# Просто Нина. Воспоминания

Нина Рублёва

Эта книга — воспоминания обычной женщины, которая родилась в СССР в 1948 году. Она бесхитростно описывает свою жизнь. Казалось бы, это интересно только ее родственникам. Однако когда начинаешь читать, сложно оторваться. Постоянно ловишь себя на мысли: это точно было? Так изменилась жизнь и так изменились люди.

## Глава 1. Как мне изменили судьбу

Моя мама работала на Горьковском автомобильном заводе. Во время войны завод эвакуировали в Нальчик. Там и познакомилась с моим отцом. Интересно, что она видела его в зеркале ещё до знакомства. Девчата любят гадать. Вот она с подружками под старый новый год и погадала: «Суженый мой, ряженый, приди ко мне наряженный…» Он и показался ей. Девчата сразу перевернули зеркало. Визгу было много.

Ещё до окончания войны воинская часть отца была переброшена в Нальчик. Он был водителем. Подвозил на передовую патроны, оружие, солдат. Был веселый, задорный, на гармони играл. Рисковал, поэтому у него было много наград.

Я родилась 22 декабря 1947 года, в понедельник. В загсе у мамы работала подруга, и она посоветовала маме записать меня в начале года. Так в свидетельстве о дате рождения у меня появилась дата 2 января 1948 года, пятница. Чуть омолодили меня, считалось, что девочкам это на пользу. Знахари говорят, что этим они изменили мою судьбу.

Из своего раннего детства помню большой чемодан, довольно глубокий. С ним отец вернулся с войны. А поскольку после войны жизнь была трудной, то этот чемодан служил мне манежем. В нём я играла с куклой, у которой голова, ноги и руки были из пластмассы, а туловище сшито из ткани. Это была настоящая прекрасная кукла, хоть волосиков на голове у неё не было. Я повязывала ей платочек и она была самой красивой. Ещё помню много медалей и полосок цветных. Назначения их я не знала, но они мне очень нравились.

Крестили меня в соборе города Омска, откуда родом мой дед. Крестной матерью стала монашка. Мама рассказывала, что я раскричалась в церкви, а монашка подошла и попросила разрешения у мамы «окрестить дочку». Взяла меня на руки, и я замолчала. Мама с теплотой вспоминала эту женщину. Они долго общались. У Крестной было своих две девочки. Они тоже стали монашками.

Ну вот, со мной вы познакомились. А теперь пойдём "от печки", расскажу про тех родственниках, о ком знаю со слов мамы и о тех, кого помню сама.

## Глава 2. Дедушка Иван, бабушка Поля и другие родственники

Дедушка Иван раньше работал начальником железнодорожной станции Называевка Омской области. Сюда они переехали, до этого жили в Ельце, где был отчий дом Полины — его жены. Вернее, жили рядом с Ельцом, в селе Чернышовка, Орловской губернии. У деда Ивана было шестеро детей. Старший сын Митрофан. Потом родились Александра, Николай, Зоя, Варвара – моя мама и Анна.

Бабушка Поля очень рано ушла из жизни. Вскоре после революции она попала под поезд. Дедушка Иван очень любил её. При жизни называл её Полюшкой. А вот поженились они интересно. Бабушка Поля была из знатной семьи. Молодые случайно познакомились и полюбили друг друга. Отец Полины, Владимир, не возражал, но поставил условие: надо было самому жениху сделать приданное, достойное сословию невесты, одеть себя и невесту в шикарные наряды для венчания в церкви. Ни разу не слышала каким путём дед заработал эти деньги, но он женился на моей бабушке.

Дедушка был кучерявым высоким блондином с голубыми глазами, а бабушка — невысокой брюнеткой. Бабушкин отец, не поскупился. Он щедро одарил молодых после свадьбы. Дедушка с бабушкой часто переезжали, и дети у них рождались в разных городах.

Прадед Владимир был человеком деловым, выстроил просторный, кирпичный дом в два уровня. Часть дома он сдавал под школу для занятий с учениками. В этом же доме держал и магазин. У Полины была сестра Акулина. Она курила и играла на гармошке. Без мужа воспитывала сына. Другую сестру Поли звали Варвара. Она удачно вышла замуж. Жили в достатке. Ещё у Полины были братья. Один из них умер, поранившись при строительстве своего дома.

Когда была революция, то Полин отец был сослан в Сибирь, но по дороге бежал. Время было сложное, дети были вынуждены официально отказаться от отца. В результате прадед жил недалеко от детей в лесу и тайно приходил к ним изредка помыться и запастись едой. Мама рассказывала, что так в лесу на пенёчке и умер. А было ему 103 года. А один раз сказала, что не умер, просто перестал приходить за едой и пропал. Кто-то говорил, что ему удалось сбежать в Польшу. Как на самом деле было — не знаю, да и спросить уже не у кого.

