Мария Вель
Под властью босса Ограничение 18++

Глава 1

Я, как всегда, сидела за своим рабочим местом в просторном офисе, где воздух был пропитан приглушенным гулом клавиатур и едва слышными шорохами бумаг, создавая иллюзию спокойного порядка. За соседними столами коллеги уткнулись в свои мониторы, но всего пять минут назад они живо спорили о том, в каких нарядах каждый явится на корпоративный праздник – кто-то мечтал о блестящем платье с пайетками, способном зажечь вечер, а кто-то о дерзком костюме, обещающем произвести настоящий фурор среди гостей.

Но вдруг все изменилось: стоило в поле зрения появиться главе компании, как офис погрузился в долгожданную, почти священную тишину, словно каждый инстинктивно затаил дыхание.

Я подняла глаза, и сердце мое замерло: прямо на меня был устремлен немигающий взгляд босса – этого горячего, волевого мужчины с мужественными чертами лица, которые всегда заставляли коленки слабеть и будили в груди странное, запретное тепло. Его темные глаза, полные непроницаемой силы и скрытого огня, словно приковали меня к месту, и в этот момент весь офис с его гулом и спорами о корпоративе перестал существовать. Он стоял у порога своего кабинета, высокий и уверенный, в идеально сидящем костюме, подчеркивающем его атлетическую фигуру, и я почувствовала, как по спине пробежал легкий озноб.

Я с трудом отвела взгляд и вновь уткнулась в работу, стараясь унять учащенное дыхание. Ведь если ему что-то понадобится, он непременно вызовет меня к себе – так было всегда, и это правило никогда не нарушалось.

– Сезова! В мой кабинет! – рявкнул он, как всегда, и всем сразу стало понятно, что сегодня он не в духе. Коллеги провожали меня сочувствующими взглядами, предчувствуя, что ждет впереди, – возможно, очередная буря из-за какой-то мелочи. Я же была готова отвечать на все его вопросы быстро и четко, потому что знала: так меня скорее отпустят обратно, до следующего раза, когда в голову босса взбредет очередная идея, способная перевернуть мой день.

– Вы что-то хотели спросить или уточнить? – спросила я, чувствуя себя неуютно под его пристальным взглядом, который скользил по моему лицу, словно оценивая каждую деталь. Но я стойко делала вид, что ничего не замечаю, стараясь сохранить спокойствие и профессионализм. Какая муха его укусила – мне было все равно, лишь бы не сорваться на эмоции, которые так и рвались наружу. Главное, чтобы меня не лишили хорошего места; а на остальное мне наплевать, убеждала я себя, хотя сердце колотилось, предчувствуя что-то нехорошее.

– Ты не идешь на корпоратив? – Он задал вопрос так неожиданно, что от шока я даже забыла, кто передо мной: мужчина, который является моим боссом, но чье присутствие всегда пробуждало во мне странное смятение. Настолько его слова не вписывались в список возможных тем, что я растерялась, не зная, как реагировать, – это было как удар током, заставляющий тело оживать.

– Простите? – голос у меня вдруг сел, и мне пришлось откашляться, чтобы вернуть его в норму, чувствуя, как щеки заливает румянец.

– С какой стати ты отлыниваешь от коллектива? – Его вопрос прозвучал резко, с ноткой раздражения, и я задумалась: ему правда только это не понравилось? Что за дикость, – ведь обычно он не вмешивался в личные дела сотрудников. Но в его глазах мелькнуло что-то, что заставило меня усомниться в своей интуиции.

– Просто… у меня немного другие планы на вечер, – ответила я, хотя на самом деле никаких планов не было. Я просто не люблю все эти сборища людей в одном месте, особенно когда там будут коллеги-мужчины, которые и так не слишком культурно ведут себя трезвыми. Чего ожидать от них, когда они выпьют что покрепче? – думала я, стараясь не показывать внутреннего напряжения.

