Сергей (Вождь)
Песнь рун и ветров

Глава 1. Кровь на стенах: пробуждение силы.

Адель проснулась от стука в окно.

Стук. Опять.

Она открыла глаза. За стеклом — лишь луна, багровый глаз в небе, и ветви старого дуба, бьющие по раме, как когти.

— Это началось, — прошептала она, касаясь стены.

Стены замка кровоточили. Капли падали на пол. Одна — прямо у её кровати. Адель наклонилась. Жидкость была холодной. Но не вязкой, как кровь. Переливалась, словно жидкий сапфир.

Она коснулась лужицы пальцем. На коже остался след. Руна. Перевёрнутая капля.

«Руны просыпаются, когда кровь предков зовёт. Они — не магия. Они — память».

В зеркале её спальни отразилась чужая тень — высокая, с длинными пальцами, скребущими стекло.

— Ты видишь меня, — прошептал голос. Губы отражения не двигались.

Утро кошмаров

На рассвете Адель спустилась в трапезную. Слуги избегали её взгляда, перешёптываясь:

«Она ходит по воздуху»;

«Её тень живёт отдельно»;

«Когда она смотрит на цветы, они расцветают… и умирают».

За столом сидела фрау Гертруда. Её глаза светились зелёным пламенем — как у матери перед смертью. Не хочу снова видеть этот свет.

— Доброе утро, госпожа, — проговорила она, не поднимая взгляда от чашки. — Вы выглядите… иначе.

Адель почувствовала холод в груди. Руна на пальце пульсировала, будто предупреждая: «Она знает».

— Что ты скрываешь? — спросила Адель, сжимая край стола.

Фрау Гертруда оскалилась, обнажив острые зубы:

— То, что ты боишься признать.

— Сила приходит с ценой, — добавила она тише. — Ты думала, что победила?

Первая встреча с Казимиром

В полночь из тумана выступил Казимир — её бывший наставник, теперь чернокнижник. Он стоял на краю замкового рва, его плащ шевелился, как живое существо. Но Адель заметила: пальцы Казимира дрожали. Он не уверен в своей силе.

— Я тоже верил в тебя, — сказал он. — Пока ты не отвергла дар, который я принёс из‑под дуба.

За ним стояла фрау Гертруда. Теперь её глаза горели ярче, а из‑под рукавов проступали зелёные вены, пульсирующие в такт дыханию.

— Я служила Лесу… — её голос дрогнул, — пока он не предал меня. Теперь я служу силе.

Адель подняла руку. Руна на ладони вспыхнула синим, и Казимир отшатнулся.

— Ты ещё не понимаешь, что пробудила, — сказал он. — Древний ждёт. И он голоден.

«Он ест время. И твой род — его трапеза».

Тайные знаки замка

Адель отправилась в библиотеку. Чёрная книга шевелилась, словно дышала. Её переплёт трескался, выпуская облака пыли, складывающиеся в образы:

Казимир, приносящий в жертву детей у корней древнего дуба;

фрау Гертруда, пьющая кровь летучих мышей;

юный предатель, который на самом деле — внук ведьмы, сожжённой триста лет назад.

Из книги раздался голос Магды — её покойной матери:

— Открой меня. Я покажу тебе правду.

Адель коснулась обложки. Перед глазами вспыхнули воспоминания:

Церемония триста лет назад: её предки, облачённые в чёрные мантии, режут запястья над чашей. Кровь смешивается с землёй, и из неё вырастает город из костей.

Печать на крови: руны, выжженные на коже старшей дочери рода, становятся ключом к запечатыванию Древнего.

Предательство: один из предков нарушил ритуал, оставив щель, через которую теперь просачивается тьма.

— Они хотят использовать тебя, — сказала Магда. — Но я могу помочь.

— Чем? — Адель сжала кулаки. — Ты пыталась забрать моё тело!

— Я пыталась спасти тебя. Лес не отпускает своих детей. Казимир знает это. Он хочет стать новым Хозяином.

