# Падение Драйсдейла

Марина Смирнова

Стоит Элизабет поверить, что в её жизни наконец-то наступила стабильность: в отношениях, в работе и в самоощущении - всё рушится на глазах. Но на этот раз не только её существование подверглось опасности.

Драйсдейл пал. Север наполнился чудовищами и тёмными эльфами. Тем, кого не задела чума, пришлось пойти на убийства соплеменников ради выживания. Белые ледники покрылись кровью и чёрным снегом.

О праздновании Рождества не может быть и речи, ведь Николай - источник силы и жизни всей Арктики - находится на грани смерти.

Единственный способ вернуть всё на свои места - убить Андреаса - сына Небес, вырвавшегося из своей тюрьмы. Для баланса сил приходится привлечь к делу Южный полюс. Вся надежда на восстановление города ложится на плечи утратившей силы Снежной королевы и её бывшего, сына Небес, не имеющего собственной земли, – Николаса Гриндейла. Дело остаётся за малым: Элизабет нужно уничтожить ад, именуемый Зазеркальем, чтобы вернуть силу королевы.

## Глава 1

- Не догонишь, не догонишь, а-ха-ха! – Элизабет бежала по огромному жёлтому коридору с колпаком эльфа в руках и громко смеялась.

- Ну, держись, Бетти! – кричал Ричард, догоняя девушку.

Прошло два месяца с тех пор, как Ричард Фитцмор покинул пост директора Мастерской и вместе с девушкой-полукровкой Элизабет Морган официально объявили о том, что будут работать на ярмарке и путешествовать по миру.

Драйсдейл переменился: всё напряжение, созданное Алексием и его приспешниками спало.

Всё это время Элизабет занималась тренировками, обучалась контролю и ходила с Ричардом на уроки экономики. Их отношения с эльфом были как у молодожёнов (собственно говоря ими они и являлись из-за того что соединили узы до эльфийской свадьбы).

- Ха-х-ха, Рик, ты такой медленный! Черепаха бы перегнала тебя! – Смеялась девушка. Тут она забежала за угол и оказалась в тупике. – Ой… - Девушка развернулась и увидела перед собой светящиеся голубые глаза.

- Попалась! – воскликнул эльф, схватив девушку за плечи.

- Помогите! Помогите! Убивают, а-ха-ха! – Начала ещё больше хохотать Элизабет. Ричард улыбнулся и, забрав у девушки колпак, надел его. Он хмыкнул и надул губы. – Ой, только не говори, что обиделся! – Девушка обвила шею парня. Тот отвернул голову и улыбнулся.

Элизабет взяла его за лицо и притянула к себе. Каждый поцелуй с ним были как в первый раз. Страстный и одновременно нежный. Ричард на миг оторвался от неё, но только за тем, чтобы прошептать:

- Я скучал…

Элизабет выгнула бровь.

- Мы спим в одной постели. И видимся почти каждый день.

- Ты знаешь о чём я.

Его губы снова прижались к её – тёплые, настойчивые, влажные. Сначала он просто прикусил нижнюю губу, потом запустил язык внутрь. Ладонь Ричарда крепло сжимала бедро Элизабет, пальцы чуть впивались в кожу, другая рука придерживала затылок, не давая отстраниться.

Элизабет почувствовала, как рука Ричарда скользит ниже и замерла в предвкушении.

Но тут донёсся голос какого-то гнома из конца коридора.

- Эй! Опять вы за своё?! Ричард, Элизабет, вы опаздываете на отбор стран! Сначала они сбегают с моих занятий по экономике, а теперь с работы! Вы вообще собираетесь уезжать? – грозно начал осуждать их гном.

Он поставил руки в боки и явно был на взводе. Девушка и эльф только улыбнулись. Элизабет положила руку на плечо Ричарда и дрожащим от смеха голосом произнесла:

- Конечно, собираемся, вы ещё спрашиваете.

Они вместе с Ричардом снова прыснули от смеха.

– Неужели не видно, господин Дэниэл? – Девушка прокрутилась перед гномом. На ней было зелёное плотное платье в белый горошек, на ногах тонкие капроновые колготки и белые кроссовки, на голове ободок с зелёным бантом, пояс с необходимой пыль и кожаная куртка. Ричард был в зелёной футболке, походных шортах с поясом и с похожей кожаной курткой. Колпак, который Элизабет подло стянула с него был отдан ему Леном, как воспоминание о бывшей деятельности Ричарда – о работе эльфом Детства. Фитцмор, словно ребёнок, привязался к нему и последние пару недель носил не снимая, хоть и выглядел даже на фоне города с эльфами и гномами странновато. Сейчас на Севере такие колпаки носят только дети, эльфы Детства и сотрудники Мастерской.

- Ах вы! – встрепенулся гном. - Санты на вас не хватает! Поторопитесь, если не хотите быть уволены, не начав даже работать!

Ричард и Элизабет осуждающе посмотрели друг на друга, хихикнули и всё-таки направились за гномом.

- Ну, наконец-то вы пришли! – Улыбнулся эльф с щетиной вошедшей в кабинет парочки.

Внутри уже находился весь отряд купцов. Одна из них знакомая Элизабет – Миса, точнее Мисаки Лайт – знакомая Лена и очаровательная эльфийка, которая учила девушку торговаться. Правда, Элизабет не была уверена, что у неё до конца получилось освоить это искусство.

– Ну что ж.… - Дэниэл тяжело вздохнул. Ричард говорил, что ему около трехсот зим. Несмотря на его молодое лицо – это чувствовалось. - Остальные 24 страны, следовательно, ваши. – Он протянул бумаги им с Ричардом и они тут же уткнулись в списки стран.

Элизабет знала, что им, молодым новичкам, не распределят ни одно другое измерение кроме Терры, но увидев знакомые страны в списке, девушка разочаровано цокнула.

- Россия, Канада, Греция, Дания, Франция, Зимба… Зимбав что? – Начал Ричард. - И такое существует!

- Зимбабве. – Поправил Дэниэл. - Весьма интересная страна, кстати. Это государство в южной части африканского континента, между водопадом Виктория, реками Замбези и Лимпопо. Ваши деньги.

Эльф протянул чемодан и картхолдер.

- Не думал, что он такой большой – Ричард поднял чемодан. – И тяжёлый…

- Посетить 24 страны за полгода немалого стоит. Поэтому берегите его и карты. В основном у вас больше Южных стран, поэтому.… Остерегайся перепада температур.

- Да я справлюсь, - ответила Элизабет.

- Я не с тобой, а с Ричардом. Он житель Севера и его организм привык к холодному климату, поэтому будет тяжёлая акклиматизация.

- Да у него астма, то есть хуанго, ему полезно полежать под тёплым солнцем! – возмутилась двушка.

- Это было просто предупреждение Элизабет, не заводись. – Дэниэл снова вздохнул. – Справитесь?

- Справимся.

5-ое января, два месяца назад.

Элизабет шла по городу, заворачивая на улицу под названием «Снежная». Разноцветные дома со снеговиками приветливо встречали её своими яркими фонарями и гирляндами. Девушка остановилась у многоэтажного дома с огромной красной вывеской: «Отель Полярная ночь». Это место было построено специально для редких гостей Севера и тех, кто живёт и работает за городом и не имеет своей земли в Драйсдейле.

Девушка открыла двери, перед ней располагался золотой ресепшен с тремя эльфами.

- Добро пожаловать в отель «Полярная ночь», чего изволите? – спросила эльфийка с ярким макияжем в синей униформе.

- Мне нужен Натаниэль Фитцмор, он же остановился здесь?

Муж Моники, владелец и основатель Шоколадной фабрики, маг и по совместительству самый старший из троицы Фитцморов, отдыхал в городе уже десять дней, приехал сразу после Рождества.

- Да, господин Натаниэль сейчас находится в своём номере.

- Можете сказать в каком?

- У вас к нему срочное дело? Он просил фанатов не беспокоить его.

- Я похожа на его фанатку? – девушка усмехнулась. – Вы не узнаёте меня?

Элизабет никогда не думала, что когда-то использует эту фразу и от того, с каким раздражением она это произнесла ей стало не по себе. Она не была пупом земли и уж точно не никогда не им не станет, но Ричард сделал её своей невестой, а у этого были свои привилегии.

- Анна, скажи ей уже номер, а то не отстанет ведь. – Уставший светловолосый эльф в красной униформе сидел на скамье для ожидания с газетой в руках.

Элизабет без знания языка понимала, о чём именно написано на первой странице «Драйсдейла сегодня». Уже десять дней эта новость обсуждалась в обществе Северян и новый выпуск газеты не мог не сделать это своей главной сенсацией. Полукровка с первородной силой, связавшая узы с самим Ричардом Фитцмором. Да Элизабет самой не верилось, что это правда.

- Хорошо, ладно, - эльфийка посмотрела на вывеску с ключами - он в 28 номере. Это второй этаж. Томас, проводи её.

Эльф нехотя сложил газету и поднялся, разминая поясницу.

- Пошли по лестнице, хоть разомнусь. – Он прошёл к ступеням около лифта и Элизабет благодарно пошла за ним.

В одном из гостиничных номеров на роскошном белом диване расположился старший Фитцмор и грациозно поедал виноград в полуголом виде. Резкий стук в дверь прервал все мысли, а летающее лакомство приземлилось на стеклянный стол.

- Кто там ещё?! – Воскликнул эльф, не вставая с дивана.

- Элизабет Морган!

- И каким ветром её сюда… - Зеленоглазый рыкнул и махнул рукой.

Дверь раскрылась, ветер впихнул девушку в номер и дверь снова захлопнулась.

– И каким из Северных ветров тебя сюда занесло?

- И тебе привет Натаниэль, - Элизабет поправила короткое чёрное платье и посмотрела серьёзно за эльфа.

- Что-то случилось? Вижу, что с магией наружу ты не ходишь. У вас с Ричардом проблемы в постели?

Элизабет вспыхнула.

- Нет! Ричард сейчас пытается уволиться с работы директора Мастерской и меня заодно убрать, чтобы нас приняли на уроки экономики для торговцев. А у Мига экзамены за звание старшего лекаря.

- И ты от скуки ко мне пришла?

- У меня к тебе просьба. Ты можешь сходить со мной в лес?

- И с чего я должен тебе помогать?

Элизабет пожала плечами.

- Моника обещала, что позволит поговорить с ней, если ты мне поможешь.

- С чем же я помогу тебе в лесу?

Натаниэль брезгливо посмотрел на девушку, будто представил себе что-то неприличное. Элизабет ответила на вопрос.

- Сходим к моему отцу. Он всё ещё живёт в Доме Порталов и хочет посмотреть на мою силу, силу Лиадон.

Именно такое письмо она получила утром от Бенджамина Амнелла, который оказался не кем иным, как членом и носителем фамилии главной тройки известных и сильнейших эльфийских семей Севера: Лиадоном с магией уничтожения.

- Звучит уже интереснее, но я здесь причём?

- Бенджамин попросил привести одного из Фитцморов, он хочет попробовать совместить магию…

- Совместить? – Натаниэль с опаской посмотрел на девушку.

- Не знаю, я сама толком не поняла, что он собирается делать, но мне правда нужна твоя помощь.

- Твой дрянной папаша решил поэкспериментировать, вот что - эльф встал с дивана и подошёл к шкафу, вынимая оттуда чёрную приталенную рубашку. – Ты знаешь, что будет, если соединить силу трёх верховных семей?

- Я догадываюсь…

Ричард много рассказывал о том, как Санта печётся о своих верховных эльфах, ведь при угрозе Драйсдейлу только на них будет вся надежда.

- Значит, ты понимаешь, что задумал твой отец? – Натаниэль застегнул последнюю пуговицу и улыбнулся, но не по-доброму, а скорее злобно, как тогда, когда надел на девушку ошейник и заставил Ричарда вести её за поводок как собаку.

- А вдруг у меня вообще нет этой наследственной силы?

- Думаю, что если бы он был уверен в наследии меньше, то не звал с тобой сразу же Фитцморов.

- Но если это так, то будет….

- Бум! – воскликнул эльф, отчего девушка вздрогнула. – Это страшная сила.

- Надеюсь, нет законов, запрещающих экспериментировать с кровью…

- Вообще-то… - начал Натаниэль, но остановился. – Ладно, идём, поболтаем с твоим папочкой…

Всю дорогу они шли в тишине. Элизабет даже не заметила, как оказалась в заснеженном лесу. Большие ели держали слои снега и устремлялись макушками в голубое небо. Девушка выдохнула пар, и её волосы покрылись инеем. Длинные золотистые волосы Натаниэля приобрели белый окрас, а на ресницах появился снег. Элизабет улыбнулась, отмечая схожесть всех Фитцморов: их слегка вздёрнутые аккуратные носы.

Наконец они нашли ту самую каменную дорожку, украшенную фонарями, которую Бенджамин, похоже, удлинил.

Домик, как пряничный, стоял вдали и буквально подзывал к себе прохожих. Девушка перешла на бег и постучала в дверь первая, пока Натаниэль плёлся сзади, оглядываясь внимательно вокруг. Деревянная дверь скрипнула и из дома высунулась темноволосая голова эльфа.

- Элизабет! – воскликнул он и раскрыл дверь.

- Здравствуй Бенджамин, - девушка произнесла последнее слово очень тяжело для себя, ей было трудно принимать Бенджамина, который выглядит чуть старше её - за родителя.

- Доброе утро, - к дому подошёл Натаниэль и сверкнул глазами.

Элизабет в растерянности посмотрела на отца, потому что понимала, чьи мысли сейчас улетают в голову эльфу. Натаниэль не церемонился, проникая в чужую голову.

- Небеса! Это же сам Натаниэль Фитцмор! – воскликнул Бенджамин и на пару секунд потерялся. – Я думал, ты приведёшь Ричарда, маленького Мигеля, но чтобы…

- А что не так со мной? – со стальными нотками произнёс зеленоглазый эльф.

- Простите, - Бенджамин неожиданно для Элизабет поклонился. – Рад вас приветствовать, господин Натаниэль.

- Давай без этого, я может и старше тебя, но у меня нет непослушных дочерей от человека, которые любят попадать в неприятности.

- Хорошо, в таком случае сразу перейдём на «ты», зови меня Беном. – Лекарь прошёл в дом, приглашая за собой. – Чуть позже выйдем на улицу, а пока мне нужно осмотреть Элизабет.

Девушка осталась стоять, а Натаниэль уселся на стул и скрестил руки на груди. Элизабет знала, что тот уже давно прочитал планы Бенджамина и приготовился к «просмотру».

- Я и так уверен, что ты унаследовала кровь Лиадонов, но хотелось бы узнать количество. А для этого мне нужно посмотреть твою нить магии.

Натаниэль поморщился.

- Ой, стоит заткнуть уши…

Элизабет замерла. Она помнила, как кричала Кэтрин, когда Мигель доставал её нить магии. И это было использовано в качестве пытки.

Бенджамин заметил её волнения и улыбнулся.

- Никто не запрещает тебе кричать, это нормально. Просто вытерпи, хорошо?

Девушка кивнула и посмотрела на Натаниэля в надежде найти поддержку, но тому было слишком весело. Бенджамин растопырил пальцы, коснулся груди Элизабет и резко оттолкнулся от неё. Она закричала как резанная, ей казалось, что она не кричала так, даже когда в неё влетело три стрелы, из глаз хлынули слёзы, девушка не могла даже слова произнести, только крик вырывался из глотки.

- Потерпи дорогая, - Бенджамин прильнул к красной материи, которая вышла из её груди. Когда он едва коснулся нити, Элизабет закричала ещё больше. – Посмотрим, так.… Да? Да! Наследственная магия, Элизабет, твоя нить очень сильная!

Элизабет не слышала, что говорил Бенджамин, он был так спокоен, будто не слышал её криков. Её ноги затряслись и она упала на пол.

- Только не теряй сознание милая, иначе я не смогу вернуть нить обратно в тело!

Глаза девушки начали предательски закатываться, а крик ослаб.

- Чего ты медлишь, давай уже! – Разозлился Натаниэль.

Бенджамин обвил нить вокруг своей руки и резко вогнал её обратно в девушку. Натаниэль взмахнул руками, и девушка взлетела, иначе уже подмела головой пол. Её тело аккуратно легло на диван, и Элизабет открыла глаза. Щеки горели, она вся взмокла и глубоко дышала.

- Другие эльфы выдерживают лучше, – Бенджамин отряхнул руки от зелёных искр, что оставила нить.

- Она месяц назад узнала, что является полукровкой. – Натаниэль недовольно посмотрел на Бенджамина. – Не требуй от неё сверхъестественного, она только наполовину эльф, помни об этом.

- Я помню. Но она также имеет хорошую регенерацию и унаследовала силу Лиадон. Не стоит недооценивать мою дочь.

- Так что ты увидел? – ожила Элизабет и приняла сидячую позу на диване.

- Ты намного сильнее, чем кажется. Натаниэль, - он посмотрел на Фитцмора. - Элизабет, прошу на улицу.

Они вышли на мороз, Бенджамин подошёл к ним уже с книгой в руках.

- Аконит по периметру для пользования силой, а ты хитёр, - оценил Натаниэль.

- Вы очень умны, Фитцморы. – Бен раскрыл книгу. – Я попытаюсь соединить кусочки вашей силы. Это безболезненно.

Это радовало! Элизабет всё ещё ощущала отвратительное прикосновение к своей нити. Это ни с чем не перепутать и ни с чем не сравнить. Будто органы вывернули и начали чесать.

Бенджамин принялся что-то читать на латыни, и только Натаниэль понимал, что тот делает. Из груди Элизабет вылетела маленькая зелёная вспышка. Из груди Натаниэля тоже самое, и две вспышки быстро слились вместе. Удивительно, ведь она правда ничего не почувствовала, только мимолётную щекотку в области груди.

- Бен, может нам стоит отойти? – Натаниэль принялся отходить к дому.

- Да, возможно, - лекарь бегом побежал к хижине, а за ним устремились и девушка с эльфом.

- Что сейчас будет?! – закричала Элизабет.

- А ты разве не помнишь, что говорила? – Натаниэль усмехнулся и быстро дёрнул руками снизу-вверх. Над домом выросла высокая прозрачная стена из магии. – Барьер необходим, если Бен решится сделать то, что задумал.

- Да Натаниэль, я решусь. – Амнелл снова прокричал что-то на латыни и провёл пальцами в воздухе.

Смешавшиеся вспышки ярко загорелись и взорвались. Девушку оглушило, и она прижалась к косяку двери дома. Когда она открыла глаза, то увидела перед собой сгоревший лес и огромную дыру в земле.

- И думаешь, люди этого не заметят? – Спросил Натаниэль, как будто ни капли не удивившись.

- Восстановится, я успею скрыть.

- Ну, удачи, смотри, чтобы тебе опять не закрыли вход в Драйсдейл.

- Что это было? – Спросила напуганная девушка.

- Магия Фитцморов – усиление, Лиадон – разрушение. – Вздохнул радостно Бенджамин. – Это была лишь капля способностей. Понимаете, капля?!

- Бум, - перефразировал Натаниэль, а потом посмотрел на лекаря и нахмурился. - Такая сила способна уничтожить планету.

- Ты ошибаешься Натаниэль. – Эльф зашёл в дом и налил себе в бокал вино. – Такая сила способна уничтожать миры!

Элизабет не могла оторвать взгляд от огромной дыры, которую сделала крупица её силы.

- И что в этом хорошего?

- Ничего, безусловно, ничего. – Бен отпил вина. – Но чисто гипотетически. Представьте, что будет, если добавить к этой формуле силу Альбрантов?

- Нечто похожее на силу Небес. – Ответил без эмоций Натаниэль. – А то и хуже. Магия для верховных семей собиралась Клаусом из разных измерений, всевозможных субстанции и множеств детей Небес.

- Именно! Можно превзойти даже силу Санты!

- Это жутко, разве нет? Три семьи существовало всё время, но они же не объединялись для уничтожения мира! – Элизабет посмотрела на Натаниэля, передавая свои тревожные мысли.

Можно ли доверять Бенджамину?

Драйсдейл ведь ни с кем не воюет.

- Не волнуйся, такого не будет. – Натаниэль почесал нос. - Этого никому не надо. Не представляю, что должно случиться, чтобы понадобилось объединение сил.

- Но моя сила – разрушение, что случиться, если я взорвусь, не смогу сдержаться?

- Поэтому тебе нужно тренироваться. Много тренироваться. У тебя ведь уже есть прогресс. – Натаниэль потёр глаза. – Всё будет хорошо, если ты научишься управлять силой, больше ничего не нужно. И никаких экспериментов над дочерью, Бенджамин, - эльф злобно сверкнул глазами.

- А я думал, что вы недолюбливаете мою дочь, Натаниэль.

- Если с этой девчонкой что-то случится, сначала Ричард убьёт меня, - эльф подошёл вплотную к Бенджамину. – А потом сожжёт вас в синем пламени своей злости.… Так что выбирайте, что вам больше нравится: мирно жить и учить свою дочурку управлять силой или болтаться вместо звезды на площади?

Бенджамин закусил губу и отвернулся от эльфа. Похоже, он действительно был напуган.

- Рад был повидаться, Элизабет. Я пришлю тебе сообщение об уроках.

Натаниэль схватил девушку за руку и вывел из дома, как непослушного ребёнка.

- Отпусти! – Элизабет вырвалась, и сама пошла вперёд, обходя образовавшуюся глубокую яму. – Мне было какое-то время интересно, на что способны наши силы, но теперь я не желаю ничего знать!

- Твоего отца можно понять, но с такими экспериментами ему прямая дорога на казнь. Его лишат силы, а душа навек не обретёт покоя, если он продолжит увлекаться этим. Клаус не любит, когда за его спиной увлекаются подобным. Твоя настоящая сила всё ещё хранится глубоко внутри. Знаешь, таскай за собой Ричарда, не ходи одна к этому умалишённому.

- Спасибо тебе, Натаниэль.

- Не за что. Смотреть на то, как ты корчишься от боли было приятно.

2-е февраля:

- Очисти мысли, сконцентрируйся! – Кричал Вультус, кидая в девушку фиолетовую вспышку.

- Да пытаюсь я! – отвечала впопыхах Элизабет. Она дёрнула рукой и от ладони отлетели зелёные искры, которые полетели к вспышке Альбранта.

Слишком медленно.

- Молодец! – несмотря на это похвалил зеленоволосый эльф.

- Бам! – сзади девушки неожиданно появился кто-то и схватил за талию, отчего Элизабет вскрикнула. Облако красной пыли рассеялось и она увидела знакомое лицо.

- Рик!

- Тренировка с Вультусом это, конечно, прекрасно, но как насчёт соперника вроде меня?

- Хочешь сказать, что сильнее меня, Фитцмор? – Вультус сказал это без обиды.

- Альбранты отражают силу, копируют. А Фитцморы умножают.

- Да, размножаться вы любите. – Усмехнулся Альбрант и посмотрел на Элизабет. Та отвела взгляд.

- Сказал восьмой ребёнок в семье.

Ричард так бы и продолжал цапаться с Вультусом, если бы Элизабет не оттолкнулась от него и не воскликнула:

- Ну попробуй напасть на меня, Фитцмор! – Элизабет отбежала от эльфа на приличное расстояние и приготовилась выпускать магию из рук.

Ричард скатал голубые искры в руках, как будто это был снежок, и быстро кинул его в девушку. Та мгновенно среагировала и отбила атаку.

- Неплохо, - усмехнулся Ричард, и вмиг из его рук выстрелило около пяти голубых шаров.

- Быстрее! – скомандовал Вультус и остановил пару вспышек в воздухе. Остальные удалось отбить девушке.

- Так нечестно! – Элизабет направилась к Ричарду. – У нас скоро занятия, а ты пытаешься меня убить?!

- Да ну? Кто же сможет убить саму Элизабет Морган, которая поборола саму смерть?

- Даже не знаю… - улыбнулась девушка. Она приблизилась к губам эльфа, тот уже потянулся для поцелуя и в этот момент Элизабет резко отпрянула. – Идём на урок? Вультус, спасибо за тренировку.

- Не за что, - Альбрант посмотрел на обманутого Ричарда и усмехнулся. Когда девушка вышла из зала, он подошёл к нему. – Чем она высвобождает свою магию, тем сильнее становится. Её занятия с отцом тоже несут свои плоды. Ты наверное привык к беззащитной человеческой девочке?

- Элизабет никогда не была беззащитной. Она сильная, была и есть. –

- Но ей ещё учится и учится.

- Хорошо, что на это есть учителя. – Ричард похлопал Вультуса по плечу и вышел из зала.

***

Элизабет и Ричард отправились в путешествие по странам. Хотя путешествием это было сложно назвать. У них было каких-то полгода. 24 страны, по неделе на страну. Сложно описать работу купцов. Ты ездишь по странам, скупаешь сувениры, местные популярные сладости или еду и загружаешь в специальный бездонный мешок, изнутри представляющий складскую комнату. Прямо как в «Гарри Поттере»!.

И по началу Элизабет нравилось. Не смотря на то, что Ричард долго привыкал к климатам, болел, ходил с температурой – его реакция на остальной мир была очень милой. Чего стоит его напуганные глаза во время первого грома и грозы. Но они едва успевали отдыхать, времени на себя не хватало, каждый день было множество дел, заказов и встреч. Им выдали замечательные бездонные рюкзаки, похожие на мешок Санты. Их научили множеству заклинаний по согреванию пищи, замораживанию продуктов и многих других «фишек», чтобы сохранить продукты. Но эти месяцы выжали из Элизабет всю душу и в путешествии и вечной дороге она вымоталась настолько, что не заметила, как эти полгода пролетели.

Стамбул. Турция. Август.

Солнце обжигало кожу даже сквозь слои плотного крема, на улице стояла невыносимая духота и гул базара.

- Боже, какое сейчас число?

Элизабет и Ричард шли с полными рюкзаками и несли два длинных ковра. Их тела покрылись загаром, даже бледная кожа вечно сгорающего эльфа стала на тон темнее.

- 15 августа, скоро домой Бет. Осталось купить ещё пару ковров и мы в Драйсдейле. - Эльф нервно посмотрел на те ковры, что держал в руках. Руки уже устали тащить эти сумки, которые ещё год назад казались бездонными, но сейчас, чтобы положить туда что-то, приходилось сильно стараться найти в них место.

- Я так устала! Уже не терпится вернуться домой, я так давно не видела снега! И почему Дэниэл дал нам только южные страны? – Элизабет зевнула, потягивая плечи уже затёкшей спины. Сегодня они с Ричардом не выспались и, к сожалению, не из-за того, что у них была бурная ночь, а потому, что они только ночью прибыли из другого турецкого шумного города – Анкары.


Ричард улыбнулся. Посмотрел на Элизабет всё тем же влюблённым взглядом и девушка успокоилась. Осталось совсем ничего.

Как вдруг, эту идиллию оборвала статуэтка сфинкса, резко выпавшая из сумки девушки. Сфинкс уже заработал третью царапину в этой дороге и явно не желал доживать до летней ярмарки в Драйсдейле.


- Да сколько можно падать?! – Элизабет схватила фигурку и крепко сжала в руках. Она рыкнула, то ли на сфинкса, то ли на всё остальное. - Эта работа! Почему если у вас есть зеркала-порталы, нельзя сделать их переносными?! Затолкать бы всю эту дрянь туда! С чего я вообще решила, что это будет хорошее приключение?! - Из уст Элизабет послышался уставший пламенный вздох. – Мы ездили на машинах, автобусах, самолётах и даже вертолётах! Туда-сюда день за днём! Только где-то начнешь привыкать к гостинице – уже нужно ехать! Это так выматывает! И как купцы работают годами!


Ричард не переставая улыбаться переложил несколько вещей из её сумки к себе.

- Думаешь, поможет? Теперь она станет из твоей сумки выпадать!

Элизабет знала, что может ворчать сколько угодно – за полгода Ричард выслушал достаточно и пока всё ещё не сбежал от нее. Значит, действительно любит, думала она.

- Успокойся, у тебя уже волосы как у кошки дыбом встали. – Эльф потрепал девушку по голове. – Скоро мы будем дома. Там уже и решим, чем будем заниматься дальше. Наша последняя покупка, пошли.

Впереди стоял огромный ларёк, переполненный разноцветными коврами. Среди ковров выглядывала улыбающаяся голова в чурбане. Мужчина приветливо хлопал глазами, смотря на возможных покупателей. Девушка и парень подошли к ларьку. Какие только ковры там не висели: красные, узорчатые, в клеточку, с рисунками.… Но один ковёр зацепил взгляд Элизабет больше всего. Она уже была уверена, что выпросит его. За время их путешествия она напокупала множество вещей и для себя. На ковре была изображена девочка, в левой её руке было пламя, слева от которого цвели деревья. В другой же стороне был лёд и красиво укутанные снежным ковром деревья.


- Ты только посмотри на него! Я уверена, что лучше этого мы тут не найдём! – Элизабет указала пальцем. – Да, ценник кусается, но это последняя страна, зачем экономить деньги? Возьмём оптом, нам ещё скидку сделают, а три из них я Лену, Мигелю и Монике в подарок возьму.

Ричард кивнул, открыл кошелёк, который раньше был в виде чемодана. Элизабет посмотрела на продавца и начала вертеть волосами в руках. Приём, которому её научила Миса и действовал почти всегда безотказно.

– Вы ведь сделаете нам скидку? – Ехидные пронзающие глаза девушки впились в мужчину. Благодаря специально разработанной для новичков языковой пыли, можно было говорить с любыми людьми и они понимали тебя так, будто ты болтал на их языке. Очень удобно для работы купцов! – У нас очень большой заказ!

Мужчина поклонился и улыбнулся.

- Хорошо, пройдемте внутрь шатра, я покажу вам новинки. – Он протянул руку, но Элизабет её не приняла.

Они вдвоем с Ричардом прошли в шатёр, чтобы оформить последний заказ.

- Ловко мы его, да? – Довольная девушка шла впереди эльфа с одним из тех ковров в руках. Остальные они хоть как-то, но впихнули в сумки.

- Ну, ну, тоже мне скидка. – Ричард взглянул на пустой кошелёк, в котором остались только карты. Спустя какое-то время они зашли в пустой переулок. – Ты готова?

- Ох... Даже не верится, что мы сейчас увидим родные белые снега…

Элизабет самой не верилось, что она это говорит. Уезжая из Драйсдейла она была счастлива. По-настоящему счастлива. Рядом был Ричард и она смотрела вперёд приключениям, но, как оказалось, совмещать работу и отдых невозможно. Они не посетили и половину популярных для туристов мест, а в некоторых странах видели только базар и гостиницу. Девушка закрыла глаза, представляя лёгкий мороз на щеках, узоры на окнах, горячий глёг, жаркие ночи на Севере в доме Ричарда, друзей и многое другое, о чём она уже очень соскучилась. Полгода пронеслись с бешеной скоростью. Элизабет даже не осознала ничего. Работа отняла самое драгоценное - время и девушка могла вспомнить только несколько дней, когда они с Ричардом по-настоящему были вместе.

- Да... – Соглашался Ричард. - Я так долго шатался по этой жаре, что прямо сейчас окунулся бы с головой в снег.

Он снял с пояса мешок с телепортационной пылью. Они так давно ей не пользовались, что Элизабет была уверена, что её с большой вероятностью стошнит.

- Готова? – спросил Ричард.

Элизабет уже представляла, как крепко обнимает Лена, как аромат его духов с орехом окутывает её. Она соскучилась по стряпне Мигеля и по подколам от Моники.

Девушка прижалась к Ричарду и зажмурила глаза. Он бросил пыль им в ноги.

Вокруг было темно. Для Полярной ночи это характерно, но на дворе стоял разгар Полярного дня. Привычных гирлянд и пряничных домиков не было видно. Мысли о том, как их здесь ждут и встречают, тут же испарились — вместо них в душу вкрались сомнения и ледяной страх.

Атмосфера давила, словно могильная плита. Но больше всего пугала тишина. Некогда шумная, полная жизни площадь теперь молчала — мёртво, безнадёжно. Они были одни. Элизабет прижалась к Ричарду, чувствуя, как дрожь пробегает по всему телу.

— Слушай, Ричард, мы кажется не туда попали. Я хочу убраться из этого места поскорее, — прошептала она, вглядываясь в сумрак под тусклым светом луны.

— Бет… — Ричард испуганно посмотрел на неё. Его глаза отражали ту же растерянность. — Телепортационная пыль никогда не ошибается. Мы точно в Драйсдейле. Что случилось и почему так темно?! — воскликнул он и, достав из мешка серебряную пыль, кинул её в воздух.

Тысячи пылинок ярко засветились, разгоняя тьму. Свет упал на город — или то, что от него осталось. Повсюду валялся мусор, будто после нашествия варваров. Воздух был пропитан запахом перегара и тления. Домики стояли чёрные, словно обожжённые, но в окнах всё же мерцал тусклый свет — будто последние искры угасающей жизни.

Но самое жуткое — снег. Он был чёрным, густым, словно пепел, осевший на землю после пожара. Оттого тьма казалась ещё гуще, ещё непроницаемее.

Вдалеке виднелась Мастерская — вернее, её останки. Крыши не было, окна выбиты, стены зияли пустотой. Элизабет почувствовала, как слёзы наворачиваются на глаза.

— Если это розыгрыш, то это не смешно! — Она уткнулась носом в грудь Ричарда, ища в нём опору. — Что тут случилось? Может, мы в параллельной Вселенной? Где угодно, но только не в Драйсдейле!

— Вот дерьмо… — выругался эльф. Его голос дрогнул. — Нас год не было, а чувство, будто прошло несколько столетий. Пошли, разузнаем, что и кто сделал всё это.

Они двинулись вперёд, медленно, осторожно. Ноги Элизабет дрожали, подкашивались. Каждый шаг давался с трудом, словно земля сама сопротивлялась их движению.

И вдруг — шорох. Из темноты, словно из самой бездны, выскочил эльф.

— О, хоть одна живая душа! Что тут произошло? — Элизабет шагнула к нему, пытаясь разглядеть в его лице хоть каплю надежды.

Эльф поднял взгляд. Его глаза были полностью чёрными, оскаленными, лишёнными всякого тепла.

— Госпожа Элизабет! Господин Ричард! А мы вас ждали! — Он дунул в свисток — резкий, пронзительный звук разорвал тишину.

Из переулков, из теней, из самой тьмы выскочили четвероногие существа. Их силуэты были искажены, движения — рваные, хищные. В глазах — ни капли разума, только голод.

— Бежим! — крикнул Ричард, схватив Элизабет за руку.

Снег предательски мешал бегу. Ноги проваливались в чёрную массу, словно в вязкую смолу. С каждой секундой монстров становилось больше — они окружали, отрезая пути к отступлению.

— Боже… Да ими кишит весь город! — воскликнула Элизабет, задыхаясь от ужаса.

— Нам нужно укрытие!

Вдруг что‑то схватило Элизабет за ногу. Она упала, поскользнувшись на чёрном снегу.

— Бетт!!!

— Рик!!! — Её тащили на себя монстры, их когтистые лапы впивались в одежду, оставляя следы сажи.

— Чёрт! — Ричард огляделся в поисках хоть чего‑то, что могло бы помочь, но вокруг были только тьма и развалины. Рука Элизабет начала выскальзывать из его ладони. — Держись! — Он свистнул, и через мгновение к нему подлетел голубой узорчатый лук со стрелами.

Ричард мигом схватил стрелу, натянул тетиву и вонзил остриё в лапу монстра. Тот взвизгнул от боли, отпрянул, обнажив острые зубы.

— Хотя бы ты сохранился, — прошептал эльф, глядя на лук. Нога Элизабет болела, на ней остались отпечатки сажи, словно клеймо этого проклятого места.

Ричард быстро осыпал девушку летучей пылью, и, потянув за руку, словно воздушный шарик, побежал куда глаза глядят. Его взгляд упал на дом Мига — последний оплот надежды. Он рванулся к двери, но та была заперта.

— Нет! — Элизабет ударила кулаком по дереву, но дверь не поддавалась.

Монстры приближались, их рычание заполняло пространство, проникало в каждую клеточку тела, заставляя кровь стынуть в жилах. Ричард обернулся, прижимая Элизабет к себе.

— Мы не умрём, — прошептал он. — Не здесь. Не сейчас.

В его глазах горел огонь — не только страха, но и решимости. Он поднял лук, готовясь к бою.

Но тут дверь медленно открылась и в лицо Ричарду уставилась стрела. Глаза держащего лук в темноте светились ярким голубо-фиолетовым оттенком. Спустя пару секунд острый отшлифованный серебряный наконечник опустился. Эльф, осознав, что перед ним не кто иные как Ричард и Элизабет, отступил. Раздался знакомый голос.

- Кто там Миг?

- Небеса, я думал, что уже не увижу вас. – Облегчённо произнёс Мигель и быстро впихнул обоих в дом, захлопнув дверь.

Натаниэль взмахнул руками, от них отошли зелёные искорки. Шторы на окнах сами по себе закрылись плотнее, а лампа, одиноко висящая на потолке, зажглась и озарила первый этаж маленького дома, осветив кухню и стоящие поодаль от неё диваны и низкий стол.

- Мы так волновались, думали, что вы можете попасть под чёрный снег! – произнёс старший Фитцмор.

- Натаниэль! – Элизабет, кажется, впервые была рада этому эльфу. – Что здесь происходит?

- Ад наяву. – Ответил Мигель за её спиной.

Девушка вздрогнула и обернулась. Мигель складывал стрелу в колчан. Она осмотрела с ног до головы повзрослевшего 17-зимнего лекаря. Уже в октябре ему будет восемнадцать. Практически людское совершеннолетие! Лекарь стоял в чёрном кожаном комбинезоне с капюшоном, на его ремне висели мешки с пылью, больше, чем обычно; ноги были в длинных болотных ботинках со шнурками. Глаза парня отдавали блеском, как и серьги, а золотистые кудри стали длиннее и послушнее. Элизабет отметила изменившийся взгляд лекаря: он был холоднее, отстранённее обычного. Похоже, произошло нечто поистине страшное.

Натаниэль, стоявший рядом с кухонным столом был всё таким же, каким его знала девушка. Разве что стильная одежда превратилась в такой же чёрный костюм, как у Мигеля, и плащ. Оружия у эльфа не было, Элизабет подумала, что тот достаточно хорошо может «отметелить» и магией.

Мигель вдруг заметил на ноге девушки отпечаток, и быстро схватив какую-то тряпку со стола, вытер его.

– Осторожнее с сажей от монстров, она ядовита, будь открытая рана и сажа попала бы в неё, ты бы сразу стала как они. Эльф подошёл к кухне и начал наливать в кружки что-то похожее на кофе.

Элизабет не могла не отметить, что Мигель за полгода также значительно подрос, чтобы стать одного роста с ней. Теперь она полностью смогла отметить его красоту. Интересно, скольких эльфиек он уже успел отшить? Ему хоть и маловато для соединения уз, но без сомнений есть личности, кто хотел бы заполучить такого талантливого эльфа.

Мигель несколько секунд серьёзно смотрел на них, а потом сел за стол.

- Вы даже не представляете, насколько всё изменилось!

- Почему снег чёрный? Он такой, когда падает? – Элизабет села рядом с ним. – Почему Мастерская сожжена?! Откуда эти монстры?!

- Это проклятые тучи. – Натаниэль сел на диван и отпил кофе. – Незадолго до вашего прибытия здесь начался настоящий апокалипсис. Над городом появилась туча из которой пошёл чёрный снег и многие стали, в общем.… Немного не в себе.

- Как это?

Натаниэль нервно потеребил шнурок от своего капюшона.

- Эльфы и гномы потеряли рассудок. Гномы и те эльфы, что слабее магией – превратились в неуправляемых монстров, жаждущих только одного – убить. У остальных попавших под снег помутился разум. Они стали обвинять Клауса в том, что он использует их для своих целей, что они рабы и тому подобное. Они устроили бунт! Разгромили город, уничтожили Мастерскую, превратили её в тюрьму для тех, на кого не попал снег. Мы с Мигом были у меня на фабрике в тот день, когда это случилось. У меня заболело сразу несколько работников, и я попросил приехать лекаря.

- Санта вызвал меня, - продолжил Мигель. – Хотя мне и не положено выезжать на подобные случаи. А когда мы с Натаниэлем должны были приехать с отчётом о выздоровлении в Драйсдейл, появился Лен и сказал, чтобы я остался еще на несколько дней, проследил за состоянием работников.

- С тех пор мы Ван Арта больше не видели. – Натаниэль почесал подбородок. – Я думаю, они с Клаусом знали, что будет. Но я не верю, что они бы не предупредили, если бы точно понимали, чего ожидать. Похоже, что тучи были посланы только на город - остальные части Севера в порядке, как фабрика, резиденция и Летняя база. Мои ребята остались там, я поставил защиту, чтобы заражённые не нашли их. Я пытался убрать это проклятие, но, увы, заклинание слишком сильное. Вероятно, создано силой Небес. – Натаниэль мрачно посмотрел на брата.

Сколько же они насмотрелись… Элизабет не могла представить весь ужас. Всё описанное казалось каким-то причудливым кошмаром, нежели явью.

Мигель снова обратил внимание на себя, кашлянув.

- А ещё Санта… Он умирает… Эльфы и гномы, которые питали его силу своими эмоциями, умирают или становятся монстрами каждый день. Те, что пошли против него знают, что мы всё ещё на стороне Клауса и рано или поздно найдут нас. Кто знает, как скоро они вспомнят о Шоколадной фабрике.

- А что на счёт монстров? – спросил Ричард.

- Ими управляют те, кто организовал группировку. Они научились управлять слабыми жителями, превратившихся в монстров, как собаками.

- Какой ужас… - Девушка закрыла рот рукой и поставила кружку на стол. У неё пропало желание пить и есть.

- Но кто способен пойти на такое? Кому может понадобиться уничтожать целый мирный город?

Натаниэль с Мигелем снова переглянулись.

- Рик, помнишь сказку о двух братьях зимы? – Спросил Мигель.

Ричард изменился в лице, будто что-то понял.

- Да.

- Что ещё за братья зимы? – Элизабет слышала в своем голосе надрыв, её нервы были на приделе.

Натаниэль взмахнул рукой и искры в полумраке комнаты начали вырисовывать сюжет, который он рассказал.

- Жили-были на земле брата, рождённых в январе. Они были очень бедны, а в их стране снег шёл почти всё время. И вот однажды им удалось продать очень выгодно игрушки, которые они сами смастерили. Они шли по улице и встретили маленьких детей, которые спали на снегу. Братья поняли, что есть люди ещё беднее их и отдали всё заработанное малышам. Младший брат нисколько не жалел о поступке, а старшему не нравилось, что они отдали все заработанные деньги. Выросли братья. Создали свою мастерскую игрушек и работали на благо. Помогали бездомным детям и почти всю выручку отдавали нуждающимся. И вот однажды в мастерской случился пожар. Оба брата погибли. Небеса пожалели добрых братьев и даровали им силы, чтобы они могли и дальше дарить детям чудо и радость. Но старший брат, который всегда жалел о своих поступках, не захотел помогать младшему, он хотел жить для себя с полученной силой. Младший брат не поддержал его и тогда старший решил убить его. Но младший был хитёр и создал для старшего брата вечную ловушку, где тот мог жить сам по себе, не нарушая законы миров. Конец.

- И… как эта мрачная сказка связана с нашей ситуацией? – Элизабет чувствовала как по спине пробежал холодок.

- Дело в том, что героями этой сказки являются дети Небес - Николай и Андреас.

Элизабет открыла рот.

- Погодите, то есть Санта и…. У него есть брат?

- Есть, - Натаниэль сжал руку в кулак и иллюстрации рассыпались. - Эту сказку передавали из уст в уста со времён первых эльфов и гномов. Она напоминание нам о том, что Санта непоколебим в своих действиях и смог пожертвовать даже собственным братом ради благих целей. Мы не должны считать его добряком, но и злым тоже. Справедливость и хладнокровие – вот его главные качества.

Элизабет невольно потрогала свою шею. У неё были противоречивые впечатления о Клаусе. И она никогда не любила его, как создателя эльфов и, как выяснилось, себя отчасти тоже. Он делал добро детям, но не заботился достаточно о собственных. Его законы жестоки и несправедливы. А когда Ричард рассказал, что этот старик творил со своими Приближёнными у неё не осталось и капли уважения к нему.

Ричард поднялся и начал мерить шагами комнату.

- Так и что? Вы считаете, что это Андреас?

Мигель поправил серёжку и посмотрел в окно.

- Санта так сказал. Он не знает, каким образом, но его брат освободился из своей клетки и, похоже, собирается отомстить. Не исключено, что ему кто-то помог.

- Да уж.… За тысячу зим он мог придумать множество способов, чтобы выбраться. – Натаниэль усмехнулся.

- А что дальше? Есть способ остановить этого Андреаса? – спросила Элизабет, обнимая себя за плечи.

- Санта не был сильно разговорчив с нами. Он всё больше спит. Он находится на фабрике. Мы выбрались в город, потому что знали, что вы должны прибыть. Тут небезопасно, нужно телепортироваться, пока не поздно.

- Не поздно? Что это значит? Разве мы не должны попытаться убрать эти ужасные тучи и вернуть в Драйсдейл жизнь? – выступила девушка.

- Я же говорил, тучи не убрать, это очень сильная магия и её может снять только тот, кто наложил! – Грозно сказал Натаниэль.

- Но… Мы ведь не можем оставить всё так? Как же Рождество? – Не отступала девушка.

- Не видать нам больше Рождества. – Мигель грустно покачал головой и взглянул в окно. Его глаза сверкнули и он крикнул.

– Наверх!!!

Внезапно странное создание выпрыгнуло из окна, разбив его. Оно бежало на четвереньках, разбитое стекло впилось в плоть, и кровь хлынула на пол, хотя монстр был больше заинтересован в находившихся в доме.

- О Боги… - замерла Элизабет.

