# Разрывы

Анастасия Вартанова

Разрывы происходили так медленно, что в новостях ни разу не возникало слово «апокалипсис». Просто раз в год два или три города омывались Ветром. Из другой вселенной, из другого пространства. Можете выбрать сами: выходы черных дыр из неизученных галактик, наказание рода человеческого или сила Природы, которую остается принять.

> Посвящается

> Мари Сан

## Часть 1

***

Верхушки деревьев качнулись от ветра, и я понял, что он движется в направлении холма, на котором я разбил свой лагерь. Зарево. Алые лепестки горящего желтка на небе пытались оставить поцелуи на сетчатке. Я был не против. Ветер принесет свободу. Серебряная пыль, которой он был наполнен, играла со светом и превращала поток воздуха в Млечный путь.

Поцелуи. Только один. Поцелуй. Больше не мог позволить – она была слишком живой для вселенной в которой ей суждено остаться. Точнее, это Вселенной суждено остаться с Ней.

Звук ее голоса наполнил меня и, выдохнув, я набрал полные легкие уже обнявшего меня ветра.

Разрывы происходили так медленно, что в новостях ни разу не возникало слово “апокалипсис”. Просто раз в год два или три города омывались Ветром. Из другой вселенной, из другого пространства. Можете выбрать сами: выходы черных дыр из неизученных галактик, наказание рода человеческого или сила Природы, которую остается принять.

Культы снова стали модными. На этом пожалуй все. Жизнь текла так же, особенно в крупных населенных пунктах. Просто сводка о новом месте, где был очередной Разрыв. Точное количество жертв и сколько противогазов правительство выделило для выживших. Конечно, ежедневно транслировали “научные разработки”. Системы вентиляции, фильтры, даже купола покрывающие город. Вы в безопасности.

Только с третьим городом, люди начали понимать суть Разрыва. Купол, в который вложились несколько государств – не просто не выстоял, он не сопротивлялся.

В какой-то момент на территории, охваченные Разрывом, даже стали водить экскурсии.

Природа быстро брала свое и урбанистический пейзаж кутался зеленью в таком хаотичном порядке, что это нельзя было не назвать красивым. Воздух, наполненный частицами из Разрыва, блестел. Говорят, что если подойти точно к Разрыву, к воронке извергающей пыль, то осознаешь свое Предназначение.

Такие “предприниматели”, конечно же, действовали нелегально. Иногда экскурсоводам давали заказы на определенного человека. Все просто – неисправный противогаз. И вот спонсор данной поездки доволен.

Я не спрашивал, почему люди хотят попасть в города и увидеть Разрыв. Помню первый раз, когда я привел человека к обещанному Предназначению: после минуты в серебряном потоке, он встал на колени и снял противогаз. Не могу сказать что его не стало, он стал частью пыли и размножился на потоки ветра.

После него я больше не боялся брать заказы на, так сказать, “исчезновение”. Я помню, как частички пыли, которой стал мой безымянный клиент, осели на куртке. Возможно, тогда, что-то поменялось во мне, можно сказать я чего-то лишился. Сейчас, я даже не скажу, сколько “переформатированных” противогазов было за мою практику.


В старом мире я был никем. Конечно, у меня были роли – друг, парень, коллега. Но внутри я был никем. Возможно, таким я родился. Я хорошо понимал людей и что им нужно. Но ничего про себя почувствовать не мог. Ни одно из этих амплуа не могла дать ответ на вопрос “кто я?”–ни когда я складывал их вместе, как в уравнении. Радость – знал это чувство. Я вызывал ее у других. Но сам не мог зажечься. Я помню не основные моменты своего быта и общения с близкими людьми, а перерывы между ними. Выйти из офиса и покурить, исключительно одному. Задержаться, пока все уйдут, чтобы высотное здание корпорации показало мне огни города. Мне нравилось разрывать свою повседневность и оставаться со своей пустотой. Когда Разрыв раздвинул пространство над моим мегаполисом, передо мной открылась искренность, это самое близкое состояние к радости, которое ощутил.