В тени раскидистого тополя

Глава

"Все персонажи являются вымышленными, и любое совпадение с реально живущими или жившими людьми случайно"

Давно это было, но до сих пор хорошо помню: мне 11 лет ,мы с отцом в лесу ,собираем грибы. Я ножом срезал веточку-росток тополька. Отец это увидел, нахмурился и сказал:

– Худое дело ты сотворил, сынок, необдуманное. Казалось бы, пустое дело, тоненькая веточка – помахал и выбросил. Но из этой веточки выросло бы большое дерево, которое спасло тебя от жары летом, и от стужи зимой. А ты в угоду своей бестолковой затее лишил дерево жизни. Это очень плохо. Его ладонь легла на мое плечо

– Никогда не обижай малого и слабого… Может статься, что малый перерастет тебя, а слабый превратиться в могучего и сильного. В жизни все может случиться, сынок. Помни об этом. Он был мудрым человеком – мой отец, его памяти я посвящаю эти строки ….

………………………………..

А начало этой истории заложено в славных советских семидесятых и ее герои: Дима Ледян, Дубов Сеня и их одноклассники из 9-а. Димка появился в конце 9 класса. Маленький, худенький, он тихо вошел в класс и робко остановился у дверей, следом вошедшая классная, громко представила нам его:

– Это наш новый ученик – Дима Ледян. Проходи смелей, Дима, садись!

Местный остряк – Семен Дубов – здоровый и бестолковый акселерат, мигом подхватил и громко повторил:

– Ледян! О, Ледяной значит! Сосулькин! Здорово!

И заржал во весь класс. Все его дружно поддержали, но под строгим жестом классного руководителя быстро приутихли. К нашему удивлению новичок не растерялся и, выкладывая книжки, спокойно произнес:

– А ты, выходит, дубовый! Тоже не плохо!

Конечно, будь у Сени какая-нибудь другая фамилия, такого эффекта бы не было, но меткая реплика Димки буквально взорвала весь класс. Хохотали все, даже наша классная не могла сдержать смех, безуспешно пытаясь рукой скрыть свою непедагогичную улыбку, смеялся и сам Дубов. Но он за кривой усмешкой пытался скрыть свою вспыхнувшую ярость за неслыханную дерзость – его самого сильного пацана класса и, как тогда говорили, «шишкаря» школы посадил в лужу какой то мелкий новичок, который ему в пупок дышал. И с этого момента он люто возненавидел Ледяна и постоянно приставал, задирал, издевался над парнишкой: то подножку поставят, то стул под ним сшибет – словом доставалось пареньку. А Димка терпеливо все сносил, тогда было не принято свои проблемы решать за счет взрослых. Димка был самостоятельным парнем, его мать растила одна. Он вообще был веселым, остроумным и сообразительным малым. Очень скоро показал свои способности и в учебе. Короче, своим добрым и покладистым характером он легко и быстро завоевал сердца всех учеников и учителей 9-а класса. Всех, кроме Дубова, хотя справедливости ради, нужно сказать, что Семен был неплохим человеком, но эта, с первого дня возникшая антипатия к Ледяну, мешала жить им обоим. Потенциал Семена как ученика иссяк полностью еще в классе 4-5. Потом ничего нового из области знаний в его башку вбить было невозможно – не воспринимала она. Он мечтал о том, что после 8 класса пойдет учиться на шофера, Советский закон о всеобщем среднем образовании обломал его планы -не дали ему документов и он был вынужден идти в 9-ый. Так вот благодаря этим реформаторским бестолковым нововведениям и страдал на уроках от скуки Семен Дубов. Он бы конечно, с удовольствием спорил бы на уроках с учителями, если бы хоть немного понимал. Но он абсолютно был далек от истин, которые оспаривал Димка, отстаивая свою точку зрения. И от этого ненавидел Ледяна еще больше и завидовал ему и мстил ему при каждом удобном случае. Как то раз Сергей Иванович, наш учитель физики, на перемене, когда мы стояли окружив его подводил итоги контрольной, обратился к Дубову:

– А тебе, Дубов, опять двойка! Смотрю на тебя, Семен, поражаюсь – здоровый парень, могучие плечи, а в голове пусто, хоть бы для одной формулы место нашлось. Как экзамены то сдавать будешь? Ведь выпускные скоро!! ….

Сеня равнодушно усмехнулся:

– А чепуха, Сергей Иванович, прорвемся! Сила есть, ума не надо – правда Ледяной?

И, ухватив рядом стоящего Диму за брючной ремень, легко поднял его одной рукой и опустил. Дима растерялся от такого беспардонного с ним отношения и, заправляясь, сказал:

– Ага, правда. У бульдозера такой же девиз!

Мы опять подняли на смех незадачливого Дубова….

А через неделю Дубов отыгрался на Димке. Грубо, по хамски.

Был школьный вечер «Осенний бал». Боже мой, сколько весен прошло, а сколько зим пронеслось!!! Ведь до сих пор душу жаром обдает, как вспоминаешь первые праздники юности, наши школьные вечера. Как мы обожали наши школьные вечера! Как мы готовились к ним! Костюмы, украшения, концертные номера, репетиции школьного ансамбля, о-о-о сколько восторга, неописуемой радости, непередаваемых эмоций. Ну вот долгожданный вечер настал ,традиционная торжественная часть заканчивается и танцы! ТАНЦЫ!!! На сцену неспешно проходят музыканты. В зубах медиаторы, с показным равнодушием навешивают гитары, ударник дает счет и зал заполняют душу выворачивающие аккорды лихой, ритмичной мелодии. Музыканты разогревают толпу – Шейк!!! Минут 7-8 умопомрачительных скачек, резкий обрыв музыки и шквал аплодисментов. Печальный всплеск соло-гитары, и начался медляк – все махом разбежались, центр зала опустел, на который выходят самые отчаянные галантно ведут смущенных, счастливых девчонок, обнимают за талию, нежно склоняют голову к ушку и шепчут трепетные слова. Менее отчаянные сгорают от зависти и набираются смелости: « На следующий медляк точно приглашу».

Вернемся к нашим героям. Дима танцевал с Верой Журавлевой – самой красивой девчонке 9-а. Это была юморная пара – ведь Вера была на голову выше Димки. Но это его нисколько не смущало, Он рассказывал ей что – то смешное, она заразительно хохотала. И тут появился Дубов. Он со старшеклассниками был в туалете, с кем – то подрался, и в таком возбужденном состоянии решил посетить праздничный вечер. Нагло улыбаясь, он подошел к танцующим. Схватил за руку Веру, привлек к себе:

–Вера, этот танец мой, а ты, Ледяной, иди учи уроки.

Толчок был такой силы, что Дима, растолкав пары танцующих, споткнулся и упал. Вера выхватила руку и залепила Семену звонкую пощечину выбежала из зала. Дима встал и, дрожащим от обиды голосом, произнес: