Андрей и Иссэт Котельниковы
Сен-Селест

Ифу стоял в тренировочном зале и смотрел через стеклянную крышу, как утреннее солнце начинает подсвечивать низкие лондонские облака. Одетый в одни тренировочные шорты изикхинди, он поклонился на восток, затем поднял руки вверх и плавно опустил их, приветствуя небо и землю.

Утренняя гимнастика началась с серии дыхательных практик, затем последовал комплекс простых упражнений стиля Убуцико Бемпи, направленных на растяжку и разогрев мускулов. Постепенно его движения усложнялись, становились быстрее. Он кувырком подкатился к стойке, взял с нее тренировочное копье и повернулся к деревянному манекену. В этот момент его прервали – вошедший в зал молодой мужчина поклонился и вежливо кашлянул.

Ифу сменил позу и встал в атакующую стойку, глядя на вошедшего.

– Сэр Ифу, – еще раз поклонился слуга, – сэр Делане Идзула настойчиво требует вашего присутствия.

– Насколько настойчиво? – поинтересовался Ифу, возвращая копье на оружейную стойку.

– Немедленно, сэр.

– Иду.

Ифу подошел к входу в зал, обулся в мягкие кожаные сапожки и накинул толстый халат. На ходу повязывая пояс, он быстрым шагом пошел к кабинету отца. Это было что-то серьезное, раз его в приказном порядке выдергивали с тренировки.

В середине кабинета кругом стояло три стула с высокими спинками. На одном сидел отец, одетый в домашний костюм, но на его голове была вычурная конструкция, представлявшая собой легкий шлем с прикрепленными к нему синеватого цвета очками и небольшими наушниками из ореха кукуи: Делане не обладал умением видеть эфирный план и пользовался для этого специальными артефактами.

Увидев вошедшего Ифу, отец приветственно кивнул и указал рукой на один из стульев. Присмотревшись, юноша увидел на третьем стуле марево эфирной проекции еще одного человека. Подойдя поближе, он сел на пол на колени, закрыл глаза, с легким выдохом вышел из тела и сел на стул уже в эфирном плане – так он смог лучше видеть гостя.

Добродушный старичок радостно улыбнулся и поприветствовал:

– Я тебя вижу, Ифу.

– Я тебя вижу, уважаемый Мулунгу Дламини, – с поклоном ответил на приветствие Ифу и внутренне подобрался. Седой джентльмен, чья эфирная проекция улыбалась ему с соседнего стула, был не кто иной, как Властелин Тени, начальник разведки Империи Зулу собственной персоной.

– Как проходит твое обучение в Оксфорде?

– Успешно, инкоси¹.

– Замечательно, – дружелюбно кивнул старичок, – Я могу тебя попросить прогулять уроки? Пару дней, не более.

«Можешь приказать – попроси», – вспомнил Ифу любимые слова отца и выпрямился, развернув плечи:

– Да, сэр! Я в вашем распоряжении.

– Ну что же, тогда к делу, – старичок подобрался. – Две с небольшим недели назад из Гавра курсом на Тенерифе вышел корабль «Сен-Селест». На его борт в качестве пассажира поднялся один господин… допустим, его звали Мишель Арно. Имя ненастоящее, но в корабельных документах он должен значиться именно так. У господина Арно с собой был защитный оберег, который вчера подал сигнал опасности. Мы пока не можем точно определить район, из которого был подан этот сигнал. Где-то на запад от Гибралтара, никак не точнее.

Мулунгу замолчал и посмотрел на своего собеседника. Ифу не купился на провокацию и продолжил со вниманием ждать завершения инструктажа, несмотря на то что некоторые вопросы у него уже появлялись.

– Арно очень спешил и сел на первый подвернувшийся ему корабль, что шел в требуемом направлении, – продолжил Мулунгу. – Корабль был застрахован в Ллойдс. Мне нужна информация по его страховке.

– Судя по тому, что корабль вышел из порта больше, чем две недели назад, а тревогу подали только вчера, – это какой-то старый парусник?

– Ты прав, мой мальчик, – кивнул Мулунгу. – Это двухмачтовый бриг, грузовой.

– Будет сделано, инкоси.

– Два соображения перед тем, как ты побежишь в эту кофейню². – седовласый инкоси посмотрел на часы, появившиеся у него в правой руке. – Мои ведуны говорят, что через час откроется максимально благоприятное время… и продлится оно тоже час. Так что поспеши и будь дважды внимательным. И второе: они видят внимание к этой ситуации и из других мест. Мне это не нравится.