Ночь первого убийства

На следующее утро Адель нашла в трапезной тело горничной Лизы. Её грудь была распорота, а в ране росли белые грибы с лицами — их глаза следили за Адель.

Во рту — вкус железа. Это не кровь Лизы. Это моя кровь, поднявшаяся от страха.

Среди слуг стоял юный помощник повара. Он смотрел на труп с нескрываемым восторгом.

— Ты, — прошептала Адель, глядя ему в глаза.

Мальчик улыбнулся, обнажив острые зубы:

— Я ждал тебя. Казимир обещал мне силу.

Он вытащил нож с гравировкой — перевёрнутый крест в круге.

— Ты убила Мартина. Теперь я убью тебя.

— Кто ты? — спросила она.

Мальчик рассмеялся, и его лицо растянулось, обнажив череп с зубами:

— Я — последний из рода Хейнц. Ты заплатишь за то, что сделали твои предки.

«Мой дед сгорел на костре, когда твой род запечатал Древнего. Теперь ты заплатишь».

Адель почувствовала, как руны на её коже ожили. Они запульсировали, образуя защитный круг вокруг неё.

Пробуждение рун

Адель бежала по коридорам замка. Руны на её теле горели, оставляя синие следы на стенах. Она чувствовала, как сила растёт, но вместе с ней — и голод.

В часовне она остановилась перед алтарём. На нём лежала старая карта с отметками:

город из костей;

древний дуб;

могила ведьмы Хейнц.

Руна на её ладони указывала на могилу.

— Он там, — прошептала Адель. — Казимир ждёт меня.

Но прежде чем она успела шагнуть к двери, зеркало за её спиной треснуло. Из трещины выползла тень — та самая, что она видела ночью.

— Не иди, — сказал голос. — Он обманет тебя.

— Кто ты?! — крикнула Адель.

Тень растворилась.

На стекле — буквы.

Они светились.

Как свежая кровь.

Как обещание.

Или угроза.

«КЛЮЧ — В КРОВИ. КРОВЬ — В ЗЕМЛЕ. ЗЕМЛЯ — В КОСТЯХ».

Глава 2. Предатель среди слуг: корни зла.

Замок фон Рейхенштайнов жил своей жизнью — но теперь эта жизнь была пропитана тьмой. Каменные коридоры шептали, а в углах собирались тени, похожие на свёрнутые коконы.

Адель шла по восточному крылу, где располагались комнаты слуг. Дверь в каморку юного помощника повара была приоткрыта. Внутри — запах гнили и мерцание зелёного света.

Она вошла.

Комната предательства

На столе лежал череп ворона, наполненный кипящей кровью. Вокруг него — свечи из воска, смешанного с пеплом. На стенах были нарисованы руны — не те, что в Чёрной книге, а иные, с острыми углами и символами, похожими на когти.

У окна стоял мальчик. Его спина искривилась, а из‑под кожи проступали зелёные прожилки.

— Ты знал, что я приду, — сказала Адель, не скрывая гнева.

Он обернулся. Его глаза были чёрными, а рот растянулся в улыбке, обнажив двойной ряд зубов.

— Конечно. Я ждал этого момента.

— Зачем ты убил Лизу?

— Она была слабой, — ответил он, проводя пальцем по краю черепа. — А я — сильный. Казимир дал мне дар.

Из черепа вырвался дым, принявший форму лица Казимира.

— Ты всё ещё не поняла, Адель, — сказал он. — Ты — не спасительница. Ты — ключ.

Воспоминания о Мартине

Адель вспомнила ночь, когда погиб Мартин — её друг, погибший в лесу. Тогда она почувствовала нечто странное:

его кровь светилась в её руках;

деревья шептали её имя;

в воздухе витал запах озона, как перед грозой.

Теперь она знала: это был первый знак её пробуждения.

— Ты использовал его смерть, — прошептала она мальчику. — Как и Казимир.

— Смерть — это сила, — ответил он, поднимая нож. — И твоя смерть станет моей.

Битва в каморке

Адель выставила руку. Руны на её ладони вспыхнули, и воздух между ней и мальчиком затрещал, словно натянутая струна.

