# 13-й император

Юрий Лог

13-й сын 12-го императора? Серьёзно? И почему я чую большой жирный подвох? Может потому, что я очнулся с разрушенным источником на Алтаре рода? Хтонь!

Могущественный маг запрограммировал череду перерождений и обнулил себе память. Чтобы понять, зачем я это сделал, мне придётся дойти до конца, преодолевая себя и меняя реальность. А вдруг всё уже давно идёт не по намеченному плану?

Четвёртая книга, часть 1 из серии Нулевой переход.

## Глава 1

Боль! Зверская боль пробежала от кончиков пальцев до мутных мыслей и оставила глухую пустоту внутри. Тело выгнулось дугой и застыло в жесточайшем спазме.

— Наследник выбран! — торжественно разнеслось многоголосье и откликнулось гулким эхом: — Выбран… бран… ран… ан…

— Ты кто? — слова с трудом продирались на выход, теребя горло наждачкой.

— Кто? — ехидно прошептало эхо.

Голова ответила жуткой болью на попытку пошевелиться. Из глаз брызнули слёзы, чем я тут же воспользовался и разлепил слипшиеся веки.

Спиной ощущался гладкий холодный камень. Я по-прежнему не мог двигаться. Глаза смотрели в потолок пещеры. Пещеры ли? Я скосил глаза, но обзору это помогло не сильно. Потолок и стены терялись в окружающем мраке. Ближайшее пространство освещалось неровным светом горящих факелов. В отдалении противно капала вода, с каждой каплей вбивая мне гвоздь прямо в висок.

— Я тот, кому ты принёс клятву служения! — заявило стрёмное многоголосье. — Нёс лужения… ужения… ия…

Каждое слово произносилось разным тембром и интонацией, и всё вместе взрывало мозг своим диссонансом. Кап, кап, кап…

— Универсал в роду, — раздался басовитый шёпот. — Сал… воду…

— Величие, — прозвучала тихая гордость. — Чие… ее…

— Нашш, — прошелестел баритон. — Шш…

— Я… не… да-вал… кля… т-ву… — с трудом выдавил я связный набор звуков.

— Давал! — громко рявкнуло многоголосье по мозгам, и я потерял сознание.

— Умер? — обеспокоенно спросил кто-то прямо в ухо, я дёрнулся от неожиданности и резко открыл глаза.

Тело отмерло и сползло по гладкому камню на пол. Я больно ударился затылком, но даже не обратил на это внимание. Меня окружали полупрозрачные фигуры в одеждах разных фасонов. Единственное, что их всех объединяло — вышитый золотом герб с изображением рака.

Я задрал нижний край лонгслива и обнаружил маленького золотого рака на груди. Пижама?! Взгляд зацепился за руку — тонкие аристократические пальцы подростка.

— Поздравляю, тёзка! Ты станешь следующим императором! — торжественно произнёс высокий мужчина в кожаных доспехах и по-доброму улыбнулся. — Тринадцатым!

— Это честь! — пафосно добавил обвешенный оружием воин. — Не посрами род!

— Да, что вы набросились на пацана, — новый кадр проплыл сквозь говорящих призраков, и тех передёрнуло. Его волосы были аккуратно уложены. Однако, рукоять ножа на поясе модного костюма была потёрта. Он явно пользовался им по назначению ни раз.

— Мы поможем, — пообещал самый свежий призрак. У него из кармана торчал мобильник.

— Я не соглашался, — я попробовал встать, но ноги меня не слушались.

— Это твой долг, — безапелляционно заявил хмурый тип в чёрно-синих одеждах. — Ты уже поклялся служить роду.

Я хотел сказать, что клялся не я, а бывший владелец этого тела, но осёкся. С другой стороны, если это души предков, то они должны понимать, что я не… А как меня теперь зовут? Тело налилось свинцом. Кап, кап, кап…

Я перекатился на живот и пополз на звук. Пол оказался гладким с каким-то крупным красным рисунком. Уверен, что если посмотреть сверху, я увижу рака. Уже через минуту под рукой хлюпнула вода. Я сделал рывок и рухнул в воду, больно стукнувшись о каменное дно какого-то мелкого ручья. Очнулся лёжа на спине, тело приятно омывала вода. Я от души напился, сел и огляделся. Призраки скучились в стороне и о чём-то спорили, то и дело бросая на меня обеспокоенные взгляды. Хтонь с ними!

Массивные высокие серые колонны, стены скрывал полумрак. В центре зала в окружении высоких каменных чаш с пылающим огнём величественно возлежал большой круглый камень. Я хмыкнул и перевёл взгляд на мужчин с гербом рака. Алтарь рода?

Я откинулся назад и погрузился обратно в воду. Ощущение было приятным. Голова успокаивалась, я расслабился и попытался вспомнить хоть что-то. Да, точно, подросток — мне 15 лет. Зовут Иван Раков. И он попёрся сюда ночью, чтобы тайно пройти инициацию? Знал, что рано и нужно ждать ещё два года и всё равно попёрся? Он что идиот? Я с сомнением посмотрел на мокрую голубую пижаму с золотой вышивкой. Красные плюшевые тапки с мордой рака. Хтонь! Я убрал с лица намокшие волосы. Длинноваты, хм.

Перед глазами пронёсся подслушанный разговор старших братьев. Тьма меня побери! Я 13-й сын! Плодовитый папаша… А, ему 190 лет, тогда ладно… Николай рассказывал Михаилу, что африканцы стали инициировать магов раньше, и поэтому у них такие сильные стихийники. Даа, с самооценкой у моего предшественника было так себе… маменькин сынок, никаких личных свершений и скромный магический потенциал. Предполагалось, что он пробудится со стихией Воды, а получился я — универсал. Я посмотрел на пафосно разодетых предков. Раковы… Раковы… Чё? Императором?! Не-не-не!

Я вскочил на ноги, и чуть не упал от резко накатившей головной боли. Какой, тьма его побери, император! Без меня! Где выход? Я заозирался.

Я отыскал лёгкое дуновение воздуха и побрёл по ручью в ту сторону, откуда ощущался ветерок. Дошёл до стены, в которой зияла огромная трещина. Обернулся. Поискать другой выход?

Помещение настолько большое, что стен не видно, а ручей достаточно широкий, и точно выведет наружу. Я шагнул в разлом. Уже через несколько шагов я погрузился в кромешную темноту.

Ручей постепенно становился глубже и шире. В какой-то момент я подскользнулся, и с меня слетел сначала один тапок, а потом и другой. Голые ступни скользили, и поэтому, как только воды стало по колено, я опустился на руки и так и поплыл, придерживаясь пальцами за дно.

Я всматривался в темноту, выглядывая свет в конце тоннеля, и никак не ожидал внезапно оказаться на берегу. Ну да, ну да… Ночь же… Хтонь. Я встал и ощутил песок под ногами. Побрёл вдоль скалы, в надежде выйти на берег.

Императорский дворец находился на рукотворной скале. Когда-то это был обычный песчаный остров. Но какой-то там по счёту император решил, что для безопасности лучше сделать берег труднодоступным. Кажется, паранойя была характерной чертой рода Раковых.

Я выбрался на небольшой клочок суши и сел на сухой песок. В метре от меня колыхалась тёмная гладь водохранилища. Над головой сияли далёкие звёзды. Луны видно не было. Хорошо хоть ночь была тёплая июльская. Да и от ветра прикрывает высокая отвесная скала за спиной. Я опасался применять магию. И вообще не понятно, почему я оказался в другом мире.

Последнее, что я помнил, как собрал изменённую ману, спас брата и вырубился от усталости. От усталости, хтонь! От усталости! Это было обычное переутомление! Что же случилось? Вряд ли я когда-нибудь это узнаю, эх...

Я улёгся поудобней и погрузился в транс. Надо, наконец, осмотреть доставшееся мне тело.

Хтонь-хтонь-хтонь! Идиот ты, Ванюша! Источник представлял из себя решето. Каналы были порваны, да и сеть слабовата. Он что вообще не занимался саморазвитием? А что с телом?

Какие-то мышцы есть, но для мага эта физическая оболочка не подходит. И это императорский род? Нужен план… Но додумать я не успел, усталость взяла своё, я просто вырубился.

Проснулся я поздним утром, приятно пригревало солнышко. Я напился прохладной воды и улёгся обратно. Живот прилип к спине, но я старался не думать о еде. Надо выиграть время. По любому меня уже ищут. Так, на чём я остановился? Что с маной?

Я снова расслабился и погрузился в транс. Манофон здесь так себе. Лучше, чем в предыдущем мире. Там-то вообще тоска была, но и до мира Альфа не дотягивает, жаль. Значит, магия тут появилась не так давно. Я порылся в памяти Ивана. Две тысячи лет — неплохой срок… Я переключился с внутреннего взора на внешний.

Стихии почуяли меня и уже кружили рядом. Только вот ощущались они совсем несмышлёными зверятами. Хтонь… Легко не будет. Я с тоской вспомнил Великую Мати: вот это была опытная сущность, освоившая тонкие магические манипуляции на высоком уровне, эх.

Я потянулся к огненному комочку и попросил его проникнуть в мой источник. Огонёк радостно метнулся к груди и неумело расположился внутри моего решето. Я мысленно похвалил его и погладил. Это бесформенное нечто — сырая стихия, а мне нужен более осознанный Огонь. Кем бы его сделать? Я прислушался к наивному пылкому энтузиазму и желанию помочь. Показал ему образ огненного бельчонка с пушистым хвостом похожим на костёр.

На моей груди материализовался бельчонок, полностью сотканный из огня. А он быстро учится! Он смешно опёрся лапками на грязную пижаму и просунул голову внутрь моего источника, потом выглянул обратно и вопросительно уставился на меня.

«Да, понимаешь, Рыжик, его надо залатать тонкими нитями, а потом сверху плёнкой окутать, ты же справишься? — я снова мысленно почесал огненного зверька за ушком. — Видишь, какие каналы рваные? Их тоже надо починить».

Я широко зевнул. Солнышко пригревало, бельчонок приятно согревал изнутри. Меня разморило.