В её глазах был чистый ужас от увиденного. Но больше всего пугал его взгляд... Он был не естественным. Глаза светились жёлтым из-за магии, а поведение напоминало разъярённого зверя. Мигель быстро достал из рюкзака стрелу и натянул тетиву на луке. Со свистом и звуком треснувшей кости стрела попала в самое яблочко, а точнее в лоб монстра. Издав последний вздох, эльф упал. Девушка не знала, отчего она была в ужасе больше: от существа, который собирался загрызть своих сородичей до смерти, или от того что 17-зимний подросток только что хладнокровно убил эльфа.

Элизабет больше не могла держаться, это было выше её сил, губы задрожали, а глаза наполнились слезами.


- Кто, чёрт возьми, способен на такое?!

Ричард обнял Элизабет.


- О Бет... Тише.… Всё будет хорошо… – Он посмотрел на эльфа, вымазанного в саже. Элизабет вырвалась из объятий Ричарда, ей тоже хотелось посмотреть на тело – на того, кто явно не желал им смерти, но был убит из-за проклятия.

Тут в темноте разбитого окна девушка увидела ещё пару звериных глаз. Затем зажглись ещё. И ещё…

- Он… Он не один! - Она попятилась назад. Мигель потянулся за стрелами. Ричард быстро выстрелил в самого первого приближающегося эльфа и скомандовал:

- Скорее! Бежим!

Они рванули по лестнице на второй этаж. Все монстры вломились в окно и бросились за ними. Пробежав по лестнице, они развернулись в сторону эльфов. Натаниэль вышел вперёд.


- Я с ними разберусь, бегите в комнату.

- Пошли! – Мигель схватил шокированную девушку за плечо, отчего та вздрогнула и посмотрела на него глазами, заполненными пеленой слёз. Ричард толкнул их в комнату.

Натаниэль стоял перед стаей разъярённых жителей Драйсдейла, превратившихся в нечто. Он резко соединил большой и указательный палец, прижал их к губе и из его рта вылетели струи пламени, как у настоящего дракона. Вся стая зажглась, как один огромный костёр. Эльфы мучительно начали кричать в агонии. Старший Фитцмор быстро забежал в комнату и поставил на неё магический барьер.

- Пора убираться! – Воскликнул Натаниэль. – Быстро залезайте на кровать!

Никто даже не посмел ослушаться: все прыгнули на маленькую кровать, стараясь не задавить друг друга. Натаниэль нарисовал одной рукой круг в воздухе, а другой рассёк в воздухе. Появился портал. Эльф встал перед кроватью и резкими движеньями направил портал на себя.

Элизабет знала, что создание порталов в городе запрещено, но когда происходит такое, есть ли смысл думать о законах?

Секунда и кровать с Натаниэлем стояла уже посередине бежевой комнаты. Элизабет поняла, что они не на самой фабрике, а в выстроенном специально для сотрудников многоэтажном доме.

Элизабет повернулась и вскрикнула от неожиданности. Она не хотела выдавать такую реакцию, но увиденное заставило. На кровати в этой комнате лежало тело с едва натянутой на кости кожей. То, что это Санта, девушка поняла только по белой щетине.

Элизабет никогда не была так напугана. Ей казалось, что сознание улетело далеко за пределы Севера, а телом работали инстинкты выживания. Эмоции закончились, как будто у них был срок годности.

- Ему совсем худо, злобные намерения пары эльфов это ещё ничего, но вот целый город... – Мигель намочил тряпку в тазе, стоящем рядом с кроватью и положил мокрую тряпку на лоб Николаса.

- Ребята, вы здесь? – Санта открыл свои впалые глаза с большими темными кругами.

Из старика будто высосали душу. Прежде Элизабет и стариком его назвать не могла. Это был крепкий взрослый мужчина, в мире людей за таким бы ещё множество женщин побегало! Но куда всё это делось? Неужели сына Небес так легко довести до такого состояния?

- Ричард и я вернулись с работы… - Элизабет пусть и боялась, но подошла ближе к Клаусу. Братья Фитцморы тоже окружили его кровать.

- Если так продолжится, я в скором времени умру. – Его голос звучал надломлено, даже неприятно, словно кто-то царапал по стеклу. - Мне удалось о многом подумать, пока я здесь лежал. Если энергия города, моих эльфов и гномов восстановится, то я приду в норму.

- Но как нам вернуть всё это в норму? – спросил Ричард. Он был Приближённым, любимчиком Клауса, поэтому сын Небес даже потратил силы, чтобы повернуть голову и взглянуть на Фитцмора.

- Сперва вам нужно найти того, кто сможет убить моего брата. Так как управление над Драйсдейлом ослабло, он придёт сюда и отнимет всё моё, понимаете? Полтора года назад я чувствовал, как оковы тюрьмы Андреаса ломаются, но при последующих осмотрах и проверках ничего не обнаружил. Лен говорил, что может произойти влияние извне, но никто кроме нас и Снежки не знал о тюрьме! Вижу, что Ван Арт не с вами… Можем предполагать худшее.

Кто такая Снежка? Впрочем, это неважно. Сердце Элизабет сжалось. В этой суматохе и боязни на свою жизнь она совсем забыла об остальных. Где Лен? А Моника? Вультус? Что с ними стало? Неужели они все могли погибнуть?

- Не хорони их раньше времени, - ответил на её мысли Натаниэль, - они все сильны и не могли просто так стать монстрами. Если они попали под снег, то возможно находятся в группировке. Мы сделаем противоядие и вернем их.

- Малышка Элизабет, - прошептал Санта. – Вы можете вернуть всё назад… С моим братом может справиться только дитя Небес, равное ему по силе.

- У вас есть кандидаты? – спросил Ричард.

- Снежной королева конечно.

- Снежная королева? – переспросил Натаниэль. Его лицо, прежде непоколебимое, исказилось так, будто ему было неприятно даже произносить вслух это имя.

Элизабет благодарила Небеса, что Ричард упоминал существование королевы, которая живет на Южном полюсе, иначе он количества новой информации у неё бы точно поехала крыша.

- Но её ведь больше нет, так? – не понимал Мигель.

Санта тяжело вздохнул.

- Да, сущность Снежной королевы была изгнана и вместо неё я создал Снежку, мою милую девочку, доброе и невинное создание, которая едва может стакан воды заморозить. Но чтобы остановить моего брата нужна Снежная королева.

- И как её вернуть? – спросила Элизабет.

- Зазеркалье…. – тихо ответил Мигель. Девушка повернулась к лекарю. А вот этого Ричард не упоминал.

- Зазеркалье? Оно тоже существует? Алиса в стране чудес не выдумка?

- Нет, Алиса — это полный бред. – Натаниэль скрестил руки. - Зазеркалье было создано при помощи силы Снежной королевы, это её мир, в котором её и запечатали. Если уничтожить Зазеркалье, сила и прошлая личность королевы вернётся в Снежку.

- А нет способа проще? – начал Ричард. – Может, стоит просто объединить силы верховных семей и хорошенько долбануть по этому Андреасу?

Клаус почесал бороду дрожащими руками.

- Нет, дорогой, ваша сила слишком неуправляема. Её не направить и не удержать. Нужен пустой сосуд, который сможет объединить вобрать вашу силу и использовать её. Если вы объедините их просто в материю, то…

- Мы можем уничтожить планету. – Серьёзно ответила девушка.

- Поэтому вам нужна Снежная королева.

Элизабет едва удержалась, чтобы не сунуть большой палец в рот и не откусить ноготь. Нервы были на пределе.

- И каким образом мы сотрём Зазеркалье?

- А у кого из вас здесь магия разрушения? – улыбнулся Санта, хитро смотря на неё.

- Что?! Вы серьёзно? Нет… Я не смогу… - Элизабет сделала шаг назад. – Это слишком.

- От этого зависит судьба Драйсдейла… - голос Клауса стал твёрже. Неужели он ей приказывал?

- Нет! Вы не понимаете? Единственное, что я смогла сделать на тренировках с отцом - отобрать магию у Рождественских пикси! Пикси! А тут целый мир, пространство, я даже без понятия что это!

Натаниэль вступил:

- Зазеркалье – это не мир, а иллюзия. Всё, что ты уничтожишь – будет ненастоящим.

Мигель обратился к Санте.

- Допустим, мы освободили королеву, та убила Андреаса. Что мы будем делать с королевой? И какие у неё мотивы сражаться против него, а не примкнуть к нему?

- Именно Андреас придумал заточить её в Зазеркалье. Это его идея и даже часть его силы была использована для этого. Она не простит ему этого. А насчёт самой королевы - когда восстановится Драйсдейл, восстановлюсь и я. Я укротил Снежную королеву один раз и сделаю это снова.

- А что насчёт заражённых? – Натаниэль подошёл к Санте.

- Думаю, мы с тобой можем этим заняться, пока ребята выполняют работу. Не могу предугадать следующий шаг Андреаса, но снег больше не идёт и он сам не появлялся. Он слишком слаб, а для разрушения тюрьмы и создания тучи вероятно потратил едва ли не всю энергию. Войну сейчас он не начнет. Даже ослабевший, Север всё ещё может дать отпор и брат это знает. Он начнёт искать приспешников. А на это тоже нужно время. Главное, чтобы на нас не напал с войной кто-то Алиуса.

- В-Войной?! – воскликнула Элизабет.

- Именно популярность Драйсдейла среди людей делает нас лакомым кусочком. Да, у нас нет армий, но наша сила намного больше многих, сами Небеса на нашей стороне. Поставки еды и игрушек, которые были запланированы, пропадают, слухи могут разойтись нельзя допустить чтобы кто-то узнал, что мы уязвимы.

- А Рождество? – Элизабет знала, что это наивно, но всё же.

- Успеете до зимы, и оно будет. Я буду стараться всеми силами не покинуть этот мир раньше срока, потому что если умру я – умрёте и вы.

- Что вы имеете в виду?

- Я – ваш создатель и источник вашей магии, которая останавливает старение тела, если исчезнет источник, исчезнет и магия. Вы станете…

- Простыми смертными… - - Натаниэль перебил Клауса.

Элизабет вдруг осознала, что многим её друзьям из Драйсдейла по сотне, а то и больше лет. Люди столько не живут. А значит, как только их магия испарится, они умрут? Девушка закрыла рот рукой. Она даже представить не могла состарившуюся Монику или Лена.

- Значит у нас очень мало времени. – Ричард серьёзно посмотрел на Элизабет.

- Давайте проясним. – Мигель сложил руки в замок. – Нам нужно встретиться со Снежкой, отправиться в Зазеркалье, потому что уничтожить измерение можно только изнутри, стереть его с помощью силы Элизабет, а затем направить Снежную королеву на Андреаса. Это всё?

- Тебе мало? – усмехнулся Натаниэль.

- Нет, просто звучит слишком складно.

Элизабет фыркнула.

- Кому как, я пять минут назад научилась управлять своей силой, а теперь мне нужно уничтожить целое измерение!

Тут в комнату внезапно ворвался запыхавшийся гном.

- Господин Натаниэль, там, там!

- Что? – Маг быстро подошёл к нему.

- Да ладно тебе, мы знакомы, пропусти. - Прозвучал изящный баритон сзади гнома.

В комнату вошёл светло-русый эльф, отряхиваясь от остатков телепортационной пыли.

Элизабет моментально узнала его.

- Лен?! – не веря выпалила она.

- Здравствуй, моя драгоценная, скучала?

## Глава 2

- Лен! – девушка подбежала к Ван Арту, ныряя в объятия. – Ты жив! Я так рада!

- И не попал под снег? – Мигель вопросительно посмотрел на Натаниэля, но тот только пожал плечами.

- Мне удалось достаточно быстро сообразить, что произошло.

Лен ласково как обычно погладил девушку по плечу, но Элизабет ощутила, что в этом простом движении что-то изменилось. Она осмотрела эльфа получше и заметила на его груди серебристую цепочку с ярким фиолетовым камнем. Всё бы ничего, но Элизабет на всю жизнь запомнила, что этот цвет эльф ненавидит, когда на ярмарке они примеряли украшения и тому на глаза попалось кольцо похожего цвета. Большей ругани девушка не слышала от Ван Арта никогда.

Он взглянул на неё, улыбнулся фирменной улыбкой. И опять не то. Ощущение, что кто-то затуманил его всегда блестящие глаза. Словно что-то сломалось внутри этого прекрасного, всегда красивого механизма.

- Я окружил себя защитой и разбирался с появившимися делами. –

Элизабет подумалось, что Лен мог видеть ужасы ещё похуже братьев, прятавшихся на фабрике.

- Так что? – он посмотрел на Санту и в его глазах не было и доли сочувствия к умирающему создателю. – Что-то решили?

Натаниэль кратко описал ему план действий.

- Что ж, - кивнул Лен после рассказа, - план мокрый, но делать нечего. Если на нашей стороне будет ребёнок Небес – это хорошо. Также вам нужно укрытие, куда вы сможете в любой момент телепортироваться, если что-то пойдёт не так. И это не должна быть фабрика. Если Андреас появится в Драйсдейле, он быстро догадается о нашем укрытии и нам с Натаниэлем придётся покрыть её всеми чарами, которыми только сможем, поэтому у вас не получится вернуться без предупреждения.

- Вам с Натаниэлем? – переспросила Элизабет. – Ты с нами не пойдешь? Я имела в виду, что мы идём все вместе.

Лен покачал головой.

- Санте нужна защита. Если его убьют, пока мы блуждаем по Зазеркалью – мы будем обречены. И город пора вернуть себе, пока я был там мне удалось придумать план, как проникнуть в Мастерскую и поймать всю группировку разом. И мне понадобится маг для создания противоядия. При условии, конечно, что его вообще можно сделать.

Натаниэль присел за стол, стоящий в комнате.

– Хорошо подумайте, где сможете скрыться.

Все долго простояли в тишине. Куда можно телепортироваться, чтобы Андреас их не достал? И тут Элизабет просветлела. Она схватила Ричарда за руку и вывела из комнаты.

- Бет, ты чего? – спросил эльф, когда дверь за его спиной захлопнулась.

- Ты помнишь про наш план на будущее? Про маму?

Ричард взял её под локти, в его глазах был страх, страх за неё. Похоже, Элизабет выглядела со стороны не иначе как обезумевшая.

- Я хочу вернуть маме воспоминания.

- Почему именно сейчас? Ты же понимаешь, что Поляна Зеркал вероятно в обломках, как и все части города? Ты удалена из мира Терры, стёрта.

Элизабет перебила его.

- Нет, ты не понял! Мы можем все вместе отправиться ко мне домой и вернуть воспоминания маме, как хотели когда-то! Какое укрытие можно придумать лучше, чем человеческая квартира? Андреас не будет искать нас там! Я, ты и Мигель можем отправиться в любой момент.

- Погоди-погоди, ты ведь помнишь, каким образом мы собирались возвращать воспоминания? Этот процесс потребует большого количества времени.

- Мы управимся за день. Ей просто нужно дать понять, что она забыла что-то важное… - Элизабет замолчала. – Можешь считать меня эгоисткой, которая пытается вернуть мать, но мой дом – самое лучшее укрытие для нас на данный момент.

- Я понял Бет. Всё произошло слишком быстро, и мы должны действовать ещё быстрее. Нужно обдумать чёткий план, чтобы твоя мама тебя вспомнила, и что мы будем делать, если этого не произойдёт.

- Да, я тоже не исключаю варианта, что она не вспомнит. На этот случай у меня есть ещё парочка заброшенных мест, где мы сможем укрыться ненадолго. Но давай будем решать проблемы по мере их появления, хорошо? Мне очень, очень страшно, я как будто попала в кошмарный сон…

- О Бет, - эльф растопырил руки. – Иди сюда.

Девушка прижалась к Ричарду.

- Всё будет хорошо… - Эльф погладил девушку по голове, но Элизабет заметила, что его руки трясутся. Он тоже был напуган. Элизабет не знала, что ей делать, а думать о задаче, которая легла на её плечи не хотелось до последнего.

Собравшимся Натаниэль предложил пообедать и уже позже принять важные решения. Внизу дома была столовая в которой уже стояли годовые блюда. Гробовая тишина со звуками пережёвывания пищи тянулась безумно долго.

Элизабет заметила, что Лен держит дистанцию с Фитцморами. Даже с Ричардом, которого не видел весь год, он поздоровался только кивком.

- Натаниэль, - обратился он к эльфу, едва смотря на него в попытке разделить помидор в салате. – Защита на пансионах, которую мы с учителями возвели, скоро спадёт. Нужен маг.

- Пансионах? – Натаниэль побледнел, а потом ругнулся. – Я даже не подумал о них!

Лен слабо и как-то горько усмехнулся, не сводя взгляда с еды.

- Не ты один.

Элизабет заметила синяки на его запястьях и ладонях от использования лука.

– За эти дни погибло четверо детей. Мы похоронили их в незамерзающем озере.

- А из взрослых? – тихо спросил Натаниэль, словно боялся услышать положительный ответ.

- Я назову тебе полный список чуть позже. – Лен огляделся вокруг. –

Все эти дни я только и думал о том, чтобы найти вас.

- Ты будто знал обо всём, - заговорил вдруг Мигель, разбираясь с вареной картофелиной, которая плохо чистилась в его руках. – Удивительное совпадение: ты появился на фабрике за два дня до падения Драйсдейла и указал мне остаться с больными ещё на несколько дней.

Лен улыбнулся и потеребил бриллиант, каплей висящий на шее.

- И правда: удивительное совпадение.

Элизабет отключилась от происходящего и на миг снова подумала о том, насколько редкая и дорогая драгоценность висит на шее эльфа. Где он это достал? Обычно эльфы надевают на себя украшения, которые принимают цвет их магии и на деле они не являются драгоценными, разве что для тех, кто их носит. Девушка мысленно сделала отметку о том, что этот цвет бриллианта безумно схож с одним из оттенков глаз Мигеля и что когда-нибудь она обязательно расспросит Лена об этом странном украшении.

Натаниэль вздохнул.

- В любом случае, от помощи я отказываться не буду. – Эльф ещё раз оглядел Ван Арта с ног до головы. Элизабет подумала о том, что эти двое едва знакомы друг с другом. В то время как Ричард и Мигель говорили с Леном открыто и свободно, Натаниэль был насторожен. - Пока остальные на миссии, мы будем отбивать город.

- Лен, твоя помощь пригодится ещё в одном деле. – Девушка куснула щеку изнутри.

С этого дня начался отсчёт дней до Рождества.


15-ое августа. 132 дня до Рождества. Вечер.

- Вернуть воспоминания матери Элизабет? – Лен положил руку на подбородок. – Ох, если бы у нас было больше времени… - Он посмотрел на Элизабет. – Ты готова прямо сейчас увидеть её? Хочу посмотреть на её состояние.

- А ты можешь? Ну давай. – Девушка взяла Ричарда за руку, и он мягко улыбнулся ей, хотя она чувствовала, как трясутся ладони эльфа даже через сжимание.

- Хорошо.

Лен встал из-за стола, взмахнул руками и в обрезавшемся коричневом куске магии стали проявляться отражения Дианы Морган. Женщина сидела на диване и шмыгала носом в платок. От куска магии донеслись голоса.

- Доктор, я так больше не могу, понимаете? Мне кажется, я схожу с ума.

- Диана, я уже говорил вам, что стоит меньше трудиться и больше отдыхать.

- Но я не могу! Моя гардеробная комната - это….

- Только не говорите, что вам опять кажется, что там кто-то жил…

- Да! Я всю жизнь жила одна и этот дом был новостройкой… Но когда я захожу туда, я чувствую, что кто-то там был или должен был быть…

Элизабет затряслась как осиновый лист. Ричард обнял её, но это не остановило нахлынувшую панику и слёзы.

- Может вам завести кошку? Или начать с кем-нибудь встречаться? Вы звезда, у вас миллионы поклонников по всему миру!

- Доктор, я не хочу отношений, мне это не нужно. Я, я сама не знаю, чего я хочу… - Женщина вытерла платком слёзы.

- М-мама… - Элизабет едва коснулась магии, как она растворилась в воздухе. – Она чувствует, что меня нет…

- Это нам на руку, будет проще. – Лен улыбнулся. – Мы вернём её.

Элизабет узнала, что её мать стала эстрадной певицей, когда они с Ричардом были в Торонто. У Дианы Морган как раз был первый мировой тур, и Канада не осталась в стороне.

Март, полгода назад:

- Смотри Бет, эта женщина очень похожа на тебя! – Ричард остановился около рекламного столба с огромным плакатом женщины, одетой в сребристое сияющее платье. Глаза певицы отдавали тёмно-зелёным оттенком, а длинные волосы цвета каштана вились во все стороны.

«Магия внутри нас, ангелочки!» - гласила самая яркая надпись, ниже которой отчётливо зияло следующее: «Диана Морган в Торонто! Запись на концерты по телефону…»

- Мама… - выдохнула девушка, дотронувшись до плаката рукой. Она оглядела его и из её глаз выкатилась слезинка. – Она всегда мне рассказывала, как мечтала стать певицей, но появилась я… Именно мама подарила мне любовь к музыке, она говорила, что я лучшее, что могло случиться с ней в жизни…

- И она была права. – Эльф вытер её слёзы.

- Но ты только взгляни на неё! Стоило только стереть меня из её жизни, и она стала поп-звездой!

- Сейчас поп-звёздами становятся намного чаще, чем раньше. Она наверняка записала пару треков, совершенно случайно попала в тренды и вот, пожалуйста. – Ричард указал рукой на плакат. – Когда я потерял воспоминания о тебе, я чувствовал такую сильную боль внутри, постоянно… Я не понимал, что мне нужно сделать и как избавиться от этого чувства. Уверен, она чувствует тоже самое. А это лишь маска, прикрытие того, что творится внутри.

- Также как и ты резко скакнул по карьерной лестнице?

- Именно так.

- О мам, я обязательно верну твои воспоминания, не знаю как скоро, но клянусь, ты не будешь страдать. – Девушка убрала руку от плаката и улыбнулась.

Теперь Элизабет точно знала, что знаменитая певица скрывает за своими песнями и роскошными платьями своё одинокое сердце.

- Если бы можно было добраться до долины зеркал, то разбудить её воспоминания было бы проще. – Лен устало сел за стол и посмотрел на девушку. – Вам придётся устроить безумие в голове Дианы, подтолкнуть её к мыслям о том, что она забыла что-то важное.

Ричард подошёл к окну. Оттуда открывался вид на белые снега, которые не достала проклятая туча.

Вдруг что-то врезалось и Ричард отшатнулся. Это оказался конверт, который отчаянно пытался попасть внутрь. Эльф открыл окно, и письмо быстро влетело в комнату.

- Что это? – удивился Натаниэль.

Конверт подлетел к рукам Ричарда. Эльф открыл его и развернул. Читать не пришлось, письмо заговорило само. Причём заговорило голосом весьма известным всем.

- Ричард Фитцмор! А мы соскучились!

Все переглянулись. А концерт продолжил.

- Мастерская без тебя совсем развалилась, ну ты видел ха-ха!

- Это же… - начал Мигель, но его прервал Натаниэль.

- Моника…

- Мы тут с друзьями затеяли очень интересную вылазку.… На фабрику моего муженька. Думаю, ты сейчас там. Бежать вам некуда, а Летняя база уже под нашим контролем! Я б с радостью остановилась на Драйсдейле, обыскала бы все дома и крыши, подчинила бы всех, но, к сожалению, есть те, кто могут мне помешать. В первую очередь это вы, Фитцморы: лекарь, маг и опасный голубоглазый зверь, что может быть лучше? Вместе вы вполне можете противостоять хаосу, а вдобавок Элизабет Морган с потомственными силами, хотя сомневаюсь, что она может больше, чем лишить сил мелкую пикси. Так что ждите в гости, ставьте чайник. Приветик остальным!

- Это точно Моника? – спросила с недоверием Элизабет.

- Как-то глупо с её стороны уведомлять нас о нападении, нет? – Мигель осмотрел письмо, которое всё ещё висело в воздухе, подсвеченное голубым.

- Это значит, что они уже почти рядом. – Ответил Натаниэль и взмахнул руками вверх. За окнами появилась прозрачная материя, как на двери в доме – это был барьер. – Мне нужно скрыть фабрику, у вас есть две минуты, чтобы убраться отсюда!

- Но куда?! – воскликнул Мигель.

- В таком случае придётся импровизировать! – Лен посмотрел на Элизабет. – Телепортируй всех к себе в город!

- Бегом, берите свои вещи, они уже близко, я чувствую! - Крикнул Натаниэль.

Девушка заметалась из стороны в сторону, но её остановил Ричард.

- Спокойно Бет, сосредоточься на воспоминаниях о городе.

- Я…я…, - девушка запаниковала.

Мигель схватил свою сумку и лук со стрелами, взял рюкзаки Ричарда и Элизабет и подошёл к ним. Натаниэль сунул Ричарду чёрный пакет.

- Здесь мешки с пылью, несколько запасов разных видов.

Лен подошёл к девушке и насыпал ей на руку горсть красной пыли.

- Элизабет.

Девушка как будто только что вышла из транса и со страхом взглянула на эльфа.

- Главное - не давай воли эмоциям, ты должна вести себя с матерью также, как вела себя с Ричардом, не дай ей понять, что знаешь её больше, чем певицу, ясно?

Руки Элизабет тряслись, крупинки пыли падали на пол и искрились, но тут же пропадали – их было слишком мало, чтобы создать телепортацию.

- Бет, - Ричард коснулся - плеча девушки, и та вздрогнула. – Просто представь родной дом, помнишь тот парк, где ты гуляла с мамой? Она любила сидеть там и сочинять стихи, ты рассказывала.

- Да… - Элизабет посмотрела на руки с пылью. – Ладно хорошо. Думаю, я готова.

- Удачи, - Натаниэль серьёзно посмотрел на братьев и девушку. – Вы справитесь.

- Элизабет и ещё кое-что, - Лен серьёзно посмотрел на неё. – Ты сильнее, чем думаешь. Не сомневайся в своих силах ни минуты. И помни, что Зазеркалье – не материальное измерение, как бы оно не доказывало тебе обратное. Это паразит, который нужно уничтожить. Скоро ты поймешь это.

- Спасибо Лен… – Элизабет так хотелось остаться ещё ненадолго. Они ничего толком не обсудили! Она так и не увидела подругу, не узнала, где остальные и что с ними случилось!

- Пора! – крикнул Натаниэль. – Я закрываю фабрику!

- Удачи! – пожелал Лен.

Элизабет представила парк: зелёную листву, брусчатую дорожку, небольшой ручей с утками и старый дуб, раскинувшийся по середине своими большими корнями. Она бросила пыль в ноги собравшихся и они телепортировались.

***

Как только троица исчезла, Натаниэль взмахнул руками, от которых отлетели зелёные искры, и скрыл фабрику от взгляда любого существа.

- Нужно было отправить с ними ещё эльфов. – Прокомментировал он, когда проделал свою работу.

- Если Санта умрёт, нас скосит за пару дней, но они останутся живы. Да, без сил они будут бесполезны, но я верю в них. – Лен посмотрел в окно, где вокруг фабрики бегали стаи озлобленных монстров во главе с Моникой Фитцмор. – Они точно нас не найдут?

- Моника знает, что фабрика здесь, она бы нашла её даже вслепую. Но сейчас они не только не видят её, даже если они встанут на территорию, то просто будут ходить по пустому снегу, я перенёс нас в иное пространство.

- Ого, не знал, что сейчас этому всё ещё обучают в академии.

Натаниэль горделиво улыбнулся.

- Я часто посещал запретную секцию. Самое главное, что там, где сейчас стоит Моника, нет никакой фабрики.

- Я старше тебя, но впервые вижу это колдовство вживую.

- Наверное приятно за столько зим увидеть что-то новое.

Натаниэль не отрывал взгляда от Моники. Та была одета в короткую чёрную юбку и короткий топ, едва закрывающий её грудь, на ногах длинные чёрные сапоги, а голубые глаза посинели и из-под тёмных теней на веках, глядели вверх. Её чёрные до плеч волосы извивались от ветра, а ярко-красные губы дрожали от нетерпения. Она будто чувствовала, что он наблюдает за ней. Знала, что Натаниэль фокусничает. Он бы всё отдал, чтобы перенести её сюда и вывести всю дурь, чтобы вернуть прежнюю любимую жену, но сейчас это делать было рискованно. Оставалось стоять и смотреть – неприятное чувство.

- Что-то приятно, а что-то не очень. – Ответил Лен на слова Натаниэля. - Я был готов к нападению на Драйсдейл с тех пор, как прошла война с Лодоссом…. Но не к высвобождению Андреаса…

- А я не был готов, к тому, что моя жена превратится в отступницу…

Лен сочувствующе посмотрел на Фитцмора.

- Мне жаль.… Но знаешь, даже под чёрным снегом, она выглядит очень даже ничего.

- Да, ей определённо идёт этот наряд… - Натаниэль замер и резко воскликнул. – Ты что на мою жену заглядываешься, старый ты пендаль?!

- Ах-ха-ха! – Засмеялся Ван Арт. – К твоему счастью, я планирую остаться умереть холостяком.

- Смотри у меня.

- Ох уж эти Фитцморы со своим несдержанным гневом… - Лен с улыбкой закатил глаза.

- Миг вполне себе неплохо сдерживает свой гнев, так что это не про всех Фитцморов.

- Миг в принципе сдерживает все свои эмоции. Вот серьёзно, самый младший и при этом самый стойкий.

Взгляд Натаниэля стал ещё мрачнее.

- Да, он умеет скрывать свою боль, но это не идёт ему на пользу. Нельзя хранить всё в себе. Он лекарь, его этому обучали, но это нехорошо. Я видел, как сильно Миг был напуган из-за произошедшего две недели назад, когда мы телепортировались с фабрики в город. Но он ни разу не показал этого, не поговорил со мной, наоборот, превратил свой страх в оружие и хладнокровно убивал монстров, когда мы выходили на разведку в поисках еды. Даже для нас убийство сородичей – дикость, а что творится в голове у маленького лекаря, который был помешан на спасении каждой жизни? Я молюсь, чтобы однажды он нашёл того, кому сможет открыться и не будет держать всё это в себе.

- Найдёт, будь уверен. Находить любовь это у вас семейное. – Улыбнулся Лен и Натаниэль по-доброму посмотрел в его светло-карие глаза.

- Думаю, мы сможем подружиться, Лен Ван Арт. – Зеленоглазый протянул руку.

- Если ты не превратишь меня в Рождественскую улитку раньше, Натаниэль, - Лен пожал руку.

- Я подумаю над этим.

***

По тёмному городу шла группа эльфов с потускневшими глазами. Они ехидно улыбались и смеялись. Впереди стояла Моника. У неё в руках был баллончик с краской, и она повсюду рисовала зачёркнутые рождественские ёлки, за ней эту же процедуру повторяли другие. Тут резко заиграла какая-то неприятная жёсткая музыка.

- Они говорят, я злая, говорят страшная, ха-ха, ну и прекрасно!

Вдруг показался Кай, который поцеловал эльфийку в щеку, написав на знаке улицы «анти Драйсдейл» и тоже пропел со страшной улыбкой на лице.

- Пропитан я злобой до мозга костей!


К ним подбежала Герда, обнимая их за плечи.

- Есть чертовщинка в моей крови…- Она сделала невинный взгляд. - Меня не вини, я не знала любви!

- Санта знает в чём прок! – крикнула Моника и её голос эхом разнёсся по всей улице.

- Слушай Санту, сдай свой урок! – Продолжила таким же тоном Герда.

Кай схватился за голову.

- Слышу его голос в голове!

- Зло, зло и только оно к успеху ведёт! - в голос пропели они.

Настали тёмные времена для Драйсдейла. Что ж, может, это заслуженно?

## Глава 3

Ночь с 15-ого на 16-ое августа. 130 дней до Рождества. Человеческий город.

- Ай! – Мигель приземлился на что-то жёсткое и достал из-под своей пятой точки ветку. Он огляделся. Рядом также упали Элизабет и Ричард.

- Мы в парке? – спросил Ричард.

- Ты сказал мне про него и я больше ни про что не могла думать. Я поверить не могу… - девушка поднялась и пробежала вдоль дорожки. – Я дома!

- Надо бы узнать время… - Мигель залез в чёрный пакет и достал оттуда конфеты с пылью превращения. Она делала любое существо похожего на человека и видимым для остальных. Элизабет с Ричардом постоянно их ели в работе и девушку от них уже тошнило. – Так и знал, что Нат без них нас не оставит.

Увидев вдалеке лысого мужчину с маленькой собачкой, Элизабет съела конфету, чтобы её эльфийская аура исчезла, и прошла к нему.

- Здравствуйте, простите за беспокойство, а не подскажите, сколько сейчас времени?

- О, сейчас полночь! Мы с Максимилианом любим гулять перед сном.

Максимилиан был мопсом и приветственно вилял хвостом. Элизабет поблагодарила мужчину и вернулась к эльфам. Ей не терпелось пробежаться по знакомым улицам, увидеть маму, но для этого нужно было дождаться утра. Девушка схватилась за голову.

- У нас нет ни воды, ни сменной одежды, ни места, где можно было бы переночевать.

- Вообще-то…- Ричард указал на их рюкзаки, которые Мигель схватил в последний момент.

Элизабет открыла рот.

– Все те вещи, что мы купили - они ведь больше не нужны ярмарке!

С этим озарением пришла и печаль. Они впустую потратили семь месяцев.

- Вот именно. Там и еда, и одежда на любой вкус и цвет. Даже палатки есть. – Улыбнулся Ричард.

Троица нашла самое укромное место в парке, в деревьях, и решила переодеться.

- Уже лучше, - Мигель осмотрел себя. На нём была нежно-фиолетовая рубашка, серые шорты с приталенным ремнём и чёрные ботинки на платформе.

- Молодец, ты выбрал самую «невзрачную» одежду, в которой на тебя точно никто не обратит внимания. – Усмехнулся Ричард.

- Если найдёшь что-то лучше моего размера, пожалуйста, - махнул рукой лекарь.

- Да, в том чёрном балахоне ты казался мне крупнее, Миг. – Девушка облегчённо выдохнула. – Если бы ты стал таким же высоким как Ричард, я бы, наверное, с ума сошла.

- И что плохого в высоком росте? – Ричард подошёл к девушке вплотную и посмотрел на неё. – Внизу погода что ли теплее?

- Ричард! – засмеялась девушка, толкнув того в живот, чтобы он отошёл. – Ты выше меня на двадцать сантиметров, а Миг только на пару, как думаешь, на чьей я стороне?

- Ну, смотри, я больше не буду доставать тебе вещи с высоких полок.

- Воспользуюсь летучей пылью.

- Всё. Ричард Фитцмор больше не нужен. Значит я ухожу, - эльф схватил чёрный мешок с пылью и в шутку пошёл вперёд.

- Вы оделись? Ведёте себя, как дети малые. – Буркнул Мигель.

- Успокойся брат, всё равно до утра мы не сможем ничего сделать. Лучше отдохнуть и набраться сил. Вон, у нас есть еда. – Ричард указал на высунутый из рюкзака маленький холодильник.

- Ладно, уговорили, – эльф раскрыл холодильник, достал оттуда коробку с клубникой и уселся на расстеленный ковёр, который Элизабет и Ричард купили совсем недавно.

- До сих пор в голове не укладывается, - девушка присела к Мигелю и взяла у него ягод. – Моника была моей лучшей подругой, безумно доброй и хорошей эльфийкой… Как какой-то снег мог так её изменить?

- Чёрный снег стирает абсолютно все положительные качества и оставляет злобу и ненависть. Эльфы и гномы не могли не любить Санту и свой город, - лекарь вздохнул и посмотрел на брата. – Мы не имеем права судить создателя и вставлять своё мнение. Однако внутри каждый из нас чувствовал, что мы живём неправильно, и что Санта во многом не прав. Снег просто преумножил эти сомнения в несколько раз и выпустил наружу.

- Значит, этот бунт против Санты… оправдан?

- Если и устраивать восстание, то уж точно не такими методами. – Ричард без настроения уселся на ковёр и посмотрел на брата. – Андреас должен ответить за свои поступки.

- Не знаю как вы парни, а мне кажется, что даже если очень захочу, не смогу заснуть… - Элизабет обхватила себя руками, так что на розовой футболке с попугаями, которую она надела, появились помятые узоры. На её ногах были синие бриджи, обрывающиеся у колен, и удобные кроссовки – обыкновенная одежда.

Девушка посмотрела на ветки деревьев, устремляющихся в безоблачное тёмное небо, усыпанное миллионами звёзд. В городе было тепло, было слышно пение цикад. Если не знать контекст происходящего - это была бы прекрасная ночь.

- У меня есть успокоительные капли. – Мигель открыл свою большую сумку и принялся рыться в ней.

- Не надо, спасибо, - девушка положила руку на ладонь эльфа и тот вздрогнул, если бы он стоял, наверняка бы отскочил. – Ты чего, Миг?

- И-Извини, - лекарь закрыл сумку и отодвинулся.

Ричард обеспокоенно посмотрел на брата.

- Ты в порядке?

- Да, в полном, всё нормально. – Быстро произнёс лекарь, хотя его глаза выражали самый настоящий испуг.

- А мне так не кажется, - Ричард придвинулся к брату.

- Сказал мне тот, у кого руки трясутся так, будто он держал их в холодной воде несколько часов!

- Миг… - девушка положила руку на плечо лекаря, чтобы не касаться его тела. – Ты не должен скрывать свои эмоции. Хотя бы от нас. Мне тоже страшно. Ричарду страшно. Это нормально.

- Я же сказал: всё нормально. – Мигель закрыл сумку и пошёл в палатку. – Спокойной ночи.

Элизабет и Ричард с грустью переглянулись и тоже пошли в палатку.

- Думаешь, он когда-нибудь поделится с нами? – девушка взбивала купленную в Египте подушку из верблюжьей шерсти.

- Не знаю, - честно ответил Ричард, укладываясь под плед. – Безумный день.

- Не то слово.

Девушка легла к парню, положила голову ему на грудь.

- Вспомнит ли она меня? Может, мы зря теряем время и нам нужно сразу отправляться на Южный Полюс?

Ричард поцеловал её в голову, ещё сильнее прижал к себе.

- Нам всё равно придется добираться до туда земными способами. Никто из нас не бывал там. А найти замок королевы - большая проблема. Он скрыт, как и Драйсдейл, и точных координат мы не знаем.

- Идём вслепую – отлично, это то, о чём я мечтала после нашей работы.

- Подумай о чем-нибудь хорошем. Представь, как обрадуется твоя мама, когда вновь вспомнит о тебе.

Да уж, она обрадуется. Элизабет думала о том, что мама, если поймет в чем дело – скорее придушит её.

- Я люблю тебя, Элизабет. – Вдруг произнёс Ричард. – И мы пройдём через всё это вместе.

Девушка потянулась к губам эльфа и они поцеловались. Почти невесомо, робко.

- И я тебя люблю, спокойной ночи Ричард.

Они легли, но через некоторое время эльф открыла глаза.

- Надо взять у Мига успокоительное.

- Да, - ответила неспящая Элизабет.

Утро настало быстро, как только они выпили микстуру. Забвенный сон действительно помог организму лучше переварить информацию, поэтому все выглядели уже менее помятыми. Троица лениво шла по только проснувшемуся городу.

- Моё успокоительное очень сильное, - зевнул Мигель.

- Спасибо что напомнил. – Ричард потёр глаза.

Элизабет шла впереди, ведя эльфов за собой. Наконец она остановилась у нужного места, правда вместо многоэтажки с квартирами, стоял огромный трёхэтажный бетонный дом. Вокруг него не было других домов, только большой сад.

- Я вроде слышал о маленькой квартирке на втором этаже… - Начал Мигель.

- Это не удивительно, моя мама стала известной певицей, – Элизабет улыбнулась. – Дом явно перестроили, но где-то там должна быть моя бывшая комната…

- И у неё есть машина! – Ричард указал на гараж.

- Точно! – воскликнула девушка. – Подстроим аварию!

- То есть? – Мигель недоверчиво посмотрел на Элизабет.

***

Если бы не многочисленные интервью и съёмки в различных шоу, Диана бы имела намного больше свободного времени, потому что сами концерты происходили реже. Она не любила доверять руль ассистентам и нанимать личных водителей, ей нравилось вести машину самой. Она уже давно задумывалась прикупить себе кабриолет для летних поездок, но сомневалась с выбором модели. Свободное время Диана проводила в толпе людей, на вечеринках её знакомых знаменитостей, а когда оставалась одна - бежала к психологу. Ей не нравилась её гардеробная. И это началось год назад. Когда она в ней находилась - чувствовала чьё-то присутствие, бывали случаи, когда женщина в ярости отклеивала обои от комнаты, посчитав, что её переделали. Но за слоем ярких розовых свёртков Диана находила холодные пустые стены.

В жаркий августовский день у неё была встреча с психологом, которая прошла как обычно – без результатов и со слезами на глазах. И теперь она ехала по трассе, солнце предательски светило в глаза, а ветер из открытого окна развевал слегка мокрые от жары волосы. Она надела полупрозрачное жёлтое летнее платье, но это не спасло от духоты. Диана свернула на городскую улицу и аккуратно поехала до дома. Из-за яркого солнечного света перед глазами плавали фиолетовые круги, перекрывающие часть дороги.

- Так и задавить кого-то можно, - фыркнула женщина и вытянула голову в окно, дабы хоть немного разглядеть дорогу около дома и нормально припарковаться.

Тут из неоткуда появилась девушка с телефоном в руках. Она явно была больше занята происходящим на экране смартфона, чем тем, что творилось на дороге.

- О нет!!! – крикнула Диана, быстро нажав на педаль на тормоза.

Девушка с телефоном упала на землю и, кажется, поранила колено.

- О боже, боже, боже! – женщина выскочила из машины и подбежала к сбитой. Та открыла глаза и жалобно посмотрела на Диану. – Я всё оплачу дорогая, я, я, - она попыталась поднять пострадавшую. – Только умоляю, не обращайся в полицию!

- Вы, вы Диана Морган? – девушка поднялась и потёрла ушибленное колено и этим нелепым движением только растёрла алую кровь по всей ноге. Как хорошо, что Диана была не из брезгливых!

- Да мой ангелочек, да.

Диана чувствовала, как паника готова накрыть её с головой и не знала, куда себя деть.

- Всё хорошо, мне следовало убрать телефон, когда я пошла по дороге, простите.

- Да это ты меня прости, я забыла свои очки для вождения дома и не видела дороги из-за солнца! Может, зайдёшь ко мне в дом? У меня есть аптечка и прохладительные напитки.

- Ой, что вы, вы – знаменитость и приглашаете в гости меня…

Девушка мялась, её глаза бегали.

- Дорогая, это минимум того, что я могу сделать! Я сбила тебя, едва не лишила жизни!

- Не стоит так всё преувеличивать. – Девушка улыбнулась. – А дадите автограф для друзей?

- Конечно милая! – Диана подняла телефон девушки и протянула ей. – Пошли.

Диана выдохнула, когда девочка похромала за ней. В голове уже возникли заголовки газет: «Диана Морган сбила свою фанатку!». Хороший лозунг для надгробной надписи у могилы её славы.

***

Ричард и Мигель шли прямо за Дианой и Элизабет, но слышала и видела их только девушка. Они зашли в дом. Диана прошла вдоль коридора и вернулась с аптечкой в руках.

- Сейчас мы тебя подлечим, а потом я могу устроить тебе экскурсию по дому, хочешь?

- Конечно, ещё спрашиваете. – Улыбнулась девушка.

Диана взяла кусок ваты, налила на него перекись водорода и направила руку к колени девушки.

- А… где?

- Кто?

- У тебя была рана, ты разбила колено.

Диана внимательно осмотрела обе ноги девушки, которые были слегка грязными, в крови, но никаких открытых ран, даже царапин не было.

- На мне быстро всё заживает, да и крови было не так много, - Элизабет растерянно взглянула на братьев, стоящих сзади Дианы. – Вам возможно причудилось, от солнца. Вы так напугались, что увидели, как я поранилась. На самом деле я просто упала.

- Ну ладно, - женщина поспешно убрала аптечное оборудование и протянула девушке влажную салфетку, чтобы она вытерла грязь с колен. – Тебя, кстати, как зовут милая?

- Элизабет… - Она замялась, но быстро собралась. – Элизабет Лиадон.

- Красивое имя, а такую фамилию вообще впервые слышу, - задумалась Диана. – Ладно, хочешь молочного коктейля?

- Не откажусь, спасибо.

- Отлично! – Диана оставила девушку у порога и убежала на кухню, вернувшись с холодной коробкой молочного клубничного коктейля. – Пошли, покажу тебе дом.

Мигель и Ричард уже устроили свой «осмотр» и разбрелись по комнатам.

- На втором этаже у меня спальня, гардеробная и ванна.

- Гардеробная? – девушка остановилась.

- А ты, похоже, любишь наряды? – Диана игриво улыбнулась.

- Особенно ваши… - девушка смущённо отвела взгляд. – Мне до сих пор не вериться что я просто так стою в доме самой Дианы Морган, пью коктейль и разговариваю с мировой звездой!

- Элизабет, переигрываешь, - шепнул Ричард.

Диана смущенно махнула рукой.

- Не нужно меня возвышать в богини, я точно такой же человек, как и все. Просто пишу музыку для людей, об их проблемах - это не должно меня как-то выводить на пьедестал.

- Так вы считаете? Ваши песни… они очень личные и чувственные. И те, что про магию…

- Да, я считаю, что магия внутри нас, именно поэтому называю всех своих фанатов ангелами. Магия в моих песнях это наши чувства. Наша душа. То, что объединяет. Я вижу в каждом человеке огонёк жизни и пока этот человек идёт к своим целям, мечтает, верит и любит, он создаёт сильнейшую в мире энергию… Наша жизнь – великое чудо, и я хочу чтобы все мои слушатели и фанаты любили эту жизнь также, как её люблю я.

Элизабет проглотила сказанное Дианой, и это поразило её до глубины души.

