Путь врача
От выгорания к процветанию

Кто жизнью бит, тот большего добьется. Пуд соли съевший выше ценит мед. Кто слезы лил, тот искренней смеется. Кто умирал, тот знает, что живет!

Омар Хайям

© Академия Докстарклаб, текст, 2026

© Оформление обложки, АО «Издательский дом «Комсомольская правда», 2026

В оформлении книги использованы иллюстрации Shutterstock

Введение

Дорогие друзья, мы рады вас приветствовать на страницах этой книги. Мы – 13 врачей, которые когда-то выбрали медицину как дело жизни, как призвание.

Одни из нас только ступают на этот путь, другие идут по нему более 30 лет. Но есть в наших историях нечто общее.

Многие пришли в медицину с открытым сердцем, горящими глазами и большим желанием помогать. Но через некоторое время заметили, что начали быстрее уставать, перестали успевать восстановить силы за выходные или отпуск. Еще через время поймали себя на мысли, что на работу идти не хочется, ушли радость и удовлетворение от нее. Интерес сменился скукой и одним лишь «надо».

В таком состоянии каждый день стал похож на «День сурка»: смены тянутся, пациенты обезличиваются, сегодня, завтра, вчера – все одинаковое. Работа на автомате, без интереса, увлеченности, сострадания… Чувства заморожены, притуплены, включен режим энергосбережения и самосохранения. Хочется только поскорее доделать все, что следует, и уйти на свободу. Кому-то из вас это знакомо?

Истории героев нашей книги такие разные, но общее в них то, что ни один не знал, как называется состояние, которое они почему-то стали испытывать на работе. А кто знал, не сразу понял, что это оно, так как враг подкрадывался медленно и маскировался под обычную усталость.

Ежегодно враг под названием «выгорание» испепеляет сердца тысяч врачей, уничтожая их искреннее желание помогать людям и стоять на страже здоровья нации.

Не все авторы этой книги столкнулись с выгоранием, но каждая из нас, особенно те, у кого руководящая работа, наблюдали его у коллег. Мы объединили наш опыт (в сумме получилось 266 лет стажа работы в системе здравоохранения), современные научные знания о выгорании и делимся результатом с вами здесь, на страницах книги «Путь врача».

Мы хотим, чтобы каждый врач нашей необъятной страны работал с интересом и удовольствием, светил другим, но при этом не сгорал и на протяжении долгих лет продолжал делать свое, такое непростое, но очень важное дело.

Только подумайте: при 40-часовой рабочей неделе мы проводим на работе ежегодно около 1760 часов. В среднем это примерно 27 % жизни (чуть меньше трети), а у кого-то и больше. Если в этот период эмоциональное состояние подавленное, то каждый рабочий день может показаться пыткой или каторгой. А теперь представьте, что ваша работа увлекает и наполняет, дает ощущение, что вы на своем месте, растете и развиваетесь, вы ценны не только как сотрудник, но и как человек. Тогда 1760 часов в год – это не утечка ресурса, а инвестиция в жизнь, которой вы хотите жить.

Можно ли быть врачом и обойти выгорание стороной? Что сделать, чтобы долгие годы работать увлеченно? Как врачу выстроить свою личную стратегию благополучия и процветания в профессии? Ответы на эти и многие другие вопросы вы найдете в нашей книге.

Часть первая
Знакомство с выгоранием

Глава первая
Что такое истинное выгорание?

Дорогие читатели, я рада вас приветствовать. Меня зовут Индира Селиванова. Я работаю педиатром уже 17 лет. За эти годы накопила разнообразный практический опыт: в стационаре детской больницы, в родильном доме, в амбулаторном звене участковым педиатром, на руководящей должности в качестве заведующего отделением в поликлинике, в частной клинике врачом выездной службы. Вся учеба, которую я выбирала «для души», тоже была так или иначе связана с педиатрией. Эта область мне не просто интересна – она неисчерпаема. Однако и меня периодически посещали мысли о смене профессии… Почему? Возможно, это и было выгорание?

Сейчас эта тема популярна как в научной литературе, так и у рядовых врачей. Однако, как оказалось, то, что мы называем выгоранием, не всегда является им. Словами «Я выгорел(а)» часто подменяются депрессия, профессиональный кризис, сильная усталость, истощение, потеря интереса, хронический стресс и многое другое.

