Мария Пустовалова
Добрые рассказы

© Пустовалова Мария, текст, 2025

© Союз писателей России, 2025

© Анна Головина, верстка, 2025

Басня о пылесосе

У нас у всех есть пунктики. Кто-то помешан на вкусной еде, кто-то – на спорте, кто-то любит садиться в одном и том же месте в вагоне метро, кто-то чистит зубы четыре минуты, а кто-то не выносит крошек на полу. Галина была из числа последних, она была рьяной уборщицей! То есть она была бухгалтером, но дома проявляла качества клининг-мастера высшего класса.

У Галины было двое сыновей и муж, то есть все те, кто обычно называется семьей, но в данном случае те, кто несли мусор домой. Трехступенчатая система вытирания ног не спасала квартиру от уличного песка летом и камушков соли зимой. Каждый вечер Галина стояла с пылесосом возле двери и тщательно пылесосила за всеми входящими: благо муж с работы, а дети после школы и секций возвращались в одно время.

Конечно, если кто-то приходил в гости, то восторгам по поводу чистоты не было предела. В этой квартире можно было проводить хирургические операции – настолько все сверкало и блестело. Разумеется, после ухода гостей проводилась тщательнейшая уборка.

У многих женщин есть гардеробная комната, которой некоторые даже хвастаются. Галина же могла похвастаться своей кладовой с хозяйственными принадлежностями: щетки, швабры, пылесосы, тряпки и бутылочки со всевозможными чистящими средствами. Все это было аккуратно расставлено по полочкам в чулане, и запиралось на ключ, который никому в семье не доверялся кроме жены.

Все поверхности в доме протирались от пыли раз в два дня, а вот полу уделялось особое внимание: ежедневная сухая и влажная уборка проводились в Галиной квартире. Целый арсенал пылесосов был у женщины на страже чистоты. Робот-пылесос жужжал по ночам, вертикальный – для крошек после обеда, пылесос с влажной уборкой – для всей квартиры и старый, но самый мощный проводной пылесос – для генеральных уборок (раз в неделю). Для чего все это было нужно? Дело в том, что у Галины было хорошее зрение. С высоты своего роста она видела малейшие крошки на полу, которые жутко ее раздражали. Обычный человек (а в случае Галины – это все остальные члены семьи) вообще их не замечали, но позволяли матери и жене жить со своими «увлечениями», как они это называли.

Довольно долгое время ничего не менялось. Женщина продолжала драить квартиру по собственной методике, получая удовлетворение от идеальной чистоты. Однако весенним днем, когда на улице совершенно неожиданно подморозило, Галина по дороге домой поскользнулась и упала. К счастью, она ничего не сломала, но сильно потянула ногу. Врач в травмпункте прописал неделю постельного режима. Женщину отвезли домой, перепуганные домочадцы стали заботиться о ней. Первые два дня Галина чувствовала себя хорошо, за ней ухаживали ее мужчины: приносили вкусную еду, на работу ходить не надо было, ногу мазали специальным холодящим кремом. Через некоторое время женщина почувствовала недомогание. Она не сразу поняла, что случилось, но вскоре… Квартира начала загрязняться. На полу появились крошки, пыль и волосы – она прекрасно их видела.

На третий день своего бездействия Галина доверила мужу ключ от кладовки с хозинвентарем. Муж пошел за пылесосом, а любопытные школьники заглядывали отцу через плечо, пытаясь разглядеть мамины сокровища.

Муж неуклюже взялся за самый простенький пылесос и включил его.

– Возьми большой пылесос, – закричала Галя из комнаты. По шуму пылесоса она поняла, что муж достал не тот.

– Ладно, – донеслось ворчание из кладовой.

Через десять минут разнообразной возни на пороге комнаты Галины возник вспотевший муж. Он стал пылесосить в помещении, но жена постоянно его поправляла. «Сначала тот угол». «Подожди, здесь в самом конце». «Нет, надо держаться выше, там специальная раздвижная ручка». «Постой, вот там еще волоски остались».

Через несколько таких же упреков муж бросил пылесос посреди комнаты.

– Вань! – заорал он старшему сыну. – Оставь свою стрелялку, иди давай пылесось. Я больше не могу.

Ваня с неохотой притащился в мамину комнату, но его хватило ненадолго. Не лучше вышло и у второго сына, он вообще бросил пылесос через две минуты и пнул его ногой перед выходом из комнаты.

Галина никак не могла понять, что сложного в ее инструкциях. Почему никто просто не может сделать так, как она говорит? «Вот встала бы, да навела порядок в доме за двадцать минут!», – думалось ей, но сделать этого она, конечно же, не могла из-за ноги.

Брошенная одна в комнате, вычищенной наполовину, Галина предавалась размышлениям еще несколько следующих дней. Почему она так любит порядок? Почему у нее на физическом уровне начинается головная и суставная боль из-за каких-то крошек и пылинок? Некоторое время женщина грустила: никто не ценит и не разделяет ее любовь к чистоте. Она боялась представить, что творится в других комнатах, а особенно на кухне, где трое мужчин готовили еду вот уже пять дней. К счастью, она слышала по ночам шум робота-пылесоса и уповала на его трудолюбие и эффективность.

На седьмой день к больной пришел хирург, чтобы осмотреть ногу. Оказалось, что полежать придется еще несколько дней.

– Как, доктор?! Да мне же надо уже…

– На работу? Да подождет ваша работа! – перебил врач.

– Да нет же. Мне убираться надо! Кругом пыль, грязь, заросли за неделю! – неистовствовала Галя.

Доктор недоуменно огляделся.

– Вы имеете в виду эту квартиру?

– Разумеется, – подтвердила женщина.

– Вы, должно быть, преувеличиваете. Я еще не бывал в таких чистых домах, – высказался хирург.

«Вот и он ничего не понимает!» – с досадой подумала Галина, но вслух, конечно, ничего не сказала.

Доктор ушел, а женщине предстояло бороться со своими «тараканами» еще два-три дня. Она терзалась тем, что швабры и щетки так близко, за стенкой, но воспользоваться ими она не может. Она ворочалась всю ночь, но смогла заснуть только под утро, и ей приснился сон.

Это была басня. Как часто бывает во снах, за основу взят какой-то известный сюжет, но вместо героев или некоторых мизансцен хитроумным мозгом подставлены реальные жизненные обстоятельства. Басня Галины называлась «Мартышка и пылесос». Сначала обезьянка получила в дар пылесос. Она долго не могла разобраться в его непростом устройстве. Потом, когда все-таки агрегат заработал, мартышка с удовольствием им пользовалась. И так проходили дни. Обезьяна чистила все вокруг, но постоянно мимо проходили другие животные и мешали ей: то слон кожуру от банана бросит, то тигр пронесется – пыль поднимет. В общем, к концу сна мартышка не выключала пылесос ни на секунду. Она пылесосила и пылесосила вокруг, пока не умерла от старости, со включенным пылесосом в руке…

Галина очнулась от сна в холодном поту. «Какой абсурд! Какой ужас!.. Что это вообще сейчас было?!»

Женщина помотала головой, чтобы сбросить последние остатки сна, но все-таки не могла перестать о нем думать. Неужели она ведет себя словно обезьянка? Помилуйте, да нет же… хотя… сходство, безусловно, наблюдается. Галина продолжала лежать и думать. Может быть, ей пересмотреть свое отношение к уборке? А что, если пылесосить один раз в два дня? Не слишком редко? Пожалуй, нормально. А пыль? Раз в неделю? Согласна. Посуда? Купим посудомойку – дети давно просили. А мои пылесосы? Не запылятся они от бездействия? Нет, буду укрывать чехлом. И Галину, кажется, отпустило. Она поняла, что не обязательно все время убираться. Она чересчур увлеклась, можно сказать, довела себя до безумия стремлением к идеальной чистоте. Можно себе разрешить не убираться так часто.

С осознанием этой мысли и наступил последний день постельного режима, и Галина встала с кровати. Сначала пошла с помощью родных, потом потихоньку сама. Домочадцы ждали, когда она рванет в кладовку. Вместо этого женщина пошла на кухню, заварила себе большую кружку кофе и с довольным видом встала, опершись на подоконник, поставив рядом чашку и глядя в окно.