– Вы позволите последний вопрос, властелин?

Мулунгу демонстративно посмотрел на часы и, держа их перед собой, ответил с появившейся доброжелательной улыбкой:

– Спрашивай, мой мальчик.

– Мы ищем корабль, груз или господина Арно?

– Правильный вопрос, – согласно кивнул Мулунгу. – Ответ следующий: ты ищешь информацию о корабле, всю, что есть в «Ллойдс». – После чего он приложил открытую ладонь к груди и попрощался. – До свидания, господин посол, до встречи, юноша. Сиябонга.

Эфирная проекция Мулунгу исчезла. Ифу встал с колен и посмотрел на отца. Тот снял с головы шлем и заговорил:

– Он появился внезапно и сразу затребовал встречи с тобой.

– Почему именно я? Ты же посол империи Зулу, все ресурсы посольства могут быть направлены на эти поиски.

– Он никогда не объясняет. – Делане похлопал Ифу по плечу: – Давай не тратить времени. Быстро одевайся, а я пока тебе пару документов подготовлю, чтобы брокеры были более открыты к разговору. Затем на всех парах двигай в Ллойдс.

Ифу, одетый в строгий костюм, украшенный тонкими золотыми цепочками и запонками из полированного обсидиана, вошел в массивные дубовые двери здания Ллойдс. Его трость с рукоятью в виде головы филина звонко стукнула по мраморному полу. Окинув зал внимательным взглядом, он заметил ряды столов, за которыми кипела работа: брокеры переговаривались с клиентами, клерки листали толстые журналы страховых полисов, а на стенах висели карты мировых морских маршрутов, покрытые отметками.

Ифу взглянул на часы. Время, о котором говорил Властелин Тени, началось десять минут назад. Он одними губами прошептал:

– Лунгу, – и в ответ на его призыв эфирный филин появился на его правом плече. «Предупреди о любом необычном внимании», – мысленно обратился Ифу к своей тотемной птице и направился к информационному столу, за которым сидел пожилой клерк с лупой на серебряной цепочке.

– Доброе утро, сэр. Мне нужно уточнить детали по страховке судна «Сен-Селест», вышедшего из Гавра, – сказал Ифу.

Клерк поднял взгляд, немного удивленный оксфордским произношением темнокожего гостя.

– Вы владелец судна? – спросил он.

– Упомянутое судно связано с расследованием. Я представляю интересы одного из наших клиентов, – Ифу подал письмо с печатью, подготовленное в посольстве. Это был документ, создающий впечатление, будто он работает на влиятельную торговую компанию.

Клерк пощелкал клавишами на своем пульте, стрелка на высоком штыре на краю его стола повернулась, и он сказал:

– Направляйтесь в сектор морских грузов, к столу номер двенадцать. Это по направлении этого указателя, справа от карты Средиземного моря. Брокер мисс Четвуд знает все о полисах на подобные суда. В том маловероятном случае, если у нее не будет ответа, вам нужен стол номер девять у того бронзового указателя с компасом. Мистер Харгрейвс ведет дела, связанные с французскими портами.

– Большое спасибо, сэр, – вежливо ответил Ифу, – вы мне очень помогли.

У стола мисс Четвуд Ифу пришлось немного подождать, пока она закончит разговор с каким-то высоким и немного нервным мужчиной. Когда тот отошел, Ифу дождался приветственного кивка от брокера:

– Добрый день, мисс. Простите, что отвлекаю вас от работы. Меня зовут Ифу Идзула. Я интересуюсь информацией о судне «Сен-Селест», которое было застраховано вашей компанией.

Женщина почему-то удивилась его вопросу, но профессионально вежливо ответила:

– «Сен-Селест»? Да, мне знакомо это название. Могу я узнать причину вашего интереса мистер Идзула?

– Меня интересует информация о пассажире, который находился на борту этого судна. Я представляю интересы семьи этого человека.

– Вы можете назвать имя этого пассажира?

– Разумеется, мисс. Его зовут Мишель Арно, он поднялся на борт в Гавре и уже давно должен был прибыть в порт на Канарских островах.

– В какой из портов этого архипелага?

– Санта-Крус-де-Тенерифе.

Брокер взяла стопку документов, лежащих на краю ее стола, пролистала их и ответила:

– Все верно, такой пассажир зарегистрирован. Однако это же парусник, а они, бывает, задерживаются в пути. Вы же понимаете – погода, ветер и разные другие обстоятельства.