Я понимала, что вполне симпатичная девушка: довольно часто получала приглашения на свидания или что покруче, но я не девушка легкого поведения, так что старалась держаться подальше от противоположного пола, особенно на работе, чтобы избежать ненужных осложнений и сплетен, которые могли разрушить мою карьеру.

И получив несколько многозначительных намеков на протяжении этой недели – те пристальные взгляды, случайные касания, шепот в коридоре, – я решила, от греха подальше, провести вечер дома – в уютной компании дивана, мерцающего экрана телевизора и своего пушистого кота. Это казалось самым безопасным выбором, чтобы избежать ненужных неловких ситуаций, которые могли бы возникнуть среди коллег.

Я замерла, уставившись на него, чувствуя, как сердце колотится в груди. Его слова повисли в воздухе, тяжелые и неотвратимые, словно приказ, который нельзя игнорировать. Босс сидел передо мной, надменный и уверенный, с тем самым взглядом, который всегда заставлял меня нервничать – смесь властности и чего-то более глубокого, интимного, что я предпочитала не замечать.

– Никаких других планов у тебя быть не может, – произнес он низким голосом, вставая и выходя из-за стола, так что я почувствовала легкий аромат его одеколона. – Ты обязана быть на корпоративе. Это не просто вечеринка, это часть нашей команды. И я не потерплю, чтобы кто-то, особенно ты, уклонялся от этого.

Я сглотнула, стараясь сохранить спокойствие, но его близость мешала сосредоточиться. "От греха подальше" – эта фраза теперь казалась насмешкой. Он знал, что я хочу уйти, и, кажется, ему нравилось играть со мной в эту игру.

– Но… – начала я, но он прервал меня, подняв руку.

– Никаких "но". Ты придешь. Я лично прослежу за этим. – Его губы слегка изогнулись в улыбке, полной скрытого обещания, и я поняла, что сопротивление бесполезно.

Что ж, если ему так хочется. На какое-то время мне все же придется посетить данный вечер.

Глава 2

Я сидела в уютном кафе на окраине города, где мягкий свет приглушенных ламп отражался в стеклянных витринах, а воздух был насыщен ароматом свежесваренного кофе и теплых круассанов, создавая иллюзию спокойного убежища от хаоса рабочего дня. За столиком напротив меня устроилась моя лучшая подруга Анна – та самая, что всегда умела разрядить атмосферу остроумной шуткой или проницательным взглядом. Мы встретились здесь после работы, чтобы обсудить предстоящий корпоратив, но мои мысли все еще витали в кабинете босса, где его улыбка, полная скрытого обещания, продолжала жечь изнутри, заставляя сердце биться неровно и будя в душе странное, запретное волнение.

– Ну, рассказывай, что там у тебя на работе? – спросила Анна, отхлебывая латте и внимательно глядя на меня поверх чашки. Ее глаза, всегда такие проницательные, казались лазерными лучами, пытающимися выудить из меня все секреты. – Ты выглядишь… напряженной. Опять этот твой босс?

Я вздохнула глубоко, крутя в руках ложку, и уставилась в окно, где мелькали силуэты прохожих под вечерним небом, окрашенным в теплые тона заката. "Напряженной" – это было мягко сказано. Внутри меня бушевала настоящая буря: раздражение не отпускало с того момента, как я вышла из кабинета главы компании, где его слова эхом отзывались в голове, пробуждая смесь гнева и возбуждения, которое я так старалась подавить.

– Да, Анна. Представь, он лично настоял, чтобы я пошла на корпоратив. Сказал: "Я лично прослежу за этим". Это нормально вообще? Мы живем в свободной стране! Почему я должна идти туда, куда не хочу! – Мой голос сорвался на повышенный тон, и я почувствовала, как щеки заливает румянец, а пальцы сжимают ложку сильнее, словно пытаясь выместить на ней всю свою досаду.

Еще немного, и я точно взорвусь от этого унижения, но Анна лишь приподняла бровь, и ее губы тронула понимающая улыбка, полная скрытого лукавства.