– А погода-то! Погода! Вы посмотрите! Весна уж вовсю! Я столько пропустила. – Галина сделала глоток кофе и поставила кружку на стол, чтобы распахнуть окно. Женщина вдохнула полной грудью свежего весеннего воздуха. – Пахнет травой! – восхитилась она.

Семья стояла в смятении. Все ждали, что мать бросится убираться. На полу уже было достаточно пыли и ворсинок для тройной уборки. Младший школьник не выдержал первым.

– Мам, ты как? Убираться будешь? – спросил он.

– Что? Убираться? Ну, конечно, буду. Не сегодня, может, через пару дней.

– Серьезно? – удивились в один голос все.

– Ну да, – ответила Галина, повернувшись от окна. Тут она нахмурилась и поглядела по очереди на всех троих своим орлиным взором.

– А что это вы все в таком мятом? – строго спросила Галина. Дальше она добавила тише. – Может, мне теперь заняться глажкой?

– НЕ-Е-Т! – был всеобщий ответ.

А чем я могу гордиться в жизни?

На перроне витал аромат свежеиспеченных вафель. Маленькое дорожное кафе с распахнутыми дверями встречало пассажиров, которые прибыли на станцию Upper meadow (Верхний Луг). Это было туристическое место, где широко раскинулись пестрые цветочные луга и поля, засеянные лавандой.

В этот ранний час пришел поезд из ближайшего города. На перрон вышли немного заспанные работники этой туристической зоны: официанты и повара кафе, администраторы и уборщики гостиниц, экскурсоводы, фотографы, организаторы пешеходных и велотуров. Многие знали друг друга, поэтому тут и там слышались приветливые возгласы:

– Доброе утро, Мэри!

– Хорошего дня, Джон!

– Только посмотри, какой сегодня чудесный день!

День и правда обещал быть прекрасным: солнце светило ярко, но в этот утренний час еще не припекало, на небе ни облачка, слышно пение птиц и жужжание пчел.

Один пожилой господин немного замешкался в поезде, потому что читал очень интересную книгу. Когда поезд остановился, ему срочно пришлось доставать с верхней полки свой котелок и поскорее класть закладку в книгу. Он подхватил свой портфель, не успев убрать книгу внутрь, накинул котелок и вышел как раз вовремя – двери поезда закрылись прямо за ним. Мужчина привычно втянул носом воздух. На перроне всегда пахнет железной дорогой, но это если ты редко ей пользуешься. Те, кто ездят на поезде каждый день, не замечают этого запаха. Но вот запах свежей выпечки… наверно, к нему невозможно привыкнуть… разве что работнику пекарни, пожалуй.

Уверенным шагом пожилой господин в черном котелке и теплом черном костюме не по погоде направился в кафе на перроне.

– Доброе утро, Люси! – громко поздоровался он, войдя внутрь.

– Доброе, доброе, Оливер! – привычно бросила хозяйка заведения.

Пока несколько человек толпились у кассы, покупая пухлые круглые вафли в бумажном пакете с собой, Оливер сел за один из двух крошечных столиков. Люси даже не спрашивала: «Вам как обычно?», она просто кивнула официантке-помощнице, и та принесла поднос, на котором стояли белая чашка с черным кофе и тарелка с двумя крупными вафлями. Отдельно стояли две хрупкие вазочки: со сметаной и вареньем.

– Спасибо, Бетти! – поблагодарил господин и, сняв котелок и положив его на соседний стул, занялся завтраком. – Как всегда великолепно! – похвалил он хозяйку через плечо. Та в ответ что-то крякнула.

Когда с нежными вафлями было покончено, Оливер достал книгу и углубился в чтение, регулярно делая глоток горячего крепкого кофе. Бетти, которая помогла обслужить всех на кассе, протерла столы и некоторое время стояла в нерешительности неподалеку, все же осмелилась подойти к господину.

– Что вы читаете? – робко осведомилась она, сплетя руки на фартуке. На книге была непрозрачная обложка, которая скрывала имя автора и название.

– О, Бетти, это удивительная вещь! – вдохновенно ответил Оливер. – Присядь, – и он указал на третий стул за столом, прямо напротив него.

Девушка села, хотя совершенно не ждала приглашения. Ей всего лишь хотелось узнать, что можно так увлеченно читать. Все книги, что прочла Бетти, казались ей скучными и неинтересными. Школьная программа совершенно не рассчитана на современный мир, казалось ей. Хотя почему она спрашивает о книге у субъекта, который носит котелок, будто живет столетие назад? С другой стороны, он казался таким погруженным в выдуманный мир, что любопытство все-таки одержало верх.

– Это великий итальянский автор, Амир Бьенотти! Его произведения… – мужчина остановился, но не потому, что не знал, что сказать, а потому что мыслей в голове было слишком много, и он не мог их структурировать. Если бы он только открыл рот, фразы посыпались бы словно горох. В общем, ему пришлось взять паузу на пару минут, а затем он продолжил: – Замечательный слог, захватывающий сюжет, несколько пересекающихся линий, а персонажи… Они наполнены жизнью, они хотят жить, любить, чувствовать.

Бетти краем уха слушала чудного господина. В абсолютной степени ее поразило то, с каким чувством и воодушевлением он рассказывает о какой-то книге и каком-то там авторе, имя которого она слышала впервые, хоть Оливер и назвал его великим. А что она, Бетти, сделала в жизни такого, чтобы с вот таким же восторгом и переполняющими эмоциями рассказывать об этом? Как будто ничего… От собственных мыслей ей захотелось выйти наружу. Она поблагодарила Оливера за интересный рассказ и, так как до следующего поезда в кафе делать было нечего, вышла на перрон. Оттуда она спустилась и прошла по протоптанной тропинке на ближайший луг, на котором стояли лавочки, пока еще никем не занятые.

Опустившись на одну из скамеек, Бетти огляделась. Широко раскинувшиеся просторы, только изредка попадавшиеся на глаза невысокие постройки: кафе, магазинчики и одна двухэтажная гостиница. И все это утопает в зелени. Рядом с лавочками стоят красивые вазоны с цветами, на которых с самого раннего утра трудятся шмели и пчелы. Птицы устроили щебет на деревьях позади, наверно, у них завтрак. Бетти работала в этом месте уже несколько месяцев, это была ее весенне-летняя подработка, но до сих пор не привыкла к окружающей ее красоте.

Природа вокруг несколько поменяла ход мыслей девушки. Да, может быть, она еще не сделала ничего такого выдающегося, чтобы с жаром об этом рассказывать, но она молода, у нее все впереди. Бетти хорошо работает в кафе, хозяйка заведения Люси, хоть и немногословная женщина, но регулярно хвалит девушку. Разве одно это не достойно уважения?

Шум подъезжающего поезда оторвал девушку от созерцания красот, и она побежала на перрон в кафе. Вафлями обычно занималась Люси, а оформлением заказов и обслуживанием – Бетти. Из вагонов в кафе потянулись первые туристы. Девушка знала, что они стекаются на чудесный ароматный запах свежей выпечки. В голову Бетти вдруг пришла удивительная мысль. Да, в их заведении прекрасные вафли, но вход, дверь… почему они выглядит такими потрепанными? А внутри? Почему пространство кажется таким маленьким и темным? Она посмотрела на людей, которые проходили мимо их кафе. Такое ощущение, что они хотели бы зайти, но внешний вид их не соблазнил. Только некоторые туристы целенаправленно заходили внутрь, наверно, они уже пробовали вафли и знали, что здесь вкусно готовят. Большинство же все-таки проходили мимо.

Бетти пробежала внутрь и встала за кассу, опередив покупателей. Мысль о том, что она может предложить хозяйке блестящую идею, воодушевила девушку, и она работала с большой самоотдачей: улыбалась и болтала с каждым посетителем. Даже Оливер поднял взгляд от своей книги и удивленно взглянул на Бетти. Она и его одарила улыбкой.

