# Формула справедливости

Юрий Монарха

В быстро меняющемся мире, когда ломаются устои прежней жизни, люди чаще всего задаются вопросом: «А есть ли на свете справедливость?». Если вы разуверились в существовании справедливости, это философское эссе для вас. В доступной форме здесь рассматриваются фундаментальные вопросы социально-философской мысли, которые не оставляли равнодушными многие поколения людей. «Что такое справедливость?». «Существуют ли для неё объективные критерии?». «Что конкретно является вершителем справедливости в обществе, основанном на корысти и выгоде?». Книга будет интересна всем, кто хочет получить ясные и исчерпывающие ответы на эти и подобные вопросы. Вы удивитесь, но справедливость в мире этом вершит то, что большинство людей ненавидит.

> «Как будто жизнь качнётся вправо,

> качнувшись влево»

> Иосиф Бродский

## Введение

Справедливость, является одним из самых важных понятий, которыми оперируют общественные науки. С древних времён о ней спорят философы и экономисты. В обычной же жизни каждый понимает справедливость по-своему, и естественно возникает вопрос, насколько объективно это понятие с научной точки зрения. Можно было бы махнуть на все теории рукой – ну, нет на свете справедливости! В животном мире (джунгли), куда ни глянь, все друг друга поедают. Слабый гибнет, сильный выживает – таков механизм естественного отбора. С другой стороны, спартанцы практиковали искусственный отбор, бросая новорожденных в пропасть, если те не соответствовали их представлениям о человеке-воине. Возможно, при этом они и всех своих потенциальных философов уничтожили, а потом страдали от неустройства жизни. Кстати, и в этом есть элемент справедливости.

Многие путают справедливость с добротой или гуманностью, но это разные понятия. Для отдельного человека справедливость скорее подобна определённой реакции среды обитания или общества на его действия. Вспоминаем фразу из детства: «получил по заслугам». Согласно древнегреческой мифологии, богиня справедливости Астрея сначала жила среди людей, но затем разочаровалась в них и вознеслась на небо, где превратилась в созвездие. Нет сомнений, люди часто бывают несправедливы. И как же в результате их взаимодействия может возникнуть справедливость? Парадокс? Нет, скорее закономерность. Равнодействующая всех несправедливостей людей, преследующих только свои интересы, подобна той силе, «что вечно хочет зла и вечно совершает благо». Она действительно может приводить к некоторой глобальной справедливости в обществе, основанном на корысти. Причём эта справедливость реализуется независимо от воли отдельного человека, если выполнены вполне определённые условия. Кто сталкивался с уравнениями высшей математики, тот знает, что их решения зависят от начальных и граничных условий. А кто не сталкивался, может расслабиться потому, что высшей математики здесь не будет.

Если судить о животном мире, то там всё происходит и развивается по законам природы, и поэтому справедливо. Мы же не будем здесь обсуждать проблемы кроликов. Заметим только, что попытки человека установить справедливость в мире животных всегда заканчивались зоопарком и клетками. При этом, чтобы кормить хищников, всё равно приходилось кого-то убивать. Никто не хочет, чтобы общество людей было подобно зоопарку. Все хотят свободы и справедливости. Разве это слишком много?

Справедливость нас будет интересовать с точки зрения общественного устройства, которое является неким искусственным образованием со своими законами и правилами, скажем сразу, далёкими от законов и правил древнегреческой Спарты. Некоторые законы (юридические) устанавливаются людьми, они требуют наличия стражей порядка и судей. Другие законы, возникающие в результате взаимодействия людей (например, экономические), подобны законам природы и не зависят от воли отдельного человека. Мы покажем, что при определенных условиях, созданных государством, эти другие законы могут вершить справедливость в мире людей автоматически.

Всех прежде всего интересует, какой конкретно механизм является вершителем справедливости в современном мире, где правит корысть и выгода? Никто не сомневается, что несправедливые общественные устройства существовали, и даже существует в наши дни. Кровавый абсолютизм, расизм, рабство, эксплуатация детей… Всё это было относительно недавно в чудовищных масштабах. Сейчас масштабы зла значительно уменьшились. Выходит, если рассуждать от противного, мир вроде бы становится справедливее… Как и почему, вот в чём вопрос!