— Иван! — где-то вдалеке раздавались голоса.

— Иван Михайлович!

— Ванечка! Ванюша! — истеричный голос принадлежал матушке. А предыдущий бас, кажется, был моего дядьки. Интересно, как Ивану удалось проскользнуть мимо него ночью. Странно.

В доставшимся мне воспоминаниях Олег был тем ещё параноиком. Он ставил на дверь воспитанника защиту, обвешивал Ивана следилками. Я же помню, что просто вышел из комнаты и отправился вниз, к Алтарю. Действительно, странно, что меня никто не остановил.

Солнце перевалило зенит, значит прошло часа четыре так точно. Я снова погрузился в транс и оглядел источник. Огненный бельчонок хорошо поработал. Дыры залатал, стенки укрепил, а сейчас занимался порванными каналами. И выходило у него так себе. Он понятия не имел о том, как должна выглядеть нормальная энергетическая система человека. Я мысленно погладил его, поблагодарил и нарисовал в голове примерную картинку сетки.

В принципе и с таким источником можно уже работать. Даже если у него ничего не выйдет, не страшно. Сам потом исправлю, с работающим источником это не сложно. Болезненно, разве что. Я протяжно зевнул, пусть пока ищут, нужно выиграть ещё немного времени.

Нашёл меня отец. Надо же, сам император отправился на поиски. Михаил III был одет в военный китель тёмно-синего цвета со стоячим воротничком и гербом на груди. Высокий, статный, он не выглядел на свои 190. Больше 40-ка ему не дал бы. Всё потому, что секретом рода Раковых было омоложение организма. Раковы тщательно хранили великую тайну, демонстративно увеличивая срок жизни императорской семьи. Чем дольше правит император, тем крепче власть, любил поговаривать отец.

Император тихо крался вдоль скалы по колено в воде. Вышел из расщелины, мда, а значит уже поговорил с Алтарём. Плохо дело… Хотя, конечно, зря я надеялся, что никто не узнает, ну или хотя бы не так быстро.

Универсал для этого мира — это нечто, хм, запредельное. Ну не было тут универсалов раньше. Все одарённые в основном двустихийники. А женщины и вовсе владеют только одной магией. Мужчины во время инициализации на алтаре рода получают две стихии, потому что одна из них— родовая. Вот у Раковых — это Вода. Вторую наследуют от матери.

Моя матушка — водница, и Ивану светило стать одностихийным магом, что для императорского рода так себе результат. Может поэтому никто толком и не занимался его развитием.

В расстёгнутом кителе и с обнажённым ножом император опасливо озирался по сторонам, пока не увидел меня. Я так и лежал на песке, бельчонок почти закончил. Отточенным движением отец вложил клинок в ножны и бросился ко мне.

У императора было аж три стихии: огонь, воздух и вода. И поскольку все в роду Раковых были ещё хоть немного, но целителями, он сразу бросился меня осматривать.

— Универсал… — он просветил меня ещё раз, а потом ещё. — И источник не повреждён, удивительно… Сын… Алтарь мне сказал, что выбрал наследника, — торжественно заявил император.

— А если я не хочу! — упрямо заладил я. — Почему ты не можешь выбрать сам? — Иван не интересовался этим вопросом, поскольку трон ему не светил от слова совсем.

— Наследника выбирает Алтарь из самых достойных из нас, — отец укоризненно посмотрел на меня. — Алтарь даёт силу рода, мы не можем действовать ему вопреки.

— Но я не лучший из лучших! — с толикой обиды парировал я. — Все любят Николая! А Борис и Василий — очень умные.

Я демонстративно насупился. Это да… Борис был 8-м сыном и талантливым изобретателем маготехнологических устройств. Гений! Вторым таким был Василий, который фанатично исследовал магию. И Николай, всеобщий любимец, у которого больше всего было шансов сесть на престол. Расчётливый, хладнокровный, красавец мужчина и самый сильный двухстихийный маг. Михаилу III не удалось родить трёхстихийника, может поэтому он всё заводил себе новых жён. А тут я, такой весь универсальный, тьма его забери.

Интересно, я только сейчас задумался, как это выглядит со сторону, ну то, что я не вернулся обратно вверх по лестнице, а вышел на берег. Может Ванюша хотел сбежать? Хм, возможно, мне стоит сыграть на этом.

— Матвей! — вдруг заорал отец, и я дёрнулся. — Тише, тише, сынок, всё хорошо. Матвей Асимович пошёл в другую стороны от расщелины. Предки сказали, что ты был не в себе после инициализации, — он оценивающе заглянул мне в глаза.

Хтонь! Так всё-таки призраки просекли, что другая душа! И сделали вид, что всё в порядке, вон, даже подстраховались, если я буду вести себя странно. Насколько же они сильно хотят заполучить универсала себе в род.

Брызгая во все стороны, к нам нёсся Матвей Асимович. Начальник гвардии. Он высоко задирал колени и придерживал рукой шпагу. Однако, догадался притормозить заранее, чтобы не забрызгать Его Императорское Высочество.

— Вы нашли его, Михаил Михайлович, — главный гвардеец даже не запыхался. — С ним всё в порядке? — В голосе вояки прозвучало искреннее беспокойство. Он был одет в офицерский гвардейский будничный мундир. Серый китель с вышитым гербом рода Егоровых — три скрещенные шпаги.

— Переутомление, физическая усталость, но источник работает нормально, — гордо ответил отец.

Матвей Асимович достал из кармана рацию:

— Второй вызывает Пташку, приём.

— Пташка на проводе, Второй, — зашипела рация.

— Северо-восточный берег, приём.

— Вас понял, Второй.

Вскоре послышался звук приближающегося вертолёта. Голубой с гербом рака, маскировка, однако, я мысленно усмехнулся. Но при таком рёве цвет неба ему не поможет. Хотя, есть же шумоподавители…

Вертолёт сел на мелководье, забурившись лыжами в песок. Отец бережно взял меня на руки и заботливо набросил на нас защитный купол от летящих брызг. Было обидно за парнишку. Отец никогда не уделял Ивану особого внимания, а тут он вдруг несёт меня, как величайшую ценность на свете.

— Я буду плохим правителем, — продолжил я канючить, когда он усадил меня в кресло и пристегнул. Сам сел рядом.

— Мы тебя научим, сынок, — он по-доброму усмехнулся. — У тебя есть семья, старшие братья, они помогут. Вместе мы сила, мы Раковы.

Уровень пафоса зашкаливал. Как-то я сильно засомневался в этом единстве. Если каждый член семьи ценен, почему на Ивана было откровенно плевать всем, кроме юродивой матушки.

— Ванюша! — взлохмаченная императрица бросилась к нам, когда мы приземлились на лужайку перед дворцом, и отец лично вынес меня наружу. У матушки была самая обычная ничем не примечательная внешность. Высокая, стройная, одна из многих таких же привлекательных барышень. Её отличала странная блуждающая улыбка и вечно задумчивый взгляд. Казалось, что она не здесь и не с нами. Но сейчас её глаза горели беспокойством, и что более печально не за меня. Она переживала за себя.

Ну да, ну да… У матушки была личная трагедия. Она уже потеряла одного сына, Славия, когда тот был чуть старше меня. Стоп-стоп-стоп, я задумался, погружаясь в воспоминания Ивана. Подробностей не было. Ну не бывает таких совпадений, чтобы два ребёнка погибли в одном возрасте. Я попытался вспомнить. Да, был ещё один сын, Олег, который умер во время инициализации. Так может и Ванюша пошёл к Алтарю не по собственной глупости, а его подтолкнули?

Конечно, Алтарь выберет самого достойного! Из немногих оставшихся.

## Глава 2

Пока отец нёс меня ко дворцу, матушка ревностно ощупывала тело, сквозь грязную и мокрую пижаму.

— Цел? — она не успокоилась и продолжила выискивать у меня кровоточащие раны.

И скоро ей повезло. На затылке она обнаружила здоровенную шишку: об алтарь я ударился знатно. Несколько смачных синяков я заработал, стукнувшись о каменистое дно ручья. И напоследок она отыскала крошечные царапины на ступнях.

— Давай уложим его в купель? — она с надеждой посмотрела на отца.

— Конечно, дорогая, — согласился тот. Подозреваю, что он и так туда меня нёс — я же теперь драгоценный вклад в силу рода, хтонь.

А вообще купель — это хорошо. Это очень хорошо. По оговоркам это одна из тайн рода Раковых, и скоро я с ней познакомлюсь, хех.

— Ты зачем сбежал? — набросилась на меня наседка, попутно высушивая на мне одежду.

Я демонстративно застонал, отец тут же просканировал меня и усмехнулся.

— Оставь свои нотации на потом, Галя, — мягко попросил он императрицу и незаметно подмигнул мне.

Ну давай, папаша, давай, налаживай отношения с сыном, которым ты пренебрегал долгие годы, рак тебе в помощь, я отвернулся и посмотрел на дворец.

Огромный белокаменный, он стоял в центре острова и представлял из себя букву «Х», заваленную на бок. В самом центре величественно возвышалось основное здание округлой формы. Парадное лицо, которое демонстрировали Раковы аристократической братии. В большом тронном зале на первом этаже устраивали самые значимые приёмы. Зала Совета и пафосные переговорные располагались на втором, парадные кабинеты старших братьев шли этажом выше. Кабинет императора располагался на последнем этаже и являлся верхней точкой всего дворца.

Ванюшу всегда восторгала прозрачная купольная крыша, хотя и был-то он у отца всего один раз, когда его определяли в Академию наследников. Император прочитал тогда целую лекцию бла-бла-бла о том, как должен себя вести царевич в Академии и чем заниматься помимо учёбы. Сдаётся мне, что отец собирался разыграть пацана в тёмную в своих политических играх.

Четыре сооружения, расходящиеся буквой «Х» от центрального здания, были жилые, но это не помешало строителям закончить конструкции высокими парапетами с бойницами. В конце каждого крыла располагались круглые башни различного назначения. Они были ниже императорского купола, ибо негоже заслонять вид из окна государя. Отец из своего кабинета мог по верху быстро и скрытно добраться до любой из конечностей дворца. Хотя по мне так это замок, тут тебе башни и бойницы.