– Да, конечно, – Ифу немного нахмурился, – мы тоже рассматриваем такой вариант. Но, если позволите, у него с собой был груз, который может помочь его идентифицировать. Есть ли какие-то упоминания о его личных вещах в общем грузе на судне?

– Груз? – спросила мисс Четвуд, листая документы. – Нет, тут указано только про спирт в стандартных дубовых бочках. Груз застрахован отдельно. Никаких дополнительных записей нет.

– Понятно. – Ифу заинтересованно спросил: – Может ли это быть связано с капитаном или какими-то изменениями маршрута?

– Капитан Этьен Ларош – уважаемый моряк с очень большим опытом, с ним никогда не было проблемы. Если же были какие-то дополнительные грузы или изменения маршрута, то мы можем это узнать только постфактум, – мисс Четвуд закрыла папку с документами. – Я бы порекомендовала вам обратиться к портовым властям в Гавре, у них может быть больше информации. Или встретиться с владельцем этого судна, месье Вернье подходил ко мне непосредственно перед вами. Он очень обеспокоен и даже несмотря на наши правила готов прямо сейчас заявить о пропаже корабля.

Ифу быстро восстановил в памяти образ высокого мужчины, который был тут перед ним, и прошептал:

– Лунгу, найди его…

Призрачный филин на его плече взмахнул крыльями и, поднявшись к потолку, стал медленно кружить, высматривая людей в зале.

– Вы что-то сказали, мистер Ифу?

– О, прошу прощения, это я сам с собой, – Ифу с благодарностью склонил голову: – Вы мне очень помогли, мисс. Спасибо вам большое.

Владелец «Сен-Селест» нашелся неожиданно легко. Легкое прикосновение крыла к плечу – и Ифу заметил его выходящим из какого-то кабинета. Месье Вернье был высок, сутул с седеющими висками и дрожащими руками. Он нервно теребил в руках шляпу, сделал несколько шагов, явно не понимая, к кому еще он может тут обратиться, потом опустил голову и направился к выходу. Ифу последовал за ним.

На улице Вернье некоторое время бродил взад и вперед перед зданием, всем своим видом демонстрируя неуверенность и страх, затем понурился и направился к кафе на соседней улице. Оно, к удивлению Ифу, было практически пустым в это время дня. Он зашел внутрь, высмотрев Вернье, который, опустив голову, сидел за столиком в самом углу зала, и подошел к нему:

– Месье Вернье, – вежливо обратился он к мужчине, – меня зовут мистер Мабонго. Я представляю интересы семьи одного из пассажиров «Сен-Селеста».

– О господи! – Судовладелец откинулся на спинку стула. – Мне сейчас только проблем с адвокатами не хватает.

– Ну что вы, месье, я не адвокат. Мои наниматели встревожены задержкой корабля не меньше вашего. Вот и попросили меня собрать информацию, коли я случайно оказался в это время в Лондоне. Я могу присесть?

– Да. – Вернье встал и протянул руку: – Жан-Пьер.

– Кето. – Ифу пожал протянутую руку и сел. – Приятно познакомиться.

Вернье упал на стул и схватился за голову.

– На борту еще и пассажиры были… Кто?

– София Арно попросила меня отыскать сведения о ее брате. Мишель Арно сел на ваш корабль в Гавре, должен был сойти в Санта-Крус.

– Я… боюсь, что у меня не будет для нее хороших новостей. – Он пытался держаться, но дрожал. Взял со стола стакан воды, глотнул, замялся. – Это был груз спирта, – наконец сказал он. – Капитан сам заключил контракт, он всегда так делал, я ему доверял. Бриг вышел из Гавра, маршрут – прямой, без заходов. Но прошло уже слишком много времени. Даже для парусника.

Пока он это говорил, Ифу почувствовал, что разговор внезапно перестал быть приватным. Краем глаза он заметил приближающееся со стороны окна марево. Кто-то в виде эфирной проекции или, по-простому, выйдя из тела, явно намеревался их подслушать.

«Лунгу!» – мысленный зов, приказ – и филин, сорвался в полет. Он ударил эфирную тень корпусом и отбросил ее за стену с окном, затем завис рядом со столом, раскинув крылья как щит.