В первой части нашей книги мы предлагаем определиться с терминологией, чтобы четко понимать, что из себя представляет именно выгорание. Почему это важно? Все точно так же, как в медицине: корректное лечение возможно провести только после верно установленного диагноза. Конечно же, ставить диагнозы здесь мы никому не будем, но поможем научиться различать схожие состояния, чтобы быстрее понимать, к кому обращаться и как действовать в той или иной ситуации.

На страницах книги вы познакомитесь с историями наших коллег. Одни из них не придуманные, и их участники дали согласие на открытую публикацию. Другие вымышленные, но основанные на подлинных событиях. В них все персонажи, диалоги и ситуации выдуманы. Любые совпадения с реальными лицами, живыми или умершими, случайны.

История Ольги

«Врачом я стала по стечению обстоятельств, но помогать людям мне хотелось всегда. Мечтала быть психологом, но родителям виделось иначе. Послушав их, я поступила в медицинский, успешно его окончила, защитила кандидатскую диссертацию. Первые 10 лет практики посещала профессиональные семинары, конференции, курсы, мастер-классы, которые помогали мне работать еще лучше. Я осваивала новые материалы, инструменты и техники работы, чтобы быть идеальным врачом для своих пациентов и лечить самыми современными методами на высшем уровне.

Я развивалась как профессионал и многому училась – с жадностью осваивала все новые технологии, какие были доступны в то время, прокачивала свои мануальные навыки. Научилась работать с микроскопом и проводить почти ювелирные стоматологические манипуляции! Казалось бы, вот оно – высшее мастерство!

Но в какой-то момент поняла, что утратила первоначальное ощущение радости, удовлетворения и интереса, стала очень сильно уставать на работе. Реализовав все, что было важно, не могла найти новых точек развития. Попробовала еще несколько направлений в рамках своей специальности, но они уже так не зажигали.

Я видела смысл в улучшении коммуникации с пациентами, в формировании комплексного подхода к лечению стоматологических заболеваний, а не только в установке самых красивых пломб и идеально обработанных каналах. Ведь человек – целостная система, и если проблема возникла в полости рта, причина скрыта внутри организма. И стоматологам важно вместе со смежными специалистами выявить ее.

Но стоматологическое сообщество того времени лишь активно продвигало идеи о том, как важно делать еще более красивые, «высокохудожественные» пломбы, еще лучше обрабатывать корневые каналы, осваивать новые материалы, инструменты и аппараты. В этих сообщениях я не находила поддержки своим идеям. Получается, что старые смыслы стали для меня неактуальны, а новые еще не сформировались.

Работать как прежде я не могла. Если нет страсти, если ушел интерес и появилась скука, какой смысл делать то, что не нравится, приходить на работу, как будто отбываешь повинность? Тогда я приняла решение уйти из профессии…»

Можно подумать, что мы познакомились с историей выгорания: пропал интерес, появились усталость и отстраненность. Однако то, что испытала Ольга, больше похоже на описание профессионального кризиса.

Подобно возрастным кризисам, которые являются переходом от одной стадии развития к другой и сопровождаются изменением социальной ситуации, сменой ведущей деятельности и развитием новых способностей, профессиональный кризис – такая же поворотная точка на пути развития. Проход через нее определяет дальнейшую траекторию развития личности в профессии. Преодолев такой кризис, специалист может:

• перейти на новую стадию профессионального становления;

• стагнировать;

• ступить на путь профессиональной деградации;

• сменить сферу деятельности.

Кроме того, можно считать, что профессиональный кризис возникает в тот момент, когда человек не может реализовать свой внутренний замысел. Старые смыслы уже утратили актуальность, а новые еще не найдены.

Именно это мы и заметили в рассказе Ольги.

Профессиональные кризисы – неотъемлемая часть профессионального развития. Часто они переживаются как глубокая внутренняя неудовлетворенность, которая способна проявляться в виде депрессии, тревоги, страха, ощущения одиночества и утраты смысла. При этом специалист может выглядеть внешне вполне успешным и активным. От других видов кризисов это состояние отличает переживание индивидом (осознанно или неосознанно) своей профессиональной беспомощности.

Возвращаясь к истории Ольги, хочется привести ее окончание (или, правильнее сказать, начало нового этапа в жизни врача, которым она с нами поделилась).

«Меня спасли природная любознательность и любовь к обучению. Читать и учиться я любила с детства. А в кризисной ситуации человек обычно следует привычным стратегиям. Этим-то я и занялась. Начала много читать, посещать обучающие программы, марафоны. Только на этот раз учеба уже не касалась основной специальности.