– Ого, да я смотрю, ты прям засела ему в голову, – произнесла она, и от шока я даже не знала, что сказать, чувствуя, как сердце пропускает удар.

Я отмахнулась от ее слов, стараясь скрыть смятение, но голос мой прозвучал резче, чем хотелось, эхом отражаясь от стен кафе, где пар от кофе медленно поднимался вверх, смешиваясь с моим собственным внутренним паром раздражения.

– Полный бред, Ань! Он просто надменный тип, который не любит, когда что-то идет не так, как он хочет. Всегда должен контролировать, диктовать правила, как будто весь мир – его личная шахматная доска. А я… я просто фигура в его игре, которую он решил передвинуть на этот чертов корпоратив. – Я поставила чашку на стол с чуть большим стуком, чем следовало, чувствуя, как тепло латте обжигает пальцы, напоминая о том, как его взгляд обжигал меня в кабинете – острый, властный, проникающий под кожу и вызывающий дрожь, которую я списывала на гнев.

Анна откинулась на стуле, скрестив руки, и ее улыбка стала еще шире, с ноткой озорства, которое всегда заставляло меня сомневаться в ее невинности. В кафе вокруг нас шелестели разговоры других посетителей, но в нашем пузыре напряжение нарастало, как перед грозой.

– Ну-ну, Сезова, – протянула она, назвав меня по фамилии, как в школьные времена, когда мы делились секретами под одеялом. – Надменный, говоришь? А может, это его способ сказать, что ты ему небезразлична? Вспомни, как он смотрит на тебя на совещаниях – будто ты единственная в комнате, кого он хочет… ну, ты понимаешь. Не путай контроль с интересом.

Я фыркнула, но внутри что-то екнуло. Нет, это не интерес, убеждала я себя, это его эго, его потребность доминировать. Но почему-то эта мысль вызывает не только отвращение, но и странное, предательское тепло внизу живота?

– Интерес? – переспросила я, понижая голос, чтобы не привлекать внимания соседнего столика. – Он просто привык, что все кивают и исполняют. А я не хочу быть частью его свиты. Но… черт, Анна, если я не пойду, он может сделать жизнь в офисе невыносимой. Что мне делать?

– Слушай, Сезова, – сказала она, понижая голос до шепота, но с такой интонацией, что казалось, она кричит на весь зал. – Я думаю, что ты уже засиделась в неженках. И хоть раз в жизни все же стоит пойти и оторваться там по полной! Представь: музыка, танцы, шампанское льется рекой, а ты в новом карнавальном платье… Это же корпоратив, а не казнь! Покажи этому надменному боссу, что ты не его марионетка. Флиртуй с кем хочешь, танцуй до упаду, забудь о стрессе. А если повезет, может, кого и найдешь себе. Это шанс на небольшое приключение, а не конец света.

Я моргнула, удивленная ее энтузиазмом, и почувствовала, как щеки вновь краснеют – то ли от смущения, то ли от образов, которые ее слова нарисовали в моей голове. Но страх все еще сидел внутри, как холодный узел в животе, напоминая о рисках – сплетнях, которые разнесутся по офису быстрее, чем вирус, и о том, как легко потерять контроль.

– Анна, ты с ума сошла? – прошептала я, но мой голос дрогнул, выдавая внутренний конфликт. – А если кто-то из коллег решит, что это сигнал? Или если они потом начнут шептаться? Я не хочу, чтобы моя карьера пошла коту под хвост из-за какой-то вечеринки.

Она рассмеялась тихо, но заразительно, и положила руку на мою, ее пальцы были теплыми, успокаивающими, как старый друг, который всегда знает, что сказать.

– Ну ладно, ладно, если тебе уж прям так страшно, то так уж и быть, я пойду с тобой. Буду твоей телохранительницей: отгоню всех надоедливых типов, включая твоего босса, если он слишком приставучий. Мы устроим свой маленький заговор – выпьем, потанцуем и вернемся домой с историями, которые будем вспоминать годами. Соглашайся, Сезова! Жизнь слишком коротка, чтобы бояться маленьких искушений.