Лицо Ифу было спокойным, почти рассеянным, как у человека, задумавшегося о счете или разговоре. Он заметил, как уличный прохожий, стоявший у фонарного столба с газетой, вздрагивает, быстро складывает лист и уходит, не оглядываясь.

Ифу повернулся к Жан-Пьеру:

– Вы уверены, что это не задержка из-за штиля? – мягко предположил он.

– Там нет штиля! Я запросил сводки погоды на маршруте, – Вернье ударил по столу. – У меня на борту взрывоопасный груз, две тысячи бочек. Если что-то случилось… страховая будет молчать девяносто дней, по протоколу. Я не могу столько ждать. Я назначил премию – тысяча фунтов тому, кто найдет корабль или сможет передать координаты.

Он выдохнул и откинулся в кресле с закрытыми глазами, тяжело дыша.

Ифу кивнул: именно такую информацию он и рассчитывал получить.

– Спасибо вам большое, месье. – Он встал и поклонился, прощаясь: – Будем ждать хороших новостей. Надеюсь, они не задержатся.

* * *

Вернувшись в посольство Ифу обнаружил сидящего в кресле в его комнате Мулунгу. Опять-таки в эфирной проекции.

– Рассказывай! – бросил тот, не тратя время на приветствие.

Ифу присел на край кровати:

– Бриг «Сэн-Селест» под командованием капитана Этьена Лароша, моряка с безупречной репутацией, вышел из Гавра загруженный бочками технического спирта. Две тысячи бочек. Контракт на перевозку заключен капитаном. Владелец брига, Жан-Пьер Вернье, в сильной панике из-за взрывоопасного груза и уверен, что корабль погиб. – Он перевел дыхание: – Страховая компания пойдет по стандартному протоколу и признает его пропавшим только через девяносто дней. Чтобы сократить этот срок до тридцати, владелец корабля объявил премию за его нахождение.

Мулунгу кивнул.

– Внимание к тебе было?

– Ко мне нет, но за Жан-Пьером следили. Мужчина, средних лет, ростом под метр семьдесят, европейской внешности, без особых примет. Пытался эфирно подслушать мой разговор с Жан-Пьером, но я этому помешал.

– Ясно. Ты молодец, инкоси Ифу, – задумчиво произнес Мулунгу. – А вот я, похоже, нет.

Он встал и медленно прошелся по комнате, не обращая внимания на то, что дважды пересек стол. Подошел к окну и посмотрел на улицу.

– Мне очень нужен этот человек и его документы, – голос его звучал глухо. – Я чувствую, что мне мешают. И у меня не столь длинные руки… Рядом с Гибралтаром есть мой корабль. Но морской шаман на нем замолчал – что-то случилось. Его же помощник может только передать или принять координаты, да и то с пятого раза и после трех перепроверок. А мне там нужен тот, кто сможет в океане найти «Сен-Селест» или его обломки.

Мулунгу поднял глаза на Ифу. Взгляд был усталым, но не потухшим.

– Ты сможешь? – спросил он с тихой надеждой. – С этим… я не могу тебе приказать.

Он сделал паузу.

– Но я искренне прошу: помоги.

Ифу задумался. Ему было двадцать два, он уже что-то умел, учителя говорили, что у него даже дар, но он никогда еще не сталкивался с задачей такой сложности.

Он поднялся.

– Я не знаю, получится ли у меня, – сказал он, – но сделаю все, что смогу.

– Спасибо. Вылетай сразу, этой же ночью. Курьерский дирижабль будет ждать тебя в Кройдоне. В полете я передам тебе координаты места встречи с нашим китобоем.

* * *

Проснувшись, Ифу несколько мгновений лежал, глядя в потолок каюты. Воздух в ней был прохладным, но не холодным – легкий утренний сквозняк и слабое гудение двигателей за переборкой напоминали, что он в полете. Где-то за стеной слышались шаги и тихие разговоры экипажа.

Дверь открылась почти неслышно. Его слуга, Кечвайо вошел с подносом и поставил его на столик у окна.

– Доброе утро, инкоси, – тихо сказал он. – Мы идем ровно. Прошли Францию, сейчас уже над Бискайским заливом.

Ифу сел, провел рукой по лицу. Сна хватило, а все же оставалось ощущение, будто он все еще в промежутке между мирами: уже не в Лондоне, но еще не у цели.

– Спасибо, Кечвайо.

Ифу смотрел в иллюминатор, где под утренним солнцем клубились редкие перистые облака. Земли больше не было видно – за ночь они пересекли Францию и теперь шли над Атлантикой, за кормой остались Брест и белые скалы побережья.