Что касается юридических законов, это не законы природы, которые нельзя нарушить! К тому же, все люди разные, и довольно часто кто-то кое-где у нас порой… Если страна богата, и полиция хорошо работает, то люди чувствуют себя защищёнными. Но это ещё не значит, что с вами не может случиться беда однажды в тёмном переулке. Нужно быть осторожным. Потому что люди разные. Кстати, хорошо это или плохо? Может показаться, что было бы лучше, если бы все люди были одинаковыми. Тогда – всем поровну, и нет проблемы со справедливостью. Но это не так. Различия – благо. И мы в этом убедимся.

А как быть с эксплуатацией трудового народа при капитализме, о которой так долго говорили большевики? Какая же при этом может быть справедливость? Чтобы разобраться в этом вопросе, нам придётся немного покопаться в рассуждениях классиков марксизма о теории заработной платы. Они утверждали, что стоимость труда в свободной рыночной экономике следует приравнять к затратам на воспроизведение рабочей силы, иными словами, минимальной зарплате, позволяющей выжить. Вы согласны с этим утверждением? Сомневаетесь? Тогда мы обязательно найдём ошибку.

Проблема распределения общественных благ подробно рассматривалась в книге Джона Роулза «Теория справедливости». Роулз предлагал установить в государстве приемлемые для всех граждан моральные принципы, используя так называемую гипотетическую «вуаль неведения». Нечто вроде общественного договора. Здесь мы используем другой подход, в котором справедливость в обществе должна реализоваться самостоятельно подобно экономическим законам. Экономический закон справедливости? Почему бы и нет? Но он работает только при вполне определённой организации общественного устройства (ничего такого, чего бы уже не было в этом мире). При этом справедливость может быть оценена с помощью объективных критериев.

Это философское эссе является продолжением заметок натуралиста-исследователя, изложенных ранее в книге «Сирены и тернии Полудня». Здесь дилемма капитализм-социализм рассмотрена с точки зрения справедливости – важнейшей категории социально-философской мысли. В предлагаемых текстах нет сложных формул и отпугивающих терминов. Это не научная статья, а, скорее, непринужденное, но самодостаточное повествование о главном в социологии, философии и экономике. Мы, живущие во время книг, не испытываем недостатка в популярных изданиях по этой теме. Может возникнуть вопрос: зачем ещё одно? Дело в том, что популярные издания, как правило, представляют идеологию определённой политической силы, левой или правой. А истина любит золотую середину. Поэтому, чтобы не заблудиться в лабиринте левых и правых идей, нужен надёжный попутчик. Таким попутчиком или, скорее, путеводной нитью для нас будет справедливость.

## Часть I. Между свободой и равенством

Здесь мы узнаем, что справедливость бывает разной, точнее – двух родов. Выясним, как в обществе эгоистов появляются справедливые цены, и почему со временем реальность так плохо описывается классической моделью. Мы также поймём главное, чем экономика отличается от естественных наук.


Сначала нам нужно дать пару скучных определений, только самых необходимых, чтобы было о чём разговаривать. Мы будем исходить из принципа равных основных свобод для всех. Справедливо? Нет сомнений. Но все люди разные и, как правило, они находятся в разных условиях. Поэтому свобод больше у тех, кто имеет больше денег. И тут мы уже начали сомневаться в справедливости… Поэтому займёмся определениями.

В самом общем случае справедливость требует соответствия деяния и воздаяния. Отсутствие такого соответствия говорит о наличии несправедливости. Древние различали два рода справедливости. Первый род относится не к людям, а к результатам их деяний. Например, цена товара должна соответствовать его ценности, а зарплата – результатам труда. Вспоминаем лозунг французских социалистов времён Сен-Симона, закреплённый затем в Конституции СССР: «Каждому – по труду!». Поскольку этот род требует некоего уравнивания (зарплаты результатам труда и т.п.), его часто называют уравнительной справедливостью. Не совсем удачное название потому, что может возникнуть путаница с уравниловкой (всем поровну), которая противоречит «Каждому – по труду». Поэтому мы чаще будем называть такую справедливость прямой справедливостью или справедливостью первого рода. Как она реализуется и проявляет себя в экономике, мы рассмотрим здесь ниже.

Справедливость второго рода, которую часто называют распределительной, но мы будем назвать её социальной справедливостью, требует учета неравенства людей. Например, человек на жизнь не наработал потому, что не может по разным причинам, но государство его поддерживает, точно так же, как мы кормим домашних собак и кошек (тех ещё бездельников!). Другой пример: государственные расходы на тех, кто ещё не заслужил, но потенциально может. Их полезно рассматривать как инвестиции в будущее. Мы избегаем названия «распределительная справедливость» просто потому, что распределение благ есть и в справедливости первого рода (прямой справедливости), но оно имеет иную природу.