- Это самое душевное интервью, которое я слышала…

- Так это было интервью? Должно быть, ты специально попала под колёса? – женщина хихикнула и, когда они, наконец, дошли, распахнула дверь в гардеробную.

- Конечно нет! – соврала Элизабет, заходя в гардеробную. – Ого…

Слова застряли в горле.

- Если хочешь, можешь померить что угодно, размеры у нас схожие. – Диана с улыбкой прошла вдоль комнаты и села на пуфик.Комната была похожа на большой шкаф с вещами. По бокам стояли полки с различной обувью и аксессуарами, а на вешалках висело множество различных нарядов, начиная от сияющих платьев, заканчивая дорогими строгими костюмами.

- У меня столько платьев за всю жизнь не было, сколько у вас здесь!

- Ещё одно преимущество денег. Хотя с помощью их нельзя найти то, что нужно душе…

Элизабет развернулась и вопросительно посмотрела на женщину. Та мягко улыбнулась.

- Не хочу тебя грузить своими проблемами.

- Но держать боль в себе тоже нельзя, лучше выговориться.

- Размышляешь по-взрослому. – Диана осмотрела девушку с ног до головы. – Сколько тебе лет?

- Двадцать два будет в декабре.

- Совсем взрослая… - Женщина встала и приблизилась к девушке. – У тебя зелёные глаза и ты шатенка. И твои черты… Ты безумно похожа на меня в молодости.

- Правда?

- А не видно? – Диана положила руку на плечо девушки и аккуратно развернула её к высокому большому зеркалу. Она была немного выше Элизабет из-за каблуков. – Мы прямо как…

- Мать и дочь. – Улыбнулась Элизабет, перебив Диану.

- Я хотела сказать сёстры, но, - женщина всмотрелась в отражение, - ты права. На мать и дочь мы сильно похожи…

- Так что вас беспокоит? – спросила Элизабет.

- А? – Диана будто выплыла из океана своих мыслей. – Прости, у тебя есть родители?

- Отец, а мама, - девушка запнулась и дёрнулась, когда увидела в дверном проёме Ричарда и Мигеля. Они мотали головами.

- Что там? – Диана обернулась, но ничего не увидела позади себя.

- Мы с мамой не общаемся. Долгая история, извините.

- Это ты меня прости, я не должна была расспрашивать тебя о личном. – Женщина вернулась обратно на пуфик, а Элизабет продолжила путешествовать руками среди нарядов. – Уже несколько месяцев меня преследует паника. Мне кажется, как будто от меня оторвали что-то моё, я чувствую пустоту… Особенно в этой комнате.

- Простите, но я не совсем понимаю.

- Я сама толком не осознаю, что со мной происходит. Представляешь, мне кажется, что здесь кто-то жил! – Диана улыбнулась, смеясь над собственными мыслями. – Глупо да? Ведь здесь никто никогда не жил и я, наверное, просто схожу с ума от одиночества…

- Я не считаю так. – Элизабет повесила серебристое платье обратно и подошла к женщине. – Может, вы просто забыли о чём-то важном и не можете вспомнить?

- Бет, аккуратнее, - Ричард подошёл к девушке и взял её за плечо. – Расскажешь ей о себе, и мы навсегда потеряем шансы вернуть её воспоминания.

Элизабет даже не повернулась к эльфу, дабы не отвлечь Диану.

- Забыла что-то? Не думаю, что мой страх растёт из этого.

- Вам решать, я просто поделилась своим мнением. – Элизабет улыбнулась и подошла к зеркалу, взглянув в него. – Сейчас вы тоже это чувствуете?

Женщина посмотрела на девушку и огляделась.

- Это странно, но нет…

Мигель подошёл к Элизабет.

- Нам пора, этого более чем достаточно. Оставь её наедине с мыслями.

Элизабет очень не хотелось оставлять маму, хотелось броситься ей на шею, но нужно было держаться.

- Я думаю, что мне пора. – Элизабет посмотрела время на экране телефона. – У меня ещё есть дела.

- Конечно, - Диана летала уже где-то в своих мыслях и не особо слушала девушку. – Давай я дам тебе свой номер, ты сможешь приходить в любое время.

- Зачем?

- Ну, посидеть поболтать просто так, я бы хотела подружиться. Знаю, я для тебя стара, но мне хотелось бы…

- Я понимаю, - Элизабет резко положила руку на плечо Дианы. – Запишите мой номер, и звоните, когда вам снова станет казаться, что в доме одиноко, хорошо?

- Ты прекрасная и добрая, Элизабет. – Диана улыбнулась, и они записали номера друг друга.

Девушка вышла на улицу и начала разговор с эльфами.

- Так и как мне теперь стать невидимой для мамы? – она устало потянулась. – Конфеты держат эффект сутки.

- Натаниэль позаботился и положил редкие виды пыли. – Мигель протянул девушке мешочек серого цвета. – На Севере мы можем скрыться друг от друга только благодаря магии. Это зелёная пыль, она сделает тебя невидимой на несколько часов.

- Диана, похоже, куда-то собралась… - Ричард увидел через окно, как женщина одевается.

Элизабет быстро накрыла себя пылью.

Диана вышла из дома, закрыла дверь и подошла к своей машине. На этот раз она была в очках.

- Залезайте! – скомандовал Ричард.

Братья быстро влетели в машину на задние сидения, пройдя сквозь двери, как привидения.

- А мне что прикажете делать? – Девушка пнула машину и та запиликала.

Диана подбежала к месту стука.

- Что за чертовщина? – произнесла она, осматривая пустое место.

Ричард крикнул из машины:

- Залезай, пока она тебя не видит через открытую дверь!

Девушка кинулась к отрытой передней двери. Она забралась в машину и перебралась к братьям на задние сидения. Ну как перебралась. Скорее плюхнулась на пол машины.

- Почему я не призрак как вы?!

- Потому что пыль делает тебя невидимой, а не прозрачной! – Воскликнул Мигель. Диана внимательно осмотрела свою машину и вскоре села за руль.

Элизабет молчала и вопросительно смотрела на братьев.

- Да, если ты заговоришь, она тебя услышит. – Ответил Ричард, словно прочитал её мысли.

Ехали не долго, Диана схватила ключи и вышла из машины. Элизабет едва успела выскочить через открытое окно, повезло, что женщина умирала от жары.

- А если она просто поехала к друзьям? – спросила Элизабет, отойдя достаточно далеко от Дианы.

- Не думаю, - Мигель осмотрел многоэтажный дом, перед которым они стояли. – Она собралась к психологу.

- Как ты узнал?

- Смотрите, там, на одном из окон, висит название «Психологический кабинет Анны Брук».

Троица поднялась следом за Дианой. Они зашли в кабинет и встали у белой стены перед диванчиком и стулом, где сидела Диана, а перед ней милая женщина лет сорока, держащая в руках тарелку с салатом.

- Вам повезло, что у меня обед. – Улыбалась женщина. Её халат был наброшен на плечи, а сама она была одета в официальном синем костюме. Она не торопливо ела салат из тарелки и в ожидании смотрела на Диану.

- Простите, что так прибежала.

- Что случилось?

- Я… встретила одну девочку.

- Девочку?

- Да, это была спонтанная встреча, вышло так, что я случайно чуть не сбила её… Но всё хорошо, она не пострадала, дошло до того, что она побывала у меня дома.

- Так, - женщина поставила салат на стол и взяла блокнот с ручкой.

- Вышло так, что я рассказала ей о чувстве пустоты, и о гардеробной…

- Вы открылись первой встречной, это не похоже на вас.

- Да! – Диана сжала руками подол своего жёлтого платья. – Эта девочка, она была очень похожа на меня…

- Правда?

- Знаете, Анна, мне будто явился ангел. Она была так чиста и добра ко мне. Да, возможно это из-за моей популярности, но её слова, движения, они были такими искренними, понимаете?

- Понимаю, такие люди очень редки, вам повезло, что вы её встретили.

- Она… она сказала, что я что-то забыла… - Диана резко поникла головой.

- То есть?

- Когда я рассказала ей, что чувствую одиночество, она сказала что я, наверное, что-то забыла!

- Как вы могли что-то забыть? – Женщина неодобрительно повертела головой. – Дело не в этом, эта девочка не права.

- А вдруг? Вдруг я правда, что-то забыла, и этот ангел пришёл для того, чтобы я вспомнила? Вы знаете, она повредила колени, но её раны зажили за пару минут! Она убедила меня в том, что мне показалось, но я же не чокнутая, у неё кровь текла из колена!

Анна Брук поджала губы.

- Диана… Может вам стоит отдохнуть?

- Нет! Я просто, просто хочу вспомнить… - Женщина больше не могла сдерживать подступавшие слёзы и зарыдала громко и очень горько.

Элизабет едва не бросилась к матери с криками «Я здесь, здесь, мамочка!», но прозрачный силуэт Ричарда сдержал девушку.

- Смотрите, получается! – Мигель указал на слёзы Дианы. Они были чёрные.

- О боже, Диана, - Анна соскочила, бросила свой блокнот на стол и взяла салфетки, которые стояли у неё на подоконнике. Похоже, психолог не видела ничего необычного.

Женщина вытирала слёзы, пытаясь успокоиться, но у неё не получалось. Её дрожащие губы едва смогли вымолвить:

- Элизабет… - Вдруг её глаза просияли и блеснули. Она с удивлением посмотрела на Анну и с выдохом произнесла: - Лизи….

- Невероятно… - выдохнул Ричард. Элизабет едва стояла на ногах, она тоже начала плакать.

- О господи, моя голова! – Взмолилась Диана и поставила руки на виски. – Боже как больно… - Женщина упала на диван, но всё ещё находилась в сознании.

- Диана, вам плохо, я вызываю скорую!

- Нет, не надо! – крикнула женщина, хватаясь за голову.

Пока Анна металась по кабинету, Элизабет смогла ухватить момент и выйти из кабинета. Она прошла достаточное расстояние и посмотрела на Ричарда.

- Она, она вспомнила?

- Да. Пыль не видна для людей, но ты могла её заметить. Та боль, я знаю её. Воспоминания возвращаются к ней. – Ричард улыбнулся и провёл рукой по щеке девушки, смахивая слёзы. – Помнишь план? Нужно позвонить ей.

- Да, да, - Элизабет быстро достала из кармана телефон и набрала номер Дианы.

Женщина долго не отвечала на телефон, но вскоре поднялась на диване и быстро ответила на звонок, не смотря на экран.

- Д-да? – губы Дианы дрожали, а лицо было мокрым из-за слёз.

- Мам? – из телефона донёсся голос Элизабет. У них была одна попытка. Если она не вспомнила – они проиграли.

- Лизи… Моё солнышко, где ты?

- Я на улице, выходи.

- Что?

Звонок закончился, и Диана с шоком смотрела на не менее удивлённую и напуганную Анну.

- Кто это был? – спросила психолог.

- М-моя дочка… - Диана улыбнулась сияющей улыбкой, обнажив свои белоснежные модельные зубы.

- Дочка? Но у вас нет дочери…

- Есть. Её зовут Элизабет. И она стоит на улице. Она ждёт меня…

- Вы про ту девочку, которую сбили машиной? – Анна встала и посмотрела в окно. Около красной машины Дианы стояла девушка и нервно крутила свои волосы на указательном пальце. – Вы были правы, она похожа на вас. Но насколько мне известно, вы и замужем никогда не были…

- Вы правы, не была, но дочь у меня есть.

Диана больше ничего не ответила ошарашенному психологу и, взяв телефон с ключами в руки, с улыбкой выбежала из кабинета. Уже выйдя в коридор женщина перешла на более быстрый бег и вскоре оказалась на ступеньках дома. Перед ней стояла Элизабет, её любимая дочь.

Несколько секунд они просто стояли друг перед другом, осматривая. Элизабет уже пришла в себя и слёзы не текли, а вот Диана, чьи щёки светились от пыли воспоминаний, снова заплакала и побежала обнимать дочь.

- Элизабет, Лизи, девочка моя! – Женщина крепко-крепко обняла девушку и взяла её лицо в руки. Она готова была осмотреть каждую частичку своей родной кровинки.

Девушке благодарила Небеса, что действие пыли невидимости очень короткое и мама её увидела. Счастью Элизабет не было придела, весь её мир за пару минут рухнул и возвысился до небес. Мама принялась целовать дочь в нос и щеки.

- Мам, мам, ну перестань, щекотно! – хихикнула девушка.

- Нам о многом нужно поговорить. – Диана нахмурила брови, но все ещё улыбалась.

- Поехали домой…. – Элизабет не верила, что говорит это.

- Пока я не всё вспомнила, Элизабет Морган, но будь уверенна, нас ждёт очень долгий и серьёзный разговор. – Диана села за руль и вздохнула.

Элизабет забеспокоилась. Ричард и Мигель уже были в машине.

- Ты как? Сможешь ехать?

- Да. Голова болит, но терпимо.

Как они доехали и дошли до дома, Элизабет не особо заметила, она даже потеряла из виду эльфов, всё её внимание было сосредоточено на матери, которая одолела сильнейшую пыль.

И вот они сидят за чёрным столом, друг напротив друга, на просторной кухне, сделанной в стиле модерн, и смотрят друг другу в глаза. Просто не верится.

- Так значит, связалась с Драйсдейлом, да? – Диана скрепила руки и поставила на них подбородок.

- Что?! – Элизабет от неожиданности чуть не соскочила со стула.

- Не удивляйся, я не настолько глупая. Моя дочь исчезла, а следом ко мне явились эльфы и мою память наглым образом стёрли! И, разумеется, я позабыла о твоём отце, Севере и тебе!

- Мам, что ты… - девушка потеряла дар речи и с шоком взглянула на Ричарда и Мигеля, которые с таким же удивлением смотрели на неё, стоя позади Дианы.

- Удивлена? – внезапно, из плачущей мамы кошки Диана превратилась в хитрую и умную лисицу. - Дело в том, что твой дорогой папаша давным-давно покрыл меня очень мощным заклинанием, которое не пропускало пыль забвения на моё тело. Я была неуязвима. И я не стала спрашивать, когда при уборке случайно нашла в твоем шкафу эльфийский костюм. Не разговаривала с тобой о том, что ты видишь Алиус, о том, что стала дёрганной. Я боялась, что если ты узнаешь обо всём – за тобой точно придут. К сожалению, это всё равно случилось.

- Мама…

- Но заклинание Бена со временем спало, и год назад я потеряла добрую половину своих воспоминаний. – Женщина грустно посмотрела на руки. – Я увидела ту жизнь, которую могла бы создать, если бы не связь с Драйсдейлом…

- Мам… я… извини.

Диана горько посмотрела на неё.

- Чувствуешь вину за то, что родилась? Моя малышка, - Диана ласково положила руку на щеку девушки. – Миллионы, популярность, я бы отдала разом всё без раздумий за жизнь с тобой. Ты лучшее, что случилось в моей жизни.

Элизабет улыбнулась, но резко помрачнела.

- Не могу поверить, что все эти годы ты… И даже тогда, когда сказала мне, что Ричарда нет ты знала, что врешь.

- Прости меня… - Диана опустила взгляд. – Я думала, что раз у тебя появился эльф Детства – нас оставили в покое. Хотела сделать всё, как у людей.

Женщина встала и принялась наливать лимонад в стаканы.

– И всё же ты вернулась… У меня столько вопросов… Вижу по твоим блестящим глазам, что в тебе открылась сила. Но почему так долго? Целый год они тебя не отпускали?

- Вообще-то… - девушка искоса посмотрела на эльфов, которые подошли ближе.

- Да на что ты там постоянно глядишь?! – Диана обернулась и ничего не увидела перед собой. Она закрыла глаза, глубоко вздохнула полной грудью и снова посмотрела на пустоту.

- Рииик…. – прошептал Мигель, смотря на руки, которые стали потихоньку становится ярче, а прозрачность исчезала.

- Привела в мой дом эльфов?! ЭЛЬФОВ!!!Девушка повернула голову и увидела, что остатки маминого стеклянного стакана валяются на полу, а красивый песочный ковёр вот-вот впитает в себя лимонад. - Э…. Э… ЭЛЬФЫ!!! – воскликнула во всё горло Диана. - Ребята... - Только и промолвила Элизабет.

Она разъяренно отбежала от братьев, схватила первое, что попалось под руку – швабру. Элизабет вдруг вспомнила, что когда-то точно также вела себя с Ричардом и не удержалась от смешка.

- Спокойно… Давайте всё решим диалогом… - Начал было Ричард, но его перебили.

- Диалогом?! Он объяснит! И как же? Все вы эльфы такие… Такие гады! – Воскликнула женщина и посмотрела на дочь. – Ты не просто так вернулась, да?

- Мам, я всё объясню, правда, всё будет хорошо… - Пыталась успокоить её девушка.

- Хорошо?! С эльфами не может быть хорошо! - Она медленно и с опаской подошла к братьям. Её взгляд тянулся ко всем деталям их одежды и лицам, но она остановилась на кольце Ричарда. Диана посмотрела на руку Элизабет и ахнула.

– Т-Ты….

- Мам, послушай меня! – девушка встала и взяла мать за руку. Та неодобрительным, но всё же ласковым взглядом осмотрела Элизабет. – Мам, это Ричард и Мигель Фитцморы. Ричард мой жених.

- Так этотвоя причина ухода из дома?

- Рад познакомиться мисс Диана. – Пролепетал Ричард и вежливо протянул Диане правую руку.

Женщина всё ещё злобно смотрела на всех. Она только фыркнула и руку эльфу не протянула.

- Официального предложения, конечно, не было да? – усмехнулась Диана.

- Предложения? – переспросила Элизабет.

- У них другие законы, пара сама решает пожениться и соединить судьбы, но люди работают над отношениями и женятся по-нормальному. Мужчина должен встать на колено, а эльфы… никаких манер…

- Мам, ты решила оскорбить традиции их народа? Хорошо, но только хочу тебе напомнить, что это и мой народ тоже.

Диана ещё сильнее нахмурилась. Она обреченно села на стул, продолжая удерживать швабру.

- Я бы ещё покричала о том, что ты сошлась с эльфом, но чему я должна учить двадцатидвухлетнюю дочь? Ну, и что вам нужно?

- Всего лишь укрытие. – Ответил Мигель.

- У тебя такие красивые глаза, эльф. Преступно красивые.

Элизабет была уверена, что Мигель не понял, о чём она, но благодарно кивнул.

- Спасибо, но у меня есть имя, мисс.

Диана изобразила удивлённую гримасу, будто не ожидала такой наглости.

- О как, поняла, извини, - саркастично ответила она, - Мигель верно?

- Да.

- Укрытие значит… - Диана резко сменила расслабленное выражение лица на беспокойство. – Что-то случилось?

- Долгая история. – Элизабет села за стол и пригласила жестом братьев. – Надеюсь, ты готова нас выслушать.

Диана вздохнула, помассировала виски и кивнула в знак согласия. Так начался долгий рассказ о падении Драйсдейла….

- И поэтому нам нужно место, куда мы всегда сможем телепортироваться в случае опасности. – Рассказ закончился словами Ричарда спустя час.

- Мне… - Диана хоть и задавала периодически вопросы и участвовала в беседе, её вид напоминал того самого человека, который пытался понять, что от него хотят, но не понимал. – Мне нужно всё это переварить.

Женщина встала, нашла судорожно свою сумочку и достала из неё телефон.

- Я закажу еды, - Диана повернулась к команде. - Вы же хотите есть?

Все уверенно закивали, хотя в бездонных рюкзаках наверняка было ещё чем поживиться.

- Так она разрешит нам остаться? – Спросил Мигель шёпотом.

- Разрешу. – Диана закончила разговор по телефону и подошла к столу. – Я бы не стала выгонять свою дочь из дома, - она с улыбкой посмотрела на Элизабет, но потом перевела взгляд на эльфов и нахмурилась. – Только из-за того, что вы друзья Лизи.

Братья переглянулись, но ничего не ответили.

- Можете воспользоваться душем, комнаты я вам покажу. Лизи, мы можем поговорить наедине, пока мальчики моются? – Диана подала слишком жирный намёк, которому пришлось подчиниться. – У меня две душевые кабинки, одна на первом этаже, другая на втором. Первая слева по коридору здесь, вторая – подняться по лестнице и прямо.

Полотенца, шампуни и мыло найдёте там же. Только не прикасайтесь к кремам и косметике.

- Спасибо, - поблагодарил Ричард, вставая из-за стола. Он быстро посмотрел на Элизабет и его взгляд на миг смягчился. – Я пойду на второй этаж, Миг.

Эльфы ещё пару минут порылись в рюкзаках в поисках сменной одежды и удалились, оставив мать с дочкой одних.

- Да мам, это всё сложно переварить, но ты должна понимать… - Начала Элизабет, но Диана резко крепко обняла её.

- Я поняла абсолютно всё, что вы сказали. – Женщина посмотрела в глаза дочери. – Я хочу попросить прощения. Тебе действительно пришлось пройти через многое. Я не должна была кричать на вас. – Диана слегка покраснела. – Похоже, эти эльфы не раз спасли тебя от опасности.

Элизабет улыбнулась. Можно уточнить, что история, которую они рассказали Диане была слегка приукрашена, а некоторые факты стёрлись. Таким образом, мама не знала, что Элизабет умерла – только слегка ранена Алексием.

- Да, спасали… - Элизабет улыбнулась и вспомнила то бесчисленное множество раз, когда она была на грани жизни и смерти. Почему-то в её голову пришло не воспоминание о настоящей смерти от стрел, намазанных ядом, а о том, как она однажды отравилась грибами в лесу и издала лёгкий смешок.

- Я говорила, что ненавижу эльфов, - продолжила Диана, - а сейчас понимаю, что тот, в кого я была влюблена, возможно умер или был убит…

- Он Лиадон, не думаю, что он мог стать монстром, но вполне мог обратиться тёмным.

Тёмными эльфами было решено называть тех, кто попал под снег и стал членом группировки, захватившей Драйсдейл, ну, или то, что от него осталось.

«И на обломках самовластья напишут наши имена!»

Да уж, Элизабет никогда не думала, что Драйсдейл может стать таким. Тяжело было поверить, что её подруга сейчас танцует на костях поверженных сородичей.

- Главное, что ты жива и пришла ко мне, - Диана взяла за руки Элизабет. – Я очень рада, что ты вернулась.

Её телефон зазвенел. Она быстро ответила на звонок.

- Да? Боже, уже три часа? Подождите, подождите. – Диана в ужасе посмотрела на часы, которые висели на стене рядом с кухонными шкафчиками бежевого цвета. – Простите я, я проспала да. Да я сейчас буду. Да, хорошо, спасибо.

Женщина забегала, схватила свою сумку, подбежала к зеркалу и принялась приводить в порядок своё лицо.

- Мне нужно отъехать по делам. У меня интервью с очень важным каналом. Начало в шесть, я должна была быть там в три, чтобы подготовиться.

- Серьёзно мам? – Элизабет хотелось смеяться с того, что её мама всё ещё пытается играть роль звезды.

- Лизи. – Диана повернулась к девушке и твёрдо посмотрела на неё. – Я помню, как мы жили в этом доме до изменения воспоминаний, я помню, как ты перебирала маленькими ножками по полу и говорила свои первые слова. Но также я помню, как купила этот дом с тремя этажами и построила не только его, но и свою карьеру. Я помню две своих жизни. И не могу бросить одну, ради другой.

- Но ты прямо сейчас это и делаешь.

- Я просто оставлю вас на пару часов, как раз помоешься, скоро приедут роллы.

- Мам… - Элизабет печально посмотрела на Диану.

- Милая, - женщина положила руку на плечи дочери. – Судя по вашим рассказам, вы тут ненадолго, возможно уже завтра ты будешь далеко отсюда, а я останусь здесь. Мне нужно продолжать жить. У меня безумно раскалывается голова от всего происходящего за последние несколько часов, но я готова жить с этой болью. Только подумать: моя дочь, наполовину эльфийка, спасает Север!

- И ты просто так смиришься со всем и пойдёшь давать интервью? А когда у тебя спросят насчёт детей? Ты скажешь, что никогда не хотела их или признаешься, что у тебя есть незарегистрированная внебрачная дочь?

- Элизабет прекрати. Ведёшь себя как ребёнок. – Диана произнесла эти слова очень грубым тоном. – Да, твоё рождение это случайность, но я ни капли не жалею о том, что родила тебя. – Она взяла со стола ключи от машины и, направившись к выходу, последний раз обернулась. – Я люблю тебя, Лизи.

Элизабет стояла и смотрела на дверь до тех пор, пока из окна не донеслись звуки заведённой машины, которая отъехала от дома.

- Просто. Прекрасно. – Девушка с обидой осмотрела кухню. Она была выполнена в точно таком же стиле как раньше.

Бежевые обои, белые кухонные шкафчики, посудомойка, стол посередине и небольшая аккуратная лампа в виде розового цветка – всё это было похоже на маленькую кухню обычной квартирки, хотя это было совсем не так. Холодильник, стоявший между шкафов, был украшен когда-то множеством магнитов с поездок. Теперь же на нём было всего три фотографии с разных концертов Дианы. Элизабет вспоминала, как одинокие стены были некогда украшены её детскими рисунками, а на белоснежных шкафчиках зияли наклейки фей и животных. Девушка покрутила головой и похлопала себя по щекам, дабы вернуться в реальность. Она подошла к рюкзакам и сунула в один из них руку. Спасибо магии, благодаря которой можно найти вещь в бездонном рюкзаке, подумав о ней. Она достала домашнюю одежду. Это были серые шорты и футболка того же цвета с картинкой в виде рыжего кота. Ещё она достала зелёные сланцы.

Пришёл курьер, Элизабет приняла еду и без особо энтузиазма разбирала пакеты на столе.

- Душ свободен! – воскликнул голос сзади. Девушка вскрикнула и обернулась.

- Ты в курсе, что от испуга у человека может остановиться сердце? – спросила она, прижимая мягкую одежду к груди.

- У эльфов тоже, представь себе. - Ричард усмехнулся. Он стоял перед девушкой в синей футболке и чёрных свободных шортах. На шее висело полотенце, на которое капала вода с мокрых светлых волос. На свету они блестели как золото.

- Мама ушла, можешь поверить? – Девушка прошлась рукой по волосам эльфа и положила голову ему на плечо, но ради этого пришлось приподняться на носках.

- Ушла?

- У неё супер-важное интервью с супер-важным каналом и бла-бла-бла, - произнесла нудным голосом Элизабет.

- Стоп серьёзно? – Бровь Ричарда приподнялась и он осуждающе посмотрел куда-то в пустоту. – И надолго?

- Без понятия, но не думаю, что стоит её ждать скоро… - Девушка потупила взгляд в пол.

- Мы конечно планировали переночевать здесь, но утром уже уходить, ты сказала ей?

- Она знает. Её это не остановило.

Ричард ласково обнял девушку. От него пахло дорогим шампунем и свежим запахом мяты. Элизабет смотрела в сторону коридора и застала выходящего из комнаты Мигеля. Он выглядел уставшим и красным, как будто сидел в кипятке.

- А где Диана? – Спросил он, оглядывая кухню. Лекарь был в зелёных бриджах и футболке сливового цвета. Девушка приметила, что именно этот комплект они с Ричардом купили в Зимбабве. Элизабет отошла от эльфов и усмехнулась.

- Сейчас я схожу в душ, нам принесут роллы, мы включим огромный плазменный телевизор в гостиной и будем отдыхать!

Элизабет улыбнулась, развернулась, и быстрыми шагами пошла в душ.

- Она в порядке? –Мигель посмотрел на брата.

- Эти отношения между родителями и детьми.… Даже не знаю, что лучше: то, что происходит у нас или такое…

Когда Элизабет вышла из душа, они все вместе устроились на маленьком столике перед диваном в гостиной и включили какой-то приключенческий боевик.

Диана вернулась к девяти вечера. Она прошла вдоль коридора и свет автоматически включился. Пришлось обойти несколько комнат, чтобы найти троицу. Никто не спал, как это обычно бывает, у фильма обнаружилось продолжение, а эльфы, которые до этого едва ли видели кино были просто в восторге.

- Добрый вечер. – Поздоровалась Диана, чтобы её, наконец, заметили.

Элизабет нажала кнопку на пульте и фильм остановился. Повисла тишина, которая длилась несколько секунд, пока женщина собиралась с мыслями. Она была одета совсем в другую одежду: в платье красного цвета, в ушах были серьги в виде колец, а её лицо? сверкало от множества блёсток и яркого макияжа.

- Ну, привет мам. – Буркнула Элизабет, показывая, что всё ещё злится.

- Мы оставили вам роллов, – начал Мигель. – В холодильнике...

Она стыдливо посмотрела на дочь.

- Да, спасибо. Считайте, что укрытие вы нашли. Что собираетесь делать дальше?

Ричард ответил за всех.

- Мы отправимся в Данию, родину настоящих Кая и Герды из сказки. Там должны быть зацепки о том, как добраться до Снежной королевы. – Ответил Ричард. – Добраться туда земным транспортом слишком тяжело и земные деньги у нас закончились. Но хорошо, что Элизабет уже была в Дании.

«Мама, мама, смотри какой красивый голубой домик!»- Да? – Диана удивлённо посмотрела на девушку, а потом в её голове мелькнули воспоминания десятилетней давности: двенадцатилетняя Элизабет бежит по аккуратным каменным дорожкам столичного города Копенгагена и большими глазами смотрит на разноцветные дома.

- Да точно, вспомнила. – Женщина виновато посмотрела на Элизабет. – В Драйсдейле такие же цветные дома да?

- Да. – Ответила Элизабет, всё ещё хмурясь. Тогда они с мамой поехали в Данию развеяться, забыть её печали от обиды на то, что её эльфа Детства не существует.

- А может, вы задержитесь? На денёк.

- Что вы предлагаете? – спросил Ричард, напрягшись.

- Завтра у нас день города. Будет ярмарка в парке. Вы же можете уделить день отдыху?

- Можем, наверное, - Ричард задумался и посмотрел на брата. Тот же в свою очередь смотрел на Элизабет.

- Думаю, можем. – Ответил Мигель. – Телепортируемся вечером, на вторую ночь не останемся.

- Славно, пойдём, я покажу ваши комнаты, а то уже поздно.

Диана вышла из гостиной, и троице пришлось последовать за ней.

- И зачем нам этот выходной? – Спросила, злясь, девушка у Ричарда за спиной Дианы.

- Чтобы ты наладила отношения со своей матерью.

- А мы с ней и не ссорились, - Элизабет скрестила руки.

- Мигель может переночевать здесь, - Диана остановилась на втором этаже около комнаты с оранжевой дверью.

- Спасибо. – Эльф неуверенно подёргал ручку и зашёл в комнату оглядеться.

- Ваши комнаты следующие две. Выбирайте любую.

- Две? – переспросил Ричард.

- Ты плохо слышишь? – Диана грозно посмотрела на парня.

- Понял, понял. – Эльф решил не спорить с женщиной и переглянулся с Элизабет, которая в свою очередь недовольно смотрела на мать.

Диана спустилась на кухню.

- Спокойной ночи. Моя комната в конце коридора если что.

- Я даже не понимаю, хочу ли я спать. – Элизабет растерянно подошла к Ричарду.

- Поспать все равно нужно. Завтра проведем день с твоей мамой, посмотрим город, а вечером отправимся дальше. Не факт что сможем также уютно поспать.

Элизабет взяла эльфа за руку.

– Мама ушла, а одна я точно не усну в этом доме.

- А если она придёт на проверку в комнаты?

- Не придёт. – Элизабет подошла к другой комнате и взмахнула рукой.

От ладони полетели зелёные искры, и послышался звук замка от двери.

- Ты закрыла дверь? Умно, - усмехнулся эльф. – Обожаю, когда ты колдуешь.

- Нашу тоже закроем, вот и всё. – Девушка зашла в комнату и прыгнула на кровать, приглашая Ричарда присоединиться. – Я скучала.

- Скучала? Ты видела меня каждый день!

- Да ты понял, о чём я!

Эльф положил руку на плечи Элизабет. Ему хотелось поцеловать её, но глаза едва держались открытыми, а тело само по себе обмякло, почувствовав мягкость кровати.

- Мне даже стало казаться, - продолжила девушка, - что за эти полгода, проведённых в путешествии, мы отдалились…

- Не могу не согласиться. Весь день мотаешься, мотаешься, а потом приходишь в номер, и хочется только одного…

- Спааать! – пропела Элизабет и зевнула. – Всё это так не вовремя и неправильно, что не знаешь куда деться…

Девушка смотрела в одну точку на потолке и терялась в мыслях.

- Знаешь, что? Тебе нужно пойти и поговорить с мамой. – Произнёс Ричард Элизабет, сбив её с мыслей.

- И о чём мне с ней говорить? У нас всё хорошо…

- Да ну? – Эльф щёлкнул пальцами, и свет в комнате погас.

Он снял с руки кольцо и провёл невидимую линию от него до потолка. На белом потолке вдруг появились очертания звёздного неба. Вскоре небо стало очень ярким, как настоящее.

– Смотри, это твои звёзды.

- И что? – Девушка придвинулась к лицу эльфа и хитро посмотрела на него. – Нам разве не нужно спать?

- Бет я не о том. – Ричард взял девушку за подбородок и приподнял её лицо, чтобы она взглянула на звёзды. – Всмотрись. Некоторые из твоих звёзд мерцают.

- И? – Элизабет скучным взглядом окинула «небо».

- Это значит, что тебя что-то тревожит. И я уверен, что это из-за неё. Ты же мечтала об этом, постоянно вспоминала маму, а теперь, когда она вспомнила тебя – что уже огромная удача, вы сидите в разных комнатах с кучей недосказанного в голове.

Элизабет сунула ноготь от большого пальца в рот, покусала его и сдалась.

- Ах, ну и ладно!

Девушка отодвинулась от парня и поднялась.

- Я поговорю с ней, всё равно не могу уснуть.

- Отлично, а потом приходи и ложись спать. – Ричард забрался под одеяло и улыбнулся, довольный, как кот. – Твоей маме сейчас очень трудно. Её душа теперь находится между реальностей, двух её жизней.

- Почему с ней не как с тобой? С тобой было проще…

- Потому что я – эльф, а твоя мать – человек. Твоё исчезновение в моей жизни сделало меня чуть хуже характером, но в остальном жизнь не поменялась, не считая того, что я стал директором Мастерской. А вот у Дианы изменилось всё. Пыль забвения ведь влияет не только на тех, кого осыпают, она влияет и на реальность. Тебя вычли из уравнения и все стало по-другому. Вернув её воспоминания ты буквально разрушила её мир, удивительно, что не повредила рассудок совсем. Реальность не изменится и нам повезло, что она знает про Алиус и как всё у нас устроено.

- Как же сложно, голова кипит… - Элизабет потёрла виски и встала. – Ладно, скоро вернусь.

Девушка вышла из комнаты и пошла на кухню – вдруг мама ещё ест. В итоге на кухне она встретила Мигеля, который сидел за столом в окружении непонятных приборов. На плите варилась какая-то чёрная жижа, от которой пахло не самым наилучшим образом, а сам эльф осматривал чёрную воду в пробирке.

- Миг? – Элизабет с опаской подошла к нему.

Эльф был похож на злобного учёного из фильмов, который что-то изобретал. На нём были красивые очки с тёмно-фиолетовой оправой. Разве он носил очки?

- Элизабет? – эльф отвлёкся и попытался улыбнуться. – Почему не спишь?

- Вышла поговорить с мамой…

- О, Диана недавно ушла к себе в комнату. Она разрешила мне воспользоваться кухней. Хочу изучить кое-что, пока мы не отправились в Зазеркалье.

- Это чёрный снег? – догадалась девушка, всматриваясь в пробирку.

- Угу, - кивнул эльф. – Хочу узнать состав и отправить отчёт Натаниэлю.

При упоминании Натаниэля у Элизабет сжалось сердце. Он сейчас напоминал ей о разрушенном Драйсдейле, о Санте и всём, что случилось.

- Я захватил с собой ещё некоторые лекарства для нас. – Мигель поставил пробирку в штатив, снял очки и посмотрел на Элизабет. - Насколько мне известно, Ричард так и не воспользовался золотой пылью, чтобы излечиться от хуанго.

- Да… Я пыталась уговорить его, но пока не вышло, думаю подсыпать ему в чай.

- Удачи.

Мигель встал и снял с плиты варево.

Элизабет ещё раз осмотрела эльфа с ног до головы, и на то, как он ловко заливал часть чёрной воды с жижей. Сейчас он напоминал ей прежнего Мигеля. Повзрослевшего, но всё такого же заботливого лекаря, каким он всегда был.

- Не забудь поспать. – Напомнила она.

- За меня не волнуйся.

- Спасибо что так стараешься для нас.

Элизабет положила руку парню на плечо и тот слегка дёрнулся, будто заставил себя не отторгать её жест. Девушка вспомнила, как он повёл себя, когда она хотела взять его за руку и отошла. Натянув улыбку, посмотрела в сторону.

- Спокойной ночи, Миг.

- И тебе, Элизабет.

Девушка попыталась опустить ситуацию и сконцентрироваться на маме. С Мигелем они обязательно ещё поговорят.

Диана любила перед сном посидеть в интернете, поэтому и сейчас решила не нарушать обыденности и сидела, укрывшись одеялом, с телефоном в руках. Конечно, листая новостную ленту, она думала совсем о другом. Мысли перебегали с одной стороны на другую. Она вспоминала, как воспитывала Элизабет, как девочка росла на её глазах, и тут резко в комнату постучались.

- Да?

- Мам? – Элизабет вошла в комнату и застала плачущую мать с телефоном в руках. – Мама!

Девушка забралась на кровать к Диане и обняла её.

- Мам ты чего?

- Да так, - всхлипнула женщина, - просто грустно, что не заметила как ты выросла…

- Мам прости меня, - Элизабет серьёзно посмотрела на женщину. – Я думала только о себе. Я не представляю, скольких трудов тебе стоило, чтобы стать такой… такой классной!

- Это мне нужно извиняться. Мы с тобой встретились спустя столько лет, а я сбежала…

Элизабет улыбнулась и обняла маму.

– Я забываю, что ты прожила ещё одну жизнь без меня.

- Голова болит не переставая. – Пожаловалась Диана, схватившись за голову. - Ещё и эти эльфы…

- Точно! Эльфы! – Девушка чуть подпрыгнула на кровати и заинтересовано посмотрела на маму. – Если ты не была осыпана пылью забвения.… То видела…

- Да, твоего Рика. До вас это только сейчас дошло?

Элизабет покраснела и широко улыбнулась.

- Я этого эльфа сразу узнала. Эти голубые глаза нельзя забыть… - Диана приятно улыбнулась. – Знаешь, был один раз, когда я чуть не рассекретилась перед ним…

- Серьёзно? – Элизабет в удивлении открыла рот.

- Да ха-х, я тогда очень испугалась. Знаешь, я, наверное, за обе прожитые жизни так не пугалась!

***

Яркая осенняя листва рассыпалась по дорожкам города и в парках. Элизабет и Рик любили купаться в кучах разноцветных листьев, и теперь они выбрались погулять в маленьком садике около дома.

Одно из правил эльфов детства гласило: исключить игры с детьми при участии родителей. Если люди увидят, как их дитя играет и разговаривает с воображаемым другом, это не принесёт хороших последствий. Также необходимо научить детей не рассказывать о прогулках с эльфами. Они должны говорить только то, что играли одни.

Так Ричард и поступал.

- Твоя мама спит да? – маленький эльф в голубом колпаке осматривал сад.

- Да, она работала всю ночь и теперь спит. – Девочка скакала в новых купленных сапожках и с улыбалась эльфу. – Мама тебя не увидит, не волнуйся.

- Я и не волнуюсь, давай играть!

Эльф взмахнул руками, и куча листьев закружилась веером вокруг Элизабет. Та радостно засмеялась и принялась танцевать вместе с листьями.

Может, играли они и странно, но кто поймёт этих детей? Кто знает, какие фантазии у них в голове? Правда Диана знала всё. Она стояла около окна и наблюдала за тем, как её дочка резво играет с полупрозрачным существом.

А когда ты родом из Драйсдейла, и каждый день тренируешься на скорость, интуицию и бдительность, вполне можно и заметить лёгкий шорох штор за окном.

Пронзительный яркий взгляд упал на Диану и пристально начал разглядывать тени штор.

***

- На меня никогда никто так не смотрел! – воскликнула Диана и всплеснула руками.

- Так он не понял, что ты была там?

- Может и да, но не подумает же он, что я его вижу? Просто прошла мимо и увидела, как дочь играет с ветром. – Диана немного поёжилась на кровати. - Ты счастлива с ним?

Элизабет шумно вдохнула воздух.

- Да, до безумия. Словно всю жизнь он был единственным, кто мне нужен.

- Что ж, хорошо.

- А ты? Ты любила Бенджамина по-настоящему?

Диана опустила взгляд.

- Конечно любила. Он показал мне, какой мир на самом деле большой. И пусть в те времена я не желала становиться мамой, ты – плод нашей любви. После его исчезновения я взрастила ненависть к нему. Особенно, когда ко мне пришли эльфы, чтобы стереть мою память. Эти идиоты и не догадывались, что заклинание ещё действует и что я ничего не забыла после того, как они осыпали меня.

Диана коснулась рук дочери.

- Твоя сила. Какого это?

Девушка посмотрела на руки, выпустила часть энергии и тёмно-зелёные искры побежали от её рук.

- Странные ощущения. До сих пор не привыкла. Ты чувствуешь эту энергию, как она бежит по всему телу и постоянно жаждет свободы. Сейчас мне уже легче её удерживать, но раньше магия выходила постоянно. Но я всё ещё боюсь того, что мне придётся уничтожить Зазеркалье. Не знаю, смогу ли я вообще это сделать… - Глаза девушки погасли, и она опустила голову.

Диана улыбнулась и ласково провела рукой по волосам Элизабет.

- Ты со всем справишься, я верю в тебя, - женщина положила руки на плечи дочери. – Всегда в тебя верила. К сожалению, я не лучший собеседник на тему уничтожения Зазеркалья, но то, что тебе выпала доля спасти Драйсдейл… Это заставляет одновременно гордиться и переживать за тебя. Будь осторожнее, Элизабет. Я знаю, что ты уже не маленькая девочка и можешь за себя постоять, но я очень прошу не нарываться на неприятности. Мир Алиуса жесток.

- Я обещаю, что не буду лезть на рожон.

- Люблю тебя, дочка.

- И я тебя, мама.

Они обнялись, и Элизабет ушла к себе в комнату. Ричард уже сладко спал и даже мило посапывал. Девушка легла под одеяло и, чмокнув эльфа в лоб, погрузилась в заслуженный сон.

## Глава 4

17-ое августа. 129 дней до Рождества. Площадь города.

Рано утром они выехали на ярмарку. За стеклом машины мелькали уютные городские кварталы — кирпичные домики с черепичными крышами, вывески лавок, гирлянды, в честь праздника. Всё это вызывало у девушки ностальгию.

Элизабет невольно прижалась лбом к прохладному стеклу, и перед глазами заплясали воспоминания детства. Вот так же — много лет назад — она сидела в машине рядом с мамой, сжимала в руках плюшевого зайчика и с восторгом разглядывала праздничные улицы. Тогда всё казалось огромным: и дома, и деревья, и сама ярмарка, куда они направлялись.

Она помнила, как ко дню города площадь преображалась за одну ночь. Ещё вчера здесь были обычные лавки и скамейки, а утром — словно по волшебству — вырастали разноцветные шатры, устанавливались карусели. Воздух наполнялся запахом жареных каштанов, сахарной ваты и свежескошенной травы.

В памяти всплыли яркие картины: мама в лёгком летнем платье ведёт её за руку по рядам ярмарочных палаток; сладкий вкус малинового лимонада, от которого немели зубы; шумные толпы горожан, смеющихся и переговаривающихся; лоточник с воздушными шарами, которые вырывались из его рук и улетали в небо; карусель с деревянными лошадками, сверкающими позолотой.

Под тентами из лёгкой ткани продавали мороженое с самыми разными вкусами: от классической ванили до экзотической маракуйи. Старушки в кружевных платках предлагали вязаные салфетки и скатерти, а рядом парни в фартуках жарили рыбу на углях — её аромат разносился по всей площади.

Она вспомнила, как в семь лет впервые сама купила себе безделушку — крошечную брошку в виде звёздочки. Целую неделю копила карманные деньги, а потом гордо приколола её к своему сарафанчику.

Сейчас, глядя на знакомые улицы, Элизабет чувствовала, как внутри разливается тепло. Она не знала, где та самая брошка сейчас, ведь все её вещи были стёрты из этого мира. Зато эти места не изменились — они хранили её детство, её первые радости и маленькие открытия. Каждый поворот, каждая вывеска, каждый узор на кованых решётках балконов — всё было частью её истории.

— Мам, — тихо сказала она, не отрывая взгляда от окна, — помнишь, как мы объелись сладкой ватой на ярмарке? Сколько их было? Восемь?

Диана улыбнулась, не отрывая рук от руля:

— Кажется семь. Ты тогда сказала, что больше никогда не будешь есть сладкую вату.

— Да-да, — рассмеялась Элизабет, и в её глазах заблестели слёзы — то ли от воспоминаний, то ли от того, что ей уже никогда не стать той маленькой девочкой.

Ричард обнял её и девушка положила голову ему на плечо.

Все, кроме Дианы, надели ту же одежду, в которой ходили на улице. Эльфы заранее съели конфеты, чтобы принять людской облик и теперь ничем не выделялись.

Диана Морган же была в ослепительном синем летнем платье с вышитыми на нём блестящими звёздами. Ткань переливалась при каждом движении, а звёзды словно мерцали в лучах утреннего солнца.

— Мам, а ты точно уверена, что тебе будет комфортно ходить с нами? Тебя не достанут фанаты?