— Ты не понимаешь, что творишь, — сказала она, стараясь сдержать дрожь в голосе. — Эта сила уничтожит тебя.

Мальчик рассмеялся. Его кожа потрескалась, обнажив зелёные прожилки, пульсирующие, как вены.

— Она делает меня сильнее! Казимир обещал мне власть над этим замком. Над тобой!

Из черепа ворона вновь вырвался дым, принявший форму лица Казимира.

— Ты всё ещё не поняла, Адель, — повторил он. — Ты — не спасительница. Ты — ключ.

Пробуждение древней магии

Адель почувствовала, как руны на её теле ожили. Они запульсировали, образуя защитный круг вокруг неё. В воздухе запахло озоном и свежей землёй.

Она подняла руку. Из её пальцев вырвался синий огонь — не обжигающий, а ледяной, с искрами, похожими на звёзды.

— Если ты не остановишься, — прошептала она, — я уничтожу тебя.

Мальчик зарычал. Его спина искривилась, а из‑под кожи вырвались тонкие корни, впивающиеся в стены.

— Попробуй!

Схватка теней

Корни метнулись к Адель, но руны на её коже вспыхнули ярче, отражая атаку. В ответ она метнула синий огонь — он ударил в мальчика, и тот завопил.

— Ты… ты… — его голос прервался, сменившись шёпотом множества голосов. — Он обещал мне силу. Он сказал, что ты — препятствие.

В этот момент зеркало на стене треснуло. Из трещины вырвалась тень — та самая, что Адель видела раньше.

— Он обманывает тебя, — сказала тень, её голос звучал, как эхо. — Казимир хочет поглотить твою душу.

Мальчик замер. Его глаза помутнели, а корни обвисли.

— Но он… он дал мне…

— Он дал тебе яд, — перебила тень. — Ты уже умираешь.

Откровение Казимира

Дым над черепом собрался в лицо Казимира — теперь более чёткое, с чёрными глазами и улыбкой, полной острых зубов.

— Глупая тень, — прошипел он. — Ты думаешь, что спасаешь его? Нет. Он — лишь инструмент. Как и ты, Адель.

Он протянул дымную руку к мальчику. Корни на его теле зашевелились, словно отвечая на зов.

— Смотри, — сказал Казимир, и его голос проник в разум Адель. — Вот что ждёт всех, кто встанет на моём пути.

Тело мальчика начало распадаться. Его кожа трескалась, а из трещин вырывался зелёный свет.

— Нет! — закричала Адель, бросаясь к нему.

Но было поздно.

Жертва и пробуждение

Когда тело мальчика рассыпалось пеплом, из него вырвался светлый сгусток — его душа. Она повисла в воздухе, дрожа, как пламя свечи.

— Прости, — прошептала Адель, протягивая руку.

Душа коснулась её пальцев, и в тот же миг руны на теле Адель вспыхнули. Они перестроились, образуя новый символ — переплетение синего и зелёного.

— Ты приняла его силу, — сказала тень, теперь стоящая рядом. — Но это не конец.

— Что теперь? — спросила Адель, чувствуя холод в груди.

Тень указывала на дверь:

— Казимир ждёт тебя в лесу. Он готовит ритуал. Если ты не остановишь его, город из костей проснётся.

Путь к дубу

Адель вышла из замка. Ночь была необычайно тихой, только ветер шелестел листьями, будто предупреждая.

На опушке леса стоял древний дуб. Его ветви переплетались, создавая арку, под которой горел зелёный огонь.

У огня стоял Казимир. Он держал в руках нож с гравировкой — перевёрнутый крест в круге.

— Ты пришла, — сказал он, не оборачиваясь. — Я знал, что ты не сможешь устоять.

— Зачем ты это делаешь? — спросила Адель, останавливаясь в нескольких шагах от него.

Казимир повернулся. Его глаза были чёрными, а на губах играла улыбка, полная безумия.

— Потому что я — единственный, кто может освободить Древнего. И когда он вернётся, я стану его правой рукой.

Он поднял нож.

