Александр Шаевич
Вы приехали и уехали

Пролог

В морге было тихо, как в пустой церкви, только старый холодильник глухо постанывал в углу.Следователь Елена Светлова стояла над столом и никак не могла понять, чего именно здесь слишком много – воды в лёгких, крови в протоколах или чужой аккуратности.По документам это был несчастный случай, по лицам местных – закрытая тема, а по её ощущению – очень изобретательное преступление.

Еще эти слова, произнесеные как то вскользь:

«Вы приехали и уехали, а нам тут жить»

Уже не первый раз Елена слышит такое и каждый раз за этими словами кроется что то страшное.

И так смерть бизнесмена. Арендатора. Человека, который давал рабочие места, платил налоги, в том числе, в местный бюджет.

Человек в воскресный день с друзьями отдыхал на базе отдыха на местном озере и погиб.

Вроде бы ничего странного: бывает. Несчастный случай. Но Что то не складывается. Молодой, сильный, бывший спортсмен. И вдруг – утонул.

Светлова вышла на свежий воздух, присела на лавочку в тени расидистого дерева местного сквера и задумалась.

Глава1

Бывший спортсмен. Мастер спорта по плаванию в прошлом – это она выяснила из разговора с вдовой ещё вчера вечером. Игорь Сергеевич Кравцов мог проплыть два километра без остановки. И вот такой человек тонет в озере глубиной три метра, в пятидесяти метрах от берега, в окружении друзей.

Елена достала блокнот, открыла на чистой странице и начала записывать.

Факты:

· Воскресенье, 14:20. Кравцов с тремя друзьями отдыхает на базе "Тихая гавань".

· Они арендовали беседку, жарили шашлыки, выпили (по словам друзей – "немного, по рюмке").

· В 15:00 Кравцов пошёл купаться. Один.

· Через десять минут друзья хватились – его не было видно.

· Нашли тело в воде через полчаса, реанимировать не удалось.

Несостыковки:

· Семён Борисович, патологоанатом, показывал ей тело. Синяк на затылке – "ударился о камень на дне". Но дно песчаное, камней нет.

· Ссадины на запястьях – "зацепился за коряги". Каких корягий в чистом озере?

· В лёгких – вода, но меньше, чем должно быть при классическом утоплении.

Елена подчеркнула последний пункт дважды.

– Простите, можно присесть?

Она подняла голову. Рядом стоял мужчина лет пятидесяти, в светлой рубашке и джинсах. Лицо усталое, но открытое. В руках – пакет из аптеки.

– Семён Борисович? – узнала Светлова.

– Угадали. – Он присел на другой край лавочки, положил пакет рядом. – Я специально задержался. Хотел… ну, поговорить. Неофициально.

Елена закрыла блокнот, но не убрала.

– Слушаю.

Семён Борисович помолчал, глядя на детскую площадку напротив, где двое малышей катались на качелях.

– Вы заметили синяк, – сказал он тихо. – И ссадины на запястьях.

– Заметила.

– Я работаю патологоанатомом тридцать два года. Видел всякое. – Он всё ещё смотрел на детей, не поворачиваясь. – Это не несчастный случай.

Елена выждала паузу.

– Его держали, – продолжил Семён Борисович. – Кто-то сильный. Запястья – это следы захвата. Затылок – удар, чтобы оглушить. Потом – в воду, пока не задохнулся. Я сделал дополнительный анализ крови. Там алкоголь – да, но в пределах нормы. Он был трезв и в сознании, когда его держали.

– Почему вы мне это говорите? – спросила Светлова спокойно.

– Потому что вы уедете отсюда через неделю, – он наконец повернулся к ней, – а мне тут жить. Я сказал начальнику полиции про синяки. Он ответил: "Семёныч, не выдумывай. Камни, коряги – всякое бывает. Зачем городу лишний шум?" – Патологоанатом усмехнулся горько. – Я понял намёк.

– Вы боитесь, – констатировала Елена.