Вечером, в шесть часов, когда последний на сегодня поезд отправился с Верхнего Луга в город, Люси и Бетти вместе закрывали кафе. Девушка с волнением поделилась своими мыслями. Хозяйка заведения была уставшей, но внимательно выслушала предложение по тому, чтобы сделать некоторый косметический ремонт снаружи и внутри. Консервативная Люси сразу отказалась: «Это дорого, на ремонт нужно много времени, да и кто, скажи на милость, будет его делать?»

Тем не менее Бетти забросила семечко-зародыш мысли в голову хозяйки. Той нужно было время. Уже на следующее утро, переспав с этой неожиданной, но все же интересной мыслью, Люси по-другому заговорила с Бетти. Во-первых, она стала серьезнее относиться к помощнице, а во-вторых, она спросила, что бы девушка поменяла, если бы «чисто теоретически» Люси согласилась на реновацию. Бетти предложила несколько интересных решений: внутри, для света, выкрасить стены в цвета топленого молока /хлеба, а для красок – украсить живыми цветами, которых на лугах в избытке в сезон. Снаружи дверь и рамы окон достаточно просто освежить: помыть и покрасить заново. И можно было бы поменять вывеску на более современную. Пока Бетти говорила, Люси обратила внимание на то, с каким чувством вдохновения вносит предложения помощница. Это произвело на хозяйку впечатление. Она поняла, что девушка говорит серьезно, а не просто кидает идеи.

Прошло несколько недель. Люси и Бетти договорились, что обязательно сделают ремонт, но только в конце сезона, чтобы не закрывать кафе в пиковое время. Владелица и помощница регулярно обсуждали, что и как можно будет изменить. Даже Люси вносила свои предложения, правда, в основном по части кухни, где выпекаются вафли.

Оливер регулярно заходил в кафе и сидел за столом с книгой: то одной, то другой, но все время в одинаковой непрозрачной обложке. Его чтение никогда не было унылым, он всегда читал с упоением. В одно из посещений Бетти преподнесла ему бесплатную порцию вафель, лично от себя, в знак благодарности за то, что его слова подтолкнули ее заняться чем-то интересным. Мысль о том, что ее предложение о ремонте было оценено и принято хозяйкой, сама по себе была приятной; а хлопоты и разговоры о том, как все будет устроено в кафе после ремонта, и вовсе заставляли девушку жить в предвкушении. Теперь каждое утро она вставала с кровати с целью, с воодушевлением, с надеждой… а что может быть лучше? Ну, только вафли Люси, может быть.

Ванесса начинает новую жизнь

«Где я буду жить?» – с ужасом думала Ванесса.

Девушка только что рассталась с мужем. Они снимали квартиру, маленькую компактную однушку, за которую платили вместе. Теперь им пришлось разъехаться к родителям: она к своим, он к своим. У Ванессы раньше была своя комната, но теперь она вся была завалена родительскими пожитками, которые они не хотели убирать. Вообще, вернувшаяся как снег на голову дочь их немного смущала. За пять лет они привыкли к самостоятельной и размеренной жизни, по очереди скрываясь в комнату Ванессы друг от друга, чтобы побыть в одиночестве.

– А вот и я! – заявила Ванесса воскресным утром на пороге отчего дома.

Поначалу родители обрадовались, пока не увидели два крупных чемодана за спиной своей дочери.

– Что случилось, дорогая? – спросила мама, оглядывая дочь с ног до головы и косясь на чемоданы.

– Мы с Марком расстались. Все. Свободна на все четыре стороны. Можно войти?

Мама отодвинулась и пропустила дочку в квартиру, а папа, кряхтя, затащил чемоданы.

– Может, все еще наладится? Вы помиритесь. Так бывает, мы с твоим отцом не раз ссорились, – начала мама успокаивать дочь.

– Нет, мам, ты не поняла. Мы развелись, официально, – ответила Ванесса, снимая куртку и разматывая двухметровый шарф.

– И ты нам не сказала?!

– Я не хотела говорить заранее, потому что вы бы меня стали отговаривать и переубеждать. Я была настроена решительно.

– Вот это новости! – причитала мама, вешая куртку дочери в шкаф-купе и аккуратно складывая длинный шарф. – Отец, ты почему молчишь?

– А что говорить? Ее решение, значит так надо. Из-за чего сыр бор-то? Гулял он? Так я и знал, ух гад!

– Нет, пап, он не обманывал меня, успокойся, не изменял. Мы хотели совершенно разного в жизни, но поняли это слишком поздно.

– Давайте уже на кухню пойдем, а то что мы все в коридоре. Ты голодная, дочь?

– Нет, мам, но чаю попью.

На родительской кухне было уютно. На девушку нахлынули воспоминания. Она сидела вот за этим столом и делала уроки, иногда просто рисовала, а иногда играла с мамой в настольную игру. В комнате у нее был письменный стол, но на кухне обычно было теплее и уютнее. Сейчас почти ничего не поменялось, только обои немного пожелтели, и холодильник был новый, потому что старый пару лет назад сломался. Да, и еще на холодильнике появился новый телевизор, побольше.

Отец Ванессы занял свое место за столом, а мама стала подавать чашки, сладости и чай.

– Извините, что я с пустыми руками, просто неудобно с чемоданами в магазин, – стала оправдываться дочь.

– Да ничего, милая, у нас и так полно сладкого. Папа вчера в магазин ходил, набрал.

– Там по акции было, – тут же сказал отец.

Ванесса глубоко вдохнула. С одной стороны, в родительском доме было так уютно, по-домашнему, но, с другой стороны, она привыкла к своей квартире, своим порядкам и устоям.

– Что теперь, ты уже думала? Пока у нас поживешь, а потом? Квартиру будешь искать? – спросил папа.

– Да не гони ты ее, отец, она только приехала. У нее стресс, надо дать человеку время.

– Да я не против, пусть живет, – стал оправдываться папа. – Просто хочу узнать планы на будущее.

– Думаю, буду искать жилье, только мне понадобится соседка по квартире. Одна я не потяну.

– Ну, глядишь, мы с отцом поможем первое время.

– Первое время – да, спасибо, но дальше… Все равно мне понадобится компаньон по аренде.

Ванесса почти месяц прожила у родителей. В это время она активно искала соседку: спрашивала на работе, интересовалась у знакомых, делала посты в соцсетях, а также искала в профильных группах. Тех, кто искал квартиру, было много, а тех, кто готов был снимать жилье на двоих, – совсем мало. Некоторые были с животными – эти отпадали сразу, т. к. у Ванессы была аллергия, кто-то курил – это тоже был стоп-фактор, а некоторые были мужчинами – это не подходило в принципе. И все-таки через месяц нашлась одна девушка, которая подходила по всем параметрам. Квартиру они выбрали вместе: это была двушка, с двумя крохотными спальнями, но в тихом зеленом районе. До работы Ванессе было добираться удобно: полчаса на метро. За полтора часа девушка сложила все свои вещи в два больших чемодана и переехала на такси от родителей в новую съемную квартиру.

Она переступила порог пустой квартиры: соседка должна была въехать через два дня. Ванесса огляделась по сторонам и неожиданно сама для себя разревелась. На нее навалилось все, что случилось за последние месяцы: развод, смена места жительства и переворот всего уклада жизни. И сейчас, хотя она и была рада съехать от родителей, потому что им вместе было тяжеловато, ей стало жутко одиноко. Никто не пожалеет и не разделит все горечи и печали. «Может быть, разрыв с Марком – это ошибка?» Она не первый раз задавалась этим вопросом, но только сейчас он возник абсолютно серьезно.

Что, если… Она бы осталась в своей любимой, хоть и арендованной, квартире. Они бы сейчас вместе сидели на большом диване и смотрели бы сериал с мисочкой попкорна. Что, если… Они бы ходили за руку по улице, а в кафе он бы помогал надевать куртку. И дарил бы цветы, редко, но все равно. Теперь никто не подарит. Все эти мысли окончательно задавили девушку, и Ванесса уселась на кровати в своей спальне и накрылась одеялом с головой. Так она и сидела, пока вдруг не услышала чужой голос в коридоре.

– Эй, есть тут кто?

Ванесса сбросила одеяло и резко вытерла кулаком слезы. Голос был низкий, не похоже, чтобы это была соседка.