— Они у меня хорошие, не думаю, что это помешает, — ответила Диана, сворачивая на узкую улицу. Машина плавно выкатилась на площадь, и перед ними открылась картина, от которой у Элизабет перехватило дыхание.

Городская ярмарка… Она была именно такой, какой Элизабет всегда её помнила. Конечно, ничто не сравнится с ярмаркой Драйсдейла — той, что размером с целый город и охватывает множество стран, где можно найти диковинки со всех уголков Вселенной. Но эта… эта была по‑своему волшебной.

Площадь утопала в разноцветье палаток и навесов. Воздух наполняли ароматы: дым от грилей, сладкий запах мёда, пряности, свежеиспечённый хлеб. Всё это смешивалось в неповторимый букет, от которого сразу просыпался аппетит.

Лавки тянулись рядами, словно разноцветные бусины на нитке

Элизабет вышла из машины и невольно улыбнулась, заметив палатку с вафлями. Уличный повар ловко заливал тесто в горячий пресс, а через минуту на тарелку падала золотистая хрустящая вафля — её тут же поливали карамелью и посыпали ягодами. Рядом продавали коричневые пирожки с сыром, только что снятые с гриля: их корочка хрустела, а внутри таял тягучий сыр.

В центре площади виднелась большая сцена, украшенная гирляндами и флажками. К вечеру здесь должен был начаться концерт — уже ставили колонки, настраивали свет, а вокруг собирались зеваки.

Чуть поодаль стояли палатки с предсказаниями. Их крыши украшали звёзды и луны, а у входа сидели женщины в длинных плащах, с загадочными улыбками. «Предскажу судьбу!», «Раскрою тайны прошлого!», «Расскажу, что ждёт впереди!» — гласили вывески.

А ещё были тиры. Яркие мишени, призы в виде мягких игрушек, азартные возгласы. Мальчишки и девчонки соревновались, кто собьёт больше мишеней, а взрослые улыбались, наблюдая за ними.

— И как у вас тут развлекаются? — спросил Ричард, выходя из машины и поднимая солнцезащитные очки на голову. Его глаза блестели любопытством, он оглядывался, впитывая каждую деталь. Элизабет заметила толпу девочек-подростков, которые не успели дойти до входа на в ярмарку, потому что их внимание украл мужчина с атлетической фигурой, белокурыми волосами и тёмно-синими глазами.

Ричард не успел заметить их взгляд, Элизабет встала перед девушками и демонстративно поцеловала его в щеку, не забывая злобно глянуть на них.

— Ты чего? — смутясь, эльф потрогал поцелованное место.

— Ничего, красивый ты.

Фитцмор зарделся так, будто их судьбы не были соединены и они не спали каждый день в одной кровати.

— Ты тоже, — промямлил он, избегая взгляда Дианы. И не спроста: та смотрела на них с явным неодобрением.

— Ты спрашивал про развлечения — Диана встала перед ними, — Что ж, они здесь всяко лучше будут, чем у вас в Драйсдейле.

Она заблокировала машину и двинулась вперёд, ступая по тёплому асфальту, нагретому полуденным солнцем. Воздух дрожал от гомона, музыки и аппетитных запахов — ярмарка жила своей буйной, пёстрой жизнью.

Но не успели они пройти и пары метров, как на Диану накинулся один из фанатов — молодой парень с блокнотом и ручкой, сияющий от восторга.

— Диана! Это вы?! Можно автограф? Я ваш поклонник с самого первого альбома!

Не успела она ответить, как рядом возникли ещё несколько человек — девушки с фотоаппаратами, парни с плакатами. А чуть поодаль Элизабет заметила тех самых девочек, что с восторгом пялились на Ричарда, они перешёптывались и показывали на их отряд пальцами. Девушка готова была поспорить, что те решили, что они все, включая Мигеля, из модельного агентства, а Элизабет та самая секретарша, которая подносит им кофе и поправляет макияж.

— Рик, — Мигель дёрнул брата за футболку, отвлекая от суеты, — а это что такое?

Лекарь указывал на розовую квадратную стойку на колёсиках, возле которой стоял мужчина в красной кепке. Он ловко наматывал на пластмассовую палочку нечто воздушное, розовое, почти волшебное. Рядом толпились дети, с восторгом откусывая от пушистых шаров по кусочку.

— Ой, это сладкая вата, — улыбнулся Ричард.

— Миг, ты что, никогда не ел сладкой ваты? — удивилась Элизабет, но тут же осеклась. Конечно, откуда ей взяться в Драйсдейле? Даже купцы не привозили ничего подобного.

— Больше скажу, я впервые вижу эту вашу вату… — Мигель неуверенно подошёл к аппарату, который с тихим жужжанием выплёвывал сахарные нити. Его глаза широко раскрылись — то ли от любопытства, то ли от удивления.

— Тебе большую или маленькую, братишка? — добродушно спросил продавец, на вид не старше двадцати. — Я сейчас, как видишь, делаю большую.

— А, эм… — Мигель растерянно оглянулся на друзей.

— Точно, я же хотела вам всем дать денег, — Диана оторвалась от поклонников, отыскала в своём объёмном кошельке купюры и протянула их Мигелю. — Выбирай большую, поделишься с нами.

— Я могу сделать на всех, друзья, — предложил продавец.

— А можно для начала попробовать? — вдруг выпалил Мигель, и продавец удивлённо приподнял бровь.

— Чувак, ты что, никогда не пробовал сладкую вату? — Он оторвал кусочек воздушного сахара и протянул Мигелю.

Тот осторожно положил его в рот… и резко расширил глаза.

Продавец явно ожидал услышать «вау», «ух ты» или хотя бы простого «круто». Но вместо этого он увидел, как лицо Мигеля исказилось в гримасе крайнего недовольства.

— Как сладко! Просто ужас! — воскликнул Мигель, едва сдерживаясь, чтобы не выплюнуть остатки. — Это же голимый сахар, просто растопленный и вращающийся вокруг барабана, который собирают в виде нитей! Зачем так обманывать?!

— Да все вроде и знают, что это сахар, — ошарашенный продавец вздёрнул плечами. — Даже в названии «сладкая вата» всё понятно. Если у вас вдруг аллергия и вам нужен доктор, могу отвести вас в больничную палатку.

— Спасибо, обойдусь, я и сам врач, — Мигель скрестил руки и решительно направился вдоль палаток, будто желая поскорее забыть этот кулинарный кошмар.

— Врач? Студент, что ли? — пробормотал продавец себе под нос.

Ричард с Элизабет не удержались от смеха, догоняя его.

— Прости Мигель, я знаю, что ты не любишь сладкое, но ты же мог догадаться, что в вате есть сахар!

Лекарь нахмурился.

— Да, но я не думал, что так много. — Буркнул лекарь, но в глазах его уже сверкал интерес к следующему прилавку — там продавали жареные каштаны, и аромат был куда более многообещающим.

— Не понимаю, и чего они так разбуянились? — спрашивала Диана про своих фанатов, присоединяясь к троице. — Будто сто лет меня не видели!

— Даже не знаю, может, из‑за того, что ты выглядишь как фея‑крёстная перед балом? — усмехнулась Элизабет, окинув маму взглядом. Синее платье с вышитыми звёздами и вправду превращало Диану в сказочную героиню — ту, что вот‑вот взмахнёт волшебной палочкой и сотворит чудо.

— Да, кстати, — Диана вдруг остановилась, её лицо стало серьёзнее. — Мне кажется, нам нужно разойтись.

— То есть? — не поняла девушка.

— Многие замечают наше с тобой сходство, Лизи. И я боюсь, что кто‑нибудь узнает… или начнёт распускать слухи обо мне и тебе. — Диана мягко коснулась её плеча. — Я не хочу, чтобы из‑за меня у тебя возникли проблемы.

— Хочешь сказать, что последний день с мамой я должна провести без мамы? — Элизабет резко вцепилась в руку Ричарда, словно искала опору. Но через мгновение её губы дрогнули в улыбке. — Хорошо, так уж и быть. Тогда ты иди с Мигелем и купи ему что‑нибудь получше сахарной ваты, а мы с Ричардом потратим все твои деньги на какую‑нибудь ерунду!

— Я же о твоём удобстве забочусь! — парировала Диана.

— Да? — Элизабет посмотрела на толпу, которая хоть и на расстоянии, но шла за ними по пятам. — А по-моему, тебя заботят только слухи. Мне вот на них плевать!

— Но… — Диана сдалась. — Пойми меня, ты скоро покинешь город, а мне с этим жить. Я и так едва уговорила охрану держаться подальше, чтобы вам было комфортно!

Элизабет огляделась и только сейчас заметила, что рядом с толпой неугомонных фанатов находятся двое огромных мужчин в чёрных костюмах. На их лицах был пот – бедные, в такую жару и в такой форме.

— Спасибо, мам, нам комфортно.

С этими словами Элизабет развернула Ричарда, и они растворились в толпе, оставив Диану и Мигеля одних. Лекарь, казалось, хотел их догнать — его взгляд метался между удаляющимися фигурами и женщиной, стоящей рядом. Но он остался.

— И что нам теперь делать? — Диана с печальной улыбкой посмотрела на Мигеля.

Он лишь пожал плечами.

— Ладно, вопрос: ты можешь колдовать в образе человека? — неожиданно спросила она.

— Да, а что? — Мигель настороженно посмотрел на неё.

Диана игриво пошевелила бровями:

— Есть тут одно дельце. Видел сцену на середине площади?

— Да, видел… Стоп, что вы задумали? — в его голосе прозвучало одновременно опасение и любопытство.

***

Элизабет и Ричард шли медленно сквозь ряды палаток. Воздух был напоён ароматами жареных орехов, карамели и свежей выпечки. Вокруг царил весёлый хаос: дети бегали с воздушными шарами, музыканты настраивали инструменты, торговцы зазывали покупателей.

Но тишина между ними становилась всё ощутимее — пока наконец Ричард не нарушил её:

— Вы же вроде обсудили вчера всё. Что опять началось?

— У меня такой же вопрос, — Элизабет нервно провела рукой по волосам. — Её правда смутило то, что фанаты обратили внимание на наше сходство? Они бы всё равно никак не подтвердили это, потому что меня не существует!

Её голос прозвучал громче, чем она рассчитывала, и несколько человек обернулись. Девушка тут же смутилась, а Ричард улыбнулся:

— И что ты предлагаешь теперь делать?

— А пошли в… — Элизабет прошлась взглядом по палаткам, и вдруг её глаза загорелись.

Вдали, среди ярких шатров и разноцветных флагов, стояла одна лавка — чёрная, почти мрачная, с вывеской «Лавка чудес». Она словно нарочно пряталась от всеобщего веселья, контрастируя с праздничной атмосферой.

— Туда!

— «Лавка чудес»? Туда даже очереди нет, может, там не интересно? — Ричард с сомнением посмотрел на тёмный фасад.

— Ну вот и узнаем. Пошли! — Элизабет решительно потянула его за руку, и они направились к загадочному шатру.

Как только они зашли внутрь, их окружила плотная, почти осязаемая тьма. Пахло старыми книгами, ладаном и перцем. Ричард невольно напрягся и, когда глаза привыкли к темноте, Элизабет заметила, как он схватился за мешок на поясе, где лежала серебряная пыль, рассеивающая тьму. Она положила руку ему на ладонь.

— Подожди, так надо, — прошептала Элизабет, вглядываясь в черноту.

Девушка ожидала чего‑то эпичного — например, внезапного появления людей, похожих на волшебников.

И действительно: в глубине шатра вспыхнул тусклый свет, выхватив из тьмы три фигуры в длинных плащах. Включилась лампа на столе, за которым сидели эти загадочные существа. Их лица мерцали в тени, черты расплывались, словно маскировались под игру света и тени. Из‑под стола с тихим скрипом выдвинулись два стула.

— Присаживайтесь, жители нижнего мира, — произнесла одна из девушек низким, вибрирующим голосом.

Ричард и Элизабет переглянулись. Пальцы их сжались крепче, и они медленно опустились на стулья.

— Протяните ваши руки — и узнаете вашу судьбу, — сказала девушка справа. Её голос звучал как шелест сухих листьев.

— А деньги… разве не деньги сначала? — настороженно спросила Элизабет.

— Сначала волшебство, а потом деньги. Неужели хотите, чтобы мы забрали плату и надули вас? — парировала левая девушка, и в её тоне прозвучала едва уловимая насмешка.

— Нет… — Элизабет поняла, что звучит это разумно, и вытянула руку. Ричард последовал её примеру.

Левая и правая девушки взяли их ладони, а та, что сидела посередине, достала из‑под стола колоду огромных карт с причудливыми изображениями — Таро. Правая, державшая руку Ричарда, заговорила первой:

— Чувствую очень сильную энергию. Ты — Ричард Фитцмор, верно?

Ричард кивнул, и на его лице появилась ухмылка. Элизабет ещё больше напряглась. Как они узнали? Это возможно? Почему Ричард смотрит на них, как на старых знакомых?

Средняя девушка положила карты под руку Ричарда. Одна из них мгновенно выпала из колоды. Она перевернула её. На карте был изображён ангел с надписью «Высшее создание».

Элизабет испуганно посмотрела на Ричарда. Её сердце заколотилось, но он только кивнул, словно говоря: «Бояться нечего, наслаждайся шоу».

Левая девушка обратилась к Элизабет:

— Твоё имя — Элизабет Мария Морган.

— Д‑да… — робко ответила девушка.

На её руку положили колоду карт. Они лежали неподвижно, будто сомневались в сущности Элизабет. Прошло несколько долгих секунд — и наконец одна карта выпала. Средняя девушка перевернула её, и плащ едва заметно колыхнулся.

На карте был изображён человек с одним ангельским крылом. Подпись гласила: «Смешанная кровь». Какие-то странные Таро.

— И что же это значит? Высшие, низшие, смешанная кровь, а? — с издёвкой начал спрашивать Ричард.

— Я думала, что мы сегодня хорошо заработаем, сёстры, но такого подарка судьбы я не ожидала, — произнесла средняя девушка, поднимаясь из‑за стола.

Элизабет начала паниковать ещё сильнее, когда увидела, что рост девушки оказался невероятным — два метра, не меньше.

— Да, Адель, ты права, это чистой воды везение… — правая девушка поднялась, а за ней и левая. Все три фигуры оказались почти одного роста, и смотрели на Ричарда и Элизабет так, словно те были букашками под их ногами.

— Ой, заканчивайте этот цирк, — Ричард взмахнул рукой, и одним резким движением ветра сдул капюшон с головы правой девушки.

Под ним открылась жуткая картина: лицо – нечеловеческое, глаза, чёрные, как у насекомых, кожа, покрытая странными узорами. Элизабет мгновенно вспомнила тот день — день, когда она, с тремя огромными ранами от стрел сидела на стуле, а вокруг неё собрались эльфы, играющие в жуткую игру под названием «Респонсио». Это было воспоминание Ричарда — воспоминание о том, как его пытались украсть. А затем Лена. Чёрные звёзды, длинные когти.

— Феи… — выдохнула Элизабет, чувствуя, как земля уходит из‑под ног.

— Верно, мы феи… — средняя девушка посмотрела на сестёр, и троица одновременно смахнула с себя плащи.

Теперь перед Элизабет и Ричардом стояли существа с кожей цвета кофе с молоком, ненормально длинными ушами (даже по эльфийским меркам), прозрачными хрустальными крыльями, безумно длинными тёмными волосами и большими черными, как бездонные дыры, глазами.

Одежда фей была не из листьев, как было в воспоминаниях Ричарда и Лена, а из плотной чёрной кожи — облегающие платья, подчёркивающие нечеловеческую грацию. Нельзя было не отметить и чёрные острые ногти, скорее напоминающие когти.

— Numquid revertetur ad veram formam, elf? — спросила Адель, и её голос прозвучал как звон колоколов.

Элизабет начинала учить латынь, но остановилась на самых азах. Теперь это ей аукнулось.

— Выделываться будем? Ну, хорошо, — Ричард покрутил указательным пальцем в воздухе.

В тот же миг его уши вытянулись, став подлиннее, а глаза засверкали не человеческим блеском. Элизабет дёрнула его за руку.

— Мы не можем просто уйти? — девушке совсем не хотелось возвращать свою эльфийскую ауру и тем более колдовать.

— Мы обязательно уйдем. Но сначала нужно узнать у этих особ, что они забыли в мире людей, — Ричард грозно посмотрел на фей. Те, словно по негласному сигналу, снова опустились на стулья — теперь их взгляды были почти на одном уровне.

— Скучно сидеть всё время около королевы. Мы отпросились и решили ездить по городам людей, развлекаться с низшими, смеяться над их наивностью, — ответила Адель, и в её улыбке промелькнуло что‑то хищное.

— Да кого вы обманываете? Небось, ищете красивых мальчиков, которых можно утащить на остров, — Ричард скрестил руки, оставаясь на удивление расслабленным — в отличие от Элизабет, которая то и дело переводила взгляд с него на фей и обратно.

— До чего же догадливый эльф, ты посмотри, Кларисса! — воскликнула до сих пор не названная поимённо фея.

— Да, Веселина, он неплох, — Кларисса положила руку на щёку и улыбнулась острыми зубами. — А что здесь забыли эльф и, как ни странно, полукровка?

— Кто вообще решился возлечь с человеком и сделать дитя? Драйсдейл оказался ещё омерзительней, чем нам рассказывала королева, — добавила Кларисса.

— Сёстры, а вы помните, что Ричард Фитцмор — это тот самый эльф, которого не получилось выкрасть несколько лет назад? — Адель приподняла бровь, ее глаза сверкнули.

— А ведь и правда! — воскликнула Веселина. — Я думала об этом, имя на языке вертелось. Так и знала, что всё не просто так! А что же такое случилось на Северном полюсе, что заставило эльфов вылезти из своих сугробов? На купцов вы не похожи.

Элизабет оскорбилась. Она, конечно, занималась этой работой не так давно, но всё же! Полгода они были купцами, самыми настоящими!

— Ничего, что вас касалось бы, — Ричард встал со стула и протянул руку Элизабет. — Спасибо за занятный разговор, но нам пора.

— Ты настолько наивен, эльф, что думаешь, что мы просто так вас отпустим? — усмехнулась Адель, и её пальцы медленно сжались в кулак.

— В Драйсдейле явно что‑то случилось, а наша королева только рада напасть без объявления, — Кларисса издала смешок, будто происходящее было занимательной комедией. Возможно, для фей Лодосса война и являлась таковой.

— А даже если ничего и не случилось, разве это не неплохой улов: эльф, которого так хочет королева, и его подружка‑полукровка, над которой можно поэкспериментировать? — Веселина жадно облизнула губы.

Ричард, держа девушку за руку, прошёл к выходу. И вдруг замер. Палатка мгновенно стала твёрдой, как камень. Выход исчез — стены сомкнулись, перекрывая любой путь к бегству.

— Вот чёрт. — Выругался эльф.

— Что на делать? — запаниковала Элизабет.

Ричард повернулся к феям. Те уже поднялись со своих стульев.

— С тремя даже мне не справится. Активируй свою силу.

— А мы не можем просто телепортироваться?! — воскликнула Элизабет, хватая мешочек с телепортационной пылью с пояса.

Едва она начала доставать пыль, мешок вылетел из её рук — невидимая сила швырнула его куда‑то за пределы досягаемого.

— Элизабет, освобождай магию!

— Ты сейчас серьёзно?!

Сердце затрещало. Только не сейчас. Только не здесь.

Элизабет сжала кулаки, пытаясь вспомнить всё, чему её учили: как концентрироваться, как чувствовать потоки магии. Феи наблюдали за ними с холодным интересом, как за зверьками в клетке.

— Ну что, поиграем? — протянула Адель, поднимая руку. В её пальцах заискрился тёмный свет.

— Мы не спасём Драйсдейл, если попадём на остров фей! — крикнул ей Ричард.

— Так значит, Драйсдейл действительно сейчас уязвим?! — ликующе воскликнула Кларисса, и в её глазах вспыхнул чёрный огонь. — Нужно сообщить королеве! Незамедлительно!

— О нет… — Ричард заругался сам на себя. — Только попробуйте, и я вырву ваши крылья!

— Мы не боимся тебя, эльф, — холодно произнесла Адель. Она резко опустилась на колени, и две другие феи мгновенно повторили её движение. Их губы зашевелились, шепча заклинания.

— Плохо! Они отправляют сообщение королеве! — Ричард взмахнул рукой — скатерть со стола рванулась вперёд, оплетая рты фей, словно живая лоза. — Бет, снимай магию с шалаша!

— Я?! — Элизабет в панике развернулась, её глаза расширились от ужаса.

— У кого из нас магия, способная разрушить любое заклинание?!

— Я не готова! — закричала девушка, пока Ричард в одиночку сдерживал натиск трёх фей. Они метались по шатру, пытаясь обойти эльфа, чтобы добраться до Элизабет.

— Ещё как готова! Я верю в тебя! — Ричард на мгновение отвлёкся, чтобы бросить в одну из фей голубой шар искр. — Вспомни, что тебе говорила Филиция Лиадон! Элизабет чувствовала, как ладони вспотели от страха. Эльфийскую ауру она освободила давно. Но чтобы снять с чего-то заклятие — было слишком!

Она хорошо помнила тот день, когда Ричард решил сводить Элизабет к её прабабке, которая в своё время считалась единственной в своём роде, пока не вспомнили о Бенджамине. От неё пахло нафталином и розами. Несмотря на то, что на лицо она была молода — всё в ней чувствовалось старым: походка, говор, ворчание.

— Ты такая неповоротная, — ругалась она, когда Элизабет пыталась воззвать к своей силе и лишить магии маленькое насекомое из мира Алиуса. — Ну кто так руки держит!

— Эта сила внутри, неужели ты её не чувствуешь?! — вторила она. — Тогда читай заклинание, раз сама не можешь сконцентрироваться, неразумное ты дитя!

— Элизабет! — звал её Ричард. — Мне их не сдержать! — он продолжал отбиваться, но феи упрямо лезли, в попытках приблизиться к Элизабет.

— Пять минут, продержишься? — взмолилась девушка.

— Давай! — Ричард перешёл к наступление и ему удалось даже повредить крыло одной из фей.

— Наша королева выколет твои глаза! — верещала обиженная фея.

— Да? — усмехался Ричард. — Что ж она прячется на своём острове? Раз я так ей нужен, пусть приходит!

Его движения были стремительны, магия Фитцморов била точно в цель, оставляя на телах фей глубокие раны. Но и сам он не оставался невредимым — острые когти фей уже оставили несколько кровоточащих полос на его руках и плечах.

Элизабет прикусила губу. Не время было для таких мыслей, но в этом бою Ричард был безумно горячим. Заставив себя отвернуться, она подбежала к стенам шатра. Ткани, ставшие каменными, холодили ладони.

— Чёрт, чёрт! — Элизабет зажмурилась, положив руки на неподатливую поверхность. — Так, соберись, ты всё сможешь. Это же просто… Всего лишь нужно выпустить потомственную магию!

Филиция занималась с ней ровно один раз. И этого девушке хватило на всю жизнь. Весь день старая эльфийка била её по рукам плёткой, когда у Элизабет не получалось – а получалось у неё нечасто. Это было не столько больно, сколько обидно. Она чувствовала себя бесполезной, пустой. Ровно как и сейчас. Магия будто испарилась. Элизабет приходилось мысленно копаться внутри своего тела в поисках сбежавшей энергии.

— Как же там… — Элизабет глубоко вдохнула. — Материю ты разорви, навеки магию сотри!

Ничего не произошло. Сердце девушки сжалось от страха — неудача могла стоить им жизни. И ладно они – Лен, Натаниэль и весь Драйсдейле в текущем положении не смогут сдержать наступления фей!

— Не останавливайся, повторяй! — кричал Ричард, отбиваясь от атак фей.

— Материю ты разорви, навеки магию сотри! — повторила Элизабет громче. — Материю ты разорви, навеки магию сотри!

Она повторяла и повторяла. Ничего! Да как это возможно?!

— Подумай о том, что будет со всеми, если ты этого не сделаешь!

Элизабет зажмурилась, представила самое жуткое, что могла: мертвенно-бледное лицо Лена со звездой на лбу, Монику, которая погибла так и не вернув свой рассудок.

— Материю ты разорви, навеки магию сотри!

Она произнесла это так громко и яростно, что испугалась сама. Её руки начали светиться. Зелёные искры полились из ладоней, ярко светясь и разлетаясь во все стороны, словно бенгальский огонь.

— Я же говорил, что получится! — радостно воскликнул Ричард, но улыбка мгновенно исчезла с его лица. Он понял, в чём дело.

— Уходи! — завопила Элизабет. Энергия билась из её рук неконтролируемым потоком и уже заполнила половину шатра. — Уходи, Ричард, ради всех святых, я не могу сдерживать это!

Эльф не ответил. Одним мощным ударом он отбросил фей, которые в последний момент попытались схватить Элизабет, и выскочил из шалаша, в котором от её магии появилась дыра.

— А ну прекрати, грязная полукровка! — хором закричали феи.

— Боже… — девушка больше не могла держать руки напряжёнными. Она расслабила пальцы и зажмурилась. Будь что будет. Если весь мир узнает об Алиусе и её казнят — так тому и быть. Но удерживать эту силу, контролировать её — было невозможно.

Весь шатёр озарил ослепительный изумрудный свет — словно внутри взорвалась звезда. Когда Элизабет смогла снова видеть, она не обратила внимания на фей. Её взгляд метнулся к выходу — она выбежала наружу.

— Ричард, Рик! — воскликнула она, увидев эльфа. Он стоял у шатра с широко распахнутым ртом.

— Ты цела? — первым делом спросил он, шагнув к ней.

Элизабет кивнула, но её руки продолжали дрожать. Энергия ещё пульсировала в ладонях, но теперь была под контролем.

— Что это было? — прошептала она.

— Твоя сила. Настоящая сила, — Ричард улыбнулся.

Глаза Ричарда потухли, сияние в них исчезло. Одежда висела мятыми складками, а по шее, рукам и правой скуле тянулись свежие, кровоточащие царапины. Эльф бережно обнял девушку — она буквально рухнула в его объятия, пытаясь восстановить дыхание.

— Я не верю… — выдохнула она. — Не верю, что сделала это!

— О, ты была невероятна… — Ричард погладил её по голове, и с его лица на щёку девушки упала капля крови.

— О боже, Рик! — Она поспешно стёрла кровь и в ужасе оглядела эльфа. — Прости, что заставила так долго ждать! Тебе нужно обработать раны! Пойдём в медицинскую палатку!

— Не извиняйся, защищать тебя моя прерогатива, но как я объясню людским врачам, откуда эти царапины?

— Скажем, что дикая кошка напала, — Элизабет схватила Ричарда за рукав, но в этот момент шатёр распахнулся.

Оттуда вышли три девушки. Это было поразительно. Они были высокими, но выглядели совершенно обычными — если не считать их облегающих платьев. Держась друг за друга, они явно не понимали, что произошло.

— Это… феи? — потрясённо спросила Элизабет.

— Они самые, — усмехнулся Ричард. — Твоя магия превратила их в самых низших существ в галактике — в людей.

Одна из девушек рванулась к Элизабет и с яростью вцепилась в её плечи.

— Что ты с нами сделала, стерва?! Отвечай! Почему мы с сёстрами не чувствуем своей силы?! — закричала она.

— Вы стали вроде как… — с лёгкой улыбкой ответила Элизабет. – Людьми.

— Что, прости?! — взвизгнула девушка и вдруг схватила Элизабет за горло. — А ну возвращай всё, как было!

В тот же миг бывшая фея отлетела в сторону и рухнула на землю, сильно ударившись. Ричард встряхнул рукой и посмотрел на других двух фей. Те побежали к сестре, не пытаясь напасть. Упавшая фея взвыла так пронзительно, что к ним начали подходить прохожие — девушки выглядели крайне странно по человеческим меркам.

Несколько человек предложили вызвать скорую: поведение троицы казалось слишком агрессивным. А Элизабет и Ричард направились к белой палатке с красным крестом.

— Рик?! Элизабет?! Что с вами случилось?! — воскликнул Мигель, увидев их у входа. Похоже, он подсматривал за работой местных врачей. — И почему вы вернули свой облик?!

— А где мама? — спросила Элизабет, пытаясь разглядеть женщину среди толпы.

— Думаю, сначала стоит обсудить это, — лекарь указал пальцем на раны Ричарда. — Где вас носило?

— Ха‑х, ну, ситуация довольно забавная… — улыбнулся Ричард, ничуть не жалуясь на раны. Элизабет виновато посмотрела на Мигеля, будто тот был учителем, а она школьницей, забывшей про домашнее задание.

— Я, кажется, лишила магии троих фей Лодосса…

— Что?! — Мигель изменился в лице так быстро, что его обычно светло-розовые щеки стали белыми, как стена.

Объяснить лекарю, что произошло было непросто, рассказ вышел странным, как и вся ситуация.

— И куда они делись после? — спросил Мигель.

— Их увезли врачи, кажется, — Ричард перевёл взгляд на Элизабет. Девушка кивнула.

— Явно в психиатрическую больницу, если они продолжат кричать, что являются феями. – Элизабет усмехнулась, всё ещё не веря, что сделала, и вновь осмотрела пространство вокруг себя. — Так где мама?

— Вообще‑то это был сюрприз… — Мигель ещё раз окинул брата осуждающим взглядом, задержавшись на его ранах, и всё же улыбнулся. — Ричард, мне нужно тебя подлатать. Найдём укромное место. А потом будет концерт.

— Концерт? — удивлённо переспросила Элизабет.

— Идём, — лекарь схватил Ричарда и девушку за руки и потянул в переулок между шатрами. Между шатрами очень сильно пахло табаком. Элизабет поморщилась.

Мигель усадил Ричарда на маленький стул, который видимо был предназначен для владельцев ярмарки во время перекура.

— Кошмарно, — заворчал лекарь, наливая на руки антисептик, который взял с собой. — Царапины уже не кровоточат, но раны придётся зашивать.

Услышав это, Ричард побледнел. Он замотал головой и попытался подняться, но брат удержал его за плечи.

— Сиди спокойно, а то будет хуже.

Ричард посмотрел на Элизабет так, будто прощался, а ещё стыдился

— Я слышала, что зашивать раны с помощью магии могут только Старшие лекари. — Выпалила девушка первое, что пришло в голову.

— Ты права — подтвердил Мигель. — А ещё эта техника используется только в крайних случаях, когда под рукой нет ничего другого.

— Это больно?

— Скорее неприятно. Но в то же время и приятно.

Элизабет ничего не понимала, ровно до того момента, пока Мигель не коснулся первой раны на плече Ричарда. Тот прикусил губу, покраснел и запыхтел. Обычно таким она его видела в постели при определенных обстоятельствах, но сейчас ему просто зашивали рану!

Мигель покосился на ничего не понимающую девушку и тяжело вздохнул, перекрывая вздохи брата, который едва держал рот закрытым.

— Старшие лекари обладают уникальным искусством сшивать с помощью магии плоть. Это как обычное шитьё нитками, только делается волнами магии и ловкостью пальцев. И от такой казалось бы удобной процедуры есть всего один недостаток: сшивание ощущается безумно болезненно и щекотно одновременно. Много зим назад множество эльфов и гномов специально резали себя, чтобы потом лекари их сшили – это было для них крайне интимной и возбуждающей операцией вплоть до того, пока Николай не ввёл статью о самоповреждении.

Элизабет подумала, что ей показалось, будто Ричард возбудился, но, похоже, глаза её не обманывали. Она наклонила голову на бок и её улыбка поползла к ушам.

— Какой кошмар! — девушка прыснула от смеха.

— Совсем не смешно! — возмутился Ричард, но тут же пожалел, что открыл рот: едва Мигель сделал новый стежок магией — Фитцмор пламенно выдохнул.

Элизабет не могла перестать смеяться. Она знала, что не привлечёт внимания зевак, потому что они её не видят и хихикала ровно до того момента, пока её живот не заболел, а Мигель не закончил с процедурой.

— Элизабет, — позвал её Ричард, поднимаясь. Румянец на его щеках всё ещё не сошёл, а волосы растрепались. — Небеса свидетели: ты поплатишься за это.

— Боюсь-боюсь! — Рассмеялась девушка, доставая конфеты для перевоплощения и кидая одну эльфу.

— Так что ты там говорил о концерте, Миг?

— Скоро узнаешь.

Они прошли к главной сцене города и им повезло сесть на первые ряды. Элизабет до последнего не могла взять в толк, что происходит. Всё стало ясно, лишь когда собралась плотная толпа зрителей и на сцену поднялся мужчина в синем костюме, украшенном стразами.

— Поздравляю всех с Днём города! — громко воскликнул он, и зал взорвался аплодисментами. — Искренне надеюсь, что сладкой ваты и попкорна сегодня хватило всем! А теперь начинаем! И первая, кто выйдет на эту сцену… — Мужчина сделал паузу, а затем радостно выкрикнул: — Это наша гостья, наша очаровательная, любимая, наша звезда, чьей родиной этот город является, победительница многих певчих шоу, дебютная песня которой продержалась в чартах два месяца, организатор множества благотворительных фондов для детей и животных - Диана Морган!!!

Толпа разразилась свистом, криками и ещё более бурными аплодисментами. Элизабет скрестила руки на груди и взглянула на сцену. Она ещё злилась за то, что мама постеснялась её, но всё же это Элизабет ушла от неё подальше, это она завела Ричарда в шатёр с феями.

— Теперь понятно, зачем она так вырядилась… — пробубнила она.

Диана стояла в том же наряде, что и раньше, — разве что блёсток на нём заметно прибавилось. Они ослепительно сверкали в свете софитов. На женщине был едва заметный беспроводной микрофон. Когда шум в зале слегка стих, она улыбнулась и заговорила:

— Чш… — Диана приложила палец к губам, и толпа мгновенно затихла. — Спасибо. — Она шагнула вглубь сцены. — Мы начинаем… — прошептал её голос, и свет на сцене резко погас.

Зазвучала нежная фортепианная мелодия. На сцену вышли танцовщицы в голубых шёлковых нарядах; их плащи шлейфом тянулись по полу, создавая волшебную атмосферу. В следующий миг появилась Диана. В руках она держала флакон с чем‑то блестяще‑голубым.

Экраны, транслирующие происходящее, приблизили картинку: на них отчётливо были видны плавные движения танца и то, как Диана открывает флакон и рассыпает его содержимое по ветру, созданному шлейфами танцовщиц. Блёстки вспыхнули и начали складываться в очертания образов.

— Это… — Элизабет удивлённо посмотрела на Ричарда, затем на Мигеля, который не мог сдержать хитрой ухмылки.

Наконец Диана запела. Изображения, сотканные из блёсток, ожили: они скользили по сцене, складываясь в яркие, чёткие силуэты.

Вот маленькая девочка с одной косой бежит за мячом. Вот та же девочка качается на качелях и смеётся. Вот она плачет, сжимая в руках мягкую игрушку. Вот держит что‑то похожее на конверт и снова плачет…

Если бы мир творила я,


Ты в нём была бы всех счастливей.


В глазах твоих — лишь свет, ни тени,


Чтоб не коснулись горести, сомненья.


Пусть ни людская злоба, ни ненастье


Не омрачат твой светлый путь.


Слушай меня — я всё отдам за счастье,


Что светит в тебе, как заря.


Ты — выше меня, ты — прекрасней меня,


Ты словно солнце, один в один.


Ты — мудрей меня, ты — дороже меня.


Ты… моя.

— Дочь… — тихо выдохнул Ричард, подставив слово в рифму. Он взглянул на Элизабет: её глаза горели, наполняясь слезами.

Диана исполнила ещё несколько куплетов и припевов. Светящиеся блёстки постепенно растворились в воздухе. Певица подошла к краю сцены — в её глазах блестели слёзы.

Зрители разразились восторженными аплодисментами, многие встали с мест. Кто‑то успел бросить на сцену букеты цветов.

— Эта песня… — Диана взглянула в зал, но из‑за толпы было сложно понять, на кого именно она смотрит. — Эта песня посвящена самому родному и любимому человеку в моей жизни… — Она снова обвела взглядом зрителей и улыбнулась, аккуратно смахнув слезинки. — Как вы могли догадаться, мои ангелочки, это очень личная для меня песня. Но я рада, что смогла поделиться своими чувствами с вами.

Зал вновь зааплодировал.

— Спасибо вам. И спасибо тебе… — Диана на мгновение взглянула в сторону Элизабет, но зрители тут же начали оборачиваться.

Певица поклонилась, подхватила один из букетов, брошенных на сцену, и поспешила уйти. На сцену вышел ведущий.

— Что ж, это было невероятно трогательно, — улыбнулся он. — Давайте ещё раз похлопаем прекрасной Диане Морган за эту удивительную песню и потрясающую инсценировку!

Ричард вывел Элизабет из оцепенения, и они тоже направились прочь от лавочек. Не было смысла в остальном концерте. Им навстречу вышла Диана — на ней был синий плащ с капюшоном, чтобы не привлекать лишнего внимания.

— Спасибо, Мигель, — женщина крепко пожала руку лекарю и улыбнулась. — Твои образы вышли замечательными! Лучшие проекции!

Диана незаметно посмотрела на Элизабет, которая стояла, сжимая руку Ричарда, вытирая слёзы.

— Мама! — воскликнула девушка и бросилась в объятия Дианы. — Прости меня, я такая дура, прости!

— За что, милая? — Женщина взяла лицо Элизабет в ладони и ласково посмотрела на неё. — Может, уже перестанем извиняться друг перед другом?

— Да, это хорошая мысль, — Элизабет рассмеялась и снова обняла мать. — Я люблю тебя, мам.

— И я тебя, Лизи.

— Миг, ты всерьёз позволил человеку использовать магию прямо на глазах у толпы? — Ричард перевёл взгляд на брата, в его голосе не было упрёков, но он явно был удивлён.

— Мисс Диана попросила помочь, а у меня как раз завалялась проекционная пыль. Я добавил своей магии, слепил образы и помог сделать шоу.

Мигель слегка улыбнулся и глянул на женщину: в её глазах светилась искренняя благодарность.

— Зрители приняли это за спецэффекты, так что всё в порядке, — Диана обняла Мигеля, тот удивился, но не оттолкнул, и взглядом пригласила присоединиться и Ричарда. Тот бросил взгляд на Элизабет — девушка одобрительно кивнула, — и тоже втянулся в тёплые «массовые обнимашки».

Теплота между родными — вот что по‑настоящему ценно. В тёмные времена рядом с тобой останутся лишь близкие. И не всегда дело в кровных узах. Для Элизабет семья — это не только Диана, но и Ричард, и верные друзья. Близкие поддержат несмотря ни на что. Не стоит ссориться из‑за мелочей — главное, что вы есть друг у друга.

С этим светлым чувством все вернулись домой.

Мигель, Элизабет и Ричард ещё долго разговаривали с Дианой за столом, пили чай и обсуждали проведённый день.


Но, к большому огорчению Элизабет, настал момент встать в центр комнаты с горстью красной пыли в ладони.

— Так… Элизабет, тебе нужно сосредоточиться. Иначе нас перенесёт куда‑нибудь не туда, — предупредил Мигель.

Диана закрыла лицо руками — из глаз хлынули слёзы.

— Подождите… — Элизабет подошла к матери. — Ну что за слёзы? Мы же всё обсудили, мам…

— Да, прости, Лизи, я… — Женщина крепко обняла дочь, прижала к себе. — Я люблю тебя, доченька. Прошу, будь осторожна…

— Обещаю, мам. Я ещё вернусь. Вот увидишь… — Элизабет нежно отстранила руки матери и встала рядом с эльфами.

Диане было невыносимо больно снова отпускать дочь, но она ничего не могла изменить.

— Я буду ждать… — прошептала она.

— Ты готова? — спросил Ричард у Элизабет.

— Думаю да, — ответила девушка, глядя на пыль в ладонях.

Они закрыли глаза. Элизабет сосредоточилась, воскрешая в памяти самые яркие образы, стараясь представить всё предельно чётко.

Казалось, ничего не произошло. Но когда они вновь открыли глаза, вместо уютной комнатки перед ними раскинулась широкая городская улица. Люди спешили по своим делам и то и дело задевали ошарашенных путешественников.

Троица радостно вскрикнула:

— Ура!

— Так, мы попали на родину Снежной королевы. Что дальше? С чего мы собираемся начинать? — вдруг спохватилась Элизабет. Их план заканчивался именно на этом моменте — дальше начиналась голая импровизация…

Вечер 17-ого августа. 129 дней до Рождества. Где-то в Драйсдейле.

— Испорчены насквозь, испорчены насквозь! — заливисто запела Моника.

Просторная комната с высокими окнами, закрытыми тяжёлыми шторами, гудела от веселья. Вокруг массивного прямоугольного стола кружились в хаотичном танце эльфы и гномы. В центре стола возвышался внушительный подсвечник, а по краям громоздились тарелки с остатками еды, полные и опустошённые бутылки спиртного. Углы комнаты освещали лампы, но их свет тонул в буйстве празднества. Из динамиков рвались жёсткие ритмы музыки.

— Итак! — Моника резко подняла голос, заставляя всех обернуться и приглушить музыку.

Прежде она восседала на стуле с высокой спинкой, но теперь перебралась на стол — для лучшего обзора. В руке её поблёскивала бутылка дорогого вина, а алое платье с глубоким декольте и стрелками от бёдер подчёркивало каждый жест. Красные ногти, обрезанные перчатки, обрамляющие предплечья и кисти, и изысканное красное украшение с завитками и белыми жемчужинами на голове — всё это создавало образ дерзкой королевы вечера. Лишь тёмные тени на веках и чёрные губы оставались неизменными, хотя половина помады уже украшала горлышко бутылки.

— Я очень рада, что нам удалось собраться в этом прекрасном месте… — Моника широким жестом обвела комнату. — Вот только вылетело из головы, что это за место… Кай, милый, напомни‑ка!

— Мы в знаменитом зале Старейшин, резиденции Санта‑Клауса! — с гордой ухмылкой воскликнул рыжеволосый эльф.

— Да‑да‑да! — взвизгнула Моника, взмахнув бутылкой так резко, что вино плеснуло на стол. — Совсем недавно здесь сидели самые важные шишки города, принимали новые указы и законы. Я и сама тут бывала — пока меня не вышвырнули… А теперь я вышвырнула их! Ах‑ха‑ха! — Внезапно она осеклась, окинула взглядом собравшихся. — Но мы собрались не для того, чтобы хвастаться заслугами. К нам присоединился мой близкий друг и приятель! Я думала, он остался таким же душным, но, к счастью, нет! Поприветствуйте! Лен Ван Арт!

Среди толпы выделился эльф в чёрной рубашке и карими глазами, которые во тьме казались почти чёрными. Он поднял бокал с виски, едва на него обратили внимание.

— Именно благодаря ему мы теперь знаем, куда исчезла шоколадная фабрика, и даже знаем, как её вернуть — вместе со всем содержимым, к счастью, а-ха-хах!

— Смерть Санте! — выкрикнул кто‑то из гномов.

— Смерть Санте, смерть Санте! — подхватили остальные.

Музыка грянула снова, и гости вернулись к веселью, перебрасываясь оживлёнными репликами.

Моника приблизилась к Лену и легко провела ногтем по его щеке.

— Ты такой высокий… Может, присядешь? — игриво протянула она.

— Конечно, идём, — Лен обнял её за талию, и они направились к тёмно‑синему дивану в углу зала.

Устроившись на мягкой обивке, они завели негромкий разговор.

— Где же ты был раньше, мой милый Лен? — Моника окинула его печальным взглядом. — Знаешь, до этого дня я даже не замечала, какой ты у нас красавчик.

— Спасибо за комплимент, — улыбнулся эльф. — Ты же знаешь, мне пришлось притворяться «хорошим мальчиком», чтобы выудить информацию у остальных.

— Поцелуй меня, чего ты ждёшь? — внезапно потребовала эльфийка. — Не бойся, второй раз соединение судеб не работает — я могу развлекаться сколько угодно и с кем угодно.

— Ты действительно этого хочешь? — Лен с сомнением посмотрел на Монику, медленно приближаясь к её лицу, касаясь руками её оголённой спины. — А что насчёт Натаниэля?

— А ты правда думаешь, что мне не всё равно, что думает Натаниэль? — Моника нахмурилась. — Если бы этот маг примкнул к нам, может, я бы и дала шанс нашим отношениям… Но… — Она счастливо огляделась. — Похоже, он не с нами. Какая жалость!

— Ладно, успокойся, — Лен взял её за подбородок и притянул ближе. — Мне будет удобнее, если здесь станет немного темнее…

— Что ты имеешь в виду? — шёпотом спросила Моника. Её щёки обжигало дыхание эльфа, и она была на грани срыва.

— Вот это, — Лен вытянул указательный палец и провёл им линию в пустоте. Свечи на столе разом погасли, лампы перестали светить. Только шторы пропускали слабый свет полярного дня.

— Не беспокойтесь, продолжайте веселиться! У нас есть магия и искрящаяся пыль! — крикнула Моника. Толпа продолжила болтать, поджигая маленькие, едва заметные вспышки.

Эльфийка уже опрокинула Лена на диван и взобралась на него сверху. Шёлковая рубашка натянулась, очертив мускулы на руках Ван Арта. Заметив это, Моника покраснела и положила руки ему на грудь.

— А ты не слишком пьяна? — Лен бросил взгляд куда‑то вглубь комнаты, словно искал что‑то.

— Это что-то меняет? — Моника облизнула губы и начала расстёгивать рубашку Лена. — Я же должна вознаградить своего тайного агента…

## Глава 5

Утро 18‑го августа. 128 дней до Рождества. Дания, центральная площадь Копенгагена.

Воздух был пропитан свежестью уходящего лета — лёгким ароматом цветов и едва уловимой ноткой морской соли, доносящейся с набережной. Солнечные лучи играли на фасадах старинных зданий, отбрасывая длинные тени, а голуби, словно заправские горожане, деловито расхаживали по брусчатке.