Дальнее правое крыло от входа было женским, дальнее левое — мужским. Ближайшее левое крыло было гостевым, а в правое отжал себе старинный род Дымовых, слуги рода. Лечебница располагалась на третьем этаже. Но отец прошёл мимо парадного лифта, и направился к лестнице.

Пока мы спускались матушка не затыкалась ни на минуту, охая и ахая по поводу того, как я мог додуматься до того, чтобы пойти ночью в алтарный зал, ведь я мог умереть. Потом она перешла на личности, в смысле на себя, что я её совсем не берегу и думаю только о себе. Закончила она тем, что мой дядька не уследил и ему надо выдать плетей. Не знал, что существует такая мера наказания. Я стойко молчал и даже не попытался отключить себе слух. Даже из нытья можно вынести ценную информацию.

Мы спустились до самого низа, справа от входа в алтарный зал была выдолблена ладонь, отец приложил туда руку. Понятно, вход по крови. А вот когда Ванюша спускался ночью, дверь была открыта. Почему меня никто не спрашивает, как я попал внутрь? Хотя если вход по крови, то паренёк мог запросто пройти, если б знал как. Ванечка даже не догадывался о таких сложностях. Кто-то очень предусмотрительный ловко разыграл карту «убери лишнего брата». И ведь у него всё получилось. Получилось бы, если бы не я.

Ситуация из просто не-хочу-быть-императором, стала превращаться в опасную для жизни. Если кто-то хотел избавиться от 13-го принца, потому что подвернулась возможность, то универсал — это реальная угроза. Тем более этот тупой Алтарь объявил о своём решении во всеуслышание. Очень недальновидное заявление. Может души, превращаясь в призраков, глупеют? Или это объединённое сознание так на них действует?

Сколько у меня вообще живых братьев? Гении Борис и Василий, правильный Николай и нудятина Михаил. А, есть еще художник Фёдор, который не живёт во дворце, его, пожалуй, можно вычеркнуть из списка подозреваемых. Ну и Владимир, который управляет Дальним Востоком, вряд ли участвовал в убийстве Ивана. Ещё есть два старших брата: Пётр и Александр, но им в силу возраста уже вряд ли грозит престол. Одному больше ста, а другому под девяносто.

У Раковых не принято выбирать старых наследников, то же правило — чем дольше император у власти, тем надёжнее позиция императорского рода. Хотя, первый император Иван Первый Великий прожил аж 375 лет, так что и столетних братьев, пожалуй, рано списывать со счетов.

Под матушкино бу-бу-бу мы прошли мимо алтарного камня и направились вглубь помещения. По мере нашего продвижения на каменных постаментах загорался огонь.

— Ааа, — истерично завопил я и зарылся в могучую грудь императора, чуть ли не залезая ему под китель.

Отец дёрнулся, а мать подхватила ор, но потом опомнилась и заозиралась.

— Что случилось, сыночка? — она нервно погладила меня по голове, не прекращая опасливо оглядываться по сторонам.

— Там призраки, — еле слышно прошептал я.

— Это же наши предки, — опешил отец. — Ты их уже видел.

— Они меня напугали ночью, — пожаловался я, не вылезая из подмышки.

— Как они тебя напугали, золотце? — матушка успокоилась окончательно и злобно уставилась на предков, которые обступили нас и недоуменно переглядывались.

— Они говорили страшные вещи, — я с ужасом посмотрел на императрицу.

— Какие? — голос отца прозвучал подозрительно, он почуял подвох.

— Они… они… ск-к-казали, — я даже стал заикаться, стараясь не смотреть в сторону призраков, — они ск-к-казали, ч-что я ст-тану, — я вытаращил глаза, — императором.

— Так что же в этом страшного? — не поняла матушка, а отец хмыкнул.

— Как что? — я даже перестал притворяться, укоризненно посмотрев на мать. — Они же нарисовали на моей спине большую жирную мишень.

Отец тяжело вздохнул и поставил меня на ноги.

— Иван, — он взял меня за плечи и поймал мой взгляд, — неужели, ты думаешь, что после того, как все узнают, что у нас появился универсал, кто-то будет сомневаться в личности будущего императора?

Вообще-то, Ванюша был глуповат, чтобы о таком размышлять. И я выпучил глаза от страха.

— Так они специально! — я обвиняюще ткнул в призраков пальцем. — Можно же было сохранить это в тайне.

— Как же это, — засуетилась матушка, — все должны знать, что род Раковых велик и могуч.

В смысле, что это она родила универсала, я мысленно хмыкнул. Чем дальше, тем больше мне хотелось слинять от этой семейки. Видимо что-то такое мелькнуло на моём лице, раз император нахмурился.

— Это не получится скрыть, Иван. Тебя надо обучать, — он сурово посмотрел на мать. — Галечка, сходи, принеси мальчику покушать, да побольше.

Матушка суетливо удалилась, а призраки наоборот двинулись ближе.

— Это судьба, — на полном серьёзе заявил батя. Ууу, сколько у него тараканов.

Я скептически осмотрел сгрудившихся вокруг меня мужчин.

— Я знаю, что вы знаете, — я хмуро посмотрел на предков. — Поэтому не надо мне заливать про клятву. Или честность и открытость внутри семьи не про род Раковых?

Император подозрительно всматривался в виноватые лица призраков. Он понял, что они недоговаривают. Но это ж Алтарь рода! Он в праве творить любую дичь. Раз они что-то скрывают, значит так надо. Я пренебрежительно фыркнул.

— Отец, — я посмотрел ему прямо в глаза, — когда я ночью спустился в зал, дверь была открыта. Подумай об этом, — я демонстративно скрестил руки на груди.

— Идём, — буркнул император, проходя сквозь полупрозрачные фигуры.

Я показал мужикам язык и двинулся следом.

Мы остановились перед скалой. Свет огней едва доставал до сюда. Отец приложил большой палец в еле заметную выемку на стене. Участок скалы вдавился внутрь, а потом отошёл в сторону.

— Иван II был великим магом земли, — он показал рукой на слегка полноватого предка в шелковых просторных одеждах преимущественно красного и синего цветов. Его отличала борода лопатой и мощный топор на поясе. Старик приветственно кивнул нам. — Он и построил этот остров, замок и систему пещер под ним. Надо заделать трещину, через которую ты вышел на берег, а у меня нет магии земли, — император сокрушённо вздохнул.

— Так у Николая вторая стихия — земля, и он сильный маг, — я искренне недоумевал. — Почему он не… — и тут до меня дошло. — Никто не знает?!

Император давил меня суровым взглядом.

— И ты никому не рассказывай, — строго предупредил отец. — Галя знает, потому что мы пытались спасти в купели Славия, когда тот прошёл инициализацию раньше времени.

— Отец, тебе не кажется странным, что ситуация повторилась? — я попытался подкормить его тараканов.

Батюшка не ответил, лишь подтолкнул меня вперёд.

Как только я шагнул внутрь, по контуру помещения в специальных пазах загорелся огонь, краем глаза я заметил огненного бельчонка, который спрятался в языках пламени и подглядывал за нами.

Купальня внушала! В полу был выдолблен многоуровневый бассейн из белого камня. Сверху небольшим водопадом стекала изумительно белая вода. Падая, она расходилась кругами. По краям основной чаши были расположены более маленькие, какие глубокие, а какие совсем мелкие. В некоторых вода бурлила, а от других исходил пар.

Камень вокруг купальни был горячим, и идти по нему босыми ногами было одно удовольствие.

Император меня подвёл к чаше, где на дне было выдолблено ложе.

— Раздевайся и ложись, — он подождал пока я лягу. — Вода сделает всё сама. Ты, извини, Ваня, но мне надо идти. А то появится слишком много вопросов, где я, где ты, — он деланно вздохнул. — Пойду врать в стиле Раковых.

— Это как? — не удержался я от вопроса. Батя жжёт.

— Не договаривать, утаивать, поворачивать выгодной стороной и приукрашивать, — тяжело вздохнул император. — Фантазия, наше всё, да, сынок? — подколол он меня напоследок и ушёл.

Я слышал, как он о чём-то переговорил с предками, а потом звук его шагов удалился.

— Рыжик, — тихо позвал я.

Бельчонок метнулся ко мне и застыл на крае бассейна.

— Поможешь? — я протянул ему руку, и он запрыгнул на неё.

Действовать надо быстро, матушка должна вернуться с едой. Я погрузился в транс. Все стихии кружились рядом, я мысленно приласкал их. С огненным бельчонком я стал единым целым. К сожалению, без его помощи провернуть такой фокус у меня не получится. Я слишком слаб, тело немощно, любое усилие способно опять превратить источник в решето.

Я попрыгал вместе с Рыжиком по руке, а потом ринулся прямо в источник. Мы стали расти, увеличиваясь в размерах. Сначала заполнился сам источник. Огонь уплотнялся, сжимаясь всё больше и больше, заодно я укрепил стенки. Наконец, давление стало настолько большим, что из источника стали вытягиваться каналы. Огонь потёк не только по старым, исправляя их, выравнивая и распутывая. Тут же формировались новые. Времени было мало, и я попросил бельчонка не стесняться, а залить огня прям мощно-мощно. Он же сильный, смелый и поможет другу.

От нахлынувшего огня исправление энергетической системы ускорилось, накрывая меня волной болезненных ощущений. Я старался не подавать виду, чтобы не испугать Рыжика.

Энергетическая сетка получилась превосходной! Я от души поблагодарил бельчонка. Он, кстати, подрос, а фигурка стала более детализированной. Ну и хорошо, что ему опыт пошёл на пользу.

— Постой на стрёме, — попросил я его, и он, конечно же, меня не понял. — Ну там матушка должна вернуться, предупреди меня?