– Я говорю, есть кто живой? – вопрошали в коридоре.

Девушка спрыгнула с кровати и вышла в прихожую. На нее смотрел молодой мужчина, который тут же объяснил свое вторжение.

– У вас дверь в квартиру была нараспашку, вот я и поинтересовался. Извините, что вот так ворвался. Вы тут будете снимать, я вас раньше не видел? Я из соседней квартиры, – он внимательно посмотрел на заплаканные глаза Ванессы и тактично отвел взгляд. – Похоже, я не вовремя. Но дверь все же лучше закрыть! – он улыбнулся.

Девушка наконец взяла себя в руки и ответила:

– Да, я теперь снимаю эту квартиру. Мы будем жить здесь вдвоем с соседкой. А дверь… видимо, я ее не захлопнула до конца, и она распахнулась.

– Ну, с новосельем, я, пожалуй, пойду.

– Да, конечно, спасибо за… за бдительность, – нашлась девушка и шмыгнула носом.

Мужчина рассмеялся и вышел, громко хлопнув дверью, чтобы замок точно сработал.

Прошло несколько месяцев. Ванесса пришла в себя, и во многом этому способствовал именно бдительный сосед. Дважды в неделю они встречались в продуктовом магазине, который находился неподалеку. Это происходило случайно, но потом стало небольшой традицией: девушка и мужчина делали покупки на несколько дней, каждый сам для себя. Попутно сосед, которого как оказалось звали Артур, развлекал Ванессу смешными историями. И совсем незаметно прошло еще время, месяц или два. Теперь эту пару можно было встретить по тем же дням в том же продуктовом, только не с двумя разными корзинами, а с одной большой тележкой. И в этой прекрасной ситуации был только один недовольный – соседка Ванессы по квартире, ведь ей снова пришлось искать того, кто займет ныне пустовавшую комнату и разделит арендную плату.

Как Элли готовилась к экзамену

Стоял прекрасный солнечный день. Яркий, но холодный и очень ветреный полдень. Девушка Элли, маленькая, хрупкая и юная, стояла у окна в неведении того, что на улице сносит афиши с билбордов. За стеклом просто светило солнышко, казалось ей. Звуконепроницаемость была отменная. Элли должна была готовиться к одному из экзаменов (она училась на втором курсе института). Сейчас поймут только девочки: на экзамен нельзя являться некрасивой. Элли срочно требовались новые тени для век. Старые, во-первых, надоели, во-вторых, почти закончились. В-третьих, из косметического магазина ей пришел промокод на скидку, который заканчивал свое действие сегодня. Подготовка к экзамену может подождать, а тени – ни в коем случае, так посчитала Элли и выбежала на улицу, одевшись чересчур легко. Ей думалось, что если светит солнце, то и погода чудесная.

Ветер чуть не сбил ее с ног, как только она завернула за угол дома. Поплотнее укутавшись в плащ и натянув тонкий шарфик на уши, Элли ускорила шаг. Идти до магазина надо было пешком минут пятнадцать по довольно открытой и ветреной улице: справа от тротуара проходила автомобильная дорога, а слева – широкий газон, изредка усаженный кустами. Еще левее находились дома, но они уже не могли защитить от ветра. Хрупкая Элли раздумывала, не повернуть ли ей назад к дому, чтобы одеться потеплее и выйти снова. Она отмела эту мысль, потому что из-за возвращения потеряла бы драгоценное время, а ведь ей еще готовиться к экзамену. Тут она вспомнила про завтрашнее испытание и сильнее ускорилась. Вокруг Элли шумел ветер, листья поднимались вихрем с земли, пустые целлофановые пакеты летали вдоль дороги, подхваченные потоками воздуха, а на небе тем не менее не возникло ни облачка. Девушка одной рукой сжимала шарф, чтобы он не улетел с головы, а другой придерживала плащ, потому что его полы все время задирались. На улице, казалось, не было никого. В основном все были на работе, а те, кто не трудился, не хотели высовывать даже нос в такой ветродуй. Бесспорно, Элли была целеустремленной девушкой.

Через четверть часа девушка вбежала в магазин косметики. Здесь можно было выдохнуть: ветра не было, а еще можно было вдохнуть: в воздухе витали приятные ароматы разнообразных духов. Элли стала ходить между стеллажами и разглядывать полки с тенями. Какие же ей выбрать? Темные не подойдут для дневного макияжа, блестящие – слишком празднично для экзамена. Ага, вот эти: она потрогала пальцем тестер и нанесла на тыльную сторону левой руки. Это был приятный и нежный слегка розоватый бежевый оттенок. Тени идеально подойдут к ее глазам. И, должно быть, понравятся Гектору. Одногруппник проникся теплыми чувствами к Элли с начала этого года, но между ними не установились отношения. Девушка замечала его ухаживания, но взаимностью не отвечала. Вопреки хрупкой и нежной Элли, Гектор был огромным громилой под два метра ростом, широкоплечим и грубоватым. Тем не менее выбирая тени, Элли почему-то подумала про него. Хотя ему понравятся любые тени, тут же решила юная дева и побежала на кассу. В кассовой зоне не было ни одного человека, и Элли стала переминаться с ноги на ногу в нетерпении. У нее все еще завтра экзамен, к которому надо готовиться, и дорога каждая минута.

– Эй, тут есть кто-нибудь? Позовите, пожалуйста, кассира! – сказала она сначала вполголоса, затем несколько раз пришлось повторить громче.

После третьего жалобно-настойчивого возгласа явилась девушка продавец в фирменном одеянии и снизошла до того, чтобы сесть за кассу.

– Добрый день, – сказала Элли, – вот, – она протянула коробочку теней. – И у меня есть промокод на скидку.

Кассирша недовольно прищелкнула языком, ей придется возиться с дополнительными операциями на компьютере.

– Диктуйте код, – буркнула она.

Элли прочитала из смс код. Дважды кассирша промахивалась пальцем мимо кнопки и просила диктовать заново. Элли покорно читала код заново, хотя в душе уже проклинала эту медлительную кассиршу. Наконец сумма была озвучена, и Элли тут же протянула пластиковую карту для оплаты к терминалу. Терминал подумал несколько секунд и вдруг издал звук неправильного ответа из телевикторины (бууп), и окошко на нем загорелось красным, выводя фразу «недостаточно средств для оплаты». Девушка в недоумении уставилась на сообщение на терминале. Как недостаточно? Она ведет учет своих расходов и прекрасно осведомлена, сколько средств должно быть на ее счету.

Кассирша снова недовольно прищелкнула языком.

– Хотите расплатиться наличными? – осведомилась она.

– Нет, у меня нет с собой наличных, – ответила Элли и подумала, что в двадцать первом веке наличными пользоваться почти неприлично.

Что же случилось с картой? Да, там должно было остаться немного, но как раз столько, чтобы купить тени. Девушка полезла в телефон, чтобы открыть смс-ки от банка. Руки у нее немного тряслись из-за того, что все это время на нее пристально смотрела кассирша.

«Ах ты черт!» – с досадой подумала Элли. Она увидела вчерашнюю последнюю покупку – кофе с собой в кафе. Она совершенно про это забыла! Теперь для покупки теней ей действительно не хватало буквально пару десятков рублей.

Вдруг колокольчик на двери звякнул и вошел тот, кого она ожидала увидеть меньше всего. Профессор! который завтра должен принимать у нее экзамен. Что делать? Кажется, он ее не заметил. Может, выскочить незаметно из магазина? Нет, это будет некрасиво. Что если попросить у него в долг? От этой мысли она прыснула.

Тем временем профессор был занят своими делами. Он явно зашел в перерыве между лекциями или экзаменами, чтобы купить что-то из ухода для мужчин. Преподавателю на вид было лет пятьдесят, но поговаривали, что он старше. У него была объемная борода, почти полностью седая, и этот образ ему шел. Элли подумала, что без бороды он бы выглядел очень странно. Пока профессор стоял у полки с мужскими лосьонами, выбирая пену для бритья и рассматривая тюбики для ухода за бородой, Элли подумала, что надо попросить маму перевести ей на карту немного денег, чтобы расплатиться. Она уже начала звонок, но вовремя сбросила. Вместо того чтобы без вопросов перевести дочери сорок рублей, она начнет выяснять, что Элли делает в магазине и почему не готовится к экзамену. Так, какие еще варианты? Самый простой – попросить подругу, как раз ту, с которой она вчера покупала кофе. Тут на кассу стремительно подошел профессор.