Он вспомнил Париж. Ему было десять, может, одиннадцать. С отцом они шли по бульварам, и воздух был наполнен запахом кофе, булочек и сырой мостовой. Теперь же море. Холодное, безмолвное. Где-то там, внизу – место, где исчез «Сен-Селест».

Кофе обжигал язык, возвращая внимание к настоящему. Сладковатый запах табака, цветочная горечь и едва уловимый перец – Кечвайо все подобрал как надо.

За иллюминатором ярко светило солнце, воздушный корабль плыл между редких облаков, держа курс на юго-запад.

– Проснулся, мой мальчик? – услышал Ифу зов с эфирного плана.

Обернувшись, он увидел сидящего на его кровати Мулунгу – так спокойно, будто он был тут всегда.

– Здравствуйте сэр.

– Запоминай в точности. Тридцать три градуса северной широты, пятнадцать градусов западной долготы. Скажешь, что послан мною, в июле меня зовут генерал Эмеко Нгубани. При приветствии дважды коснись плеча капитана левой рукой. Кодовая фраза: «Держитесь, завтра будет лунный день». Запомнил?

– Да, сэр.

Эфирная проекция Владыки Тени исчезла не прощаясь, оставив после себя только легкий запах озона, который быстро рассеялся.

Весь оставшийся день Ифу провел в праздном бездействии. Смотрел за проплывающими облаками. Выиграл три партии в шахматы у капитана дирижабля. Читал взятую с собой книгу – приключенческий роман о жизни в американских прериях. Все происходящее напоминало не спецоперацию, а курортное путешествие – комфортное, расслабленное. Пока не наступило следующее утро.

Выпив кофе и выйдя из своей небольшой каюты для особо важных пассажиров, Ифу заметил изменение в поведении экипажа. Штурман, с красными от бессонной ночи глазами склонился над картой, периодически отходя с хронометром и секстантом к окну и проверяя что-то.

Капитан замер с биноклем у другого окна. Наконец он выдохнул:

– Кажется вот они. – Обернувшись к Ифу он пояснил: – Ночью был сильный ветер, нас снесло с курса, и потребовалось время, чтобы сориентироваться и прийти в точку встречи. Сейчас подлетим поближе и запросим прожектором опознавание.

Ифу вежливо попросил у него бинокль и посмотрел вперед. Вдалеке в волнующемся море он увидел корабль: узкий корпус, снижающаяся к воде корма китобоя, пустое пространство от рубки до кормы. Он лежал на поверхности океана, будто спящий кит, ожидающий пробуждения. Над двумя трубами еле заметно поднимался дым.

– Готов? – спросил капитан у своего помощника, замершего у сигнального прожектора в носу гондолы.

– Да, сэр, – откликнулся тот и защелкал рычагом.

Ифу немного пожалел, что сейчас не ночь. Прерывистый поток света был бы хорошо виден, красиво подсвечивая верх рубки.

Минуту не происходило ничего, затем с китобоя ответили: слабо видимый в утренней дымке прожектор с крыла мостика замигал в ответ.

– Это они, – расслабленно выдохнул помощник.

– Снижаемся. Встаем против ветра. Готовимся передать пассажира.

Капитан протянул Ифу небольшой квадратный плоский мешок.

– Положите сюда личные вещи. Те, что не должны намокнуть.

– А остальные? – Ифу посмотрел на два больших чемодана, которые Кечвайо как раз вытаскивал из каюты.

Капитан проследил за его взглядом и со скрываемым раздражением ответил.

– Сэр, при таком волнении и ветре вас никто на палубу высадить не сможет – скорее всего, мы промахнемся мимо корабля, а если и попадем, то вас разобьет об его корпус. Мы вас спустим на тросе в море, где вас подберет шлюпка китобоя. Сейчас лето, вода теплая, вы будете в спасательном жилете. Это самый безопасный способ. – Он немного помолчал и добавил: – Что же до ваших чемоданов, то мы потом летим на Тенерифе, где они подождут вас вместе с вашим слугой. Но если вы настаиваете, сэр… то я могу их выкинуть вслед за вами за борт. Чемоданы, разумеется, а не мистера Кечвайо.

Через некоторое время Ифу стоял у открытого люка и пытался засунуть под пробковый жилет плотно закрытый кожаный конверт, в который сложил часть своей атрибутики. Не всю – многое не уместилось.