Я уставилась на нее, чувствуя, как сопротивление тает под ее взглядом, а в груди разгорается смесь волнения и тревоги. Анна всегда умела убеждать, и сейчас ее предложение казалось спасательным кругом – обещанием безопасности в океане соблазна.

Я кивнула медленно, улыбаясь сквозь сомнения.

– Ладно, черт с тобой. Пойдем. Но только если ты будешь рядом.

Глава 3

Я стояла у входа в банкетный зал отеля, чувствуя, как прохладный сквозняк из коридора лижет обнаженные ноги под короткой юбкой костюма Снегурочки. Анна настояла на этом наряде – "идеально для корпоративного карнавала, – сказала она, – чтобы ты выглядела как зимняя богиня, а не как серая офисная мышь".

Платье было из белого атласа, облегающим, как вторая кожа, с глубоким вырезом на груди, усыпанным серебристыми снежинками, и подолом, который едва прикрывал бедра, заставляя меня то и дело одергивать его, словно это могло спрятать внезапную уязвимость. Волосы я уложила в свободные волны, с венком из искусственного инея, а на губах – ярко-алая помада, которую Анна нанесла с ехидной улыбкой: "Чтобы никто не смог отвести глаз".

Зал за дверями пульсировал жизнью: приглушенная музыка – смесь джаза и новогодних мелодий – просачивалась наружу, неся с собой ароматы хвои, специй и шампанского. Смех и звон бокалов эхом отдавались в воздухе, обещая хаос веселья, где границы стираются под влиянием алкоголя и огней. Но я замерла, сердце колотилось в ритме барабанов, а в груди нарастал тот знакомый узел тревоги.

"Что я здесь делаю? – думала я, сжимая сумочку в руках.

Анна стояла рядом, в своем элегантном черном платье с разрезом, которое подчеркивало ее уверенную походку. Она была моей опорой – телохранительницей, как и обещала, – и сейчас ее рука легла на мое плечо, теплая и успокаивающая, с легким ароматом ее духов, смешанным с моим страхом.

– Расслабься, Сезова, – прошептала она, наклоняясь ближе, ее дыхание коснулось моего уха, вызвав мурашки. – Ты выглядишь сногсшибательно. Все мужчины в зале будут у твоих ног. Входим?

Я кивнула, но ноги казались свинцовыми. С глубоким вздохом я шагнула вперед, толкая тяжелую дверь, и музыка хлынула на нас волной, унося в вихрь света и теней.

Внутри зал сиял гирляндами и свечами, гости в масках и костюмах кружили у столов с закусками. Мне же захотелось спрятаться за одну из колонн, но кто бы мне это позволил. Аня сразу же взяла инициативу и повела меня прямо в центр событий.

– Ладно, Сезова, хватит прятаться в углу, – прошептала она, ее глаза блестели озорством, а губы изогнулись в игривой улыбке. – Давай познакомишь меня со своими коллегами. Я хочу увидеть, кто там работает с тобой в этом муравейнике. Может, найду кого-то интересного для себя…

Я замерла на миг, сердце екнуло – представить Анну, эту уверенную хищницу, среди моих офисных знакомых, было невозможно. Но Анна уже тянула меня вперед, ее шаги уверенные, каблуки стучали по паркету, эхом отзываясь в моих ушах.

Мы направились к группе у бара – там стояли Марк из бухгалтерии, в нелепом костюме Деда Мороза, с красным носом от выпитого, и Лена из HR, элегантная, как всегда, в платье эльфа с острыми ушками.

Анна первой протянула руку, ее голос прозвучал как шелк, обволакивающий:

– Привет, ребята! Я Аня, подруга вашей прекрасной Елизаветы. Она так много рассказывала о вашей компании, что я просто обязана была познакомиться с ее коллегами. Выглядите потрясающе! – улыбка, которой она их одарила, могла свести с ума любого.