– Какой на улице ветер! – сказал он кассирше. – Элли! – воскликнул он, заметив хрупкую девушку. – Вот так встреча. Пожалуйста, покупайте, я буду за вами, – он улыбнулся ей.

– Эээ, профессор… – только и успела вымолвить Элли, как ее перебила кассирша.

– У нее не хватает денег, – несколько злорадно заявила кассирша. Ее унылый и медлительный взор явно оживила развернувшаяся ситуация.

– Ах вот оно что? Давайте так, – тут же сообразил профессор. – Я помню, что у вас завтра экзамен, который я буду принимать. Я сейчас вам одолжу недостающую сумму. Если вы завтра ответите на пятерку, можете не отдавать. Если на четверку или ниже – то отдадите. Сколько вам не хватает, Элли?

Элли хлопала глазами и лепетала что-то вроде: «Профессор, это неудобно», но он не хотел слушать.

В общем, преподаватель перевел девушке пятьдесят рублей («всего-то?», – удивился он), которых хватило для оплаты.

– Завтра в десять! – на прощание сказал профессор и быстрым шагом вышел из магазина.

Злорадство кассирши сменилось на ее обычный тусклый взгляд, ведь ей предстояло снова возиться с этой девчонкой, ее заказом и промокодом. Элли уже помнила этот код наизусть, хотя он состоял из цифр и букв вперемешку.

Наконец, Элли вышла из магазина с коробочкой заветных теней в кармане. Теперь она сильно переживала из-за предстоящего экзамена. Ей нужно тщательно подготовиться, чтобы хорошо сдать экзамен. Деньги Элли в любом случае собиралась вернуть.

Ветер по-прежнему был очень сильным. Она снова плотно закуталась в плащ и почти бегом отправилась домой.

Дома девушка тут же приступила к чтению билетов. Тут же после того, как нанесла новые тени на веки, разумеется. С красивыми глазами лучше запоминается, если кто не знал.

На следующее утро погода была гораздо лучше. Солнце светило сквозь облака, а ветер стих. Элли сильно волновалась. Весь вечер и допоздна она действительно готовилась, но сегодня, казалось ей, все выветрилось из головы.

На счастье, ей попался один из первых билетов, которые она читала еще на свежую голову, а потому хорошо запомнила. Когда профессор вызвал девушку, она рассказала все, что знала. Преподаватель не задал лишних вопросов, а только внимательно посмотрел на Элли.

– Ты очень красивая с этими тенями, – сказал он. – Жаль было бы, если бы ты их не купила, – подмигнул он и в раскрытой зачетке Элли размашисто вывел «ОТЛ».

Кофе с собой

– Добрый день! Большой американо? Конечно!.. Хорошего дня!

– Добрый день! Большой капучино на миндальном? Конечно!.. Хорошего дня!

– Добрый день! Вам как обычно?.. Хорошего дня!

Я работаю в кафе при магазине. У нас небольшой ассортимент: кофе и выпечка. Основные клиенты: любители кофе «на ходу». У меня хорошая репутация. Многие постоянные посетители ценят меня, потому что я стараюсь хорошо выполнять свою работу. Приятно, когда делаешь заказ «как обычно», не так ли? Это говорит о том, что бариста тебя помнит и знает твои предпочтения.

Интересно, что многие запомнили мое имя, написанное на бейдже. Когда они приходят и говорят: «Здравствуйте, Екатерина», – мне всегда кажется, что меня знают лично. Действительно, посетители хорошо знают меня внешне, знают мое имя и кем я работаю. Я же вижу клиентов с противоположной стороны прилавка: мне не известны имена посетителей, я не знаю, чем они зарабатывают на жизнь… могу только предполагать. Этим я и занимаюсь, чтобы как-то скрасить рутинные будни.

Например, молодой человек в модной куртке с рюкзаком (всегда на левом плече), в брюках, не закрывающих щиколотки, часто в больших наушниках. Наверняка он студент старших курсов. Приходит утром, довольно рано, скорее всего, забегает за кофе перед парами.

Девушка лет тридцати. Она приходит тоже утром, думаю, перед работой. Обязательно мне улыбается. Всегда возится с карточками в кошельке. Выглядит по-разному: то в платьях, то в джинсах. Мне кажется, она могла бы работать в рекламном агентстве, а может – в типографии.

Днем частенько заходит молодая женщина с коляской. Она берет большущую порцию капучино с сиропом, и потом долго гуляет в парке, пока ребенок спит. Это она мне сама рассказала. Думаю, ей хочется поговорить, потому что она общительная. Обязательно стараюсь поддержать разговор, если мало клиентов, ведь мне тоже бывает не с кем поболтать на работе.

Еще днем приходят две бабушки. Их стандартный заказ – чай с ватрушками. Понятное дело, что они на пенсии, тут нечего гадать. Часто жалуются на маленькую пенсию, но на ватрушках после прогулки сэкономить не хотят, им у нас нравится. К тому же это уже стало у них традицией. А я что? Я только рада знакомым клиентам.

Постоянных покупателей не так много, а вот поток людей приличный. Интересно, что во время того, как я готовлю заказ, люди разговаривают друг с другом, и я невольно слышу отрывки фраз. По ним можно догадаться, кто люди друг другу: муж и жена, брат и сестра, просто друзья. И вы удивитесь, сколько всего может быть сказано за пару минут, пока я ставлю стаканчики в кофемашину и взбиваю молоко. Кто-то говорит по работе, заключая важный контракт, кто-то успел пересказать, как прошел его день, своему другу, и теперь я тоже знаю, что смотреть фильм «Осталось три вечера» не стоит, потому что сюжет совершенно примитивный, а актерская игра оставляет желать лучшего.

Однажды, пока я отвернулась и разогревала две булочки в микроволновке для одной пары, девушка с парнем так поругались, что она убежала в слезах, и когда я повернулась обратно, то молодой человек сказал, что теперь заплатит только за одну булочку, а вторую «уже не надо».

Бывали и милые истории, конечно. Как-то раз парень с девушкой стояли и выбирали пирожные.

– Какое тебя взять, Сонь? – спрашивал парнишка.

– Не знаю, – тянула она, разглядывая витрину. – Все выглядит таким вкусным, не знаю, что выбрать. – Ясное дело, Соня глазами все бы съела, но то ли фигуру берегла, то ли карманные деньги своего ухажера. Им лет по семнадцать было, если не меньше.

Пока девочка слонялась вдоль витрины, парень подошел ко мне и попросил почти всех самых красивых десертов по одной штуке. Когда Соня поняла, что он купил ей восемь видов пирожных, то была в восторге. Сказала, что дома с мамой и младшей сестрой поделится. Сама в итоге слопала то, что в виде сердечка было. Эх, девочки!

Пожалуй, историй у меня наберется выше крыши. И хотя я всех клиентов одинаково вежливо обслуживаю, наибольшую симпатию вызывает у меня одна молодая семейная пара. Они приходят всегда вместе и берут два разных кофе с собой: американо для него и латте для нее. Обычно они приходят вечером, думаю, что после работы, хотя может заходят по дороге из тренажерного зала. Кажется, они как-то упоминали об этом. По выходным они, бывает, заходят с дочкой. Такая милая девочка, похоже, что сладкоежка. За то время, что я работаю (почти два с половиной года), она значительно выросла: сейчас ей годика четыре. Как-то раз я ей бесплатно дала леденец на палочке, просто потому что ее родители вызывают у меня какое-то особое чувство… как будто у меня есть знание того, что вечная любовь есть на самом деле. То есть та любовь, которая уже переросла в глубокое уважение. Наверно, это из-за того, что они всегда вместе и никогда не ссорятся. Мне эта пара однажды подарила шоколадку, просто так, за хорошее обслуживание. Это было весьма и весьма приятно. Остается надеяться, что они будут продолжать приходить к нам и дальше, чтобы мое глубокое убеждение о вечной любви только подкреплялось.