Бывало, к маме приезжала сестричка Аннушка. Они любили поговорить, но только при закрытых дверях. По маминым воспоминаниям, бабушка Поля была очень доброй. Жили они с дедом хорошо, не бедствовали, не ссорились. Перед праздниками бабушка старалась делиться с соседями, которые беднее их жили, мукой, сладостями, одеждой. После гибели бабушки дедушка воспитывал детей один. Старшие уже свои семьи завели, а младших помогала воспитывать старшая — Александра.

Дед Иван был набожным человеком. Верил в силу добра. Он говорил так: «В Бога я верю, а попам доверия нет» и в церковь никогда не ходил. Читал много книг, в том числе и Библию.

Старший сын дедушки Ивана – Митрофан уехал в Пермь. Там создал семью. Поддерживал отношения только с Зоей. У тётушки Зои я и видела только один раз его жену Татьяну.

Николай тоже жил в Называевске. Это теперь большой город в Омской области. У него было пятеро детей. Старшие мальчишки: Анатолий, Михаил. Потом родились Маруся, Нина и Иван. Нина была моя ровесница. Я больше всех с ней общалась, когда к ним приезжала. Она не все буквы выговаривала, сложно было разобрать, что она говорила, поэтому дразнили её картавой. Но я всё понимала. И если другие её не понимали, то просили меня перевести. Это у меня хорошо получалось. Насколько я помню, дядя Николай, как и дед, работал начальником железнодорожной станции. В пятидесятых годах они жили довольно бедно. Семья большая. А вот по маминым воспоминаниям я в этой семье была своей. Если меня дома было трудно накормить и удивить чем-то, то здесь за компанию я не страдала отсутствием аппетита. Ела всё подряд и похваливала. Мама удивлялась – картошка в мундире с луком и черным хлебом была для меня такой вкусной. А дома я это не ела. Видимо, в компании всё вкусней. Дядя Николай выстроил по очереди всем детям дома в Омске. Дал им образование. Нина тоже вышла замуж и счастлива в браке. Вот только жаль я с ними не имею никакой связи.

Александра всю жизнь прожила рядом с отцом, а в дальнейшем помогала меньшей сестре Анне поднимать ребятишек. Мы все называли тётю Александру нянькой. Она всех меньших сестёр подняла на ноги и воспитывала племянников. У неё не сложилась личная жизнь. Вышла замуж по любви ещё в царской России. Муж был служащим. Зарабатывал достаточно, чтобы содержать семью. У них родилось двое детей. Детки уже подросли, когда заболел какой-то инфекцией муж, заразил детей и все они умерли. Такое потрясение и такое горе никому не под силу. Я помню Александру болезненной и доброй. Какие она пекла вкусные калачи! А какой был чай вкусный с запахом молодой полыни! У меня сохранились яркие, тёплые воспоминания о том периоде, когда нянька жила возле деда. Помню петуха, который норовил меня клюнуть, когда я, бегая по улице, забегала в курятник. Нянька веником отгоняла его от меня.

Ещё помню глубокие колеи от машин. Как-то шёл дождь летом. Колеи наполнились водой, и я вместе с деревенскими ребятишками бегала по колеям. Вода доходила местами до пояса. Мы поскальзывались и падали. Потом мокрые бегали домой переодеваться. Когда нянька надела на меня последнее сухое платье, то шлёпнула и посадила возле окна. Но я не сердилась и не плакала. Со стороны было интереснее смотреть на бегающих уже голышом маленьких ребятишек.

Помню дедушку Ивана уже стареньким. Он любил со мной играть. Я бегала от него вокруг дома, а он с палочкой бежал за мной и кричал «Ишь какая шустрая! Всё равно догоню». А потом садился на лавку под окном и жаловался, что я его уморила.

Зоя была белокурой, статной, голубоглазой красавицей. Она рано отделилась от семьи. Уехала в город Горький. Поступила в медицинское училище. Поклонников было много, но она держалась с достоинством. Ухаживал за ней парень симпатичный, местный горожанин. А она не принимала его всерьёз. Он покупал билеты в кино, а она шла туда с подругой. Видимо за её заносчивость бог послал ей в женихи бухгалтера. Дядя Вася был на войне и имел много ранений. Молодой-то был хорош, а с возрастом болячки обострились. Он никогда не ругался, но всё время брюзжал. Когда я познакомилась с ними, в 1965 году, они жили в однокомнатной квартире, а потом им дали квартиру из трёх комнат в новом доме, по льготе, как семье участника Великой Отечественной войны.