Марк закашлялся от неожиданности, его глаза скользнули по моему декольте, и я почувствовала, как щеки горят – не от смущения, а от раздражения.

Лена же лишь улыбнулась, а ее взгляд прошелся по мне, более оценивающий.

– О, Сезова, решила украсть у меня звание “самый яркий костюм”?

Разговор завязался легко – Анна сыпала комплиментами, смеялась над шутками Марка, а я стояла рядом, попивая шампанское, чтобы унять дрожь в руках. Но мой взгляд то и дело блуждал по залу, ища того, кого я не должна была хотеть видеть. И вскоре я его обнаружила.

Он стоял у окна, в смокинге, который сидел на нем как вторая кожа, с бокалом в руке, и разговаривал с кем-то из совета директоров. Его глаза… они вдруг встретились с моими, каким-то образом он поняла, кто на него смотрит. И я замерла, чувствуя, как электрический разряд пробежал по телу.

Властный, пронизывающий взгляд, полный обещаний и угроз, заставил меня сжать бокал крепче. Ну какая же я все же дура, что согласилась сюда прийти.

А тут и Аня замечает, что я уже не слушаю ее болтовню.

– Ого, Сезова, – прошептала она, мне прямо на ухо – Это он? Твой босс? Ничего такой. Очень даже. И смотрит на тебя так, будто хочет съесть с потрохами. Теперь я даже жалею, что не пошла работать в вашу компанию. Хотя… отбирать ухажера у подруги, так уж и быть не буду.

Я замерла, щеки вспыхнули жаром, как будто кто-то плеснул кипятка, а сердце забилось чаще, эхом отдаваясь в ушах.

– Анна, не говори ерунды, – начала было я, но слова застряли в горле. – Он просто… смотрит, чтобы все пришли. Это корпоратив, все друг на друга смотрят.

Но она решила окончательно меня добить:

– Он точно не ровно к тебе дышит, подруга. Видишь, как напрягся? Готов буквально сорваться с места и разорвать каждого, кто на тебя посмотрит. Ты ему нравишься, и нет смысла это отрицать. Я в этом разбираюсь побольше твоего.

Я не выдержала и повернулась спиной к залу, краснея до корней волос, чувствуя, как декольте костюма вдруг стало тесным, а кожа под ним покрылась мурашками. Шампанское в бокале забурлило от моей дрожи, и я сделала глоток, чтобы скрыть смущение.

Все, решено. Через час я точно уеду отсюда домой. Иначе Аня еще что-нибудь мне наговорит.

Глава 4

Я едва успела отвести взгляд от бокала, как к нашей группе подошел еще один коллега – Сергей из IT-отдела, высокий парень с растрепанными волосами и румянцем на щеках, явно от выпитого. Его костюм – нелепая пародия на супергероя, с плащом из фольги и маской, сдвинутой на лоб, – болтался на нем мешком, а походка была шаткой, но полной энтузиазма. Он нес в руке два бокала с чем-то пузырящимся, и аромат алкоголя витал вокруг него.

– О, Сезова! – воскликнул он громко, его голос эхом отозвался в зале, перекрывая музыку, и глаза блеснули пьяным восторгом. – Ты… ты выглядишь как настоящая снежная королева! Или Снегурочка? В общем, чертовски сексуально! – Он протянул мне один бокал, его пальцы случайно коснулись моей руки, и я почувствовала жар его кожи, смешанный с холодом шампанского. Внутри меня что-то екнуло – не от его комплимента, а от того, как его взгляд скользнул по моему декольте, задержавшись дольше, чем следовало, и я ощутила, как тело реагирует мурашками, но не от желания, а от неловкости, усилившейся с каждой секундой.

Анна, стоявшая рядом, хихикнула тихо, ее плечо прижалось к моему, добавляя тепла и поддержки.

– Ого, – сказала она игриво, беря второй бокал из его рук и подмигивая, – да вы мне напомнили одного моего бывшего. Он был такой же джентльмен. Продолжайте, нам всем очень интересно.