Элизабет стояла, заворожённо глядя на фонтан в центре площади. Вода переливалась в лучах солнца, и на мгновение ей показалось, что в брызгах мелькнули ледяные узоры

Год назад она узнала, что сказка о Снежной королеве — не просто выдумка. И хотя детали оставались для неё загадкой, сам факт реальности этой истории кружил голову. «Кто бы мог подумать, что родина Андерсена — это ещё и родина Кая, Герды и самой Снежной королевы?» — размышляла она. Каждый раз, вспоминая Кая и Герду, Элизабет представляла не сказочных персонажей, а рыжеволосых брата и сестру, поэтому путалась.

— Может, расспросить местных? Кто же не знает знаменитых Кая и Герду или их предков? — предложила Элизабет, оглядываясь по сторонам.

Мигель задумчиво провёл взглядом по толпе, впитывая детали: туристы с картами, уличные музыканты, продавцы сувениров.

— В том‑то и дело, что никто. Они считаются выдуманной сказкой писателя, — ответил он, слегка пожав плечами.

Ричард, не теряя оптимизма, достал из рюкзака яблоки и раздал их друзьям. Хруст сочного фрукта прозвучал в тишине.

— Всё равно тут должно быть что‑то, что указывает на местонахождение королевства, — откусив яблоко, произнёс он. — У Кая и Герды должны быть внуки.

Троица выглядела настолько рассеянной и взволнованной, что к ним невольно подошла женщина. На вид ей было чуть за пятьдесят. Её оранжевое платье с цветочным узором обтягивало широкую фигуру, придавая ей вид жизнерадостной хозяйки жизни. Низкие каблучки громко постукивали по брусчатке, а маленькая красная сумочка то и дело скользила по руке — от запястья до предплечья, будто была живой.

Женщина окинула их внимательным взглядом, задержавшись на необычных чертах Мигеля (тот как раз повторно съел конфету превращения), затем улыбнулась — широко, искренне.

— Вам помочь? Потерялись? — на удивление, она заговорила на общем языке без малейшего акцента.

— А… — Элизабет переглянулась с Мигелем, ища поддержки. — Нам нужно попасть к Каю и Герде… — решилась она. Попытка не пытка!

— Ох, так они совсем рядом! — улыбнулась женщина, и в её голосе прозвучала такая уверенность, что троица невольно вздрогнула.

— С‑серьёзно?! — воскликнули они хором, не веря своим ушам.

— А? Вас было трое? Простите, совсем старая стала, не вижу ничего, ха‑ха, — рассмеялась женщина, уставившись на Ричарда.

— Можете вы нас провести? — Элизабет шагнула вперёд, привлекая внимание к себе.

— А? Да‑да, конечно. Просто внешность у твоих друзей… как будто из рекламы вышли, — женщина окинула Ричарда и Мигеля оценивающим взглядом, затем махнула сумочкой в сторону широкой улицы. — Идём.

Путь оказался недолгим. Элизабет пыталась вспомнить, как они с мамой гуляли по этим улочкам, но воспоминания были размытыми после всего случившегося в Драйсдейле она едва помнила свою прошлую жизнь. Единственное, что осталось в памяти, — эта площадь и фонтан.

— А вот мы и на месте! — воскликнула женщина, взглянув на наручные часы. — Ой, я же опаздываю! До свидания, удачи вам! — она послала воздушный поцелуй Ричарду и стремительно удалилась, цокая каблучками.

Перед ними красовалось кафе с огромной красочной голубой надписью: «В гостях у Кая и Герды». Вывеска переливалась на солнце, словно покрытая инеем, а окна были украшены снежными узорами.


— Забавно, — улыбнулся Ричард, рассматривая фасад.

— Очень… — вздохнул Мигель. — Похоже, они решили поставить кафе в честь персонажей сказки. Но мы можем хотя бы поесть. Диана ведь дала деньги?

— Да, — кивнула Элизабет. В подтверждение её слов живот тихо заурчал, напоминая о том, что завтрака не было. Они переносились, когда у Дианы был поздний вечер, а здесь, в Копенгагене, уже наступило утро.

Они вошли внутрь. Обстановка оказалась весьма уютной: мягкие диваны, тёплые лампы, создающие приглушённый свет, и лёгкий аромат свежей выпечки. Лишь пара столиков выделялась — они словно застыли во времени, покрывшись тонким слоем инея, будто прямо из сказки.

Помещение напомнило Элизабет кафе в Драйсдейле, только здесь всё было крупнее, просторнее, с налётом европейского шарма. Меню подавали в виде книги сказок Андерсена — каждая страница была украшена иллюстрациями, а названия блюд звучали как строчки из волшебной истории. Удобно, что названия были на двух языках. Видимо, для туристов.

Команда села за первый попавшийся столик и погрузилась в изучение меню

— А тут мило, — оценила Элизабет, листая страницы. Её пальцы скользили по рельефным буквам, а глаза жадно впитывали каждую деталь.

— Не считая тех двух столов, — Мигель кивнул в сторону замороженных столиков, и его голос прозвучал слегка настороженно.

— Так, не знаю, как вы, ребята, а я бы отведал рагу от Снежной королевы и кристальное кофе, — заявил Ричард с энтузиазмом, закрывая меню.

— Hallo! Har du valgt noget? — к ним подошёл официант, улыбаясь.

Элизабет обратилась первая.

— К сожалению, мы не местные.

— О! — парень мгновенно переключился на другой язык. — Прошу прощения, не сразу приметил. Здравствуйте, ещё раз. Меня зовут Джеспер. Вы определились с меню?

— У вас всё сделано в стиле сказки Андерсона, Джеспер, — Элизабет попыталась завязать разговор. — Говорят, что Кай с Гердой действительно существовали. Вы знаете что‑нибудь об этом?

Официант посмотрел на них как на дурачков.

— Если вам интересно подобное — можете посетить замок Снежной королевы, это парк развлечений. Находится по улице Frederiksgade.

— Нам скорее интересно что‑то пореалистичнее, — улыбнулся Ричард.

— Понимаете, мы не просто туристы. Мы пишем статью про Кая и Герду для газеты, — Элизабет принялась сочинять на ходу. — И мы более чем уверены, что можем найти ответы здесь.

Парень почесал голову, посмотрел на свой блокнот.

— Конкретно здесь вы можете разве что вкусно поесть, — он вздохнул. — Вы прямо как моя бабушка Софи. Она помешана на этой сказке, знает её наизусть от строчки до строчки. И утверждает, что Кай и Герда жили здесь, в Копенгагене, и Кая украла королева. Ха‑х, ну что за бред?

— А ты не думал, что это может оказаться правдой? — спросил Ричард.

— Конечно же, нет, — Джеспер посмотрел на троицу. — Хотя… это смотря во что верить. Ладно. Я дам вам небольшую наводку, но вполне вероятно, что там вы ничего не найдёте.

— Мы слушаем, — девушка благодарно посмотрела на официанта.

— Я скажу, но обещайте, что сделаете заказ. Не хочу потом получать нагоняй за болтовню с приезжими, которые ещё и ушли, не сделав заказа.

— Сделаем, мы очень голодны, не сомневайтесь, — ответил Ричард.

— Хорошо, — официант пригнулся к ним. — Вы можете сходить к заброшенному особняку, что на краю юга города.

— Заброшенный дом? — переспросил Мигель.


— Там раньше жила богатая семья Киргстонов, но их род закончился, как говорят, на брате и сестре. Вышло так, что семьи у них не было. Поговаривают, что там вообще кроме них никто и никогда не жил. А их могилы стоят прямо рядом с особняком, что и отпугивает прохожих. Есть легенда, что теми братом с сестрой были Кай и Герда.

— Но по сказке они были соседями, — не понимала Элизабет.

— Такие вопросы не ко мне. Бедный Ханс уже в могиле вертится от того, сколько раз переврали его сказку и напридумывали историй. В любом случае дом — единственное, что не является бутафорией.

— Спасибо вам большое, Джеспер! — воскликнула Элизабет.

— А теперь, будьте добры, сделайте заказ.

Плотно пообедав, троица отправилась блуждать по городу, спрашивая у прохожих, как пройти к тому страшному особняку. Не все говорили на общем языке, не все отвечали. Пришлось потратить полдня, чтобы выйти на нужный особняк.

Когда они наконец увидели его, солнце уже клонилось к закату, бросая длинные тени на мощёную улицу. Особняк возвышался мрачной громадой — стены, поросшие плющом и мхом, окна, заколоченные досками, дверь, перекосившаяся на ржавых петлях. Воздух вокруг казался густым, словно пропитанным тишиной прошедших лет.

— Выглядит… зловеще, — прошептал Мигель, невольно делая шаг назад.

— Но именно это нам и нужно, — твёрдо сказала Элизабет, хотя внутри всё сжималось от необъяснимого страха.

Они обошли здание вокруг и увидели то, о чём говорил Джеспер: две каменные плиты, почти скрытые под зарослями крапивы и чертополоха. Надписи на них стёрлись от времени, но очертания букв ещё можно было различить.

— «Никси Киргстон» и «Регин Киргстон», — прочитала Элизабет, проводя пальцем по выцветшим буквам. — Это же латынь?

— Может, просто совпадение? — Мигель всё ещё сомневался, но его голос звучал неуверенно.

— Совпадений не бывает, — резко ответил Ричард. — Особенно когда речь идёт о сказках, которые оказываются правдой.


Ветер пронёсся по двору, взметнув сухие листья и заставив ветви старого дуба заскрипеть. Жутко. Словно сейчас из кустов кто-нибудь на них выпрыгнет.

— Надо зайти внутрь, — решительно произнесла Элизабет.

Ричард уже шагал к двери, его рука потянулась к ржавой ручке.

Дверь со скрипом отворилась, открывая тёмный проём. Внутри пахло сыростью и пылью.

— Ну что, идём? — Элизабет глубоко вдохнула и шагнула вперёд.

Зайдя внутрь, Ричард кинул горсть рассеивающей пыли света, чтобы было что-то видно и посмотрел на брата.

— Тоже это чувствуешь?

— Да. — Ответил лекарь.

— Вы о чём? — спросила Элизабет. Она ощущала только пыль.

— Видишь? — Ричард указал под ноги. — Может показаться, что это обычная пыль, но если всмотреться — ты увидишь, что она движется и искрит.

Элизабет пригляделась — и подпрыгнула. Найдя ближайший диван, она встала на него, будто это могло спасти её от невидимой угрозы.

— Значит, мы прокляты? Сколько этого проклятия уже на наших ногах?

Ричард подошёл к девушке и, взяв её за талию, мягко опустил обратно на пол.

— Проклятия работают не так. Дом заговорен — кто‑то пытался что‑то скрыть.

Элизабет выдохнула. Она подошла к рабочему столу в гостиной, на котором лежала запылённая книга с закладкой.

— «Сказка „Снежная королева“ Г. Х. Андерсена», — прочитала она, осторожно открывая страницы.

Книга рассыпала облако пыли, но Элизабет не отступила. Она покрутила её в руках, надеясь, что из неё выпадет что‑то важное. Безрезультатно.

Больше комнат на первом этаже они не нашли — лишь ванные и туалеты, покрытые паутиной и плесенью. Пришлось осыпать рассеивающей пылью и второй этаж.


На втором этаже команду встретил второй большой зал — судя по книжным шкафам, он служил когда‑то библиотекой или гостиной. В воздухе витал запах старой бумаги и тления. На стене висела большая потёртая картина, но разглядеть что‑либо на ней было невозможно — время стёрло все детали. Троица прошла мимо, не задерживаясь.

Далее следовал ряд комнат.

— Давайте разделимся. Я пойду дальше, вы осмотрите комнаты здесь, — предложил Ричард, его голос звучал твёрдо, но в глазах читалась настороженность.

— Хорошо, — Элизабет взяла Ричарда за руку, будто это могло удержать их вместе, несмотря на расстояние.

— Эй, ребята, вам это понравится, идите сюда! — закричал Мигель из соседней комнаты.

Ричард и Элизабет прибежали к нему.

— Кто‑то явно не хотел, чтобы сюда заходили, — лекарь указал на тройной замок на полу. Затем он протянул Ричарду пожелтевшие бумаги.

Ричард прочёл вслух:

— Дело № 256. «Загадочная смерть близнецов Никси и Регин». Если хотите узнать, что на самом деле произошло 8 декабря 1976 года в 16:19 вечера, то прочтите эту статью.

Они сели на пыльный диван, чьи пружины протестующе скрипнули под их весом. Воздух был густым от пыли и духоты. Ричард продолжил читать, его глаза скользили по выцветшим строкам:

«Похороны прошли гладко, как по мне — слишком гладко. И я начал расследование: что‑то мне не давало покоя. То, что Никси и Регин были внуками Кая и Герды, это уже было точно известно. Оставалось раскрыть тайну их смерти.

Почему же она показалась мне странной? Да вы сами прочтите вердикт: „Близнецы Никси и Регин попали в аварию и разбились насмерть, тела были найдены и похоронены, как подобает“.

Что ж, тогда пусть они объяснят мне, по какой причине их гробы ПУСТЫ! Да, вы сочтёте меня грубияном и богохульником, но мне взбрело в голову осмотреть их тела. Но я ведь был прав: они не разбивались насмерть!

Тогда куда же они делись? Это я выяснил тоже. Представляете, карты, что были нарисованы руками близнецов, оказались правдивы! Я нашёл королевство Снежной королевы! И у меня есть доказательство — в углу статьи вы найдёте фото рядом с замком!

Многое я не расскажу, ведь я заключил контракт о молчании с королевой. Но одно я вам сказать могу: Никси и Регин находятся в самом что ни на есть Зазеркалье!»

В углу статьи и правда находилась фотография: человек в старомодном плаще стоял на фоне громадного ледяного замка.

— Как же хорошо он промолчал, что аж статью написал, — усмехнулся Мигель.

— Зазеркалье? — воскликнула Элизабет, её глаза расширились от потрясения. — Так они в Зазеркалье?! Но как?! Рик, ты же говорил, что это иллюзионный мир!

— Да, Зазеркалье — это ненастоящий мир. Но это место затягивает души и не даёт им уйти на покой.

— Так, ясно… А что там насчёт королевы?

— Никси и Регин, — произнёс Ричард, его взгляд был прикован к снимку.

— А? — не поняла Элизабет.

— Никси и Регин. Никсирегина на латыни — Снежная королева, — пояснил Мигель.

— Серьёзно?! — ещё больше изумилась Элизабет, её голос дрогнул. — Значит, им их дали… или сын, или дочь Кая и Герды?

— Именно, — кивнул Ричард.

Элизабет задумалась. Её взгляд рассеянно скользнул по комнате, пока не остановился на собственном кроссовке, чей шнурок развязался. Она нагнулась, чтобы перевязать его, её пальцы дрожали от волнения.

— Проклятие может скрывать проход к замку? — предположил Мигель.

— Снять не снимем — не знаем источника. Но можно попробовать разрушить. Бет, что думаешь?


Ричард повернулся к девушке, но внезапно бумаги выпали из его рук.

— Где она?!

***

Элизабет выпрямилась и оступилась. Голова слегка закружилась — ощущение было странным, ведь анемией она не страдала. Она огляделась: в комнате загустел серый туман, а эльфов и вовсе не было.

— Ричард? — позвала она. — Ричард! Мигель!

Сердце застучало чаще. Главное — не паниковать. Что произошло? Она всё ещё в доме, это было ясно.

Элизабет прошла к выходу из комнаты, но вдруг остановилась. Из тёмного угла донёсся звук чьих‑то глотков — размеренный, спокойный.

— Кто здесь? — спросила она, тут же пожалев о своём вопросе. В фильмах после таких слов обычно следовала неминуемая гибель.

Умирать девушка не планировала. Более того, она поняла, что ей на самом деле очень не хочется знать, кто же там, в углу, делает эти медленные глотки — будто из чашки, будто из чего‑то куда более зловещего.

Элизабет вышла, сделала шаг в коридор — и едва не сорвалась вниз, громко вскрикнув. Ей повезло: она сумела ухватиться за дверную ручку и перекинуться назад.

Девушка всмотрелась сквозь туман. Да, это определённо была она, Элизабет имела небольшое представление о таком — прямо на выходе из комнаты была огромная, бездонная пропасть. А это значит…

Элизабет повернулась и посмотрела в угол комнаты.

— Здравствуйте?

Глотки прекратились. Стоит ли активировать магию? Разумеется, да! Элизабет сосредоточилась — и когда её ладони загорелись изумрудными искрами, стало чуть спокойнее. Она сможет дать отпор. Не факт, что это спасёт её от ужасного монстра, пьющего так громко — то ли чай, то ли кровь врагов, — но она хотя бы поборется за свою жизнь.

— Зачем вы явились сюда?

Голос из угла был неприятным — будто сам дом, полный пыли и грязи, открыл рот и заговорил. Стоило ли его обманывать?


— Мы ищем проход на Южный полюс. К Снежной королеве.

Голос засмеялся — приглушённо, будто кашлял. Но Элизабет точно поняла: это был смех.

— Снежной королевы нет. Она в Зазеркалье.

Определить возраст по говору, как это обычно делала девушка в Драйсдейле, ей не удалось. Даже в поле существа Элизабет сомневалась. Голос был одновременно недостаточно низким для мужского и недостаточно высоким для женского.

Врать ему она не решилась, но и оглашать весь план целиком было неправильно — вдруг существо связано с феями или иными врагами Драйсдейла?

— Мы знаем. Нам нужна её… — Элизабет сглотнула, вспоминая имя. — Нам нужна Снежка.

— Такая есть, — прокряхтел голос, снова что‑то отпив. Элизабет очень не нравилось, что она не видит его!

— А где мои друзья? Они были здесь.

Голос снова засмеялся.

— Они мужчины! Не хочу разговаривать с мужчинами.

— А вы… женщина? — И зачем Элизабет это спросила? Ей нужно выбираться, а не уточнять, с кем из‑за угла она общается!

— Я не женщина и не мужчина. Я проклятие. И с женщинами никогда не общался. Хотя судя по твоему визгу ты скорее девчонка.

Элизабет сделала шаг назад и едва опять не провалилась в пропасть. Она нахмурилась и со всей силы закрыла дверь.

— Получается, вас наложили на этот дом?

— Меня создали для охраны портала.

Девушка подошла ближе, но, увидев в тени бесформенные очертания, остановилась.

— Портала? Куда?

— Ты уже догадалась куда, девчонка. Не задавай мне глупых вопросов, иначе я тебя прокляну.

— Разве проклятие может проклинать? — Элизабет это показалось нелогичным, но она пожалела, что спросила: тень шелохнулась.

— О, я не только могу тебя проклясть! Я сделаю так, что тебе изменит твой мужчина, твои близкие тебя предадут, а ты потеряешь все свои силы!

Элизабет старалась не показывать страх, но дрожь рук проконтролировать не смогла.

— Раз ты пожелал говорить со мной — значит, хочешь пропустить к порталу, — девушка осеклась. — Нет, не хочешь. Ты должен пропустить нас. Но как и любое проклятие, тебя нужно снять.

Полагаясь на лор сказок, Элизабет посмела предположить, что проклятие — как хранитель и страж портала — обязано пропускать достойных.

— Я правда могу вас пропустить к порталу. Меня создал один сын Небес. Неприятный мужчина. Посчитал, что мне будет приятно жить в этом пыльном доме. А здесь, знаешь ли, нет очереди желающих попасть к замку. Поэтому я и решил поговорить с тобой, девчонка, с мужчинами у меня опыт уже был. Крайне неприятный.

— Так ты пропустишь нас? — время шло. Элизабет некогда было слушать это обезумевшее существо.

— Просто так не пропущу. Это слишком скучно. Мне после вас ещё двадцать лет здесь сидеть, пока кто-то не набредёт.

— Внимательно слушаю твои условия.

— Я задам тебе три вопроса. И ты обязана ответить правду. Учти, что я сразу пойму, если ты лжёшь. Тебе нужно ответить хотя бы на два вопроса правильно.

Элизабет сглотнула.

— И что будет, если я совру?

Она не хотела врать, но что, если Элизабет не будет знать ответа на вопрос? Она много чего не знает!

— Я прокляну тебя, и через несколько часов у тебя остановится сердце.

Услышав, чем ей угрожает существо, сердце забилось в грудной клетке так больно, будто пыталось сбежать.

— Спрашивай.

Она снова услышала звук глотков.


— Ты готова убить, чтобы защитить того, кого любишь?

Элизабет сжала кулаки.

— Кого именно?

— Вопросы здесь задаю я! Отвечай! Кого угодно! Способна ли ты на убийство, Элизабет Мария Морган?

Девушка не стала спрашивать, откуда оно узнало её имя. Она отвела глаза.

— Нет. Лишить кого‑то жизни — ужасный поступок. Я могу навредить обидчику своих любимых. Но на убийство я не способна.

Тень встрепенулась. От неё поползли щупальца, и дверь в комнате вдруг открылась — с другой стороны дунул сильный ветер. Элизабет понесло к пропасти.

— Ложь! — закричало проклятие.

— Я не лгу! — противилась Элизабет, хватаясь за косяк. — Я не убийца!

— Если ты ещё ни разу не убила — это не означает, что ты не сделаешь этого! Помяни моё слово, девчонка, ты убьёшь и не раз!

Ветер прекратился, и Элизабет выдохнула, расслабив руки. Теперь она сидела на пыльном полу, прижимаясь к стене, её сердце всё ещё колотилось, а в ушах стоял гул.

— Второй вопрос: готова ли ты умереть за любовь?

— Чёрт бы подрал твои вопросы! — вырвалось у Элизабет. Она сжала кулаки, пытаясь унять дрожь в пальцах.

— Отвечай!

— И опять окажусь неправа! Какой бы вариант я ни сказала, ты скажешь, что я лгу!

— Я не могу фильтровать твои ответы, глупая девчонка! Я вижу твои колебания, твои глаза, дёрганье рук и даже покусывание щеки! Твой язык может лгать, но тело — нет. Отвечай честно! Отдашь ли жизнь за любовь?

Элизабет зажмурилась. Если она ответит неверно, то умрёт — и унесёт за собой тысячи, миллионы других жизней. Но если на кону будет жизнь Ричарда… её Ричарда…

— Да, — чётко ответила она, выпрямив спину. — Да, я умру за него.

Проклятие засмеялось — звук был похож на скрежет ржавых цепей, но ветра не последовало.

— Ты не ценишь ни свою жизнь, ни жизни других. Убийца и самоубийца в одном флаконе!

Элизабет закатила глаза. Проклятие успело порядком её достать, но впереди был третий вопрос — решающий.

— Я жду третий вопрос, — прервала она хохот Проклятия, стараясь говорить твёрдо.

— Чего ты боишься больше всего, девчонка?

Голова загудела. Чего она боится? Да всего! Начиная от лифтов и заканчивая смертью близких. Но что для неё самое страшное? Элизабет взглянула на свои светящиеся руки и вдруг вспомнила фей Лодосса — их глаза, полные ненависти и обиды, когда они осознали, что утратили свои силы.

— Больше всего я боюсь… — она посмотрела прямо в угол, словно желая, чтобы Проклятие увидело её глаза, — себя.

Элизабет много чего боялась. Боялась ездить в лифтах и пауков. Она могла вскрикнуть, даже если к ней подкрадывались сзади, даже когда она точно знала, что это Ричард. Она боялась высоты и червяков в яблоках. Боялась эльфов и гномов, которые забивали её до смерти. Боялась стрел и ядов. Но с того самого дня, как Элизабет узнала, что в её жилах течёт кровь разрушения — она стала бояться самой себя. На время этот страх отошёл, спрятался в угол — как это Проклятие. Но когда Элизабет воочию увидела, на что способна магия в ней, когда поняла, что может лишить бессмертия и силы даже таких существ, как феи, — стало по-настоящему страшно.

Она испугалась за Ричарда, за Мигеля, за Лена и остальных. Что, если в один ужасный день она не сможет сдерживать свою силу и навредит им? Её сила действительно способна на ужасные вещи, и в последнее время Элизабет чувствовала себя заведённой тикающей бомбой. Одно неверное движение — и всё взлетит на воздух.

— У тебя тяжёлая судьба, девчонка. — Ей показалось, что Проклятие вздохнуло.

— Это ты так проклинаешь меня? — ухмыльнулась Элизабет, понимая, что прошла испытание.

Проклятие закряхтело — девушка не смогла разобрать, смех это был или плач.

— Мне не ведомо будущее. Но про твоё точно нельзя сказать ничего хорошего.

— Главное — оно есть. Это уже, знаешь ли, неплохо, — Элизабет поднялась и отряхнула себя от пыли, стараясь не обращать внимания на дрожь в коленях.

— Внимательно смотри на обои.

— Что? — она обернулась, но в углу уже ничего не было.

— Элизабет! — услышала она голос Ричарда, и в следующую секунду её окутал приятный запах мяты и морозной свежести.

— О боги, Ричард! — девушка прижалась к эльфу, чувствуя, как напряжение покидает её тело. Только сейчас она поняла, как же сильно испугалась.

Мигель подошёл к ним.

— Мы поняли, что тебя забрало Проклятие этого дома. Нужно было рассказать тебе об этом раньше. Проклятия могут оживать и создавать иллюзии. Оно тебя не тронуло?

Элизабет выбралась из объятий Ричарда и поставила руки в боки, гордо вздёрнув нос.

— Пока вы здесь прохлаждались, я проходила испытание от Проклятия! И чуть не умерла! Зато теперь мы можем пройти сквозь портал без проблем.

— Ты невероятная, Морган, — в его глазах читалась неподдельная гордость.

— Так где портал? — спросил Мигель, оглядываясь по сторонам.

Девушка осмотрелась. Элизабет подошла к углу, где сидело Проклятие. Она дотронулась до оборванного куска обоев и сорвала его. Пустота. Она содрала кусок побольше — и под ним на стене показалась алая линия, словно нарисованная раскалённой иглой.

— Это то, о чём я думаю? — лекарь провёл пальцем по линии и упёрся в обои. Стена была большой, а обои отходили плохо, цепляясь за штукатурку, будто не хотели открывать тайну.

— Отойдите, — скомандовал Ричард, активируя магию.

Эльф взмахнул правой рукой, вытянул указательный палец и резко дёрнул ею вниз. Обои со скрипом отделились от стены, обнажая древнюю кладку, и с шелестом упали на пол.

— Так вот как выглядят порталы… — Элизабет подошла к стене и провела руками по красным, слегка выпуклым линиям. Они пульсировали, будто живые, излучая едва уловимое тепло. — И как его открыть?

Стоило Элизабет это произнести — красные линии вспыхнули ослепительным светом. Спустя секунду в стене появилась дыра, обрамлённая пульсирующим синим сиянием. Внутри портала клубились вихри ледяного тумана, переливаясь всеми оттенками ультрамарина и аквамарина. От него задул сильный холодный ветер.

— Пыль тепла! — крикнул Ричард, передавая Элизабет мешочек.

— Точно! — опомнилась она.

Они дружно обезопасились от холода — едва заметные золотистые искорки окутали их, создавая тонкий защитный кокон.

— Заходим в портал! Одновременно и взявшись за руки! — скомандовал Ричард.

Троица крепко сцепила руки — и уверенно зашла в светящееся красное образование. На мгновение их окутала ослепительная синева, а потом…

…Они провалились под снег.

Никто не успел выйти из сугроба, как началась сильная метель. Видимость упала до нуля — белые вихри кружились вокруг, скрывая всё, даже ледяной замок королевы.

— Всё такое белое… — Мигель щурился от снега.

— А здесь намного холоднее, чем на Северном полюсе, — подметил Ричард, оглядываясь. Его дыхание вырывалось белыми клубами, тут же растворявшимися в метели.


— Однако… — Элизабет хитро посмотрела на братьев. — Мы на Южном полюсе! — Девушка подпрыгнула, но тут же поняла, что лучше не стоит, — иначе они снова провалится под снег.

Они быстро выбрали примерный путь - прямо и шагали по сугробам сквозь бушующую бурю. Снег хрустел под ногами и проваливался от каждого шага.

— Собрались, ничего не скажешь — бурчала девушка. Они все были в летнем и выглядело это очень нелепо.

— Я так скучал по этому! — Ричард вдохнул холодных воздух, слепил снежок в руках. Холод приятно обжигал кожу.

Тут Элизабет заметила, как сквозь летающий снег на них бежит что‑то чёрное.

— О боже, что это?! — воскликнула она, указывая пальцем на приближающееся тёмное пятно.

— Бет, встань сзади нас! — крикнул Ричард и уже приготовился атаковать приближающегося врага силой — его ладони засветились голубым огнём.

Существо подошло ближе, и его наконец можно было разглядеть.

— Что… — девушка присмотрелась. — Да это же…

Перед напугавшейся троицей стоял самый что ни на есть настоящий пингвин. Невысокий, с блестящими чёрными глазами, он переступал лапками, будто танцевал.

— А он правда нас не тронет? — спросила с опаской Элизабет, всё ещё держась за спинами эльфов.

— Ну, трогать его, конечно, не стоит, — Ричард взял в руки немного снега, скатал его и кинул снежок в сторону.

Пингвин явно был любопытным — он кинулся вслед за снежком, перебирая пушистыми лапами, и забавно скользил на льду.

— А он милый, — улыбнулась Элизабет.

— Наверное, ещё малыш, — предположил Ричард.

— Ребята! — закричал Мигель, который уже успел отойти на пару метров от друзей. — Замок здесь!

Они обернулись. Сквозь метель проступали очертания ледяного замка — огромные шпили, словно застывшие сосульки, пронзали небо. Стены переливались всеми оттенками синего и фиолетового, будто были выточены из самого северного сияния.

— Наконец‑то, — прошептала Элизабет, чувствуя, как сердце забилось чаще. — Мы нашли его.

## Глава 6

Ночь с 18 на 19-ое августа. 127 дней до Рождества. Драйсдейл. Резиденция Санта Клауса.

Моника принялась расстёгивать рубашку Лена с поразительной скоростью — пальцы скользили по ткани, будто танцевали в лихорадочном ритме. Каждая пуговица поддавалась легко, обнажая всё больше белой кожи эльфа. В какой‑то момент её нога упёрлась во что‑то жёсткое в правом кармане его штанов.

— Ха‑х, а это что? — с игривой наглостью эльфийка запустила руку в карман и вытащила оттуда складные пластиковые защитные очки. Они блеснули в тусклом свете. — Для чего они тебе?

— Ты посмотри, — Лен взял очки, ловко раскрыл их и водрузил на нос. Его глаза за стёклами стали ещё темнее, а на губах заиграла полуулыбка. — Разве они мне не идут?

— Это смешно, — Моника всем телом навалилась на него, прижимаясь так тесно, что он ощутил тепло её кожи сквозь тонкую ткань платья. — На кой ты их притащил? От меня защищаться?

— Ну… — Эльф на мгновение отвлёкся, взгляд его скользнул в темноту за пределами их укромного уголка. В глазах мелькнуло что‑то неуловимое — то ли тревога, то ли азарт.

В следующий миг Лен резко схватил Монику за плечи, перевернул её — движения были точными, почти хищными. Теперь она оказалась под ним, а он возвышался над ней. Его колено уверенно расположилось между её ног, а лицо приблизилось к её шее. Горячее дыхание коснулось чувствительной кожи, вызвав волну мурашек на теле эльфийки.

— Я всё же предпочитаю, чтобы женщины стонали подо мной, — прошептал он.

Моника пылко выдохнула, но тут же её настроение переменилось.

— Да куда ты уставился?! — она рванулась, пытаясь повернуть голову туда же, куда смотрел Лен. Её взгляд метнулся в темноту, туда, где мерцали огни праздника и слышались приглушённые голоса горожан.

— Прости, — Лен приподнял очки, вставив их в густую копну своих русых волос. Они остались там, как причудливое украшение, подчёркивая его небрежную элегантность. — Иди сюда.

Эльфийка упрямо вертела головой, пытаясь разглядеть что‑то в хаосе огней и теней. Но Лен не позволил ей отвлечься.

— Моника, — его голос прозвучал низко и властно, а глаза сверкнули, будто две звезды. — Обещай смотреть только на меня.

С этими словами он окончательно распахнул рубашку. Ткань скользнула с плеч, обнажая его торс. Даже в полумраке было видно, насколько идеально сложено его тело: рельефные мышцы груди, очерченные, как мраморная скульптура; твёрдый пресс с чёткими линиями, словно высеченными рукой искусного мастера; сильные руки, в которых чувствовалась не только красота, но и мощь, способная и обнять, и сокрушить; кожа, отливающая бронзой в тусклом свете, будто он только что вышел из купальни, наполненной золотым сиянием.

Моника сглотнула, чувствуя, как внутри разгорается огонь. Сколько эльфиек мечтали оказаться на её месте? Сколько долгих Северных ночей они проводили в одиночестве, вожделея и представляя, как Лен Ван Арт входит в их комнату, как его взгляд скользит по их телу, а руки касаются с той же уверенностью, с которой он сейчас касался её?

Она медленно провела пальцами по его груди, ощущая тепло и твёрдость мышц. Её дыхание участилось, а в глазах вспыхнул огонь желания. Лен улыбнулся, наклоняясь ближе, и его губы коснулись её шеи, оставляя след, который горел, как клеймо.

Моника не сдержалась от пламенного стона, полностью плавясь под эльфом. Стоило ей только подумать о том, чтобы повернуть голову, убедиться, что никто за ними не наблюдает, — как почувствовала, что чужие губы властно прильнули к её.

Поцелуй был словно удар молнии — внезапный, жгучий, всепоглощающий. Лен не просто коснулся её рта — он захватил его, подчиняя каждый вздох, каждое биение сердца своему ритму. Его губы оказались твёрдыми и одновременно нежными, словно умели говорить без слов: «Ты моя. Сейчас — только моя».

Моника попыталась вдохнуть, но воздух будто испарился. Всё, что осталось — жар его тела, давление его рук, скользящих по телу, и этот поцелуй, от которого кружилась голова и подгибались ноги. Она невольно вцепилась пальцами в его плечи, чувствуя, как под кожей перекатываются напряжённые мышцы.

Его язык осторожно скользнул между её губ, исследуя, дразня, заставляя её тело отзываться дрожью. Каждый новый миг этого поцелуя был как волна, накатывающая всё сильнее, сметающая остатки сомнений и осторожности. Моника приоткрыла рот, отвечая, отдаваясь этому безумию. Её пальцы скользнули вверх, зарываясь в его волосы, притягивая его ближе, глубже, будто она боялась, что он отстранится. Но Лен не собирался прерываться. Его губы переместились на её подбородок, шею, оставляя огненные следы, а затем вернулись ко рту — ещё более жадно, ещё более требовательно.

Моника почувствовала, как внутри неё разгорается пламя, которое уже невозможно было потушить. Она выгнулась навстречу ему, прижимаясь всем телом, и снова застонала — на этот раз громче, не пытаясь сдержать звук.

— Давайте! — вдруг воскликнул Лен.

— Что?! — не поняла эльфийка.

Внезапно с потолка посыпалась розовая яркая пыль. Моника закричала, но ещё больше ей не нравилась ухмылка Лена в очках.

— Ты гадкий предатель, я тебя убью! — визжала она в попытках вырваться, но безуспешно. В это время закричал и весь народ. Пыль проникала в глаза и усыпляла. На эльфийку она тоже вскоре попала. Она перестала вырываться и сладко уснула, как и остальные члены команды.

Свет в зале включился — резкий, ослепительный, будто пробуждающий от долгого сна. Оставшиеся эльфы, стоявшие в плащах с надвинутыми капюшонами, неспешно сняли их. В воздухе повисла напряжённая тишина, нарушаемая лишь тихим шипением ламп.

Натаниэль шагнул к Лену, его глаза пылали гневом, а пальцы непроизвольно сжимались в кулаки.

— И чего стоило так долго возиться?! — его голос прозвучал резко, он явно был в ярости.

Лен лишь усмехнулся, поднял очки на лоб и принялся застёгивать рубашку — неторопливо, бережно.

— Ну знаешь, она у тебя та ещё львица, — произнёс он, не скрывая лёгкой насмешки. — Трудно будет вернуть её в нормальное состояние…

— Ты облапал мою жену! — не унимался Натаниэль, его голос дрожал.

— Да она от пары прикосновений растаяла, — Лен пожал плечами, будто говорил о чём‑то обыденном. — Кто виноват, что ласки давно не получала? У неё такая нервная работа, а муженёк на фабрике конфетами объедается. Разумеется, её желание стало выше неё самой!

Натаниэлю нечего было на это ответить. Слова застряли в горле, а в груди разгорался огонь обиды и злости. Лен продолжил, его тон стал серьёзнее:

— Главное, что мы остановили их.

На шоколадной фабрике давно остановилось производство. Конвейеры замерли, котлы остыли, а воздух больше не наполнялся сладким ароматом какао. Теперь главной задачей было вернуть городу прежнюю «власть» — восстановить порядок, который был разрушен силами или силой врагов.

План с Леном, который притворился тайным агентом и предателем, сработал на сто процентов. Он сумел проникнуть в самое сердце вражеской организации, выведать их секреты и подготовить почву для решающего удара. А отключить свет в резиденции Санты на время и в темноте проникнуть в зал собраний оказалось проще, чем можно было бы представить — словно сама судьба благоволила их замыслу.

Таким образом, на фабрике появились «заключённые» — эльфы, попавшие под действие токсинов чёрного снега. Их глаза были пусты, а движения — механичны, будто они превратились в бездушные куклы. Теперь предстояло освободить их от этого кошмара, вернуть к жизни, к разуму, к самим себе.

К сожалению, у Натаниэля было слишком мало времени на эксперименты. Противоядие ещё не готово — его формула оставалась загадкой, требующей кропотливой работы и точных расчётов. Заняться готовкой предстояло прямо сейчас.

А пока Драйсдейл переживал свои не лучшие времена, команда спасителей стояла на другой стороне Полюса Земли перед замком Снежной королевы.

***

Среди ветров и метели просматривался большой ледяной замок. Он представал перед глазами как абсолютно безжизненная скульптура изо льда — словно застывшее дыхание самой зимы. Сложно было поверить, что там кто‑то обитает. Всю красоту и мощь замка не удалось рассмотреть из‑за Полярной ночи, которая наступает на Южном полюсе сразу после Полярной ночи на Севере. Тьма окутывала громаду, лишь изредка вспыхивая отблесками неведомого света, пробивающегося сквозь ледяные шпили.

Троица распахнула рты от изумления и осторожно прошла по ледяной тропинке к воротам. Узоры на тропе сверкали и если бы не пыль света, мерцающая в воздухе, Элизабет была уверена: она непременно поскользнулась бы.

— Стучать будем? — спросил Мигель, трогая ледяные ворота. Его пальцы едва касались поверхности.

— Да, как‑никак мы без приглашения, — кивнул Ричард. Он постучал три раза по сверкающим воротам и взял Элизабет за руку. Ладонь эльфа была тёплой, и это тепло немного успокоило девушку. Какая она – Снежка?

Несколько секунд их окружала тишина, нарушаемая лишь завыванием ветра. Потом послышался звонкий мужской голос:

— Секунду!

Ворота распахнулись с лёгким скрежетом, и перед героями появился парень лет двадцати пяти с зубной щёткой во рту. Он был одет в пижаму: розовые штаны с изображениями белых котов, тапочки в виде динозавров и серую футболку с картинкой грустного жёлтого смайлика. Тёмно‑каштановые короткие волосы с парой белоснежных прядей спереди были взъерошены, а его черничного цвета глаза изобразили большое удивление.

Явно не ожидая увидеть гостей, парень на секунду растерялся. Он быстро отошёл в сторону, чтобы отложить щётку, и снова вернулся к порогу.

— Стильно, — усмехнулся Ричард, обращая внимание на пижамные штаны парня.

— Спасибо, — парень улыбнулся белоснежными зубами и внимательно осмотрел гостей. — Такс, кто тут у нас… эльф, ещё один эльф, а ты… — он указал пальцем на Элизабет. — Ты очень похожа на человека, но я чувствую в тебе эльфийскую силу. Полукровка, что ли?

Элизабет ахнула. Это было самое быстрое «расследование» в её жизни. Она чувствовала, что что‑то в этом парне и окружающей его энергетике не так. Воздух вокруг него пульсировал, словно заряженный невидимой силой.

— Быстро ты догадался, — отметил Ричард. — Снежная королева здесь?

— Может, вы хотели сказать — Снежка?

— Да, она.

— А я думал, вы пришли ко мне. Какая жалость, — парень драматично вздохнул и тут же продолжил: — Она в отпуске, но вам повезло — на днях должна вернуться.

— Как скоро? — спросил Мигель.

— Полегче, красавчик. Давайте сначала познакомимся. Вы пришли в такой поздний час, я планировал чистить зубки и ложиться спать, а вам что‑то от Снежки понадобилось…

Ричард нервно хрустнул пальцами.

— Хорошо, — Фитцмор указал на девушку. — Элизабет Морган, и да, ты угадал — она полукровка. Мой брат Мигель Фитцмор, а я Ричард Фитцмор.

— Уже лучше, — похвально улыбнулся парень. — Моё имя Николас Гриндейл, и я друг Снежки. — Он протянул руку Ричарду.

Эльф пожал руку парню и вздрогнул, рефлекторно одёрнув ладонь, будто его ударило током.

— Я… — Ричард посмотрел на брата и Элизабет. — Прошу прощения, мы не должны были быть так грубы.

На этих словах Фитцмор сделал глубокий поклон, затем встал на одно колено. Элизабет уставилась на него. Ричард преклонялся перед каким‑то парнем в розовых штанах, выглядевшим ненамного старше себя.

Девушка взглянула на Мигеля, который с небольшим удивлением посмотрел на Николаса, а потом, всплеснув руками, тоже склонился.

— Сын Небес… — прошептал лекарь.

— Это большая честь… — продолжил Ричард.

До Элизабет наконец дошло. Ток, которым ударило эльфа, был силой сына Небес. Такое происходит из‑за различия магии между существами, созданными детьми Небес, и самими детьми.

Оба эльфа смотрели в пол, не смея поднять глаз на высшее существо. Девушка видела подобное только в Рождество, когда Санта улетал на санях и все горожане склонялись перед ним, показывая уважение и привязанность. Когда Санта коснулся пальцев девушки своей большой рукой - её ударило, но она не знала, что нужно падать ниц. Позже Мигель ей объяснял, что это единичная процедура: при следующих касаниях с сыном Небес тебя не будет бить — магия запомнит.

Элизабет посмотрела на Николаса. Теперь она поняла, что было не так. Энергия в воздухе была слишком сильной — не та, которая витала всегда в Драйсдейле. Это было нечто намного могущественнее эльфийской магии. Она тоже поклонилась, хотя вышло это не так грациозно, как у эльфов.

Николас чуть шевельнул левой рукой, и от неё отлетело несколько настоящих снежинок. Совсем иная магия.

— Давайте опустим эти формальности, ради Небес, — произнёс он, делая знак рукой, чтобы они поднялись. Его черничные глаза излучали серьёзность, а в сказанных словах прозвучали стальные нотки. Это существо явно знало себе цену.

Николас прошёл вглубь замка. В момент он снова переменился и приветливо произнёс:

— Общение пройдёт приятнее, если мы будем говорить на равных. И лучше зовите меня просто Ник. Будем знакомы. Заходите. Я скоро подойду, прошу сесть вон там.

Он указал на ряд ледяных кресел, мерцающих в полумраке. Их поверхность переливалась. Элизабет осторожно опустилась на одно из них — холод не проникал сквозь одежду и этого было достаточно.

Мигель и Ричард последовали её примеру. В воздухе витал запах морозной свежести и прохлады.

Ник исчез за поворотом, оставив троицу в ожидании. Ветер за стенами продолжал выть, но здесь, внутри, царила удивительная тишина — тишина, полная ожидания и предчувствия.

— Странный он… — с этими словами Мигель плюхнулся на жёсткое ледяное кресло, слегка поморщившись от неудобства.

— Для сына Небес? — Элизабет прошлась рукой по гладкой ручке кресла, восхищаясь тонкостью резьбы. Узоры переливались, будто в толще льда танцевали крошечные звёзды. — Хотя да. Я не думала, что дети Небес могут выглядеть… так.

— То, что на мне штаны с котиками, не отменяет того факта, что при желании я могу убить тебя щелчком пальцев, полукровка.

Элизабет покраснела и вжалась в кресло, когда из‑за стены вышел Ник, неся в руках три кружки. В воздухе тут же разлился аромат свежесваренного кофе — тёплый, обволакивающий, контрастирующий с ледяным великолепием замка.

— Здесь очень сильное эхо, — Ник поднял взгляд к хрустальному потолку, где отблески света создавали причудливую игру теней. Потом посмотрел на настороженных эльфов. — Прошу прощения. Не хотел вас пугать. Я не злодей.

Он раздал всем по кружке с кофе. Пар поднимался, рисуя в холодном воздухе тонкие спирали.

— Мне следовало по вежливости спросить, какой кофе вы предпочитаете и пьёте ли вообще, но, к сожалению, у нас в ассортименте только обыкновенный чёрный.

— Спасибо, — Ричард кротко кивнул, осторожно пригубив напиток. Его глаза на мгновение расширились от удивления — кофе был идеально согревающим, без намёка на горечь.

— Спасибо, и прости… — промямлила Элизабет.

— Я никогда не слышал о Николасе Гриндейле, — начал Мигель, вертя кружку в руках. — Ты новопреставленный?

Элизабет знала, что так называли детей Небес, которые совсем недавно стали таковыми — то есть недавно умерли и переродились. Но она также читала, что в последнее время на Земле было ограниченное количество детей Небес. А Санта‑Клаус был единственным, чей мир и существа полностью существовали на сухопутной территории планеты.

Ещё был остров Лодосс, но он слишком скрытен и его нет на картах — в отличие от Северного полюса. Девушке всегда казалось, что если она будет слишком много думать о других галактиках и планетах, о мирах, сосуществующих параллельно человеческому, то у неё взорвётся мозг. Отчасти это было правдой — от сумасшествия её удерживала лишь собственная магия, которая словно шептала: «Ты тоже часть всего этого безумия».

