Зоряна Заряница
Сказки нашего леса

1. Зайчишка-трусишка

Жил-был в лесу Зайчишка-трусишка. Боялся он сову, боялся лису, боялся волка – и вообще всего боялся: у страха-то глаза велики.

Идёт Зайчишка по лесу, а у самого сердчишко колотится, хвостик дрожит. Чуть хрустнет где веточка – он сразу наутёк, не разбирая дороги.

И вот однажды метнулся он так со страху в кусты – а там Мышонок.

– Ты чего так дрожишь? – удивился Мышонок. – Замёрз, что ли?

– Н-н-н-е-т-т-т! – простучал зубами Зайчишка. – Исп-п-пуг-г-гал-л-лся…

Мышонок закрутил головой: волк на него, конечно, внимания не обратит, а вот лиса или сова и съесть могут.

– Так нет же никого, – сказал Мышонок. – Померещилось тебе.

Зайчишка осторожно выглянул из кустов. И правда никого.

Он с облегчением вздохнул.

– Тогда я домой побегу. А то страху натерпелся такого, что до сих пор коленки подгибаются.

– Ну, в гости тебя позвать не могу, – сказал Мышонок. – Не влезешь ты в мою норку. Но можешь просто посидеть в кустах, тут безопасно. Передохнёшь и домой пойдёшь.

– И то правда, – согласился Зайчишка. – Спасибо!

Так и подружился Зайчишка с Мышонком. Стал приходить к нему на полянку. И даже настолько осмелел, что оставался играть с Мышонком в прятки: играть было весело, а когда тебе весело, то и совсем не страшно же.

Однажды вечером Зайчишка и Мышонок заигрались на полянке допоздна и не заметили филина.

Филин проспал весь день и на закате только проснулся. И очень проголодался. Бесшумно прилетел и уселся на ветке дуба. Покрутил головой, поморгал большими жёлтыми глазами. И увидел внизу Зайчишку с Мышонком.

«Ага! – подумал филин, – а вот и мой завтрак!»

И кинулся на Зайчишку. Вцепился в него когтистыми лапами и попытался унести. Мышонок не растерялся, бросился на филина и вцепился острыми зубками ему в лапу. Филин закричал от боли, выпустил Зайчишку и улетел.

Зайчишка лежал ни жив, ни мёртв.

Мышонок подбежал к нему, затормошил.

– Вставай! Быстрее! Надо спрятаться! Вдруг филин вернётся!

Зайчишка кое-как поднялся на подгибающиеся лапки и заковылял в кусты. Рухнул без сил на землю.

– Какой ты смелый! – сказал Зайчишка Мышонку. – Филина не испугался!

– Ещё как испугался! – ответил Мышонок. – Но ведь ты мой друг, я должен был тебя защитить.

Отлежался Зайчишка в кустах, пришёл в себя и ускакал домой.

А на другой день прибежал Зайчишка на их любимую полянку и увидел, что лиса поймала Мышонка. Зайчишка спрятался в кустах и одним глазом наблюдал за лисой. И понял, что лиса не просто поймала Мышонка, а играла с ним: вроде отпустит, даст отбежать, а потом снова хватает.

«Ой, страх-то какой! – испугался Зайчишка. – Попался Мышонок… А ну как и меня лиса увидит?! Надо бежать отсюда!»

Он принялся осторожно выбираться из кустов, чтобы никакая веточка случайно не хрустнула и его не выдала, а потом замер.

«А ведь Мышонок меня от филина спас, – подумал Зайчишка. – Хорош же я буду, если брошу друга на растерзание лисе… Но что же делать? Броситься на лису? Да куда уж мне с лисой справиться! И Мышонку не помогу, и сам сгину… Может, медведя на помощь позвать? Он быстро с лисой разберётся!»

Но тут лиса в очередной раз схватила Мышонка острыми зубами, и он громко запищал.

«Ой, нет! – подумал Зайчишка. – Пока я за медведем бегать буду, лиса Мышонка уже съесть успеет…»

Он отчаянно огляделся в поисках выхода. И вдруг заметил камешек под ногами.

«Эх, была не была!» – решился Зайчишка.

Он принялся трясти ветки и страшным голосом закричал:

– А ну, лиса, убирайся прочь из моего леса! А не то не сносить тебе головы!

И тут же бросил камешек, да так метко, что попал лисе прямо по носу. Лиса испугалась, выпустила Мышонка и убежала.

– Спасибо тебе, Зайчишка, – сказал еле живой Мышонок. – Без тебя съела бы меня лиса!

– А знаешь, Мышонок, – ответил Зайчишка, – я вдруг понял, что герой не тот, кто страха не ведает, а тот, кто боится, но всё равно делает. Я до смерти перепугался, но не мог же я бросить друга в беде!

2. Уух и Сплю

Маленький филин Уух очень любил лунные ночи, когда в лесу каждый листик видно, и можно улететь далеко-далеко, не боясь заблудиться. А ещё Уух любил всех пугать: заметит какого-нибудь допоздна загулявшего бельчонка, подлетит бесшумной тенью и как закричит во всё горло «У-ух! У-ух!». Перепуганный бельчонок стремглав несётся домой, в дупло, где его уже заждалась мама-белка.

И вот однажды, в ясную лунную ночь, летел Уух, как обычно, по лесу, пугая лесную малышню, и вдруг увидел два горящих глаза!

