Ziko Valencio
Саховат

Пролог

За плотной завесой дождя лес казался таинственным и мрачным царством. Тяжелые капли барабанили по кронам деревьев, создавая оглушительный шум. Вода стекала по стволам деревьев, превращая землю в сплошное море грязи.

Среди этого природного буйства, словно островок спокойствия стояла старая каменная хижина. Крыша, покрытая мхом и остатками дранки, местами прохудилась, но все еще справлялась со своей главной задачей – укрывать от непогоды. Вокруг хижины раскинулись заросли папоротника и молодых елей. Вода струилась по склону небольшого холма, на котором расположился дом, образуя маленькие бурные ручейки. В окнах мелькал тусклый свет – единственный признак того, что внутри есть жизнь.

В просторной комнате с низким потолком царил полумрак. Тусклый свет от очага едва пробивался сквозь клубы дыма, создавая причудливые тени на каменных стенах. У окна стояла девушка, укутанная в плащ. Ее одежда, несмотря на сырость снаружи, выглядела сухой и ухоженной. Темные волосы были собраны в тугую косу, а в глазах читалась настороженность. Она прислушивалась к шуму дождя, держась за рукоять меча спрятанного под плащом, и изредка бросала тревожный взгляд в центр комнаты. Рядом с очагом и кинжалом в руке, расположился крупный мужчина средних лет. Его мощная фигура укрытая накидкой из медвежьей шкуры заполняло собой все пространство, а шрам, рассекающий левую щеку, придавал суровому лицу еще более устрашающий вид. На противоположной от камина стороне, за грубо сколоченным столом сидел молодой человек с золотыми, почти светящимися в полумраке волосами. Он неторопливо жевал вяленое мясо и не отрывал взгляд от центра комнаты, где находился стул с привязанной к нему девушкой, чьи уши выдавали в ней эльфийку. Все ее лицо было в крови, а руки и ляжки в порезах и колотых ранах. Она хрипло дышала захлебываясь кровью.

Мужчина отошел от камина, держа в руках кинжал с раскаленным лезвием, и медленно подошел к пленнице. В страхе и отчаянии она начала дергаться, пытаясь вырваться. Металл напитался жаром до предела, а холодный воздух и дым искажали очертания клинка, окружая его причудливыми миражами. Медленно рука с оружием приблизилась к коже. Каждый мускул в теле девушки напрягся в ожидании неизбежного. И вот лезвие коснулось плоти – раздался пронзительный свист, переходящий в шипение, а душераздирающий крик боли заполнил помещение, и эхом прокатился по склону холма, теряясь в ночи. При каждом контакте кожа белела, затем начинала темнеть, съеживаясь и сморщиваясь под воздействием нестерпимого жара. Каждый нерв отзывался на эту агонию, каждая клетка кричала от боли. Мышцы непроизвольно сокращались, пытаясь отстраниться от источника мучений, но это было невозможно. В этот момент мир сузился до точки соприкосновения раскаленного металла и живой плоти, боль стала осязаемой почти материальной, заполнив собой все существо страдающей и забрав ее жизнь.

– Ну, вот и все – с облегчением выдохнул мужчина, окуная кинжал в ведро с водой.

– И куда мы теперь направимся? – спросила девушка – дождь, скорее всего, размыл обходную тропу и там сейчас не пройти.

– Ничего не поделать, корабль уходит на рассвете, мы не можем вернуться тем же путем без нее – жестом указав на центр комнаты, ответил мужчина.

– Как мы с ней теперь поступим? – спросил парень облизывая пальцы – не оставим же здесь, чтобы селяне нашли.

– А это уже твоя проблема, не так ли? – обратился мужчина в сторону выхода.

Там, в самой мрачной части комнаты, куда не доставал свет от очага, сидел еще один человек. Его фигура была закутана в темный плащ с капюшоном низко надвинутом на лицо, из под которого поблескивали пара внимательных глаз. Собрав свои сумки, парень и девушка направились к выходу.

– Что ж, было приятно с тобой поработать. Слухи не врали ты действительно – нечто! – он протянул руку, но человек в капюшоне не шелохнулся, а его глаза гневно блеснули – хмф…притворяйся сколько хочешь, но ты такой же как мы!

С этими словами он открыл дверь и шум дождя стал громче, а тепло, что накопилось в помещении, моментально улетучилось. Бросив презрительный взгляд в сторону «собеседника», парень вышел за дверь.

– Чтобы он не говорил и чтобы ты не думал о нас, я буду скучать по тебе – с печалью в голосе произнесла девушка и последовала за парнем.

Вернув остывший кинжал в ножны, мужчина, достал из-за пазухи цилиндрической формы прозрачную банку и открыл ее. После он повернулся к камину и просунул руку прямо в огонь, а затем вытащил его, держа на ладони языки пламени, после поместив их в банку закрыл. Мужчина направился к выходу, но загадочная фигура преградила ему путь и молодой, почти юношеский голос прозвучал из-под высокого воротника закрывающего пол его лица.

– В расчете?

– В расчете – едва заметно кивнул мужчина.

– Если я когда-нибудь увижу тебя или твоих детей, страдания этой остроухой вам раем покажутся.

– Я тебя понял – темная фигура отошла, освобождая путь и мужчина, накинув капюшон, вышел под ливень. Хлюпая грязью под ногами, он последовал за двумя огоньками от светильников своих детей.

Закрыв дверь, он замер на некоторое время, уставившись на бездыханное тело, затем медленно подойдя к нему, он опустился на колено и начал развязывать узлы. Уложив ее на пол, он взял рядом лежащий плащ, который принадлежал самой эльфийке и завернул в него тело.

Вернувшись к своему изначальному месту, он достал из сумки лампу и металлическую банку. Высыпав буро-серый порошок из банки на дно лампы, убрал его обратно в сумку, затем поднеся пальцы к порошку, он щелкнул и порошок вспыхнул желтым пламенем. Не поднимаясь с места, небрежным мановением левой руки он потушил пламя в камине, который находился на другом конце комнаты. Надев сумку, он повесил лампу за медный крючок на плече, после осторожно поднял тело и вышел за дверь, которая в ту же минуту сама за ним захлопнулась.

Холодная морось окутывала лес серой вуалью, когда он вышел на небольшую поляну. Свет его фонаря дрожал в воздухе, выхватывая из темноты мокрые стволы деревьев и примятую траву. Земля под ногами казалась живой – она чавкала и прогибалась под каждым шагом, превратившись в вязкое месиво.

Он остановился у подножия старой ели, где земля казалась чуть более плотной. Руки его дрожали, когда он доставал лопату. Первые удары давались тяжело – сырая земля липла к металлу, словно не желая уступать. Но с каждым взмахом яма становилась глубже, открывая тёмную пасть земли.

Когда глубина достигла нужного размера, он на мгновение замер, прислушиваясь к шуму дождя и собственному тяжелому дыханию. В свете фонаря тускло поблёскивала металлическая застежка плаща, из под которой поблескивали омертвевшие глаза – он отбросил лопату и осторожно опустил ношу в яму.

Земля падала комьями, смешиваясь с дождевой водой. Когда последний ком упал в яму, он ещё несколько минут стоял неподвижно, глядя на то место, где только что скрылось тело. Бросив лопату, он вновь погрузил сумку на спину и побрел прочь, растворяясь в ночи.

Глава 1 Дом

Ранее утро разлилось над землей нежной акварелью рассвета. После вчерашнего ливня, воздух был пропитан свежестью и прохладой. Пустынная дорога, извивающаяся между холмами и раскисшая после дождя, теперь медленно просыхала, оставляя влажные следы на сапогах путника. Он поднимался вверх по склону, а легкий ветерок пропитанный ароматом росы и соли играл его плащом. Когда он достиг вершины – его взору открылась поистине волшебная картина.

Величественная скала одиноко стоящая на берегу, словно исполинский меч, вздымается к небесам. Её гранитные бока, могучие выступы и глубокие ниши создают причудливый рельеф, являют собой древнюю крепость, созданную самой природой.

У подножия этого природного гиганта раскинулся город. Его стены, сложенные из серого камня, гармонично сливаются с основанием скалы, защищая древний город от буйства морских волн, образуя единую неприступную линию обороны.

Стоя и не в силах увести взгляд он не мог шелохнуться, а из его глаз струей потекли слезы. Без сил, путник рухнул на рядом лежащий камень, не отрывая взгляд от города. Просидев так некоторое время, он вытер слезы и двинулся вперед.

Спустя время он оказался у дуба в чаще леса на краю главной дороги. Его корни оплетали землю вокруг него словно змеи. Старые ветви шелестели над головой. Он остановился у могучего ствола, а затем с проворностью, которой позавидовали бы кошки, поднялся на дерево. Его пальцы уверено скользнули по шершавой поверхности, пока не наткнулись на едва заметную трещину. Вооружившись кинжалом, он начал осторожно расчищать пространство вокруг трещины, затем он просунул руку внутрь и его пальцы коснулись холодного металла.

Он с трепетом извлек из тайника округлую пластину и бережно начал счищать ее от паутины, пыли и древесных щепок. Металл, из которого он был изготовлен, напоминал бронзу с чуть заметным пурпурным отливом. По краям пластины тянулся узор из древних рун, а в центре находился алый, словно кровь кристалл. Он сжал его в руке, и на заплаканном лице проступила едва заметная улыбка.

Спустившись, он положил пластину в нагрудный карман и двинулся в сторону дороги. Выбравшись из леса, путник оказался в получасе ходьбы от городских стен. К тому времени солнце было уже в зените. Ему пришлось снять свой плащ и уложить его в сумку.

С каждым шагом воспоминания становились все ярче и вот он перед ними. Массивные дубовые створки ворот, окованные железом, ржавые петли скрипели при малейшем движении, а прямо над ними – огромный треугольный щит с плавно изгибающимися боковыми сторонами.

В центре щита находился серебряный водоворот, его спирали переливались от темно-синего до лазурного. По бокам от водоворота парят две морские змеи с изумрудными глазами, а в своих пастях они держат золотые сферы.

– Эй, парень подойди! – внезапно крикнул стражник – кто такой?!

– Я Мардо́н, житель этого чудесного города – с легким поклоном произнес он, подойдя к стражнику – вернулся с долгого путешествия.

– Я на этом посту уже более трех лет и твою рожу не припоминаю!

– Я же сказал «долгого» путешествия.

– Тогда где же твой жетон? – с недоверием произнес стражник.

Мардон вытащил из кармана пластину, что он забрал из тайника и вручил его стражнику. Тот начал внимательно его осматривать и руны что были выгравированы на нем. Затем Мардон вынул кинжал, сделал надрез на кончике безымянного пальца и алые капли крови окропили поверхность камня на пластине, заставив его светится ярко красным светом.

– Как видите господин – я не вру.

– Это еще ничего не значит – ты мог запросто украсть пластину и заменить камень!

– Но, вы прекрасно знаете, как это проверить, разве не так?

– Разумеется – с натяжкой произнес стражник и жестом велел следовать за ним – пошли!

Над огромными воротами города стояли две сторожевые башни и каждые двадцать метров еще по одной, по всей стене вокруг города и до оснований скалы. Внутри каждой башни находилось по восемь рыцарей в полной боевой экипировке и дальнобойными орудиями.

– Вы готовитесь к осаде?

– Учитывая нынешнюю ситуацию – не оборачиваясь, ответил стражник – это полноценная готовность к войне.

Внизу, рядом с воротами было едва заметное окошко. Всего лишь небольшая щель, в которую могла пролезть разве что только пустая рука.

– У меня тут парень, утверждает что горожанин – крикнул в щель стражник, когда они подошли.

– Проверь его жетон…– раздался еле слышный и чрезвычайно сонный голос.

– Проверил – положительно, но я его не знаю, так что ты проверь его в омуте.

– Ладно…– с неохотой отозвался голос за стеной.

Хоть с наружи и казалось, что это маленькая каморка – на самом деле внутри была просторная комната, оборудованная всем необходимым для несения службы, а так же под завязку наполненная оружием всех видов – от дальнобойных пушек до всех видов холодного оружия. Подойдя поближе, Мардон увидел болезненно-бледного человека в балахоне с острым лицом и покрасневшими глазами, который принял жетон из рук стражника. В дольнем углу комнаты находилась большая стеклянная сфера на половину заполненная красной, густой жидкостью – кровью. Бледный человек, подойдя к нему, сжал жетон в одной руке, а вторую положил под днище сосуда. Через пару мгновений – жидкость начала закручиваться, образуя водоворот.

– Нагрудник на тебе дивный парень – произнес стражник после того, как внимательно осмотрел гостя – откуда же ты смог достать такую роскошь?

– Он достался мне от отца – ответил Мардон, – он был капитаном торгового корабля, ему как-то раз повезло отправиться в Садба́рг. Там его партнер в качестве подарка и жеста доверия подарил ему этот нагрудник.

– Впечатляет! Видимо он отличный моряк, ибо путешествие на тот континент по морю чрезвычайно опасно – мало кто возвращается живым.

– Я рад, что мой отец оказался исключением.

– А что за повязки на руках?

– Я долгое время пробыл в одной глухой деревушке и там вверили, что подобные повязки на руках – уберегут от опасностей на пути.

– Какая глупость! – рассмеялся стражник.

– Ну, пока что неприятности обходили, мня стороной – Мардон улыбнулся в ответ.

– Ты там скоро нет?! – крикнул стражник в окошко.

Вихрь багряной крови кружил все быстрее, а затем и вовсе под действием вращения жидкость растеклась по внутренним сторонам сферы, оставив середину и дно совершенно пустыми. Вдруг из крутящейся с невероятной скоростью крови отделилась одинокая капля. Она застыла в самом центре сосуда паря в воздухе без какой-либо опоры и опустилась на дно. Затем человек в балахоне убрал руку и жидкость начала медленно сбрасывать скорость.

– Все в порядке, он есть в омуте, можешь пропускать – сказал бледный человек, протягивая жетон стражнику, а он передал его владельцу.

– Времена нынче неспокойные, нам бы не хотелось, пускать в город кого попало, и у нас важный прием завтра, так что сам пойми, чрезмерная осторожность лишней не будет.

– Я вас понимаю и совершенно поддерживаю – с улыбкой произнес Мардон. Поклонившись стражнику, он вошел в город А́лок.

Солнце стояло высоко в небе, заливая своими лучами каменные стены города. Прошло столько лет и зим с тех пор, как он покинул это место. Но город встретил его так же величественно и гордо.

За воротами открылось сплетение улиц. Мардон шел по главной дороге, вдыхая знакомый с детства воздух, пропитанный запахом свежей выпечки, кожи и металла. Выступающие над улицами верхние этажи домов отбрасывали причудливые тени на улицу, создавая игру света и тени. По пути ему встречались ремесленники занятые своим делом. Кузнечные молоты выбивали ритмичную дробь, гончары ловко вращали круги под куском глины, а в воздухе витал аромат свежеиспеченного хлеба из многочисленных пекарен. Женщины, склонившись из окон, перебрасывались приветствиями и сплетнями, дети играли в пыли, а бродячие псы лениво грелись на солнце.

Миновав торговый квартал, на перекрестке он повернул на улицу, ведущую в центр города. Впереди показались ворота внутреннего двора, за которыми находился замок правящей семьи, по левою сторону от них находился величественный собор с витражными окнами, через которые пробивались разноцветные лучи солнца. Перед ними раскинулась большая и просторная площадь, где собирался народ для праздников, издания указа или публичных казней, а в самом центре возвышалась статуя.

Отлитая в металле фигура замерла в вечном движении – его правая рука с раскрытой ладонью обращена к зрителю, а левая сжимает рукоять меча, упирающегося в гранитное основание. Доспехи сочетают защитные эльфийские наплечники с растительным орнаментом, человеческую кирасу с гербом королевства и звериную шкуру, наброшенную поверх стальных пластин, а лицо спрятано под капюшоном. На полированном постаменте, на трех языках было выбита единственная строка: «Один народ. Одна Судьба», а ниже подпись: «Станислав Примиритель».

Тут, в самом престижном квартале города, где селились знать и богатые купцы, возвышалось трехэтажное здание не похожее ни на один, в ряду торговых лавок. Первый этаж поражал роскошью и изысканностью. Высокие витражные окна пропускали мягкий, рассеянный свет, играющий на гранях золотых кувшинов и серебряных подносов. Стеклянные витрины, отделанные резным дубом, демонстрировали шедевры пекарного искусства прославившихся на весь континент: золотистые пирожные с заварным кремом, миниатюрные пирожки с омаром и черной икрой, праздничные торты, украшенные золотой глазурью, ароматные булочки с лепестками роз и жасмина – и многие другие, чьи названия Мардон не знал.

Он уже собирался войти, как его остановил стражник в начищенной до блеска броне.

– Заведение сегодня закрыто.

– А в чем причина, могу спросить?

– Завтра важный день, хозяин закрыл пекарню, чтобы как следует подготовиться.

– Я его старый друг, уверен он будет рад меня видеть.

Стражник раздраженно выдохнул.

– Если бы мне платили по монете, каждый раз как люди мне это говорят, чтобы пройти внутрь – я был бы богаче нашего лорда! Шагай отсюда, завтра приходи и оденься приличнее, тут «дрескод».

– Что такое дрескод?

– Сюда можно входить только в ухоженных и чистых нарядах.

– Почему?

– Правила такие, у нас пекарня для знатных особ, и простолюдинам нужно соответствовать.

– Хорошо, давай поступим так – если хозяин меня не узнает, то мой нагрудник твой.

– Он мне даже на руку не налезет!

– Зато стоит как все твои доспех и оружие.

– И то верно… – стражник задумался. Хоть его и могли вычитать за пропуск посетителя, но нагрудник и вправду стоил дорого.

– Посмеешь слукавить и я в то же мгновение, сниму твою голову с плеч – он пригрозил ему копьем.

– Разумеется, я всегда держу свое слово – отозвался Мардон и подумал, что владельцу заведения стоит подумать о смене работника.

Стражник уверенно шагал по коридору пекарни, его сапоги глухо стучали по каменным плитам, а Мардон следовал за ним, с восхищением озираясь по сторонам. Тёплый, пряный воздух, пропитанный ароматами сладкой выпечки, окутывал путника.

Они миновали роскошный зал для посетителей и пройдя по коридору теперь оказались в просторном помещении, где юные эльфы, похожие на изящные статуэтки, ловко работали с тестом. Их тонкие, словно выточенные руки порхали над дубовыми столами, превращая куски теста в будущие шедевры. Каждый их жест был отточен до совершенства, движения – грациозны и точны. На полках вдоль стен выстроились в ряд начищенные до блеска формы для выпечки, а между ними возвышались пузатые мешки с мукой, источающие серебристую пыль. Никто из работников не взглянул на вошедших – каждый из них был максимально сосредоточен на своей работе: замес теста, чистка посуды, нарезка и готовка ингредиентов для будущих изделий.

Пройдя через арочный проём, они оказались в главном производственном зале. Здесь, у массивной печи, украшенной рунами и магическими кристаллами, Мардон заметил седовласого человека.

Рядом с ним трудились юные подмастерья-эльфы, их заострённые уши слегка подрагивали от удовольствия, а в глазах светилась неподдельная радость, которую они испытывали смотря за работой хозяина над огромным караваем, его руки, покрытые мукой и кусочками засохшего теста, двигались с удивительной точностью и грацией.

Стражник остановился в почтительном отдалении, дожидаясь, пока хозяин закончит работу. Наконец, тот поднял голову, и его пронзительно-голубые глаза встретились с взглядом Мардона. Не говоря ни слова, хозяин завершил последние штрихи над караваем, раздал инструкции работникам и только тогда пригласил путника подойти ближе. Это был молодой парень, лет двадцати, мягкие черты лица, белоснежные волосы и глаза…Мардону казалось, что даже море не такое синее как глаза этого человека.

– Господин, этот человек сказал, что он ваш друг и вы буде…

Сняв свой фартук, он бросил его на стол и путник и хозяин крепко обнялись. Впервые за долгое время Мардон почувствовал себя неодиноким, в безопасности, в тепле – дома. Когда они отпустили друг друга, то глаза обоих наполнились слезами и блестели в лучах света, а на лицах играла радостная улыбка.

– Ты стал уродливее с нашей последней встречи.

– Пошел ты – выдавил Мардон сквозь ком в горле.

– Я рад тебя видеть.

– И я рад тебя видеть Асро́р.

Вытерев слезы, он повернулся к работникам, которые внимательно следили за всем происходящим.

– Ладно, план вы все знайте, работайте, а я отлучусь.

– Так точно шеф! – хором прозвучало в ответ, что испугало и одновременно восхитило Мардона – итак, пошли со мной.

Приобняв за плечи, Асрор повел его по обратному пути к залу для посетителей, и пройдя рядом с печью они повернули за угол и оказались у подножья ступенек.

Они поднялись на второй этаж и Асрор остановился у входа в помещение, который вместо двери был закрыт шелковыми гобеленами с изображением того же герба, что был на воротах города. Жестом он пригласил Мардона войти, и когда шелковая ткань сползла с его лица, он открыл глаза.

Высокие деревянные балки, поддерживали потолок темной комнаты без окон. В центре зала пылает огромный камин, в котором потрескивают поленья, наполняя пространство теплом, светом и ароматом древесины, а вокруг него были расположены столы с идеально гладкой поверхностью.

Массивное основание плавно переходило в столешницу, на которой располагались стеклянные кувшины и кубки, а в центре – цилиндрические сосуды с синем пламенем внутри – вроде той, что Мардон видел в хижине, прошлой ночью. Вдоль каменных стен были расположены стеклянные вставки от пола до потолка с вязкой пузырчатой жидкостью, которая светилась темно-лазурным светом.

– Вау – только и смог выдавить Мардон.

– Это зал для особых гостей – тут побывали почти все нынешние герцоги и герцогини нашего королевства.

– Я даже не знаю, что и сказать…

– Ничего не говори, молча восхищайся моим величием – Асрор шагнул вперед, гордо развел руки в стороны и пригласил его сесть за один из столов – выпьешь?

– Да с радостью – отозвался он – знаешь, видя это, мне все больше хочется узреть тот мир, из которого ты пришел.

– Поверь мне – не стоит – Асрор налил в стеклянный бокал добрую порцию красного вина.

– Ты сам образовал стекло или нанял волшебника? – спросил Мардон, осматривая кубок.

– Все сам, друг мой – так же горделиво ответил он – каждая вещь и деталь, что ты видишь – было сделано мной и моими работниками.

– Эльфийские дети?

– Помнишь тот случай с плазменным преобразователем?

– Конечно, такое не забудешь…

– Я решил, что будет лучше взять их под свое крыло.

– Но их было гораздо меньше, разве нет?

– После того как ты ушел, я продолжил и нашел еще несколько алтарей.