Сергей, не заметив сарказма, заржал громко, его дыхание с запахом виски обдало меня, и он шагнул ближе, слишком близко, так что я ощутила его тепло сквозь тонкую ткань платья.

– Слушай, Сезова, – пробормотал он, наклоняясь, его голос стал ниже, но все еще пьяный и неуклюжий, – мы с тобой всегда были… ну, ты знаешь, коллегами. Но сегодня, ты… Может, потанцуем? Или уйдем отсюда? Я обещаю, будет весело. – Его рука легла на мою талию, легкая, но настойчивая, и я замерла, чувствуя, как сердце колотится от смеси раздражения, что поднимается в душе. Я и сама любила выпить, но не до такого состояния.

Я едва успела оттолкнуть Сергея – его рука все еще лежала на моей талии, горячая и назойливая, вызывая волну раздражения, смешанного с темным возбуждением от его смелости, – как вдруг со стороны зала раздался низкий, недовольный голос, резкий, как удар хлыста в тишине ночи:

– Танец Сезова уже обещала мне.

Сердце мое замерло, а потом забилось чаще, кровь прилила к щекам, окрашивая их румянцем ярче, чем у Снегурочки. Все вокруг – Аня, Марк с Леной, даже Сергей – замерли, повернувшись к источнику звука.

Босс стоял там, в тени колонны, его фигура в строгом черном костюме казалась еще более внушительной, чем обычно. Его глаза, темные и горящие, были прикованы ко мне, полные обещаний и угроз, а губы изогнулись в хищной улыбке, скрывающей ревность, которая делала его еще опаснее, еще желаннее.

Сергей отпустил мою талию, как обжегшись, его лицо побелело, и он пробормотал, заикаясь:

– Пардон, шеф… я не знал.

Его слова повисли в воздухе, густом от напряжения, и я почувствовала, как все взгляды в зале прикованы к нам.

Я не успеваю произнести ни слова – губы мои пересохли, а сердце колотилось, словно сумасшедшее, – как он, мой босс, мягко, но решительно тянет меня на себя, освобождая окончательно из плена пьяного Сергея и ведет от компании, туда, где на нас паляться уже абсолютно все. Даже те, кто до этого собирался покинуть данный вечер.

Его пальцы, сильные и уверенные, слегка впиваются в мою талию через тонкий атлас платья, и это прикосновение, полное абсолютной уверенности в своей власти, заставляет меня вздрогнуть – мурашки бегут по коже, разжигая огонь внутри, смешанный с трепетом капитуляции.

Тепло его рук на моих боках обволакивает, как обещание, а твердая грудь у моей спины напоминает о его силе, о том, как он всегда контролирует все, даже меня, заставляя мое тело отзываться на каждый его жест.

Он не дает мне времени на размышления – его рука скользит вниз, обхватывая мою ладонь с решимостью, и он ведет меня сквозь толпу, прямо в центр зала, где свет люстр играет бликами на нашем пути, а вокруг нас летают искры – невидимые, но осязаемые, рожденные из напряжения между нами, из его ревности и моей растущей слабости. Музыка пульсирует, как наше общее дыхание, и я чувствую, как взгляды коллег жгут спину, но все это меркнет перед его близостью, перед тем, как он разворачивает меня лицом к себе, его глаза горят, полные огня, который обещает сжечь нас обоих.

– Зачем вы это сделали? – шепчу я, голос мой дрожит, смесь гнева и желания, – К чему это все? Этот спектакль?

Он злится – я вижу это в сжатых губах, в том, как его челюсть напрягается, – и его голос, низкий и резкий, режет воздух:

– Что? Не нужно было спасать тебя от этого идиота? – Его слова – вызов, полный яда.

Его слова висят между нами, как гроза, готовая разразиться, и я чувствую, как кровь приливает к щекам – смесь обиды и того предательского жара, что разливается по венам.

