Нурлан Кемешов
Птица

1

Меня зовут Беркут. Я парю высоко над степью, под безоблачным небом. Золотистое солнце заливает просторы светом, освещая путь моему острому взору. Степь раскинулась, как бескрайнее море, и каждый её уголок принадлежит мне по праву природы. Здесь нет живого существа, которое не признало бы величия Беркута. Мы снисходительны и справедливы ко всем, кто живёт в гармонии с миром.

Когда-то меня называли самой беспомощной птицей на планете Земля. Как и у всех других, у меня два крыла, две ноги, хвост и острый, изогнутый клюв, предназначенный природой для выживания. Говорят, я появился на свет из яйца с белой скорлупой, украшенной коричневыми пятнами.

Я хочу рассказать вам историю о том, как птицы сумели выжить в тяжёлые времена невежества. Тогда они даже не подозревали, что их крылья могут поднять их в небо. Эта идея никогда не возникала в их сознании. Они жили на земле, не осознавая, что способны летать.

Мой аул простоял на своём месте не одну сотню лет. Число его обитателей достигало десяти тысяч птиц. В ауле была школа, больница, жилые сараи для птиц, высокие заборы и самое важное – большой продовольственный склад, где хранилась вся наша еда.

Аулом управлял Страус. Он был и нашим учителем, и директором школы. Эту должность он получил благодаря своим сильным и быстрым ногам. Большинство птиц в ауле были тощими и легкими, но Страус выделялся среди них своим ожирением, из-за чего он крайне редко покидал пределы аула.

Аул славился своим разнообразием птиц. Здесь жили пеликаны, совы, вороны, воробьи, цапли, удоды и множество других видов. Беркутов, кроме меня, больше не осталось. Учителя объясняли это тем, что мой вид стал редкостью в этих степях.

Однажды в библиотеке я наткнулся на книгу «История птиц» и узнал, что экзотические виды появились в наших равнинных степях в далёкие времена войны, разразившейся между животными. Тогда местные степные птицы, известные своей добротой и гостеприимством, приняли и приютили слабых, беззащитных чужаков. Так наш аул стал многовидовым и многообразным, соединив в себе пёструю палитру крылатых обитателей.

2

Нашему поколению выпали нелёгкие времена. Высокий деревянный забор окружал аул, защищая его от опасных хищников – волков из аула псовых и львов из аула кошачьих. Волки предпочитали охотиться в густом лесу, что раскинулся к северу от аула. На юге и западе простиралась бескрайняя степь, а на востоке возвышался холм, скрывающий свои тайны.

Никто не знал, что находилось за этим холмом. Среди птиц ходили слухи, что там обосновался аул кошачьих, пришедших в наши степи из далёких краёв. Львы и волки враждовали между собой, бесконечно соперничая за любую добычу, превращая окружающий мир в поле их жестокой борьбы.

Ни одной птице пока не позволялось покидать пределы аула. За забором таилась опасность – хищники могли напасть в любую минуту. Взрослые птицы не умели добывать еду за пределами аула. Их слабые ноги не позволяли убежать от хищников, а о способности летать они даже не догадывались – это знание было утрачено уже много поколений назад. Думать иначе, не так, как остальные, считалось позором и становилось предметом насмешек.

Только страусы могли отправляться в поход за пищей. Они были единственными, кто мог убежать от хищников благодаря своей скорости. Однако даже они делали это крайне редко. Когда им всё же удавалось принести что-то – немного трав или зёрен, – этого катастрофически не хватало, чтобы накормить всех жителей аула.

Некоторые птицы пытались выращивать растения во дворах, но это давалось им с трудом. Сорняки больше не росли сами по себе – почва в ауле была истощена. Если из-под земли пробивалась хоть одна травинка, её тут же находила голодная птица и тайком съедала.

Слухи о надвигающемся голоде тревожили всех. Запасы на складе не были бесконечными, и день, когда они закончатся, казался неизбежным. Никто не хотел столкнуться с этой реальностью, но страх перед ней становился всё ощутимее.

3

Каждый день в шесть вечера всем птицам выдавали несколько зёрен и стакан воды из продовольственного склада. Эти минуты приносили неописуемый восторг. Настроение становилось почти праздничным, и даже самые мрачные лица озарялись радостью. Страус уверял, что склад содержит столько еды, что её хватит на сто лет.

Сам я в склад не заходил, но в учебниках писали, что там хранились тонны зёрен, деликатесная консервированная рыба в бочках, сушёная питательная трава и другие редкие, изысканные продукты. Раздачей еды занимались совы, верные помощники Страуса. Они строго следили за порядком и выдавали пайки по карточкам, не позволяя никому получить больше положенного.

Тем не менее, многие птицы постоянно испытывали голод. Им всегда хотелось есть, и даже выданные пайки не могли утолить их жажду насыщения. Мы часто задавали учителям в школе один и тот же вопрос: «Кто и как наполнил продовольственный склад, если птицы в ауле не могут добывать достаточно еды?» На что нам неизменно отвечали: «Когда-то каждая птица умела добывать себе пропитание. Скоро мы проведём урок об этом».

