прямо сейчас, но нам везло.

В какой-то момент я понял, что больше не держу Лизу за руку и запаниковал. Впрочем, пропажа нашлась быстро – девчонка выскочила из какой-то неприглядного вида двери в соседнем домишке, держа в руках бутылку с мутной жидкостью.

– Пей! – она протянула мне сосуд.

– Что это? Где ты это взяла и почему я должен это пить?

Я откупорил крышку и в нос мне сразу же ударил запах браги – судя по всему, в бутылке была самогонка и при том весьма сомнительного качества. Я поморщился и отшатнулся, но Лиза снова подтолкнула мою руку с бутылкой ко рту:

– Пей!

– Да не хочу я это пить! Нафига?

– Потому что, когда ты пьешь, я становлюсь сильнее!

– Это что еще за новости? – фыркнул я, взглянув на девушку, которая упрямо наморщила нос.

– Откуда я знаю, как это работает! Просто пей!

Я снова принюхался к браге – пить ее мне совершенно не хотелось, ко всему прочему я никак не мог понять на основании чего Лиза сделала вывод о том, что, когда я пью она становится сильнее? Или это какое-то местное правило, типо “Пьяный некромант = сильный некромант”…

– Да сделай уже глоток, – зло топнула ножкой нежить. – Или мы будем стоять тут и ждать того мужика?

В очередной раз подумав о том, что некромант из меня никудышный (где это видано, чтобы недоделанная нежить хозяину приказывала), я зажмурился и сделал глоток из бутылки. Зачем? А черт его знает! Решил проверить теорию Лизаветы…

Слышали знаменитую фразу из песни, давно ставшую мемом: “в Питере пить”? В моей реальности в северной столице, действительно, бухал едва ли не каждый второй житель, как обстояли дела с алкоголизмом в местном Санкт-Петербурге я не имел ни малейшего понятия, но самогонка у них была знатная. Выносила, как говориться, с одного удара… Сделанный мной глоток – как встреча с давно потерянным другом, таким далеко знакомым и так сильно изменившимся. Такое отвратительное пойло последний раз я пил очень давно, еще в свою бытность студентом, и сейчас я словно попал в машину времени. Алкогольное тепло практически сразу начало разливаться по телу, отодвигая на задний план даже мысли о встрече со Святым Орденом. Я почувствовал, как замедляется течение времени, а волнение, страх и даже банальная повседневность распускают свои узлы, отпуская и прекращая давить на сознание. Я быстро погружался в лабиринт опьянения. Звуки становились более насыщенными, а обычные предметы преобразовывались в волшебные артефакты. Лиза, наблюдавшая за происходящим, заулыбалась, я увидел, как ее глаза снова засветились тем чудесным фиолетовым цветом, а на бледных щеках даже выступило что-то похожее на румянец…

– Еще! – скомандовала она, снова подталкивая мою руку с бутылкой к лицу, и я послушно хлебнул еще этой мутной жижи.

– Ты такая красивая, – протянул я, цепляясь за остатки сознания и пытаясь не дать себе окончательно потерять контроль над реальностью. После еще пары глотков эйфория сменилась тошнотой, а мысли уже потеряли свою четкость.

По мере того, как я чувствовал себя все хуже, Лиза, наоборот, преображалась. В ее взгляде, движениях, появилась какая-то уверенность, легкость, словно она точно знала, что делать. Она схватила меня за руку и потащила куда-то по узким проулкам, лавируя между встречными прохожими, спешащими к центру фестиваля. Ну, точнее, лавировала княжна – я же болтался за ней, словно мешок с картошкой, постоянно на кого-то натыкаясь и с трудом переставляя ноги. Чертово зелье я уже где-то потерял, но моей нежити, судя по всему дозаправка уже не требовалась. Когда мы вышли к очередному тупику, девчонка разочарованно вздохнула, а потом, дождавшись пока рядом не будет прохожих, одним прыжком заскочила на крышу невысокого здания, еще и меня подняв. Даже в моем тогдашнем состоянии я этот маневр оценил и Лиза, довольная тем, что произвела на меня впечатление, потащила меня дальше уже по крышам, выискивая местечко, подходящее для того, чтобы мы могли спрятаться…

Стоило только нам устроиться на небольшом чердаке, как самогонка окончательно победила и меня вырубило. Когда же я открыл глаза, вокруг было уже темно – на город опустился вечер, а Лизавета стояла у слухового окошка крыши и пялилась куда-то вдаль. Переборов головную боль и облизав пересохшие губы, я встал и подошел ближе:

– Красивый город, – тихо произнесла девушка. – Это так странно: я здесь жила, но я его совсем не знаю. Я ничего не помню… Только тот короткий отрывок, который мы с тобой оба видели. Кто я? Откуда? Какое место в этом городе было моим любимым? Какую еду я люблю? Какие напитки…

– Знаешь, – ответил я, – может это и хорошо?

Лиза вопросительно посмотрела на меня, а я продолжил:

– Сейчас ты можешь стать любой. Выбрать новое любимое место с красивым видом, завести новых друзей, попробовать десятки разных блюд и выбрать то, что тебе понравится…

– Да, – хмыкнула Лиза. – Только я не ем, ты забыл. Вкуса не чувствую.

– Ну это временно. Это мы исправим. Я тебе обещаю, что сделаю все возможное, чтобы ты стала обычным человеком. Александр говорит, что с кошкой же получилось…

Я осекся на полуслове, сообразив, что использую какое-то некорректное сравнение, и покосившись на Лизу, наткнулся на ее удивленный взгляд – видимо, она тоже поняла, что сравнение так себе. Она смотрела на меня пару секунд, не моргая своими удивительными фиолетовыми глазами, а потом рассмеялась! Так звонко, живо и заразительно, что и я захохотал, игнорируя головную боль.