Однажды я попала на обучение по эмоциональному интеллекту. Это направление меня увлекло. Я увидела точки роста и развития, не бросая профессию и любимых пациентов. Сейчас, спустя 18 лет с момента начала работы стоматологом, с радостью продолжаю вести прием, делиться опытом с коллегами и транслировать важные для себя смыслы. Я соединила два любимых направления и теперь имею возможность помогать не только пациентам по вопросам стоматологии, но и коллегам в ситуациях выгорания, профессионального кризиса, реализации потенциала и роста уровня благополучия».

Это реальная история нашего соавтора Ольги Быстровой. Дочитайте книгу до конца, в финальной главе Ольга сама подробнее расскажет о главном элементе, который помог ей преодолеть это непростое состояние.

Почему случаются профессиональные кризисы? Среди их причин:

• трудности на старте в адаптации к условиям работы;

• конфликты с руководителями и коллегами;

• смена места работы;

• потеря работы;

• внутриличностные конфликты;

• достижение высокого уровня мастерства;

• потеря перспектив профессионального продвижения;

• и, как следствие, падение интереса к профессии.

Тема профессиональных кризисов обширна. Ей можно посвятить отдельную книгу. Однако сейчас перед нами не стоит задача глубоко погружаться в эту тему. Поэтому ограничимся лишь краткими рекомендациями, как действовать, распознав у себя профессиональный кризис.

1. Обратиться к психологу или психотерапевту, который специализируется на решении подобных вопросов.

2. Освоить новую сферу деятельности, она может как дополнять текущую, так и быть совсем из другой области.

3. Повысить уровень квалификации.

4. Заняться активными видами досуга и чередовать их со спокойными: охота, рыбалка, спорт, чтение художественной литературы, занятия искусством, общение с родственниками и друзьями и т. п.).

А теперь вернемся к теме выгорания и послушаем рассказ нашей следующей героини.

История Марины

«В моей жизни произошла личная трагедия, связанная с утратой родного человека. Но активная работа не давала мне возможности поплакать, прожить свое горе. Жесткий график, дежурства, обязательства, карьера, наконец-то пошедшая вверх, руководство, которому не было дела до моих личных проблем.

“Надо держаться”, – твердила я себе. И держалась, пока не стало совсем плохо.

Только представьте: вы должны проявить эмпатию, сочувствие, вселить уверенность, поддержать, выслушать, развеять страхи, дать рекомендации, назначить обследование, а внутри – пустота. Нет ничего, кроме мышечной памяти и выученных автоматизмов. Смотришь на пациента и думаешь: “Да хоть бы все это прекратилось”.

В таком состоянии раздражает всё: коллеги, звонки, кабинет, больничные стены. Ты превращаешься в зомби: делаешь дела, улыбаешься, а вечером не можешь вспомнить, о чем говорил с больными.

Однажды я просто не смогла выйти из дома. Тогда сказала себе: «Все, я больше не могу». И ушла…

Не из медицины, а из этого безумия. Я уволилась с работы. На дворе стояло лето. Я отдыхала, проводила время с детьми, выезжала на дачу и восстанавливала силы. Пожалуй, это было самое прекрасное лето! Я была свободна, никуда не спешила и никому ничего не была должна.

К осени заскучала и устроилась на работу в другую клинику. Постепенно мое эмоциональное состояние стабилизировалось. Время сглаживает острые углы. Сейчас мне нравится моя работа, я люблю взаимодействовать с пациентами, учиться, внедрять новые знания в практику.

Уйти с работы в момент тяжелой жизненной ситуации не было геройством. Это был обычный инстинкт самосохранения, проявление заботы о себе, понимание, что если я сама себя не вытяну из этого, может случиться что-то непоправимое».

В истории Марины мы можем выделить апатию, острый стресс, горе. Возможно даже, что наша героиня столкнулась с депрессией. Конечно, мы не будем ставить диагнозы. Вместо этого обратим ваше внимание на то, что решение временно оставить работу связано отнюдь не с выгоранием. Марина столкнулась с горем, для проживания и преодоления которого требовались много внутренних ресурсов и поддержка близких. В подобных случаях также полезно обращаться за помощью к психологам и психотерапевтам.