– Ясно – он одобряюще покачал головой – и торговля твоя смотрю, идет не плохо.

– «Не плохо»? – Асрор усмехнулся – На данный момент у меня более двадцати заведений по всем герцогствам – и это не предел!

– Невероятно, а ведь когда я уходил – у тебя была маленькая лачужка в самом конце торгового квартала.

– Шесть лет – это большой срок братец – взяв свой бокал, он самодовольно откинулся на спинку кресла – нагрудник что надо, чем ты за него расплатился?

– Один меч, два щита, три сломанных ребра и вывихнутое колено.

– Я и представить не могу, что тебе пришлось пережить за эти годы, но ты в порядке? – спросил он и Мардон увидел искренне беспокойство на его лице.

– Теперь да – он глубоко выдохнул, и мягкая улыбка обрамила его уставшее лицо.

– Рассказать не хочешь?

– В другой раз.

– Как скажешь – Асрор понимающе кивнул – чем планируешь заняться?

– Пока что я не знаю.

– А как же твой «большой план»?

– Я бы и рад им заняться, но на данный момент у меня нет ни желания, ни сил, ни информации, чтобы действовать.

– С первыми двумя я тебе не помогу, но с информацией вполне.

– О чем ты? – Мардон насторожился.

– Не суетись, я знаю, что за подобные сведения ты и убить готов – и его лазурные глаза жадно блеснули.

– Поверить не могу… ладно, сколько?

– Да как ты можешь?! Мы с тобой лучшие друзья – выросли вместе! А ты думаешь, что я могу брать у тебя деньги?

– Хорошо, «чего» ты хочешь?

– А вот это уже другой разговор. Помнится, у тебя было кольцо, с сапфиром из Вдо́бских гор…

– Ты знаешь, как дорого он мне обошелся.

– Знаю, поэтому и прошу – ведь оно стоит того, поверь – Асрор уверяющие кивнул головой.

– Говори – ответил Мардон, после недолгого раздумья.

– Это моя вторая жизнь юноша, думаешь, что я настолько глуп? Кольцо покажи.

Как бы ему не хотелось расставаться с кольцом, Мардон понимал, что Асрор не отступиться от своих условий. А за такую цену, сведения будут соответствующими. Он просунул руку в нагрудный карман и вытащил серебряный перстень, усыпанный алмазной пылью и покрытый рунами. Наверху красовался глубоко-синий камень, и свет пламени заиграл на его гранях. Мардон, положил его на середину стола.

– Я слушаю.

– Пару месяцев назад, меня пригласили в качестве главного пекаря в графство Хо́вар, по случаю дня рождения. В свое время, тогдашний старший сын – а ныне глава дома, лорд Бахт – побывал в моем заведении и разумеется – был в восторге!. Именно он настоял на моем участии в торжестве своей младшей сестры. В какой-то момент у меня закончилась мука. Не найдя свободных людей я сам направился в кладовую. Подходя к ней, я увидел двух людей несущих довольно больших размеров сундук. Первая мысль «Подарок юной леди», а за ней сразу вторая « Если это подарок ее светлости, то зачем они идут не через главный вход, не в покои, а в совершенно другом направлении?». Я решил последовать за ними – ты ведь знаешь, как я могу быть скрытным.

– Лорд Даст мертв?

– Да.

– Ясно, продолжай.

– Мы спустились глубоко в подвалы замка и там были все: покойный лорд, его старший сын, главный министр и верховный воевода. Меня невозможно напугать, но стоило им открыть сундук, как меня пробрала дрожь до самых костей, дыхание перехватило, а на теле выступил пот. Мардон, я клянусь всем святым, что есть в мире это было оно – ядро дракона!

Стеклянный кубок лопнул в руках Мардона, который непроизвольно сжал его в порыве эмоций от слов собеседника.

– Вот за это – я точно возьму с тебя деньги! – Асрор раздраженно указал на осколки.

– Прости, я не хотел – он начал оттряхивать руку – продолжай.

– Когда те двое, что доставили сундук ушли, из разговора оставшихся я понял, что Даст намеревался идти воной в Хисо́рский лес.

– Зачем королю Ховара идти в…нет…не может быть! – после осознания Мардон на прочь забыл о кровоточащей ладони.

– Да, при других обстоятельствах это было бы безумием. Но с ядром дракона у них есть реальный шанс!

– Я слышал разговоры пока был в пути, значит, ситуация и вправду критическая?

– Да – он покачал головой – не всем по душе женщина монарх, да к тому же без наследника. Этому континенту не миновать гражданской войны, а мир и королевство, что подарил нам герой после двух сотен лет – рухнут.

– И когда же они планируют поход?

– Зима впереди, а в это время года вести войну чрезвычайно тяжело, так что приняли решение идти будущим летом.

– Ладно – Мардон перевязал свою рану и налил себе новый кубок – побуду в городе еще недельку и двину.

– Двинешь? – Асрор поднял на него удивленный взгляд – куд…куда ты двинешь?

– В Ховар за ядром – украду его.

– Так.. – он отложил кубок в сторону – он тебе не какой-то торгаш на краю города, он «ГЕРЦОГ» – это значит, его охраняют самые сильные и могущественные волшебники его земель. Ты конечно силен, но не настолько.

– И что ты предлагаешь? Рассказать обо всем королеве?

– В этом случае, ядро нам тоже не достанется.

– Тогда, что же нам остается?

– На каждой войне нужны солдаты, но гораздо важнее – маги!

– Хочешь, что бы я вступил в его армию?

– Ты сейчас простолюдин – грязный щенок без рода и имени. Пойдешь к нему наемником, тебя поставят в авангард, и ты короля в глаза не увидишь, не говоря о ядре. Но будь у тебя особая вещица, подтверждающая твои способности и гарантирующее доверие к тебе, возможно и будет шанс…

– Ты о чем?

Асрор посмотрел на него, приподняв бровь.

– Нет!

– Что?

– Я не пойду туда!

– Это еще с како…оу, точно… – лицо Асрора исказила презрительная ухмылка – хахахаах!

– Прекращай! – Мардон почувствовал, как его лицо заливается краской.

– Эх… где же мои юные годы…

– Мы с тобой ровесники.

– Ладно-ладно – сказал он, закончив смеяться – я хочу чтобы ты подумал и ответил мне – что для тебя страшнее – встреча с той, кто разбила твое сердце, или упустить единственный шанс в твоей жизни – заполучить ядро дракона?

– Даже если я пойду в академию, мне придется учиться пять лет, чтобы получить печать, а ты сам сказал – поход этим летом.

– Да брось ты Мардон! Даже тогда, ты был сильнее любого своего сверстника, а сейчас готов поспорить – сильнее некоторых профессоров! Думаешь, много людей способны убить Па́чского змея – он жестом указал на нагрудник.

– Думаю их не так уж и мало.

– Может и так, но будь я проклят, если ты не сильнее любого пятикурсника – будь он волшебник или колдун.

– Без рекомендации меня никто не примет.

– Друг мой – Асрор взял кольцо, надев его на палец, смачно поцеловал, а после снова откинулся на спинку кресла – с моей рекомендацией тебя наша королева замуж возьмет. Придешь, сдашь вступительный экзамен, за ним переходной на второй, на третий, затем на четвертый, после на пятый, а там уже и выпускной экзамен. За три дня управишься – максимум! После направимся в Ховар, вотремся в доверие к герцогу, стащим ядро, затем натравим на него королеву и ускачем в закат!

– Даже близко не будет на это похоже – Мардон выдохнул и поднял свой бокал – как ты там обычно говорил…понеслась?

– Понеслась! – звон врезавшихся друг об друга кубков, эхом окатил пустой зал.

Глава 3 Новое начало

Холодная ночь. Легкий дождь моросит по каменным плитам балкона. За огромными стеклянными витринами – бал. Музыка и смех доносятся сквозь ночную тишину. Перед ним – девушка в белом платье. Её силуэт словно вырезан из тьмы, а лицо скрыто в тени. Она стоит неподвижно, глядя в сторону окон, будто не замечая его попыток привлечь её внимание.

Он протягивает руку, умоляя её пойти с ним. Но она не оборачивается. Дождь становится всё сильнее, капли стекают по его лицу, мешая видеть. В отчаянии он хватает её руку – и она вырывается, словно прикосновение обжигает её. Небо разрывает первый раскат грома. Ослепительные вспышки молний разрезают тьму. Он смотрит на свои руки – и в ужасе отшатывается. Они покрыты тёмной, вязкой кровью. Внезапно чьи-то сильные руки хватают его за ноги. Он кричит, но звук тонет в грохоте грома и оглушительном шуме ливня. Перила – единственное, что удерживает его от падения. Он смотрит вниз – десятки фигур с окровавленными телами и зияющими провалами вместо глаз поднимаются из темноты. Их губы беззвучно шевелятся, но он слышит их шёпот. Он проникает в его разум, разрывая его на части.

– Убийца

Время останавливается. Ужас сковывает тело. Он чувствует, как перила под его пальцами становятся скользкими от крови. Девушка оборачивается – ее лицо, залитое слезами, смотрит на него с болью и отчаянием. Внезапно ее лицо искажается от гнева, а после она улыбается, и в этой улыбке нет ничего человеческого. Она хватает его за руки и отбрасывает в пучину тьмы, где мертвецы начинают рвать его на части…

Мардон резко проснулся. Его сердце бешено колотилось, а по всему телу тек пот. За окном была глубокая ночь. В комнате было темно. Перед ним все еще мелькали мертвецы, и слышался их шепот. Он сел на кровать. Страх все еще сковывал его движения. Он глубоко выдохнул, пытаясь проснутся, затем щелчком пальцев он зажег порошок в лампе, стоящей на прикроватной тумбочке.

Это была вполне обычная комната – кровать, письменный стол, который так же был обеденным – шкаф для одежды и ничего лишнего. Внезапно он схватился за руку и болезненно вздохнул.

– Черт, уже пора…

Встав с кровати, он взял свою сумку из шкафа и положил его на стол. После некоторых поисков, он вытащил тонкий, заостренный с одной стороны кристалл, заключенный в металлическую оправу. На другом конце находилась небольшая полость. Затем, достав ампулу с желтой жидкостью, поместил его в полость кристалла и закрепил металлической оправой. Сделав пару резких вдохов, он прикусил ручку сумки и вонзил кристалл в шею и жидкость начала проникать внутрь. Когда ампула опустела, кристалл выпал из его рук, а сам Мардон рухнул на пол, корчась в агонии.

Было уже позднее утро. Мардон разбирал свою сумку и проверял оставшиеся запасы порошка, ампул и остальных вещей, что лежали в ней. Внезапный стук в дверь прервал его.

– Уже проснулся, молодец! – это был Асрор, он вошел в комнату, в руках держал коробку, а за ним вошла одна из его работниц – это Вал, моя правая рука, она возьмет с тебя мерки.

– Да, конечно – улыбнулся он, и встал в центр комнаты.

Эльфийка вытащила из-за спины ленту с отмеченными отрезками и начла измерять его, начав с плеч.

– Что это за хрень? – спросил Асрор, рассматривая лежащие на столе принадлежности.

– Колдовские инструменты.

– А что это за желтая фигня в флакончиках?

– Аромат тартара.

– Фу…это жир Хисорского вепря?! – Асрор отшатнулся назад – а если бы тут разбилась одна?! Мне бы пришлось закрыться на месяц!! Зачем ты их вообще таскаешь с собой?

– Во время охоты это очень полезная штука – скрывает твой запах полностью и ты невидим для большинства существ.

– Но сейчас же ты не на охоте…ладно, проехали – Асрор глубоко вдохнул – я только что вернулся с почты – отправил твою рекомендацию, так что когда прибудешь на место, тебя уже будут ждать.

– Спасибо – отозвался Мардон – прогуляемся по фестивалю?

– Прости, сегодня один из самых загруженных дней в году, я должен быть здесь.

Повисло неловкое молчание.

– Я закончила – отозвалась Вал, когда измерила длину штанин и поднялась на ноги.

– Превосходно, а теперь иди с этими мерками к Раксу и скажи пусть сделает все по быстрее – за срочность добавим сверху.

– Как прикажете – она поклонилась и вышла за дверь.

– Тогда, я пожалуй пройдусь по городу, пополню кое-какие запасы.

– Не торопись, погляди, что у меня для тебя есть – Асрор широко улыбнулся и раскрыл коробку, а в ней горкой лежали разноцветные шарики – твои любимые.

От увиденного ком поступил к горлу Мардона и он мгновенно почувствовал их вкус на языке. Он выхватил коробку из рук Асрора, положил на стол и дрожащей рукой достал красный шарик.

– Господи, за все эти годы я только спал и видел этих малышей – он закинул его в рот, медленно начал разжевывать и закатывать глаза от удовольствия.

– Тут все твои любимые начинки: шоколад, ягоды, карамель и все остальные.

– Ты знаешь – выдавил сквозь набитый рот Мардон – если бы я мог сам приготовить их, то не общался с тобой вовсе.

– Какая же ты скотина – они оба рассмеялись – ну, ладно, у меня куча дел, а ты сходи, развейся и не забудь, корабль уходит сегодня на закате – не опоздай.

– Хорошо.

– Вот и отлично – Асрор направился к выходу – и свой жир не забудь!

Оставшись один в комнате, Мардон опустил взгляд на ампулы и схватился за руку

– Да, пока ему лучше не знать – еле слышно прошептал он.

В соборе напротив – священнослужители открыли ворота храма. Звонари оглашали город торжественным звоном. Сквозь открытые ворота было видно, как в главном зале расставляли свечи и украшали алтарь свежими цветами.

Во внутреннем дворе царила та же атмосфера. Служанки развешивали праздничные флаги и гирлянды на ворота и стены. Стражники с блестящими на солнечном свете доспехами несли караул у ворот.

На рыночной площади торговцы разворачивали свои прилавки. Ювелиры выставили сверкающие украшения, ткачи – яркие ткани, а ремесленники – свои лучшие изделия. Зелья, оружие, доспехи, диковинные звери – и многое другое можно было сегодня найти в торговом квартале.

Мардон прошел по всем лавкам – купил травы, камни, сушеные органы некоторых существ – где-то в полдень прозвучал горн на главных воротах. В город вошли кареты и конвои, а судя по гербам – они были со всех уголков королевства. Повозки остановились на главной площади, где уже толпился народ, а у ворот внутреннего двора стоял помост. Молодые лорды и леди начали выходить из своих карет, а через некоторое время ворота отворились.

Воздух дрогнул, и над площадью возникло мерцающее марево. Толпа ахнула, когда из этого марева появилась герцогиня. Черные как смоль волосы, пара изумрудных глаз и белоснежная кожа. Ее платье из серебряной парчи была расшита ледяными кристаллами, которые переливалась всеми цветами радуги на солнце. Она ступила на ступеньки помоста, и они в тот же миг заледенели, а с каждым ее шагом расцветали морозным узором. Она достигла вершины, толпа затихла и ее голос – чистый и сильный разнесся над площадью.

– Я Чилла́и Зимисто́н, приветствую дорогих гостей нашего города! Сегодня, в этот замечательный день, мы собрались, чтобы укрепить мир между нашими землями и заложить узы дружбы и преданности между нашими потомками. Как и завещал нам великий герой – она протянула руку в сторону статуи – пусть этот фестиваль станет символом единства и взаимопонимания, доказательством того, что даже в самые темные времена мы можем найти путь к процветанию. Надеюсь, вы сможете как следует отдохнуть и хорошо провести время. На закате корабль отправится на остров. Именем ее Величества – поздравлю всех с началом нового учебного года и желаю вам стать надеждой своих семей, защитниками своих домов и опорой королевства в будущем!

Площадь разразилась оглушительными аплодисментами и безумными криками. Музыканты грянули торжественный марш. В ответ на это, марево над площадью рассыпалась тысячами сверкающих снежинок. Они закружились в воздухе, а затем пустились на толпу, даря каждому частичку ее благодати.

Закат окрасил небо в глубокие оттенки пурпура и золота, отражаясь в спокойных водах гавани. На пристани толпились знатные семьи и простолюдины, провожающие своих детей в дальнее путешествие.

Корабль, величественный и внушительный, возвышался над водой. Его паруса, сложенные до отплытия, казались крыльями огромной птицы, готовой взлететь в небо. Деревянные доски пристани поскрипывали под тяжестью множества ног, а волны лениво накатывали на берег. Среди провожающих выделялись дамы всех рас, в роскошных платьях из шёлка и бархата, украшенных драгоценностями. Их мужья, одетые в парадные камзолы, стояли рядом, с гордостью и тревогой наблюдая за своими отпрысками.

Слуги суетились, помогая поместить багаж, а матросы проверяли последние приготовления к отплытию.

– Как я уже сказал, твои доспехи будут готовы к возвращению, так что не переживай – Асрор и Мардон проталкивались сквозь огромное скопление людей на пути к гавани – путь отсюда до острова займет чуть больше трех часов и… – внезапно перед ними остановилась группа знатных особ, состоящая из двух зверолюдок и одного человека.

– Господин Асрор, ваша пекарня – лучшее, что случалось с эти городом – их глаза восхищенно горели, в то время как Мардон раздраженно закатывал свои глаза, ибо их на каждом шагу останавливали и пели дифирамбы Асрору – пожалуйста, поделитесь секретом хотя бы одного из ваших пирожных!!

– Дамы – с широкой улыбкой отвечал он, и было видно, что все это безумно его радовало – я глубоко признателен вам за столь высокую похвалу, но сейчас я жутко тороплюсь, надо посадить сына на корабль, надеюсь, вы не будете держать обиду.

– Какого еще сына?! – возмутился Мардон, когда они отошли.

– Они приезжие, понятия не имеют, есть ли у меня семья – но я знаю, что все дамы без ума от богатых, молодых и красивых вдовцов!

– Ты не меняешься – ухмыльнулся Мардон и они оба разразились хохотом.

Дети, уже не малыши, но ещё не взрослые, стояли на палубе, держа в руках дорожные сумки и сжимая в ладонях прощальные подарки от родителей. Юные леди из числа эльфов и зверолюдей с опущенными ушками, украдкой вытирали слёзы кружевными платками, а молодые господа старались держаться стойко, хотя в их глазах читалась тоска по дому. Матери обнимали своих детей, шепча последние наставления и благословения, а отцы пожимали руки сыновьям, передавая им фамильные перстни.

– Ну, думаю на этом все – они остановились у помоста – и у меня вопрос, что за грустную рожу ты скорчил?

– Все в порядке, тебе кажется.

– А, ясно – расстроился, что не увидел ее сегодня.

– Что? Конечно, нет! О чем ты вообще? – возмутился Мардон и сам не поверил тому, что сказал, а Асрор тем более.

– Насколько мне известно, королева вызвала нашего герцога на аудиенцию по случаю прибытия важного гостя из Садбарга, а он взял дочь с собой. Она уже не ребенок и его светлость активно вводит ее в курс семейных дел.

– Я тебя и не спрашивал – пытаясь как можно безразличнее, отозвался Мардон.

– Ладно, закончим на этом – ответил Асрор и протянул руку, которую Мардон крепко сжал – помни: не привлекать лишнего внимания, пришел, взял печать и свалил – никаких лишних движений и выкрутасов и что самое главное – никаких любовных драм!

– Обещаю – ответил Мардон.

– Я слежу за тобой – Асрор поднес пальцы к своим пронзительно голубым глазам и развернул их в сторону собеседника.

Еще раз, поблагодарив друга, Мардон крепко обнял его и поднялся на борт, за ним еще несколько человек и трап убрали. После один из членов команды, внушительного роста и громадных пропорций эльф, который был у штурвала, крикнул, и его голос эхом прокатился по гавани.

– ПОДНЯТЬ ПАРУСА!

После того, как паруса были готовы – из каюты вышел капитан корабля. Его высокая фигура, облаченная в темно-зеленую мантию, отбрасывала длинную тень на палубу. Он поднялся на капитанский мостик, где ветер играл его длинными седыми волосами. Старпом уступил штурвал. Капитан встал за руль – и стоило ему схватится за него, как паруса тут же вздулись под напором горячего, сухого ветра. Судно плавно оторвалось от пристани. Деревянные сваи скрипнули в последний раз, и вода под килем заискрилась в лучах заходящего солнца.

Небо, пылавшее всего мгновение назад – стремительно остывало, где одна за другой проступали одинокие, холодные звезды. Теплый вечерний бриз сменился влажным, пронизывающим ветром, что гулял по палубе, заставляя флаги трепетать на мачтах. Закутавшись в плащи, группа абитуриентов поспешили к трапам, ведущим вниз. Их пример оказался заразительным. Вскоре и остальные, сбившись в небольшие группы, потянулись с палубы.

Убежищем оказалась общая столовая в глубине корабля. Снаружи – бескрайняя, безжалостная темнота и вой в снастях. Внутри – плотный, золотистый свет, дрожащий в медных плафонах ламп, густой запах жареного мяса, свежего хлеба и чего-то остро-пряного, что щекотало ноздри. Воздух был густым и теплым и звенел от гулких голосов, смеха и звона посуды.

Мардон, по своему обыкновению уселся в самый темный угол – откуда он мог видеть всех, но никто не мог видеть его – наслаждался хорошим куском стейка с гарниром из овощей, как вдруг к нему кто-то подсел. Это была девушка лет шестнадцати – черные волосы средней длины с прямой челкой, которая аккуратно обрамляет лицо. Длинные и густые ресницы подчеркивают выразительность ее золотых глаз. Ярко красные губы девушки с четким контуром, создавали контраст с ее бледной кожей. За ней стояли еще несколько человек.

– Ты кто такой? Я думала, что старшекурсники прибудут только после нашей церемонии.

– Так и есть – ответил Мардон, отодвигая пустую тарелку и пытаясь натянуть на лицо максимально естественную улыбку, которую может.

– Тогда, что ты забыл на корабле первокурсников?

– Я особый случай.

На лице девушки проступило легкое раздражение, Мардон решил, что она привыкла получать прямые ответы на свои вопросы, а его попытка увильнуть от ответа задел ее.

– Рас уж вы старшекурсник, пожалуйста, расскажите нам про академию – отозвался один из людей, что стояли за девушкой.

– А что вы хотите услышать?

– Тяжело ли учиться?

– Так же как и в любой другой среде – если внимательно слушать профессоров, стараться над каждым заданием и всецело отдаваться учебе – то нет, не так уж и сложно.

– Почему питомцев можно заводить, только со второго курса?

– В начале, вам будет очень тяжело – новое место, новые люди, адаптация к учебной жизни – все это будет выматывать до предела, вам будет лень присматривать за собой – не говоря о питомцах.

Все стоящие рядом рассмеялись, но девушка напротив и бровью не повела.

– Что за повязки на руках? – спросила она, когда все затихли.