– Ладно, великий некромант, – весело сказала она. – Я тебе верю. Начну, пожалуй, с нового любимого места. Как тебе этот чердак? Красивый вид, безопасное местечко…

Я одобрительно кивнул, и девчонка снова улыбнулась.

На чердаке мы провели несколько часов, а затем не придумали ничего лучшего, чем двинуться к дому блондина. Дорога в пару километров показалась нам безумно долгой и страшной, хотя мы никого не встретили на нашем пути. Тем не менее, к поместью аристократов Вяземских (к роду которых и относился блондин) мы пробирались, прячась по подворотням, трусливо вздрагивая от каждого шороха и молясь всем известным богам о том, чтобы избежать встречи со Святым Орденом. Особняк не спал, а потому, уже знакомый нам водитель-дворецкий впустил нас едва мы оказались у ворот имения и проводил к хозяину. Тот уже был в курсе нашей неприятной встречи с инквизицией.

– Глупо было предполагать, что они не знают о вас, – пробормотал он себе под нос, – Нам нужно скорее убираться отсюда и времени у нас совсем мало, пока Орден не сообразил, что к чему.

– Звучит как очень хреновый план, – подал голос я.

– У тебя есть план лучше? Предлагай!

Я примирительно поднял руки вверх – другого плана у меня не было.

“Куда мы поедем?” – вступила в разговор Лиза, накорябав вопрос в блокноте.

– Да куда угодно, у нас огромная страна. Мы найдем, где спрятаться!

– По-моему, крайний раз ты говорил о том, чтобы выехать ЗА ПРЕДЕЛЫ этой “большой страны” куда-то в тепло и к морю, – возмутился я.

– По-моему, крайний раз ты еще не был в розыске и шансы того, что в аэропорту нас будут ждать люди ордена были минимальны, – огрызнулся в ответ блондин.

В общем, было решено свалить из города в ближайшее время, а до этого момента Александр запретил мне и Лизе покидать его поместье, велев читать книги по некромантии и пить. К идее княжны о том, что как пьяный некромант я гораздо сильнее, чем как трезвый он отнесся более чем серьезно.

– Теоретически, я могу предположить, что когда ты пьянеешь, ты сбрасываешь какие-то барьеры, которые мешают тебе взаимодействовать с энергией смерти когда ты трезв. Какие? А хрен его знает! Может ты боишься или, например, подсознательно не веришь в свои силы, думаешь, что знатно накосячил и теперь не сможешь доделать начатое, а потому не хочешь даже пробовать…

При желании, в теории Александра я даже мог уловить некий здравый смысл: я действительно все еще не до конца верил в то, что со мной произошло. Не верил в магию стихий, не верю в то, что я оказался в параллельном мире, где умудрился оживить отравленную княжну. Пьяному же мне абсолютно пофигу и на княжну, и на магию, и на все, что происходит вокруг.

– И что мне теперь, постоянно упиваться той мерзкой сивухой? – поморщился я, решив для себя все же для чистоты эксперимента нажраться разок-другой.

– Нет, – отрезал блондин. – Самогон не подходит. Слишком сильный и быстрый: сразу сбивает с ног, а нам нужно чтобы ты оставался в сознании и мог творить…

– Творить, – повторил я задумчиво. – Как поэтично ты называешь этот процесс!

Блондин пересек комнату, открыл бар и достал оттуда большую бутылку виски.

– Думаю, виски или коньяк подойдут лучше, – протянул он. – Ну и еще нужно будет повышать толерантность к алкоголю!

– Чего-чего? – протянул я.

– Тренироваться пить так, чтобы даже в состоянии опьянения ты оставался в более-менее трезвом уме и твердой памяти!

– То есть ты предлагаешь мне умереть от цирроза печени раньше, чем меня найдет Святой Орден? Да еще и бухать в одиночку, как заправскому алкоголику? Ты же со мной пить не будешь, как я понимаю…

– Я буду, – подала голос Лиза. – Я буду с тобой пить! Меня все равно не возьмет, я не опьянению! И все равно мы будем вместе находиться, чтобы я могла чувствовать работает этот метод или нет.

Блондин нежить не услышал, но, кажется, понял о чем речь и одобрительно кивнул. Лиза просияла, в два прыжка доскакала до бара, схватила выделенную нам Александром бутылку и вопросительно уставилась на меня.

– Что, сейчас? – я поморщился. – Я еще от сивухи твоей до конца не отошел, а ты хочешь залить в меня еще литр вискаря? Меня просто сблюет и на этом все закончится… До утра я пас, пить не буду!

* * *

– То есть, я правильно понимаю, что ты его видел и дал ему уйти?

Капитан Игнатьев, только что отчитавшийся о своем сегодняшнем провале главе Святого Ордена, кивнул и немного склонился вперед, пытаясь поклониться. Сделать это, стоя на одном колене в достаточно громоздкой форме, было непросто, но он не привык жаловаться.

Капитан смотрел в пол, разглядывая узор на плитке, украшавшей малый зал Казанского собора, и, то и дело, косился на туфли человека, расхаживающего перед ним взад-вперед. Полы длинной белой рясы, отделанной золотой лентой, колыхались при ходьбе, открывая взору капитана дорогие туфли от GUCCI из мягкой кожи, украшенные какой-то незатейливой пряжкой – именно ее и пытался разглядеть капитан.

Человек сделал несколько шагов вправо, потом развернулся и прошел такое же расстояние в противоположную сторону…

– А княжна? Ты видел княжну? – задавая этот вопрос человек замер буквально на долю секунды, а потом продолжил свой путь.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.