– Да. Боюсь. У меня внучка – вон, на качелях. – Он кивнул на площадку. – Жена. Квартира в ипотеке. Если начну раскачивать… – Он не договорил.

Светлова убрала блокнот в сумку.

– Вы сделали дополнительный анализ крови?

– Да.

– Где результаты?

– В моём кабинете. В сейфе.

– Можете мне их передать?

Семён Борисович кивнул.

– Но неофициально. Если спросят – я ничего не знаю.

– Договорились.

Он встал, взял пакет из аптеки, сделал шаг, потом обернулся:

– Игорь Сергеевич был хорошим человеком. Построил детскую площадку вон там, – он указал на яркие качели, – на свои деньги. Говорил: "У самого дети растут, хочу, чтобы и другие радовались". А теперь его дети без отца. – Голос дрогнул. – Найдите, кто это сделал. Пожалуйста.

Елена кивнула:

– Найду.

Когда патологоанатом ушёл, Светлова открыла блокнот снова и дописала:

Вопросы:

1. Кто был с Кравцовым на базе? (Имена, связи, проверить алиби)

2. Почему он пошёл купаться один? (Обычно в компании идут вместе)

3. База "Тихая гавань" – кому принадлежит? (Возможно, владелец – свой человек мэра)

4. Камеры видеонаблюдения? (Если есть – где записи?)

5. Кравцов шёл на выборы. Когда подал документы? Кто об этом знал?

Она захлопнула блокнот и достала телефон. Набрала номер.

– Константин Иванович? Светлова. Да, я на месте. Слушайте, мне нужно пробить несколько человек. И ещё – можете узнать, кто владелец базы отдыха "Тихая гавань"? … Да, срочно. Спасибо.

Елена встала с лавочки, огляделась. Городок был тихим, провинциальным. Старые девятиэтажки, свежевыкрашенная администрация в центре, магазины на первых этажах. Обычная жизнь.

Но где-то здесь, в этих тихих улицах, кто-то решил, что человеческая жизнь – это приемлемая цена за сохранение власти.

«Вы приехали и уедете, а нам тут жить», – вспомнила она слова местного участкового, когда задала ему вопрос о синяках на теле.

– Да, – тихо сказала Елена себе, – я уеду. Но не раньше, чем найду, кто это сделал.

Она направилась к своей машине. Впереди был разговор с "друзьями" Кравцова. И она уже знала, какие вопросы будет задавать.

Глава 2

Гостиница «Восход» была единственной в городе, и выглядела она соответственно: советская вывеска, ковровые дорожки в коридорах, запах хлорки и старой мебели. Светлова сняла номер на третьем этаже – чистый, но убогий. Железная кровать, телевизор с выпуклым экраном, письменный стол у окна.

Она разложила на столе папки с материалами дела, открыла ноутбук и налила себе кофе из термоса, который привезла с собой. Местный кофе в столовой гостиницы был невыносим.

Телефон зазвонил – Константин Иванович, её начальник из областного управления.

– Лена, ну как там? – голос был усталый, но заинтересованный.

– Пока рано говорить, – ответила Светлова, листая протокол осмотра места происшествия. – Но версия с несчастным случаем не держится. Слишком много нестыковок.

– Местные сопротивляются?

– Ещё как. Классическое «не раскачивайте лодку».

– Понятно. – Константин Иванович помолчал. – Слушай, я тут навёл справки. Этот Кравцов действительно собирался баллотироваться в мэры. Подал документы за две недели до смерти. И, судя по опросам, у него были неплохие шансы.

Елена выпрямилась.

– Серьёзно?

– Вполне. Ломакин правит третий срок, народ подустал. А Кравцов – свой человек, бизнес построил, рабочие места создал. Плюс молодой, энергичный. Ломакин бы проиграл почти наверняка.

– Значит, мотив есть, – пробормотала Светлова.

– Ещё какой. Ломакин терял не только кресло, но и контроль над бюджетом. А там, я слышал, схемы отработаны годами. Откаты, подряды, земля. Стандартный набор. Если бы пришёл новый человек…