– Не сочтите за грубость, но это не ваше дело – он постарался сказать это как можно мягче, но по выражению ее лица было ясно, что не особо вышло.

– А вы бывали в сокровищнице героя? – спросила задорная девушка с рыжими короткими волосами, двумя пушистыми ушками на голове, которая вообще не почувствовала смену атмосферы.

– Разумеется, нет – туда никого не впускают.

– Я же тебе говорила! – бросила она в рядом стоящего парня с бирюзовыми волосами. Крупный человек, со шрамом на левой брови.

– А кто из преподавателей самый строгий?

– Это у каждого индивидуально, но говорят, что строже директора – никого нет – Мардон пожал плечами.

– Он ведь был одним из соратников героя! Должно быть удивительно – мечтательно произнесла светловолосая девочка и остальные дружно закачали головами.

– Я так не думаю – отозвался Мардон.

– Почему – все удивленно на него посмотрели, и девушка с золотыми глазами продолжила – существо, живущее сотни лет, вобравшее в себя все знания мира и ставшая частью самого значимого и легендарного момента в истории мироздания. Что может быть лучше этого?

– Это лишь одна сторона бытия долгожителей, но с другой – он похоронил всех, кого когда либо любил, несмотря на все знания и всю его власть, он не сможет вновь познать те чувства и эмоции что испытывал, когда он был с ними, и эта боль утраты будет мучить его еще очень долго. И никакая сила или слава не смогут заполнить эту пустоту.

Все притихли и на время задумались. Девушка собиралась, что-то сказать, как вдруг по трапу спустился капитан.

– Скоро причалим, соберите вещи и будьте готовы.

Пассажиры спешно суетились – собирая и организовывая свои вещи.

Девушка поднялась с места и направлялась к своему багажу, но заметив, что Мардон совершенно неподвижен, она остановилась.

– А ты почему не готовишься?

– Как я уже говорил ранее – я особый случай – с ухмылкой произнес он и откинулся на спинку стула.

Золотые глаза девушки заискрились в порыве гнева, а затем, выдав раздраженное: «хмф!» – она ушла проч.

Корабль тихо подошел к берегу и остановился. Пассажиры, радостные и взволнованные сошли с корабля. На берегу их ждали три просторные кареты. Никто не вышел их встречать.

Они быстро разместились внутри, и кареты тронулись в путь. Дорога пошла в гору, а затем углубилась в густой лес. Ветра не было, и в полной темноте было слышно только скрип колес и храп лошадей.

Вскоре лес закончился, и путники увидели замок.

Он был построен из грубого, темно-серого камня, поросшего в нижней части влажным мхом. Кладка была массивной, без каких-либо украшений. Стены образовывали прямоугольный форт, с двумя главными башнями по обеим сторонам от ворот и несколькими меньшими по углам. Все башни были квадратными, с плоскими крышами, приспособленными для лучников. По верху стен шёл зубчатый парапет, создававший неровный, угрожающий силуэт на фоне ночного неба. Замок не поражал воображение изящными шпилями или ажурной резьбой. Это была суровая, утилитарная крепость, чей облик говорил не о богатстве, а о неприступности.

После нескольких минут ожидания снаружи, раздался громкий лязг железных засовов. Массивные ворота, не скрипя, плавно попятились внутрь, открыв темный проем в стене. Их встречал не приветливый хозяин, а молчаливый слуга в темной одежде, с фонарем в руке. Это был пожилой старик с остатками седых волос на висках. Безмолвным жестом он пригласил их войти.

Они миновали толщу стены и оказались в просторном, но пустом каменном дворе. Воздух здесь был неподвижным и холодным. Слуга, не оборачиваясь, провел их через двор к низкой, неприметной двери в одной из внутренних построек. Деревянная дверь отворилась, и…

Их встретил теплый, плотный воздух, пахнущий воском, хлебом и дымом отличных дров. Резкий контраст с сырой прохладой ночи был почти ошеломляющим.

Перед ними оказалась обширная общая спальня, которая никак не соответствовала внешнему виду замка. Помещение освещалось множеством масляных светильников и толстыми восковыми свечами, чей мягкий, живой свет отражался в полированных деревянных панелях, покрывавших стены. Посередине стоял длинный дубовый стол, на котором еще дымились серебряные кружки с согревающим напитком и горячий суп.

Вдоль стен были расставлены добротные двухъярусные кровати с пухлыми перинами и стопками шерстяных одеял. На полу лежали простые, но плотные и теплые ковры. На каменном очаге, занимавшем всю дальнюю стену, пылал ровный, жаркий огонь, и его треск был единственным звуком, нарушавшим умиротворяющую тишину.

– Располагайтесь, поешьте, отдохните. Завтра утром профессора примут у вас экзамен, доброй ночи – после этих слов, старик поклонился и удалился прочь.

Дверь захлопнулась, оставив их в теплом сиянии комнаты. Несколько секунд все молча стояли, ошеломленные.

– Обычно в этот момент, кто-то шутит на тему контраста между замком и этим помещением. У вас таких видимо, нет? – спросил Мардон, пытаясь скрыть собственное изумление.

– А почему ты все еще с нами? – отозвалась девушка с золотыми глазами.

– Как же сильно ты меня не возлюбила – усмехнулся он – расслабься, завтра расстанемся.

Мардон взял кружку и плюхнулся на кровать под непонимающие взгляды всех остальных.

– Не стойте столбом – скомандовала она – занимайте кровати, если хотите есть поешьте и ложитесь спать – завтра важный день.

Повинуясь, дети начали обустраиваться, а Мардон оценивающе посмотрел на нее и понял, кто будет в группе главной. Девушка посмотрела на него, их глаза встретились. Она увидела в его взгляде одобряющее восхищение – раздраженно закатила глаза и повернулась спиной…

В общей спальне царило предрассветное напряжение. Не все спали. Кто-то лежал, уставившись в темный потолок, кто-то тихо перебирал складки одеяла, а кто-то и вправду спал тяжёлым, нервным сном. Воздух был густым от тишины и общих тревог.

Дверь открылась без стука. В проёме возникла тёмная, знакомая фигура слуги.

– Приготовьтесь – его голос был ровным и безразличным, будто он будил их не в первый и не в последний раз.

Поднялась тихая суматоха. Сонные и бодрствующие абитуриенты поднялись, никто не разговаривал, слышался лишь шорох одежды, стук и скрип деревянных кроватей.

Через полчаса слуга вернулся и жестом позвал их за собой. Подтянутые и в полном молчании, дети следовали за ним по холодным каменным коридорам. Их шаги отдавались эхом под сводами, отсчитывая последние секунды перед судом.

Он привел их на просторную круглую площадку за замком, похожую на арену. По периметру, на каменных трибунах, сидели все профессора академии. Их лица были бесстрастны. С десяток пар глаз, внимательно следили за прибывшими абитуриентами.

Центром площадки был небольшой каменный стол. На нём лежали три предмета, освещённые первыми лучами солнца:

Кусок глины – мягкой и податливой, размером с туловище человека.

Стеклянный пузырь – с узким горлышком, наполненный чистой, неподвижной водой.

Горящая свеча – её ровное пламя почти не колыхалось в утренней тишине.

Никаких инструкций. Только тишина, взгляды магов и три простых предмета, от которых теперь зависела их судьба.

Внезапно, профессора встали со своих мест и в этот момент все звуки исчезли, они не стали тише – их будто вырвали из реальности. Всех прижало неоткуда возникшее давление. Мардон перестал слышать собственное дыхание, на лбу выступил пот, а биение сердца превратилось в глухую, далекую вибрацию в глубине его собственного тела.

За профессорами, с левой стороны, появился силуэт. Высокий и худощавый, он держался очень прямо. Движения точные и экономные – никакой суеты. Медленно прошел позади них и сел на пустующее кресло посередине.

Длинные, золотистые волосы, но не яркие, а скорее тусклые с примесью серебристых и светло коричневых прядей. Они ниспадали до пояса и были заплетены в несколько простых кос, перехваченных кольцом из зеленного металла. Утонченные черты лица, испещрены густой сетью морщин, высокие скулы, прямой нос. Кожа бледная. Прямой и проницательный взгляд алых, миндалевидных глаз.

Затем он поднял руку с длинными пальцами и произнес спокойным, ровным голосом, который тем не менее, легко заполнил все пространство площадки.

– Пожалуй, начнем.

Глава 4 Человек дракон и лев

Утреннее солнце только начало пригревать землю тренировочной площадки, отбрасывая длинные тени от трибун, где в молчаливой строгости восседали профессора. Во главе сидел Директор, его неподвижная фигура была сосредоточием внимания.

На середину вышел сопровождавший их слуга.

– Добро пожаловать в академию Скосм – самую передовую и престижную магическую академию на обоих континентах. Тот факт, что вы смогли пройти до экзаменов, уже делает вас на голову выше всех остальных. Вы лучшие из своего поколения, гордитесь этим. Перед выпуском из школ, вам объяснили правила приема, но я повторю: перед вами два вещества, являющие собой Террамию – он указал на кусок глины – и Гидромантию – указал на сосуд с водой – а также огонь, при помощи которого вы должны образовать из них, Аэроманию и Плазманезис (если можете). Ограничений по масштабу и предназначению нет. Вспомогательные вещества приветствуются, кроме колдовских инструментов. Вопросы есть?

– Ограничения по времени предусмотрены? – раздался голос из дальнего края и Мардон не увидел спрашивающего.

– Нет, но слишком затягивать тоже не рекомендуется. Еще вопросы? – в ответ было молчание – тогда постройтесь у края, я буду вызывать по одному.

Суетливо и неуклюже, все построились. В моменте один из детей отбежал к стене и его вырвало. Остальные этого даже не заметили – каждый был либо максимально сосредоточен, либо предельно взволнован. Даже сам Мардон, невольно поддался всеобщему мандражу.

– Альтер Корвак!

Из строя вышел эльф, темные волосы, белоснежная кожа, высокие скулы острый взгляд, высокий рост, стройное тело, словом – образец чистой эльфийской красоты. Подойдя к столу, он поклонился профессорам, а затем внимательно осмотрел стол и его содержимое. Сделав глубокий вдох, он вытянул руки в сторону куска глины и свел ладони вместе, после раскрыл, не отрывая друг от друга, и поднял вверх, а вместе с ними и кусок глины взмыл в небо и повис в полуметре над столом. Далее он снова свел ладони вместе и развел руки в стороны. В то же мгновение кусок глины разделился на два ровных куска. Он начал манипулировать кусками в воздухе, резким движением он разделил каждый кусок еще на две, а после резко свел ладони вместе и куски вновь сомкнулись воедино. Опустив кусок глины на стол, Альтер встал напротив шара с водой.

Движением рук, он вытащил через узкое горлышко тонкую струю воды и начал так же манипулировать ею в пространстве, образовывая длинные извивающиеся водяные потоки, водные шары и просто бесформенные фигуры.

Далее он направил одну руку в сторону свечи, и в этот момент мускулы на его лице напряглись, руки задрожали и через мгновение маленькое пламя свечи, вспыхнуло огромным огненным шаром. В этот момент Альтер просунул водяной шар в пламя, и в ту же секунду образовалось облако пара, которое не улетучилось, а будто бы накапливалось в невидимый сосуд над каменным столом. Эльф направил обе руки в сторону облака пара, и все его тело задрожало от напряжения, глаза покраснели, казалось, он вот-вот упадет – в этот момент в сгустке пара заискрились разряды молнии, заполняя треском пространство.

Через пару мгновений его руки безжизненно опустились и пар улетучился. Упершись об стол, Альтер удержал себя от падения на землю, после отдышавшись, он выпрямился, а затем гордой и ровной походкой вернулся в строй.

– Ожидаемо – высказалась рыжая зверолюдка, которая по воле случая оказалась рядом с Мардоном.

– Почему это? – поинтересовался он.

– Это же эльф, он может быть старше твоего деда – она пожала плечами.

– Это не так – девушка с золотыми глазами тоже оказалась рядом – мы с ним общались прошлой ночью на корабле, он еще не проходил процедуру «Джовидо́ни», так что ему столько же, сколько и нам.

– Получается ты ко всем приставала? – отозвался Мардон.

– Не разговаривай со мной.

– Это ты встряла в наш разговор – он развел руками.

Ее золотые глаза нервно забегали, пытаясь найти оправдание, но внезапный отклик слуги, который поместил новый кусок глины и заполнил сосуд новой партией воды, спас ее.

– Зарди́на.

– Фух! Время пришло – рыжая зверолюдка хрустнув суставами шеи, вышла вперед.

– У нее нет второго имени, выходит она…

– Простолюдинка – отозвалась за спиной Мардона, девушка с золотыми глазами – и она имеет полное право находится здесь, так же как и дети знатных семей. У тебя с этим какие-то проблемы? – ее голос был полон решимости, что восхитило его.

– Нет, никаких проблем.

Тем временем Зардина легко поднимает кусок в воздух, но забывает его удержать – глина плюхается обратно на стол. Смущённо улыбнувшись, повторяет попытку и на этот раз справляется.

Создала изящные водяные спирали и крошечные сферы, но одна из них сорвалась и обдала брызгами слугу. Зардина покраснела, но продолжила, ловко перехватывая остальные струи.

Вместо компактного шара пламя разрастается слишком сильно и чуть не поджигает остатки волос на голове слуги. Она поспешно гасит его, превращая в тусклый огонёк, а затем осторожно соединяет с водой.

Облако пара получается рыхлым и нестабильным; молнии вспыхивают хаотично и быстро рассеиваются. Зардина едва удерживает концентрацию, но в последний момент успевает завершить ритуал, а после сваливается без чувств, но в этот момент ее подхватывает парень с бирюзовыми волосами, который в одно мгновение оказался рядом с ней. Передав ее прибывшим медикам, он вернулся на место, только для того что бы его вновь вызвали на середину.

– Снат Ховар – Мардона аж переклинило, он только что наткнулся на младшего брата того, кто нужен ему больше всего. Заручившись его поддержкой, он сможет легко подобраться к лорду Бахту, а там до ядра рукой подать.

– Ты в порядке? Кажешься взволнованным – спросила девушка с золотыми глазами.

– Не разговаривай со мной – ответил Мардон, и это могло бы в конец разрушить их взаимоотношения, но радостная улыбка на лице Мардона, которую он не контролировал, кардинально изменила тон фразы.

– Как же ты меня бесишь! – не выдержала она.

– Тишина в строю! – раздался голос слуги, Мардон одарил ее надменной ухмылкой, а ей ничего не осталось, как промолчать.

Без лишних жестов Снат поднимает кусок, разделяет на четыре части, но делает это грубо – куски получаются неровными. Склеивает их обратно с явным усилием.

Вода вместо плавных потоков формирует жёсткие «столбы» воды, которые дрожат от напряжения. Водные шары получаются угловатыми и быстро лопаются. Он мгновенно раздул пламя до огромного шара, но потерял контроль – огонь начал шипеть и метаться. С трудом стабилизировав его, соединил с водой.

Пар скапливался неравномерно, молнии возникали лишь на краю облака и звучали как редкие щелчки. Снат стискивает зубы, держит руки вытянутыми до дрожи, но доводит ритуал до конца. После встает обратно в строй, будто это не оказало на него никакого эффекта.

– Лай́ло Рова́н.

Неожиданно, девушка с золотыми глазами шагнула вперед. Мардон невольно предвкушал ее выход.

Вместо того чтобы разделить кусок, она заставила его вращаться и растягиваться, превращая в длинную ленту, которая зависает в воздухе спиралью. Профессора недоумённо переглядывались.

Она не останавливается на этом и создаёт не просто шары, а миниатюрные водовороты и водяной вихрь, который танцует в воздухе. Внезапно, ее вытянутые руки задрожали в напряжении, и водяной вихрь медленно превратился в лед и осторожно опустился на стол.

Пламя свечи увеличилась в размерах и несколько маленьких огоньков, как светлячки оторвались от него. Когда она соединила их с водоворотами, которые все еще крутились над столом, пар образовался неравномерно, но эффектно – словно клубы дыма от фейерверка. Вместо стабильного облака она создаёт серию коротких вспышек пара, каждая из которых сопровождается короткой искрой. Это выглядело скорее как шоу, чем как ритуал, но технически задачу она выполнила.

Мардон не смог удержать своего удивления, которое Лайло заметила и теперь она одарила его надменной ухмылкой.

Каждый из трех выступивших продемонстрировал свой характер через магию: Зардна – талантлива, но невнимательна; Снат – силён, но грубоват. Лайло – умна, но непослушна.

Все они уступают Альтеру в чистоте исполнения, но каждый по-своему запоминается и Мардон был готов признать – у каждого из них есть талант.

Экзамен продолжался, абитуриенты выходили один за другим, демонстрируя свои навыки, которые тоже впечатляли, но не дотягивали до первой тройки, а Альтера тем более. За это время Зардина успела вернуться в строй.

– Я много пропустила?

– Ничего такого, что стоило бы упомянуть, ну кроме того как младший сын семейства Ховар, героически спас тебя от падения, заключив в свои крепкие объятия – Мардон пожал плечами, и был горд тем, что смог заставить их покраснеть от смущения.

– У тебя есть хоть капля такта или достоинства? – сорвалась на него Лайло – ты самый наглый, самый невоспитанный, самый грубый и беспардонный тип, которого я когда-либо имела несчастье встретить.

– Выходит, для вас я «самый-самый»? – он усмехнулся.

Лайло не могла подобрать слов и уже была готова вцепиться ему в глотку, как вдруг было названо имя.

– Мардон.

– Смотрите внимательно, может чему-нибудь, да научитесь.

Подойдя к столу, он начал без лишних церемоний. Плавным движением руки глина оторвалась от стола, зависнув в воздухе. Затем, он вытянул узкую струю воды из шара, оросив ею сухую массу. Пальцы Мардона задвигались в воздухе, и глина послушно загустела, поплыла, обретая форму. Рос крылатый силуэт, вытягивался змеиный хвост, раскрывалась пасть в беззвучном рыке. Но творение было пустым: слепые глазницы и ряд аккуратных разрезов, от горла до кончика хвоста.

Достав из складок мантии щепотку порошка, он дунул на него. Алая пыль устремилась в пламя свечи, и оно взревело, выросши в шар бушующего огня. Еще одно движение – и этот шар, оторвавшись от фитиля, поплыл по воздуху, чтобы слиться с глиняным драконом. Вторая щепотка порошка, брошенная в огонь, поглотила свет, окрасив пламя в цвет густой ночи – ослепительно черный.

Ладонь Мардона резко сжалась в кулак. Стеклянный шар с тихим хрустальным вздохом рассыпался на тысячи сверкающих осколков. Они, подхваченные его волей, устремились к пламени свечи. Щелчок пальцев – и огонь вспыхнул с новой силой, теперь над столом, пылая, кружились два шара: один – ослепительно яркий, другой – бездонно черный.

Из раскаленного центра светлого шара он извлек – каплю расплавленного стекла, густого и вязкого. Он разделил его на несколько частей, соразмерных разрезам на брюхе дракона, и две крошечные сферы для глаз. Затем, подозвав воду из своей фляги, он направил ее в пламя. Вода обратилась в плотный, клубящийся пар, который сгустился в облако. Облако окутало раскаленное стекло, и под его влажным покровом материал с шипением застыл, закаляясь.

Щелчок – и черный огонь погас, оставив после себя фигуру дракона. Глина, обожженная магическим пламенем, стала твердой и черной, как полированный обсидиан. Легким мановением руки он вправил стеклянные пластины в прорези на брюхе, а две сверкающие капли заняли место в пустых глазницах.

Мардон медленно опустил творение на стол. В пасть изваяния была брошена последняя щепотка порошка. Финальный щелчок.

Из глотки дракона вырвался поток сизого пламени, а сквозь прозрачное стекло в его брюхе и глазах хлынул ослепительный внутренний свет, и над площадкой воцарилась громовая тишина, которую нарушал лишь тихий гул пламени в пасти каменного зверя…

Кабинет представлял собой просторное помещение строгой прямоугольной формы. Стены от пола до потолка были заняты книжными шкафами из темного дерева, заполненными книгами и свитками. Некоторые из них были заперты на металлические засовы или закрыты стеклянными дверцами.

В центре комнаты стоял массивный рабочий стол. На его поверхности лежали стопки пергаментов, несколько чернильниц и письменных приборов.

У стены напротив стола был камин. В нем горел ровный огонь, в котором не было дров. Напротив, на стене, висел портрет героя Станислава.

В комнате стояла полная тишина, нарушаемая только равномерным тиканьем настенных часов.

– В своем письме, господин Асрор поручается за вас, и уверяет меня в том, что вы достойны доверия – сказал директор, оторвав взгляд от письма в руке и откинувшись на спинку кресла.

– Так и есть – отозвался Мардон, стоящий посередине помещения, держа руки за спиной.

– С вашими-то силами, почему вы раньше не поступили к нам?

– Как вы уже знаете профессор, я простолюдин. Родителей у меня не было, так, что мне приходилось работать, чтобы выжить. Судьба свела меня с одним дельцом, который торговал хлебом и там же я познакомился с Асрором, который оказался его сыном. Мы вместе выросли, но совсем разные. Его интересует лишь выпечка, деньги и женщины. Он гений своего дела и добился всего, что хотел. Он самый добрый человек, преданный друг и милосердный господин. Я в свою очередь мечтал стать великим магом на службе короны. Сохранять и защищать королевство, беречь покой на континенте и познать все тайны мира. В силу обстоятельств, я отправился на соседний континент. В Садбарге на наш конвой было совершенно нападение. Меня, полумертвого, подобрала волшебница, которая и научила меня всему, что я знаю.

– Кем была твоя наставница?

– Зверолюдкой.

– Как ее звали?

– Усто.

– Понятно – он покачал головой – вы прибыли в Сахова́т вместе?

– Нет, к сожалению, она скончалась от болезни год назад.

– Сочувствую, потеря близкого это очень болезненно – по взгляду директора было видно, что он пережил это и не единожды.

– Я в порядке профессор – он улыбнулся – я безмерно благодарен судьбе за то, что она свела меня с этими замечательными и добрейшими людьми. Поэтому я хочу получить вашу печать, поступить на службу ее Величества, беречь и распространять добро и мир на нашем континенте.

– Как бы то ни было, господин Асрор уверят, что вы способны сдать все наши экзамены – даже выпускной – и я склонен ему верить, однако он пишет, что вы колдун, а не волшебник?

– Он написал письмо на кануне фестиваля – это один из самых загруженных дней в году, так, что он мог легко ошибиться – Мардон улыбнулся, но директор оценивающие на него посмотрел.