Собравшие вокруг него члены экипажа заканчивали подготовку. Помощник капитана сидя перед ним на корточках и, привязывая что-то к лодыжке, объяснял:

– Внизу небольшое волнение, метра полтора не больше. Все равно не ждите, когда вас накроет с головой, отцепляйтесь еще в воздухе. Смотрите: у вас на ноге грузик на шнурке. Как только он коснется воды – дергаете за свободный конец и отвязываетесь. Высота будет небольшой, с пару метров. – Он встал, посмотрел на его ноги нахмурился: – Туфли рекомендую снять. Привяжите их за шнурки вот тут, на поясе.

Когда Ифу обвязали веревкой, капитан подошел и закончил инструктаж.

– Вот этот трос – он взял руку Ифу и положил на веревку, – развяжет узел. Помните, не раньше – это высоко. И не позже, если узел намокнет, развязать будет тяжело.

Ифу подвели к открытому люку.

– Да хранят вас духи воды и моря, инкоси, – раздалось за спиной напутствие Кечвайо.

Ифу висел на тросе, вращаясь вокруг своей оси. Ветер был достаточно сильным, и по мере спуска его все больше уводило к хвосту дирижабля. Он посмотрел вниз. На волнах качалась лодка, в которой матросы, задрав голову смотрели за ним. Он посмотрел на корабль – тот был каким-то странным. Даже с такого расстояния бросался в глаза грязный борт, явно давно и разной краской покрашенный, потеки от ржавчины, какие-то ящики и бухты канатов, в беспорядке валяющиеся на палубе. Но при этом вытянутый корпус корвета. необычные, более низкие и узкие трубы. Переделан из списанного военного корабля?.. «Бывает… ладно потом спрошу», – подумал он.

Ифу посмотрел вниз. Вода приближалась, волны то сходились, то расступались под ним. Грузик на веревке метался маятником. Он дождался, когда тот коснется гребня волны, и дернул трос. Ничего. Дернул сильнее, в это время волны под ним расступились, и он провалился между ними, больно ударившись пятками об воду.

Вода накрыла его с головой, оглушила, дезориентировала. Он взмахнул руками и выскочил на поверхность. Вокруг колыхались водяные валы, он начал грести в какую-то сторону – и вдруг почувствовал, как сильная рука схватила его за воротник, потянула, еще одна уцепилась за пояс, и его перевалили через борт шлюпки.

Раздались радостные возгласы, кто-то похлопал его по плечу. Ифу, отплевываясь, сел на дно и хлопнул себя по бокам. Потом скосил взгляд на пояс. Одного ботинка не хватало.

Шлюпка подошла к китобою с подветренной стороны. Ифу увидел название на носу – «Umzingeli»³. Волны глухо шлепались о борт, Ифу ухватился за мокрые перекладины веревочной лестницы и, с усилием преодолев раскачку, вскарабкался на палубу. Наверху он нос к носу столкнулся с человеком в мятой форме с нашивками капитана. Был он невысок, жилист, стоял, скрестив руки на груди. Ветер пробирал до костей, и Ифу поежился – одежда облепила тело, и на ветру стало сильно холодно. Капитан молча смотрел на него.

Ифу немного поклонился, дважды хлопнул ладонью по своей груди и приветствовал:

– Я тебя вижу, индуна⁴. Я Ифу Идзула, мне приказали прибыть на твой корабль.

– Капитан Джабулани Матебула, – капитан представился, легко хлопнув ладонью по груди. – Кто тебе приказал?

– Приказ пришел от генерала Эмеко Нгубани. Лично. – Ифу посмотрел на капитана и, четко выговаривая, произнес: – Держитесь, завтра будет лунный день. – Затем замешкался и, будто извиняясь, хлопнул капитана по плечу. Дважды.

– Сообщение принял, – хмуро сказал Джабулани. – Только впредь без таких фамильярностей.

– Да я и сейчас не сразу решился, капитан Матебула.

– Ну если бы не решился, то я бы тебя за борт выкинул. Ко мне обращаться Джабу. – Он кивнул стоящему рядом матросу: – Проводи его в кубрик, покажи койку и выдай сухую одежду. – Он осмотрел юношу с головы до ног и холодно добавил. – И ботинки. В таком наряде по моему кораблю не ходить.

Ифу кивнул:

– Да, сэр.

– Затем сразу ко мне. Я в рубке.

Джабу развернулся и быстрым шагом ушел.