На этом этапе нашей книги мы хотим сделать важную паузу и обратиться к вам с напоминанием, которое так легко упустить из виду: позаботьтесь о себе. Когда в жизни происходят сложные события – серьезные болезни, утрата, эмоциональное истощение или просто непреодолимая усталость, – очень важно дать себе пространство для восстановления. Один из самых эффективных способов это сделать – временно снизить рабочую нагрузку, позволить себе небольшой перерыв: хотя бы несколько дней отдыха или смену ритма.

Сейчас, возможно, вы думаете: «У меня такая работа, что я не могу просто взять и остановиться. Все держится на мне и без меня ничего не сдвинется». Это распространенная реакция, особенно среди ответственных, вовлеченных людей, склонных к перфекционизму. Но подумайте: если вы действительно выгорите или окажетесь в критической жизненной ситуации, все равно придется сделать паузу. Принудительно. В тяжелых условиях. И тогда это будет гораздо сложнее. Именно поэтому мы предлагаем подумать об этом заранее. Создайте для себя рабочую систему, в которой временный перерыв возможен. Такой подход – это не проявление слабости, наоборот, признак зрелой профессиональной позиции. Забота о себе – это инвестиция в вашу долгосрочную способность помогать другим, быть продуктивным и сохранять интерес к жизни и работе.

Помните: важно не только как вы работаете, но и как вы умеете восстанавливаться. И лучше предусмотреть такое восстановление заранее, чем собирать себя по частям, когда сил уже не остается.

Продолжим наше знакомство с выгоранием. Профессиональный кризис, апатия, горе, депрессия, скука – состояния, которые люди часто называют выгоранием. Но, оказывается, это не оно. Что же тогда такое настоящее выгорание, с которым сталкивается столько специалистов?

Выгорание – не кратковременный профессиональный кризис, не регресс перед скучной или слишком сложной и амбициозной задачей, когда на ее реализацию нет сил или желания. С современным определением выгорания можно ознакомиться в Международной классификации болезней (МКБ-11) под кодом QD85. Звучит оно так: «Выгорание – синдром, концептуализированный как результат хронического стресса на рабочем месте, с которым не удалось справиться». Всемирная организация здравоохранения (ВОЗ) официально включила выгорание в 11-ю Международную классификацию болезней с 1 января 2022 года. Это стало важным шагом к признанию выгорания как значимого феномена, влияющего на здоровье и трудоспособность людей. В МКБ-11 выгорание не классифицируется как медицинское заболевание. Оно внесено в раздел «Факторы, влияющие на состояние здоровья и обращения в учреждения здравоохранения».

А вот и рассказ человека, который столкнулся с настоящим выгоранием.

История Валерии

«Я люблю и ценю свою работу и очень рада, что она у меня есть! Но однажды поймала себя на мысли, что мне не хочется туда идти. Я словно ищу повод и придумываю причины, чтобы остаться дома. В этот период внутренне ощущала, что мне очень тяжело.

Обычно такое поведение мне не свойственно. Я стала анализировать, что же произошло. Почему любимая работа вдруг стала вызывать неприятные эмоции, почему от нее захотелось отстраниться?

Обдумав происходящее, я поняла: в тот момент мне приходилось работать больше обычного, так как вместо трех врачей в нашем отделении осталось два. Пришлось взять на себя часть чужой нагрузки и работать за себя и «за того парня».

Как раз в этот период в семье возникли трудности со здоровьем родителей, и эти вопросы тоже решала я. Эмоционально, да и физически, это очень истощало. Работать за двоих, а потом еще дома не иметь возможности отдохнуть и восстановиться… В отпуск я никуда не уехала и продолжала заниматься семейными проблемами.

Стала замечать, что привычные действия на работе требовали от меня больших усилий. Мне было трудно сконцентрироваться, я стала более забывчивой и рассеянной, в конце рабочего дня чувствовала себя внутренне опустошенной, выжатой как лимон, как будто все мои чувства выключили.

Начались сложности со сном: я валилась с ног, но заснуть было непросто, да и сам сон был поверхностным и прерывистым, не восстанавливал силы. А наутро никакого ощущения отдыха, только тяжесть в голове и бесконечная усталость. Это было выгорание…»

В рассказе Валерии вы можете заметить симптомы настоящего выгорания. Более подробно о них мы поговорим в следующей главе.

Что на данный момент мы с вами уже знаем о выгорании? Мне бы хотелось выделить три основных момента.

1. Сотрудник сталкивается с ситуацией хронического стресса.

2. Это обязательно происходит на рабочем месте.