— А ты… ты станешь жертвой.

Ритуал начинается

Казимир вонзил нож в землю. Из раны вырвался зелёный дым, который начал подниматься, образуя круг.

— Этот лес помнит, — прошептал он. — Он помнит кровь твоих предков. Теперь он получит твою.

Адель почувствовала, как руны на её теле горят. Она знала: если она не остановит его сейчас, всё будет потеряно.

— Я не позволю, — сказала она, поднимая руку.

Синий огонь вырвался из её пальцев, но Казимир отмахнулся, и пламя рассеялось.

— Слишком поздно, — засмеялся он. — Ритуал уже начался.

Земля задрожала. Из трещин вырвались тени — они сплетались, образуя силуэты древних существ.

— Это конец, — прошептал Казимир. — Древний пробуждается.

Последний шанс

Адель закрыла глаза. В её сознании звучал голос тени:

«Ключ — в крови. Кровь — в земле. Земля — в костях».

Она вспомнила карту из часовни:

город из костей;

древний дуб;

могила ведьмы Хейнц.

Её рука сжалась в кулак. Руны вспыхнули, объединяясь в единый символ.

— Нет, — сказала она. — Это ещё не конец.

Она метнулась к Казимиру, и её рука пронзила его грудь.

— Ты ошибаешься, — прошептала она. — Я — не жертва. Я — страж.

Казимир закричал. Его тело рассыпалось, а из него вырвался чёрный дым — его истинная сущность.

— Кто ты?! — воскликнула Адель.

Дым сформировал лицо — не Казимира, а Древнего. Его голос раздирал разум:

— Я был внутри него. Я был внутри тебя. Мы — одно.

Глава 3. Ключ равновесия

Когда тело Казимира рассыпалось пеплом, зелёный огонь у древнего дуба погас. Но вместо тишины пришло новое ощущение — земля задышала.

Адель стояла на опушке, чувствуя, как руны на её коже пульсируют в такт подземным толчкам. Из‑под корней дуба выползали тонкие нити света — они сплетались в карту, видимую только ей.

— Он не умер, — прошептала она. — Он… перешёл.

Тень, всё ещё сопровождавшая её, приблизилась. Теперь в её очертаниях проступали черты Магды — матери Адель.

— Древний не может быть уничтожен, — сказала тень. — Он — часть этого мира. Ты должна не победить его, а уравновесить.

— Как?! — Адель сжала кулаки. Руны на ладонях раскалились, оставляя на коже следы, похожие на трещины.

— Найди сердце города из костей. Там скрыт истинный ключ.

Часть 3. Голос из корней: пробуждение города из костей (продолжение)

Путь сквозь Лес

Адель двинулась вглубь леса. Деревья шептали её имя, а их ветви тянулись к ней, словно пытаясь удержать.

На пути она встретила:

Духа‑старуху с лицом из коры — она стояла у ручья, помешивая воду костлявыми пальцами.

— Ты идёшь к гибели, — прохрипела она. — Город не принимает чужаков.

Стаю чёрных ворон, чьи глаза светились зелёным. Они кружили над ней, выкрикивая фразы на языке Древних:

«Кровь — ключ. Ключ — врата. Врата — бездна».

Ручей с кровью — вода текла алой, а на дне лежали черепа с открытыми ртами, будто зовущие её погрузиться.

Каждый шаг давался труднее. Руны на теле жгли, а в голове звучал шёпот:

«Ты — одна из нас. Вернись. Слейся. Стань частью целого».

Первые врата: испытание иллюзиями

На границе Леса и пустоши, где начинались очертания города из костей, Адель наткнулась на арку из сросшихся рёбер. Над ней висел туман, из которого проступали образы:

её отец, умирающий в замке;

Мартин, протягивающий ей руку;

Элисия, смеющаяся и исчезающая в тени.

— Это неправда, — сказала Адель, закрывая глаза. — Вы — лишь тени.

Но образы усилились. Мартин схватил её за запястье:

— Почему ты не спасла меня?