Бельчонок кивнул и убежал в алтарный зал. Первый шаг сделан. Поехали дальше, я снова погрузился в медитацию и нащупал стихию Земли, она уже попыталась повторить форму бельчонка. Не получилось. Я погладил сыпучий комок, постарался утешить. Почему песок? Ааа, текучий. Но ты же другая? Какая? Хм. Прикольно объяснять Земле, какая она.

Я нарисовал в воображении высокую гору. Гору обдували ветра, поливали дожди, её обуял пожар, а она всё стояла. Ага, поняла. Настроение стихии поднялось, она возгордилась собой. Тоже не свойственное ей чувство. Хтонь! Вот я дурак! Земля осознала себя мальчиком! Я впал в ступор. По всему это женская стихия. Но вот нет — мальчик. Ладно, Земеля, разберёмся.

Тогда так! Я представил образ длинного тонкого металлического прута. Вот он уплотнился и заострился, принимая форму меча разящего. Потом меч расправился и образовалась капля, из которой получился человечек.

Сгусток стихийной земли так обрадовался, что ударил меня эмоциями по ментальной связи. Я еле сдержался, чтобы не поморщиться от боли. Я терпеливо наблюдал, пока сгусток пытался обрести форму. Это на долго, я тяжело вздохнул. А мне на следующем этапе нужна Земля.

Ладно, я позвал Воздух и сразу определил пол. Нет, у этого всё нормально, чистая мужская энергия. Интересно, что случилось в истории Земли, что пассивная стихия стала агрессивной.

Воздушный сгусток попытался обрести форму бельчонка и у него это получилось.

— А летать, ты как будешь? — я скептически посмотрел на белку-летягу. — Смотри, птица, жучок, — я представлял в голове образы разных птиц и насекомых и вспомнил Азура. Сердце кольнуло тоской. Как там мой дракончик?

Воздух словил мой образ и сформировал прозрачного дракона. Очень похоже получилось. Он попробовал полетать по пещере, взмахивая крыльями, и даже выпустил из пасти воздушную струю, вместо пламени. Он быстро просёк, что можно менять размер воплощённой формы. Он то раздувал дракона в какого-то мега-монстра, то сжимал его до размеров жучка. И с каждым разом детализация только улучшалась. Чешуйки, глаза, моторика движений. Я искренне порадовался за него.

Вдруг я ощутил чьё-то прикосновение под водой. Я дёрнулся и улыбнулся. Вода устала ждать и попробовала обрести форму самостоятельно. Я погрузился в транс и сконцентрировался на воде в бассейне. Хтонь! Так это живая вода!

Я проследил за тем, как вода проникает в моё тело, насыщает его энергией и мягко очищает. Да, очищение это как раз то, что я хотел. Тело-то хилое, и по-хорошему, прежде чем наращивать физическую форму, его надо подготовить к нагрузкам. Лепить будущего мага надо было раньше, а не в 15 лет.

Стихия Воды пыталась воплотиться в девушку. Пока она напоминала человека только формой. Две руки и две ноги, и что-то подобие головы. Я подбодрил стихию.

В купальню ворвался Рыжик.

— Шухер, ребята, прячьтесь, — скомандовал я. — Маменька идёт.

Бельчонок нырнул в огонь, девушка ушла под воду, дракон сжался до размеров ногтя, а Земеля принял форму чаши для питья и остался на краю бассейна.

По алтарному залу раздавался гулкий перекат, и вскоре в помещение въехала большая тележка, заставленная подносами с едой. Шлейфом тянулся дурманящий аромат жареной рыбы, сладкой выпечки и чего-то сырного. Живот откликнулся звонкой тирадой. Матушка подвезла тележку к краю купальни и принялась выставлять тарелки прямо на пол.

Я перебрался к бортику, тут было комфортно сидеть и есть. Матушка с умилением смотрела, как я набросился на еду.

— Ешь, Ванюша, я распорядилась ещё приготовить, — она ласково погладила меня по грязным волосам.

Под непрерывный бубнёж матушки я прикончил рыбу с рисом и овощами, добрался до пирога с капустой и принялся за картошку с грибами. Я направлял пищу сначала на укрепление костей, потом на строительство мышц, стараясь равномерно распределять их по всему телу.

К выбору блюд у меня были вопросы. Зачем она притащила мне макароны с сыром? Ну да, ну да… Ванюша их любил.

Матушка рассказывала последние сплетни, взяла Земелю, изображавшую чашу, зачерпнула воды из бассейна и передала мне.

— Ты пей, пей живую водицу, — приговаривала она, — не зря же отец тебе тут чашу оставил.

Ну я и выпил. Хтонь! Тело изнутри обожгло огнём, а вода вокруг меня стала насыщаться чёрным зловонием. Гадость выходила из меня изо всех пор.Пока отец нёс меня ко дворцу, матушка ревностно ощупывала тело, сквозь грязную и мокрую пижаму.

— Цел? — она не успокоилась и продолжила выискивать у меня кровоточащие раны.

И скоро ей повезло. На затылке она обнаружила здоровенную шишку: об алтарь я ударился знатно. Несколько смачных синяков я заработал, стукнувшись о каменистое дно ручья. И напоследок она отыскала крошечные царапины на ступнях.

— Давай уложим его в купель? — она с надеждой посмотрела на отца.

— Конечно, дорогая, — согласился тот. Подозреваю, что он и так туда меня нёс — я же теперь драгоценный вклад в силу рода, хтонь.

А вообще купель — это хорошо. Это очень хорошо. По оговоркам это одна из тайн рода Раковых, и скоро я с ней познакомлюсь, хех.

— Ты зачем сбежал? — набросилась на меня наседка, попутно высушивая на мне одежду.

Я демонстративно застонал, отец тут же просканировал меня и усмехнулся.

— Оставь свои нотации на потом, Галя, — мягко попросил он императрицу и незаметно подмигнул мне.

Ну давай, папаша, давай, налаживай отношения с сыном, которым ты пренебрегал долгие годы, рак тебе в помощь, я отвернулся и посмотрел на дворец.

Огромный белокаменный, он стоял в центре острова и представлял из себя букву «Х», заваленную на бок. В самом центре величественно возвышалось основное здание округлой формы. Парадное лицо, которое демонстрировали Раковы аристократической братии. В большом тронном зале на первом этаже устраивали самые значимые приёмы. Зала Совета и пафосные переговорные располагались на втором, парадные кабинеты старших братьев шли этажом выше. Кабинет императора располагался на последнем этаже и являлся верхней точкой всего дворца.

Ванюшу всегда восторгала прозрачная купольная крыша, хотя и был-то он у отца всего один раз, когда его определяли в Академию наследников. Император прочитал тогда целую лекцию бла-бла-бла о том, как должен себя вести царевич в Академии и чем заниматься помимо учёбы. Сдаётся мне, что отец собирался разыграть пацана в тёмную в своих политических играх.

Четыре сооружения, расходящиеся буквой «Х» от центрального здания, были жилые, но это не помешало строителям закончить конструкции высокими парапетами с бойницами. В конце каждого крыла располагались круглые башни различного назначения. Они были ниже императорского купола, ибо негоже заслонять вид из окна государя. Отец из своего кабинета мог по верху быстро и скрытно добраться до любой из конечностей дворца. Хотя по мне так это замок, тут тебе башни и бойницы.

Дальнее правое крыло от входа было женским, дальнее левое — мужским. Ближайшее левое крыло было гостевым, а в правое отжал себе старинный род Дымовых, слуги рода. Лечебница располагалась на третьем этаже. Но отец прошёл мимо парадного лифта, и направился к лестнице.

Пока мы спускались матушка не затыкалась ни на минуту, охая и ахая по поводу того, как я мог додуматься до того, чтобы пойти ночью в алтарный зал, ведь я мог умереть. Потом она перешла на личности, в смысле на себя, что я её совсем не берегу и думаю только о себе. Закончила она тем, что мой дядька не уследил и ему надо выдать плетей. Не знал, что существует такая мера наказания. Я стойко молчал и даже не попытался отключить себе слух. Даже из нытья можно вынести ценную информацию.

Мы спустились до самого низа, справа от входа в алтарный зал была выдолблена ладонь, отец приложил туда руку. Понятно, вход по крови. А вот когда Ванюша спускался ночью, дверь была открыта. Почему меня никто не спрашивает, как я попал внутрь? Хотя если вход по крови, то паренёк мог запросто пройти, если б знал как. Ванечка даже не догадывался о таких сложностях. Кто-то очень предусмотрительный ловко разыграл карту «убери лишнего брата». И ведь у него всё получилось. Получилось бы, если бы не я.

Ситуация из просто не-хочу-быть-императором, стала превращаться в опасную для жизни. Если кто-то хотел избавиться от 13-го царевича, потому что подвернулась возможность, то универсал — это реальная угроза. Тем более этот тупой Алтарь объявил о своём решении во всеуслышание. Очень недальновидное заявление. Может души, превращаясь в призраков, глупеют? Или это объединённое сознание так на них действует?

Сколько у меня вообще живых братьев? Гении Борис и Василий, правильный Николай и нудятина Михаил. А, есть еще художник Фёдор, который не живёт во дворце, его, пожалуй, можно вычеркнуть из списка подозреваемых. Ну и Владимир, который управляет Дальним Востоком, вряд ли участвовал в убийстве Ивана. Ещё есть два старших брата: Пётр и Александр, но им в силу возраста уже вряд ли грозит престол. Одному больше ста, а другому под девяносто.

У Раковых не принято выбирать старых наследников, то же правило — чем дольше император у власти, тем надёжнее позиция императорского рода. Хотя, первый император Иван Первый Великий прожил аж 375 лет, так что и столетних братьев, пожалуй, рано списывать со счетов.

Под матушкино бу-бу-бу мы прошли мимо алтарного камня и направились вглубь помещения. По мере нашего продвижения на каменных постаментах загорался огонь.

— Ааа, — истерично завопил я и зарылся в могучую грудь императора, чуть ли не залезая ему под китель.

Отец дёрнулся, а мать подхватила ор, но потом опомнилась и заозиралась.

— Что случилось, сыночка? — она нервно погладила меня по голове, не прекращая опасливо оглядываться по сторонам.