– Тем не менее, наша печать это не просто знак вашей магической силы – это беспрепятственный и безналоговый вход во все герцогства на континенте, бессрочное время пребывания в городах, возможность на аудиенцию в королевском дворце – и это только главное из того, что дает эта печать – Мардон понимающе кивнул – и вы как разумный человек, должны понимать, что я не могу отдать столь важную вещ незнакомцу. Каждого из выпускников я знаю на протяжении пяти лет и могу сказать, что полностью доверяю им, о вас подобного я, к сожалению, сказать не могу.

– Я понимаю профессор, однако я… – директор поднял руку, останавливая его.

– Позволь мне закончить.

– Конечно.

– Может вся ситуация и не в вашу пользу молодой человек, однако я не могу просто так отпустить столь талантливого мага. Предлагаю следующее – ты поступаешь к нам на последний курс. Тебе будет полезно – сможешь увидеть свои сильные и слабые стороны, почувствовать свои пределы и разумеется, научишься чему-то новому. У меня же в свою очередь, будет целый год, на то, чтобы узнать тебя и решить, достоин ли ты печати нашей школы. Согласен?

– Согласен – Мардон утвердительно кивнул.

– Превосходно. Заведующая по учебной части скоро начнет экскурсию по академии для первокурсников, знаешь куда идти или тебя проводить?

– Нет, профессор, я не заблужусь. Огромное спасибо – я вас не разочарую.

– Посмотрим, давай поторопись – мягкая улыбка обрамила старческое лицо.

– Как скажете – Мардон поклонился и покинул кабинет.

Дверь закрылась за спиной с тихим, но окончательным щелчком, отсекая густой, насыщенный воздух кабинета. Тишина коридора, нарушаемая лишь отголосками шагов где-то вдали, показалась внезапной и оглушительной. В высоких стрельчатых окнах, украшенных витражами с изображениями магов прошлого, играли солнечные лучи, раскрашивая каменные плиты пола в синие, золотые и багровые пятна.

Мардон прошел через главный холл. Две гигантские статуи стражей – одна из полированного обсидиана, другая из светящегося мрамора – стояли по обеим сторонам от арки, ведущей во двор. Их пустые глазницы, казалось, провожали его, взвешивая и оценивая.

Во дворе у главных ворот, мощенного гладким серым камнем, стояли остатки группы, среди них, прямая и невозмутимая зверолюдка, с ярко-синими ушками и хвостом. Её строгая мантия была безупречно выглажена, а взгляд, скользнувший по Мардону, был быстрым и все замечающим.

– Поторопитесь, только вас дожидаемся – её голос, чистый и звонкий, легко перекрыл гул двора – отлично, группа в сборе. Добро пожаловать в Скосм. Меня зовут профессор Окса́н, буду обучать вас фазовым переходам на старших курсах, так же по совместительству являюсь заведующей по учебной части. Для вас это – первый день. Для академии – очередной век. Пойдемте, я покажу вам её пульс.

Она развернулась и уверенной походкой повела их обратно, в зияющее провалом тени главное здание. Они шли по узкому коридору и Мардон поравнялся с Лайло.

– Как тебе мой светильник? Вписался в интерьер твоей комнаты?

– Да – она окинула его изучающим взглядом, будто видит в первый раз совершенно незнакомого человека – так, выходит, ты не учишься в академии?

– Нет, я такой же первокурсник, как и вы – он улыбнулся.

– И ты нам все это время лгал?

– Вы сами решили, что я старшекурсник, а я просто не стал это отрицать. Я бы не назвал это ложью – он пожал плечами.

– А как это еще называть? – возмутилась Лайло и в ее голосе чувствовались нотки обиды.

– Это просто невероятно! – воскликнула, Зардина, протиснувшись между ними – откуда у тебя такая сила? Тебя обучал архимаг?!

– Да.

– И как ее звали? – спросил Альтер, который тоже внимательно слушал их разговор.

– Усто, она не слишком знаменита и вообще с другого континента. Вряд ли вы о ней слышали – Мардон пожал плечами.

– Вы будете обучаться вместе с нами? – поинтересовался Снат – с вашими навыками, это будет пустой тратой времени.

– Видимо директор посчитал так же и назначил меня на пятый курс – он снова пожал плечами.

– Так, тишина в строю – раздался голос профессора, и всем пришлось умолкнуть.

Их первой остановкой стали кабинеты. Они располагались в правом крыле. Пройдя по широкому коридору, они остановились и профессор Оксан, толкнула тяжелую дубовую дверь, и створки бесшумно отъехали. Воздух внутри был неподвижным и густым, пахнущим озоном, вечной мерзлотой и пеплом. Огромный зал был пуст. В одних секторах на пьедесталах лежали идеальные, не тающие сферы льда, в других – в огромных чанах булькала густая, тяжелая лава, но пламя в них было застывшим, как на картине. В третьем секторе висел неподвижный, словно вата, туман, не шелохнувшись ни единой завихренкой.

– Это зал для практики. Тут вы будете применять ваши теоретические знания – голос профессора был гулким и в тоже время эхом раздался по залу – идемте дальше.

Следующей точкой маршрута стал зал физической подготовки. Попасть в него можно было, лишь пройдя через сияющую арку, из темно синего камня. Но стоило им пройти внутрь, как все тело Мардона охватил холод и будто бы разряд молнии пронзил его от головы до пят. Он посмотрел на остальных и те чувствовали тоже самое. Зал встретил их грохотом и гулом. Здесь не пахло магией – здесь пахло потом, напряжением и сталью. Студенты в простых одеждах сражались на посохах, мечах, отрабатывали увороты от физических снарядов. Стены были покрыты царапинами и следами от ударов.

– Ваше тело – первый и последний сосуд для магии – сказала профессор Оксан, наблюдая, как одна из учениц парирует удар, от которого вздрогнул воздух – Без крепкого сосуда любая сила разорвет вас изнутри. Поэтому при входе в это помещение, ваше тело подвергается воздействию Вдобского камня и думаю вам не нужно объяснять, что делает этот камень, ибо вы сами все почувствовали.

– Через какой промежуток времени, наши силы вернутся? – поинтересовался Альтер.

– Где-то через час. Еще вопросы? – в ответ было молчание – чудно, тогда продолжим.

Наконец, они спустились по винтовой лестнице в помещение с высокими сводами. Воздух здесь был теплым и густым, пахнущим шерстью, перьями и ароматом сена. Просторные вольеры, огороженные решеткой, пустовали. Профессор обвела взглядом своих подопечных.

– Эти помещения для ваших будущих питомцев, которые являются – не слугами и не оружием. Они – партнеры. Те, кто разделит с вами вашу силу и вашу судьбу. Относитесь к этому выбору серьезно.

Она сделала паузу, дав им впитать увиденное. Тишину в зале, густую и звенящую, внезапно разорвал низкий, грудной рык. Он не был громким, но исходил отовсюду сразу, вибрируя в костях и заставляя застыть на месте. Оксан обернулась, ее взгляд, холодный и точный, мгновенно нашел источник звука – один из дальних, погруженных во тьму вольеров.

– Следуйте за мной, – ее голос был ровен, но в нем появилась стальная нить приказа. – И не делайте резких движений.

Группа, словно завороженная, двинулась за ней к массивной решетке, за которой клубился непроглядный мрак. Внезапно из этой тьмы вспыхнули и уставились на них два ярко-фиолетовых глаза, горящих, как аметисты. Они парили в воздухе, не мигая, полные дикой, неосознанной мощи.

И тогда из черноты родился зверь.

Вспыхнула белизна. Это был лев, но лев, словно высеченный из лунного света и горного хрусталя. Его шерсть отливала голубым, как первый иней, а грива переливалась серебристыми струями. С тихим шелестом упругих мышц он бросился вперед, к прутьям, но не с яростью, а с любопытством царя, исследующего внезапных гостей в своих владениях. Он замер у самого барьера, его фиолетовые глаза обжигали каждого встречным взглядом. Потом начал ходить – плавно, мощно, из стороны в сторону, заставляя сердца каждого биться в такт этим мерным шагам.

Внезапно его ноздри дрогнули. Он поднял величественную голову и начал принюхиваться, втягивая воздух, полный чужих запахов и страхов.

Студенты столпились в отдалении от решетки, а позади всех стоял Мардон. Когда он услышал рык и увидел льва, его тело отреагировало мгновенно. Дыхание перехватило, сердцебиение участилось. Он почувствовал напряжение во всех мышцах. Взгляд зафиксировался на звере, перестав замечать всё вокруг. По телу прошла волна тепла и невольный шепот вырвался из его губ: «Мошо́н»

– Знакомьтесь, это Мошон – лев прямиком из Мазо́рских гор – глаза Мардона наполнились слезами, он начал суетливо их вытирать, чтобы никто не увидел – на период вашего обучения, академия может взять на себя заботу о вашем питомце во время каникул.

– Профессор, а чей это питомец?

– Ее владелец Ва́лери Ка́бут – некоторые начали взволнованно перешептываться – на протяжении всего своего обучения, она являлась самой выдающийся волшебницей в своем поколении и до сих пор непревзойденной – все восхищенно загалдели.

Спустя еще некоторое время, студенты во главе с профессором потянулись к выходу. Он дождался, когда шаги затихли, и остался один. Словно во сне, он подошел к решетке. Он просунул руку внутрь.

Белый великан замер, и в его фиолетовых глазах мелькнуло что-то. Не дикость, а вопрошание. Память. Он медленно, осторожно приблизился, и его влажный нос дрогнул у самой кожи. Вдруг, все его могучее тело вздрогнуло.

Глубокое, горловое мурлыканье, похожее на отдаленный гром, вырвалось из его груди. Он с силой, но бесконечно нежно, ткнулся макушкой в его ладонь, а потом принялся тереться о руку всей головой, точно тот самый маленький комочек, что когда-то искал тепла и защиты. Он мурлыкал, закрыв глаза, и в этом звуке была вся тоска по дому, по тем дням, когда вся его вселенная помещалась в корзинке у кровати Мардона.

– Привет малыш – прошептал он – как же я по тебе скучал.

Он стоял, гладя его за ухом, в том самом месте, которое он всегда любил, и шептал ему что-то тихое, бессвязное. После пары минут непрерывного шепота и ласк, он поднялся, вытер слезы и направился к выходу.

– Мардон, видимо это ваша привычка, заставлять других вас дожидаться? – возмутилась профессор когда он воссоединился с группой у выхода.

– Прошу прощения, постараюсь исправиться.

– Вам придется, правила у нас в академии строгие и их нужно соблюдать в полной мере, иначе будут последствия, надеюсь, это все уяснили – она обратилась ко всей группе, которая дружно закивала.

Они прошли через коридор, завернули за угол и вышли к тому месту откуда началась экскурсия. По команде профессора, студенты встали в полукруг перед ней.

– Итак, на этом знакомство с академией Скосм завершено. У нас так же есть зал, для проведения праздничных мероприятий. С ним вы познакомитесь через пару дней на Приветственном балу выпускников. Староста?

– Слушаю – Лайло вышла вперед.

– Расположение спален ты уже знаешь?

– Да.

– Превосходно, тогда проводи свою группу. Ваша форма и учебные принадлежности уже доставлены в ваши номера. И последнее – она окинула всех взглядом – пятый курс прибудет сегодня вечером, а завтра у них показ достижений, если хотите посмотреть, то пусть староста передаст мне список желающих и на рассвете за вами приедет карета.

– Показ достижений проводится не в академии?

– Если выпускники будут применять боевую магию на территории академии, то от замка и камня на камне не останется. Показ достижений проводится у подножия холма в глубине острова, завтра все сами видите. Вопросы есть? – в ответ было молчание – чудно, тогда желаю вам хорошо отдохнуть и удачного начала учебной жизни!

Глава 5 Мороз в солнечный день

– Были еще случаи нападения на конвои?

– Нет, госпожа Вал, мы увеличили стражу и сменили маршрут, но думаю, что это ненадолго.

– Да, я это понимаю, однако выбора у нас нет, пока ситуация в королевстве не наладиться, придется как-нибудь справляться.

Стены кабинета были обиты бархатом бордового цвета. Их дополняют декоративные деревянные панели. Потолок выполнен в виде темного деревянного массива. Пол выложен мраморной мозаикой с геометрическим узором.

Основной источник света – люстра из стекла с хрустальными подвесками. Стены украшены большими зеркалами в золоченых рамах и географической картой континента, на котором были отмечены все заведения Асрора.

Центром помещения является массивный письменный стол с кожаной столешницей и резными изогнутыми ножками. Рядом расположено кресло с высокой резной спинкой и бархатным сиденьем, на котором расположилась Вал. Перед ней куча бумаг, около стола стояла еще одна эльфийка с кипой бумаг на руках.

– Что у вас с запасами на этот месяц?

– Все хорошо, хотя возможно под конец нам понадобиться дополнительная партия муки, торты с золотым кремом заказаны на полтора месяца вперед – с гордостью заявила работница – и можно небольшой вопрос?

– Задавай, если смогу, отвечу – Вал откинулась на спинку кресла.

– Почему их называют «Вновь обретенной мудростью» – спросила работница, листая стопку.

– А ты знаешь историю, что стоит за этими тайниками?

– Никак нет – она покачала головой.

– Тогда слушай – Вал сделала небольшую паузу – как ты знаешь, герой Станислав был выдающийся личностью, гением. За свою жизнь, он смог изменить саму суть существования этого мира, благодаря своей силе, знаниям и инновациям. После того, как он вместе со своим отрядом объединил весь континент Саховат, создал королевство Рован том виде, в котором мы его знаем, заключил мир с Садбаргом, наладил торговлю между континентами. Придумал обучать магов, которых в те времена убивали как потомков дьявола, сделав из них фундамент, на котором держится весь современный мир и много-много других грандиозных и судьбоносных деяний. Затем передал престол приемнику и разделил власть между своими соратниками: воин Валар стал главным воеводой континента, Аксар был главным министром, Гибрат заполучил должность директора академии Скосм, а Эллария отказалась от процедуры Джовидони и стала его женой. После, они покинул столицу и поселились в Арги́нго, где и коротали свои короткие годы человеческой жизни. Но их смерть наступила так же внезапно как и их появление. Его замок окружили армии наемников. Одним из не утихающих вопросов остается то, как наемники из Сдбарга оказались там. Аргинго был разграблен до последней серебряной ложки. Все записи, дневники, результаты исследований – все знания, что хранились у героя, были украдены. Разумеется, что все это было дело рук знатных домов. Они не могли отправить туда своих рыцарей, вот и наняли наемников. Все знания были растащены по обоим континентам. Большинство наемников так и не доставили записи заказчикам и прятали их, где только могли, чтобы потом вернуться за ними, но погибали и знания остались в тайниках. Когда королевское войско прибыло, от замка не осталось и камня на камне. Под этими завалами и нашли тело героя и его жены, мертвых в объятиях друг друга пронзенных одним мечом.

– Я не единожды слышала эту историю, но каждый раз мое сердце сжимается от боли.

– Большая часть из найденных тайников, находиться в королевской сокровищнице. Учитывая, в каком состоянии, находится нынешние государства и отсутствие каких-либо инноваций – думаю основная их часть все еще не найдена – она пожала плечами..

– А что на счет смерти героя и его жены?

– Никто не занет кто их убил. Но, зная какой силой они обладали, никто бы не смог к ним приблизиться. Принято считать, что их предал кто-то из числа их знакомых.

– Благодарю, сестрица Вал, ты только что сделала мой мир гораздо шире – работница мягко улыбнулась.

– Рада слышать – Вал улыбнулась в ответ и начала складывать бумаги – а что с донесениями из Хисорского леса?

– Все еще ждем сестрица – уголки ее ушек виновато опустились.

– Господин Асрор, хочет знать обо всем, а без этой информации отчет по состоянию королевства будет не полным – она обвела руками бумаги на столе – тем более что господин начал действовать.

– В каком смысле?

– К нему прибыл человек, господин категорически отказался его обсуждать, но из того что я видела и услышала – они старые друзья и вместе спасли Ле́орию и всех старших.

– Значит, время наконец-то пришло? – воодушевленно спросила работница.

– Видимо – Вал глубоко вдохнула.

– Говоря о заморских гостях, мы выяснили, кто прибыл на аудиенцию к ее Величеству из Садбарга. Один из высокопоставленных и самых приближенных людей к царской семье и звать его лорд Джам Реквест.

– С какой целью он прибыл?

– Пока не знаем, ее Величество, лорд Кабут и лорд Джам сегодня проведут собрание. Я отправлю лучших.

– Скажи девочкам быть осторожнее, мы не знаем, на что способен этот Джам.

– Поняла вас, кстати, сегодня к нам должна зайти леди Валери.

– У нее заказ?

– Так точно – пирожные с заварным кремом и мясная булочка с индейкой, каждая позиция по пять изделий.

– В таком случае, я встану за прилавок.

– Как скажете госпожа – работница поклонилась и покинула кабинет.

Вал, надев рабочую форму и проверив наличие изделий на витрине, встала за прилавок. Солнечный свет, яркий и беспечный, заливал просторное помещение, падая из высокого арочного окна и двери, за которой шумела улица.

Стены, пол и потолок были целиком собраны из тёплого дерева светлых тонов. Стены украшали ровные панели, а на потолке геометрический узор из несущих балок и кессонов, без намёка на возраст. Пол из широких, идеально подогнанных досок приятно пружинил под ногами.

Центром всего был массивный прилавок из того же светлого дерева, чья столешница уже успела приобрести первые, почти незаметные следы от кружек и тарелок. Но главное сияние исходило от длинных стеклянных витрин, встроенных в его корпус. Их безупречно прозрачные стёкла открывали взгляду всё богатство: румяные булки с глянцевой корочкой, аккуратные ряды пирожных, посыпанные сахарной пудрой маффины, и всевозможные виды тортов. Солнечные лучи играли в стекле, отбрасывая на полированную древесину радужные зайчики.

Вал успела обслужить дюжину посетителей и собиралась пообедать, как вдруг дверь пекарни с мягким звонком отворилась, и внутрь вплыла ее тень, прежде чем она сама переступила порог. Дрожь пробрала эльфийку от головы до пят, холод заполнил всю пекарню, и она увидела пар от собственного дыхания, в этом залитом солнцем царстве тепла и хлеба.

Ее волосы – длинные, густые и черные аж свет поглощали, – свободными волнами спадали на плечи, оттеняя идеальную белизну кожи. Легкий румянец на высоких скулах был единственным теплым акцентом на этом фарфоровом лице, пока взгляд не встречался с ее глазами. Они были двумя вспышками изумрудного пламени на бледном, идеально очерченном лице. На фоне черных как смоль волос и безупречно-бледной кожи их зелень казалась почти сверхъестественной.

Ее появление было бесшумным и плавным. Элегантное черное пальто, строгое и лаконичное, подчеркивало тонкий стан и гармонировало с роскошной гривой волос. Оно словно вобрало в себя весь внешний свет, делая ее светящуюся кожу и яркие изумрудные глаза единственными точками притяжения в солнечном потоке, заливавшем помещение.

На мгновение она замерла у входа, позволяя взгляду скользнуть по стеклянным витринам с румяной выпечкой, пока она не заметила, кто стоит за прилавком, и уголки ее губ поднялись в легкой улыбке.

– Вал – ее голос был томным и бархатистым, звучал размеренно и проникающе – давно не виделись.

– Рада вас видеть миледи – Вал поклонилась в идеальном реверансе, но все же занервничала.

– Как давно ты уже в столице?

– Прибыла вчера вечером миледи – она изо всех сил старалась скрыть дрожащий голос.

– Как прошел фестиваль первокурсников? – гостья подошла к прилавку.

– Безупречно, ваша мать – была неподражаема!

– Не сомневаюсь, ее навыки общения и влияния на народ ни с чем несравнимы.

– Надеюсь, ваш отец так же находится в добром здравии – Вал подняла голову, но не смогла заставить себя взглянуть посетительнице в глаза.

– Так и есть, он ждет в карете у входа. Мы отправляемся домой, а что на счет тебя, хочешь поехать с нами?

– Я безмерно вам благодарна моя госпожа – Вал учтиво склонилась – но у меня остались еще дела, и я задержусь еще на день.

– Очень жаль – она выдохнула – а я уже надеялась на веселую, дружескую поездку, но мне все равно придется провести два дня в компании моего отца и его новоиспеченного друга. Еще и на Показ достижений не успею, и я скучаю по Мошону.

– Зато прибудете как рас к Приветственному балу выпускников – эльфийка утешающе улыбнулась.

– Ты, должно быть, не слышала, директор в этом году пригласил представителей всех знатных домов королевства на этот бал. В прошлые годы, там яблоку негде было упасть, а в этом я даже не знаю чего ожидать – она пожала плечами.

– Уверена, чтобы не задумал Директор, будет не… – внезапно дверь пекарни открылась, и на пороге оказал кучер.

– Прошу прошения леди Валери, ваш отец господин Та́вон, просит вас поторопиться.

– Я скоро буду – не оборачиваясь, ответила Валери, и кучер удалился – мой заказ готов?

– Разумеется, миледи – Вал достала из под прилавка упаковки и протянула их девушке. Когда Валери протянула руки, эльфийка невольно уставилась на ее слегка искривлённый указательный палец. Она заметила это, еще при их первой встрече и долгое время хотела спросить ее об этом, но никак не решалась.

– Всего хорошего Вал, увидимся дома – Валери развернулась в сторону выхода. Внезапно, Вал суетливо пошарила под прилавком и достала небольшую коробочку.

– Миледи, я хотела вам кое-что дать, господин Асрор впервые приготовил новую сладость, я сохранила парочку для вас. Надеялась, что увижу вас тут и не прогадала. Хочу, чтобы вы оценили.

Валери вновь подошла к прилавку, положив покупки на стол, она взяла коробочку и открыла ее. Взгляд, прежде спокойный, стал пустым и неподвижным. Холод, что заполнял пекарню, испарился в тот же миг, будто его и не было. Ее брови слегка сдвинулись, в глазах мелькнуло недоумение. Затем взгляд стал пристальным, губы сомкнулись. Она молча просунула указательный и большой пальцы на дно, и вынула их – на ее ладони лежал идеально круглый, ярко красный шарик. Взгляд смягчился, зрачки расширились. Она уставилась на шарик. Ее дыхание замедлилось, губы приоткрылись. Она медленно покатала шарик на ладони, не отрывая от него глаз.

– От ч-чего твой господин решил приготовить их? – томный и пронизывающий голос Валери задрожал и Вал на мгновение выпала из реальности, но быстро взяла себя в руки.

– К господину прибыл старый друг, и он приготовил их ему – Вал не понимала, что происходит и не знала, как реагировать.

– Понятно – мягкая улыбка обрамило белоснежное лицо, слезы заискрились под изумрудными глазами, она вернула шарик обратно в коробку и положила в нагрудный карман – спасибо.

Валери попрощалась с Вал и покинула пекарню. К ней подошла та же самая работница.

– Что, черт возьми, это было?