Хотя мы не любили школу и скучные уроки, эта тема будоражила наше воображение. Мы с нетерпением ждали загадочного урока, надеясь узнать тайну нашего прошлого и, возможно, найти ответы на вопросы, которые мучили нас всё сильнее.

4

Школу мы посещали строго по расписанию, которое не оставляло времени на отдых. Моя учёба хромала почти по всем предметам. Беспощадные учителя не упускали случая отчитать меня за неуспеваемость и постоянно заваливали домашними заданиями.

Главные оценки ставили за бег. Каждый день нас заставляли пробегать пять километров по беговой дорожке, проложенной вокруг школы, а после обеда – ещё столько же. Я и Воробей неизменно оказывались последними на финише, слушая раздражённые возгласы учителей и насмешки других учеников.

Воробей, мой одноклассник и друг, обладал одними из самых слабых ног в школе. Когда мы случайно попадались учителям на глаза, они привычно ругали нас, будто по инерции. Я сомневался, что от их криков наши ноги могли стать хоть немного сильнее.

Те, у кого были сильные ноги, становились школьными «отличниками», легко пробегая положенную дистанцию за минимальное время. В нашем классе такими «отличниками» были два младших Страуса. А мы с Воробьём каждый год выходили «двоечниками», несмотря на все старания. Цапли, Утки, Гуси и другие ученики бегали быстрее нас и чаще оказывались «троечниками» или «ударниками», но всё равно были далековато от звания лучших.

Единственной «тройкой» в моём дневнике значился предмет «Едаведение». На этих уроках нас учили различать съедобную и несъедобную пищу, которую можно было найти в походах. Школа готовила нас к гипотетической ситуации, когда в будущем, став взрослыми, нам, возможно, придётся отправиться за пределы аула, чтобы добывать еду и научиться убегать от хищников. Это была чрезвычайно опасная и требующая огромной выносливости задача.

Однако большинство, практически все выпускники, не решались покинуть пределы аула. Те немногие, кто всё же отваживался отправиться в поход, часто не возвращались. Этот страх перед хищниками удерживал остальных даже перед лицом голода.

5

Главным предметом в школе была «Технология скоростного бега». Мы, ученики, прозвали его просто «Техно». Однажды учитель решил проверить наше домашнее задание. Урок «Техно» традиционно проводился на беговой дорожке за школой. Задание состояло в разработке новой тактики побега от хищников, и, как всегда, я оказался не готов.

– Так, хорошо, Страус младший. Оценка «пять». Кто следующий? Кого я ещё не проверил? – спросил учитель, оглядывая класс.

Страус младший, задрав голову вверх, гордо протянул свой безупречный дневник учителю для подписи. Я спрятался за Воробья. Моё туловище было намного больше, а огромные крылья выдавали меня из толпы. В голове крутились тревожные мысли, и я сжался в ожидании удара.

– Беркут! Опять ты прячешься? Ты думаешь, я тебя не вижу? Давай, выходи к дорожке, показывай своё домашнее задание. Может, сразу, как всегда, поставить тебе жирную двойку? – резко обратился учитель.

Я вышел к беговой дорожке. Ноги дрожали от внутреннего холода.

– Ну, допустим, ты стоишь на поле, а там, за горизонтом, появился хищник. Что будешь делать? – учитель посмотрел на меня с вызовом.

– Убегать? – выдавил я дрожащим голосом.

– Покажи нам! Как ты это будешь делать? Мне что, всё тебе разжёвывать? – раздался его гневный голос.

Я побежал изо всех сил. Тело шаталось то влево, то вправо, крылья распускались сами по себе, пытаясь поддерживать равновесие. Через пару десятков шагов я упал. Мне мешали не только крылья, но и большие когти на ногах.

– «Два» за урок! Ты не готов. Не используйте свои бездарные крылья. Вот не понимаю, зачем природа наградила вас такими уродливыми длинными крыльями! – сказал учитель, качая головой.

Минуты страха и унижения наконец закончились. Мы с Воробьём направились на следующий урок.

– Почему же мне всегда так не везёт? Зачем нам эти крылья, если мы ими даже не пользуемся? У тебя, по крайней мере, они маленькие и компактные, – с горечью сказал я, обращаясь к Воробью.

– Может, они нужны, чтобы махать ими на себя в жаркие летние дни? – с улыбкой ответил Воробей, стараясь разрядить обстановку.

Он тут же продемонстрировал это на себе, помахивая левым крылом, словно веером. Мы расхохотались, не в силах остановиться, и начали махать крыльями друг на друга, будто пытались создать ураган.

Я махнул слишком сильно и сбил Воробья с ног. Его взмахнувшее в воздухе крыло и нелепое падение вызвали новый приступ смеха, который эхом разносился вокруг, пока мы не ослабли от веселья.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.