— Новопреставленных на Земле не было с прошлого века, — Николас, похоже, решил выпить кофе вместе со всеми, несмотря на то, что собирался спать. — Я одиночка. Если про меня и ходят легенды, то они не такие громкие.

Элизабет слышала о таких детях Небес, но ни одного из них не знала — не говоря уже о встрече. Хотя, если подумать, Андреас тоже был одиночкой. У него не было ни мира, ни собственных существ — только брат. Ужасно популярный брат.

— Ты сказал, что друг Снежки. Вы пара? — спросила Элизабет. Если парень обладал той же магией, что и королева, то неудивительно, что они живут вместе. Схожие интересы и все такое.

— Это значит, что мы друзья. Можете считать нас соседями по комнате, — Ник оглянулся и улыбнулся. — В данном случае — по замку.

Парень на какое‑то время вновь отошёл, оставив троицу допивать кофе в тишине. Когда вернулся, он выглядел менее растрёпанным, но оставался всё в таком же «наряде» и расположении духа. Николас подошёл к дивану, на котором сидела троица, и, покрутив кистью в воздухе, будто что‑то размешивал, создал себе стул изо льда. Это было так быстро и так по-сказочному, что у Элизабет снова пошли мурашки по телу. Сын Небес по‑царски уселся на него: поставил ногу на ногу и закинул руки за голову.

— Итак, зачем же эльфам Николая понадобилась Снежка?

— Как много ты знаешь о Драйсдейле? — спросил Ричард, его голос звучал сдержанно, но в глазах читалась напряжённая сосредоточенность.

— Ну, примерную картину представляю. Ещё, кажется, Снежка у вас гостила, но всё закончилось не очень. Она заморозила какого‑то гнома… — Николас задумался, роясь в воспоминаниях, его пальцы непроизвольно выводили узоры на подлокотнике ледяного стула.

— Это был наш брат… — в голос сказали Ричард и Мигель.

— Да ну? Серьёзно?! — парень не выдержал и рассмеялся звонким смехом, который эхом разнёсся по залу.

Элизабет про себя отметила, что Ник очень красивый. Не так как эльфы Санты. По-другому. У него не было светящихся глаз и бесконечных блёсток, исходящих от тела. Он был похож на одного из тех парней, которые в секунду умудряются украсть сердце юной девы, а потом также быстро его разбить. Его можно было бы назвать симпатичным человеком, если забыть на миг об энергетике, которая бесконечно кружила вокруг него. Ник был высшим существом, и Элизабет не только чувствовала, но и хорошо знала, как эта сила способна душить.

Сын Небес сам оборвал свой смех и продолжил:

— Случайности не случайны, как говорится… Так что произошло с этим вашим городишкой?

— Драйсдейл пал, — без эмоций произнёс Мигель. Его голос был тихим, но в нём звучала тяжесть, которую невозможно было скрыть.

Николас перестал улыбаться.

— Неужели была война? — Гриндейл с удивлением и каким‑то дружеским сочувствием осмотрел троицу.

— Драйсдейл, сам по себе… он есть, — вклинилась Элизабет, её голос дрогнул, но она тут же взяла себя в руки. — Но сейчас там только монстры: гномы и эльфы под тёмным заклятием.

Мигель вытянул из рукава своей рубашки ниточку.

— Андреас, брат Санты, освободился из вечной тюрьмы и нагнал на город тучу, которая делает чёрный снег. Из‑за этого снега все в городе превратились в чудовищ — кто‑то в прямом смысле, кто‑то в переносном.

— Ага, ясно, — Николас какое‑то время молчал, обрабатывая информацию. Его взгляд скользнул по ледяным узорам на стенах, будто искал в них ответы. — А вы, значит, команда спасателей мира? Но зачем вам Снежка‑то?

— Санта сказал, что только она сможет остановить Андреаса, — ответил Ричард.

— Ладно, я понял. Но прошу извинить, ребята, не выйдет, — сын Небес вздохнул, и в его тоне проскользнула нотка сожаления. — После того как Снежную королеву заперли в Зазеркалье и она переродилась, в ней осталась только малая часть всей силы, которой она обладала. Сейчас она даже толком заморозить ничего не может. Хотя ещё несколько лет назад могла сделать это с человеком. Её силы слабеют с каждым днём. Даже замок, который полностью зависит от эмоций Снежки, приходится поддерживать мне. Она превращается в обычного человека.

— Это мы знаем, — спокойно ответил Ричард, не отводя взгляда.

Ник проигнорировав его, продолжил.

— Когда зеркало разрушилось, Зазеркалье утащило все осколки и всё ещё продолжает высасывать силу Снежки, — объяснил Ник, его пальцы непроизвольно сжались в кулаки. — Изначально Зазеркалье создавалось только для тюрьмы Снежной королевы, но из‑за силы Небес оно стало неуправляемым и обрело собственное сознание, забирающее невинные души. Пусть это место и не считается отдельным миром, зато оно себя таковым считает.

— Именно поэтому мы и собираемся уничтожить Зазеркалье, — Ричард устало потёр лоб и отпил кофе. Его плечи были напряжены и Элизабет подумала о том, что не помешает сделать ему массаж.

— Вы спятили?! — воскликнул сын Небес, выпрямляясь. Часть его кофе выплеснулась на ледяной пол, а замок будто содрогнулся вместе с ним. — Это невозможно! Зазеркалье сводит с ума всех, кто туда забредёт. Вы должны быть ненормальными и суперсильными, чтобы так рисковать.

Парень встал со стула, его тень удлинилась.

— Вам нужно искать другой выход, чтобы спасти свой город. Даже не надейтесь на силу Снежной королевы.

— Но это единственная наша надежда! У нас народ гибнет пачками, пока мы сидим здесь и пьём кофе, — ругнулся Мигель, его голос дрожал от сдерживаемого гнева.

— Сам Санта сказал это сделать, значит, шанс есть! — добавила Элизабет.

— Слушайте, — голос Николаса стал грубее, а воздух будто стал наэлектризованным. — То, что происходит у вас там меня не касается и Снежки тоже. Мне глубоко плевать, что сказал ваш «Санта», — жестом он заковал имя Николая в кавычки. — Вы так рассуждаете, потому что не понимаете: в попытке уничтожить плохое выпустите на свет ещё бо́льшее зло.

— Санта справится с королевой, когда окрепнет, — не унималась девушка, её пальцы сжались в кулаки, а магия внутри неё затрепетала, будто пыталась вырваться наружу.

Николас театрально закатил глаза. Элизабет глупо понадеялась, что сын Небес не только выслушает их, но и решит помочь — всё‑таки Клаус был его сородичем. Но девушка ошибалась. Похоже, все одиночки были склонны к эгоизму.

— Ладно, — начал Ричард, его голос прозвучал неожиданно спокойно. — Ты прав. Это действительно не твоё дело, и тебя наша ситуация ни коим образом не касается. Но зато она касается Снежки. И пока что мы услышали только твоё мнение, так что позволь нам остаться здесь и дождаться её приезда. Если она откажется, мы немедленно вернёмся обратно на Север.

— А чего мне стоит выгнать вас раньше её приезда? — хмыкнул Ник, его улыбка стала холодной, почти ледяной. — Я, конечно, гостеприимный, но не хочу подвергать Снежку такой опасности.

— А ты уверен, что Снежка простит тебе это? — выпалила внезапно для себя Элизабет. Её сердце колотилось, но она не отводила взгляда.

— Что ты имеешь в виду? — Николас слегка наклонил голову, его глаза сузились.

— Пока слухи не распространились, но рано или поздно до Снежки дойдёт информация о падении Драйсдейла. А также она узнает о том, что тот, кто стал ей отцом, находится при смерти. — Элизабет с ухмылкой посмотрела на Ричарда, словно давая ему знак. — И ты, Ник, будешь тем, кто не уведомил её об этом тогда, когда было ещё не поздно его спасти.

Сын Небес сжал губы, его лицо на мгновение исказилось от внутренней борьбы. Но быстро принял равнодушное выражение и вновь по‑лисьи улыбнулся.

— В таком случае, позвольте показать вам комнаты. Вы, наверное, устали с дороги… Как насчёт небольшой экскурсии? — его голос снова стал мягким, почти игривым.

Ник подошёл к высокой закрученной ледяной лестнице. Она устремлялась на второй этаж куда‑то вглубь вырезанной в виде ромба стены замка и была очень тонкой в толщину. Свет, пробивавшийся сквозь ледяные грани, рассыпался по ступеням радужными бликами, отчего те казались ещё более ненадёжными.

Как только Элизабет ступила кроссовками на ледяные ступени, она мысленно вспомнила всех известных ей выдуманными людьми Богов. Опираясь почти всем весом на перила, девушка аккуратно и чертовски медленно начала подниматься. Мало того что лестница была скользкой, так она ещё и была безумно крутой. Даже не будь она ледяной, всё равно нужно было постараться, чтобы не потерять равновесие и не сломать себе позвоночник.

Элизабет огляделась. Эльфы разделяли её боль — тоже не спеша поднимались по ступеням, осторожно ставя ноги и время от времени цепляясь за перила. Один Николас, нарушая все известные девушке законы физики, ловко взбирался по лестнице в бодром настроении, не касаясь перил. Элизабет казалось, что ещё вот‑вот — и сын Небес взлетит. Но вместо этого он развернулся к гостям, и его лицо вновь повеселело — с хитрой, чуть насмешливой улыбкой.

— Можете не верить, но я говорил Снежке, что нам нужно создать небольшой лифт для гостей, который можно было бы поднимать с помощью нашей силы, но она отказалась, — бросил он через плечо.

Элизабет округлила глаза, когда парень заговорил про лифт. Её мученичество на ледяных ступенях тут же стало казаться чуть легче. Если бы её сунули в ледяную шатающуюся коробку, она бы точно обезумела. Девушка посмотрела на забавные зелёные тапочки сына Небес. И как только он так грациозно может бегать по лестнице и замку в этом?

Николас почтенно дождался в коридоре, когда они поднимутся. Их встретили просторные комнаты — настолько большие, что появилось ощущение, будто этот замок строился не для людей, а для каких‑то ледяных великанов. Воздух здесь был прохладным, но не пронизывающим.

— За стеной, где вы сидели, есть кухня. Несмотря на ледяные стены, гарнитур у неё прекрасный, — парень провёл рукой по хрустальной стене, отливающей всеми цветами радуги. — Как проснётесь, можете приготовить себе завтрак из того, что найдёте. Чувствуйте себя как дома. Хотя я не уверен, что в Драйсдейле есть ледяные замки.

Он, явно ощущая себя главным в этом месте, снова прошёлся спиной вперёд, с улыбкой смотря на гостей. Его движения были лёгкими, почти танцевальными, а пижама с котиками и тапочки‑динозавры лишь усиливали контраст с величественным интерьером.

— К замку можно привыкнуть, — Элизабет попыталась подхватить весёлое настроение сына Небес. В конце концов, то, что он послушался их и не погнал за ворота, говорило о том, что у него как минимум есть сердце. Девушка хоть и чувствовала себя далёкой от этого существа, но он выглядел так, будто с ним можно подружиться. И дело было не в яркой домашней одежде, хотя та действительно плохо сочеталась с его званием.

Элизабет подумала о том, хотелось бы ей увидеть Николаса Гриндейла в грозном королевском одеянии, сотканном из кусочков волшебных льдин и шёлка. Возможно. Вокруг него хорошо бы смотрелись большие снежные великаны с квадратными глазами и руками из острых ледяных штырей. Черничные глаза Николаса излучали бы могущество и силу.

«Что‑то я разошлась», — одёрнула она себя, возвращаясь к розовым штанам сына Небес, и улыбнулась.

— Тебя действительно так сильно напрягают мои штаны? — Николас посмотрел на свои ноги. — Может, мне их снять, чтобы не смущать тебя?

Элизабет покраснела. Больше её смутило то, что это сказал ей сын Небес. Ричард встал перед ней.

— Прошу, не флиртовать с моей невестой, — голос эльфа был не особо возмущённым, скорее дружеским. Неужели ему тоже понравился Николас? — Я ведь не посмотрю, что ты сын Небес.

Николас усмехнулся.

— Я и с тобой могу пофлиртовать, эльф.

Элизабет увидела, как бледное лицо Ричарда залилось краской, и чуть не расхохоталась. Для любопытства она взглянула на Мигеля, который стоял с другой стороны. Он смотрел под ноги, и разобрать его эмоции девушка не смогла.

Сын Небес рассмеялся. Его голос ещё некоторое время отдавался эхом по другим стенам. Наконец он развернулся спиной и махнул рукой.

— Остыньте, эльфы Николая не в моём вкусе. Вы больно… — парень попытался подобрать слова, — патриотичные? — Он остановился около второй комнаты с большими массивными дверьми. — Угадайте, что здесь.

— Ледяная комната? — саркастично произнёс Мигель.

Николас будто впервые его заметил. Он ухмыльнулся и посмотрел на дверь. На ней были выгравированы ледяные розы, вокруг которых вились стебли с шипами. Кто бы это ни сотворил, работа была невероятная — каждая деталь прорисована с такой точностью, что казалось, будто цветы вот‑вот оживут.

— На первый взгляд в этой льдине невозможно жить, но не всё здесь такое безжизненное, как может показаться. Это библиотека.

Элизабет с Ричардом переглянулись. А Мигель впервые за всё пребывание в замке сменил эмоцию — в его глазах вспыхнул неподдельный интерес.

— Её поставил сюда ваш Санта, — Николас облокотился на дверь и скрестил руки. — Он сунул сюда всё старьё по детям Небес, древним заклятиям и прочей ереси.

— Заклятиям? — переспросил Мигель, его голос дрогнул от предвкушения.

Гриндейл кивнул.

— Николай оставил эти книги здесь «на всякий случай». Помимо его книг, там ещё множество других — какие‑то Снежка притащила, какие‑то я. Эти двери могу открыть только я и Снежка. Так что обращайтесь.

— Я бы взглянул на эту коллекцию, — прокомментировал Мигель, не отрывая взгляда от массивных узорных дверей. — Утром.

— Конечно, — улыбнулся Ник. — После завтрака с тобой хоть на край света.

— Благодарю.

Николас посмотрел на лекаря сверху вниз. Элизабет увидела в этом лёгкое осуждение.

— Ты случайно не должен сейчас оканчивать университет или что там у вас у эльфов есть?

Это был упрёк о возрасте Мигеля? На месте эльфа Элизабет бы уже послала сына Небес. Лекарь ответил прямолинейно:

— А ты разве не должен показать нам комнаты?

Гриндейл осёкся. Спустя секунду он вновь улыбнулся и прошёл вперёд. С Мигом они навряд ли найдут общий язык, подумалось девушке.

— Нам в правое крыло, — сказал он, и всю оставшуюся дорогу они шли молча.

Элизабет так и не решила, как ей относиться к сыну Небес. Он явно дал понять, что этикет и формальности, с которыми нужно обращаться к таким, как он, не интересуют его. Ник общался с ними на равных, и девушка уважала его за это. Может, Санта тоже пытался быть на одном уровне со своими подопечными, но, в отличие от Гриндейла, это выходило у него с большим трудом.

Ник притягивал к себе. И пусть парня не волновали разборки Севера, всё‑таки девушка видела его сочувствие — оно проскальзывало в мимолётно смягчавшемся взгляде, в едва уловимых паузах перед ответом.

Николас показал комнаты с ледяными стенами и потолками. Несмотря на это, все полы были покрыты тёплыми коврами, а из мебели стояли настоящие мягкие стулья и кровати — уютные, будто вырванные из другого мира. В воздухе витал лёгкий аромат хвои и морозной свежести.

— Не понимаю вашего удивления, — сказал он, когда Мигель и Ричард ушли в свои комнаты.

Элизабет была даже не против, что Ричард спал отдельно. Им всем нужно было выдохнуть. Побыть с самими собой наедине. И они оба это понимали.

— Нам тоже нужно тепло, я бы никогда не стал спать на плоской льдине! Это неполезно! — возмущался Николас, разводя руками.

Девушка отметила, что парень чуть ниже Ричарда и выше их с Мигелем на полголовы. В его движениях была лёгкость, почти невесомость — будто он не шёл, а скользил по льду, не прилагая усилий.

— Я просто никогда не задумывалась о том, что детям Небес не чуждо… подобное, — Элизабет попыталась объяснить. — Мытьё, сон, еда. Вы же… святые.

Она побоялась, что парень опять засмеётся, но его лицо лишь выдавило полуулыбку — сдержанную, почти задумчивую.

— Может, и святые, — он развёл руки в стороны, и в его глазах мелькнул лукавый огонёк. — Но живые. У нас точно такие же потребности, как у всех живых существ. Единственная разница в том, что мы можем на некоторое время притуплять это. Не есть, не спать, не мыться, ничего не делать и чувствовать себя хорошо. Но это ненадолго. Да и кто не захочет заняться хорошим сексом после горячей ванны?

Элизабет закряхтела, едва сдержав смешок. Если бы она пила воду, то та точно пошла бы из её носа.

— Ты всегда такой? — она посмотрела на Николаса: на его каштановые волосы с парой белых прядей, на синие, как два сапфира, глаза. Неудивительно, что сама королева положила на него глаз. Элизабет не хотела лезть в чужую личную жизнь, но глупо было бы отрицать, что ей не была интересна причина их расставания.

Николас повернулся к ней.

— Какой? Очаровательный? Прекрасный? Остроумный? Какой?

Девушка едва подавила смешок.

— На своей волне. Ты напоминаешь мне лиса.

— Я надеюсь, это комплимент? — парень остановился у двери с витиеватыми узорами, вырезанными изо льда в виде птиц.

— Да, — Элизабет задумалась. — Думаю, да.

— Располагайся, — Ник щёлкнул пальцами, и грузная дверь начала открываться с тихим скрипом, словно пробуждаясь от долгого сна. — Доброй ночи, Элизабет Морган.

— И тебе. Спасибо. За всё.

— Забудь, — отмахнулся парень, отходя от комнаты. — Отвечая на твой вопрос: я — это я. То, что ты видишь, не маска и не игра.

Девушка положила руку на ледяную полуоткрытую дверь. Поверхность была гладкой, но не холодной.

— Такому, как ты, трудно доверять.

— Но твоя проблема в том, что ты уже доверяешь, не так ли? — ухмыльнулся он и удалился в тёмный коридор, его зелёные тапочки мелькнули в последний раз и растворились в тени.

Элизабет легла на мягкий матрас, уставилась на ледяной потолок, где играли блики света, и начала отвечать на собственные вопросы в голове.

Доверяла ли она сыну Небес? Как минимум, она уже спала в кровати ледяного замка и пила кофе, который он мог с лёгкостью отравить при желании. И всё же она не чувствовала от Николаса враждебности. Его слова, жесты, даже нарочитая беспечность казались искренними.

Оставалось верить, что состояние Санты побеспокоит Снежку больше, чем его, что, когда королева вернётся, она не пройдёт мимо чужой беды, что в этом ледяном замке, холодном и остром, найдётся место для их надежды.

За окном завывал ветер, но здесь, внутри, было тепло. Элизабет закрыла глаза, и последнее, о чём она подумала, прежде чем погрузиться в сон, было чёткое и ясное: Ник прав. Она уже ему доверяет.

## Глава 7

Утро 20‑го августа. 126 дней до Рождества. Южный полюс.

Ник проснулся, на удивление самому себе, с хорошим настроением. Солнечные лучи, пробивавшиеся сквозь ледяные витражи, рассыпались по полу радужными бликами. Он прошёлся босыми ногами по прохладной поверхности, натянул зелёные тапочки и спустился на кухню, где уже вовсю ворошились незваные гости. Не то чтобы они его раздражали — скорее были слишком наивными. Из их уст всё звучало слишком просто. Хотя Ник хорошо знал, что когда дело касается детей Небес — ничего не просто.

Элизабет и Ричард о чём‑то болтали, а Мигель аккуратно рылся по белым полкам кухонных шкафов, сидя на корточках. Когда парочка за столом заметила Ника, они пожелали ему доброго утра.

— И вам не хворать, — улыбнулся парень, подходя к лекарю. — Что‑нибудь нашёл?

— Нашёл, но как из этого готовить? — эльф вытащил голову из шкафа и с нескрываемым осуждением посмотрел на Николаса снизу вверх. — Здесь одни чипсы, газировка и конфеты.

— А ты хотел увидеть полное меню правильного питания?

— Я хотел увидеть хоть что‑то подходящее для слова «завтрак», — эльф поднялся и сел за пустой деревянный стол. — И как ты с такой едой умудрился сохранить форму?

Ник похлопал себя по плоскому животу и улыбнулся:

— Ускоренный метаболизм и отсутствие восприятия всех токсинов, что проникают через пищу.

— Ясно, — с каменным лицом ответил Мигель. — А нам что предлагаешь есть?

— Хм, — Ник задумался и открыл холодильник. Оттуда он достал палку колбасы и, к всеобщему удивлению, хлеб. — У нас нет возможности каждый день покупать свежий, — объяснил он.

Парень обернулся и подошёл к ледяной пустой стене. Он начертил пальцем на ней прямоугольник, и после этого на льду появилась чёрная дверь. Ник открыл её — внутри оказался некий «холодильник» с овощами и фруктами. Он быстро взял с близлежащей полки пучок зелёного салата и закрыл дверь. Салат приземлился рядом с хлебом и колбасой.

— Сейчас сделаю кофе, и вот вам завтрак.

— Бутерброды, да… — Ричард улыбнулся, хотя по его голосу было ясно, что он надеялся на что‑то «большее».

— То есть у тебя там целая ледяная комната с продуктами, а нам предлагаешь есть холодный хлеб с колбасой и пучком салата? — Несмотря на ворчание, Мигель взял нож из ящика и принялся нарезать колбасу.

— На данный момент — да, — Ник шутливо подтолкнул эльфа бедрами. — Если хочешь, можешь воспользоваться кухней и забабахать нам наиполезнейший обед.

— Я подумаю… — буркнул эльф.

Элизабет смотрела на сына Небес, наклонив голову на бок. Её явно что-то интересовало.

— Ник, а ты кто по существу?

— Что ты имеешь в виду?

— Ну, эльфы, гномы, феи… Что‑то из этого разряда.

— А‑ха‑ха! — парень сел за стол и отпил кофе. — Скажи мне расу своего Санты и я отвечу, кто я.

— Хм, — Элизабет задумчиво поджала губы. — Человек?

Ричард и Мигель кивнули. Ник объяснил:

— Санта — человек, которого Небеса наделили силой, чтобы он мог создавать других существ. Я тоже человек, но сила меньше.

— А как ты… — Элизабет замерла, подумав, что её вопрос прозвучит бестактно.

— Умер? — улыбнулся парень. Он коснулся белой пряди волос. — Меня убили. Честно, не могу точно сказать, за что Небеса дали мне силу….— Ник помрачнел, повертел головой и снова накинул на лицо улыбку. — Боюсь, это история не для завтрака.

— Боже, прости, что затронула эту тему! — девушка побледнела и выглядела очень виноватой. Да, истории детей Небес всегда болезненные.

— Не волнуйся, просто не хочу портить вам аппетит. Всё, что было в прошлом, там и останется.

Ник с ухмылкой оглядел девушку и придвинулся ближе, смотря в её лицо:

— А что насчёт тебя? Драйсдейл славится своей чистокровностью и соблюдением строгих законов. Людские детишки считают этот город самым добрым и светлым, но среди Алиуса вы прославлены далеко не этим. — Ник поставил ладонь под подбородок. — Так каким это образом появилась полукровка? Кто же этот нарушитель законов?

— Мой отец — эльф, — спокойно ответила девушка. — Мать — человек.

— Ясненько, — он повернулся к кухонным шкафам, среди которых стояла кофемашина, и взмахнул рукой. Четыре чашки вылетели из серванта и по одной принялись принимать напиток, который начала делать машинка. — Мне хотелось бы узнать вашу историю.

— Нашу? — спросил Ричард.

— Да. До падения Драйсдейла. Ни за что не поверю, что полукровка в городе не наделала шума меньше, чем братец Санты. — Ник махнул рукой, и чашки с готовым горячим кофе приземлились на стол. Мигель уже закончил делать бутерброды.

Делать было нечего, а потому пришлось рассказать Нику о произошедшем за последние несколько лет. Разговор занял полтора часа — он был бы короче, если бы Ник задавал меньше вопросов.


— Вот уж не думал, что Санты могут иметь такую силу — парень посмотрел с опаской на Элизабет, но быстро улыбнулся. — Да уж, ну и поимела вас жизнь, ребятки. Мне даже захотелось вам помочь, знаете, эти проделки совести.

— Помочь? — с надеждой переспросила Элизабет.

— Да, но опять же не таким способом… Даже если Снежка и согласится освободить королеву, какой шанс, что та поможет вам с этим Андреасом?

— Санта сказал, что у неё будут свои причины сделать это, она согласится, — сказала девушка.

— Да, причины определённо у неё есть, но что дальше? Что вы будете делать со Снежной королевой? Зазеркалье второй раз не поможет, если вы собрались его уничтожить.

— Санта сказал, что справится с ней, — ответил Ричард.

— «Санта сказал», — передразнил детским голосом Ник. — Нельзя надеяться на кого‑то одного. Всегда должен быть запасной план. Хотите играть в героев — пожалуйста, но я в этом участвовать не собираюсь. — Парень встал из‑за стола и обернулся к Мигелю. — Пойдёшь в библиотеку?

— Да, — эльф встал и, взглянув на Элизабет и Ричарда, ушёл за Ником.

Вот и Миг оставил нас… — вздохнула девушка, провожая взглядом уходящих в библиотеку Ника и Мигеля. — Рик, а может, и правда мы должны допустить ту ситуацию, что Санта не справится со Снежной королевой?

— Я и не спорю, но что мы можем сделать? — Ричард потупил взгляд в стол, его мысли мешались в большую кашу. — Санта что-то говорил о слиянии магии, но для этого нам нужен пустой сосуд… Кстати, твои силы.

— Что с ними? — девушка осмотрела свои руки, будто на них был ответ.

Эльф встал и подал Элизабет руку.

— Пошли, потренируемся в каком-нибудь из этих залов.

— Идём, — улыбнувшись, девушка протянула руку эльфу.

***

Ник запустил Мигеля в библиотеку, а сам зашёл в подсобку и достал из неё лестницу.

— Вот, можешь воспользоваться… — Ник замолчал, когда увидел, как эльф уже парит в воздухе, активно перебирая глазами названия книг. — Не знал, что эльфы Санты умеют летать.

Он поставил лестницу в угол и задрал голову, чтобы взглянуть на лекаря.

— Нет, не умеют, — Мигель опустился вниз, всё так же паря над землёй. Он провёл пальцем по своей футболке — на нём остались белые искры. — Летучая пыль.

— Неплохо, неплохо, — Ник взглянул на мешки, висящие на поясе эльфа. — Так значит, это пыль на все случаи жизни?

— Можно и так сказать, — Мигель указал на мешочки и произнёс названия видов пыли: — Пыль тепла, летучая пыль, телепортационная и пыль света. Это на частое пользование, а так видов очень много.

— Понятно, — Ник посмотрел на книги, около которых стоял эльф. — Значит, нравится ботаника?

— Я лекарь, делаю лекарства из различных растений. В Драйсдейле есть пара библиотек, но они сгорели. Хотя нужного там всё равно не было…

— А что тебе нужно?

— Я изучил чёрный снег. Андреас воспользовался какими-то токсинами, чтобы создать его. Хочу найти растение, с помощью которого можно вывести эти токсины из эльфов и гномов.

— Ого, — Ник задумчиво осмотрел книги. — Советую посмотреть вон ту полку.

Парень указал на место чуть выше того, где летал Мигель.

— Кстати о тебе, — Ник взял стул от читального столика и сел, положив ногу на ногу. — Историю тех двоих я услышал. Но что насчёт тебя?

— В смысле? — эльф отвлёкся от книг и озадаченно посмотрел на Ника.

— Ты совсем ничего не рассказал о себе.

— Было бы что рассказывать, — Мигель подпрыгнул и взлетел до самых высоких полок. — У меня нет такой яркой истории, как у Рика и Элизабет.

— Ну хорошо, — парень удобно расположился на стуле. — Давай вопрос-ответ. Я начну первым. Твой возраст?

— И зачем тебе… — Эльф вздохнул. — Через два месяца восемнадцать.

— Да уж, а ростом ты не вышел, — усмехнулся Ник. — Ладно, теперь твой вопрос.

— Тоже возраст?

— Не то чтобы я считал… — Ник посмотрел в ноги. — Сорок один. Это в сумме с возрастом, в котором я умер.

Мигель кашлянул.

— Знаешь, твой брат и его подружка меня не очень заинтересовали. Другое дело — ты.

— Не понимаю, к чему ты клонишь, — Мигель взял с полки книгу «Растения сумеречных земель».

— Они как открытые книги, — Ник положил щеку на спинку стула. — А ты — другое дело, такой неприступный, колючий.

— Не люблю изливать душу незнакомцам, — фыркнул Мигель. Похоже, ему совсем не понравился Гриндейл.

— Что я должен рассказать, чтобы перестать быть для тебя незнакомцем? Знаешь, я несколько десятков лет никому не открывался, ну, не считая Снежки, да и с той расстались. Мне сложно общаться с людьми.

— А по тебе не скажешь, — эльф наконец спустился и встал напротив Ника. — Так бы и сказал, что хочешь подружиться.

— У тебя ещё есть ко мне вопросы? — ухмыльнулся парень, вертясь на стуле.

— Даже не знаю, — задумался Мигель. — Тебя, как и Снежку, создали Небеса, но она сильнее, так?

— Можно и так сказать, — уклончиво ответил Николас. Мигель недоверчиво прищурился. — От Снежной королевы должно было быть больше пользы, когда Небеса давали ей силу. Меня же они просто пожалели.

— Ну если бы они «жалели» и награждали силой каждого доброго человека, то таких, как ты, было бы уже множество. Так что не принижай себя, ты как-никак избранный, святой.

— Да лучше бы помер, — вдруг произнёс Ник. Он снова помрачнел и потупил взгляд.

— Тут уже говорит жалость к самому себе, — Мигель вновь подлетел к полкам. — Все жители Алиуса наполнены магией, которая основывается на чувствах. Это касается и детей Небес. Если бы ты действительно хотел умереть — умер бы уже давно.

Ник возмущённо раскрыл рот, чтобы что-то сказать, но эльф продолжил:

— Ты просто ещё не нашёл смысла жить, поэтому так говоришь. Небеса даровали тебе силу, чтобы ты что-то сделал, нечто важное для миров. — Судя по тону, его эта тема явно разозлила. Мигель снова спустился, его глаза засверкали, длинные серьги начали переливаться. — Так что не разбрасывайся словами о смерти хотя бы перед такими же существами, как ты!

— Твои глаза… — произнёс вполголоса Ник.

— Что? — Мигель замер.

— Голубой и фиолетовый. Красиво, — улыбнулся парень. — Они светятся только когда злишься?

Глаза Мигеля перестали светиться, серёжки опустились, а на щёки набежал румянец. Он отвернулся и схватил первую попавшуюся на глаза книгу.

— Нет, любые чувства, поднявшиеся выше нормы, вызывают реакцию всплеска магии в организме, — ответил эльф.

— Ага, возбуждение тоже? — Ник хохотнул и сразу же сменил тему, ведь ответа на вопрос не последовало. — Интересно, чем занимается Ричард со своей ненаглядной невесткой? — задумался он, постукивая по колену рукой.

***

Зал на первом этаже оказался самым подходящим местом для тренировки. Высокие своды, ледяные колонны, украшенные узорами, и мягкий свет, пробивавшийся сквозь витражи, создавали атмосферу таинственности.

— Так, для начала давай вспомним чётко тот момент, когда ты забрала силы у пикси,— начал Ричард, вставая напротив Элизабет.

— Хочешь сказать, мы что-то упустили? — Элизабет стояла посередине зала и смотрела на свои руки, от которых исходили едва заметные зелёные искры.

— Да, что-то, что было важной частью ритуала, — эльф задумался, погрузившись в воспоминания. — Почему тогда ты не взорвалась, как в шатре с феями?

20 февраля. Дом порталов. Лес. Хижина Бенджамина.

Прохладный воздух струился сквозь приоткрытое окно, принося с собой терпкий запах леса и свежести. В углу хижины, где солнечные лучи пробивались сквозь пыльные стёкла, стояла стеклянная банка — в ней трепетало маленькое зелёное существо с ярко‑красными, словно витражными, крыльями.

До этого Элизабет уже смогла лишить магии жука-ёлочника при помощи Фелиции Лиадон, но его магия была столько крошечной, что хвастаться этим было невозможно.

Девушка склонилась к банке, её пальцы невольно сжались в кулаки. Пикси смотрела на неё с любопытством своими чёрными глазами.

— Может, я не хочу лишать это существо магии? Оно такое… милое.

Ричард хмыкнул и постучал по стеклу. В тот же миг пикси распахнула пасть, обнажив острые, как иголки, зубы, и зарычала, ударяя крыльями по стенкам.

— Ага, и жрёт всё что хочет, — Ричард отдёрнул руку, ухмыляясь. — Милая, говоришь? Она прямо сейчас готова откусить тебе нос.

Элизабет вздохнула, повернулась к Бенджамину. Тот стоял у стола, сжимая в пальцах что-то похожее на цветной мел.

— Это мелки?

— Да, стой смирно, — Бенджамин шагнул ближе, начал выводить на полу замысловатые фигуры: спирали, треугольники, пересекающиеся линии, которые постепенно складывались в единый круг.

— Классики? — спросила Элизабет с абсолютно серьёзным лицом.

Ричард и Бенджамин разразились смехом. Даже пикси на мгновение замерла.

— Нет, ха‑ха, это… — Бенджамин покачал головой, стирая с лица улыбку. — Сдерживающий круг.

Замок Снежной королевы. Наше время.

Ледяной зал сверкал, словно был соткан из хрусталя.

— Сдерживающий круг! — воскликнул Ричард, его голос эхом отразился от стен.

Элизабет на мгновение задумалась, затем её глаза расширились.

— Точно! Классики! — она рассмеялась, но тут же осеклась. — Так может, сможешь нарисовать круг?

— Да, его нас учили делать на первом курсе в академии. Только вот чем его начертить?

— Кажется, на кухне я видела банку с маркерами, — Элизабет кивнула в сторону двери, её кроссовки тихо заскрипели по ледяному покрытию.

Вскоре круг был готов — яркие линии, выведенные маркером, светились в полумраке зала. Элизабет встала в центр, осторожно переступая через контур, чтобы ничего случайно не стереть.

— И что мне делать? С чего начать?

Ричард подошёл ближе, его глаза блестели.

— Я не дописал пару элементов в круге, так что в этот раз ты сможешь попробовать магию, так сказать, на вкус. Круг сдержит тебя, если ты переборщишь.

— Хорошо. Мне нужно что‑то покидать или сформировать шары, как на тренировках? — Элизабет сжала кулаки, чувствуя, как внутри нарастает тепло.

— Нет, давай в этот раз попробуем разбудить твой огонь, — Ричард поставил руки в боки, его улыбка стала шире.

— Огонь? Что ты имеешь в виду?

— Помнишь, как Натаниэль сжёг огнём монстров? — Ричард взмахнул рукой, и из его пальцев вырвались голубые искры, складываясь в мерцающие образы: пылающие фигуры, вспышки света. — Он маг, поэтому может разжигать огонь и управлять им. Конечно, это требует огромных затрат энергии.

Он сделал паузу, глядя на Элизабет.

— Когда Санта создал первых жителей Драйсдейла, в некоторых эльфов и гномов он добавил частицу крови настоящего дракона. До сих пор спорят, откуда он взял эту её, но факт остаётся фактом: драконы вымерли — по крайней мере, в Терре точно, — а эльфы и гномы с силой остались. Их прозвали магами. Дальше ты знаешь: специальное обучение, отношение и прочее. Но магией тоже можно образовывать огонь. Он не такой большой, светится цветом твоей магии, и продержать его долго стоит огромных трудов для тех, у кого небольшая сила.

— Так значит, я должна создать огонь? — Элизабет удивлённо подняла брови. — Как это сделать?

— Это как будто вспыхнуть, даже не знаю, как объяснить проще, — Ричард развёл руки в стороны, его глаза закрылись. — Чем сильнее эмоции, тем сильнее работает магия, помнишь? Можно выбрать несколько путей: или ты поджигаешься под позитивными эмоциями, или негативными, или просто выпускаешь злость.

Эльф замер. Его лицо стало сосредоточенным, а затем — глаза вспыхнули, вместе с ними засветились серёжки. Из ладоней вырвалось голубое пламя, оно пульсировало, словно живое сердце. Ричард смотрел куда‑то в потолок, его руки дрожали, будто он сдерживал бушующую внутри стихию.

Глубокий вдох — и свечение исчезло, огонь растворился в воздухе, будто его и не было.

— Твоя задача — продержаться дольше меня, — Ричард улыбнулся.

— Шутишь? — Элизабет нехотя развела руки, закрыла глаза. — А о чём ты думал, когда разжёг огонь?

— Я просто представил наш Драйсдейл, таким, каким мы его с тобой нашли. Потом подумал об Андреасе, и как‑то само собой…

— Значит, выбрал злость, да? — Элизабет усмехнулась, зажмурила глаза, пытаясь сосредоточиться.

— Ты должна почувствовать тот огонь, что бушует в тебе, и выпустить его на волю, — Ричард замолчал, наблюдая.

Элизабет стояла посреди ледяного зала, в магическом круге, и пыталась что‑то наколдовать. Ей даже захотелось рассмеяться — настолько нелепой казалась эта сцена. Но она быстро подавила смех, нахмурила брови.

— Сконцентрируйся! — крикнул Ричард.

— Да пытаюсь я! — её голос сорвался на крик. Она решила пойти по протоптанному пути: представила тёмный Драйсдейл, монстров, затем Андреаса. В воображении возник ухмыляющийся мужчина, сидящий на троне, а вокруг него — пленные эльфы, надевающие на него корону. Элизабет никогда не видела Андреса, но его образ почему-то вспыхнул в голове так ярко, словно они виделись несколько раз.

— Андреас никогда не победит, никогда! — воскликнула она во весь голос.

Её глаза распахнулись — и в тот же миг огонь вспыхнул ярким изумрудным цветом. Серёжки засветились, пламя поползло по рукам к предплечьям. Элизабет начала странно перебирать пальцами, погружая их один за другим в огонь. На её лице появилась довольная улыбка.

Магический круг начал гореть синим, сопротивляясь силе Элизабет.

— Чёрт! — выругалась она. Ей не нравилась скованность, ощущение, будто держали в клетке.

— Так, думаю хватит, всё, останови огонь, Бетт! — Ричард шагнул вперёд.

— Я хочу убить, хочу убить его! — зарычала Элизабет. Огонь начал расплёскиваться от её рук, магический круг едва сдерживался. Пламя поползло по ногам и телу.

В этот момент дверь распахнулась — и в зал вошли Ник с Мигелем.

— Ух ты! — воскликнул Ник, его глаза расширились от восторга. — А девчонка у вас прям огонь!

— Что происходит, Рик?! — Мигель подбежал к брату, его взгляд метнулся к кругу.

— Она стала неуправляемой, ещё чуть‑чуть — и круг не выдержит её силу! Она подожжёт всё!

— Я думал, что угодно о вас, но не о том, что вы решите растопить замок! — лекарь бросил взгляд на маркер у ног Ричарда, схватил его. — Ты что, не дорисовал круг?!

— Растопить замок?! — встрепенулся Ник.

Ричарду не пришлось отвечать — Мигель понял всё сам. Он бросился на пол, быстро дорисовывая недостающие символы. Элизабет уже была полностью в изумрудном пламени.

Бетт закричала, сопротивляясь кругу. Её глаза закатились, она глубоко вздохнула — и огонь мгновенно погас. Девушка упала в обморок.

***

Элизабет обнаружила рядом с собой в игровой комнате Ника. Вокруг стояли мягкие диваны, стойки с игровыми автоматами, а в воздухе витал запах свежеприготовленной еды.

— Рик? — она открыла глаз и увидела перед собой всю компанию.

— Ну и дала ты жару, малышка! — Ник хлопнул в ладоши, его лицо светилось от восторга. — Знаешь, посмотрев на такое, я даже могу поверить, что ты способна уничтожить Зазеркалье.

— Ха‑х, спасибо, — Элизабет приподнялась, виновато посмотрела на Ричарда. — Я опять провалилась.

— Знаешь, мне тут птичка нашептала, — Ричард сел рядом, обнял её за плечи. — В уничтожении Зазеркалья тебе не придётся сдерживаться. Даже если ты будешь каждый раз взрываться, нашу силу ты не уничтожишь. Это будет касаться только осколков, потому что они находятся и принадлежат Зазеркалью, а наши тела будут в проекции.

— Правда? — Элизабет перевела взгляд с Ричарда на Ника, и в её глазах вспыхнула робкая надежда, тут же омрачённая тенью сомнения. — Но это не отменяет того факта, что я могу уничтожить вашу силу в этом мире…

— Кстати об этом… — Ник расплылся в хитрой улыбке. — У Снежки есть одна штуковина — специальный артефакт. Она пользовалась им в первые дни после перерождения, чтобы сдерживать свою силу и не давать Зазеркалью просачиваться сквозь неё. Его создал ваш Санта. Он полностью блокирует выброс энергии.

— Так что же это? — Элизабет подалась вперёд. — Ты дашь мне её?

— Нужно дождаться Снежки, — Ник слегка пожал плечами, бросив косой взгляд на Мигеля. — Не хочу рыться в её вещах без разрешения. — Он толкнул лекаря плечом. — Ну что, Мигель, будешь готовить свой суперполезный обед, или я ограничусь пачкой чипсов с беконом?

— Ты сам говорил, что тебе даже еда не обязательна, — ответил Мигель, скрестив руки на груди. — Чего привязался?

Ник на секунду замер, будто в голове у него щёлкнул выключатель, затем обернулся к Элизабет.

— А правда, Элизабет, что Мигель готовит просто божественно?

— Ох, да, — девушка улыбнулась, бросив виноватый взгляд на лекаря. — Действительно очень вкусно.

— Мигель! — Ник повернулся к лекарю. — До меня дошёл слух, что ты просто мастер кулинарного искусства! Теперь и я хочу попробовать твои шедевры! — Он подмигнул Элизабет и снова уставился на эльфа.

— Ах, ладно, — вздохнул Мигель, сдаваясь под напором. — Только ты идёшь помогать.

— Да, шеф! — Ник вскочил, с широкой улыбкой последовал за лекарем, на прощание помахав рукой Ричарду и Элизабет.

— Нам стоит им помочь? — спросила Элизабет, наблюдая, как двое исчезают в дверном проёме.

— Будем только мешаться под рукой, — Ричард усмехнулся, потянул девушку на диван и окинул её оценивающим взглядом. — Я, наверное, буду ненормальным, если скажу, что мне понравился твой зелёный огонь?

— Выходим на новый уровень подкатов, Фитцмор? — Элизабет рассмеялась, потянув его за футболку ближе к себе.

Обед получился куда приятнее завтрака. Мигель и Ник трудились на кухне с таким энтузиазмом, что вскоре по замку разнёсся аромат свежеприготовленной еды. Суп благоухал травами, картошка хрустела золотистой корочкой, а овощной салат искрился каплями лимонного сока.

— Мм, я так давно не ела так вкусно… — Элизабет погладила себя по животу, закрыв глаза от удовольствия.

— Спасибо Мигелю, — Ник посмотрел на эльфа. — Да уж, мы знакомы всего день, а я уже привык к вашему обществу…

— Правда? — Ричард приподнял бровь, глядя на парня.

— Не хочется этого признавать, но с вами здесь стало веселее.

Тишину нарушил звук открывающихся ворот — тяжёлый лязг.

— А вот и хозяйка пришла, — Ник вскочил с места, его лицо озарилось улыбкой. — Пойду встречу… — Он направился к выходу, по пути успев ущипнуть Мигеля за плечо. — Не скучайте тут без меня.

Эльф лишь бросил на него раздражённый взгляд, но промолчал.

— А этот парень умеет найти подход к людям, — Элизабет подпёрла щеку рукой, затем закусила губу. — Я хотела сказать, к эльфам…

Через несколько минут в кухню вошла девушка на вид лет восемнадцати. Высокая, стройная, с длинной белой косой, ниспадающей по спине, и серыми глазами, в которых таилась тихая глубина. На ней было лёгкое летнее платье белого цвета, украшенное по краям красными маками. Красные балетки мягко ступали по ледяному полу. Её лицо, словно вылепленное из фарфора, украшали румяные щёки и розовые губы. В ней не было ни капли угрозы — лишь хрупкая красота, которая никак не вязалась с её прошлым.

— Привет всем, — она выдохнула, смотря на них круглыми оленьими глазами. — Меня зовут Снежка.

— Снежка, — Ник широким жестом указал на собравшихся, — это Мигель и Ричард Фитцморы и Элизабет Морган.

Троица сидя за столом, одновременно поклонились дочери Небес.

— Ник сказал, что у вас ко мне дело…

Девушка плавно опустилась на стул, поправила белоснежное платье, скрестила руки на коленях. Её серые глаза, глубокие и настороженные, скользнули по каждому из присутствующих.

— Я вас внимательно слушаю.

— Драйсдейл пал, — начал Ричард.

В тот же миг хрупкая маска спокойствия на лице девушки треснула. Руки Снежки дрогнули, а за её спиной, на ледяной стене, с громким треском пробежала трещина.

— Так и знала, что эльфы Санты не за мелкой просьбой пришли… — Она задрожала, но тут же взяла себя в руки, сделала глубокий вдох, затем выдох. — Не обращайте внимания на эти стены, — Снежка махнула рукой, и трещина на льду медленно затянулась. — Замок всё ещё зависим от моего настроения.