— Там призраки, — еле слышно прошептал я.

— Это же наши предки, — опешил отец. — Ты их уже видел.

— Они меня напугали ночью, — пожаловался я, не вылезая из подмышки.

— Как они тебя напугали, золотце? — матушка успокоилась окончательно и злобно уставилась на предков, которые обступили нас и недоуменно переглядывались.

— Они говорили страшные вещи, — я с ужасом посмотрел на императрицу.

— Какие? — голос отца прозвучал подозрительно, он почуял подвох.

— Они… они… ск-к-казали, — я даже стал заикаться, стараясь не смотреть в сторону призраков, — они ск-к-казали, ч-что я ст-тану, — я вытаращил глаза, — императором.

— Так что же в этом страшного? — не поняла матушка, а отец хмыкнул.

— Как что? — я даже перестал притворяться, укоризненно посмотрев на мать. — Они же нарисовали на моей спине большую жирную мишень.

Отец тяжело вздохнул и поставил меня на ноги.

— Иван, — он взял меня за плечи и поймал мой взгляд, — неужели, ты думаешь, что после того, как все узнают, что у нас появился универсал, кто-то будет сомневаться в личности будущего императора?

Вообще-то, Ванюша был глуповат, чтобы о таком размышлять. И я выпучил глаза от страха.

— Так они специально! — я обвиняюще ткнул в призраков пальцем. — Можно же было сохранить это в тайне.

— Как же это, — засуетилась матушка, — все должны знать, что род Раковых велик и могуч.

В смысле, что это она родила универсала, я мысленно хмыкнул. Чем дальше, тем больше мне хотелось слинять от этой семейки. Видимо что-то такое мелькнуло на моём лице, раз император нахмурился.

— Это не получится скрыть, Иван. Тебя надо обучать, — он сурово посмотрел на мать. — Галечка, сходи, принеси мальчику покушать, да побольше.

Матушка суетливо удалилась, а призраки наоборот двинулись ближе.

— Это судьба, — на полном серьёзе заявил батя. Ууу, сколько у него тараканов.

Я скептически осмотрел сгрудившихся вокруг меня мужчин.

— Я знаю, что вы знаете, — я хмуро посмотрел на предков. — Поэтому не надо мне заливать про клятву. Или честность и открытость внутри семьи не про род Раковых?

Император подозрительно всматривался в виноватые лица призраков. Он понял, что они недоговаривают. Но это ж Алтарь рода! Он в праве творить любую дичь. Раз они что-то скрывают, значит так надо. Я пренебрежительно фыркнул.

— Отец, — я посмотрел ему прямо в глаза, — когда я ночью спустился в зал, дверь была открыта. Подумай об этом, — я демонстративно скрестил руки на груди.

— Идём, — буркнул император, проходя сквозь полупрозрачные фигуры.

Я показал мужикам язык и двинулся следом.

Мы остановились перед скалой. Свет огней едва доставал до сюда. Отец приложил большой палец в еле заметную выемку на стене. Участок скалы вдавился внутрь, а потом отошёл в сторону.

— Иван II был великим магом земли, — он показал рукой на слегка полноватого предка в шелковых просторных одеждах преимущественно красного и синего цветов. Его отличала борода лопатой и мощный топор на поясе. Старик приветственно кивнул нам. — Он и построил этот остров, замок и систему пещер под ним. Надо заделать трещину, через которую ты вышел на берег, а у меня нет магии земли, — император сокрушённо вздохнул.

— Так у Николая вторая стихия — земля, и он сильный маг, — я искренне недоумевал. — Почему он не… — и тут до меня дошло. — Никто не знает?!

Император давил меня суровым взглядом.

— И ты никому не рассказывай, — строго предупредил отец. — Галя знает, потому что мы пытались спасти в купели Славия, когда тот прошёл инициализацию раньше времени.

— Отец, тебе не кажется странным, что ситуация повторилась? — я попытался подкормить его тараканов.

Батюшка не ответил, лишь подтолкнул меня вперёд.

Как только я шагнул внутрь, по контуру помещения в специальных пазах загорелся огонь, краем глаза я заметил огненного бельчонка, который спрятался в языках пламени и подглядывал за нами.

Купальня внушала! В полу был выдолблен многоуровневый бассейн из белого камня. Сверху небольшим водопадом стекала изумительно белая вода. Падая, она расходилась кругами. По краям основной чаши были расположены более маленькие, какие глубокие, а какие совсем мелкие. В некоторых вода бурлила, а от других исходил пар.

Камень вокруг купальни был горячим, и идти по нему босыми ногами было одно удовольствие.

Император меня подвёл к чаше, где на дне было выдолблено ложе.

— Раздевайся и ложись, — он подождал пока я лягу. — Вода сделает всё сама. Ты, извини, Ваня, но мне надо идти. А то появится слишком много вопросов, где я, где ты, — он деланно вздохнул. — Пойду врать в стиле Раковых.

— Это как? — не удержался я от вопроса. Батя жжёт.

— Не договаривать, утаивать, поворачивать выгодной стороной и приукрашивать, — тяжело вздохнул император. — Фантазия, наше всё, да, сынок? — подколол он меня напоследок и ушёл.

Я слышал, как он о чём-то переговорил с предками, а потом звук его шагов удалился.

— Рыжик, — тихо позвал я.

Бельчонок метнулся ко мне и застыл на крае бассейна.

— Поможешь? — я протянул ему руку, и он запрыгнул на неё.

Действовать надо быстро, матушка должна вернуться с едой. Я погрузился в транс. Все стихии кружились рядом, я мысленно приласкал их. С огненным бельчонком я стал единым целым. К сожалению, без его помощи провернуть такой фокус у меня не получится. Я слишком слаб, тело немощно, любое усилие способно опять превратить источник в решето.

Я попрыгал вместе с Рыжиком по руке, а потом ринулся прямо в источник. Мы стали расти, увеличиваясь в размерах. Сначала заполнился сам источник. Огонь уплотнялся, сжимаясь всё больше и больше, заодно я укрепил стенки. Наконец, давление стало настолько большим, что из источника стали вытягиваться каналы. Огонь потёк не только по старым, исправляя их, выравнивая и распутывая. Тут же формировались новые. Времени было мало, и я попросил бельчонка не стесняться, а залить огня прям мощно-мощно. Он же сильный, смелый и поможет другу.

От нахлынувшего огня исправление энергетической системы ускорилось, накрывая меня волной болезненных ощущений. Я старался не подавать виду, чтобы не испугать Рыжика.

Энергетическая сетка получилась превосходной! Я от души поблагодарил бельчонка. Он, кстати, подрос, а фигурка стала более детализированной. Ну и хорошо, что ему опыт пошёл на пользу.

— Постой на стрёме, — попросил я его, и он, конечно же, меня не понял. — Ну там матушка должна вернуться, предупреди меня?

Бельчонок кивнул и убежал в алтарный зал. Первый шаг сделан. Поехали дальше, я снова погрузился в медитацию и нащупал стихию Земли, она уже попыталась повторить форму бельчонка. Не получилось. Я погладил сыпучий комок, постарался утешить. Почему песок? Ааа, текучий. Но ты же другая? Какая? Хм. Прикольно объяснять Земле, какая она.

Я нарисовал в воображении высокую гору. Гору обдували ветра, поливали дожди, её обуял пожар, а она всё стояла. Ага, поняла. Настроение стихии поднялось, она возгордилась собой. Тоже не свойственное ей чувство. Хтонь! Вот я дурак! Земля осознала себя мальчиком! Я впал в ступор. По всему это женская стихия. Но вот нет — мальчик. Ладно, Земеля, разберёмся.

Тогда так! Я представил образ длинного тонкого металлического прута. Вот он уплотнился и заострился, принимая форму меча разящего. Потом меч расправился и образовалась капля, из которой получился человечек.

Сгусток стихийной земли так обрадовался, что ударил меня эмоциями по ментальной связи. Я еле сдержался, чтобы не поморщиться от боли. Я терпеливо наблюдал, пока сгусток пытался обрести форму. Это на долго, я тяжело вздохнул. А мне на следующем этапе нужна Земля.

Ладно, я позвал Воздух и сразу определил пол. Нет, у этого всё нормально, чистая мужская энергия. Интересно, что случилось в истории Земли, что пассивная стихия стала агрессивной.

Воздушный сгусток попытался обрести форму бельчонка и у него это получилось.

— А летать, ты как будешь? — я скептически посмотрел на белку-летягу. — Смотри, птица, жучок, — я представлял в голове образы разных птиц и насекомых и вспомнил Азура. Сердце кольнуло тоской. Как там мой дракончик?

Воздух словил мой образ и сформировал прозрачного дракона. Очень похоже получилось. Он попробовал полетать по пещере, взмахивая крыльями, и даже выпустил из пасти воздушную струю, вместо пламени. Он быстро просёк, что можно менять размер воплощённой формы. Он то раздувал дракона в какого-то мега-монстра, то сжимал его до размеров жучка. И с каждым разом детализация только улучшалась. Чешуйки, глаза, моторика движений. Я искренне порадовался за него.

Вдруг я ощутил чьё-то прикосновение под водой. Я дёрнулся и улыбнулся. Вода устала ждать и попробовала обрести форму самостоятельно. Я погрузился в транс и сконцентрировался на воде в бассейне. Хтонь! Так это живая вода!

Я проследил за тем, как вода проникает в моё тело, насыщает его энергией и мягко очищает. Да, очищение это как раз то, что я хотел. Тело-то хилое, и по-хорошему, прежде чем наращивать физическую форму, его надо подготовить к нагрузкам. Лепить будущего мага надо было раньше, а не в 15 лет.

Стихия Воды пыталась воплотиться в девушку. Пока она напоминала человека только формой. Две руки и две ноги, и что-то подобие головы. Я подбодрил стихию.

В купальню ворвался Рыжик.

— Шухер, ребята, прячьтесь, — скомандовал я. — Маменька идёт.

Бельчонок нырнул в огонь, девушка ушла под воду, дракон сжался до размеров ногтя, а Земеля принял форму чаши для питья и остался на краю бассейна.