– Спасать? – шиплю я, не в силах отвести взгляд от его глаз, где ревность плещется с чем-то более глубоким, опасным. – Вы всегда думаете, что знаете лучше всех? Что я не могу сама разобраться с… с кем угодно? – Мой голос дрожит, но в нем есть вызов, тот огонь, что всегда тлеет под моим профессиональным фасадом, под платьем Снегурочки, которое теперь кажется слишком тесным, слишком откровенным.

Он усмехается – криво, злобно, – и его рука, все еще сжимающая мою, тянет меня ближе, так что наши тела почти сливаются в ритме музыки, которая вдруг становится громче, пульсируя, как биение сердца.

– О, ты можешь, Сезова, – бормочет он, его дыхание обжигает мою щеку, а пальцы скользят по моей талии, уверенно, властно, разжигая искры на коже. – Но я не позволю этому идиоту даже прикоснуться к тебе. – Его слова – собственнические, полные яда и желания, – заставляют меня вздрогнуть, и я толкаю его в грудь, но он лишь прижимает меня сильнее, к твердому телу, где каждая мышца дышит силой.

Спор тает в воздухе, когда он начинает вести меня в танце – медленном, но страстном, его бедра прижимаются к моим, руки обхватывают спину, пальцы впиваются в ткань, как будто хотят сорвать ее. Музыка окутывает нас, новогодние огни кружатся вокруг, а коллеги смотрят, но все это стирается: есть только его запах – мускусный, мужской, – тепло его кожи сквозь рубашку, ритм наших тел.

Я сопротивляюсь, пытаюсь отстраниться, но его взгляд, горячий, не отпускает, и в этом танце власть переходит к нему, а мое сопротивление крошится, как лед под солнцем. Он словно кричит на весь зал, что я его.

Но я не готова сдаваться. Я никому не позволю, решать за меня.

Если у вас найдётся минутка, напишите, что особенно запомнилось в истории. Мне очень важно узнать ваше мнение: каждая мысль – это новый взгляд на мир, который я создавала. Ваш отзыв – мой компас в творчестве. Буду благодарна за пару строк!

Глава 5

Танец захватывает нас, как вихрь страсти, и его руки, сильные и настойчивые, ведут меня в ритме, который эхом отдается в каждом ударе сердца. Наши тела сливаются в этом медленном танце, как специально выбрал именно его. Его грудь прижимается к моей, бедра трутся, разжигая жар, что ползет вверх по спине, заставляя кожу гореть под его взглядом. Эти глаза, темные и пронизывающие, ласкают меня, как пальцы, обещая то, что я боюсь и жажду одновременно. Воздух вокруг тяжелый от запаха его одеколона, смешанного с новогодним ароматом ели и шампанского, а коллеги вокруг – лишь размытые тени, их смех и разговоры тонут в пульсе музыки.

Но он не дает мне забыть о реальности, его губы кривятся в усмешке, и он шепчет, голос низкий, полный сарказма:

– Ты все же пришла, Сезова. Неужели так боишься увольнения? – Его слова бьют, как удар, добавляя неловкости к этому жару – я краснею, чувствуя, как щеки пылают, а внутренний конфликт разрывает меня: страх потерять работу, или то, что он видит сквозь меня, как сквозь стекло.

– Вы… вы невыносимы! – шиплю я, пытаясь отстраниться, но его хватка крепче, пальцы впиваются в талию, вызывая мурашки. Он усмехается, наклоняясь ближе, губы почти касаются уха:

– Невыносимый? Правда? – Его дыхание обжигает, и я чувствую, как сопротивление тает, уступая жару, что разливается по венам.

Я чувствую, как его руки скользят ниже, пальцы касаются изгиба бедер, и этот жест слишком интимный для танца на корпоративе. Сердце колотится, как бешеное, а щеки горят еще ярче – коллеги вокруг, Марк с Леной, Анна у бара, все они смотрят, шепчутся, и я представляю, какие сплетни разлетятся завтра по офису.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.