3. Он не может справиться со своим состоянием из-за отсутствия ресурсов или необходимых навыков.

Чтобы лучше понять природу выгорания, необходимо выяснить, что такое стресс и как с ним можно справиться.

Стресс (от англ. stress – «напряжение, давление») представляет собой неспецифическую адаптационную реакцию организма на любое физическое или психологическое воздействие, нарушающее его внутреннее равновесие (гомеостаз). Эта реакция сопровождается активизацией нейроэндокринных систем и влечет за собой физиологические и психологические изменения, направленные на поддержание жизнедеятельности.

Другими словами, стрессом можно назвать реакцию организма на любое воздействие (стрессор), которое нарушает его гомеостаз и требует адаптационного ответа – то есть мобилизации ресурсов для восстановления внутреннего равновесия. К таким реакциям можно отнести необходимость дышать, адаптироваться к холоду или жаре, чувство голода, любое движение.

В таком свете стресс уже не кажется чем-то очень плохим. Патолог и эндокринолог Ганс Селье подчеркивал, что это неотъемлемая и нормальная часть жизни, а не исключительно негативное явление. Он считал, что стресс сам по себе не является злом – важно лишь, как мы с ним справляемся и как долго он длится.

Селье говорил: «Полная свобода от стресса – это смерть», настаивая, что стресс – функция жизни, и тотальное его отсутствие возможно лишь в мертвом организме.

«Стресс – не то, что с вами случается, а то, как вы воспринимаете это». Из цитаты мы понимаем, что стресс бывает разным и реагировать на него можно тоже по-разному. Но как?

Исследователи выделяют два типа стресса: эустресс (положительный, способствующий адаптации и развитию) и дистресс (отрицательный, истощающий адаптивные ресурсы организма). Селье утверждал, что эустресс полезен для человека, помогает укрепить иммунную систему и увеличивает продолжительность жизни. До определенного момента воздействие стрессовых факторов, по мнению Селье, повышает продуктивность организма. Но если те преодолели некий индивидуальный порог, она резко падает вместе с ухудшением самочувствия и здоровья. Именно в этот момент эустресс становится дистрессом, с которым организм не в силах справиться.

Таким образом, стресс, то есть повышенное напряжение, мы испытываем регулярно. Проблемы начинают возникать лишь тогда, когда у нас нет достаточных ресурсов, чтобы восстановиться после воздействия стрессоров.

В тот момент, когда напряжения становится слишком много, наступает дистресс. Если говорить в контексте рабочей среды, это и называют выгоранием. Слишком много задач, переработки, не хватает времени на отдых и восстановление, недостаточно ресурсов. Наступает момент, когда выдерживать это становится невозможно, адаптационные ресурсы заканчиваются и возникает напряжение механизмов адаптации, которые приводят к дезадаптации.

Что же происходит с организмом, когда на него воздействуют некие стрессоры? (На работе это могут быть разнообразные задачи, условия среды, взаимоотношения с коллегами.) Процесс адаптации организма к воздействию стрессовых факторов Селье назвал общим адаптационным синдромом и выделил в нем три стадии.

1. ТРЕВОГА

Она же этап становления реакций адаптации. Реакция тревоги означает немедленную мобилизацию защитных ресурсов организма и одновременное угнетение тех функций, которые имеют меньшее значение для выживания в условиях действия стрессорного фактора, – в частности роста, регенерации, пищеварения, репродуктивных функций, лактации. Эта стадия характеризуется напряжением функций различных структур за счет мобилизации имеющихся резервов. Организм готовится к противодействию стрессорному фактору, и если эти резервы достаточны, быстро развивается адаптация.

2. РЕЗИСТЕНТНОСТЬ

Перестройка защитных систем организма, адаптация к действию стрессора. Резистентность организма поднимается выше нормы не только к агенту, явившемуся причиной стресса, но и к другим патогенным раздражителям. На этой стадии устанавливаются новые межэндокринные взаимоотношения, продолжается усиленная выработка адаптивных гормонов.

В случае прекращения влияния стрессорного агента или ослабления его силы вызванные ими в организме изменения постепенно нормализуются. Сколько-нибудь выраженных патологических последствий не наступает.

Если патогенный раздражитель слишком силен или действует длительно, адаптационные возможности организма могут оказаться несостоятельными. Это вызовет потерю резистентности и развитие конечной стадии.