По алтарному залу раздавался гулкий перекат, и вскоре в помещение въехала большая тележка, заставленная подносами с едой. Шлейфом тянулся дурманящий аромат жареной рыбы, сладкой выпечки и чего-то сырного. Живот откликнулся звонкой тирадой. Матушка подвезла тележку к краю купальни и принялась выставлять тарелки прямо на пол.

Я перебрался к бортику, тут было комфортно сидеть и есть. Матушка с умилением смотрела, как я набросился на еду.

— Ешь, Ванюша, я распорядилась ещё приготовить, — она ласково погладила меня по грязным волосам.

Под непрерывный бубнёж матушки я прикончил рыбу с рисом и овощами, добрался до пирога с капустой и принялся за картошку с грибами. Я направлял пищу сначала на укрепление костей, потом на строительство мышц, стараясь равномерно распределять их по всему телу.

К выбору блюд у меня были вопросы. Зачем она притащила мне макароны с сыром? Ну да, ну да… Ванюша их любил.

Матушка рассказывала последние сплетни, взяла Земелю, изображавшую чашу, зачерпнула воды из бассейна и передала мне.

— Ты пей, пей живую водицу, — приговаривала она, — не зря же отец тебе тут чашу оставил.

Ну я и выпил. Хтонь! Тело изнутри обожгло огнём, а вода вокруг меня стала насыщаться чёрным зловонием. Гадость выходила из меня изо всех пор.

## Глава 3

Земеля расстарался. Оказалось, он не просто принял форму металлической чаши. Малыш догадался, что стихия Земли мне понадобилась для очищения. Вот и добавил в своё воплощение дополнительные свойства клеточного детокса. А это ж металл! Он очень хорошо программируется. Да вкупе с живой водой… Вот и получился такой умопомрачительный эффект. А малыш-то гений!

Я благодарно погладил чашу, за что заслужил несколько косых взглядов от маманьки. Императрица раскудахталась и забросала меня противоречивыми советами. Пить больше, пить меньше, вылезти из зловонной воды, переплыть в другое место, хорошо хоть, сама не полезла в купальню.

Я взял Земелю и перебрался в основной бассейн с водопадом. Ну не пить же мне грязную воду в самом деле? Я подставил чашу под струи воды. Выпил, налил, снова выпил. Волосы стали липкими и противными от чёрной жижи. Погрузился под воду с головой. Хорошо ещё, что вода от водопада растекалась в разные стороны, и я сидел в относительно чистом месте.

Налил, выпил, нырнул и так по кругу, пока вода вокруг меня не очистилась.

— Туалет там, — матушка догадалась о моих проблемах и показала на неприметный закуток.

Я зайцем выскочил из бассейна и метнулся в указанном направлении. Уфф-ф. А тут хорошо! Я рассматривал уборную, удобно устроившись на белом друге со встроенном подогревом. Большая душевая, тёплый кафель под ногами, полотенца, шампуни, даже халат есть. Интересно, если ходу сюда никому нет, неужели батюшка сам всё сюда носит. Ан нет. Я заметил в углу небольшие раздвижные дверцы: шахта небольшого лифта. Видимо туда он загружает грязное, и оттуда забирает чистое.

Я встал и подошёл посмотреть. Ну точно, внутри была партия свежего белья, полотенца, шампунь. О, даже одежда. Батюшкина. Да он часто сюда ходит, хм.

Пока я мылся, натирая себя мочалкой до красноты, бельчонок рыскал вокруг, изучая пространство.

— Матушка, ты иди, — попросил я. — Я стесняюсь, я тут голый.

Императрица недовольно фыркнула где-то рядом. Неужели стоит в проёме? Дверей тут не было. Интимность обеспечивалась извилистым входом.

— Чтобы всё съел! — пригрозила она. — И не сиди в грязной воде!

Распаренный и довольный я вышел из уборной и получил мощную струю горячего воздуха прямо в лицо, которая чуть не сбила меня с ног. Волосы мгновенно высушились и встали дыбом. На меня смотрел и довольно лыбился огромный прозрачный дракон: он мне помог высохнуть. Спокойствие, Ваня, только спокойствие! Я выдавил из себя благодарную улыбку. Всё-таки, Воздух старался.

— Спасибо, Драко, — я мысленно погладил стихию.

Дракончик уменьшился до размеров бельчонка, и они принялись играть в догонялки. Бассейн уже очистился, и я вернулся в воду. Благодаа-ать!

Я ещё раз выпил воды из водопада, только чтобы убедиться, что из меня ничего не выходит. Искренне поблагодарил стихию Земли за помощь. Теперь надо доделать второй этап прокачки.

Я вернулся на своё ложе и позвал Земелю. Чаша пропала и снова появилась у меня на груди. Похвалил его за скорость: это ж он там развоплотился, а тут мгновенно собрался, причём на чаше появился рисунок рака, приколист. Или это маскировка?

Я попросил Земелю заполнить мой источник Землёй. Он же видел, что делал огонь. Я слился с ним и всё равно не ожидал, что он так резво примется за работу. Всё-таки взаимодействие с юными стихиями — сплошной геморр и требует нечеловеческого терпения.

Когда стихия наполнила источник, мы продолжили вливать энергию, распространяя Землю по всему телу. Энергетическая система — прерогатива огня. А вот физика, органы, мышцы — за всё это отвечала Земля. Когда тело насытилось от макушки до кончиков пальцев, я принялся тщательно изучать состояние организма. Не поленился и скользнул на микроуровень.

Вода вместе с заряженной на очищение чашей отлично поработали. Идеальное состояние тканей, межклеточной жидкости и крови. Разве что, всё это по-прежнему хилое и не годится для мага. Ладно считаем, что первый кирпичик я заложил.

Шишка на голове уже пропала, вслед за синяками. Поры дышали, кожа сверкала, как и зубы. Я удалил волосы в интимных местах, бесят. Подумал и обработал лицо, чтобы не бриться.

Органы работали нормально, но я всё равно запустил регенерацию. Мышц маловато, но хуже то, что капиллярная сетка практически не развита. Как кровь будет приливать к мышцам во время тренировок? Хтонь. Я тяжело вздохнул и вышел из транса.

Расположился в воде перед тарелками с едой. Суп холодный, я разочарованно оглядел блюда. Да тут всё остыло.

— Рыжик! — стоило только позвать, как он тут же оказался рядом. — Подогреешь еду? Только аккуратно, потихонечку, — я вовремя вспомнил про горячий воздух в лицо.

Бельчонок обнял огненными лапками горшок с супом. Хтонь! Супница треснула, и обжигающая жидкость прыснула во все стороны. Рыжик пожал плечами.

— Попробуй тонким слоем снизу? Хотя нет, давай вместе с Земелей, — им же нужно учиться объединять стихии. Я нарисовал в голове горячий каменный диск, специально положил на него воображаемую ладонь, чтобы показать уровень подогрева.

Земеля распластался передо мной каплей, а Рыжик сел сверху. Интересно, он будет остывать, или они продумали этот момент?

Я поставил на диск тарелку с макаронами с сыром. Серьёзно? И это еда для мага? Тьма их всех забери! Рядом разместил блюдо со свиным окороком. Тоже не лучший выбор. Земеля с Рыжиком нарастили диск для ещё одной тарелки, и туда встала пицца. Нет, с маменькой предстоит серьёзный разговор на тему: «Я есть то, что я ем».

Прилетел Драко и отправил картинку, как он накрывает другие тарелки куполом в горячим воздухом. Я показал ему большой палец вверх, рот был занят. Дракончик не понял, пришлось объяснять, что обозначает этот жест.

Большой палец потренировались показывать все. Даже Земеля заменил картинку рака на подогревающем блине оттопыренным пальцем.

Я отправлял всю пищу на строительство разветвлённой капиллярной сетки. В принципе можно было наращивать её естественным путём, но возраст уже не тот. Это надо было сразу приучать пацана к лёгкой атлетике.

— Подглядывать нехорошо, — громко заявил я.

Из стены показалась пара призраков. Я их помнил. Свежий с мобильником и помятый с растрёпанными волосами, который в прошлый раз не сказал ни слова.

— Мы не подглядываем, — улыбнулся прогрессивный призрак. — Мы приглядываем, — и он назидательно поднял палец вверх.

— Точно! Я тебя знаю! Ты — Владимир Красное слово, — после моих слов мужчина еще больше разулыбался. — Верю! Верю! Что ты получил свое прозвище заслуженно! — я пафосно потыкал в него вилкой с наколотыми макаронами.

Лохматый призрак одобрительно хмыкнул то ли мне, то ли своему родственнику. Он подплыл к Драко и попробовал его потрогать. Дракончик цапнул его за руку. Прозрачная рука оторвалась и растаяла в воздухе, а вместо неё выросла новая. Воплощённый воздух обиженно фыркнул, раздулся в огромного монстра и проглотил любопытного императора целиком.

Я принялся за сладкий пирог, когда призрак появился снова, да еще и в компании великого строителя. Иван II приблизился к моему разогревающему блину и чуть ли не ткнулся в него носом.

Тем временем Драко опять сожрал лохматого.

— Отец? — от дверей донёсся грозный голос папани. — Что здесь происходит?

— Мальчик играет со стихиями, — лохматый обогнул императора и снова вернулся в купальню. Он воплощается на алтаре, догадался я. — Не волнуйся, Мишутка, с внуком всё в порядке.

Так этот неопрятный типчик — предыдущий император, Михаил II, первый трёхстихийный маг. Мишутка значит, я хмыкнул.

— Кто ещё тут играет, — я поджал обиженно губы.

Император отпрянул, мимо него пронёсся огненный бельчонок в рыцарских доспехах со шпагой. Слияние Огня и Земли продвигается быстрее, чем я думал, молодцы. Рыжик с разбегу кинулся на Драко, поджигая воздушное тело горящим хвостом. Дракончик уменьшился до размеров бельчонка и принялся маневрировать, используя батюшку в качестве щита.