– У-ух! – испуганно выдохнул он и шлёпнулся на ближайшую ветку.

– У-ух! – вскрикнул он ещё раз, когда заметил, что глаза смотрят на него из дупла прямо под веткой, на которой он сидит.

Улететь бы, да страшно!

«А вдруг это Бубука-Бабяка, про которую рассказывала мне мама, когда я был маленький? – подумал Уух. – А ну как она выскочит из дупла и погонится за мной?»

Не поворачивая головы, чтобы не упустить страшную Бубуку-Бабяку из виду, Уух скосил глаза сначала вправо, потом влево, высматривая, куда бы спрятаться.

– Ты кто? – внезапно спросил тонкий голосок.

Уух вздрогнул и чуть не упал с ветки: кто это сказал? И где он? Неужели в дупле? Но тогда почему голосок такой тоненький? Как-то не похож он на страшную Бубуку-Бабяку…

– А ты кто? – осторожно спросил Уух.

– Я Сплю.

Уух задумался.

– Если ты спишь, то как же ты со мной разговариваешь? Во сне что ли?

– Да нет, зовут меня так – Сплю.

– Потому что ты соня?

– Нет, потому что я кричу «Сплю-ю-ю-ю! Сплю-ю-ю-ю!».

– А зачем? – удивился Уух. – Ведь на самом деле ты не спишь?

– Нет, не спу, то есть, не сплю, оно само собой так получается. А тебя как зовут?

– Уух.

– Ой! – Глаза моргнули, и на мгновение в дупле стало совсем темно. – Так это ты меня напугал! А ты зачем так кричишь?

– Не знаю… – смутился Уух. – Просто зовут меня так – Уух. Вот я летаю по лесу и кричу «У-ух! У-ух!».

– А я думал, это Бубука-Бабяка за мной пришла, и от страха в дупло спрятался.

Уух и тут же вспомнил, что много-много раз бельчата-зайчата и прочая лесная малышня бросались врассыпную от его криков: они, наверное, тоже думали, что это Бубука-Бабяка за ними пришла. Нехорошо получилось, но он это только сейчас понял, когда у самого сердце ёкнуло.

– Да ведь ты тоже меня напугал! – признался Уух.

– Я?! – изумился Сплю. – Тебя? Напугал? Вот уж никогда не думал, что могу кого-нибудь напугать!

Он высунулся из дупла – и оказалось, что это маленький совёнок, раза в три меньше Ууха.

– Вот это да! – засмеялся Уух. – А я увидел два огромных горящих глаза в тёмном дупле и подумал, что это страшная Бубука-Бабяка!

Тут они оба засмеялись, Сплю вылез из дупла и сел рядом с Уухом на ветку.

– А знаешь, – сказал Уух, – не хочу я больше никого пугать. Оказывается, когда тебя испугали, это совсем не весело. Но что мне делать? Не могу же я летать совсем молча!

– А ты кричи «Сплю-ю-ю!», как я, – предложил Сплю. – Меня никто не боится.

– Нет, – покачал головой Уух, – не пойдёт. Тогда все подумают, что я – это ты, и нас с тобой перепутают.

Они оба замолчали и задумались, глядя на луну.

И вдруг Сплю расхохотался:

– Ха-ха! Ха-ха-ха! Ну надо же, ты меня испугался! Никогда не думал, что я такой страшный! Ха-ха-ха!

Уух посмотрел на него и тоже расхохотался:

– Ха-ха! Ха-ха-ха! А здорово мы мы друг друга напугали! Мы оба Бубуки-Бабяки! Ууууу! Ха-ха-ха!

И тут Уух чуть не свалился с ветки.

– Ура-а-а-а! Теперь я знаю, что буду кричать! Ха-ха! Ха-ха-ха! Мне понравилось!

– Что? Что ты будешь теперь кричать? – заинтересовался Сплю.

– Ха-ха! Ха-ха-ха! – ответил Уух.

– Да хватит тебе смеяться! Я серьёзно спрашиваю.

– Ха-ха! Ха-ха-ха! – повторил Уух.

– Не хочешь говорить, ну и не надо! – обиженно отвернулся Сплю.

– Да нет, ты не понял! Не сердись, пожалуйста, – примирительно сказал Уух и слегка подтолкнул его в спину. – Я решил, что буду кричать «Ха-ха! Ха-ха-ха!». Ведь это же так весело!

Сплю обернулся.

– И я! Я тоже так хочу! Полетели вместе?

– Ура! Полетели! – согласился Уух.

С тех пор Уух и Сплю летают лунными ночами по лесу и дружно кричат «Ха-ха! Ха-ха-ха!».

«Хи-хи-хи!» – отвечают сорванцы-бельчата и прячутся в дупле.

«Ох-хо-хо!» – качает головой мама-белка.

А полная луна тихонько улыбается, слушая весёлый смех в полночном лесу.

3. Драконье дерево

В самой глубине леса, в густой-прегустой чаще, куда почти никто не заходит, росло большое-пребольшое и старое-престарое Дерево. Давным-давно, когда в лесу ещё водились драконы, таких деревьев было много, и драконы вили на них гнёзда, поэтому и деревья назывались Драконьими. Но прошло уже много-много лет, драконы перестали прилетать в этот лес, и единственное, что ещё напоминало о них, это старое драконье гнездо на единственном оставшемся в лесу Драконьем Дереве.