– Добрый день! Вам кофе или чай? Просто черный кофе?.. Конечно! Хорошего дня!

Великолепный рассказчик

Я попробовал сесть и писать свой роман. Ничего не получалось. Я ровно сидел на стуле с прямой спинкой, а передо мной на столе лежали бумага и карандаш. И выжидательно смотрели на меня. Я на них. Это были какие-то гляделки. В этой игре нельзя моргать, а мне жутко хотелось. На миллисекунду я закрыл глаза и снова резко открыл. Из-за того, что я сильно зажмурился, мне показалось, будто на бумаге появился текст. К сожалению, тут же видение растаяло. Ни одно слово не хотело быть написанным на листе. И почему я думал, что будет просто? Может, потому что все, кто меня знают, говорят, что я хороший рассказчик? Сам знаю: мне ничего не стоит болтать часами в малознакомой компании. Доставляет большое удовольствие видеть глаза восхищенных моими рассказами дам. И все мои друзья, знакомые утверждали: «Вы могли бы написать книгу!» И до того слова их были лестны, впрочем, также и убедительны, что я действительно решил воплотить эту авантюрную идею в жизнь.

Я стал анализировать, в чем моя проблема. Почему я могу разговаривать без устали, а написать не могу ни строчки. «Вероятно, мне нужны слушатели», – решил я. Вообразив себя на светской вечеринке, я стал мысленно рассказывать окружающим какие-то истории. Выходило неважно. «Нет обратной связи», – понял я. Тогда мои слушатели в голове (красиво одетые мужчины и женщины) стали охать и ахать, переспрашивать «как же так?», «неужели?» и «да не может быть!». Я продолжил рассказывать истории, но ненадолго. Опять что-то было не так. Вроде бы слушатели были и даже реагировали на мои слова, но чего-то не хватало. Подумав некоторое время, я понял, что они стоят как статуи. В них не было движений реальных людей. Девушки не взмахивали руками, мужчины не кивали, никто не хихикал, прикрыв рот рукой. Осознав это, я наделил слушателей мимикой и жестами. Женщины улыбались или кокетливо строили глазки, мужчины крутили в руках бокалы, периодически усмехаясь в усы или мужественно хмурясь. Я снова приступил к рассказу и, казалось бы, теперь все было правильно, но рука не хотела писать.

Представляя в голове, как я рассказываю свои интересные и веселые истории, я так увлекся, что не мог остановиться. Воображение разыгралось: и вот я на большом торжественном ужине, посвященном премьере какого-нибудь фильма. Самые великие режиссеры и самые красивые актрисы собрались вокруг меня. Я воодушевленно что-то рассказываю, в правой руке бокал с шампанским, а левой рукой активно жестикулирую. Дамы смотрят с восхищением. Мужчины – с уважением. И все завороженно слушают, приоткрыв рты. Кажется, гости забыли, куда пришли. Их больше не интересовала картина, премьера которой только что прошла. Они упоенно слушали мой рассказ.

В этом настроении я встал со стула и стал вышагивать по комнате, как будто действительно был окружен людьми, слушающими меня. Я направлялся направо на несколько шагов, затем налево, чтобы никого не обделить вниманием. Махал приветственно рукой, словно завидев какого-то знакомого вдали, или кивал кому-то в ответ на восклицание «действительно?». Мне так понравилось фантазировать, я был полностью поглощен ролью.

Я уже наматывал пятнадцатый круг по своей комнате, когда неожиданно врезался в стул с прямой спинкой. Стул пошатнулся и задел стол, на котором по-прежнему лежал совершенно пустой лист бумаги. Меня будто вытащили из теплой ванны в холодное помещение или окатили ледяной водой. Пришлось дважды тряхнуть головой, чтобы наваждение наконец улетучилось. Образы улыбающихся красивых дам исчезли последними. На меня снова смотрела бумага, сияя своей белоснежностью.

«Каждому свое, – решил я, убирая чистые листы в ящик письменного стола. – Не быть мне великим писателем. Но как рассказчик я великолепен!»

Ресторанный воришка

В нашем ресторанчике на берегу моря были строгие правила. Справедливости ради стоит отметить, что если бы не наша суровая владелица, мы бы не стали рестораном номер один восточного побережья. Весь сезон мы без устали обслуживали гостей, потому что их было в избытке. Наш ресторан пользовался большой популярностью не только из-за вкусных блюд, но и за счет прекрасного сервиса.

Каждое утро у нас случались летучки, на которых мы обсуждали ошибки и досадные недоразумения дня предыдущего. Благодаря умелому руководству все недочеты исправлялись, но, тем не менее, случались какие-то другие.

Однажды в нашей кладовой, где хранились запасы, которые не нужно держать в холодильнике, что-то зашуршало. Был произведен полный разбор комнаты: все мешки подняли и перетряхнули, все коробки переставили, полностью убрали с пола все, что только можно. И ничего не нашли. Ни мышки, ни норки, ни следов, ни огрызков.

Шорох прекратился, а посему все решили, что в тот раз звук послышался.

Однажды в воскресенье, когда традиционно собралось много гостей, по залу пронесся какой-то рыжий лучик. Столов много, посетителей тоже, и в узких проходах, неожиданно и ловко маневрируя между ножками столов, стульев и прекрасных дам, проскользнул кот. Бывают коты вальяжные, надменные, грациозные и медленные, а бывают такие, как этот рыжий нахал: ему все нипочем. Никто не объяснил ему, что котам не место в респектабельном ресторане, а он сам не догадался. И он так ловко и быстро шмыгнул на кухню, что никто из посетителей не заметил. Только двое официантов обратили внимание на какое-то движение под столами, но не придали значения: мало ли – ветер, сквозняк.

И вот, наглая морда прорвалась на кухню. Там его заметили повара, да поди поймай его. Он запрыгнул на стол, оттуда на шкаф. И сидит, смотрит свысока. Хвостом слегка виляет, а на физиономии – ухмылочка. Если бы умел говорить – сказал: «И не достанете меня отсюда, и сам не уйду».

Повара отвлекаться надолго не могли – воскресный обед, аврал. «Пусть сидит, – думают, – потом разберемся, когда будет поменьше заказов». Заказы шли и шли, гостей меньше не становилось. Тут и присесть некогда, не то что за котом следить. Тем более рыжик улегся на верхнем шкафу, да и почти не видно его было, только хвост свисал и повиливал.

К вечеру, когда дело шло к закрытию ресторана, кто-то хватился кота.

– Где рыжик-то? – спросил один из поваров, самый молодой.

– Кто? – не понял официант.

– Ну, кот, который к нам днем забежал. Рыжий.

Немедленно все задрали головы наверх, на шкаф, где сидел кот. Там его не оказалось. Тут все бросились на поиски кота, и трое сотрудников вбежали в кладовую, столкнувшись лбами. Не было кота и там. Перерыв на кухне абсолютно все, от кастрюль до шкафов, а молодой повар заглянул и в холодильник, было принято решение выйти в зал. К счастью, все гости уже разошлись, в ресторане было пусто. Пятеро сотрудников стали обыскивать зал.

– Я уверен, он спрятался на одном из стульев под столом, – авторитетно заявил один из официантов.

Все стали немедленно отодвигать стулья, чтобы проверить гипотезу. Кота не было. Под столами – тоже. Обыскав полностью довольно большое помещение, сотрудники сделали вывод, что кот выбежал так же ловко и незаметно, как и вбежал.

– Расходимся, – сказал главный повар, и все стали разбредаться по домам.

Все, кроме молодого повара. Он взял свою спортивную сумку, с которой ходил на работу, и подошел к окну в зале. За длинной шторой, край которой лежал на полу, послышался тихий шорох. Оглядевшись и удостоверившись, что коллеги ушли на, и в зале никого нет, повар схватил кота за шкирку и сунул в свою сумку.

– Ну, рыжик, попался! Твой хвост торчал из-за шторы на полкилометра. И как только никто не заметил? Повезло тебе.