– Я без понятия – они безмолвно переглянулись…

Кареты, запряженные парой громадных коней, чьи копыта высекали искры из булыжников мостовой, плавно тронулась с места, покидая двор академии. Первокурсники, прилипшие к окнам, с благоговением всматривались в зеленые луга и пасущихся там животных.

Вскоре карета врезалась в стену леса. Воздух мгновенно стал прохладнее и гуще, наполнившись ароматом хвои и влажного мха. Деревья здесь стояли так тесно, что их ветви сплелись в сплошной зеленый полог, сквозь который пробивались лишь редкие косые лучи солнца, освещая клубящийся у земли туман.

Лес резко оборвался, и карета выкатила на простор. Прямо перед ними, подпирая небо, вздымался Ка́ви Холм – сердце острова. У его подножия, словно гигантское зеркало, в которое смотрелся холм, лежало озеро. Вода в нем была абсолютно прозрачной и неподвижной, отражая макушку холма с каждым зубцом и башенкой. А в самом центре озера, точно изумруд в оправе из хрусталя, покоился маленький островок – Арена Грез.

Место для зрителей было обустроено на пологом берегу, обращенном к острову, на самом верху располагалась ложа для преподавателей. Это был не просто склон, а настоящий амфитеатр, созданный магией. Каменные ступени, плавно спускающиеся к самой воде. Над ареной парил прозрачный магический купол, готовый защитить зрителей от случайных брызг или от рикошетившего заклинания.

Путь был окончен. Кареты одна за другой останавливались на специально отведенной площадке. Первокурсники, зачарованные видом, понуро высыпали наружу, присоединяясь к пестрой толпе студентов, которая гулом голосов и волнением предвкушения наполняла воздух. Церемония должна была вот-вот начаться.

– Где сядем? – спросил Снат, когда они подошли к трибунам.

– У каждого курса свой сектор, ваш посередине, поскольку вы первый курс, то вам нужно в полной мере узреть то, каких высот можно достичь в нашей академии – профессор Оксан повела их к сиденьям – стоп, а ты куда собрался?

– К сиденьям, нужно полагать… – Мардон недоуменно встал.

– Ты пятый курс, а значит должен сидеть с пятым курсом, они вон там – она указала на крайний сектор.

– Понял вас – он поклонился и развернулся к остальным – ну вот, золотые глазки, ты избавилась от меня, довольна?

– Безмерно – Лайло скривила язвительную ухмылку – и не смей больше так меня называть!

– Удачи ребят, еще увидимся – он попрощался со всеми и зашагал прочь.

Мардон притискивался сквозь ряды сиденьев и толпу, пока не добрался до нужного сектора. Он уселся на крайнее место у прохода, рядом с ним сидела девушка со светлыми волосами и веснушчатым лицом. В руках она сжимала ножны с мечом.

– Ты кто такой – спросила она угрожающе.

– Переведенный ученик – сухо ответил он.

Она огляделась на остальных в поисках объяснения, но все так же недоуменно переглядывались.

– Мне ничего не говорили о переводах – недоверчиво протянула она.

– Ты профессор?

– Нет.

– Ты староста?

– Нет.

– Тогда тебе и не нужно это знать.

Девушка была возмущена и смущена докрасна.

– Да, как ты смеешь так со мной разговаривать?! Я дочь вик..

– Мне плевать – ответил Мардон – мне плевать.

Все присутствующие были ошарашены и шокированы его поведением. Девушка набрала в грудь воздух, чтобы обрушать на него весь свой поток сознания, как вдруг громкий голос директора потряс воздух.

– Дорогие студенты и уважаемые преподаватели! Сегодня мы собрались здесь, в этом священном для нас месте, чтобы стать свидетелями особого события – Показа достижений наших студентов. За прошедший год каждый из вас прошел через трудности и победы, через бессонные ночи в библиотеках и напряженные тренировки в залах. Вы изучали не просто заклинания – вы постигали саму природу магии, учились чувствовать течение стихий и понимать гармонию мироздания. Сегодня те, кто достиг наибольших успехов, продемонстрируют вам, чего можно достичь упорным трудом и верой в себя. Вы увидите, как оживают древние искусства, как подчиняются воле мага сама природа. Пусть сегодняшний день станет для кого-то вдохновением, для кого-то – вызовом, а для всех нас – напоминанием о том, что мы являемся частью чего-то большего. Мы – хранители знаний и традиций, будущее магии и континента Саховат в ваших руках. Именем Ее Величества я объявляю Показа достижений открытым!

Грянула торжественная музыка и под взрыв аплодисментов, на середину арены вышел человек. Мужчина лет тридцати в элегантном костюме: тёмно-синий фрак из сукна с закруглёнными лацканами, под ним – узорчатый шёлковый жилет в бордово-золотых тонах. Белоснежная сорочка с жёстким воротником и жемчужными запонками, изумрудный галстук, завязанный строгим узлом.

На ногах – лаковые чёрные ботинки. На голове – чёрный бархатный цилиндр с лёгким наклоном. В руках – белые лайковые перчатки и полированная трость с серебряным набалдашником; из жилетного кармана виднеется цепочка карманных часов. Юноши восторженно хлопали, девушки безудержно визжали. Человек на арене поднял руку, успокаивая зрителей и те через пару мгновений умолкли.

– Сегодня мы наблюдаем не просто демонстрацию силы – мы видим итог упорного труда. Каждое заклинание, которое вы увидите, отточено до совершенства. И сегодня, нам выпала честь лицезреть, плоды этих трудов. Итак, поединок, что откроет показ этого года, состоится между – Элиан Морс и Кэл Хок.

Две фигуры замерли по разные стороны арены, вымощенную каменными плитами. Элиан, маг, чья серая мантия колыхалась от ветра и Кэл, волшебница с холодным, сосредоточенным взглядом. Сигнал к началу прозвучал.

Элиан действовал первым, едва шевельнув пальцами, воздух перед ним сгустился, и три прозрачных клинка энергии с воем понеслись к Кэл. Та не сдвинулась с места, взметнув руку. Из небольшой фляги у нее на поясе, взвился водяной поток и мгновенно застыл перед ней в идеально гладкий, прозрачный ледяной щит. Вакуумные лезвия с глухим стуком врезались в лед, оставив трещины, не пробив его.

Элиан улыбнулся и совершил широкий взмах руками. Он не стал атаковать ее напрямую, а применил парение на самой каменной плите под ногами Кэл. Плита, потеряв плотность, дрогнула, пытаясь приподняться, выбивая противнику опору. В тот момент, когда Кэл на мгновение потеряла равновесие, Элиан выдохнул струю ледяного воздуха. Вокруг головы и плеч Кэл из ничего возникла плотная пелена тумана, ослепляя ее.

Но Кэл была готова. Не видя противника, она топнула ногой, и вода, все еще окружавшая ее в виде ледяных осколков, мгновенно вернулась в жидкое состояние, а затем вскипела. Облако пара с шипением разорвало ослепляющий туман Элиана, который сквозь клубы пара метнул острый как бритва клинок воды, вынудив ее отпрыгнуть.

Элиан, отступая, почувствовал леденящий холод – плата за создание тумана. Он видел, что Кэл тоже дрожит, отдав тепло на создание пара. Бой сводился к тому, чьи резервы иссякнут первыми. Решив закончить все одним ударом, Элиан собрал последние силы. Он вдохнул, и воздух вокруг его сжатых ладоней начал светиться, потрескивая. Он шел на риск, пытаясь создать шаровую молнию.

Но Каэлин была быстрее. Она не стала тягаться с ним в мощи. Вместо этого она резко сжала кулак, применив магию к той воде, что пропитала одежду Элиана после взрыва пара. Вода на его мантии и коже мгновенно затвердела, превратившись в тонкую, но невероятно прочную ледяную броню. Она сковала его движения, руки, готовые выпустить плазму, застыли в неестественной позе.

Свет вокруг его ладоней погас, поглощенный внезапно наросшим льдом. Он проиграл.

Кэл, тяжело дыша, подошла к нему. Ее лицо было бледным от переохлаждения. Она коснулась ледяного панциря. Лед растаял, превратившись обратно в воду, оставив Элиана стоять мокрым и побежденным.

Арена взорвалась аплодисментами. Кэл изнеможенная, но безмерно счастливая махала трибунам, пока Элиан с опущенной головой покидал арену. На середину вновь вышел ведущий.

– Какое невероятное зрелище дамы и господа! Но на этом наш с вами показ не заканчивается, через некоторое время арену восстановят, и мы увидим поединок между – Каэле́н Горс и Тормунд Кроуд.

Мардон был восхищен способностями студентов и в этот момент он был полностью согласен с директором, когда тот сказал ему, что он может многому научится.

– Я много пропустил? – Мардон вздрогнул от неожиданности.

Рядом с ним на ступеньках расселся парень. Темные волосы, карие глаза, смуглая кожа. Мардон не понимал, как он не смог почувствовать его присутствия раньше.

– Прости, мы не знакомы – он протянул руку – я Санг Гумас, а ты?

– Мардон, переведенный ученик – он пожал его руку.

– Невероятно, а откуда ты?

– Из Садбарга.

– Ого! Аж с другого континента – его глаза восторженно блеснули при взгляде на нагрудник Мардона – мой отец торговец и раз в год он едет в Садбарг. В прошлом году он привез мне доспехи из кожи Пачского змея!

– Впечатляет – Мардон изо всех сил пытался выразить изумление, но получалось не очень.

– А ты когда-нибудь видел их в живую?

– Я жил далеко от Пустоши, поэтому мне не доводилось видеть ни одного из чудовищ, что там обитают – он пожал плечами и решил сменить тему, чтобы собеседник не доставал его вопросами – только, что был поединок между Кэл Хок и Элиан Морс, первая победила.

– Ну, это не удивительно – Санг пожал плечами.

– Почему это?

– Она – одна из приближенных из свиты Владычицы Крайностей.

– Кого? – Мардон, еле сдержал усмешку.

– Есть у нас в академии одна особа – безумно красива, невероятно талантлива и обладает запредельными магическими способностями. Она в совершенстве владеет всеми четырьмя школами, но вершина ее мастерства проявляется в фазовых переходах воды и управлении огнем, отсюда и прозвище «Владычица Крайностей». К слову, не смотря на то, что она в мгновение ока может превратить в лед или обратить в пепел целый батальон, сражается она не перекидыванием заклинаний туда-сюда – а в ближнем бою наслаивая один на другой, применяя технику за техникой, ни секунды не выжидая ответных действий со стороны противника.

– Выходит, она сильна?

– «Сильна»? – Санг выпучил на него глаза – видишь эту арену, в прошлом году во время ее боя с Крафтом, когда они одновременно атаковали друг друга – арену разнесло в клочья! Тогда она заморозила все чертово озеро, и они продолжили бой уже на нем. Эх, жаль, что ее нет сегодня.

– И как же зовут эту несравненную особу? – спросил Мардон, прекрасно зная ответ.

– Валери Кабут – с гордостью и восхищением произнес собеседник – говорят, что она прибудет через пару дней. Странно, что ты до сих пор о ней не слышал.

– А кто такой Крафт?

– О, он второй по силе в Скосме. Простолюдин, да еще и колдун, но при этом сильнее любого волшебника.

– Как простолюдин, может себе позволить быть колдуном?

– Это самое интересное – воскликнул Санг – парень настоящий гений в области новых разработок. Директор лично финансирует его обучение и исследования. Многие в академии считают, что отношения между Крафтом и леди Валери, куда более личные, чем простое соперничество.

Внезапно, после этих слов, что-то щипнуло в груди Мардона и ком подступил к горлу. Он хотел продолжить, но голос ведущего прервал его.

– Итак, второй поединок начинается!

Две фигуры сошлись на арене. Каэлен, с посохом в руках, и Тормунд, сжимающий массивный ручной топор.

Первый удар был за Тормундом. Его топор, взревев, врезался в землю, и от лезвия по только что выложенным плитам побежала трещина, из которой вырвался поток раскалённой лавы. Каэлен не отступил. Посох описал в воздухе круг, и стена ледяных кристаллов встала на пути огненной реки. Лед шипел и таял, но выдержал.

Тормунд пытался продавить оборону, пока плотный сгусток пара от льда, окутал Каэлена скрыв его. Тормунд, не видящий противника, размахивал топором, рассекая пар, но не находя цели.

Из пелены тумана вылетела молния. Разряд ударил в топор, заставив Тормунда отшатнуться. В тот же миг Каэлен рванулся вперёд, его посох, окутанный ветром, двигался с удвоенной скоростью.

Тормунд, отступая, вновь ударил топором о землю. На этот раз каменные плиты вздыбились, пытаясь сковать ноги Каэлена. Но тот использовал воздушные подушки под стопами, чтобы отпрыгнуть, а пар окутывавший арену сжался до капель воды, а после превратился в сотни острых ледяных игл, обрушившихся на противника.

Тормунд, оказавшись под градом, взревел и раскрутил топор над головой, создав огненный вихрь, который испарил лёд. Пар снова окутал площадку.

Оба мага, тяжело дышали и дрожали от холода. Силы были на исходе. Решающая атака длилась мгновение. Каэлен, используя остатки концентрации, направил весь пар в одну точку перед Тормундом, создав ослепляющую завесу, и сделал финальный выпад. Его посох, покрытый инеем, коснулся горла Тормунда в тот момент, когда топор противника остановился в миллиметре от его макушки.

– Ничья? – спросил Тормунд.

– Ничья – отозвался Каэлен.

Бой был окончен. Оба стояли, бледные, истощённые, поддерживая друг друга. Помахав трибунам, они удалились прочь, уступив арену ведущему.

– Вот так, дамы и господа выглядит бой между двумя братьями. Великолепно и незабываемо! А далее… – к ведущему подошла эльфийка и начала что-то шептать ему на ухо.

– У них же разные фамилии – недоумевающе спросил Мардон.

– Они двоюродные – ответил Санг – мама Тормунда и отец Каэлина, брат и сестра.

– Ясно. Сколько еще боев будет?

– Обычно их не больше пяти. Вызывают только самых способных студентов, коим я к сожалению не являюсь – он пожал плечами – а ты Мардон, сильный маг?

– Не сильнее большинства.

– Из всех выступивших, кого бы ты смог победить?

– Думаю, что мо… – голос ведущего вновь загремел в воздухе.

– В третьем поединке сойдутся – Крафт и Мардон!

Сперва, Мардон решил, что он ослышался, но по ошеломленному взгляду Санга понял, что нет.

– Все выходили с оружием, мне тоже надо?

– Д-да, таковы правила, я бы дал тебе свой меч, но как видишь я не взял его с собой.

Мардон понимающе кивнул, огляделся по сторонам, девушка с веснушками явно не горела желанием, делится своим оружием.

– П-простите, можете взять мои – Мардон обернулся на голос. Это была зверолюка с нежно розовыми волосами и глазами разных оттенков, правый – бледно зеленый, а левый – нежно голубой. Она протягивала ремень, на котором весели две ножны с короткими мечами.

– Благодарю вас миледи – Мардон улыбнулся, поклонившись, взял ремень и надел его. Он вытащил оружие.

– Фух! Превосходные клинки.

– П-правда, я рада, что они сгодятся – она нервничала, но услышав похвалу в сторону своего оружия, немного воодушевилась.

Вернув кинжалы в ножны, Мардон повернулся лицом к арене, где уже стояла фигура Крафта. Голос Асрора четко прозвучал в его голове: «Не привлекай лишнего внимания!». Он опустил голову, слегка согнул колени, а затем прыгнул и плитка под его ногами, треснула от давления. Встречный ветер трепал его волосы и одежду, глаза немного прослезились. Через некоторое время свободного полета, он приблизился к поверхности арены и в полуметре от земли под его ногами образовались воздушные подушки, которые мягко опустили его на землю, под ошарашенные взгляды и звенящую тишину арены.

Глава 6 Мардон

Целый год, он тренировался в поте лица, пока его кости не трещали. Он отказывался от всех балов, званых ужинов, времени с друзьями и семьей. Весь год его дни начинались тренировками, продолжались учебой и заканчивались тренировкой. Он отдал всего себя, ради того, что бы стать сильнее и наконец, доказать, что он превосходит любого волшебника или колдуна. Целый год он ждал реванша, а она посмела, не явится! Вот же дрянная девка! Весь этот труд, все разработки уйдут – в никуда! Не важно, кого сейчас против него выставят, он разорвет его на куски.

– В третьем поединке сойдутся – Крафт и Мардон!

«Мардон?» Он никогда раньше не слышал этого имени в академии. Упаси господь, если они выставили против него первокурсника – он убьет его, и никто не посмеет обвинить – ибо это будет вина академии. Внезапно, резкий и громкий хлопок раздался сквозь гул толпы. Крафт сразу узнал, откуда был звук, но стоило ему поднять глаза, как его взгляд зацепился за темную фигуру, летящую к арене. Фигура летела быстро, она явно не успеет уплотнить воздух на такой скорости. Битва закончилась, не успев начаться. К его удивлению, темная фигура замерла в ничтожном расстоянии от поверхности и легко опустилась на землю.

В ярком свете солнца его фигура казалась высеченной из камня. Молодой воин стоял, чуть наклонившись вперёд, готовый в любой момент сорваться с места. Его лицо, выглядело одновременно юным и закалённым испытаниями. Мелкий шрам рассекал правую бровь, и еще одина длинная извивающаяся полоса бледной кожи отходила от правой скулы вниз по шее и терялась за воротом одежды.

Тёмные волосы небрежно падали на высокий лоб, а его глаза горели оранжевым огнём – янтарные с медным отливом, с чётким тёмным ободком вокруг зрачков, казалось, что они видели Крафта насквозь. В этих глазах читалась такая сила и решимость, что он невольно отвел взгляд.

На груди блестел поношенный кожаный нагрудник, украшенный замысловатой шнуровкой и Крафт, сразу узнал кожу Пачского змея. Как простолюдин, может позволить себе подобную роскошь? Многослойные наплечники, искусно собранные из дублёной кожи, защищали плечи от ударов. На предплечьях виднелись тёмные повязки – потрёпанные, с узлами и заплатками, они обвивали руки от запястий до локтей, словно вторая кожа.

Стройная, но сильная фигура говорила о долгих часах тренировок. Под облегающей рубашкой с высоким воротом перекатывались мышцы, а в том, как он держал себя, чувствовалась выработанная годами осанка воина.

Широкий пояс с массивной пряжкой подчёркивал талию. В ножнах, прикреплённых к поясу, покоились два клинка – единственное украшение этого воина, говорившее о его предназначении.

Его поза – руки потирающие запястья, плечи развёрнуты – выдавала в нём человека, привыкшего к опасности. Этот молодой воин был воплощением противоречий: юность и опыт, сила и грация, опасность и сдержанность.

На мгновение Крафт растерялся, от одного лишь присутствия этого Мардона. Его бросило в дрожь. Но, он быстро взял себя в руки. На нем его лучшее снаряжение, самый передовой магический преобразователь – победа неизбежна.

Прозвучал сигнал.

Незнакомец щелкнул пальцами, каменные плиты под ногами Крафта мгновенно раскалились докрасна и превратились в вязкую лаву. Но он не провалился. Он наступил, и сапоги с подошвами из белого кристалла вспыхнули, поглощая жар. Ледяной холод пополз по лаве, снова запечатывая ее в камень. Крафт использовал – устройство, впитывающее и хранящее магическую энергию.

– Неплохо, – усмехнулся противник.

Копье с наконечником из красного металла, испещренного рунами, впитала энергию от магического камня на груди доспеха, и описывало в воздухе огненную дугу, оставляя за собой шлейф раскаленной плазмы. Сгусток молнии, выплюнутый его острием, ринулся на Мардона.

Она даже не сдвинулся с места, а два изогнутых кинжала были продолжением его рук. Легкое движение левым клинком – и перед ним взметнулась стена расплавленного базальта, поглотившая разряд с оглушительным шипением. Правым клинком он провел по воздуху, и испарившаяся вода сконденсировалась в десяток ледяных игл, помчавшихся к Крафту.

Он отреагировал с мастерством, достойным его репутации. Наконечник копья вспыхнул, создав перед ним щит из чистой плазмы. Ледяные иглы испарились, не долетев, но он откатился назад, чувствуя, как артефакт в его руках жадно тянет энергию для поддержания защиты.

Незнакомец перешел в наступление. Его клинки двигались в сложном, красивом танце, и стихии повиновались им. Правый клинок, окутанный вихрем, вырвал из-под его ног каменную плиту и левый клинок в тот же миг коснулся летящего камня, превратив его в раскаленный лавовый шар, швырнув в Крафта.

Пока он парировал шар новым разрядом, противник свел клинки вместе. Пар от столкновения лавы и плазмы сгустился в плотный туман, скрывая его движения. Из пелены вырвалась водяная плеть, которая на лету затвердела в ледяной хлыст.

Крафт работал на пределе. Его копье было веером пламени, молотом молний. Он рассекал ледяные хлысты, испарял водяные петли, отражал камни. Но он только реагировал и защищался.

И тогда незнакомец решил двинуться вперед. Вихрь воздуха под ногами рванул его вперед, сокращая дистанцию в мгновение ока. Теперь магия отступила, уступив место стали.

Его клинки обрушились на Крафта градом ударов. Он отскакивал, работая древком и наконечником, парируя, уворачиваясь. Скрип и лязг о зачарованный металл копья разрывали воздух. Он пытался использовать длину своего оружия, чтобы держать его на расстоянии, но незнакомец был подобен тени – неотступной и вездесущей. Его мечи скользили по древку, пытаясь найти путь к его рукам, его движения были плавными и смертоносными, как танец.

Один его клинок пошел на прямой удар, Крафт парировал его в сторону, но это была ловушка. Второй клинок, описав короткую дугу, бьёт ему в плечо. Он едва успевает отпрыгнуть, чувствуя, как лезвие прочерчивает раскаленную линию на его доспехе. Дыхание сперло в груди. Каждый его удар был точен, каждый перенос веса – идеален. Он не тратил силы понапрасну, его атаки были выверены до миллиметра.

Крафт отступил, пытаясь перевести дух и создать пространство для маневра, но противник не давал ни секунды передышки. Его атаки следовали одна за другой, заставляя его работать только на защиту. Он понимал, что в чистом фехтовании этому парню нет равных. Его единственный шанс – магия, но для генерации не было ни времени, ни сил.

Собрав волю в кулак, он пошел в контратаку, совершив серию быстрых выпадов, заставляя раскаленный наконечник копья свистеть в воздухе. Незнакомец парировал, но отступил на шаг. Этого мига ему хватило.