Кубрик был невелик; тусклый свет, запах влажной ткани, мужского пота и почему-то апельсиновых корок. На подвесных койках дремали или полулежали человек десять. Кто-то листал потрепанный журнал, кто-то просто смотрел в потолок. Его сопровождающий показал рукой на одну из коек – на третьем ярусе, между переборкой и воздуховодом.

– Размещайся. Сейчас одежду принесу, – сказал он и вышел.

Несколько человек приподнялись, разглядывая новенького с легким любопытством.

– Смотри-ка, кого-то волной принесло, – сказал кто-то, склонив голову.

– В этом году море щедрое, – откликнулся другой.

– Но не на ботинки! – фыркнул третий. – Скажи, пришелец, второй был подношением духам?

Ифу, мокрый, босой, с одним ботинком в руке прошел по узкому проходу и задумчиво положил его на пол у своей койки.

– Похоже на то, – невозмутимо ответил он. – Когда в море нырнул, было двое, а вот до шлюпки только этот доплыл.

– Ну, значит, судьба. Один на дно, другой на память, – сказал первый матрос и подмигнул.

Вернулся сопровождающий и молча положил перед Ифу одежду. Она была великовата, но важно, что она была сухая. Пока Ифу переодевался, разговоры в кубрике пошли своим чередом. Спокойно, без лишнего интереса, как будто мокрые незнакомцы, внезапно появившиеся посреди океана, тут не были редкостью.

Один из матросов протянул ему кружку:

– На, согрейся. Слышал, Джабу звал тебя в рубку, ну так с этим будет повеселее.

– Спасибо, – кивнул Ифу и сделал глоток. Было терпко, обжигающе и неожиданно приятно. Он поблагодарил и пошел на выход, благо запомнил дорогу.

На палубе он на мгновение задержался, задрав голову к трубам. Узкие, ровные, с дымом, выходящим стабильным, не рваным потоком. Он замер, прислушиваясь к ощущениям в стопах – корпус слегка дрожал, едва уловимо. «Турбины, а не паровая машина?» – мелькнуло в голове. По дороге он заметил еще одну деталь: поверхности корабля выглядели старыми – ржавчина, облупившаяся краска, но в проходах не валялось ни веревок, ни мусора, и все, что он видел, от лебедок до дверных запоров, было смазано, подтянуто, ухожено. Подозрение, что это какой-то особенный китобой, стало крепнуть.

* * *

Когда он вошел на мостик, капитан Джабу кивнул ему и молча показал следовать за собой. Спустившись по трапу и немного пройдя по коридору, он открыл дверь и жестом предложил войти в свою каюту.

– Садись, – он показал на стул. – Рассказывай.

Ифу сел и приступил:

– Два дня назад господин Мулунгу Дламини…

– Стоп! – капитан резко поднял руку. – Кто?

Ифу непонимающе посмотрел на него, а потом сообразил.

– Ну да, его же в июле зовут Эмеко Нгубани.

– Нет! – рыкнул Джабу. – Его всегда зовут Эмеко Нгубани! А в августе его всегда будут звать по-другому.

Он покачал головой, словно пытаясь вытряхнуть из ушей услышанное.

– Ты вообще откуда, юноша? Где учился?

– В Оксфорде… Я еще не закончил.

– В Оксфорде, – презрительно протянул капитан так, будто Ифу только что признался, что учится в коровнике на окраине. – М-да… Видимо, у Тени совсем все плохо, если начали мобилизовывать библиотекарей.

Ифу замер, пытаясь найти верный ответ, но Джабу выдохнул и сказал уже немного более дружелюбно:

– Ладно, что с тебя взять… Рассказывай, с чем пожаловал?

– Меня бы не мобилизовали, если бы ваш шаман не перестал выходить на связь. Что с ним случилось?

– Старость с ним случилась. Причем уже очень давно. Дед был очень хорошим человеком, его вся команда любила. Но восемьдесят семь лет – это чертовы восемьдесят семь лет, – Джабу вздохнул. – Ну вот он и умер неделю как. Хорошо умер. Во сне.

– Мои соболезнования, – вежливо сказал Ифу.

– Оставь при себе, ты его не знал, – буркнул Джабу. – Давай лучше к делу. С чем ко мне прислали студента Оксфорда?

– Наша задача – найти корабль «Сен-Селест». На его борту находится человек с документами, которые очень важны для Владыки Тени.

– Подробности о судне?