Рыжая морда тихо сидела в сумке, не зная, чего ждать. То ли на улицу выгонят, то ли пинка дадут. Свернувшись клубочком в тесной сумке, кот ожидал своей участи. Молодой повар и не надеялся, что кот будет тихо сидеть. Он думал, ему придется сражаться с когтями и остренькими зубами.

Молодому повару кот понравился. Наглый и уверенный, каким и должен быть настоящий кот, но в нужный момент присмиревший. Проверив, есть ли кто на кухне, крикнув: «есть кто?», и не получив ответа, молодой повар зашел на кухню, таща сумку.

– Тяжелый ты, – буркнул повар, вытряхивая кота на пол. – Ну, что будешь? Мясо, рыбу? – шутливо спросил он у рыжего.

А кот в это время не верил своим глазам и ушам. Его не бранят? И даже веником не замахиваются? Прекрасно, чудесно, удивительно! Размявшись после тесной сумки, рыжик подошел и потерся о ноги поваренка.

– Эх ты, рыжая морда! Выгнать тебя отсюда надо, но не могу. Понравился ты мне. Храбрый такой и наглый. Ладно, сейчас сметанки тебе дам.

И кот, храбрый и наглый, не стал бегать по кухне, не мяукал диким голосом, а послушно сел рядом с поваром, тихонько ожидая угощения.

– Еще и умный, – добавил повар. – Очень рад.

Молодой повар поставил угощение на пол, и кот радостно все съел. И сметану, и кусочек рыбы.

«Что с тобой делать-то? – в нерешительности задумался поваренок. – Мне домой пора, а тебя здесь оставить ни в коем случае нельзя».

Кот благодарно терся о ногу повара. Тот его чесал за ухом, раздумывая.

Взял поваренок кота домой. На следующий день как раз выходной был. Он с этим рыжиком и к ветеринару сходил – оказалось, кот в полном порядке и здравии. «Вы его одного надолго не оставляйте, – посоветовал врач. – Быстрее поладите».

Через день повару снова на работу пора. Что с котом делать? И придумал поваренок нехитрую затею. «Только молчи у меня!» – сказал своему коту. Рыжий за пару этих дней к парню привязался. Не наглел, слушался. Наглеть-то надо, когда заботиться некому и выживать надо, а когда тебе все на блюдечке преподносят, хочется быть послушным.

Пришел молодой повар на работу, спортивную сумку под свой рабочий стол засунул, вроде бы как обычно. Только не забросил, а аккуратненько поставил, чтобы котику не удариться. Раскрыл молнию и шепнул в сумку: «Сиди тут тихонько, Рыжик, пока я работаю». Теперь у наглого кота появилось официальное имя.

Дальше суета рабочего дня, приготовления к открытию ресторана и первые заказы на сырники, блинчики и тому подобное, что характерно завтракам. Никто кота не замечал, да и сам хозяин не следил за котом, потому что некогда – работы много. Некоторое время кот бесшумно лежал в сумке, но запахи… эти ароматы… как же вкусно пахнет! Кот аж мурлыкнул, хорошо, что в общей шумихе никто не услышал. Когда у повара в толстых очках выскользнул крошечный брусочек мягкого сыра, Рыжик не удержался от соблазна и метнулся стрелой за кусочком, пока повар ходил за тряпкой. Вернувшись и не обнаружив куска, повар в очках решил, что кто-то уже поднял и выкинул его. Шустрый кот в это время уже сидел в сумке и облизывался. Брусочек-то был маленький, раз – и нет его.

Каким-то чудом целый день прошел для кота подобным образом. Кто-то что-то ронял, а отвернувшись на короткое время, не обнаруживал упавшего. И некогда было размышлять, куда что подевалось – заказы шли сплошным потоком. Только хозяин иногда замечал, как то под одним столом, то под другим промелькнет рыжий кусочек хвоста.

Первое время молодой повар брал своего нового друга на работу через день. Потом – раз в два дня. Кот дома пообвыкся, не боялся оставаться один. Тогда повар стал оставлять его почти всю неделю дома и брал только в воскресенье, когда заказов было неимоверно много, и из-за суеты другие повара чаще что-нибудь роняли, а значит, коту бы доставалось больше. Такая котовая охота получалась.

До сих пор поваренок приходит с тяжелой спортивной сумкой по воскресеньям, потому что в ней сидит не кто иной, как Ресторанный воришка.

Жизнь чайной ложки

Бывает, ешь маленькой ложечкой десерт, и тебе вкусно-вкусно. Или бывает, размешиваешь сахар в кружке с чаем и понимаешь, что ложка нехороша: ручка горячая, обжигает. А что чувствует чайная ложка? Думает ли про себя, что она «вкусная»?

Чайная ложка смотрит на другие столовые приборы свысока, потому что ее функция самая приятная. Не суп какой-нибудь в спешке хлебать, не в костлявой рыбе ковыряться, а лениво кусочек торта отламывать или в кофейной чашечке грациозно купаться. Есть особые ложечки, у которых самооценка вообще зашкаливает, потому что они особенные – с длинной ручкой. Такими ложечками только мед или варенье из баночки доставать. Иногда их используют на праздничном столе, чтобы из высокой посуды достать горчицу или хрен – это, конечно, оскорбление для ложки, но ничего не поделаешь, приходится работать.

Самыми деловыми считают себя ложечки с именной гравировкой. Если проводить аналогию, то такие столовые приборы как будто исполняют роль персонального ассистента. Это почетно и уважаемо, другие чайные ложки не лезут к владельцу гравировки.

В мире столовых приборов, оказывается, случаются неординарные ситуации. Однажды чайная ложка упала на пол, этого не заметили, и она пролежала в самом пыльном углу почти два дня, пока хозяйка не стала подметать пол. Много мыслей передумала ложечка. Самое тяжелое было то, что за это время, пока она валялась в крошках, хозяева несколько раз чай пили, а ее пропажи так и не заметили.

«Не такая уж я и важная, – горевала ложечка. – А ведь я всегда считала себя любимицей хозяйки. Вкусная ложечка, вот как она меня называет. И вспомнить не вспомнила».

Когда ложку все-таки подняли, помыли и убрали в ящик, другие приборы встретили бедняжку враждебно.

– Беглянка вернулась! Ишь, в пыли извозилась! – измывались другие чайные ложки. – Жаль, что нашлась! Без тебя веселее было!

Это они завидовали. Хозяйка называла вкусной самую простую чайную ложечку. Она была из плотного металла, гладкая, без единого украшения, с небольшим утолщением на ручке. Вокруг же лежали симпатичные «коллеги», с чеканкой, с деколью (керамическое покрытие), с изящными резными ручками из дорогих сервизов.

– Вернулась, – говорит хозяйкина любимица. – Мир, конечно, не повидала, но хотя бы проветрилась, – с достоинством ответила чайная ложка своим недоброжелателям.

В другой раз произошла следующая оказия. В тихой квартире вдруг стало очень шумно. Сначала в прихожей, потом в коридоре, затем в комнате, ну и наконец, на кухне.

– Внуки приехали! – прошелся шепоток в ящике столовых приборов.

Всем стало не по себе. Дети маленькие: два и три года. А что делают малыши в таком возрасте? Роняют вилки, незаметно от бабушки балуются поварешками и черпаками, стучат ситом и бросают ложки, чтобы громко-громко было.

И вот перед обедом, когда бабушка суетилась, готовила и накрывала на стол, детки добрались до ящика со столовыми приборами. Те уже лежали, готовые к самому худшему. И правильно. Маленькие разбойники похватали чайные ложки и застучали ими по перевернутым кастрюлям как по барабанам. Под руку малышам попались и гравированные «персональные ассистенты», и изящные сервизные, и «вкусные», и «невкусные» ложки. Без разбору хватали, стучали, а затем бросали на пол, чтобы освободить ладошки для следующей жертвы. Очень скоро бабушка постаралась прекратить сей праздник детской непосредственности, но не тут-то было. Малыши только вошли во вкус. Взяв ложки с длинными ручками как шпаги, был устроен настоящий мушкетерский поединок.

Хозяйка квартиры бросила попытки унять детей, и только успевала поднимать с пола отстучавших бойцов (ложки всех мастей), бросать в мойку, споласкивать с мылом и забрасывать обратно в ящик.