Его дыхание стало сбивчивым, а руки дрожали от перегрева артефакта. Он понял, что проигрывает. Как он может проиграть? Он столько тренировался, столько сил и труда было вложено и все это будет зря? Сначала та высокомерная девка, а теперь этот выскочка! Взревев, он вонзил копье в землю, направив всю накопленную энергию в одно заклинание. Ослепительный шар плазмы, размером с его рост, в мгновение ока ринулся к противнику, испаряя каменные плиты на своем пути.

Тут Крафта поглотил ужас. Он вложил весь остаток энергии в эту атаку, способную сровнять целый замок с землей, а противник не стал создавать щит, не отпрыгнул в сторону – вместо этого он бросился навстречу шару. Его клинки закружились, создавая тепловой вихрь. Он не блокировал плазму, а дестабилизировал ее структуру, заставляя энергию рассеиваться. Шар замедлился, его яростное свечение померкло. И в этот момент, используя последние ресурсы, Крафт послал сквозь ослабевшую плазму тонкий, сконцентрированный разряд – свою последнюю надежду.

Незнакомец и это заметил. Его левый клинок, покрылся инеем, и метнулся вперед, и разряд ударил в него. Но вместо того чтобы срикошетить, молния замерзла. На кончике ее клинка повисла прекрасная, ажурная сфера из ледяных кристаллов, внутри которой пойманная молния билась, как птица в клетке.

Он посмотрел на него, на потухшее копье и рухнул на землю.

– Думаю, на этом и закончим – после этих слов незнакомец развернулся и зашагал прочь.

Он стоял на колене, опираясь на свое копье , и впервые по-настоящему понимал, что такое – сражаться не с воином, а с самой природой. Во время сражения с Валери Кабут, он видел хоть какие-то возможности и мог продуманно атаковать. Но этот парень…в бою с ним он просто бросал все, что у него было в надежде, не на свои силы – а на удачу. Для противника это было вовсе не сражение, даже не игра, а просто какая-то рутина, будто угрозы таких масштабов для него обыденность.

– Д-да…кто он такой… – были последним, что вырвалось из уст Крафта, перед тем как он упал без чувств…

Еще темно. За окнами, выходящими на главную площадь, царит ночная тишина, нарушаемая гулом прибоя.

Деревянные половицы скрипят под его босыми ногами. Он натягивает простую льняную рубаху и шерстяные штаны. Спускаясь по крутой деревянной лестнице с третьего этажа, он на ощупь скользит рукой по отполированному временем поручню.

Двери в производственном цеху бесшумно открываются, пахнет старой древесиной, остывшей золой из печи и вчерашним хлебом. Он чиркает огнивом, зажигает масляную лампу. Свет выхватывает из мрака массивный стол, засыпанный мукой, и глубокие деревянные корыта для замеса.

Он начинает с ингредиентов. На стол выкладывается связка лука. Рука, привыкшая к движению, берет тяжелый нож с широким лезвием. Раздается ровный, ритмичный стук по разделочной доске. Лук шинкуется быстро и точно, до прозрачных, одинаковых кубиков. Воздух наполняется едким, острым ароматом. Все действия выполняются методично, без суеты. Его лицо в свете лампы сосредоточено и спокойно. За окном еще нет и намека на рассвет.

Затем наступает очередь вяленых оливок. Косточки извлекаются давно отработанным движением, мякоть рубится в грубую крошку. Следом – связка свежей петрушки. Легкий шелест сменяется отрывистым стуком, и зелень превращается в мелкую, ярко-зеленую пыль и вот уже перед ним три глубоких тары с горкой наполненных заготовками. Далее он меняет нож и доску. После он достает из громоздкой железной бочки, большой кусок мяса. Разрезал на две части, каждую часть еще на три части, а затем начал рубить их на маленькие кусочки. Внезапно дверь отворилась и на пороге оказалась Вал.

– Радость моя – Асрор расплылся в радостной улыбке – ты довольно рано. Я думал, тебя не будет еще дня три.

– Закончила быстрее, чем предполагала – она уставилась на него – зачем ты этим занимаешься? У нас куча работников, которые могут сделать эту работу.

– Я занимаюсь этим уже порядка ста лет, помогает настроиться на грядущий день. Когда доживешь до моего возраста, то научишься находить отраду в подобной монотонности – он мягко улыбнулся.

– Мне сорок шесть.

– Мне было – он задумался – семьдесят… девять, когда я скончался, а в этом мире я уже двадцать три года, что делает меня ста двух летним старцем, переполненным житейской мудростью.

Вал, улыбнулась и взяв стул, уселась напротив – внимательно следя за каждым его движением.

– Как все прошло?

– В столице никаких проблем. Но есть заминка с пекарней, отвечающей за Хисорский лес.

– Ничего страшного, уверен они скоро отчитаются, попробуй – он протянул ей кусок мяса на кончике ножа, она вытянула его зубами, и звон от их трения заставил Асрора съежиться.

– Очень вкусно – отозвалась Вал, разжевывая кусок.

– Что с визитером Ее Величества, узнали что-нибудь?

– Его зовут лорд Джам – один из самых приближенных людей к королевской семье Садбарга.

– И что же столь важная персона соседнего континента, хотел от нашей королевы?

– Он искал группу людей, которых он назвал, цитирую: особо опасные, крайне враждебные и чрезвычайно жестокие предатели родины. По его словам, перед своим побегом, они украли очень важную реликвию и за помощь в их поимке, он предложил разделить реликвию между королевствами.

– Что за группа людей?

– Имен не знаем, но он предоставил портреты, которые позже были развешены по всей столице – она погрузила руку в свою сумку и достала сложенные листы бумаги и начала по одной расправлять их перед Асрором.

На первом листке был изображен мужчина с длинными волосами и большим шрамом по всей левой щеке. Далее она показала портрет молодого парня с красивыми чертами лица и ярко золотыми волосами.

– С ними должна быть еще одна девушка, но ее портрета у них не было. Ее Величество поручило лорду Кабуту лично возглавить поиски.

– Что за реликвия?

– Этого мы не знаем, они удалились в приватную комнату, куда у нас пока нет доступа.

– А мы сможем добраться до этих предателей родины первыми?

– К сожалению, господин, все наши силы уже распределены и лишних ресурсов у нас нет. По вашему приказу, все пекарни приводятся в режим повышенной готовности, поиски «Вновь обретенных мудростей» идет по плану, но значительных успехов пока нет.

– Все будет, не переживай – Асрор улыбнулся и протянул ей еще один кусочек – что еще интересного произошло за время твоей поездки?

– Ничего серьезного – она немного замялась – в-в столичной пекарне, нас посетила леди Валери.

– Ого, и как она поживает?

– В добром здравии, так же красива, элегантна и безумно сильна.

– Рад за нее – отвечал он, шинкуя мясо.

– Я угостила ее одним из «глобулей», что вы мне дали.

На мгновение Асрор замер, перестав работать ножом, но быстро пришел в себя.

– И я думаю вы прекрасно понимаете, какую реакцию у нее это вызвало.

– Д-да, могу представить.

– Расскажите мне – что связывает леди Валери Кабут и вашего друга Мардона?

– А зачем тебе это?

– Потому что я не смогу быть вам полезной, без полного понимания всего происходящего.

Асрор пару мгновений глядел ей прямо в глаза, после сделав глубокий выдох, поставил перед собой новый кусок мяса.

– Рассказывать особо то и нечего. Простая история, каких много, и я не знаю всех подробностей их взаимоотношений – только то, как они начались и как закончились.

– Я готова – Вал уселась поудобнее, что вызвало у Асрора смешок.

– Что случилось? – недоуменно спросила она.

– Ничего – он покачал головой – Итак, У моего отца была мельница на берегу реки. В те годы мне было лет шестнадцать, а Мардону лет тринадцать. Целыми днями мы с ним проводили на мельнице – таскали зерно, размалывали в муку, погружали в мешки, а затем эти мешки таскали вверх по склону, чтобы погрузить на повозку. Все наши дни проходили подобным образом. Но раз в неделю, отец отпускал одного из нас в город, чтобы развеется и давал по золотой монете. Лично я, пытался отложить большую часть своих денег, но Мардон сразу же спускал их все на колдовские штуки – Асрор ухмыльнулся – как-то раз он притащил домой порошок, из сушеных яиц горного козла, отдав за него всю монету. Отец чуть с ума не сошел. Все колдовские лавки знали его, он мог целый день простоять там, просто смотря на все те приборы, баночки и прочее. С самого детства у него была эта тяга к магии, но учитывая, то что силой он не обладал, отец не поддерживал его стремлений. Но я всегда знал, что он особенный и добьется успеха. В прошлой жизни я был весьма искусен во владении мечом, что и передал ему. Если в город приезжала ярмарка с колдовскими новинками, то я прикрывал его, пока он ходил туда, давал деньги, если не хватало, мы вместе практиковались в фехтовании и многое другое.

– А как он познакомился с леди Валери? – с нетерпением спросила Вал.

– Тебе не интересно узнать про Мардона?

– Я знаю, что вы выросли вместе и что вы полностью ему доверяете, а я доверяю вам – это все что мне нужно знать о нем.

– Точно – отозвался Асрор, погладив ее по голове, от чего ее ушки покраснели и радостно задергались – представь себе – девочка, выросшая под пристальным надзором родителей, гувернанток, прислуги, стражи и всех у кого есть пара шариков на физиономии, которые считали своим делом жизни контролировать каждое ее движение. В отрочестве, подобные дети, чаще всего бунтуют против авторитета и правил взрослых. Разумеется, что леди Валери не была исключением. И ее подростковый бунт, проявлялся в виде ее тайных побегов из замка в город, как думаешь для чего?

Вал набрала в грудь воздух, чтобы ответить.

– Чтоб…

– Правильно – перебил ее Асрор – собрать группу уличной шпаны, чтобы те по ее указке издевались над теми, кого она прикажет.

– Не может быть! – Вал ужаснулась.

– Еще как может, уже тогда, ее скажем так "скверный" характер проявлялся, и она обладала не малой силой, так что ее слушались беспрекословно. И как по твоему они познакомились?

– Я…

– Правильно – снова перебил ее Асрор – бедный парень лишь случайно задел ее на улице, а та натравила на него свою шайку и те избили его до полусмерти. Когда он вернулся домой, то на нем живого места не было. Как-бы мы с отцом не уговаривали его рассказать, что произошло, он молчал, утверждая, что сам справиться. Так и случилось. После восстановления он начал следить за членами шайки – кто они, где живут, какими путями ходят. Отловил каждого поодиночке, и сделал с ними ровно то же самое, что они сделали с ним. А когда дело дошло до леди Валери, он не стал ее избивать, а просто сломал ей палец.

– Господи, так вот почему у нее палец кривой – Вал была шокирована.

– Именно. Было бы логично, если бы это было концом их истории, но как-бы не так! Это положило начало взаимоотношениям, для которых и названия нет. Каждый раз, после прогулки, он возвращался с увечьями, отмороженными конечностями, а как-то раз вообще пришел на лысо отстриженный – его макушка сияла как отполированный стеклянный шар. Постепенно он менялся. Если раньше он приходил злой и раздосадованный, готовя план мести для следующей встречи, то по истечению некоторого времени он возвращался весь радостный, воодушевленный, и однажды попросил меня приготовить для него, лучшую сладость, которую я умею. Я ответил, что приготовлю, если он достанет ингредиенты. Тогда я и впервые увидел, как этот транжира, начал копить деньги и, в конечном счете, достал все необходимые ингредиенты, дороговизна которых, является основной причиной, почему «глобули» отсутствуют в нашем перечне товаров. Так прошло два года. Произошло много событий, не включавших леди Валери, – спасение твоих старших и пара трагических событий, в которые я не буду вдаваться – Вал понимающе кивнула – в итоге они стали лучшими друзьями. Она даже приходила к нам домой. Разумеется, мы понятия не имели, что она дочь герцога, а сама она представилась дочкой служанки во внутреннем дворе. Однажды, один из членов ее шайки, человеческий мальчик пропал. Эти двое и остатки той шайки, конечно тут же отправились на поиски, и путь привел их к банде работорговцев. Естественно, что группа детей, не сможет ничего противопоставить банде взрослых отморозков. Тогда-то леди Валери раскрыла свою личность, вызвав гвардию своего отца, которые и обезвредили банду. Среди всего краденого золота и драгоценностей и пленных детей, у той банды обнаружили новорожденного малыша Мазорского льва. Леди Валери и Мардон взяли его к себе. Он долгое время жил у нас – ел за пятерых скотина – пока в замке для него не построили помещение и Валери забрала его к себе. Далее действия разворачивались довольно быстро. Лорду Кабуту поступило предложение о браке с леди Валери. Устроили смотрины. Был грандиозный бал. Мардона было не узнать. Весь бледный, глаза красные от постоянных слез. Я помню тот вечер, будто это было вчера. Мы с ним сидели за столом. Отца не было. Она выложил все как есть. Сказал, что безумно ее любит и что она любит его. Если она выйдет за кого-то другого, то он этого не проживёт. И я, как любящий брат, и мудрый наставник, отправил его украсть невесту.

– Вы сделали что?! – не выдержала Вал.

– В моем мире, это обычная практика – он пожал плечами – но, видимо, что-то пошло не так и он вернулся один. Глаза стеклянные, весь мокрый и бледный от дождя. Не сказав ни слова, он ушел в свою комнату. Целую неделю он не разговаривал, будто живой мертвец. В это же время, леди Валери отправили в столицу к ее жениху. После этого, Мардон усадил нас с отцом за стол и мы впервые за полторы недели услышали, как он говорит. Он сказал, что хочет уйти в путешествие, по ходу которого, должен понять кто он такой и свое место в мире. И ни на какие наши с отцом уговоры и попытки уразуметь его, он не реагировал. Были и други причины для его ухода, но основной стала эта история. Нам ничего не осталось, кроме как отпустить его. После его ухода, через пару недель пришли вести из столицы – леди Валери отказала своему жениху прямо во время свадебной церемонии. Не прошло и пары дней, как она оказалась у наших дверей. Узнав, что Мардона нет, она рухнула на колени прямо у порога и слезы хлынули из ее глаз, а звук ее горестного плача еще долго преследовал меня. Это было накануне начала учебного года, и она поступила в академию Скосм, став самой выдающейся волшебницей своего поколения.

– Я и представить не могла, что все обстоит таким образом – она еле сдерживала слезы.

– Да брось ты Вал, ну зачем же плакать? – он отбросил нож, и подойдя к ней, крепко обнял.

– Я просто п-представила на секунду, что было бы со мной, если бы я вернулась домой, и вас не оказалось здесь – она громко заплакала.

– Тише дуреха, я всегда буду рядом с тобой и никуда не исчезну.

Так, они простояли в объятиях друг друга, пока внезапный стук в дверь не прервал их.

– Успокоилась – спросил Асрор, отпуская ее.

– Д-да – ответила Вал, вытирая слезы.

– Войдите – крикнул Асрор в сторону дверей и на пороге оказался стражник.

– Прошу прощения господин, вам письмо из академии – стражник, подойдя, протяну конверт.

– Это приглашение на Приветственный бал выпускников сегодня вечером – проговорил Асрор, прочитав содержимое – зачем этот остроухий отправляет их? Я уже, который год руковожу кухней на этом мероприятии, – он недоуменно покачал головой – Вал, раз уж ты здесь, пойдешь со мной. Народу в этом году, гораздо больше и твоя помощь не будет лишней.

– Как прикажете господин.

– И еще господин – отозвался стражник – к вам посетитель.

Асрор бросил взгляд в окно, за ним было еще темно, посмотрел на Вал, которая тоже насторожилась, схватившись за меч.

– Кого это, черт возьми, привело в такую рань? – выразился Асрор, шагнув в сторону дверей.

Глава 7 Урок

Над городом нависла плотная темнота. Небо черное и без звезд. Пустая улица слабо освещена фонарями. Воздух сырой и прохладный, с лёгким туманом у земли. Тишина нарушается лишь редким стуком колёс да далёким лаем собаки. У тротуара останавливается чёрная карета без герба и фонарей.

– Прибыли, поторопись милая, мы уже должны были покинуть столицу – он открыл дверцу кареты.

– Не волнуйся отец. Платье уже готово я его просто заберу.

Валери выходит одна. Плащ плотно запахнут, шаг – ровный, бесшумный. Она идёт к узкому дому с вывеской «Клара», едва видимая во мгле. За тусклым окном мерцает слабый свет. Она на мгновение замерла у входа, после открыв дверь, уверено зашла внутрь.

Свет в ателье был приглушённый. Тени от манекенов стелились по паркету, а в воздухе витал запах сандала и старого льна. Валери вошла осторожно – будто боялась нарушить хрупкую тишину. Её каблуки стучали слишком громко для такого места.

У зеркала стояла пара: женщина в изящном кремовом платье и мужчина в безупречно сидящем пиджаке. Он смотрел на спутницу с лёгкой улыбкой. Женщина, заметив ее, кивнула вежливо и скрылась за бархатной шторой примерочной.

Мужчина остался один. И почти сразу же его взгляд переместился на Валери.

Он подошёл, не спеша, будто у него было на это право.

– Простите – начал он, голос мягкий, но с металлическим оттенком – я не мог не заметить… Вы – точь-в-точь та, что улыбалась мне вчера на званом ужине у лорда Мадлен. Помните?

Валери нахмурилась, едва заметно.

– Боюсь, вы ошибаетесь. Я там не была – ее голос был ровным и вежливым.

Он усмехнулся, как будто она сказала что-то забавное.

– Возможно. Но сейчас вы здесь. И этого достаточно.

Он шагнул ближе. Она окатила его взглядом от головы до пят. Затем посмотрела на примерочную и уголки ее губ поднялись в едва заметной ухмылке. Внезапно к ним спешно подошла зверолюдка средних лет, со светлыми ушками и в маленьких очках, которые держались на носу без заушных дужек.

– П-прошу прощения миледи – обратилась она к Валери, а затем, яростно посмотрела на мужчину – попрошу вас убрат…

– Все в порядке Клара, он довольно забавный – она продолжала улыбаться – будьте так добры, принесите мне мое платье.

– К-конечно миледи, сию минуту – зверолюдка бросив непонятный взгляд в сторону мужчины, поспешила прочь. Когда они остались наедине, Валери продолжила.

– Ваша жена сейчас за той шторой – сказала она спокойно – может, вам лучше вернуться к ней?

– Ах, она? – он махнул рукой, будто отгоняя муху – она привыкла ждать.

Ее улыбка стала больше, мужчина услышал, как что-то потрескивало – тихо, как замерзающая вода. Внезапно он почувствовал холод и продрог всем телом.

– Я не люблю, когда ко мне пристают, – сказала она, глядя ему прямо в глаза.

– Приставать? – Он рассмеялся, пытаясь скрыть из неоткуда возникшую тревогу – я просто заговорил с вами. Вежливо. Вы же не из тех, кто боится пары слов?

Она не ответила. Только смотрела. В зрачках – лёд. Ее улыбка была прежней, но при этом стала странной. Хоть ему и становилось слегка некомфортно, но он не сдавался и приблизился еще на шаг.

– Знаете, вы мне понравились, сильно, в тот самый момент, как вошли сюда. Как насчет того, чтобы представить вас моей жене, а затем вместе пойти поужинать у меня в помес…

– Хватит – перебила она – на это было забавно смотреть, но теперь уже нет. Пошел прочь.

Но он не слушал. Наклонился, почти шепча:

– Не волнуйтесь, я буду аку…

Он не договорил.

Воздух в комнате резко сгустился. Поверхность зеркала покрылась инеем. Мужчина вздрогнул – не от страха, а от физического удара: жар вдруг ворвался в его тело, словно раскалённая игла прошила позвоночник. Он закричал – но звук застрял в горле. Кровь, закипала в венах. Колени подкосились, и он рухнул на пол, будто его кости превратились в свинец.

Руки сами распахнулись в стороны – и застыли. Не по его воле. Они повисли в воздухе, как будто скованные невидимыми цепями. Он пытался пошевелить пальцами – ничего. Только боль и жгучее оцепенение.

Валери не двинулась с места. Только подняла правую руку.

На столике рядом стояла хрустальная ваза с водой – для увядающих гвоздик. Вода дрогнула. Затем вырвалась наружу, закрутилась вокруг ее запястья и потекла ровной струей к ладони – и в мгновение ока замёрзла. Из прозрачной струи вырос ледяной клинок: тонкий, острый. Его грани отражали свет, от тусклых ламп.

Она подошла к нему. Опустилась на одно колено, чтобы смотреть ему в лицо.

– Ты сказал, что она привыкла ждать – произнесла она тихо – Так вот. Пусть ждёт завтрак. А на блюдце будет твой глаз. А когда она спросит тебя о произошедшем, ты ей ответишь, что ты грязное, отвратительное, убогое подобие мужчины, и что ты это заслужил. Даже легко отделался. В обычной ситуации, я бы вырезала оба твоих мерзких глаза, да бы они больше никогда не осквернили ни одну женщину. Но так уж вышло, что сегодня самый счастливый день в моей жизни и я буду снисходительна.

Он закричал – но только в мыслях. Тело не слушалось. Глаза метались в панике.

Валери не колебалась.

Лезвие коснулось левого века – легко, почти нежно. Затем – резкий, чёткий рывок вниз и в сторону. Лёд, несмотря на хрупкость, разрезал плоть, как шёлк. Хруст – мягкий, влажный и чавкающий. Глаз выскользнул из орбиты, повис на нитях плоти, а потом упал в её ладонь, тёплый и дрожащий.

Кровь хлынула по щеке мужчины – медленно, как смола. Она поднялась. Поднесла глаз к своим губам и тихо сказала:

– Передай ей от меня, что некоторые вещи нельзя трогать без спроса – и положила глаз рядом с вазой.

После она снова повернулась к мужчине.

– Черт, ты сейчас Кларе весь пол загадишь, мразота – раздраженно проговорила Валери, вырвав бутон гвоздики, опустилась на колено.

Вырвав медную пуговицу его пиджака – она нависла над пустой глазницей. Пластина начала нагреваться: сначала тускло, как уголь в золе, затем ярче – до белого каления.

Мужчина попытался отпрянуть, но его руки по-прежнему держала невидимая сила. Он задохнулся, когда раскалённый метал коснулся краёв раны.

Плоть зашипела, съеживаясь и сморщиваясь под воздействием жара. Кровь испарилась. Края глазницы сжались, спеклись в чёрную корку, как воск от свечи. Боль была такая, что он выгнул спину дугой, но крик так и не вырвался – только хрип, сдавленный ужасом в горле.

Валери убрала руку. Только лёгкий дымок, вьющийся над ладонью. Придерживая его безжизненно висящую голову, она прикрепила бутон на его пустой глазнице.

– Красота – проговорила она, пару мгновений всматриваясь в свое творение.

Затем повернулась к зверолюдке, которая стояла в стороне, с пакетом руках. Вся бледная и дрожащая, она не могла пошевелиться. Когда Валери подошла, она отринула назад, но уперлась о стену.