— Ты в порядке? — Элизабет подалась вперёд, в её взгляде читалась искренняя тревога.

— Да‑да, не беспокойтесь, — Снежка сжала пальцы, снова глубоко вздохнула, будто пытаясь удержать внутри бурю эмоций. — Как Санта?

— Он… — Ричард начал было отвечать, но Мигель мягко перебил его:

— В порядке. В полном. — Эльф бросил быстрый взгляд на Ника, и тот мгновенно уловил замысел, кивнул в ответ.

— Снеж, ты, наверное, устала после дороги, — Ник шагнул к девушке, его голос звучал мягко, почти убаюкивающе. — Давай я тебе всё расскажу в твоей комнате, хорошо?

Снежка не ответила. Она молча поднялась, обернулась к сидящим за столом.

— Простите… — прошептала она и торопливо направилась к лестнице на второй этаж. Ник взмахнул рукой — и сумка с чемоданом плавно взлетели вслед за ней, будто подхваченные невидимым ветром.

— Понимаете, — Ник обвёл всех грустным взглядом, — для неё Драйсдейл значит буквально то же самое, что и для вас. Она очень впечатлительная, волнуется из‑за пустяков…

— Ник, мы поняли, — Ричард улыбнулся, стараясь смягчить напряжённую атмосферу. — Всё хорошо, иди к ней. Мы пока приберёмся здесь.

— Хорошо, — парень кивнул и стремительно поднялся по лестнице.

— Знаете, а теперь я могу представить, как она заморозила Натаниэля, — Элизабет усмехнулась, пытаясь разрядить обстановку. — Как описывают такие характеры?

— Сложный, наверное, — предположил Ричард.

— Теперь не удивлён, что они расстались, — неожиданно для всех произнёс Мигель.

— Что?! — Элизабет и Ричард одновременно повернулись к нему, их лица выражали неподдельный шок.

Спустя некоторое время все собрались в комнате с мягкими диванами и игровыми автоматами. Гости переоделись из летней одежды в более тёплую — теперь в ледяных стенах они смотрелись куда органичнее. Снежка тоже сменила наряд: на ней было длинное нежно‑розовое платье с кружевами, белый пояс с завязками на талии, длинные ботинки и белые перчатки, оставляющие пальцы открытыми. Её коса была уложена в аккуратную причёску «дракончик», а в серых глазах читалась глубокая печаль.

Ник присел на край дивана рядом с Мигелем, не сводя внимательного взгляда со Снежки. Та стояла перед всеми, собираясь с мыслями.

— Я… — она смотрела в пол, нервно потирая руки. — Я согласна.

— Правда?! — Элизабет вскрикнула от радости, её глаза засияли.

— Ник сказал, что у вас нет других вариантов, поэтому я готова пойти на риск, — выдохнула Снежка.

— Ты точно уверена? — Ричард спросил строго, его взгляд был пронизывающим.

— Да. — Девушка подняла глаза, её взгляд был твёрдым, хотя в нём всё ещё читалось беспокойство. — Только мне нужна от вас гарантия…

— Какая? — Мигель наклонил голову, внимательно изучая её лицо.

— Гарантия того, что я вернусь… Вернусь обратно в себя. Если Снежная королева поглотит мою личность полностью, я… — её голос дрогнул, тело снова охватила дрожь.

Элизабет не выдержала. Она встала, подошла к Снежке. Ник с тревогой наблюдал за ними.

— Пожалуйста посмотри на меня, — Элизабет положила руки на плечи Снежки и её тряхнуло током, когда она задела кончиком пальцев её кожу. Та подняла лицо, но её глаза бегали, словно пытались найти спасение. — Знаешь, как меня зовут?

— Элизабет, кажется… — тихо произнесла Снежка.

— Да, я Элизабет. — Девушка мягко улыбнулась, её голос звучал успокаивающе. — И я собираюсь уничтожить Зазеркалье.

— Да, Ник рассказал о тебе.

— Вот и отлично. Выйдем, поболтаем? — Элизабет бросила косой взгляд на троих парней, сидящих на диване. — Как девчонка с девчонкой, ты не против?

Снежка коротко улыбнулась и кивнула. Элизабет взяла её за руку, и они вышли из комнаты.

— И что это сейчас было? — Ник усмехнулся, глядя им вслед.

— Элизабет решила взять ситуацию в свои руки, — Мигель улыбнулся, переглянувшись с довольным Ричардом.


Элизабет и Снежка медленно шли по ледяным коридорам. Тишина вокруг была почти осязаемой, а свет, пробивающийся сквозь замёрзшие окна, окрашивал всё в холодные оттенки синего и белого.

— Знаешь, я понимаю все твои страхи, — начала Элизабет, мягко глядя на Снежку.

Та удивлённо расширила свои большие, по‑кукольному выразительные глаза.

— Ты так удивилась, будто я сказала что‑то страшное, — улыбнулась Элизабет. — У меня тоже есть проблемы с самоконтролем…

— Да, об этом Ник тоже сказал, — пролепетала Снежка, слегка сжимая пальцами край рукава. — Ты начала со мной разговор из‑за сдерживающего ошейника?

— Ошейника?! — Элизабет невольно побледнела. — Я думала, это что‑то вроде браслета или серёжек… — Она растерянно покрутила головой. — Нет, я начала с тобой разговор не из‑за личной выгоды. Я хочу, чтобы ты поверила нам. И если Санта всё‑таки не сможет остановить Снежную королеву, я обещаю: мы приложим все усилия, чтобы вернуть тебя.

— Пустые обещания… — Снежка опустила взгляд, пальцы её нервно переплелись. — Мне хочется вам верить, но верится с трудом.

Элизабет запнулась. Несколько секунд она молчала, подбирая слова, затем тихо произнесла:

— Я… Мне бы очень хотелось гарантировать тебе стопроцентную безопасность. Но не могу. Я уже дала столько обещаний — и сама сомневаюсь, смогу ли их сдержать…

— Например? — в глазах Снежки промелькнул искренний интерес.

— Например, я обещала маме, что мы встретимся. Я сказала, что приду к ней… — Элизабет сняла с пальца кольцо, показала его Снежке. — А это наше с Риком обещание. Нас зовут женихом и невестой уже полгода, но на деле мы разговаривали о своём будущем лишь пару раз. Это было во время работы — и звучало безумно смущающе! — Она надела кольцо обратно, улыбнулась. — Раньше это казалось просто будущим. А теперь оно превратилось в далёкие и несбыточные мечты…

— Похоже, вы сильно дорожите друг другом, — тихо сказала Снежка.

Элизабет вопросительно посмотрела на неё.

— Просто такое впечатление, что вы с ним — одно целое. Когда ты произносишь его имя, я вижу, насколько он тебе дорог, — Снежка мягко улыбнулась. — Я заметила ваши печальные взгляды. Кажется, будто сам мир мешает вам сблизиться.

Элизабет ошарашенно взглянула на девушку. Только сейчас она осознала, что Снежка на несколько сантиметров выше неё, хотя лицом всё ещё напоминает подростка — хрупкую, почти фарфоровую куколку.

— Когда‑то судьба была на нашей стороне, — сглотнула Элизабет, и в горле встал ком. Ей вдруг захотелось заплакать — просто начать рыдать посреди ледяных стен, которые эхом разнесут её печаль по Южному полюсу.

Она остановилась, прижала ладонь ко лбу. Нельзя показывать слабость перед Снежкой — перед дочерью Небес, которая смотрит на неё с горящими, восхищёнными глазами, видя в ней ту, кто способен уничтожить Зазеркалье.

— Тебе плохо? — заволновалась Снежка, нервно осматривая Элизабет.

— Всё… нормально… — сквозь ком горечи выдавила та.

Как объяснить Снежке, что в жизни бывают моменты, когда руки сами опускаются? Элизабет натянула улыбку, выпрямилась. Но что сказать дальше — она всё ещё не знала.

— Ладно, — вдруг произнесла Снежка твёрдо. — Похоже, мне придётся положиться всей душой на Санту, чтобы он вернул меня. Но я хочу вам помочь.

— Правда? — в голосе Элизабет прорезалась надежда.

— Да. Но всё‑таки за то время, пока мы будем вместе, обсудите планы на крайний случай, ладно?

— Хорошо…

Тишину разорвал шум шагов — парни подошли к девушкам.

— Может, и нас просветите в свои секретики? — ухмыльнулся Ник, вскинув бровь.

— Ты в порядке? — Ричард подошёл к Элизабет и нежно провёл рукой по её щеке. — Такая бледная…

Элизабет на секунду закрыла глаза, прижалась к тёплой ладони Фитцмора. В этом прикосновении было столько тишины и покоя, что на миг ей показалось: весь мир замер, оставив только их двоих.

— Кстати, пора готовить ужин! — внезапно воскликнул Ник, нарушая хрупкую идиллию.

— Мы разве не собирались в Зазеркалье? — Мигель повернулся к Снежке.

— Снежка, ты как? — Ник шагнул к девушке, его обычно беспечная мимика сменилась серьёзностью.

Снежка обхватила себя за плечи, словно пытаясь удержать внутри бурю эмоций.

— Я должна им помочь, — тихо произнесла она. Затем резко опустила руки, выпрямилась и посмотрела на всех твёрдым, почти стальным взглядом. — Я согласна отправиться с вами в Зазеркалье и помочь Драйсдейлу.

Все, кроме Ника, облегчённо вздохнули. В воздухе разлилось едва уловимое чувство надежды — будто первый луч солнца после долгой метели. Ник же лишь перевёл взгляд на Мигеля, словно искал в нём ответы, которых сам не мог найти.

— А ты? — Мигель мгновенно уловил немой вопрос в глазах Ника. — Ты с нами?

— Ник знает о Зазеркалье столько же, сколько и я, — мягко вставила Снежка. — Я не оратор и не лидер, а вот он действительно может подготовить вас к этому месту и провести.

— Эй‑эй, — Ник поднял руки в защитном жесте. — Я ещё не выражал своего согласия на путешествие в Зазеркалье. Мне понравилась ваша компания, но пасть смертью храбрых я не хочу.

— Об этом не волнуйся, смертью храбрых ты точно не падёшь, — усмехнулся Мигель. — Да и, вроде, в Зазеркалье нельзя умереть.

— Как будто после Зазеркалья всё закончится, — Ник крутанул пальцем в воздухе, и из его ладони вырвались снежинки, медленно кружась в лучах света. — Как будто после Зазеркалья я не привяжусь к вам и преспокойно оставлю дальше разбираться со своими проблемами…

На мгновение всем показалось, что Ник смутился собственных слов. Но он не отступил, не попытался сгладить сказанное. Его взгляд был открытым, почти уязвимым.

— Знаешь, — Ричард подошёл ближе, дружески положил руку на плечо Ника, — если ты захочешь идти дальше с нами — мы будем тебе благодарны. Но мы не упрекнём тебя, если после всего ты захочешь остаться на полюсе. Для нас твоя помощь с Зазеркальем уже будет бесценна.

Ник удивлённо посмотрел на Ричарда, затем на Элизабет и Снежку, а потом на Мигеля. Эльф скрестил руки, его взгляд был слегка осуждающим, но на губах играла едва заметная улыбка. Ник моргнул несколько раз, будто пытаясь осознать происходящее, и медленно кивнул. В комнате вновь раздались облегчённые вздохи.

## Глава 8

Все собрались в другой комнате — просторной, с большими мягкими креслами и белой доской перед ними. Стены были небрежно обклеены тёмными обоями, ледяной пол оставался голым, а на потолке, окрашенном в охристый оттенок, сияла лампочка с радужным кристаллом внутри. Окон не было — только искусственное освещение, создающее странный контраст с ледяным холодом замка.

Команда расселась в креслах, а Ник вошёл через другую дверь. На нём был белый медицинский халат, руки он гордо спрятал в карманы, а на носу красовались тёмно‑фиолетовые очки полуквадратной формы. Он вынул правую руку из кармана, взял маркер и начал что‑то рисовать на доске. Через несколько минут он подхватил указку, покрутил ею с видом лисы, играющей хвостом, и начал:

— Итак, господа студенты, сегодня мы собрались здесь для обсуждения такой темы, как мир Зазеркалья, — его голос звучал сладко, почти театрально.

— Это что, мои очки?! — возмущённо воскликнул Мигель, вскакивая с кресла.

— Все вопросы не по теме после урока! — Ник взмахнул указкой, затем наклонился и прошептал с хитрой улыбкой: — Ты оставил их в библиотеке, а я любезно подобрал.

Он демонстративно поправил очки, снова ткнул указкой в свои рисунки на доске и продолжил:

— Начнём с основ. Зазеркалье — это не просто другое измерение. Это зеркало, в котором отражается всё, что мы боимся, любим, ненавидим. Оно не просто показывает — оно искажает, усиливает, играет с вами. И если вы не будете осторожны… — он сделал паузу, обводя взглядом слушателей, — оно поглотит вас. Поговорим о наших телах и самом погружении в Зазеркалье.

Ник сделал паузу, обвёл всех взглядом — в фиолетовых очках его глаза казались загадочно‑тёмными.

— Прежде всего нужно подготовить к Зазеркалью свою голову. Потому что нагружать мы будем именно её.

Указка скользнула к ряду карикатурных человечков: простые контуры, чёрные силуэты. Следующая стрелка — и они меняют цвет, очерчиваются синим, будто наполняются новой сущностью.

— Наши тела, — голос Ника стал громче, — будут находиться в прострации между мирами. Не в Зазеркалье. Там будут перемещаться наши так называемые образы. Да, это тоже будут тела, но всё, что произойдёт с ними – никак не отразиться на настоящих телах. Возвращение будет таким же, как и вход: для тела пройдёт буквально секунда, и с ним абсолютно ничего не произойдёт. В отличие от головы.

Ник провёл указкой по доске, очерчивая круг вокруг нарисованного лабиринта.

— Вообще, Зазеркалью не выгодно, чтобы из него выходили. Поэтому оно всячески заманивает своими иллюзиями и даёт, казалось бы, то, о чём ты всегда мечтал. Поддаваясь искушению души, ты становишься заложником — и уже не в силах выбраться. А потом оно начинает черпать жизнь из твоего настоящего тела. Но это в крайних случаях.

Он перевёл взгляд на Снежку. Та сидела тихо, её пальцы слегка дрожали, но лицо оставалось спокойным.

— Другое дело — со Снежной королевой. Здесь она главная. Этот мир был создан исключительно для неё — должен был стать ловушкой без выхода. Но мало того, что измерение получило собственную сущность, так и входов‑выходов появилось множество.

Ник сделал шаг в сторону, освобождая место для Снежки.

— Многоуважаемый Санта Клаус, наш сосед по полюсу, создал из остатков прежней королевы Снежку.

Девушка поднялась и встала перед троицей. В её глазах промелькнули отблески далёкого света.

Вспышка света. Солнце. Ледники.

Маленькая девочка смотрит на свои белые руки — они начинают краснеть от мороза. Её сознание тонет в вопросах: что она здесь делает? Кто этот дедушка с белоснежной подстриженной бородой? Кто она?

— Добро пожаловать в другую жизнь, малышка Снежка, — Санта присел на корточки, положил большую мягкую руку на её плечо. Она стояла в одном платье изо всех сил стараясь не замёрзнуть.

Дедушка не казался злобным. У края его серых глаз лучезарно зияли морщинки, а маленькие зрачки смотрели по‑доброму.

— М‑мне так холодно, — девочка обняла себя за плечи. Ей хотелось, чтобы большой мужчина спрятал её в кармане своего тёплого костюма — в который она, казалось, могла поместиться с головой.

— Твоя сила будет уходить со временем, а пока ты всё ещё можешь укрощать холод, — Клаус взмахнул рукой, и от неё посыпался снег. — Попробуй.

Девочка неуверенно взмахнула рукой — и от её пальцев тоже посыпался снег. Она удивлённо посмотрела на мужчину, закрыла глаза. Стоило только пожелать, чтобы холод, пожирающий её тело, исчез — и вот она почувствовала, как согревается. Нет, они всё ещё стояли посреди ледников, но холода она больше не ощущала.

— Умничка, — улыбнулся Санта. — Со временем ты вспомнишь свою прошлую жизнь.

Снежка не знала, что она вспомнит, но голос, которым он это сказал, очень напугал её. Она была уверена: это плохие воспоминания.

— Но послушай меня, милая. Ты никогда больше не вернёшься к прошлой жизни. Ты теперь другая. И твоё будущее теперь будет не среди ледников, а среди живых, великих и красивых людей.

— Людей? — мозг девочки, может, и не помнил всего, но знания о людях у неё были. И почему‑то она точно была уверена: она не человек.

— Если сама того захочешь, ты станешь обычным человеком и проживёшь счастливую жизнь, — Санта погладил девочку по волосам, ласково протянул руку. — Идём.

— Куда?

— В твой замок.

— У меня есть замок? — девочка ахнула, схватившись за руку мужчины. — А он красивый?

— Лучший из всех, что я встречал.

Так Снежка вновь оказалась среди ледяного пространства. Но Санта изменил всё. Теперь она не была пленницей полюса. Она могла путешествовать с помощью Клауса где угодно, встречаться с людьми, жить бок о бок с ними — и считать свою прошлую жизнь лишь страшным сном.

***

— Таким образом, — Ник вернулся к доске после рассказа Снежки, указка упала на следующий рисунок: два циферблата, стрелки которых застыли на числе семь, — мы получили целое измерение, которое ежедневно поглощает души с Терры и Алиуса, не давая им обрести покой. Очень жаль, но эта проблема не беспокоит ни Небеса, ни детей Небес.

Он сделал паузу, затем продолжил:

— Теперь — о времени. Здесь нам очень повезло в какой‑то степени. В Зазеркалье время идёт быстрее, чем в нашем мире. Таким образом, сутки в Зазеркалье — это 12 часов у нас.

В комнате повисла тишина. Каждый обдумывал услышанное. Элизабет сжала кулаки, Ричард нахмурился, Мигель скрестил руки, а Снежка тихо смотрела на доску — будто видела за этими линиями что‑то своё, давно забытое.

Ник провёл указкой по доске, остановившись у нарисованного человечка, чьи руки были заключены в яркие зелёные шары. В комнате повисла напряжённая тишина — все мгновенно поняли: это карикатурное изображение - Элизабет. Он явно наслаждался тем, как легко команда разгадала его замысел, и, чуть приподняв подбородок, продолжил рассказ, словно режиссёр, раскрывающий ключевые сцены грядущего спектакля.

— А что насчёт сил, спросите вы? Да, силы исходят по большей мере от наших физических тел. Именно в нашей крови таится то, что невозможно описать научными словами… — он сделал паузу. — Но магические существа, такие как мы, в Зазеркалье всё-таки могут использовать часть своей силы. Это происходит путём черпания энергии из тела, которое находится в прострации.

Указка вновь пришла в движение, ткнув в синего человечка, застывшего перед девятью чёрными стрелками.

— А это — перепутья. Так местные называют свои миры. Их всего девять — число, на которое разбилось зеркало Разума, впитав силы Снежной королевы. Так называемые девять миров, в которые ты можешь попасть, будучи пропащей душой.

— Как девяти кругов ада? — Элизабет наклонила голову на бок.

— Причём в прямом смысле, — Ник оскалил свои белоснежные зубы в хищной улыбке. Даже без светящихся глаз было ясно: он намеренно нагнетает атмосферу, играя на нервах слушателей. — Есть вероятность даже встретить своё отражение…

— Подожди, — вмешалась Элизабет, и в её голосе прозвучала искренняя растерянность.— То есть все наши отражения — будь то в воде или в зеркале — все они в Зазеркалье?

— Нет, — Ник помотал головой. — Одно существо в нашем мире— одно отражение. Отражения смешиваются среди душ и стараются не выделяться. А ещё… — он сделал короткую паузу, словно задумавшись, стоит ли продолжать, — в Зазеркалье отправляются отражения существ с магией. Отражения обычных людей туда не уходят — только души.

Он обвёл взглядом собравшихся, и в его глазах мелькнуло нечто неуловимое — то ли предостережение, то ли вызов.

— Ну и в завершение хочу сказать: возможно, зазеркальцам не очень понравится идея уничтожения их мира. Так что на тёплый приём рассчитывать не стоит.

Ник поднял очки, небрежно водрузил их на волосы и слегка поклонился.

— Ну, на тёплый приём мы и не рассчитывали, — Ричард поднялся с кресла, и его движение словно разорвало невидимую паутину напряжения, окутавшую комнату. Остальные последовали его примеру.

Мигель шагнул к Нику и, подняв руку, быстро снял с его головы свои очки. В воздухе повисла тяжёлая тишина — ни слов, ни жестов, лишь взгляды, мечущиеся между членами команды. Каждый словно пытался прочесть в глазах другого ответ на немой вопрос: «Готовы ли мы к тому, что нас ждёт?»

— Тянуть не стоит. — голос Снежки прозвучал сипло, будто она долго сдерживала дыхание. В её глазах читалась смесь страха и решимости — словно она уже видела перед собой врата в неизведанное. — Мы не знаем, когда Андреас сделает следующий шаг.

— Да, — кивнул Мигель. — Мы и так много времени потеряли. Натаниэль уже успел поймать Монику.

— Монику?! — воскликнула Элизабет. Она подошла к лекарю.

— Он прислал мне ночью письмо, — спокойно ответил Мигель. — Сказал, что работает над противоядием, чтобы вернуть всех, кого удалось поймать.

— Он написал, кого конкретно они поймали? Имена? — Ричард серьёзно посмотрел на брата.

Мигель молча достал из кармана сложенное пополам письмо, медленно развернул его и протянул Ричарду. Бумага чуть дрожала в его пальцах.

Ричард быстро пробежался глазами по строчкам, и его лицо постепенно мрачнело. Он задержал дыхание на мгновение, затем тяжело вздохнул и поднял взгляд на Элизабет.

— Бенджамина в списке нет, — тихо произнёс он.

Ричард на секунду задержал взгляд на брате, словно передавая ему безмолвное послание — что‑то личное, понятное лишь им двоим. Никто из остальных не заметил этого короткого обмена взглядами, но в нём читалась целая история.

— Ясно… — ответила Элизабет, опустив глаза в пол. Её плечи слегка поникли, а пальцы нервно теребили заусенец — будто она пыталась удержать внутри бурю эмоций, рвущуюся наружу.

— Что за Бенджамин? — тихо спросил Ник, наклонившись к Мигелю.

— Отец Элли, — также тихо произнёс Мигель, и в его голосе прозвучала неподдельная теплота, смешанная с сочувствием.

Сняв белый халат, Ник сложил его аккуратным квадратом, словно этот простой жест помогал ему собраться с мыслями. Его лицо стало непривычно серьёзным — ни тени привычной ухмылки, ни намёка на легкомыслие.

— Портал в Зазеркалье находится в самой высокой башне замка, — произнёс он ровным, взвешенным тоном. — Думаю, каждому сейчас нужно собраться с мыслями, так что давайте отправимся через несколько часов. В такое место нужно идти с собранными мыслями, — он провёл рукой по густым волосам, взъерошив их, будто пытаясь прогнать наваждение. — Да и когда вернёмся, мне бы не хотелось оказаться в голодном теле, — парень с лёгкой улыбкой покосился на Мигеля, и в этом взгляде мелькнула искорка прежнего озорства.

Так все и разошлись. Ник вместе с Мигелем направились на кухню — оттуда вскоре донеслись звон кастрюль и приглушённые голоса. Снежка, не говоря ни слова, скользнула в свою комнату, плотно прикрыв за собой дверь; её спина была напряжена, а движения — резкими, будто она пыталась убежать от собственных мыслей.

Ричард и Элизабет, оставшись вдвоём, нерешительно переглянулись. Впервые за долгое время они почувствовали, что могут позволить себе паузу — крохотный островок спокойствия перед бурей. Не сговариваясь, они направились в одну из комнат.

Элизабет невольно вспомнила, как они сидели на крыше жёлтого дома, лакомились мороженым и считали звёзды на небе. На её памяти это был их последний день в спокойствии и умиротворении. Потом они отправились в путешествие.

Февраль, полгода назад.

— Если так подумать, то у тебя есть две фамилии. Лиадон и Морган, — Ричард смотрел на девушку, аккуратно складывая обёртку от мороженого.

— Да, что‑то вроде того, — Элизабет доела своё мороженое, аккуратно вытерла пальцы салфеткой и подняла глаза на эльфа. — А что?

— Тогда какую именно фамилию ты сменишь на Фитцмор? — Ричард убрал фантик и задумчиво скрестил руки на груди.

Элизабет вспыхнула. Щеки залились румянцем, а пальцы непроизвольно сжали край свитера.

— Рик! Хватит говорить такие смущающие вещи! — воскликнула она, отводя взгляд, но тут же снова бросая его на Ричарда — будто не могла удержаться.

— Но мы же собираемся пожениться в том твоём городке после нашего тура по странам? — Фитцмор с ухмылкой посмотрел на девушку и нежно подтолкнул её в плечо. Его глаза искрились весельем, но в глубине таилась серьёзность. — Всё по людским традициям.

— Д‑да, наверное… — Элизабет закусила губу, её взгляд метался между лицом Ричарда и далёким горизонтом.

— Мне же ещё и предложение тебе делать надо… А когда его, кстати, делают — за неделю до свадьбы или раньше? Мне просто нужно подготовиться, — Ричард размышлял это так буднично, будто его это совсем не смущало. — Кстати, в коробку одно кольцо кладут, да? А второе куда девать?

Элизабет вытерла рукой губы от сладких остатков мороженого и грозно посмотрела на Ричарда. Её глаза сверкали, но в них читалась не злость, а скорее смущение, смешанное с нежностью.

— Фитцмор, прекрати! Понятия не имею, когда делают предложение, и так же не знаю, куда второе кольцо девается! Хватит смущать меня!

— Обожаю, когда ты краснеешь, — с тёплой ухмылкой произнёс Ричард и нежно поцеловал её. Элизабет на мгновение замерла, а затем её сердце забилось чаще — жар поднялся от груди к лицу, и ей показалось, что она вот‑вот задохнётся от этого сладкого, головокружительного ощущения.

— Ну, ладно, пошли тренировать твой эльфийский телекинез, — Ричард подал руку, и Элизабет, всё ещё слегка дрожа от пережитых эмоций, взяла её.

Она поднялась, резко притянула его к себе за рубашку и поцеловала — страстно, отчаянно, будто пыталась вложить в этот поцелуй всё, что не могла выразить словами.

— Ты лучшая, Морган, — сквозь поцелуй прошептал Ричард, и его голос звучал так искренне, что у Элизабет перехватило дыхание.

Южный полюс, наше время.

— Так о чём ты хотела поговорить? — спросил Ричард, когда они с Элизабет переступили порог комнаты. Дверь тихо щёлкнула за их спинами, отрезав шум внешнего мира.

— Я хотела, но… — девушка медленно опустилась на край кровати, её пальцы нервно теребили свитер. Она вздохнула, и в этом вздохе слышалась усталость, накопленная за месяцы бесконечных испытаний. — Спокойная жизнь — это явно не про нас…

Ричард замер на мгновение, всматриваясь в её лицо. Затем с облегчённой улыбкой подошёл ближе и сел рядом, бережно взяв её ладони в свои. Тепло его рук словно передавало ей часть его внутренней силы.

— Ты сейчас о нашей свадьбе, что ли? — его голос звучал мягко, почти ласково. — Думаешь, я забыл?

Элизабет покраснела, отвела взгляд, но тут же снова посмотрела на него — в её глазах смешались смущение и невысказанная тоска.

— Да твоя девушка такая старушка, что устала от всех этих приключений и хочет тихой мирной жизни, — выпалила она.

Ричард на секунду замер, удивлённо вскинув брови. А потом внезапно рассмеялся — искренне, от души, запрокинув голову. Его смех наполнил комнату живым, тёплым звучанием, от которого у Элизабет тоже поднялось настроение.

— Старушка ты моя, ха-ха! — он обнял её, всё ещё смеясь.

Ричард отстранился лишь настолько, чтобы заглянуть ей в глаза, а затем наклонился ближе, шепча на ухо — его губы едва касались кожи, вызывая волну мурашек:

— Когда всё закончится, мы забабахаем такую свадьбу, какую не видел весь белый свет. И ты будешь самой прекрасной невестой во всех Вселенных.

— Ах! — Элизабет откинулась на спину, прикрывая пылающие уши ладонями. — Ты правда веришь в то, что это произойдёт?

— Я уверен в этом, — Ричард наклонился и нежно коснулся губами её щеки. — Мне показалось, или Морган просто решила вернуть в наши отношения романтику?

— Если ты называешь моё красное лицо романтикой, то да, — буркнула она, но в её голосе уже звучала улыбка.

— Всё будет хорошо, — эльф улыбнулся, взял её руку и поцеловал ладонь. — Давай вместе постараемся для нашего общего будущего.

— Хорошо…

В этот момент Элизабет ясно поняла: несмотря на страх, на неопределённость, на грядущие испытания — она не одна. С ней всегда будет он.

Но тут её ноздри уловили резкий, едкий запах гари.

— Мне кажется, или пахнет чем то горелым? — она повернула голову к Ричарду. Его брови тут же сошлись на переносице — он тоже почувствовал этот аромат.

— Что может гореть в ледяном замке? — пробормотал он, уже поднимаясь на ноги.

Они бросились на кухню, и перед ними открылась картина, от которой Элизабет невольно рассмеялась, несмотря на тревогу:

Ник, весь в саже, словно только что выбрался из печной трубы, стоял в голубом фартуке, безуспешно пытаясь стереть чёрные разводы с лица. Напротив него бушевал Мигель — его глаза метали молнии, а голос гремел:

— Ты сказал, что вытащишь через десять минут! Так что это такое?! — он ткнул пальцем в чёрное месиво, только что извлечённое из духовки.

— Ой, подумаешь! Иди, попробуй для начала — может, это и съедобно! Уголь полезен для пищеварения! — парировал Ник, отбиваясь от прихватки, которой Мигель явно намеревался «помочь» ему очиститься.

— Ведут себя как старые супруги, — Ричард устало провёл рукой по волосам, а Элизабет, не сдержавшись, расхохоталась.

***

Собравшись с мыслями, пятёрка спасателей Драйсдейла поднялась в башню замка с большим радужным стеклянным зеркалом. Воздух здесь был густым от напряжения, словно сама реальность дрожала в преддверии перехода.

Снежка подошла к Элизабет и протянула ей тонкий белый металлический ошейник. Его изящный дизайн поражал: серебро маленьких ромбов переплеталось с радужными камешками, сверкавшими, как капли утренней росы.

— А мне стоит надеть его перед Зазеркальем? — Элизабет с опаской осмотрела предмет. — Что, если он не даст мне воспользоваться всей своей силой?

— Мы точно не знаем, как отразится на всех нас уничтожение Зазеркалья, — Снежка бросила неуверенный взгляд на зеркало. — По крайней мере, на мне… Он будет контролировать твою силу, только когда ты в этом мире, так что можешь надеть.

Элизабет вздохнула, взяла ошейник и крошечный серый ключик, приложенный к нему. Её пальцы дрогнули, когда она обвила металл вокруг шеи и аккуратно застегнула замок.

Все смотрели на неё сочувствующими взглядами. Ричард попытался поддержать девушку улыбкой, но вышло неловко — особенно когда ошейник внезапно засветился и плотно обхватил её шею. Элизабет вскрикнула от неожиданной боли.

— Бет?! — его голос дрогнул.

— Я в норме, — она выдохнула, стараясь скрыть свою боль. — Он будто впился в меня.

— Теперь ты с ним одно целое, — тихо произнесла Снежка, глядя на ключ в руке Элизабет. — Будет очень трудно его снять. Храни его как зеницу ока, иначе ошейник станет частью тебя навсегда.

Элизабет сглотнула. Перспектива пугала, особенно когда она ощутила, как тысячи крошечных игл впились в её кожу. Она не сказала ни слова, но Снежка всё поняла — их взгляды встретились.

Когда-нибудь она поговорит об этом с Ричардом или Мигелем. Но сейчас впереди ждал другой бой.

— Все готовы? — спросил Ник, кладя ладонь на зеркало.

Ему хватило одного кивка от каждого.

Зеркало засветилось, радужное стекло стало мягким, словно желе, и начало переливаться всеми цветами спектра.

— Дамы вперёд, — Ник отступил, жестом приглашая Снежку и Элизабет.

Они взялись за руки и вместе шагнули в портал.

За ними последовали Мигель, Ник и Ричард.

В мгновение ока они оказались на зелёной поляне под голубым небом. Перед ними простиралась узкая тропинка, уводящая вдаль.

Ник, возможно, упоминал, что тела будут отделены от душ. Но о «преображении», с которым столкнулись герои, он не сказал ни слова…

Время на Земле: 21 августа. 125 дней до Рождества.

Посередине поляны стояло пятеро молодых людей, которые рассматривали друг друга с поражёнными глазами.

Первым делом Элизабет взялась за шею, в которой уже не чувствовала пронзающей боли и облегчённо выдохнула.

- Но об этом Ник ничего не говорил… - Элизабет смотрела на Ричарда, который стоял в необычном образе, собственно, как все остальные и сама девушка.

- Он и не знал, я рассказывала ему не обо всех деталях, - улыбнулась Снежка.

Зазеркалье будто решило самостоятельно подобрать каждому прибывшему образ, подходящий под этот мир. Например, Ричард. Мы и так много знаем о привлекательности этого эльфа, но нельзя не сказать о преображении образа.

На Ричарде были одежды белых и голубых оттенков. Сверху был надет длинный чёрный плащ, под которым была голубая облегающая футболка с рукавом три четверти, возле горловины виднелись синие круглые узоры, напоминающие те, что появлялись на окнах во время мороза. Низом служили белые штаны свободного кроя, на поясе которых был виден ряд синих ромбов, такие же ромбы, только на голубом фоне, были на манжетах. Обут он был в белые полуботинки с такими же узорами, как на футболке. Голубые серьги на ушах эльфа остались прежними, а резинка, что держала волосы в хвостике, стала синей.

- Да и Мигель ничего так, - Ник с улыбкой взглянул на лекаря, который комплимент не особо оценил.

На нём был тот же плащ, что и у всех остальных, а под ним была надета белая облегающая водолазка, с такими же узорами как у Ричарда. Поверх был накинут тонкий короткий безрукавный жилет, который был застегнут на цепочку. На правой руке парня был надет синий напульсник, а волосы эльфа были собраны на левую сторону и сцеплены заколкой в виде ромба. Серёжки остались прежними. На ногах же были надеты шорты свободного кроя чуть выше колен и длинные ботинки со шнуровкой, отдалённо напоминающие сапоги. Пояс на шортах был такой же белый с синими ромбами, как и у всех остальных присутствующих.

На Нике в свою очередь, не считая плаща, была надета голубая кофта со спущенным плечом и лямкой, верх которой был окантован синими зимними узорами. На шее виднелся синий кулон в форме ромба. На ногах были белые бриджи с поясом и черные ботинки со шнуровкой на массивной подошве.

Элизабет поняла, что все они были достаточно красиво одеты. Её тоже не обидели с нарядом, не беря в счёт чёрный плащ конечно. На ней была обтягивающая голубая кофта с небольшим воротником и узорным декольте. На бёдрах были надеты голубые короткие шорты. На ногах белые сапоги с подвязками на высоком каблуке.

Снежка, видимо, уже бывала в подобном наряде, так как она осматривала себя меньше всех и только приятно улыбалась, как будто воспоминания о Зазеркалье были хорошими и беззаботными.

На Снежке было голубое платье с воротником и рукавами три четверти, верх которого был обтягивающим, плавно переходя от талии в плиссированную юбку чуть выше колен. На правой руке был жемчужный браслет, а волосы заплетены в две косы, красиво лежащие на плечах девушки. На груди платья были такие же синие узоры морозов. На ногах были голубые гетры, окантованные по верху белой полосой с синими ромбами. Поверх гетр, были надеты валяные полуботинки лазурно-серого цвета.

- Ричард! Твои раны! – Элизабет указала на щеку и шею эльфа, где должны были быть царапины от ногтей фей, но их там как не бывало.

- Мы же в прострации. – Ответил Ник. – Здесь проекции – ваши идеальные версии тел.

- Так, где мы? Куда идти? – Элизабет оглянулась и принялась всматриваться вдаль, хотя ничего пригодного не нашла, казалось, будто поляна бескрайняя.

- А небо вы видели? – Ник обратил внимание всех на небо, которое было огромным зеркалом и отражало всё, что находилось внизу.

Если хорошо присмотреться, можно было разглядеть и самих путников. Свет тоже исходил от зеркала, но это было не солнце, а скорее миллионы огней.

- Это место, где находятся души до того, как отправиться на перепутья. Обычно все проекции попадают в самое верхнее перепутье. Оно и самое простое, по сравнению с остальными… - Снежка посмотрела в ноги. – Простите, но с этого момента я должна вас вести, потому что никто из вас не был в Зазеркалье…

- Конечно, веди нас! – Элизабет улыбнулась Снежке.

- Дело в том, что всё мрачнее, чем Ник рассказывал… - девушка подошла к парню и сняла с него кулон с ромбом. – Заметили, что у вас у всех есть элементы с этим?

- Да, - ответили все.

- Это знак Зазеркалья, потому что зеркало, из которого оно появилось, было именно этой формы. – Девушка вставила кончик украшения себе в кожу ладони и провела царапину из которой хлынула кровь.

- Ты что делаешь?! – воскликнул Ник.

- Мы не в наших настоящих телах, эта царапина ничего не значит. – Снежка закончила свою работу и, без колебаний сжав кулак, пролила кровь на яркую зелёную траву. – Но кое в чём Ник прав….

Кровь стекала по траве, пока перед ними на поляне образовывалась огромная бездна. А Снежка закончила свою мысль.

- Зазеркалье действительно похоже на ад!

Из бездны вырвался сильный торнадо, закруживший по всей поляне.

- У преддверия в криках и стонах блуждают бесчисленные толпы душ… – Воскликнула девушка. - За жизнь они не совершили никаких важных земных дел, за которые их можно осудить, не отличились ни благодетелю, ни грехом. Эти души засосало Зазеркалье из-за их слабости, так они оказались на первом перепутье. Мы должны спуститься к ним и освободить!

- Что ты имеешь в виду под «спуститься»? – крикнул Ричард.

Из-за сильного свиста и шума ветра приходилось кричать. Элизабет отметила удобство костюма, ведь стоя на низких каблуках, ей еще удавалось держаться на земле. Будь каблук хоть немного выше, ее бы точно сдуло.

- В бездну! – Снежка побежала к пропасти. – Делайте всё в точности как я!

Девушка встала на край бездны и прыгнула в торнадо без лишних слов. Ветер поднял Снежку и опрокинул в темноту.

Элизабет побелела.

- Она издевается?! – воскликнул Ник.

- Ты же сам сказал, что мы не можем здесь умереть, - начал Мигель. – Так чего бояться?

Лекарь устремился вслед за Снежкой и не мешкая прыгнул в бездну.

Ричард взял за руку Элизабет, и они вместе шагнули в пропасть, а за ними прыгнул и Ник.

Команда оказалась посреди ночного мегаполиса. Вокруг ходили толпы людей, их лица были погружены в телефоны, меж собой они не общались, повсюду царила угнетённая атмосфера. Где-то шумела сигнализация полицейского отряда, протяжным звуком выли машины, сверкали светофоры и жужжали яркие рекламные ролики на высотных домах.

Элизабет жила в тихом городе, но вполне могла узнать все эти звуки. Звуки Лос-Анджелеса, Нью-Йорка, Токио и других больших столичных городов.

Толпы людей едва обходили команду, кто-то уже успел толкнуть плечом Мигеля, но извинений не последовало.

- Наденьте капюшоны, а то слишком выделяемся, - Снежка накинула на себя верх плаща и закрылась им полностью.

- А разве им не всё равно? – Ник посмотрел на стеклянных людей. - И прыжок в бездну мы должны обсудить, куда делась девушка, которую я знал?

- Я… - Снежка оступилась. – Я просто должна вывести вас всех отсюда, это только первое перепутье, вам нужно привыкнуть к подобным действиям. К сожалению, я была только на пяти, но знаю обо всех. – Девушка развернулась к команде. – Это место было создано для моих страданий, частично, я виновата в том, что все эти души находятся здесь.

- Прости, но я не совсем понимаю, где нам искать осколок? – Элизабет посмотрела вокруг, переводя тему.

- Здесь есть проводники, обычно их ждут на полянах, просто я хотела показать вам настоящий вид перепутья. И если нас не будут пускать дальше, а так будет, достаточно пролить кровь и перепутье откроется. По сути то, что мы видим, не должно выглядеть таким для гостей. У нас должно быть чувство радости и восхищения на первом перепутье, дабы мы остались здесь навсегда и не боролись с Зазеркальем.

- Ага, получается, сейчас мы не встретимся с проводником? – спросил Ричард.

- Ну… - Снежка задумалась. – Я могу его вызвать, но тогда все узнают, что мы здесь, что я здесь.

- А проводник может показать нам осколок? Ну, как достопримечательность или…? – задумалась Элизабет.

- А это идея, - улыбнулась Снежка. – Тогда готовьтесь к преображению.

Ник почему-то подумал о том, как Снежка начинает громко кричать на всю улицу слово «проводнииик» и эта мысль его позабавила. Конечно, девушка даже и не думала кричать, вместо этого она присела и коснулась асфальта рукой. На месте касания появились яркие белые кружевные узоры, которые начали светиться.

Из белого света, который вырос до двух метров, вышел парень лет двадцати, одетый в эластичную полупрозрачную водолазку с открытыми плечами, длинными рукавами и золотыми наручами. На его ногах были тёмные обтягивающие штаны и коричневые ботинки. Вся его одежда была покрыта какими-то блёстками, которые на блеклом свету фонарей сверкали и переливались.

И этот парень был определённо одним из самых красивых существ, которых можно было только встретить во вселенных, по крайней мере, такие мысли закрались в головы некоторым членам команды. Его густые тёмно-синие пряди с фиолетовым отливом развивались на ветру, который образовался при появлении проводника, а большие глаза аметистового цвета с длинными чёрными ресницами почти не моргали и изучающие осматривали присутствующих. Губы парня были малинового оттенка, будто накрашенные, но в то же время было отчётливо видно, что на нём нет ни капли косметики. Чёрные брови красавца были идеальной тонкой формы. А лицо и вовсе казалось нарисованным точными линиями, как будто над его образом работал самый искусный художник в мире: тонкий аккуратный нос, едва видные скулы, никаких веснушек или ямочек, только бежевая кожа, без единого изъяна.

Всё его тело было красивейших пропорций, он будто бы только что вышел из спортзала. Ногти парня были покрыты голубым ярким лаком, но и эта деталь была столь аккуратно сделана, что с лёгкостью можно было поверить, что его ногти действительно такого оттенка.

- Что вы тут натворили? – спросил ярким голосом он. Голос. Ещё одно преимущество этого идеального существа. В меру тонкий, в меру грубый, в меру сладкий и в меру сухой. Звуки, которыми управлял парень, заставили команду на секунду замереть и обдумать суть вопроса.

Лишь Снежка не провалилась в мир грёз, мечтая понять суть стоящего перед ними красавца. Она больше удивилась тому, что перед ней стоял именно он.

- Это что, сама Снежная королева? – парень быстрым взглядом осмотрел девушку, уверяя себя в том, что он точно не ошибся. Хотя удивления в его голосе было не так уж много, а губы растянулись в довольной улыбке, продемонстрировав ровные белоснежные зубы.

Можно было стоять и любоваться на это произведение искусства вечно.

Первым очнулся Ричард, который поймал себя на мысли что любуется мужчиной, да ещё и наверняка ненастоящим.

- Как твоё имя? – Эльф не придумал более лучшего вопроса для ситуации, в которой они оказались. Голос парня и его образ будто стирали у всех память, о мыслях, которые их терзали, заставляя смотреть на прекрасное и собираясь следовать за этим куда угодно.

Да, все любят смотреть на красивых людей.

В паре сантиметров от рук парня летал красивый сине-фиолетовый восьмигранник. На уроке геометрии его бы назвали октаэдром. Он сверкал и явно являлся не простой безделушкой. Парень посмотрел на свой магический предмет, будто о чём-то размышляя, а потом снова озарил своим прекрасным взглядом команду.

- Моё имя Аверкий. – Он повернулся спиной к гостям Зазеркалья и поднял правую руку вверх, рядом с которой находился многогранник. Тот завертелся и вспыхнул таким ярким светом, что всем пришлось сощуриться.

Едва все открыли глаза, перед ними простиралась уже совсем иная картина, совершенно отличающаяся от прошлой.

Это был тоже город, но в отличие от былой серости, он сверкал яркими красками. Некоторые дома были одноэтажными, некоторые доходили до девяти этажей, но не выше. Каждый дом был покрыт нежными цветами, в основном главенствовали краски нежно-розового и нежно-голубого цвета. Всё цвело и пахло. Казалось, даже каменные дорожки едва перекрывают землю, потому что сквозь них прорастали маленькие цветочки, которые жители города очень элегантно их обходили. Зеркальное небо было не видно, потому что его перекрывали массивные белые облака, находящиеся будто под куполом. Яркий свет, просачивающийся сквозь воздушные массивы, давал какое-то тепло, будто солнце действительно было, но скрывалось за нежными облаками.

Улочки были широкие и ровные, что давало пятерым мальчишкам весело играть в мяч вместе с небольшой белой собачонкой, которая активно махала своим коротким хвостиком, похожим на спираль. В некоторых домах были устроены продуктовые лавки, а где-то виднелась вывеска большого ателье.

Элизабет будто попала в девятнадцатый век. Это явно был город даже не прошлого столетия, старомодных машин вокруг ещё не было, потому что они появились ближе к двадцатому веку. Ей казалось, что эти люди всё ещё могут вызывать друг друга на бессмысленные дуэли и устраивать роскошные вечера с париками и пышными платьями.