В какой-то момент они вынырнули из-за спины Михаила III верхом на драконе. Причём на последнем обнаружилось кожаное седло и уздечка. Какой прогресс! Земеля научился комбинировать материалы, да ещё и органику с неорганикой — кожу с металлом. Я громко зааплодировал. Ко мне присоединились водные руки, торчащие из бассейна. С каждым хлопком они окатывали нас с батюшкой новыми брызгами, в результате чего через пару секунд император оказался весь мокрый.

Пролетая мимо отца, Драко обдал того мощной струёй сухого воздуха. Одежда в момент высохла, а волосы встали торчком. Я громко засмеялся тыча пальцем в лохматый призрак. Отец и сын стали похожи друг на друга. Находящиеся тут предки тоже заржали.

— Это же элементали! — наконец выдал император хоть что-то.

— Ууу, — разочарованно протянули призраки, и батя нахмурился. Ну а я что? Я еще маленький, мне откуда знать, элементали это или нет.

— Они прикольные, — засмеялся я, потому что водные руки принялись меня щекотать.

— А кто тогда? — отец обратился за ответом к предкам.

— Ну ты совсем-то уж не тупи, — расстроился лохматый.

— Стихии?

Лохматый сделал рука лицо и удалился.

— Но они же разумны, — он недоуменно переводил взгляд с Ивана II Строителя на Владимира Красное слово.

— Вот именно! — торжественно изрёк добродушный предок в самых старомодных доспехах. — А я говорил, что стихии разумны, только мне никто не верил, за дурочка принимали.

— Вконец заврался, — за ним следом вплыл обвешенный оружием воин. — Ты за косой взгляд в свою сторону казнил направо, налево.

Я откинулся на спину и нырнул на дно. Стихийная девушка кружила рядом. «Я буду звать тебя Капля». Последняя стихия получила от меня имя и бассейн забурлил от источаемого восторга.

Вдруг император прыгнул в купель и потащил меня наружу. Вынырнув, он тщательно ощупал меня и просканировал. А потом ещё и ещё раз. Испугался, что я утонул, что ли? Я недоуменно посмотрел на отца.

— Как?

— Что как?

— Откуда у тебя такие идеальные каналы?

— Не знаю, мы просто играли, — закосил я под дурочка.

— Пора выходить, Иван, — император сходил в душевую и принёс мне полотенце. — Вылезай, — скомандовал он.

— Ну пап! Я ещё посидеть хочу! — заканючил я. Пусть привыкает, вредничать я собираюсь постоянно. Шиш им, а не будущий император!

— Нет! — твёрдо произнёс отец, а потом смягчился: — Ты можешь приходить сюда, когда хочешь.

— Ух ты! — обрадовался я, выскочил из бассейна и с разбегу запрыгнул на императора. — Спасибо, папочка! — словив мой посыл, Драко подтолкнул батюшку в спину, и мы вместе повалились в воду. Шаловливые ручки Капли принялись щекотать сурового отца.

Из купальни мы выползли через два часа. Усталые и довольные. У меня глаза слипались. Когда мы вышли из алтарного зала, отец передал меня на руки дядьки. Олег завернул меня в одеяло и подхватил на руки. Где-то по пути в свою комнату я и заснул.

— Иван Михайлович, Иван Михайлович, — доносился до меня мягкий голос дядьки, — пора вставать.

— Скоо-олько-о время? — я широко зевнул и открыл глаза. Вставать не хотелось от слова совсем. Телу требовался отдых. Я скользнул в транс. Ну да, ну да, мне бы еще сутки поспать, чтобы все нововведения устаканились. Я ведь ещё не всё прокачал.

— Семь часов, Иван Михайлович, — дядька попытался стянуть с меня одеяло.

— Так рано ещё! — от возмущения я даже проснулся.

— Михаил Михайлович велели вам прибыть на завтрак, — ловко перевёл стрелки Олежек.

— Ска-ажии, что буду-у-ующий импера-а-атор спать изво-олит, — я протяжно зевнул и вырубился. Теперь точно не разбудят, я специально вогнал себя в глубокий восстановительный сон.

Проснулся самостоятельно и побрёл в уборную. Скромненько тут так, ванная чаша совсем маленькая. Ванюшу явно не баловали. Я вернулся в спальню и пристально оглядел окружающую обстановку. Комната не сказать, что большая, а могли бы выделить две. Одна гостиная, другая спальня. Где мне гостей принимать? Я порылся в памяти пацана, не сказать, чтобы у него друзей было много, да и с кем тут общаться?

Из сверстников разве что Кирилл подходил по возрасту, ему тоже 15. Они должны вместе пойти осенью учиться в Академию наследников. Когда им сообщили столь очевидный факт, Кирилл брезгливо поморщился. Сын гения Василия Михайловича и малохольный Ванюша.

Стоп! А почему собственно убить Ивана не могли внуки императора? Список подозреваемых только что резко расширился.

Я ещё раз осмотрелся. Даже кровать полуторная. Стол скромный, ну хоть древесина качественная. Потрёпанное кресло, да и мебель не новая. Странные обои. Хтонь! Это рисунок водорослей. Тот кто делал ремонт для Ванюши сделал всё, чтобы взрастить недалёкого паренька. Надеюсь, это маманька. Потому что, если это кто-то другой, то он слишком хитёр и играет в долгую.

Вокруг меня проявились стихии.

— И вам доброе утро, — я искренне обрадовался малышам. — Так! Никому не показываться на глаза, развиваем скрытность и незаметность. Ну отцу можно, с которым мы в бассейне играли.

Дракоша стал еле заметен, Рыжик уменьшился до размеров искры, Капля и правда стала каплей и зависла рядом. Земеля обернулся пуговицей с рисунком рака и упал на пол. Я показал палец вверх, и меня чуть с ног не сбило от стихийной радости. Хтонь!

Я посмотрел на часы с клешнями рака вместо стрелок. Шесть утра. Подошёл к окну. Перед казармой гвардейцы вышли на утреннюю тренировку. Я скользнул в транс. Рановато мне давать физическую нагрузку, надо закончить подготовку тела. Я вернулся на кровать, разлёгся поверх одеяла и позвал Драко.

Схему он уже знал, слияние и наполнение тела стихией Воздуха. Что ж посмотрим, что у меня с нервной системой. Я вздохнул, ожидаемая картина. Кто-то явно пытался сделать из Ванюши неврастеника. По-хорошему тут всё переделывать. Я сразу перешёл на микроуровень, чтобы потом не латать тонкие нити. Постепенно. Начал с головного мозга, перешёл к спинному, подключил источник и принялся кропотливо выстраивать мелкую сеть. Порванные нервы я утилизировал, направляя высвобождаемую энергию на строительство новых связей. Сил физических и моральных ушло много, живот намертво прилип к спине.

— Иван Михайлович, — дядька тряс меня за плечо.

— Шо! Опять? — я резко сел и вылупился на Олега.

— Иван Михайлович, вы весь потный, простыни грязные и запах, — обозначил нянька проблему. — Что-то случилось? — в духе продвинутого мозгоправа спросил он.

— Мне приснился кошмар, — я вздрогнул.

— Какой кошмар? — вкрадчиво поинтересовался новоявленный шпион отца.

— Жуткий, — я перешёл на зловещий шепот. — Там было темно, горели факелы, страшные призраки приговорили меня…

— К смерти?

— Если бы, — я сокрушённо вздохнул, — разными голосами они говорили ужасные вещи… я стану 13-м императором, — я спрятался под одеяло. Фууу, ну и воняет. Я резко бросился в уборную и намывался не менее часа, прежде чем вышел.

Окно было распахнуто настежь. Пол вымыт, новая постель с красными раками застелена, а на кровати лежал новенький парадный китель. Проигнорировав его, я открыл скромный шкаф. Дверь противно скрипнула. Что тут у нас? О! Отличненько, хех.

— Иван Михайлович, это же самый поношенный костюм! — возмутился дядька.

— Олег Ратигорович! — я строго посмотрел на воспитателя. — Раз костюм висит в шкафу, значит он вполне пригоден для носки, — сказал, как отрезал.

Вонял костюм пылью и был изъеден молью в нескольких местах. К нему нашлась залатанная рубашка и туфли с облупленными носками. Я аккуратно причесал волосы и затянул в хвост резинкой с распустившимися нитями.

Завтракать семья предпочитала в столовой на мужской половине. Далеко идти не пришлось. Моя комната тоже находилась на втором этаже, в самом углу.

Слуга почтительно отворил передо мной дверь. Похоже я последний, хех.

## Глава 4

За завтраком обычно собиралась вся семья, по крайней мере те, кто жил при дворце. В просторной столовой был накрыт стол в форме бублика. Заявлялось, что круглая форма способствует раскрепощённому общению. По факту все садились группками по интересам.

Места подле императора занимали старшие сыновья. Очевидно, что чем ближе к телу императора, тем почётней позиция. Справа от отца сидел финансист, а слева СБшник. Через одного Николай, занимающийся шпионскими играми, и с другой стороны душный Михаил, курирующий образование. Ну а далее, рядом с Николаем было место Ванюши, а напротив размещались гении, которые тоже редко выползали на завтрак. Вот и сейчас их не было. Они творили! Под это у них были оборудованы лаборатории при дворце.

Старшие братья вечно обсуждали текущие проблемы, перетягивая внимание императора то в одну, то в другую сторону. Моему предшественнику было пофиг, а меня такое поведение раздражало. Не время и не место.

Трапеза — это интимное таинство! Она требует доброжелательной атмосферы и позитивных эмоций. Еду разделяют только с самыми близкими, доверенными лицами. Не удивительно, что Ванюша предпочитал вкушать в одиночестве. Завтракать с родственниками, всё равно, что ядом травиться: весь день насмарку.

Бывшие жёны и императрица сидели все вместе. Кроме моей матушки у отца были три бывшие императрицы, а ныне Великие княжны.