– Благодарю Клара – она забрала пакет – надеюсь, скоро увидимся.

За её спиной штора примерочной дрогнула. Женщина вышла, огляделась, растерянно:

– Дорогой? Что случилось?!

Он лежал на полу, дрожа, не в силах вымолвить ни слова.

А Валери уже исчезла – оставив за собой только холод и запах горелой плоти…

Мардон сидел один в крайнем углу, самого дальнего стола. Был завтрак. Он изо всех сил пытался сосредоточиться на еде, но пристальные взгляды окружающих не давали ему покоя. После вчерашнего показа, он стал самой обсуждаемой персоной в академии, и всеобщее внимание причиняло ему сильный дискомфорт. Когда он уже был готов покинуть столовую, так и не позавтракав, к нему подсел Санг.

– Какого это быть звездой академии?

– Крайне удручающе, ученикам заняться больше нечем?

– Сегодня Приветственный бал выпускников. Однако, это не помешает тебе быть главной темой разговоров, еще как минимум неделю, так что привыкай – он пожал плечами.

– Леди Валери, тоже приходилось все это терпеть?

– Ох, она невероятна и всегда в центре внимания. Приветлива и дружелюбна со всеми, кто изъявляет желание с ней поговорить.

– Видимо у нее стальные нервы, терпеть такое на протяжении пяти лет.

Внезапно около них остановилась фигура в плаще. Они подняли взгляд, и это была та зверолюдка, у которой Мардон одолжил клинки.

– Привет Мари – отозвался Санг и отодвинулся, уступая место – присаживайся.

– В-вы не против?

– Конечно, нет – улыбнулся Мардон и жестом указал на место – мы будем тебе очень рады.

– Благодарю – она уселась напротив Мардона но не поднимала глаза.

– Можно задать вопрос Мари?

– Конечно.

– Откуда ты родом?

– Я из глухой деревни в горах, вы вряд ли о ней слышали – она смущенно убрала волосы за ухо.

– Получается ты северянка? Из какой области?

– Да́ргов.

– Я о ней слышал – удивился Мардон – у меня знакомый оттуда же.

– Неужели? – ее ушки взволнованно задергались.

– Так и есть, он из деревни Мак у подножья горы Пирья́х. Там еще протекает река Пять.

– Моя деревня тоже находится на ее берегу – ее глаза радостно заблестели – правда я никогда не слышала о горе Пирьях или о деревне Мак.

– Ну, это большой регион, не все можно знать – Мардон отложил пустую тарелку – может, вы просто называете эту гору по-другому.

– Может – она улыбнулась и от ее волнения не осталось следа – какой у нас первый урок милорд? – обратилась она к Сангу.

– Физическая подготовка. Думаю тебе туда ходить необязательно – обратился он к Мардону.

– С чего бы вдруг? – удивился он.

– После того, что вытворял вчера, думаю ты сильнейший из парней в нашем поколении, как по физической силе так и по магической.

– Запомните милорд, когда наступает успех, слабый человек думает, что он уже всего достиг, а сильный всегда ищет возможности для роста, выжимая себя до своих пределов. Возможно, на уроке я научусь чему-то, чего до селе не знал. И пусть это будет даже самая мала крупица знания или умения, она все равно сделает меня лучше, чем я был вчера.

– Вот это мысль, вы сами к ней пришли? – завороженно переспросил Санг.

– Нет – он мягко улыбнулся – мой брат часто мне это говорил во время наших тренировок на мечах.

– Мудрый человек – восхитился Санг.

– Он умнейший и добрейший человек из всех кого я знаю.

– Парные клинки ваше основное оружие? – поинтересовалась Мари – ваше владение ими, просто несравненно.

– Да, так и есть, я был бы рад увидеть и ваши умения в стальном бою.

– Ой, что вы – она замаха руками – с вами я не иду ни в какое сравнение.

– Не принижай свои умения Мари – возмутился Санг – твои навыки владения мечом тоже поражают. По правде говоря – он обратился к Мардону – если бы проводились бои только по фехтованию, она бы дала фору самой Валери.

– Милорд, д-думаю вы уже перегибайте – она покраснела и ее ушки смущенно согнулись.

– Ничуть – отозвался он – я в этом абсолютно уверен – он хотел продолжить свой монолог, но внезапный звон колокола прервал его.

– Пора на урок – воскликнул Мардон.

Студенты суетливо зашевелились, и все трое последовали за ними к выходу.

Сквозь узкие, чуть сужающиеся кверху окна бойницы лился тусклый дневной свет, отбрасывая длинные тени от стоек с оружием и тренировочных манекенов. В центре – круг, из утрамбованной глины на котором проходили бои, изрезанный следами ударов и подошв. У стен – стойки с деревянными и стальными мечами, щитами, кинжалами. В углу тлел очаг, где оружейник чинил снаряжение и молча наблюдал за учениками. Как и в прошлый раз, запах пота, масла для оружия и нотки ржавчины заполняли это помещение, давая понять, что магии тут не место.

Студенты были выстроены в одну линию, одеты в обычные льняные рубашки и старые штанины. Они стояли так уже довольно продолжительное время, а преподаватель так и не появлялся. И в тот момент, когда староста собирался идти на его поиски, дверь в зал отворилась и в него вбежала фигура в длинном плаще. Это был эльф. Короткие темные волосы, серого оттенка глаза, белоснежная кожа и присущее всем эльфам – красивые черты лица. Он не был крупным, но и не был мелким. За спиной у него виднелась рукоять меча.

– Прошу прошения дорогие мои – его голос был почти детским – профессор То́урон еще не вышла на работу и мне приходиться следить за ее первым курсом. Так – он начал всматриваться в ряд и остановил взгляд на Мардоне – тебе сегодня можно и не присутствовать, как и тебе – обратился он к Мари – идите в лекционный кабинет номер три, и присмотрите за первокурсниками. Поспрашивайте школьный материал, если хотите, но пусть они не шумят, хорошо?

– Хорошо – протянул Мардон и они с Мари неуверенными шагами покинули зал.

– Это было неожиданно – выразился Мардон, когда они поднимались по лестнице.

– Я сама удивилась, но говорят, у профессора Тоурон родилась внучка на прошлой неделе и она помогает дочке.

– Понятно – они начали шагать по широкому коридору, стены которого были украшены оружием, портретами и картинами, а в конце коридора у стены стоял мраморный бюст Станислава. Они остановились у дверей кабинета. Мардон открыл дверь и пропустил ее вперед. Помещение моментально заполнилось звуком поднимающихся с мест студентов.

– Здравствуйте дорогие первокурсники, профессор Пак сейчас занят и он попросил нас посидеть с вами.

– Кого нас – раздался знакомый, слегка надменный голос – вы тут одна.

Мари повернулась в сторону двери, приглашая Мардона войти. Стоило ему перешагнуть порог, как его взгляд сразу уткнулся в сидящую на первой парте Лайло.

– Привет золотые глазки.

– Что ты тут делаешь? – на ее лице друг за другом сменялись удивление, радость и поддельное раздражение.

– Оказалось, я настолько хорош, что меня сделали профессором. За два дня от первокурсника до профессора – неплохо да?

Заметив, что они поверили каждому его слову, Мардон поторопился исправить сказанное.

– Я пошутил, не верьте всему, что слышите или видите.

– Извини, Мардон ты с ним уже знаком? – недоумевающе спросила Мари.

– Это довольно долгая история – он подошел к преподавательскому столу и отодвинув стул, пригласил Мари сесть – ты присядь, проверь списки присутствующих, а я постою.

Мари пару мгновений колебалась, непонимающе оглядываясь по сторонам, но все же повиновалась.

– Что же – Мардон вернулся на середину – поскольку вы первый курс и это ваше первое занятие, то мы с моей коллегой не будем давать вам новую информацию, а будем проверять те знания, с которыми вы пришли .

– Почему? – отозвался Снат.

– Потому, господин Ховар, что так распорядился профессор. Еще вопросы? – в ответ было молчание – тогда прошу, Мари начинай.

Мари начала проводить перекличку, а когда закончила, Мардон снова взял слово.

– Итак, давайте проверим ваши базовые понимания о нашем мире. Альтер расскажи нам историю нашего мира.

– О чем именно вы хотите услышать? – уточнил он, поднимаясь с места.

– Хочу услышать все с самого начала.

– Наша история известна лишь с момента появления героя двести лет назад. До его прихода, никто не делал записей происходящих событий. Исходя из его книг, когда он прибыл на континент, тут была война между всеми расами, люди, эльфы, зверолюды – каждый из племен сражался друг против друга. Поскольку он был из племени людей, то первым он подчинил их. Его магическая сила, знания и боевые навыки не знали себе равных. Он был тем, кто создал первый магический инструмент, дав возможность людям, не владеющим магией, получить силу равную волшебникам и ввел понятие «колдовство». После он начал захватчиские походы на другие расы, и уже через три года, после своего прибытия он подчинил себе континент Саховат. Он строил города, мосты, дороги. Ввел концепцию обязательного обучения детей, назвав это «школьным образованием». Наладил торговлю между регионами. И касательно регионов, на континенте существует три больших территории: Хисорский лес, За́гские равнины и Мазо́рские горы, которые вместе составляют королевство Рован. Каждый из регионов включают в себя много мелких княжеств и являются автономными, но все равно подчиняются королевскому трону.

– Превосходный ответ, меньшего от тебя и не ожидал, садись, а теперь я хочу послушать про магию – золотые глазки, вперед.

– Не называй меня так.

– «не называйТЕ», я тут в качестве педагога, посмеешь еще раз проявить неуважение и двойка тебе обеспечена.

– Простите – саркастично отозвалась Лайло – магия везде, всюду вокруг нас. Весь окружающий нас мир, ровно, как и мы сами состоит из маглементов. Энергия, которую содержат маглементы и являет собой магическую силу. Поскольку вся материя состоит из маглементов, то магия всегда находится в движении, она не возникает из неоткуда и не исчезает в никуда – она переходит из одной формы в другую. Если мы ударим по мячу, то передадим энергию своего тела, через ногу в мяч, отчего он полетит. Тот же принцип работает и в создании магических снарядов. Но важно помнить, мы маги не контролируем материю – мы инициируем ее переход из одного состояния в другое. Существует четыре агрегатных состояния: Террамия – твердое состояние, Гидромантия – жидкое состояние, Аэромания – газы и Плазманезис – точного определения для него нет, но туда входят молнии и огонь.

– Во время Показа достижений, если ты заметила, студенты к концу поединков дрожали от переохлаждения, хотя на улице было солнечно и тепло.

– Как я уже сказала, мы состоим из маглементов. При использовании магии, поглощается маглементы вместе с теплом, как из внешней среды, так и тела. Поскольку колдовские инструменты, только поглощают маглементы, то они наоборот нагреваются.

– Тогда такой вопрос, если колдовские инструменты дают такую же силу, которую имеют волшебники, то почему бы просто не раздать всем по колдовскому оружию. Зачем тратить время на волшебников?

– На каждую сотню обычных существ приходится около 10-15 волшебников. А на каждые 15 волшебников приходится максимум 3-4 колдуна.

– С чем это связанно?

– Деньги. Поиск, добыча и обработка магических кристаллов обходиться чрезвычайно дорого. Ко всему прочему, чтобы уметь пользоваться колдовскими инструментами, нужно иметь непомерные знания в области рун, наложения печатей, свойств каждого из видов кристаллов и многое другое.

– Молодец. Что скажешь Мари?

– Да, очень хорошие ответы. Не только у нее, но и у лорда Альтера тоже.

– Абсолютно с тобой согласен. А теперь лорд Ховар, расскажите нам о системе образования.

Откашлявшись, Снат встал с места.

– Согласно указу героя, принятого сто восемьдесят лет назад, каждый ребенок, независимо от расы, происхождения или социального статуса – должен получать знания по правописанию и счету. Существует два уровня: школа – бесплатная, могут ходить все, они построены в каждом городе на континенте, и Академия – сюда уже поступают по желанию, на каждый регион приходится по две академии. Большинство нанимают репетиторов из числа выпускников академии, чтобы те, помогли им с поступлением.

– Ведь родители из низких сословий или с финансовыми проблемами не в состоянии нанимать себе преподавателей. Как герой решил эту проблему?

– Он назвал это системой «квот», согласно которой учащиеся академии должны состоять на половину из простолюдинов, а другая половина дворяне. Каждая половина в свою очередь, должна равно состоять из детей каждой расы.

– Абсолютно верно. Можете присаживаться милорд – он сел обратно и сидящая рядом Зардина, начала радостно трепать его за плечо

– Что я могу сказать, ваши знания хороши, однако следует помнить, вы пришли за тем, чтобы стать людьми, на которых можно опереться. Помните: каждый, кто когда-либо изменил мир к лучшему, начинал ровно с такого же места – жажды знаний. Вы – сильнее, чем думаете. Вы – умнее, чем кажется сейчас. Вы должны учиться не ради оценок, а ради того, чтобы завтра стать тем, кто сможет защитить слабого, поддержать другого, внести свет в чужую тьму. Не бойтесь своих пределов – они созданы для того, чтобы их преодолевать. Не бойтесь ошибок – они ваш путь к мудрости. И никогда не думайте, что вы «ещё не готовы». Мир не ждёт идеальных – он нуждается в смелых. Пусть ваши руки учатся трудиться, ваш разум – искать правду, а сердце – стремиться к добру.

Мардон сделал паузу, окидывая взглядом всех присутствующих, после продолжил.

– Магия не какая-то чудесная сила – это взаимодействие нашего тела с природой и окружающим нас миром. Вы избраны высшими силами, что даровали вам мощь менять структуру самой реальности. Будущее всегда кажется мрачным и чаще всего оно таким и оказывается, а вы маги, должны быть светом и надеждой для народа в те времена, если они настанут – он откашлялся – так, что-то меня пробрало, урок уже почти закончился, Мари, хочешь что-нибудь сказать нашим первокурсникам?

Мари, ровно, как и весь класс, ошеломленно глядели на Мардона, и он понял, что его слишком занесло. Внезапная боль пронзила все его тело и он издав болезненный вздох, схватился за руку.

– Так, я отлучусь ненадолго, Мари продолжит – с этими словами он вышел из кабинета и бросился бежать по коридору.

Глава 8 Радость встречи

– Ты уверен? – Мардон с сомнением смотрел на разложенные на кровати два новых парадных костюма – всё-таки, это я прошу тебя об одолжении, а не наоборот.

– Не заморачивайся, выбирай быстрее, гости уже прибывают – Санг нетерпеливо толкал его к кровати, стоя без штанов и в одной рубахе, расчесывал волосы у зеркала.

– Ладно, тогда синий.

– Отлично! – воскликнул Санг, моментально схватив темно-зеленый и начиная облачаться в него с такой скоростью, будто боялся опоздать на собственную свадьбу.

Мардон последовал его примеру. Одевшись, они вышли во двор и направились к бальному залу.

– Еще раз спасибо за наряд – начал Мардон – я не ожидал, что задержусь тут..

– В который раз говорю – все в порядке. Тем более, что сегодня тот день, когда каждый должен быть на пике своих возможностей. Внешних – в первую очередь.

– Потому, что сегодня здесь собрались самые влиятельные люди континента?

– Не будь глупым – Санг покосился на него – сегодня прибудет она.

– Она?

– Леди Валери – он мечтательно посмотрел вперед, и в который раз поправил свой галстук.

Мардон промолчал, но сердце его пропустило удар. Как бы больно ни было это признавать, он тоже ждал этой встречи. С того самого момента, как покинул Алок, мысль о ней, словно заноза, сидела где-то глубоко внутри.

У главных ворот уже выстраивалась процессия. Легкий цокот копыт по брусчатке, одна за другой, подкатывали кареты, запряженные породистыми скакунами. Гербы на дверцах, искусно вырезанные и позолоченные, говорили о знатности прибывающих господ лучше любых слов. Прислуга в строгих черно-серых ливреях с выверенной сдержанностью помогала дамам выйти, подавая руку с почтительным поклоном.

Бальный зал, был воплощением волшебной ночи. Через граненый стеклянный купол сиял огромный, осенний месяц и бесчисленные звезды. Но настоящим чудом было то, что творилось под этим куполом.

Вся верхняя часть зала была заполнена парящими, светящимися шарами. Они медленно кружились, отбрасывая на танцующих призрачные серебряные блики. Живой плющ, обвивавший колонны, был усыпан жемчужными ягодами, источавшими мягкий свет и сладкий освежающий аромат. Музыкальный оркестр, играл сложные, завораживающие мелодии. Пары скользили по отполированному мрамору, превращенному иллюзией в ночное озеро, в котором отражались звезды с потолка.

Столы ломились от яств. Дичь, зажаренная с медом и травами. Омары и все возможные виды рыб. Серебряные блюда с фруктами. Официанты, скользили по залу, неся на руках подносы с напитками.

– А вот и она – Санг радостно протянул руки, когда Мари подошла к ним – самая прекрасная девушка на этом балу – взяв ее руку, он нежно ее поцеловал.

– Бросьте милорд, вы преувеличивайте – на ней было платье цвета пепельной розы, из мягкой шерсти с шёлковой подкладкой. Простой покрой, без вышивки, но с тонким поясом из выделанной кожи.

– Ничуть – он повернулся к Мардону – разве я не прав?

– Полностью с вами согласен милорд – затем он обратился к Мари – ты прекрасно выглядишь.

– А вот и мы – он повернулся на знакомый, задорный голос.

Зардина с радостной улыбкой встала перед ним, ведомая под руку Снатом. Она была одета в платье глубокого бордового цвета, почти вишнёвого, из тяжёлого шёлка с матовым отливом.

– Приветствую вас, лорд Санг, позвольте представить лорд Снат Ховар и его очаровательная подруга Зардина, а это лорд Санг Гумас и его прелестная спутница Мари.

– Я чрезмерно рад нашему знакомству – отозвался Санг, протягивая руку.

– Я тоже счастлив с вами познакомиться – ответил Снат, пожимая его руку.

– Забавно – не выдержал Мардон – и довольно мило.

– О чем ты? – все четверо недоуменно на него посмотрели.

– Ну как же, у вас чуть ли не одинаковые имена. Вы оба, принцы знатных домов с прекрасными дамами, чьи только ушки стоят того, чтобы отдать за них все звезды на этом небе. И насколько я могу судить, чувства между вами далеко не дружеские.

Все четверо пару мгновений смотрели на него пустыми глазами, а после залились краской. Юные лорды откашливались, юные леди пытались спрятать покрасневшие лица. Внезапный звон стеклянного бокала заставил зал умолкнуть и обратить взоры на директора, сидящего за длинным столом у статуи Станислава, вместе с остальными профессорами.

– Дамы и господа по нашему обычаю последних трех лет, сегодня вам будут продемонстрированы новые изделия пекарни господина Асрора, которые он великодушно нам предоставит на дегустацию. Итак, начнем – он хлопнул, и ворота зала распахнулись.

Мардон был крайне удивлен. Видимо, Асрор подразумевал это, когда говорил, что будет присматривать за ним. Все присутствующие, замерли, в немом ожидании и когда сам Асрор вошел в ворота, зал взорвался аплодисментами. А за ним, эльфийки несли его творения. Когда стол был готов, он повернулся к гостям.

– Для меня большая честь, сегодня стоять перед вами. Я так польщён и безмерно горд, тем, что вы даете мне столь великую возможность, быть гостем на этом грандиозном торжестве. Надеюсь, мои скромные угощения придутся вам по вкусу. Перед тем как попробовать, позвольте мне, немного о них рассказать – он подошел к краю стола – Лунные Кексы: Нежные бисквиты, покрытые серебристой глазурью. Внутри них находится начинка из светящейся ягодной мякоти, и когда кекс надкусываешь, из него вырывается мягкое сияние.

Он подошел к следующему творению.

– Облачная Пастила: Легкие, воздушные кусочки, которые таят во рту, оставляя вкус прохладного ветра и спелых персиков – они медленно вращались над вазами, и их нужно было ловить прямо с воздуха.

– Древо Желаний – в центре десертного стола стояло настоящее дерево из карамели, с ветвей которого свисали конфеты в виде созвездий – стоит вам сорвать одну, как на ее месте тут же вырастет новая, с другим, неизвестным вкусом. И наконец, Шампанское Фей – в хрустальных кубках искрился золотистый напиток – говорить про него не буду, лучше попробуйте сами – он гордо поднял руки и развел в стороны – наслаждайтесь!

Зал вновь охватили овации и восторженные крики. Затем, гости суетливо начали толпиться у стола.

– Как люди могут так переполошиться из-за пары сладостей – Мардон мгновенно узнал рядом с собой голос Лайло.

Чёрный бархат с едва уловимым синим отливом, рукава до локтя, подшиты кружевом ручной работы. На груди – брошь в виде полумесяца из матового серебра. Платье без излишних складок, подчёркивающее осанку и стройное тело, вся роскошь – в ткани и посадке. Она шла под руку с Альтером, который, как и ожидал Мардон, был одет с иголочки.

– Золотые глазки – Мардон улыбнулся – почему ты такая негативная все время? Ты ведь даже их не пробовала.

– Я пробовала их изделия, когда мы были в городе, и должна признать, что вкуснее я в жизни не ела, но это не значит, что я буду сходить с ума по каким-то булочкам – она развела руками.

– Лорд Корвак, вы так же считаете?

– Я…

– И вот еще что – перебила его Лайло – почему ко всем остальным дворянам ты обращаешься на «вы», а ко мне на «ты»? – она нахмурила взгляд в сторону Мардона.

– Потому что ты не такая как все остальные дворяне, ты особенная – с улыбкой произнес он.

Лайло растерялась, ее глаза нервно забегали и она начала покрываться легким румянцем.

– Помнится, я тебе говорил, никаких любовных драм.

– К-какая еще любовь?! – затрепетала она – да чтобы Я и с-с этим – она повернулась на голос и замерла, увидев перед собой Асрора, который широко улыбался, осматривая всех.

– Абсолютно с вами согласен, лицом он и вправду не вышел – он слегка поклонился, приветствуя всех присутствующих – я был бы безмерно рад со всеми вами познакомиться, но у меня и моего друга есть небольшой разговор, который не терпит отлагательств. Уверяю вас, мы продолжим, как только вернемся. За мной – скомандовал Асрор.

Пару мгновений, все были в недоумении, к кому он обращался. Через секунду, Мардон шагнул вперед, следуя за ним, прекрасно понимая, что его ждет. Оставшиеся провожали их изумленными глазами.

Двери на балкон – высокие, узкие, обитые тёмным дубом с витражными окнами – тихо отворились под ладонью одного из них. Первым вышел Мардон, фрак слегка смят после долгого стояния у стола с вином, галстук сдвинут набок. За ним – Асрор, его манжеты расстёгнуты, руки нервно потирают друг друга.