– Парусный бриг, груз – бочки с техническим спиртом. Мишель Арно, так зовут искомого человека, сел на него в Гавре и должен был сойти на Тенерифе. Но три дня назад в этом районе проснулся его охранный амулет. С кораблем явно что-то случилось. Наша задача найти корабль и забрать Мишеля Арно и его документы.

– И кто мне скажет, куда плыть? Ты?

– Да, – кивнул Ифу, – именно для этого я и прибыл.

– Хорошо. Говори направление.

– Мне нужна карта этого района и тихая комната, из которой видно море.

– Пойдем, я покажу тебе.

Сперва Джабу вернулся на мостик и приказал штурману:

– Принеси карту этого района в комнату духов. Хорошую карту.

После повел по переходам и узким коридорам. Корабль жил своей жизнью: гудели механизмы, что-то шипело, позвякивало, где-то раздавались голоса матросов.

Они поднялись по трапу и оказались в проходе между двумя трубами. Здесь стояла низкая, слегка выдающаяся надстройка с окнами на оба борта и массивной дверью с латунной ручкой. На ней не было надписей, только несколько символов по углам. Ифу присмотрелся: огонь и воздух в верхних углах, вода и земля в нижних. Логично.

Джабу подошел и снял с дверной ручки плетеный шнурок, прощальный оберег, который традиционно вешали на дверь, где кто-то умер.

– Комната духов, – сказал Джабу открывая перед ним дверь. – Мы так ее называем.

Внутри был полумрак. Круглые иллюминаторы пропускали немного света. По центру стоял широкий потертый стол. По стенам были развешаны пучки трав, в ящиках Ифу увидел несколько кристаллов. На углу стола стояла коробка с лупой и навигационным циркулем.

– Тут дед работал. Есть еще его каюта, но там он никаких артефактов не держал. Не думаю, что она тебе пригодится. – Джабу помолчал, стоя у двери. – В общем, эта комната теперь твоя. Делай, что должен.

За спиной у Джабу появился штурман и передал ему тубус. Он кивком поблагодарил и вручил его Ифу:

– Это карты.

Ифу достал одну, отложил ее в сторону, достал и развернул на столе другую. Присмотрелся, потом поднял глаза на Джабу и спросил:

– Капитан, что это за корабль?

– Китобой, для работы в отдаленных районах. – Джабу немного прищурился, ожидая продолжения.

– Это военная карта, судя по точности и масштабу. Но у нее нет никаких выходных данных.

– Купил на черном рынке, – Джабу сложил руки на груди и посмотрел на Ифу, в его глазах заплясали хитрые искорки.

– Турбины тоже где-то в камышовых зарослях в дельте Конго нашли?

Джабу ухмыльнулся:

– Молодец. Ну раз ты все понял, то и про последствия о разглашении тебя предупреждать не надо. «Охотник» – это рейдер, корабль для специальных задач.

– Вооруженный?

– До зубов, просто их пока некому показывать.

* * *

В комнате стояла тишина, только корпус глухо вибрировал под ногами. Ифу аккуратно разложил карту на столе, сориентировал ее по сторонам света с помощью компаса, разгладил углы и прижал латунными гирьками для весов, взятыми из ящика шамана. Поставил рядом с картой мешочек с солью, с другой стороны – мешочек с рунами. Сел, положил обе руки на карту и закрыл глаза.

Сначала – только дыхание. Медленное, ровное. Затем он начал чувствовать карту не как бумагу, а как тонкий, живой срез пространства: напряженные линии течений, искривления рельефа, тянущиеся вдоль глубоких впадин и неведомых возвышений, отмеченных лишь штрихами. Где-то там, среди этих слоев бриг «Сен-Селест».

Ифу открыл глаза, медленно взял мешочек с солью, замер над картой – и закрыл глаза вновь.

Соль потекла тонко, почти неслышно, посыпаясь на заливы, на архипелаги, на холодное равновесие океана. Он двигал рукой, задавая спираль, а внутри чувствовал, как воздух сгущается, – будто поверхность карты стала порогом.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Инкоси – владыка (зул.), аналог русского титула князь.

Вернуться

2

Штаб-квартира Ллойдс находится в Лондоне, в районе Сити, в здании, известном как Lloyd’s Coffee House. В 1889 году это уже больше формальное название, чем действительное кафе.

Вернуться

3

Охотник (зул.).

Вернуться

4

Индуна – капитан, командир отряда.

Вернуться