У них был единственный сын Аркадий. Дядя Вася и Аркадий были Логиновы, а тётя Зоя оставила себе девичью фамилию и писалась Ивановой. К моему приезду Аркадий был уже женат и жил отдельно со своей семьёй на частной квартире. По образованию был врачом-рентгенологом. Дядя Вася прожил 79 лет, а тётя Зоя дожила до 96 лет. Спустя три года умер и Аркадий. У него было двое детей. Я их видела ещё маленькими. Аннушка переехала в Горький – теперь Нижний Новгород. Вышла замуж за инженера. А вот Володя пришёл из армии и вскоре женился на женщине с тремя ребятишками. Все были против этого брака, а он живет хорошо и счастлив. Мать Володи и Анны была родом из города Керчь. Я видела её ещё до рождения детей. Маленькая, худенькая, чёрненькая. Тётя Зоя и дядя Вася не очень-то были к ней благосклонны, и она почти не бывала в их доме. Вместе с Аркадием они прожили 20 лет, а потом разошлись. Валя уехала на родину к матери. Аркадий не очень-то грустил. Мать помогала ему с детьми. А потом женился на другой, бездетной и тоже Валентине. Привёл её в дом к матери. Детей у них общих не было. С детьми Аркадия она не ладила, но та самая трёхкомнатная квартира досталась ей.

Варвара – это моя мамочка. Красивой женщине с красивым именем досталась нелёгкая судьба. Родилась она в 1918 году. Закончила в школе семь классов. Для тех времён это было хорошее образование. Когда ей исполнилось 18 лет она переехала в город Горький к сестре Зое и устроилась работать на автозавод. Во время войны она работала за станком. Много рассказывала о том, как бомбили завод. Ведь там делали военную технику для фронта. Отстояв смену за станком, уходили отдыхать там же на автозаводе. Питались в заводской столовой. Один раз их чуть не отравили, подсыпав в котёл яд. Повар попробовал блюдо и умер. Поэтому массового отравления не было. И в тылу была война. С заводом она эвакуировалась в Нальчик. Там они и познакомились с моим отцом Фёдором. Мама в шутку называла его рыжий Федя.

А отец был родом из Сибири. Родители его жили в Томской области. В семье было пятеро детей. Старшие Иван и Николай уже обзавелись семьями и жили в городе Свердловске. У Ивана было два мальчика, а у Николая в то время была маленькая девочка. Николай был женат на китаянке. Её я один раз видела. Симпатичная женщина, немного стеснительная. Отец мой с нами переехал в Свердловск, когда мне шел пятый год.

Его сестра Степанида тоже жила в Свердловске в общежитии. Пару раз я у неё ночевала. Одноэтажное здание с удобствами на улице. В комнате было коек двенадцать. Под каждой койкой стоял свой горшок или ведро. Ночью девчонки не выходили на улицу, а утром выносили. Кровати были заправлены одинаково в белые простыни с одеялом внутри, как в пионерском лагере. Вспоминали как дали ей такое имя. Когда девочка родилась, то моего папулю (старшего брата новорождённой) отправили в сельский совет зарегистрировать девочку и назвали имя. А он пока шёл – забыл. И назвал её Стёпкой. Вот и появилась Степанида. Но, насколько я знаю, личная жизнь у неё не сложилась. Замуж не вышла и детей нет.

Младший брат Василий жил в то время с родителями. Мать отца, моя бабушка, была на вид очень суровой. А деда вообще не помню какой он был. Мама говорила, что он поляк. Помню баню деревенскую. Там было жарко, и я угорела. Меня вынесли в одеяле и отпаивали молоком. Странно. Мне сейчас 67 лет, а я много помню из своего раннего детства.

Анна – младшая мамина сестра, моя любимая тётушка. Родилась она в 1920 году 31 декабря. Так сказать, подарок к новому году. Тоже закончила семь классов школы. Очень симпатичная и видная девочка была. В 1939 году вышла замуж, а в 1941 году родился мальчик Валентин. Мужа забрали на фронт. Так она его больше и не видела. Когда мама эвакуировалась в Нальчик и она туда приехала с сыном. Мама с тётей Нюрой, так мы её называли, часто вспоминали период жизни в Нальчике. Особенно климат. Утром на рынок идёшь и фуфайку одеваешь, а с рынка идёшь – на себе её несёшь.

После войны, в 1951 году тётушка вышла замуж за фронтовика. Всем был хорош человек. Руки золотые у него были. Он и мебель сам делал красивую, резную. Он и валенки катал и ласков был. Был у него большой недостаток: как напьётся всех гоняет. Правда, это было редко. По национальности он был татарин – Пименов Иван. Родня его была против того, чтобы Иван женился на русской. Но он не мог отказаться от красавицы. Тогда его брат вместе с матерью приехали разобраться с невесткой, но она им понравилась. Погостили, а уезжая, сказали, что Ваня такого счастья не достоин. Посоветовали жить и не обижать. Валентина он принял как родного. Потом родились ещё три девочки – Надежда, Вера и Любовь. Девочки родились с небольшим промежутком.

## Глава 3. Жизнь в Свердловской области. Школьные годы

После смерти дедуш