Ночной воздух и морской бриз заиграли на их волосах. Мардон глубоко вдохнул, оперся локтями на перила. Асрор встал за ним, а за его спиной – стеклянная дверь, за которой мерцали свечи и двигались тени в танце.

– Помнишь, в детстве, я как-то раз подошел к тебе и сказал, что могу видеть будущее – начал Мардон – Но ты сказал, что это не оно, а что-то другое и слово такое странное выдал, как там было?

– Дежавю – лицо Асрора не выражало никаких эмоций.

– Точно, у меня сейчас оно. И нет, не потому что мне кажется, будто я видел это раньше, а потому что подобная ситуация в точно подобном месте произошла со мной три года назад. Тогда я…

– Заткни пасть – он поднес слегка согнутый от напряжения палец к губам и Мардон умолк – показывай.

– Что показать? Я не понимаю о ч… – Асрор закрыл глаза, нервно прикусил губу и наклонил голову. Его рука с искривленными от напряжения пальцами поднялась, затем он резко сжал кулак. Ствол дерева в саду, разорвало в щепки и оно с хрустом веток рухнуло на землю.

– Мардон – его голос дрожал от гнева – делай, что говорю или клянусь, я сделаю что-нибудь ужасное.

Он наконец решился посмотреть Асрру в глаза. Увидев там предельную серьезность, и недоверие он продрог. Мардон понял, что готов принять любую боль в этом мире, но не этот взгляд на лице своего брата. Сделав глубокий вздох, он повернулся в сторону сада. Поднял руку вперед. Медленно опустил вниз, так же медленно поднял вверх. В тот же миг, ветки рухнувшего дерева начали с хрустом и треском ломаться, складываясь в пирамиду в центре сада. После он поднял вторую руку, остаток ствола раскололся на две части и сразу же еще на три, а потом так же сложились пирамидкой радом с ветками. Мардон, долгое время не решался повернуться. Он смотрел вниз и образы из его кошмара начали всплывать в памяти.

– Посмотри на меня – от неожиданности, Мардон невольно сжался. Повернувшись, он вновь посмотрел ему в глаза и от увиденного, немного успокоился – рассказывай.

– Перед тем, как я начну, пообещай, что несмотря ни на что ты не отвернёшься от меня.

– Это уже мне решать, говори.

– После того, как мы расстались, я долгое время скитался по Саховату. За полтора года, я обошел все значимые города и регионы королевства. Но так и не нашел ничего стоящего. Тогда я решил отправиться в Садбарг. Стоило нам сойти с корабля, как мы увидели весьма солидно одетого зверолюда, зазывающего к себе работников. Платил весьма щедро. Еда и проживание так же были за его счет. Но стоило столпившемуся народу узнать о том, что работать придется в Пустоши, то все мгновенно испарялись. Что же касается меня, ты знаешь, я сразу взялся за дело. Придя на место, мы обнаружили целый лагерь вмещавший более двух сотен наемников всех видов. На следующий день, перед нами встал мужчина средних лет. Представился как Борм. Одет был просто, но по манерам и речи было понятно, что он дворянин. Задача была предельно проста. У него была карта с отметками, которые обозначали возможное местонахождение «Вновь обретенных мудростей», а мы должны были эти точки проверять. Нас отправили на подготовку. Там была инструктор зверолюдка – Усто. Насколько я понял, у нее была своя частная школа для волшебников. Но дела шли не очень и Борм нанял ее к себе вместе с некоторыми ее учениками. В первый же день в Пустоши, медведь сделал со мной это – он провел рукой по шраму на шее – меня чудом удалось спасти. После я был более осторожен, более внимателен и дошло до того, что через три месяца меня перевели из зачистки территории в исследовательскую группу. Так прошел год с небольшим. Бывало, мы находили тайник, но знания, что там хранились, были уже неактуальны. В моей группе были только волшебники, и наличие меня, колдуна, их слегка напрягало в первое время, но после, проведя столько времени вместе, мы нашли общий язык. Каждый день погибали десятки наемников. Но Борм и не думал останавливаться. Он вкладывал в это столько денег, что хватило бы целому герцогству на десяток лет. Все пытались отговорить его от этой затеи. Но он никого не слушал, и был прав. Наконец мы обнаружили знание, плодом которого я и являюсь.

Мардон снял свой фрак. Закатал рукава рубашки. Темные повязки, туго обвитые вокруг его предплечий, начали ослабевать. Он начал медленно разворачивать повязки, сначала на одной руке, а после на другой. Асрор невольно коснулся ладонью своего рта.

Раны были свежие. Швы – чёрные, плотные, натянутые, с припухшими краями. Вдоль разрезов, строго по внутренней стороне от локтя до запястья, кожа покраснела, местами отдавая тусклым фиолетовым оттенком. Вокруг швов – узкая полоса отёчной ткани. Из-под нескольких стежков проступала мутноватая сукровица, смешанная с тонкой желтоватой плёнкой – признак того, что заживление только началось. Каждое движение – даже лёгкое сгибание кисти – заставляло края разрезов слегка расходиться, и тогда между стежками мелькала розовая, плоть.

– Исследовательская группа из тринадцати, состоящая из четырех эльфов, пяти людей и четырех зверолюдей была помещена в пещеру, глубоко в горах. Ее оборудовали по последнему слову техники. Я и еще трое из числа лучших бойцов, были отправлены с ними для охраны. Борм, лично приходил проверять результаты работ каждую неделю. Знания в тайнике были неполные. Насколько мы поняли, герой только начал это исследование или же прекратил его, не доведя до конца. Тем не менее, этого было достаточно, чтобы начать эксперименты. Я не буду вдаваться в подробности, может в другой раз, скажу только то, что подопытных погибало много, очень много. В каждый свой приход, Борм приводил им на растерзание по паре людей, эльфов и зверолюдей разных полов. В конечном счете, нам удалось создать способ, сделать из существа не имеющего магических сил – волшебника!

Мардон сделал паузу, давая время Асрору переварить, то что он сказал и приготавливая себя для последней части.

– Нужен был доброволец, тот на ком опробуют стабильный способ и будут следить, делая записи, проводить тесты, выявлять пределы. Я вызвался. И теперь, мне нужно каждые два дня, вводить себе в кровь особый раствор, иначе мое тело разорвет на куски. Те желтые ампулы, что ты видел тогда, это они и есть. Когда все обследования были готовы и нормы установлены, я… – Мардон сделал глубокий вздох – я уничтожил все результаты исследований и разработоки, а после я убил всех членов исследовательской группы.

– Господи… – Асрор тихо вздохнул.

– Я знаю, что мог быть и другой выход, но тогда я его не видел, а если подобные знания, подобная сила попадет не в те руки – мир погрузиться во мрак, по сравнению с которой до геройские времена, покажутся раем!

– Этот старый остроухий ублюдок! – проговорил Асрор, сквозь сжатые зубы.

– О-о чем ты? – недоумевающе спросил Мардон – ты о ком?

– Не важно, натягивай фрак, нам надо валить с острова, срочно! – с этими словами он направился обратно в зал и Мардон последовал за ним.

Они вновь оказались в теплом и залитом светом бальном зале.

– Мой корабль наготове, я найду Вал и мы смо…

– Мардон?

В этот момент они оба замерли в полном оцепенении, увидев перед собой Валери.

Платье выполнено в королевском крое: жёсткий корсет, глубокий V-вырез и пышная юбка. Тяжёлый атлас тёмно-синего цвета с серебристым отливом. Левая половина состояла из вышивки прозрачных, серебристых и голубых кристаллов, жемчуга и серебряных нитей, имитирующих морозные узоры. На левом плече – эполет из прозрачного композитного материала, внутри которого заключены белые орхидеи. Правая половина являла собой градиент от тёмно-рубинового к золотистому, вышивка из рубинов, золотых бусин и нитей с золотом, образующая языки пламени. Веер из перламутра: одна сторона с узорами инея, другая – с огненными линиями.

Мардон просто смотрел на нее и больше ничего. Он задрожал, дыхание сперло. Все звуки исчезли. Весь зал опустел, и не было никого кроме нее. Она сделала шаг в его сторону, и он завороженный пошел ей на встречу, но внезапный рывок за плечо заставил его посмотреть на Асрора, который наклонился к его уху.

– Я пойду за Вал, отправлю девочек на корабль, а потом мы сваливаем, у тебя пять минут – после этих слов он направился вглубь толпы.

Не обратив внимания на слова Асрора, он снова зашагал, пока не оказался с ней на расстоянии вытянутой руки. Они просто смотрели друг на друга, не решаясь заговорить. На мгновение Мардону показалось, что все это сон, и он решил заговорить с ней, пока не проснулся.

– Ты…ты просто…совершенство – выдохнул он.

– Ты скучал по мне?

– С той самой секунды, как мы расстались. А ты скучала?

– Зачем мне скучать, по самой себе?

– Хе, точно – он тихо усмехнулся.

– Я должна тебе кое-что сказать, что-то очень важное – она начала нервно пожимать свой слаженный веер в руках.

– Хорошо, я слушаю – Мардон, все не отрывал от нее взгляд.

– Чтобы ты понимал, я никогда, ни разу в жизни этого не делала, даже за самые ужасающие свои поступки, так что надеюсь, ты будешь осознавать весь масштаб – он утвердительно кивнул – славно, итак…я…в общем… кхм…черт, я представляла это три года – она глубоко выдохнула – а в реальности все не так как в голове да?

– Да – он смотрел на ее белоснежное лицо, на ее изумрудные глаза на ее темные волосы, алые губы и просто растворялся в этом самом моменте.

– Прости меня.

– Ого – изумился он, не веря тому, что только что услышал, ровно как всему происходящему.

– А это было тяжелее, чем я думала – она сделала глубокий выдох, пытаясь остановить слезы – а я молодец, скажи, что я молодец.

– Ты молодец – он мягко улыбнулся.

– Не проходило и дня, чтобы я не сожалела о содеянном. Я готова на что угодно. Сделаю абсолютно все, что ты скажешь, только, пожалуйста – слезы наполнили веки и ее глаза казались двумя зелеными кострами – пожалуйста, скажи, что ты прощаешь меня.

– Конечно – его голос дрожал, от нарастающего кома в горле.

Они ринулись вперед и крепко обнялись. После стольких лет, он снова держал ее. Ее стан, ее аромат, ее касание, ее дыхание – все произошедшее, все трудности и вся боль стоило того, чтобы снова оказаться в ее объятиях. Никто из них не собирался отпускать, пока смотрящие все это время со стороны, не подошли к ним.

– Да кто ты, черт возьми, такой? – не выдержала Лайло.

С огромной неохотой, они отпустили друг друга и повернулись к остальным. Валери взяла его за руку. В этот момент Мардон почувствовал на себе тяжелый взгляд Санга.

– О чем ты? – переспросил Мардон, надеясь, что слезы успели высохнуть. Он попытался вырвать свою руку, но Валери намертво сжала его ладонь.

– Да об этом – она развела руками – знаком с Асрором, а теперь еще оказывается, у тебя есть связь и с Валери Кабут, не говоря уже о твоей нечеловеческой силе.

– Мардон, ты нас не представишь? – она улыбалась, но Мардон прекрасно знал, Валери готова вот-вот сорваться, а то с какой силой она сжала его ладонь, было лишь подтверждением.

– Д-да, знакомься это нынешние первокурсники.

– Не делай вид, будто ты сам не один из нас.

– Я на выпускном курсе, золотые глазки.

– К-как ты ее сейчас назвал? – Валери улыбалась, как и прежде, но Мардон прекрасно знал эту "улыбку", а его ладонь готова была сломаться в любую секунду.

– Н-ну это просто прозвище, у каждого они есть, так ведь? – с надеждой обратился он к остальным, но не нашел поддержки.

– Насколько я знаю, это Лайло Рован, а поскольку ты простолюдин, то и обращаться к ней должен соответствующе. Даже если ты на старших курсах, нельзя забывать о правилах приличья.

– Понял – ее хватка немного ослабла, и он смог выдохнуть.

– А как так вышло, что вы знакомы? – поинтересовался Альтер.

– Это довольн…

– О, леди Валери, рад вас видеть – Асрор схватил Мардона под руку – у нас срочное дело, был рад повидаться с вами и – он обратился к остальным – чрезмерно рад познакомиться со всеми вами.

Он потащил Мардона к себе, но Валери не отпустила.

– Миледи – дружелюбная маска Асрора вот-вот могла рассыпаться – негоже даме вашего положения и статуса, так держаться за простолюдина. Пожалуйста, давайте не будем забывать об этикете и правилах приличия.

Схватившись за их руки, он попытался силой их разорвать, но до того как Валери успела как-то отреагировать, их прервал голос за их спинами.

– Леди Валери, я вас обыскался – за ними стоял мужчина средних лет, с короткими каштановыми волосами и пышными усами – не оставляйте меня одного, в столь незнакомом для меня месте.

– Прошу прощения – Асрор повернулся к нему – мы невольно ее задержали, но теперь она вся ваша.

– Думаю, что из присутствующих, мне уже интересен совершенно другой человек – его глаза блеснули, а выражение лица исказила ухмылка.

– О-о чем вы вообще? – Асрор повернулся к Валери – кто это?

– Позвольте представить, это лорд Джам Реквест.

Асрор бросил взгляд в сторону Вал, успокаивая ее, и та убрала руку с меча.

– Я слышал, что вы прибыли к нам из-за моря – начал Асрор – надеюсь вам у нас нравиться. Если будет время, заходите к нам в пекарню, обслужим в лучшем виде! А теперь, прошу нас простить – он силой отдернул Мардона, который стоял словно неживой, а Валери все так же крепко сжимала его руку.

– Перед тем, как вы уйдете, я бы хотел кое-что спросить у вашего друга – Джам шагнул вперед и встал перед Мардоном.

Асрор только сейчас заметил, что Мардон, стоял весь бледный словно полотно, а лицо искрилось от пота.

– Где мои записи – спросил Джам, встав над ним.

– Какие еще записи, о чем вы? – недоумевал Асрор.

– Вы знаете его? – спросила Валери.

– Где они?!

– Кто ты черт возьми такой?!

– Мардон, кто это?!

– Мардон?! – удивился Джам – это твое настоящее имя?

– Эт-это он.

– Кто?!

– О чем ты?

– Борм.

– Тот самый Борм? – воскликнул Асрор.

– Что за Борм? – недоумевала Валери.

– Что вообще тут происходит?

ГДЕ ОНИ?! – Джам набросился на Мардона, но не успел он поднять руки, как потолок треснул.

Стеклянный купол взорвался одновременно в шести точках. Осколки хлынули вниз плотной завесой, рассекая музыку на резкие, обрывистые звуки. Первыми в проломы влетели зацепы – стальные крючья на тросах.

Одиннадцать человек приземлились на пол бального зала в четкой тактической группе. Воины в черных доспехах с серебряным водоворотом на наплечниках. Их сапоги с железными подковками громко ударили по мрамору. В руках у них были короткие арбалеты, на наконечниках стрел которых, сияли магические камни.

Одновременно с этим левая створка главных дверей разлетелась в щепки. Трое воинов ворвались внутрь, отталкивая гостей. За ними следовали еще двадцать, выстраиваясь в два ряда. В переднем ряду – щиты, в заднем – копья и арбалеты. Стальной лязг захлопнул двери на засовы изнутри. Воины рассредоточились по всему помещению, взяв под контроль весь периметр и каждого из присутствующих.

Гости замерли. Музыканты уронили инструменты. Официанты застыли с подносами в руках. Директор медленно поднялся со своего места.

– Никто не двигается! – крикнул командир отряда, стоявший у разбитого купола. Его голос перекрыл все звуки – Все, кто является представителем домов, поднимает руки вверх! Остальные садятся на пол, быстро!

– Тога, что происходит?! – Валери ринулась к командиру, потащив за собой Мардона, но тот встал на месте.

– Прошу прощения миледи, пожалуйста сохраняйте спокойствие. Скоро все будет кончено.

– О чё…

Внезапно, по тросу, спустился еще один воин, так же бесшумно, как и его товарищи, но его движения были медленнее, более расчетливыми. Он приземлился, и мраморный пол треснул под его ногами. Лицо было закрыто шлемом. Пару мгновений он осматривался вокруг, а после направился к столу профессоров, и встал перед директором. Сняв свой шлем, он заговорил.

– Приношу свои извинения за то, что испортил этот прекрасный вечер господин директор, однако дело не терпит отлагательств.

Не дождавшись ответа, он развернулся и направился к Мардону и остальным. Молодой мужчина, темные волосы, белоснежная кожа, небольшой шрам на правой щеке, и такие же изумрудные глаза.

– Отец – воскликнула Валери – что тут происходит?

– Подойди – его голос был твердым, без каких либо эмоций, с четким приказным тоном.

Мардон, почувствовал, как Валери, продрогла всем телом, а затем медленно опустив его руку, она направилась к своему отцу. Мардон, хотел вновь взять ее за руку, но Асрор остановил его. Все остальные тоже разошлись, оставив Мардона, Асрора и Вал стоять, прижатыми к колонне, под прицелом двадцати пяти арбалетов.

– Лорд Джам, это он? – обратился лорд Кабут к Борму, указав на Мардона.

– Да милорд – отозвался он – это один из тех изменников.

– Получается, нам осталось найти, только ту девушку, но без портрета это будет практически невозможно. А тот блондин отказывается говорить.

– А что с мужчиной со шрамом?

– Не выжил.

– Не беспокойтесь, они ведь знают, как она выглядит, так что думаю это уже не проблема.

– Отлично.

– Лорд Кабут – начал Асрор – что происходит? Я требую объяснений!

– Как будет угодно.

Лорд Кабут просунул руку за пояс и вытащил запечатанный свиток.

– Именем Ее Величества королевы Серены Веларин – начал он, срывая печать и разворачивая свиток. Голос его звенел в наступившей тишине, заставляя гостей затаить дыхание.

– Я, Тавон из дома Кабут, Верховный лорд Торговых путей и Морских границ, уполномочен зачитать обвинение Асрору Буланджер. Первое – он сделал паузу, давая весу слов осесть в сознании присутствующих.

– Обвинение в сговоре с диверсантами королевства Садбарг, с целью дестабилизации обстановки в приграничных регионах.

По залу пронесся сдавленный шепот.

– Второе. Обвинение в шпионаже в пользу иностранного государства против интересов собственного королевства. Передача государственных тайн и стратегических разработок. Третье. Подстрекательство к вооруженному мятежу среди населения западных провинций. Распространение петиции и призывы к свержению законной власти.

Мардон и Асрор молча слушали, даже не изменившись в лице.

Лорд Кабут перевел дыхание. И в наступившей тишине его голос прозвучал особенно зловеще:

– И наконец, главное обвинение.

Он поднял глаза от свитка и впился взглядом в Асрора.

– Обвинение в организации и непосредственном участии в инциденте в Нигавском замке.

– "Праздник на крови и костях" – тихо прошептал Мардон и поднял недоумевающий взгляд на Асрора. Лорд Кабут тем временем продолжил.

– В ту ночь были убиты все члены правящей семьи герцогства Нигав – семь человек. Погибла прислуга – сорок три души. Пали воины гарнизона – сто шестнадцать человек. После чего замок был предан огню, и разрушен до основания.

– Так это ты устроил?! – ошарашено прошептал Мардон.

– Все было не так! – выдавил сквозь сжатые зубы Асрор.

– А они считают иначе.

– О-о, хочешь поговорить о ценности жизни? Ты признался в массовом убийстве пять минут назад!

– Тоже мне сравнил – 11 безумных ученых против 2-ух сотен душ, и целый мать его замок! А что на счет остальных обвинений?

– Тоже самое.

– Ты обвиняешься в массовом убийстве, государственной измене и преступлениях против короны. Приговор уже подписан. Тебе не положен суд. Только казнь. Как и всех твоих подельников – лорд Кабут прошелся взглядом по Мардону и Вал.

"Зявк"

Что-то упало на пол. Мардон почувствовал как перед ним выросла невидимая стена.

– Прикрой глаза! – скомандовал Асрор и притянул его к земле.

Ослепительная вспышка на мгновение превратила ночь в день, отбрасывая резкие, искаженные тени. Грохот пришел сразу же – не звук, а физическое давление, оглушающий удар по барабанным перепонкам и внутренним органам одновременно. Воздух хлопнул, словно гигантский бич, вышибая окна и валяя всех, кто стоял на ногах.

Сознание вернулось внезапно. Инстинкты сработали раньше мысли. Тело напряглось, оценивая урон, пока мозг еще отказывался складывать картину происшедшего. Левое ухо не слышало ничего, кроме гула, а правое лишь приглушенные стоны. Глаза, слезились, размывая пространство до мутных силуэтов.

Он медленно, поднялся на ноги, шатаясь от головокружения. Мир плыл, но он уперся взглядом в точку на стене и заставил его сфокусироваться. После он опустил взгляд, Асрор помогал Вал встать на ноги. Слух постепенно возврощался.

– Что это черт подери было?! – спросил он шатающегося Асрора, помогая ему вернуть равновесие.

– А ты как думаешь? Спасение наших задниц!

– Я не понимаю…

– А ты обернись, и поймешь.

Все присутствующие, переживали тоже самое, что и они. Постепенно, все вернули себе сознание. Арбалеты, вновь были направлены. Внезапно, Асрор, шатаясь, побрел прямо к лорду Кабуту и Джаму, которые недоуменно на него посмотрели. Мардон хотел его остановить, но Асрор, жестом указал, что не стоит.

– Еще один шаг, и ты труп Асрор – проговорил лорд Кабут – мне будет не хватать твоих пирожных.

Асрор не обратил внимания и продолжил идти.

– Огонь!

Двадцать пять стрел, вылетели в его сторону, но, не долетев, замерли в воздухе, а после упали на землю.

– Ого – восхитился он – остановить столько объектов, причем на такой скорости, впечатляет. Однако…

Лорд Кабут, поднял руку в сторону Асрора. Ничего не произошло. Он немного растерялся, но повторил движение. Опять ничего. Выражение его лица исказилось. Он поднес раскрытые ладони к себе, наконец поняв, что произошло, ровно как и все остальные – их магические способности исчезли.

– Что ж, это было близко – подойдя к центру зала, Асрор наклонился и поднял кольцо с темно-синим сапфиром. Надев на палец, он его смачно поцеловал, после развернулся, раздавив ногой магический камень на наконечнике одной из стрел.

Раздался скользящий звук каната, и рядом с Асрором опустилась девушка. Темные волосы были завязаны в тугую косу, а в глазах читалась настороженность. Заметив Мардона, она направилась к нему. Когда та оказалось достаточно близко, сквозь размытое изображение он смог распознать в ней Леру – девушку, с которой он замучил до смерти эльфийку в лесу.