Приведём ещё один пример социальной справедливости. Не все знают про платные «Веревочные кровати» (Two-Penny Hangover) в лондонских ночлежках. Эти «кровати» мало чем отличались от бельевых верёвок, натянутых на уровне чуть ниже плеч. На них люди и висели всю ночь, не снимая одежд, подобно матрасам. Это был самый дешевый вариант ночлега до тех пор, пока в середине XX века государство не стало предоставлять бесплатные койки. Но средства на бесплатные койки не появились из воздуха.

На первый взгляд, обе справедливости (прямая и социальная) не могут реализоваться одновременно. Более того, любой школьник сразу заметит, что они противоречат друг другу. Или мы платим по труду, или перераспределяем кому-то сверх того, что он заработал, недооценивая труд другого человека, творя несправедливость (распространённый аргумент среди либертарианцев). Мы увидим, что на самом деле это не так, и социальная справедливость играет важную роль для автоматического осуществления в обществе прямой справедливости. Дело в том, что экономика не является некой статической системой. На самом деле, она гибкая (сильно зависит от ряда параметров), и ей присуща нетривиальная динамика.

Поговорим чуть подробнее о том, как может реализоваться прямая справедливость в обществе с рыночной (классически!) экономикой, где каждый преследует только свой интерес, а вмешательство государства в экономику минимизировано (модель Адама Смита и Давида Рикардо). Нас больше всего волнует соответствие цены товара его ценности, а зарплаты – результатам труда. Прежде всего, мы должны осознать, что существуют только два объективных способа распределения благ, полученных в результате общественного руда: либо всем поровну, либо то, что получается на основании действия объективных экономических законов. Все остальные способы распределения субъективны (это ещё не означает, что они плохие!). Экономические законы, скорее, подобны законам природы, чем юридическим законам. Они осуществляются автоматически (без суда и следствия), но только при определённых условиях.

Отбросим пока субъективные способы распределения потому, что сами они точно не приведут нас к «каждому – по труду» или к справедливой пропорции цен, когда «цена равняется ценности». Поскольку рабочую силу тоже можно рассматривать как некий особый товар, а соответствующую ей зарплату – как цену рабочей силы, поучительно исследовать сначала проблему справедливых цен на обычные товары. Затем, на этом простом примере, мы сможем понять, как правильно определить ценность труда.

Какие именно экономические законы распределяют блага в рыночном царстве, где у каждого есть свобода производить, но при этом каждый преследует только свою выгоду? Сообщество эгоистов это уже не «джунгли», здесь другие законы. Смит и Рикардо постулировали «невидимую руку» рынка, которая гармонизирует частные интересы с общественным благом. Нас же интересуют доказательства справедливости цен на товары, и нахождение условий, при которых эта справедливость может реализоваться. Термин «невидимая рука» не раз появлялся и в либеральной перестроечной публицистике, но о том, что собой представляет эта невидимая рука рынка на самом деле, умалчивалось по вполне понятным причинам. Отметим положительную мотивацию классической модели – каждый преследует свою выгоду и она на благо общества. Потому что больше всего денег можно получить за то, что нужней всего!

Итак, невидимая рука рынка, что это такое? Основой рынка является свобода производить и продавать то, что не запрещено. Отсюда и название – свободный рынок. Но! Свобода не означает, что всё дозволено. Существуют законы юридические, например, нельзя убивать и грабить людей. Нельзя просто прийти и отнять только потому, что ты сильнее (кстати, в джунглях это дозволено) или ты представляешь коррумпированную власть (рэкет). Это уже не абсолютно свободный рынок! Юридические законы немного ограничивают свободу, но иначе нельзя. Вспоминаем, либерализм и начинался с ограничения свободы сильных мира сего ради свободы остальных. Если на рынке разрешить всё, то очень скоро свободного рынка не станет. The Winner Takes It All! Победитель забирает всё, включая нашу свободу, и мы возвращаемся в некое подобие феодального строя.

Классики экономики предполагали, что приведенных выше ограничений на свободу рынка вполне достаточно. Их аргументы просты и хорошо известны. Высокие цены на какой-то товар побуждают других участников рынка его производить. Конкуренция растёт, а цены падают и стремятся к некоторой объективной характеристике, называемой стоимостью