В этом лучезарном городе Аверкий переменился в лице, его глаза заблестели, а губы перетекли в улыбку. Многогранник в его руках исчез, и он демонстративно указал рукой на улицу.

- Добро пожаловать в Зазеркалье! – громко произнёс он.

Аверкий посмотрел на Снежку.

- Зачем нужно было устраивать фокус с ненастоящей стороной перед нашими гостями?

Элизабет даже немного вздрогнула от взгляда, которым Аверкий взглянул на Снежку. Они явно знали друг друга. И этот парень был недоволен тем, что сделала девушка.

- Аверкий, не путай их, все мы знаем, что именно эта земля, - Снежка постучала ногой по камням, - ненастоящая.

На удивление всем проводник прыснул от смеха. Он смеялся звонко и как ни странно, красиво. После этой быстрой и чувственной сцены, Аверкий вновь принял свой образ и подошёл почти вплотную к Снежке.

- Здесь важно не то, что настоящее, а что именно ты считаешь настоящим.

У Ричарда не было времени обдумывать изречение Аверкия, он старался не обращать должного внимания на меняющиеся города и искать среди них иллюзии. Он держал в голове мысль о Драйсдейле, погруженном во тьму во время Полярного дня, об Андреасе и… Элизабет. Да, пожалуй, на ней можно было акцентировать внимание, потому что выглядела она сногсшибательно в новоприобретённом наряде, хоть он и не привык видеть её в таком образе.

- Аверкий, - обратился он к проводнику, - ты покажешь нам место осколка?

Аметистовые глаза Аверкия сверкнули. Он явно не ожидал такого вопроса от только что пришедшего в Зазеркалье. Его взгляд прошёлся по всей команде, и теперь он точно убедился в том, что они знают всё.

- Место осколка зеркала Разума, да? – улыбнулся он. – Это можно. Он на площади.

Команда переглянулась. И Аверкий призвал свой многогранник....

- Я считаю немного нечестным то, что у вас есть Снежная королева, - начал Аверкий. – Поэтому думаю, нам стоит разделиться. Дойти до площади не такая и большая проблема, правда ведь?

Многогранник в руках парня снова начал крутится и команда исчезла в белом облаке.

## Глава 9

Время на Земле: 21 августа. 125 дней до Рождества.

- Что ты удумал?! – воскликнул Ник, но уже было поздно. Он стоял совершенно в другой части города. Рядом оказался Мигель.

- Нас перенесли. – Констатировал факт эльф. Он оглянулся и понял, что никого кроме Ника из знакомых он больше не видит.

- У меня слов нет, - Ник недовольно поставил руки в боки. – Мы ведь только начали!

- Ты сам говорил, что это будет нелегко, - эльф прошёл вдоль улицы, осматривая дома. – Что он там сказал? Дойти до площади не проблема?

- Я его не слушал, - вздохнул Ник. – Как ты понял, что нужно идти туда?

Впереди простиралась длинная улица из лавок и магазинчиков, казалось, что они копировали друг друга, а может, так и было.

- Никак, я не знаю куда идти, - Мигель прошёл ещё вперёд, будто что-то искал.

- Может спросить прохожих?

- Именно это я и хотел сделать.

Эльф подошёл к одной старушке, которая медленно шла с корзиной яблок в руках.

- Простите мадам, - начал он звонким голосом, чтобы та точно его услышала.

Старушка медленно повернулась к Мигелю. Её лицо было едва покрыто морщинами, ей можно было бы дать не больше шестидесяти, а если бы не большой горб на спине, то даже назвать красавицей. Её волосы были каштановые с проседью, и большая часть их была спрятана под спадающий белый платок.

- Можете, пожалуйста, подсказать в какой стороне находится площадь? – Эльф постарался быть милым и вежливым.

- Конечно же! – Женщина достала своё яблоко из корзинки и протянула Мигелю. Оно было алого цвета, очень спелое и наверняка вкусное. Эльф с улыбкой принял подарок, всё ещё дожидаясь ответа.

- Так где площадь, бабушка? – спросил снова он.

Резко корзина выпала из рук женщины. Яблоки рассыпались по каменной дорожке. Эльф без раздумий взял корзинку и принялся собирать фрукты. Ник тоже подключился, пока бабушка стояла и очень странно смотрела на них.

- Не мог спросить кого помоложе? – Ник с нескрываемым недовольством смотрел на старушку.

- Что лучше, маленькие дети или человек с большим опытом за спиной? – Мигель возмутился словам Ника. – Мадам, так где же площадь?

Эльф протянул бабушке корзинку, но та продолжала смотреть на них, не отрываясь, а корзинку пришлось поставить на землю.

- Слушай, Миг, она вообще моргает? – Ник не стеснялся говорить о ней в открытую.

Мигель хотел демонстративно закатить глаза, но потом понял, что женщина действительно не моргала, а её блестящие чёрные маленькие глаза продолжали смотреть вплотную на них.

- Так, идём, - Ник положил руки на плечи эльфа и принялся отводить его в сторону от странной старушенции.

- А как же площадь, мальчики? – прохрипела женщина милым голосом. Он звучал на тона три ниже, и Мигелю на секунду показалось, что он когда-то слышал этот голос.

- Ты чего застыл, идём! – Ник пытался двинуть эльфа вперёд, но он упрямо застыл на месте, смотря на старушку.

- Н-Натали? – дрожащим голосом выпалил Мигель.

Перед ним стояла молодая эльфийка с глазами ярко-фиолетового цвета. На ней было нежное розовое платье в пол и ожерелье с таким же, как и глаза фиолетовым камнем на шее. Белокурые волосы заплетены в длинный хвост.

- Какая ещё… - Ник обернулся и тоже увидел на месте старушки красивую эльфийку. Он мгновенно отпустил руки с плеч лекаря.

Парню стоило посмотреть на Мигеля и на неё всего пару раз, чтобы сообразить, кто это перед ними. Сходство было неоспоримым.

- Твоя мама? – спросил осторожно Ник, боясь негативной реакции эльфа.

- Да. Она родила меня. – Эльф сделал несколько шагов, чтобы тщательнее осмотреть того, кто перед ним стоял.

- Мигель? – произнесла женщина.

- Натали, я даже не знаю что сказать… - лекарь уставился в пол, пока не ощутил мягкие руки на своей голове. Женщина прижала его к себе.

- Я прошу прощения. Мне очень жаль, что оставила вас всех одних.

- Это закон, я слышал, что ты его чтила. – Мигель посмотрел на руку с красным яблоком. – Как ты здесь оказалась?

Ник не хотел прерывать милого разговора эльфов, но ему отнюдь не нравилось происходящее. Нет, конечно, он получил большое удовольствие, когда узнал, что фиолетовый оттенок в глазах Мигеля достался ему от матери, а голубой, вероятно, принадлежал отцу. И парень безумно радовался, что именно Мигелю достался этот цвет, а не его брату. Но всё-таки эта сцена была столь же надменной, как и всё в этом месте. И Ник знал это лучше всех, не считая Снежку конечно.

- Эм, Мигель, - парень снова положил руку на плечо эльфа. – Я не думаю, что это твоя мама.

- А я думаю, что это не твоё дело – Мигель дрогнул плечом, чтобы оторваться от Ника и подошёл ближе к эльфийке. – Натали, мы должны вытащить тебя отсюда.

- Отсюда нет выхода, ты же знаешь, - эльфийка была очень высокая, и ей пришлось нагнуться, чтобы быть на одном уровне с сыном. – Но ты мог бы мне помочь.

- Как?

- Яблоко. – Натали обратила внимание на левую руку Мигеля, в которой находился наливной фрукт. – Попробуй.

- Прямо сейчас? – эльф поднял руку и осмотрел фрукт.

- Они - моё единственное спасение, я могу их выращивать в садах. – Улыбнулась эльфийка.

Ник был в оцепенении от обидных слов, которые сказал ему Фитцмор, но даже если этому мелкому лекарю не нужна его помощь, он не мог прийти на площадь и просто сообщить Ричарду, что его брат покинул их.

Мигель приблизился губами к плоду, и стоило ему только открыть рот, как Ник яростно ударил его по руке. Эльф вскрикнул от возмущения, схватился другой рукой за больную и злобно посмотрел на парня.

Яблоко упало на землю.

- Какого чёрта, Ник?!

- Я считаю тебя умным, но сейчас ты ведёшь себя как маленький ребёнок! – Ник со всей силой наступил ботинком на яблоко, которое хрустнуло и кашей расползлось по земле. И это было далеко не яблочное пюре, как ожидал Мигель.

Белые внутренности яблока были перемешаны с алой тугой жидкостью, очень похожей на кровь. От раздробленного фрукта запахло тухлой плотью. Месиво выглядело так мерзко, что нельзя было не поморщиться.

Но стоило эльфу направить взгляд на мать, как он едва не потерял равновесие.

Натали смотрела на них плачущими глазами, а всё её тело начало трескаться, словно было создано из стекла. Не прошло и минуты, как прозвучал звонкий треск, и эльфийка рассыпалась на алые стеклянные кусочки, будто она была сделана из крашенного стекла. От них пахло гниющей плотью ещё сильнее, чем от недавно раздавленного фрукта.

Мигель посмотрел дикими от ужаса глазами на Николаса.

- Я же сказал, это не твоя мама. – Ник пошёл вперёд, обращая внимание на прохожих, которые в свою очередь совсем не обращали внимания на гору плоти на дороге и легко обходили её, будто происходящая картина была совершенно обычной. - Кажется, это было стекло. Стеклянная плоть, если быть точнее.

- Я впервые в жизни видел что-то столь отвратительное!

- Не увидел бы, если б меня послушал. - Ник снова поспешил вперёд.

Лекарю стало стыдно за то, что случилось. Он быстрыми шагами догнал Ника и виновато смотрел в землю.

- Откуда ты знаешь, что площадь там? – повторил он вопрос парня он.

- Потому что прохожим я не доверяю, - хмыкнул он. Мигель понял, что он тоже явно не в духе. – Не знаю, может какой-нибудь дед внезапно обратится в твоего папашу и заставит тебя съесть ещё одно кровавое яблочко.

Увидев, как позеленело лицо эльфа от упоминания о фрукте, который он собирался отведать, Ник рассмеялся.

- Белоснежка, милая, не волнуйся, - парень демонстративно положил руку на грудь, - если бы ты уснула, я бы разбудил тебя своим поцелуем.

Мигелю хотелось стукнуть Ника, но он лишь отвернул голову.

- Прости меня, я не должен был…. – Произнёс Мигель на выдохе.

- Всё нормально. – Сказал Ник таким тоном, что можно было понять, что он уже не обижается. – Ты и в замке ничего не рассказал о себе. Да и ты прав, это, действительно, не моё дело. И если бы ты хотел поделиться, сделал бы это…

Ник положил руки за голову и посмотрел на проплывающие облака, которые пытались скрыть огромное небесное зеркало. Подул лёгкий ветерок со стороны, куда они шли. Парень чувствовал, что Мигель пытается что-то ему сказать. Стоило только взглянуть на эльфа, как его алая нижняя губа начинала дёргаться. Ник подумал о том, с чем могли встретиться Элизабет, Ричард и Снежка. Он был уверен, что мама Мигеля предназначалась именно ему, такой подарочек от Зазеркалья. Но продвинуться его догадки дальше не могли никак, потому что он не знал предыстории, начиная с того, что эльф называл собственную мать по имени, будто они просто знакомые.

- Мы не виделись с Натали около десяти зим. – Начал вдруг Мигель.

- Так, и? – Ник старался всеми силами ухватить за ниточку, которую ему давала судьба, и хоть немного узнать об этом несчастном лекаре с чертовски привлекательными глазами. Он даже немного притормозил, стал идти медленнее и приготовился внимательно слушать эльфа.

- Она умерла четыре дня назад. – Эльф без эмоций посмотрел на Ника, прямо в глаза. Тому захотелось обнять его, но он сдержался, видя, что Мигель не так сильно расстроен, чтобы его жалеть.

- Это за день до вашего появления в замке, получается.

- Да, но письмо от Натаниэля пришло только через день. - Лекарь так погрузился в свои мысли, что едва было не врезался в проходящую мимо девушку. Она посмотрела на него приветливым взглядом, но тут же растворилась в толпе выходящих из бара людей.

- Натаниэль - ваш старший брат, да? – уточнил Ник.

- Да. Он старше нас почти на сто шестьдесят зим. – Эльф улыбнулся, вспоминая, как последний месяц они с Натаниэлем жили бок о бок.

Несмотря на чёрные дни, когда они только то и делали, что пытались выжить, пока ждали возвращения Элизабет и Ричарда, были и весёлые моменты. Например, однажды Натаниэль пытался сготовить суп и случайно уронил в кастрюлю банку с лекарством от гепатита. А ещё одним вечером Мигель случайно воткнул вилкой в указательный палец волшебника. Тот бегал по кухне с вилкой в пальце и истерически кричал на брата. Да, пожалуй, даже в самые тёмные времена можно получить положительные эмоции. Если с тобой твои близкие, которым можно открыться в любой момент. Но Мигель так не делал. Они с Натаниэлем ни разу не обсуждали убийства эльфов и гномов. Как и страх, который скрывался глубоко на подкорках души и яростно обволакивал все стенки сосудов, иногда не разрешая даже дышать, перекрывая все пути, через которые мог бы пройти кислород.

- Ты сказал об этом Ричарду? – спросил Ник, сбивая мысли лекаря.

- Да, но мы не говорили об этом. Мы почти не знали Натали. А воспоминания о ней такие расплывчатые, что иногда кажется, будто её никогда и не было в нашей жизни. Но по законам, мы должны были проводить её тело по незамерзающему озеру, пока оно не исчезнет, а душа не отправится в мир иной. А теперь я даже не представляю, как Нат будет делать это в одиночку - на войне некогда хоронить павших.

- Странные у вас эльфов отношения с семьёй, - отметил Ник. – Хотя, не мне судить…

- Поэтому я и подумал, что душа Натали попала в Зазеркалье, - эльф вздохнул, - но, кажется, это была не она.

- Конечно не она! – встрепенулся Ник. – Обычное отражение не более, а может быть, просто Зазеркалье испытывает нас на прочность.

- В таком случае я проиграл. – Улыбнулся Мигель. – Я вспомнил. Яблоки в древности означали вечность, беспрерывное продолжение чего-либо, хождение по кругу. Если бы я откусил хоть кусочек, наверняка стал бы пленником Зазеркалья.

- И стал бы жить с бабкой. – Усмехнулся Ник. – Я рад, что ты поделился со мной хотя бы этим.

- А ты хотел узнать что-то ещё? – эльф окинул изучающим взглядом парня.

- Да.

- Например?

- Например всё.

Дальше они шли молча, пока впереди не показался конец улицы, который выходил прямо на большую и просторную площадь.

***

Элизабет и Ричард оказались в баре. Девушка едва успела уклониться, перед тем, как толстый мужчина в майке занёс над ней две кружки пива, передавая своему тощему, как спичка другу.

В пабе пахло перегаром и просто отвратительным запахом некачественных напитков. Элизабет этот запах напомнил школьные туалеты, в которых никто никогда не убирал и не смывал за собой. Ей захотелось закрыть нос рукой, а лучше всего выйти из злосчастного заведения, но она потеряла Ричарда, который, кажется, перенёсся вместе с ней.

- Слышал твоя вчера прострелила голову своему мужу с того края. – Воскликнул задорно мужчина, сидящий в кругу ещё пятерых таких же, как он: пьяных грубиянов в грязных рубашках.

- О да, это было то ещё зрелище, не повезло ему, едва только начинал осознавать, где вообще находится, - усмехнулся другой мужчина с чёрной бородой.

- Слушай, ты либо сядь уже куда-нибудь, либо вали, - обратился к Элизабет мужчина с длинными тёмными волосами. – Не мешайся под ногами.

Девушка быстро окинула взглядом помещение и юркнула за первый попавшийся свободный столик. Вокруг творился какой-то хаос: на круглом столе, где сидели те самые мужчины, обсуждающие отношения, стояло примерно десять пустых стеклянных пивных кружек, где-то в углу сидела пара мужчин, которые едва были в состоянии говорить друг с другом, но активно продолжали спорить о чём-то. В ноздри Элизабет уже давно въелся отвратительных запах пивнушки; она была уверенна, что её одежда тоже пропиталась этим запахом. Где найти Ричарда? Уверенна ли она вообще, что они телепортировались вместе?

- Что такая красавица забыла в этом Небесами забытом месте?

Элизабет успела только моргнуть, как очень близко к её лицу уже сидел мужчина с чёрными кудрями и кожей цвета кофе. На вид ему было лет тридцать. Его голову увенчивала низкая шляпа, а на теле была белая рубашка и коричневый безрукавный жакет.

- Посмотрите на её одежду, да она новенькая! – мужчина обратил внимание на костюм девушки, который сверкал из-под плаща.

- А, простите… - Элизабет нервно забегала глазами. Она всё ещё пыталась найти среди пьяных в стельку мужчин своего Ричарда.

- Где твой проводник? – спросил с нескрываемым интересом мужчина. Он хоть и находился близко к лицу девушки, но всё ещё продолжал сохранять дистанцию, стараясь не прикасаться к ней.

- Решил не смешно пошутить видимо, - вздохнула она.

- Ты его ищешь?

Элизабет боялась любого действия со стороны кудрявого мужчины, но он смотрел на неё совершенно беззаботно, будто ему действительно было интересно, что с ней случилось. Ну, в конце концов, это Зазеркалье, чтобы здесь не произошло, оно здесь и останется. Сделав такой выбор, девушка облокотилась одной рукой на стол и подпёрла голову.

- Я потеряла своего жениха.

Мужчина слегка удивился, но расплылся в хитрой улыбке.

- Вы, новенькие, такие одинаковые. Постоянно как прибыли, всё что-то или кого-то ищут. Я бы, правда, не хотел тебя расстраивать, но твоего жениха здесь нет. – Мужчина провёл рукой по своим кудрям. – Ты, вероятно, умерла.

- О чем вы говорите? – Элизабет даже позабавил вывод мужчины.

- Сюда попадают только мёртвые, ну или совсем глупые, - мужчина посмотрел на озорные глаза девушки, которая улыбалась, и осмотрел её с ног до головы. – Ты не похожа на глупую.

- Но и на мёртвую тоже не очень. Вы не видели здесь эльфа блондина с выразительными голубо-синими глазами?

- Эльфов на свете много, давай по конкретней, милочка, - мужчина отодвинулся от девушки и достал пачку сигарет из кармана жакета.

Мужчина чуть не выронил изо рта сигарету.- Вы слышали что-то об эльфах Санты?

- Хочешь сказать, что сюда попали эльфы Санты, те самые эльфы Санты которые, блин, используют силу Зазеркалья в своих целях и управляют ею, как только вздумается?

- Возникли, скажем так, некоторые проблемы. – Девушка поморщилась от дыма, который исходил от сигареты мужчины. – А откуда вы знаете об эльфах? Вы маг?

- Кто? Я? Ах-ха! – мужчина усмехнулся и посмотрел карими глазами на барную стойку. – Понимаешь, когда находишься в этом аду уже не один десяток, многое успеешь узнать. – Он как-то странно посмотрел на Элизабет. – Если не сойдёшь с ума раньше, конечно.

- Одним прекрасным Рождеством я уже сошла с ума. – Мягко улыбнулась Элизабет. – И после этого вся моя жизнь превратилась в одно сплошное безумие.

- И какого это, быть сумасшедшей? – Мужчина выпустил ровное колечко дыма изо рта.

- Лучшее чувство на свете.

***

Ричард точно был уверен, что Элизабет перенеслась вместе с ним в этот отвратительный бар.

Теперь же он сидел за столом с четырьмя мужчинами сорока лет и играл с ними в карты. Что я здесь делаю? Эльф явно проигрывал на радость пьяным соперникам. Как он вообще к этому пришёл?

- Кого-кого ты потерял? – переспросил худой лысый мужчина.

- Девушку с глазами изумрудно-зелёного цвета и каштановыми волосами. Вот такого роста, - Ричард показал рукой на уровне своей груди.

- Ну, если бы у нас была такая девчушка, - усмехнулся мужчина, который мешал карты в руках. – Здесь было бы намного веселее.

Узкую комнату с деревянными стенами и круглым стеклянным чёрным столом наполнил звонкий мужской смех.

- Но она должна быть здесь. Может, она в зале, - Ричард едва коснулся ручки двери, как ему перекрыл проход самый высокий мужчина из находившихся в комнате.

И ладно бы он был только выше, но он превосходил эльфа раза в два в ширине и был похож на большой шкаф.

- Сыграешь с нами? – спросил лысый мужчина. – А Дункан поищет твою красавицу. Да, Дункан?

- Без проблем, - улыбнулся шкаф. – Найти девушку в этом баре будет не сложно.

Снова этот похотливый хохот. Ричард снял с себя плащ и повесил его на спинку стула, который ему дружелюбно предоставили.

- В дурака или что посложнее? – спросил с азартом в глазах мужчина, перемешивая колоду.

Вся проблема ситуации, в которой оказался Фитцмор, состояла в том, что он вообще не умел играть в карты. В Драйсдейле подобное было под запретом, а в плохую компанию Ричард ни разу не попадал.

Решили в дурака. Ричарду выдали карты, и он как истинный дурак, смотрел на них, совершенно не понимая их значения.

Не прошло и пяти минут игры, как мужчины догадались о проблеме эльфа.

- Как можно не уметь играть в карты?! Карты — это классика! – Воскликнул лысый мужчина.

- Так что, долго научить его что ли? – Усмехнулся толстый мужчина с рыжими волосами.

- И то верно.

Ричарду кратко рассказали суть игры, объяснили какая карта какую «бьет». Эльф не то чтобы понял всё, но разобраться пришлось.

Не нужно было быть асом по игре в карты, чтобы понять, что Ричард проигрывает. Мужики хихикали, закрывая ухмылки картами, будто это были веера. Похоже, им было весело.

- Так где твой проводник, красавчик? – спросил лысый мужчина, отвлекая эльфа от карт ещё сильнее.

- Думаете, если бы знал, сидел бы тут с вами? – усмехнулся Ричард.

Точно. Элизабет. Осколки. Драйсдейл. Пора выходить из этой дыры, в которой от запаха пива и пота уже просто не оставалось свежего воздуха. Эти мужчины явно ему не помогут. Вдруг дверь комнаты распахнулась, и в неё зашёл мужчина-шкаф. Из-за спины, словно куклу, он вытащил Элизабет, которую держал за руки, и та едва стояла на ногах.

- А ну поставь меня на место! – кричала девушка повелительным тоном. – Громила, ты слышишь меня?!

Ричарду стоило одного взгляда на девушку, которая как мотылёк в руках человека, пыталась освободиться из лап мужчины, чтобы разозлиться не на шутку. Он только встал, как лысый воскликнул.

- Да, правда, Дункан, оставь её уже!

Послушный Дункан поставил девушку на место, и только тогда она увидела Ричарда перед собой.

- Рик! – воскликнула она и обняла эльфа. – Что ты тут делаешь?

Взгляд девушки скользнул к картам, и она с вопросом оглядела мужчин.

- А она и правда ничего так, - лысый мужчина облизнулся и прошёл глазами от ног девушки до её глаз.

- Я думаю, что нам пора, - Ричард бросил карты на стол и взял Элизабет за руку.

- По-моему, мы сейчас должны идти на площадь, - улыбнулась девушка.

Они вышли за дверь, а мужчины, все кроме Дункана, двинулись за ними.

Среди всей толпы, которой казалось, стало ещё больше, Элизабет нашла темнокожего мужчину, с которым разговаривала. Он тоже заметил её и приветливо помахал. Девушка потянула Ричарда за руку к столику этого мужчины.

- Нам надо уходить! – возмутился эльф, когда его усадили за стол. Девушка быстро приземлилась рядом и с восхищением смотрела на обоих.

- Рик, ты понял, что все эти люди осознают, где они находятся?

- Я подозревал это.

- На самом деле, милочка ошибается, - начал мужчина, - далеко не все в курсе, некоторые верят, что они живы, некоторые просто ещё не в догнали. Это узнаёшь спустя долгое время, и это ещё нужно принять.

- Очень интересно, но нам, правда, пора. – Ричард встал со стула и прямо перед его лицом появился лысый.

- Мы не доиграли. – Начал он.

- Небеса, оставьте этих детей в покое. – Темнокожий мужчина встал.

- А тебе-то до них какое дело, Кляйн? – лысый явно хорошо знал его.

- Эта милочка, - Кляйн подошёл к лысому мужчине ближе и почти прошептал. – Может освободить всех нас.

- Что? – Лысый переменился в лице. Он изучающие осмотрел девушку. – Чем докажешь?

- Я лично видел, как она создаёт магию уничтожения.

- Когда ты успела воспользоваться силой? – Ричард с восхищённой улыбкой обратился к Элизабет.

Оказалось, что пользоваться силой, черпая её из тела сквозь Зазеркалье достаточно трудно. Ричард даже не чувствовал единения со своей магией, он не знал за какие ниточки дёргать - когда он сосредотачивался - чувствовал лишь темноту и пустоту. Его глаза не светились, а блёстки были только от костюма.

Также, как и Элизабет. Ей всегда было достаточно тяжело управлять своей силой, но теперь вызвать её оказалось в двойне сложнее. Она любила вспоминать те дни, когда впервые начала чувствовать, как в её жилах бурлит нечто помимо крови, это иное вещество растекалось по всем венам, его можно было прочувствовать даже в кончиках пальцев. И это было невероятно. Магия окрыляла девушку. Если бы она только пришла к этому в детстве, тогда её жизнь наверняка была бы совсем иной. Эльфы могли совершенно без каких-либо усилий пользоваться магией. Для них она была на основе рефлексов. Так же, как и использование пыли. В то время как девушка неуклюже сыпала на себя золотой песок, который впитывался в её одежду и тело не оставляя следов, эльфы и гномы делали это столь же элегантно и ловко, как балерина пируэты.

- Моим рукам достаточно было засверкать зелёным цветом, чтобы он поверил во все мои слова. – Шепнула Ричарду девушка.

- Ты, правда, сможешь нас… - лысый мужчина замолчал. У него задёргался глаз. – О-освободить?

- Если вы не отпустите нас, то мы никогда этого не узнаем. – Усмехнулся Ричард.

- Она сделает это, - уверенно сказал Кляйн и обняв девушку и эльфа за плечи, повёл их к выходу. Лысый мужчина со своей компанией так и остались стоять в оцепенении.

- По-моему он перестал моргать, - прокомментировал Ричард, смотря назад.

- Милые мои, - начал Кляйн, когда они подошли к самому выходу. – Обернитесь и посмотрите на это всё ещё раз.

- И? – Элизабет смотрела на пьющих мужчин с кружками в руках, которые шутили, разговаривали и ругались.

- Вы новенькие, вам это показывается чаще. Просто замрите и смотрите. – Кляйн отпустил их и прижался к стене, начиная закуривать очередную сигарету.

Элизабет пристально смотрела на происходящее. Картинка не менялась до тех пор, пока её взгляд не упал на худого мужчину в грязной майке, который залпом допивал своё пиво. Только это было далеко не пиво.

В большой кружке находилась алая густая жидкость. Элизабет раскрыла глаза так широко, что ей стало больно. В животе собрался тугой узел. Она пробежала изумрудными глазами по каждому стакану, по каждой чашке в этом заведении, и все они были наполнены кровью, которую с жадностью пили мужчины. Они облизывали свои губы, которые окрашивались в красный и совсем не обращали внимания на свою одежду, которая вся была в бардовых пятнах. Элизабет затошнило.

Если рефлексом эльфов было осыпание пылью, то рефлексом Элизабет в последнее время стало движение руки, которая в панике искала чужую руку. Руку Ричарда. И всегда её находила. И вот их руки сцепились.

Они посмотрели друг на друга.

- Ты тоже это видишь? – спросил Ричард, пытаясь уравновесить своё сердцебиение.

- Это какой-то бред. – Девушка упрямо смотрела на эльфа, пытаясь больше не обращать внимание на ужасающую картину. Но её боковое зрение показывало, что кружки с кровью всё ещё никуда не делись.

- Нет, милочка, это не бред, - Кляйн сильно втянул дым сигареты в себя и выдохнул. – Это наше проклятье.

Элизабет и Ричард переглянулись. Их руки одновременно потянулись к двери.

- Знаете, откуда эта кровь? – спросил Кляйн. Он не стал ждать ответа. – Они высасывают её из своих тел, которые находились когда-то в такой же прострации, что и ваши.

Девушку передёрнуло. Она готова была упасть в обморок, хотя и не помнила за собой, что могла терять сознание от испуга.

Ричард ещё сильнее сцепил их руки.

- И как долго они это делают? – спросил эльф.

- Бесконечно.

Элизабет умоляюще смотрела на Ричарда. Давай уйдём. Пожалуйста, давай уйдём!

- Мы освободим вас, обещаю. – Ответил Ричард.

Кляйн положил руку на плечо Ричарду и посмотрел на Элизабет.

- Защищай её, эльф. Если она действительно может уничтожить весь этот ужасный мир, то она ни кто иная, как богиня.

Ричард улыбнулся и провёл рукой по волосам девушки. Она всё ещё просила глазами выйти из этого места.

- А не подскажите нам, в какой стороне площадь? – спросил, Ричард, наконец открывая дверь.

- Конечно, - улыбнулся Кляйн, выходя за ними следом, чтобы показать дорогу.

***

Снежка ожидала чего-то подобного. Особенно от Аверкия. И почему именно его выдало им Зазеркалье? Девушка застала себя сидя за чайным столиком где-то в чаще леса. Столик был мраморный, а фарфоровые чашки и блюдца кружили сами по себе. Перед ней сидел проводник, он аккуратно наливал темный чай из красивого заварочного чайника с розами.

Снежка не любила чёрный чай. И Аверкий об этом знал.

Сиди перед ним не Снежка, а кто-то другой, можно было бы обсудить с какой элегантностью и ловкостью красивых пальцев он делает чай, как стойко держатся его руки, как опускаются и поднимаются красивые плечи, но вместо этого девушка решила занять себя просмотром лесных деревьев.

Зеркальные лучики просачивались сквозь кроны ромбовых листьев и освещали чайный столик с двумя стульями.

- Так чем мы обязаны такой честью, Снежная королева? – начал, наконец, Аверкий, оттачивая каждое слово, каждую струнку, будто пел. К девушке подлетела чашка с чаем, сахарница и ложка.

Парень сидел с ровной спиной, его волосы были заделаны в короткий хвост, чтобы не дай бог, они не попали в чай. Он провёл указательным пальцем линию по белой скатерти стола, и на ней появилась ваза с белоснежным мягким зефиром.

- Я не понимаю, зачем весь этот спектакль? – девушка будто бы переменилась. Фарфоровая куколка, которую все знали, испарилась среди этой чащи, где они с проводником были совершенно одни. Её голос стал твёрже, увереннее, брови на лице стали прыгать, глаза сверкали, а губы подрагивали от нахлынувшей злости.

- Какой спектакль? – спросил с наигранным удивлением Аверкий. Его глаза были хитрее, чем у Ника во время шуток, а губы исказились в сладкой ухмылке. Он отпил чаю и взял в руку кусочек зефира.

- Зачем ты нас разделил? – Начала Снежка спокойным, но всё ещё настойчивым голосом.

Парень откусил кусочек мягкой воздушной сладости и, положив её на тарелку, переплёл свои пальцы, поставив локти на стол. Он скользнул своим аметистовым взглядом по Снежке. Теперь он казался более игривым и весёлым.

Девушке показалось, будто тот раздевает её глазами. Она не хотела смущаться, но всё-таки румянец проявился на её белых щеках.

- Если ты помнишь, первым задал вопрос я. – Парень коснулся своей нижней губы указательным пальцем с голубым ногтем.

- Даже если я скажу, зачем мы здесь, тебе всё равно не остановить нас.

- Думаешь, я собирался? – Аверкий усмехнулся. – Лишить их тебя было уже достаточно чтобы они как кролики бегали по Зазеркалью в поисках помощи.

- Они смогут справиться и без меня. Ник знает достаточно, чтобы вытащить их.

- О Небеса, Николас Гриндейл, тот самый косящий под твою силу паренёк. Ещё и тёска самого Санты, никакой индивидуальности! Он смог бы больше, если бы не держался за твою юбку. – Аверкий улыбнулся. – Именно из-за него ты не захотела развлечься со мной на втором перепутье в позапрошлый раз.

На девушке появился ещё больший румянец.

- Мы с ним уже давно не вместе.

- Вот как, - парень снова пробежался по телу девушки. – Я думал ты не такая болтушка… Тебе ведь пришлось рассказать всё Гриндейлу, не так ли?

Он нагло смеялся над девушкой, выставляя её в таком положении, будто она опозорилась у доски в школе, неправильно решив пример.

- Ты знаешь, что Зазеркалье для меня наркотик. – Снежка взялась за одну из своих кос и принялась трепать её в руках. – А от наркотика бывает передоз…

- О, так он тебя откачивал! – Аверкий отодвинулся от стола и положил ногу на ногу.

- Он вытаскивал меня из того безумия, в которое я впадала, кстати, из-за тебя. – Снежка заискрила серыми глазами.

- Мне, конечно, приятно слышать, что ты была от меня без ума, но дорогая… - Аверкий взял со стола чашку с чаем и принялся допивать его. – Зазеркалье это твоё прошлое, настоящее и будущее. Где бы ты ни была, сколько бы столетий не прошло, всё равно ты вернёшься сюда. Всегда возвращалась.

- Нет, на этот раз нет. – Девушка скрестила руки и гордо смотрела на Аверкия.

- Что ж, всё равно остаётся неизменным факт того, что Снежная королева вернулась туда, где ей и положено быть. Но зачем же она привела с собой этих существ? – Аверкий допил свой чай. - Это твои друзья?

- Друзья слишком громко сказано… Скорее знакомые.

- И ты доверилась знакомым? – парень только успевал подавлять свою усмешку, чтобы не засмеяться на весь лес. – Дай угадаю: что-то случилось на эльфийском пастбище у Санты, и теперь вам нужны осколки, чтобы вернуть твою силушку.

Снежка с шоком смотрела на Аверкия и молилась, чтобы ей просто послышались эти слова. Но нет. Этот парень действительно раскусил их на первом же перепутье.

- О милая, где ты научилась такому безрассудству? Это всё влияние людей? Эльфов?

- Нет. Мне просто всё это надоело, Аверкий. Надоело то, что происходит со мной. Надоело то, что происходит между нами…

- Может, посвятишь меня в то, что происходит между нами? – Аверкий встал и подошёл к девушке со спины, положив руки на её плечи.

- Если бы это можно было описать словами, я бы это сделала.

Снежка почувствовала, как её плечи начали разминать чужие руки. Аверкий управлял ловко всем своим телом, в том числе и ладонями, которые очень профессионально и аккуратно проделывали массаж. Внезапно он прекратил действо, взял косы девушки в руки и принялся их расплетать.

- Зазеркалье решило сделать из тебя хорошенькую девочку, но это ведь бред. – Усмехнулся он, положив белые расплетённые волосы на спину. Он снова продолжил разминать её плечи. - Надеюсь, ты рассказала Гриндейлу о том, насколько чувствительна душа в Зазеркалье. – Он нагнулся к уху девушки и прошептал обжигающим кожу воздухом. – О том, что все ощущения увеличиваются в два раза, особенно телесные…

Снежка вспомнила слова Ника, когда он рассказывал у доски о Зазеркалье.

- Тела будут находиться в прострации, в ином мире, но не в Зазеркалье. То есть, по миру будут перемещаться наши так называемые образы, да это тоже будут тела, но они не будут зависеть ни от еды, ни ото сна и прочего.

Да. Она обманула его. Но Снежка и представить не могла, что они когда-нибудь отправятся сюда с ним. Она не могла просто взять и рассказать парню о том, каким образом узнала об этом.

- Зачем им это знать? – Девушка не выдержала и соскочила со стула, уперевшись спиной в стол. – Они здесь не для удовольствий.

- Вот значит как. – Улыбнулся парень, подходя вплотную к Снежке. – А ты?

Аверкий прижал девушку к столу так, что она едва могла свободно дышать.

- Если ты решил вспомнить прошлое, то попытка плохая, - Снежка старалась не смотреть на парня, который находился так близко, что можно было рассмотреть все его идеальные черты лица.

Аверкий поднял правую руку и коснулся щеки девушки. Сквозь обоих прошла маленькая приятная искра. Да, тела здесь чувствительнее.

Проводник быстро махнул левой рукой и всё, что находилось на столе, исчезло. Он снял с себя резинку, и его синие волосы рассыпались по плечам. Парень сверкнул своими аметистовыми глазами и одним захватом Снежки вокруг талии усадил её на стол.

Снежка особо не сопротивлялась. Она положила руки на плечи Аверкия, который уже встал между её ног и приближался к её лицу.

- Как бы я хотел увидеть северное сияние в твоих глазах ещё раз… - прошептал он, убирая с её лица белоснежные, волнистые от кос волосы.

- Мы можем это устроить… - Девушка улыбнулась и закусила губу.

Спустя секунду Аверкий жадно впился в её губы поцелуем. Он обвил её талию руками, а язык уже скользнул в рот девушки. Она тихо простонала, пытаясь ответить на жаркий жест.

Поцелуи с Аверкием были сокрушающими, в самом лучшем смысле этого слова. Это было также необъяснимо словами, как и их отношения. Снежка уже забыла его запах. Запах ванили. Она не знала почему, но для неё он всегда пах именно так. Вкусно. У девушки действительно была зависимость от Зазеркалья. И важную роль в этой зависимости играл он. Этот парень с идеальными чертами лица, синими блестящими волосами и глазами цвета аметистов, не мог не произвести впечатление.

Если вспоминать прошлое, то Снежка уже и не помнила знакомство с Аверкием. На её памяти он был в Зазеркалье всегда. И всё это время, то время, когда девушка находилась там, она была с ним. Они были своего рода королём и королевой Зазеркалья. Многие старые души или отражения, могли помнить эти времена.

Да, Снежка пыталась измениться. Уезжала далеко от дворца после очередного побега в мир зеркал. Но почему-то всегда возвращалась. Она объясняла это глупыми вещами вроде замка, от которого зависит её настроение, и постоянно пыталась скрыть свои чувства.

Это началось ещё в детстве, когда за девушкой присматривал Санта, едва не живя вместе с ней во дворце (он не мог привести в свой город Снежную королеву, пока не убедился полностью, что она неопасна). Снежка вспомнила всё за первые пять лет своей жизни, когда училась у Санты доброте, порядку, дружбе и прочим добродетелям. Конечно, старик и не мог предполагать, что та поднимается высоко в башню с волшебным зеркалом и убегает в иной мир. Он думал, что она просто сладко спит, и никогда не вмешивался в её личное пространство. Естественно, кошмары с воспоминаниями, где её белые руки были омыты кровью, пришли быстро.

Да и какой дурак сказал, что если стереть воспоминания, можно изменить характер? Конечно, Снежке не хотелось убивать, нет. Но её властное сердце постоянно хотело большего, чем у неё было. А когда она заморозила эльфа в Драйсдейле, она и вовсе поняла, что Снежная королева всё ещё где-то внутри неё. Она не в Зазеркалье, совсем нет. Зазеркалье может лишь разбудить то, что спит в её душе.

Когда Снежка поняла, что она была и остаётся Снежной королевой - стало страшно. Санта утверждал, что скоро она станет человеком. Но процесс происходил слишком медленно. Изменился лишь цвет глаз, которые были прежде тёмными и переливающимися, будто северное небо.

А когда в её жизни появился Николас Гриндейл, она готова была посвятить всю жизнь ему, лишь бы не возвращаться к своим истокам. Но после расставания с ним она всё-таки вернулась. Последний «передоз» случился перед поездкой к людям. Ей снился Аверкий. Он звал девушку на помощь, находился в золотых цепях. Она в полусне поднялась наверх и позволила себе открыть злополучную дверь комнаты с зеркалом.

Всё было хорошо. Аверкий был совершенно здоров и собирался показать девушке, как разрослись города Зазеркалья, особенно второе перепутье. Но Снежка слишком увлеклась, отчего воспоминания о Нике едва не начали стираться. Из-за испуга девушка попыталась выйти из Зазеркалья, но то её не пускало.

Снежка была единственной душой, которая могла выйти из Зазеркалья. Достаточно было применить свою силу, загадать желание, попросить всей душой выход и он появлялся. Побочным эффектом была кровь из носа, которая била ключом, как только она вылезала из зеркала, и ужасная мигрень, которая могла не покидать её неделями. Но из-за человечности девушки с каждым разом было сложнее выходить. И тот раз оказался финальным.

Сила Ника была точной копией Снежной королевы, потому, он мог ударить со всей силы в зеркало, и тогда Снежку выплёвывало назад. Парень проделывал эту историю уже два раза, и в тот раз ему пришлось сконцентрировать всю силу, дабы вытащить девушку. Хорошо было то, что зеркало начинало трещать, когда Снежка пыталась вылезти, что давало сигнал парню о неизбежном побеге девушки в Зазеркалье.

- Я не могу, Ник! – кричала она в слезах, сидя на ледяном полу перед злополучным зеркалом. На голубой пол падали капли крови из её носа. – Оно зовёт меня! Я хочу быть человеком, но Зазеркалье продолжает призывать меня!

- Знаешь что? – парень махнул рукой и к носу девушки компрессом лёг снег. В руках Ника уже была вата, и он с сочувствующим взглядом помог ей заткнуть нос. – Тебе нужно развеяться. Езжай к своим друзьям в Америку. Встретьте вместе Рождество, проведи у них летние каникулы, в конце концов.

- Летние каникулы? – девушка вытерла слёзы и как котёнок посмотрела на парня. – Это же полгода, а как же ты?

- Я? – усмехнулся Ник. – А что я? Мне и здесь хорошо. Доступ к порталам есть, игровые комнаты стоят, а сериалы выходят каждый божий день!

- Ха-х, Ник, ты правда уверен? – девушка улыбнулась и встала, шатаясь. Парень помог ей облокотиться на своё плечо. – Отведи меня к календарю.

- Что ты задумала? – улыбнулся Гриндейл.

Они прошли к большому календарю с рыжим котом в игровой комнате, который повесили совсем недавно, так как год только начался. Девушка взяла чёрный маркер в руки и обвела двадцать второе августа.

- В этот день купи самый большой торт, что найдёшь, и жди меня. – Девушка поцеловала парня в щёку. – Ты лучший.

- Привози как-нибудь своих друзей сюда, - усмехнулся Ник, - может у меня будет шанс с какой-нибудь блондиночкой…

- Ну конечно, ещё с голубыми глазами и низкого роста, - Снежка покрутила волосами в руках. – Я учла все твои вкусы?

- И чтобы увлекалась наукой! – воскликнул Ник, смеясь.

- Хорошо господин Николас, - произнесла торжественно девушка, - привезу вам красавицу медсестричку.

- Было бы неплохо, - парень улыбнулся и погладил девушку по плечу. – Я не хочу, чтобы ты возвращалась в Зазеркалье. У твоего Санты нет сил на уничтожение портала?

- Не знаю… - Снежка отвернула голову. – Я хочу отдохнуть. Поможешь мне собрать вещи?

- Устроим примерку посреди зала? – улыбнулся хитро парень.

И вот спустя полгода Снежка снова оказалась в Зазеркалье. И теперь сидела на столе посреди зеркального леса и целовалась с проводником. Грех окружил её, проник внутрь.

Аверкий был настойчивым, властным, он целовался также идеально, как наливал чай или разговаривал. Снежка не могла представить себе ощущений лучше, чем те, которые испытывала рядом с этим парнем.

Но проводнику пришлось отстраниться от девушки. Его глаза начали мигать, он медленно покрутил головой, будто разминая шею и сквозь одышку произнёс:

- Твоя команда мечты дошла до площади.

Парень отошёл уже на большое расстояние от Снежки, поправил свои синие локоны, провёл пальцем по горячим алым губам. Наконец, он взмахнул руками и лес расступился, показывая впереди площадь со всей командой. Всё было так хорошо видно, что можно было разглядеть их белые как полотна лица.

Снежка прошлась рукой по белым распущенным волосам, которые слегка взъерошились, и спрыгнула со стола, подойдя к Аверкию и всматриваясь в лица каждого, находившегося на площади перед большим прозрачным кубом с осколком внутри.

- Они такие бледные, что ты с ними сделал?! – воскликнула она.

Перед площадью и лесом, в котором они стояли, находился какой-то полупрозрачный барьер, сквозь который нельзя было увидеть или услышать, что говорится внутри.

- Как ты могла заметить, я находился здесь, с тобой, - Аверкий повернулся к девушке и провёл большим пальцем по вспухшим красным губам Снежки, которые он кусал несколько секунд назад.

- А что это тогда?! – Снежка отдёрнула руку проводника. – У них такие лица, будто они увидели саму Смерть!

- Я виноват, что их напугало первое перепутье? Это их проблемы.

Снежка отошла от Аверкия.

– Ты же пустишь меня к ним?

- Ты так и не объяснила, что вы собрались делать. – Парень улыбнулся. – Но я могу вас проводить до второго перепутья, чтобы посмотреть на лица этих малышей.

- Фактически, ты должен провожать нас до самого конца. – Снежка подошла обратно к Аверкию.

- А ты уверенна, что вы дойдёте до самого конца? – коварная улыбка не сползала с лица парня.

- Просто не мешай нам.

- Королева, имей совесть, я же всё-таки подчиняюсь не тебе, а Зазеркалью.

- Тогда наблюдай за шоу, - Снежка указала пальцем на Элизабет, которая стояла прямо перед кубом.

Аверкий и Снежка обменялись взглядами соперников, которые затеяли очень важную для себя игру и вышли одновременно за барьер.

- Только имей в виду, - проводник убрал светлую прядь девушки за ухо. - Если тигры начнут нападать на зрителей, мне придётся предпринять меры.