К счастью, малыши довольно скоро наигрались, а после сытного обеда с удовольствием отправились в кровать на дневной сон. В это время во всей квартире было тихо. Звенящая тишина наступила после громких детских криков и звона посуды. В ящике со столовыми приборами была какая-то суета. Это ложки ерзали, потирая друг о дружку побитые места.

– Сегодня всем досталось! – жаловались соседки по ящику. – У меня так бок ломит…

– А у меня чуть ручка не отвалилась! – сетовала другая.

Вот такая насыщенная жизнь у всего лишь, казалось бы, чайной ложки.

За что я не люблю йогу

«Йога – это наше все». Так говорят те, у кого растяжка как у Волочковой. Простите, сугубо личное мнение. «Йога – не мое», – так говорю я. Меня зовут Женя, мне почти тридцать лет.

За свои годы я много раз пытался начать заниматься йогой, и каждый первый раз становился последним на несколько лет. Следующую попытку я предпринимал только тогда, когда сотрутся воспоминания о старой тренировке.

Надо уточнить, что я люблю активный образ жизни. Мне по душе и бег, и тренировки в зале. Но йога… это что-то невообразимое. Последний раз, когда я занимался по видеотренировке дома, я постарался запомнить то, что меня напрягает. И получился внушительный список.

Во-первых, интонация тренера. Нет, ну как можно говорить таким спокойным голосом? Я тут, между прочим, потею и страдаю. Мои мышцы, связки, все тянется и взывает о помощи. Глаза вылезают из орбит от напряжения, а все, что я слышу от инструктора, это: «Дышите ровно». Спасибо, что напомнили! Я предыдущие две минуты вообще не дышал, сохраняя баланс стоя на одной коленке. «Не создавайте лишнего напряжения». А что делать с тем «нелишним» напряжением, которое уже создалось, еще до начала тренировки?!

Во-вторых, почему у инструктора всегда все получается идеально? Я не могу понять: законы физики не распространяются на йогов? Или у них отсутствуют какие-то кости? Ведь чтобы заплестись в такую фигуру, точно нужно что-то удалить у себя.

Наконец, меня смущает то, что йога – для женщин, в моем понимании. Но в современном мире, когда понятие гендер уходит на второй план, все активности становятся унисекс… У мужчин стало модно заниматься йогой. Каждый уважающий себя джентльмен, имеющий внушительно набитый кошелек благодаря предпринимательству, и владеющий голосом в массах – инфлюенсер (ну и слово, что б его!) – заявляет, что каждое утро практикует Приветствие Солнцу. И мы все, простые парни, теперь чувствуем себя уязвленными, если хоть раз не попробовали выполнить какую-либо асану.

Да, я пробовал тренировки из йоги уже несколько раз. И в предыдущие разы они были не модным направлением, а вынужденными попытками укрепить спину. Все вокруг утверждали, что нет ничего круче йоги для развития мышц спины, но я бессилен перед этой наукой. Каждый раз моя практика скатывается в ЛФК для реабилитации.

И вот, последний раз столкнулся с йогой в фитнес-клубе буквально вчера. Мой тренер в тренажерке убедил меня посетить групповое занятие йогой для мужчин. Новое направление, понимаете ли. Никаких женских фокусов с растяжкой. Только йога, медитация, расслабление.

Через десять минут после начала занятия мне хотелось сбежать. Через двадцать – выпрыгнуть в окно с четырнадцатого этажа. Через тридцать – я так и сделал (не выпрыгнул, сбежал, сделав вид, что звонит телефон и, прикрыв трубку ладонью, сообщил громким шепотом: «важный звонок»).

В общем, йога – не мое. Я искренне восхищаюсь другими представителями сильного пола (если так можно сейчас говорить). Они проявляют невероятную выдержку, выполняя упражнения вроде «поза рыбы» или «поза лука». Это не для меня. Рыбу и лук нужно употребить в пищу, это будет гораздо полезнее, потому что сбережет ценные нервные клетки. Как у меня, так и у тренера, который будет меня раскручивать из колечка в нормального человека.

Какая-то травма осталась в моей душе из-за невозможности заниматься йогой. Через несколько лет обязательно совершу очередную попытку прорваться через тернии к этой заковыристой практике.

Рассказ про Федору

В какой-то момент происходит осознание. Как оно появляется? Секунду назад ты был в задумчивости, в растерянности, а тут раз – и знаешь ответ на свой незаданный вслух вопрос. Зачастую мы в голове решаем какую-то проблему, но она не поддается, ну никак. И вдруг неожиданно срабатывает триггер, и каким-то чудом нам удается посмотреть на нее под другим углом. И вот, решение пришло. Что дальше? Дальше потребуется решимость и силы сделать первый шаг. Вы думаете, к чему это?

Федора лежала в кровати. Пока она листала инстаграм, в первые минуты после пробуждения ее совесть подпихивала в сторону прихожей. Там стояли новенькие кроссовки, с нетерпением ждавшие пробежки. В инстаграме же невероятно эстетичные фотографии всевозможных завтраков соблазняли девушку с необычным именем в сторону кухни. Мягкая подушка в небесно-голубой наволочке умоляла подольше поваляться в теплой уютной постели. Гламурный журнальчик, раскрытый на прикроватной тумбочке, требовал немедленного прочтения. В общем, с самого утра Федора была нарасхват.

Неожиданно для самой себя она встала, хотя было всего десять утра, ни свет ни заря, можно сказать. Почистила зубы фантастически мятной пастой, какой можно было и мертвого разбудить, и пошла в гардеробную одеваться. Костюм, состоящий из обтягивающих красных легинсов и черного топа, висел на отдельной вешалке. Шелковую пижаму девушка бросила в корзину с грязным бельем. Ночной наряд она не надевала дважды подряд. Для следующего сна у нее уже висела другая шелковая пижама благодаря трудолюбивой помощнице по дому.

Федора облачилась в спортивный костюм, завязала волосы в тугой хвост и пошла в прихожую. Фирменные симпатичные кроссовки ждали у двери. И тут девушка в первый раз поняла, что многого не знает. Куда положить телефон? А ключи от квартиры? Наушники, понятно, сразу в уши. Но какую музыку включить? И самое главное – куда бежать-то? Федора живет в фешенебельном городском квартале, где вокруг дорогущих апартаментов выстроились такие же дорогущие бизнес-центры из стекла и бетона. Где все эти парки и беговые аллеи из зарубежных фильмов, по которым, грациозно смахивая пот, бегают герои картин?

Неожиданная решимость Федоры понемногу угасала. Детали, которых не хватает для полного пазла, а в данном случае, это ответы на вышестоящие вопросы, блокируют мозг и не дают действовать. Вот девушка сняла кроссовку, единственную, которую успела надеть. С телефоном в руке она пошла в комнату, чтобы присесть на диван и поискать в картах маршрут, по которому можно добежать до какого-нибудь если не парка, то хотя бы сквера. Вот она откинулась на подушку, а палец инстинктивно открыл приложение социальной сети. Волевым усилием Федора закрыла инстаграм и нашла нужное приложение. Ближайшая зеленая область на карте оказалась кладбищем. Чуть дальше располагался еще один зеленый овал на карте. Сквер имени первого космонавта. Девушка виртуально проложила маршрут, дорога туда пешком занимает полчаса. Итак, другого варианта нет. Полчаса в одну сторону, с учетом легкого бега – пятнадцать минут, там сделать кружок или два, и обратный путь. Часа должно хватить. А потом – заслуженный, а потому более вожделенный, и стало быть, вкусный завтрак. Может быть даже где-то в соседней кофейне. Оставался практический вопрос – куда деть ключи и телефон, размером с небольшую лопату? Рюкзак в беге неудобен, об этом девушка знала еще со школьных времен, когда с рюкзаком бежала за автобусом. Специального телефонного кармашка на пояс или на плечо у Федоры не было. Девушка пошла в гардеробную и взяла самую миниатюрную брендовую сумочку на тонком ремешке. Кое-как обвязав вокруг пояса лямку, она снова отправилась в прихожую и поглядела на себя в зеркало. Ну, на профессионального бегуна не похожа, но на гламурную фитнес-девочку – вполне.