Адель вскрикнула. Руны на руке вспыхнули, и иллюзии рассыпались, оставив после себя пепельные следы.

— Ты прошла первое испытание, — сказала тень Магды. — Теперь иди дальше.

Город из костей: врата в бездну

Перед ней раскинулся город. Его улицы были выложены позвонками гигантских существ, дома — черепами с пустыми глазницами, а над всем этим висел колокольный звон, хотя колоколов не было видно.

В центре возвышался трон из переплетённых рёбер — пустой, но пульсирующий, как сердце.

— Он ждёт, — прошептала тень. — Но не тебя.

Адель шагнула вперёд. Земля затрещала, и из трещин вырвались тёмные сущности — те самые, что когда‑то утащили Элисию.

— Вы не остановите меня, — сказала Адель, поднимая руку.

Её руны слились в единый символ, и синий огонь охватил её тело. Сущности отступили, но не исчезли — они сформировали коридор, ведущий к трону.

Встреча с Хозяином

Когда Адель подошла к трону, из него вырос силуэт — не Казимир, не Древний, а что‑то среднее. Его лицо менялось: то черты Элисии, то Магды, то её собственные.

— Ты думала, что борешься со мной? — голос звучал внутри её разума. — Я — это ты. Твой страх, твоя вина, твоя жажда силы.

— Я не ты, — ответила Адель, сжимая кулаки. — Я — страж.

Силуэт рассмеялся, и его тело раскрылось, обнажив тысячи глаз, каждый из которых смотрел на неё с ненавистью.

— Тогда докажи.

Испытание: три круга боли

Первый круг: перед ней возник мост из сломанных мечей. Каждый шаг пробуждал воспоминания:

Адель, предавшая Мартина, оставив его в лесу;

Элисия, убившая слугу по приказу матери;

их общая ложь, ставшая печатью Древнего.

Мост трещал, но она дошла до конца.

Второй круг: в зале с зеркалами‑костями она увидела собственные двойники — каждая версия воплощала её страх:

трусость;

жажда власти;

ненависть к Элисии.

Чтобы пройти, она должна была назвать каждый страх вслух. Когда она произнесла: «Я боюсь стать как Древний», зеркала раскололись, открыв путь.

Третий круг: перед вратами в сердце города стоял статуя с лицом Элисии.

— Ты пришла одна, — сказала статуя голосом сестры. — Но чтобы войти, ты должна отказаться от её имени.

Адель замерла.

— Я не откажусь, — ответила она. — Мы — одно. Даже если она ушла.

Статуя улыбнулась. Врата распахнулись.

Сердце города: откровение

Внутри тронного зала не было ничего — только пустота, наполненная голосами. Они сливались в хор:

«Ключ — в крови. Кровь — в земле. Земля — в костях. Кости — в нас».

Адель почувствовала, как её руны растворяются. Вместо них на коже проступили новые символы — они светились зелёным и синим одновременно.

— Что это? — прошептала она.

Из пустоты выступила фигура — не тень, не дух, а сущность, состоящая из света и тьмы.

— Ты наконец здесь, — сказала она. — Я ждал тебя.

— Кто ты?! — Адель отступила.

Сущность улыбнулась. Её лицо стало лицом Элисии, но глаза остались чёрными.

— Я — ключ. И я — замок. Ты должна выбрать:

Закрыть врата — и потерять силу, но спасти мир.

Использовать силу города — и стать новым Хозяином.

— А если я откажусь? — спросила Адель.

Сущность растянула губы в улыбке, обнажив острые зубы:

— Тогда мы все погибнем.

Переломный момент

Адель закрыла глаза, пытаясь услышать собственный голос среди хора сущностей. В памяти всплыли слова Магды:

«Сила — не в подчинении, а в равновесии».

Она подняла руки. На ладонях затрепетали два огня — синий и зелёный. Они не сливались, но и не гасили друг друга.

— Я не стану ни ключом, ни замком, — сказала она, глядя на сущность. — Я — страж. И моя задача — уравновесить.

Сущность замерла. Её лицо потеряло черты Элисии, превратившись в маску из света и тени.