3. ИСТОЩЕНИЕ

На этом этапе появляются изменения, свойственные стадии тревоги, но если на ней они обратимы, то на стадии истощения зачастую уже необратимы и нередко приводят организм к смерти. Стадия истощения характеризует собой переход адаптивной стресс-реакции в патологию.

Именно этот этап, когда организм больше не может противодействовать повышенному напряжению, можно считать началом выгорания – состояния хронического стресса на рабочем месте, с которым не удалось справиться.

Подробнее о компонентах выгорания и том, как его преодолеть, расскажут мои коллеги в следующих главах.

Глава вторая
Как распознать выгорание

Меня зовут Ирина Тарасова. Я кардиолог, функциональный диагност, организатор здравоохранения. Стаж работы – 25 лет. Мне очень близка тема профессионального выгорания и депрессии, потому что долгие годы я проживала их сама, даже не осознавая этого. Работа над книгой и изучение научной литературы помогли мне разобраться в себе.

Мне долго казалось, что всё под контролем. Я справлялась, стиснув зубы. Усталость была моим привычным состоянием, а возникающие трудности становились поводом работать еще усерднее. Однажды я обнаружила, что сил почти не осталось. Это были не лень и не слабость. Но что же – переутомление? Скука? Выгорание? Депрессия? Что-то еще?

Из предыдущей главы вы узнали о хроническом стрессе на рабочем месте. Если он регулярно повторяется и справиться с ним не удается, наступает выгорание – медленное истощение, когда ты день за днем отдаешь больше энергии и ресурсов, чем можешь восстановить.

Как аккумулятор, который давно не заряжался. Последствия этого состояния вполне реальны: тревожные расстройства, депрессия, потеря здоровья.

По данным аналитического центра Национального агентства финансовых исследований, почти каждый второй работающий россиянин хотя бы раз в жизни сталкивался с признаками выгорания. Это говорит о системности проблемы, а не о слабости отдельных людей.

На первом месте среди причин выгорания – хронический стресс на работе. Об этом сообщили 42 % когда-либо столкнувшихся с выгоранием. Второй по значимости фактор – ощущение несправедливости и отсутствие поддержки от руководства (36 %). Замыкает печальную тройку лидеров несоразмерность финансовой мотивации и затрачиваемых усилий (27 %). Также в начале списка переработки, рабочие конфликты, отсутствие видимого результата труда и перспектив роста.

Особенно уязвимы те, кто работает с людьми: врачи, медицинские сестры, фельдшеры, педагоги, социальные работники. Их труд требует не только знаний и умений, но и постоянной эмоциональной вовлеченности. Когда ты не просто исполняешь обязанности, а сопереживаешь, несешь ответственность, реагируешь на боль, ресурс тает быстрее.

За цифрами приведенной статистики – истории реальных людей. Познакомимся с некоторыми из них.

Алексей, анестезиолог-реаниматолог, стаж 28 лет

«Никогда бы не подумал, что придется лечиться у психиатра. Но я пришел к нему с мыслью, что это моя последняя надежда».

Алексей всегда был крепким и стойким. «Надежный» – говорили про него коллеги. Работал в реанимации с конца 1990-х. Когда-то мечтал спасать жизни – и спасал. Сотни, может быть тысячи пациентов прошли через его руки. Он не уходил на больничные. Не брал отгулов. Каждую смену – тяжелые случаи, экстренные вмешательства. Бессонные ночи, адреналин.

«Реанимация – это не работа, это образ жизни», – говорил он.

Через несколько лет напряженной работы Алексей стал ловить себя на мысли, что бесконечно устал. Появилось ощущение, что пациенты – не люди со своими болями и потребностями, а только объекты для манипуляций. И вот однажды случился кризис.

«Я видел много смертей, но, когда умер молодой пациент после ДТП, у меня словно что-то сломалось внутри. Я замкнулся. Коллеги сказали: "Ты сделал все, что мог". А я думал, что нет, не сделал. Я обязан был его спасти».

На следующий день после того случая Алексей написал заявление об увольнении. Придя домой, он лег на диван и молча провел, глядя в потолок, несколько дней.

На обращении к психиатру настояла жена. Прием врача он вспоминает с благодарностью. Психиатр сказал: «Это депрессия. Она лечится. Я помогу».

Сначала было трудно. Стыдно. Ведь врачи всю жизнь учатся быть сильными и стойкими, оказывать помощь, а не получать ее. Но спустя некоторое время Алексей вышел из кабинета и впервые за долгое время почувствовал просто теплый ветер на лице. Просто жизнь.

Сейчас он работает на полставки, участвует в программе психологической поддержки врачей. И говорит: «Я больше не играю в героя. Я просто живу. И если кто-то из коллег чувствует то же, что и я когда-то, хочу, чтобы он знал: выход есть».

Светлана, спортивный врач, стаж 23 года

«Я вычеркивала в календаре дни до свободы».

С детства она знала: будет врачом. Не потому что кто-то заставлял. Просто хотела помогать, лечить, быть полезной. Окончила академию, ординатуру, прошла профпереподготовку – и попала в большой спорт. Врач сборной России по велоспорту – звучит гордо, правда?

Первое время это действительно было похоже на мечту. Работать с телом на пределе возможностей, видеть, как спортсмены растут, как ее знания приносят результат. Она приходила на работу с горящими глазами. Хотела знать все. Хотела не просто быть врачом, а быть лучшей.

Но реальность опустила ее с небес на землю. «Мне объяснили, кто здесь главный: тренер. А я – обслуживающий персонал». С каждым годом становилось тяжелее. Ответственности море, прав никаких. Если победа, в этом заслуга спортсменов и тренера. Если травма, неудача – виноват врач. Без вариантов.

В какой-то момент Светлана решила уйти. Ей сказали: «Подождите шесть месяцев до Олимпиады». Она согласилась. Но потом наступил COVID-19, Олимпиаду перенесли, и она терпела еще два года.

К тому времени Светлана уже жила как во сне. Апатия, нервные срывы. Чтобы как-то держаться, повесила на стену календарь и каждый вечер вычеркивала маркером прошедший день. «Это был мой адвент. Только не к празднику, а к свободе».

Сон исчез. Спать удавалось урывками, 3–4 часа максимум. В теле – непроходящая усталость.

После Олимпиады ее наконец-то отпустили, даже без простого человеческого «спасибо» за 19 лет работы. Уход случился, но без ощущения завершения. Она долго не могла перевернуть эту страницу. Внутри оставались боль, обида, разочарование. А потом случилось то, что окончательно выбило почву из-под ног: онкология. «Это был удар. Но, как ни странно, он дал мне паузу. Разрешение остановиться. Заняться собой».

Химиотерапия, операция, работа с психологом – все это стало не просто лечением тела. Это была перезагрузка. Освобождение от старого и начало нового.

Теперь она помогает коллегам понять, что здоровье – не только про тело, но и про душу. И говорит об этом вслух: «Я не боюсь признать, что выгорание и депрессия едва не разрушили меня. Все потому, что я не хотела слышать себя. Сейчас слышу. И больше не живу в режиме "подожди, потерпи". Я живу по-настоящему, здесь и сейчас».

Арина, кардиолог, стаж 25 лет

«Я считала не только дни – часы и минуты».

Она работала в стационаре, где обесценивание было фоном. Коллеги в стрессе, начальство – в претензиях и бесконечной грубой критике. Унижения и оскорбления врачей руководством были в порядке вещей.

Так как Арина жила далеко от места работы, она вставала в 5 утра. Проводила ежедневно четыре часа в дороге. Словно бесчувственный автомат, «человек-функция», работала по 12–13 часов. Возвращалась домой часто к полуночи.

За год до увольнения Арина включила таймер обратного отсчета на своем телефоне и каждый день начинала и заканчивала, глядя на него: «112 дней до свободы. 2688 часов. 161 280 минут». Не верилось, что когда-то наступит он – день освобождения.

Иногда, выходя с работы в 10 или 11 вечера, снимала на камеру телефона то, что видела вокруг: ночной холл, часы на стене, темный гардероб с верхней одеждой еще не ушедших домой коллег (некоторые заканчивали даже позже, чем Арина), здание больницы в сумерках, луну, безлюдную остановку трамвая… Она делала это для того, чтобы навсегда запомнить свое состояние и больше никогда не возвращаться к нему в будущем. Постоянно болела спина, не давая покоя ни днем, ни ночью. Часто болела голова. Стало повышаться давление. Арина начала заедать стресс и набрала 20 кг. Эмоции стерлись: ни злости, ни грусти, только усталость. Ничто не радовало. Ничего не хотелось – ни читать, ни слушать музыку, ни говорить. Только спать, но и это было невозможно – на сон оставалось 4–5 часов в сутки.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.