По заведённому порядку император женился и старательно делал детей, а когда жена достигала определённого возраста, разводился и заводил свежую. Ибо юная дева даст лучшее потомство, чем старая. И ни разу не по любви. Моя матушка, например, была из рода Карповых. Явно брак по расчёту. Карповы были матёрыми монополистами в речных перевозках. А вот матушка гениев Бориса и Василия, Алла Вадимовна, воздушница, была из рода Носовых. Император явно рассчитывал получить перспективное потомство и не прогадал.

Древний род Носовых гордился своими умниками. Мой личный учитель был главой рода, и достался он мне не из-за сильной заботы о юных мозгах. Он перешёл мне по наследству, от старших братьев. Старичок был немолод, но хорош. Рассказывал интересно, умел увлечь предметом. Благодаря ему, Ванюша любил учиться и с удовольствием просиживал штаны в пыльной библиотеке.

Самой красивой Великой княгиней была Ирина Дамировна из рода Жуковых, тоже воздушница. Ладная, спортивная, с приятными округлостями и осиной талией. Она увлекалась пилатесом, йогой и другой хернёй. Даже её незатейливая простота являлась преимуществом, она вливала свежую струю ветра в затхлые интриги своих соперниц. Рядом с ней Михаил III расправлял плечи и чувствовал себя настоящим самцом.

Глава рода Жуковых был главным имперским магом, тот ещё жук. Одно то, что он отжал себе башню на женской половине дворца, о многом говорило. А ведь там должен был быть кабинет императрицы. Но нет, теперь это Башня мага, вот так с большой буквы. А императриц всё равно много и всем не угодишь. Они теперь на одном этаже грызутся за первенство в постели отца.

От Ирочки Дамировны папаня разжился двумя сыновьями. Фёдор стал художником и съехал в город. Ещё бы, ведь в столице у него все шансы реализовать свой творческий потенциал. Там публика, выставки, поклонницы, в смысле охотницы на царевичей. В общем развлекается молодой мужчина, как может.

Второй сын Михаил, отличался на редкость нудным характером. Вечно ходил с папкой с документами. Вот и сейчас он достал бумажку и тыкал ею в Петра — наверняка, бюджет пилят.

Самая возрастная бывшая и оттого, наверное, выглядящая лучше всех — Мария Сергеевна, матушка Николая. Это у неё сын Олег погиб во время инициализации. Вот она выглядела, как настоящая императрица, всегда элегантная, сдержанная и показательно добрая к своим поданным. У неё даже был свой кабинет в имперской канцелярии в городе, где она вела приём страждущих.

Её род не отличался ни статусом, ни влиянием, зато сама Мария Сергеевна была сильной магиней земли. И тут расчёт папеньки оправдался. Николай был на голову сильнее всех своих братьев. Он, правда, этим не кичился и не выпячивал грудь вперёд. Хотя кто его знает, с его-то шпиономанией, может, он своих тараканов маскирует под трудолюбивых пчёл.

В моём списке подозреваемых он был на втором месте, сразу после СБшника Александра. У них у обоих была отличная возможность обеспечить свободный доступ Ванюши к Алтарю. Убрать дядьку и слуг с его пути, открыть дверь в зал, да и самого его подтолкнуть в нужном направлении. Не зря же именно Николай разглагольствовал о ранней инициализации с Михаилом через весь стол, чтобы все слышали.

Вот и сейчас, при моём появлении Николай доброжелательно улыбнулся, а Александр подозрительно прищурился. Остальные братья даже не заметили моего прихода.

Обычно на завтрак собирался ещё молодняк, подростки от 15 до 18, учащиеся в Академии наследников. Но сейчас их места пустовали. Юные княгини и княжичи разъехались в теплые края на каникулы.

Ванюша вообще никогда не покидал дворец. Он находился на домашнем обучении, хотя остальные дети были пристроены по учебным заведениям с малых лет.

Старшие братья не стремились обзаводиться жёнами. Это только у императора была прерогатива разводиться и снова жениться. Остальные были обязаны иметь одну женщину раз и навсегда. Поэтому аристократия элегантно обходила закон, заводя любовниц. Детей они потом признавали и принимали в род. Тем самым они участвовали в гонке магов. Всем хотелось заполучить трёхстихийника. Не вышло с этой магиней, попробуем скрестить гены с другой.

На моё появление практически всем было плевать. Ваня редко выходил к столу, предпочитая трапезничать у себя в комнате. Только батюшка тщательно высматривал реакцию, выискивая гнилое семя. С ним всё ясно, закинул червячка и ждёт поклёва. Я быстро нашёл глазами мать.

Императрица сидела и о чём-то мечтала, глядя в окно. Женщина явно прихорашивалась перед завтраком. Элегантное платье с белым воротничком выгодно подчёркивало грудь. Волосы уложены хитрым образом, дорогие заколки и украшения.

Я быстро приблизился к императрице, обнял её сзади за плечи и поцеловал в щёку.

— Матушка, вы сегодня чудо как хороши, — ласково прошептал я громким шепотом.

— Ванюша? — встрепенулась мать. — Как поспал? Мы с батюшкой так беспокоились за тебя. Целый день вчера провалялся. Что это? — она резко отпрянула. — Что на тебе надето? Я же прислала тебе костюм.

— Матушка, право дело, надевать парадный костюм на завтрак? — я покачал головой. Александр скривился, поскольку он как раз был одет с иголочки в свой лучший костюм. — Дамы, — я учтиво поклонился брезгливо осматривающим меня великим княгиням. — Господа, отец, — лёгкий поклон мужской половине стола. Впрочем обошлось без ответной реакции с какой-либо стороны.

Я осмотрел стол и с шумом вдохнул ароматы жаренного мяса, кофе и яичницы. Дамы показательно без аппетита ковыряли молочную кашу, то и дело бросая жадные взгляды в мужские тарелки. Думаю, по возвращению на женскую половину их ждёт второй, уже нормальный завтрак.

— Есть хочу, — я потёр ручки и подошёл к своему месту.

Мне полагалось сидеть между всеобщем любимчиком Николаем и его матерью Марией Сергеевной. Она обычно подкладывала Ванечке вкусности. Вредные, конечно же, сахар, жир… Будет на третьем месте моего списка — добренькая Мария. Почему меня посадили внутрь этой благостной семейки, а не рядом с любящей маменькой?

Я осмотрел предлагаемый набор блюд и в изумлении приподнял бровь, демонстративно повернулся и занял другое свободное место, которое, ну надо же, оказалось напротив императора. Соседние места пустовали.

Батюшка хмуро смотрел на меня. Что? Раньше не обращал внимания в чём ходит лишний сын? Вполне возможно, мне и одежда перешла по наследству от старших братьев. Она была явно с чужого плеча.

Слуга шустро разложил столовые приборы и переставил мне макароны с сыром, чай и кусок шоколадного торта. Изящные золотые приборы были с серебряными вкраплениями. Дорогие фарфоровые тарелки, ну надо же, с рисунком рака в короне. Когда Ванюше накрывали в его комнате, то столовые приборы были самые простые, как и старые тарелки.

Я повернулся к немолодому слуге и ласково улыбнулся.

— Милейший, подскажите, пожалуйста, кто распорядился подать мне вот это вот всё? — я небрежно указал рукой на свой завтрак.

— Её Императорское Величество Галина Дмитриевна, — проблеял мужик, побледнев, как мел.

Я укоризненно посмотрел на матушку.

— Захотелось тебя побаловать, — маменька довольно улыбнулась, не заметив существования проблемы. Неужели, Карповы были настолько нужны папеньке? — Твоё любимое. Кушай, сыночка, — ласково добавила яжмать.

— Милейший, — я развернулся к слуге, — принесите мне нормальной еды, — слово «нормальной» я произнёс с нажимом.

По знаку слуги девушки шустро забрали макароны и чай с тортиком. Последний Великие княгини проводили жадным взглядом, пока матушка мечтательно смотрела вдаль. В отличии от других она почти съела всю кашу.

Я откинулся на спинку стула и оглядел родственников. Похоже, батюшка предпочёл скрыть происшествие. Ловит на живца? Я мельком взглянул на него — он хмуро выслушивал Петра, стараясь не сильно косить в мою сторону.

Пока меня искали, весь дворец стоял на ушах… Значит существует какая-то версия происшествия. Сказал, что Ванюша чудил и пытался сбежать из дворца? А мог и вообще ничего не говорить, не царское это дело, объяснять другим что-либо.

— Иван, объясни, будь добр, почему ты решил сбежать из дворца? — строгий голос принадлежал Александру. Логично, что СБшник интересуется будущими потенциальными проблемами императорской семейки. Или он мне в следующий раз предоставит зелёный коридор и помашет ручкой?

— Я тоже на море хочу, — я насупился и поджал губы.

Мой ответ удивил всех, даже императора. А вот Николай напрягся. Ещё бы, он сделал вброс информации про раннюю инициализацию, а глупенький Ванечка мечтает о полноценных каникулах.

— Я читал, что там тепло, и море такое ласковое, — я мечтательно закатил глаза. — На волнах можно кататься и лежать. Я видел ролики в сети.

— Ванечка? У тебя появился планшет? Это же очень вредно, испортишь глазки! — встрепенулась маменька, задела рукой тарелку с остатками каши, отчего та улетела в дырку от бублика, в смысле в центр стола. — Ты и так слишком много читаешь и мало гуляешь!

— Ты бы мог попросить, зачем сбегать? — вопрос напрашивался сам собой, и задал его Николай, тем самым подставляя других братьев.

Пётр и так на мне экономил, а тут еще отпуск для цесаревича, это ж такие траты… ууу… Мне же придётся весь гардероб обновлять, на людях в обносках не походишь. Да и Александру выгодно держать проблемного братишку под боком.

— Вы бы всё равно не разрешили, — я хлюпнул носом, — вы меня никуда не пускаете.

— Ванечка, солнышко, давай вместе съездим? — вдруг предложила Мария Сергеевна. Пожалуй, стоит передвинуть её на второе место в списке подозреваемых.

— Правда? — я недоверчиво посмотрел на Великую княгиню. Бывшие женщины императора предпочитали не покидать дворец, дабы не давать соперницам шанс сблизиться с императором. — И вы бросите ради меня батеньку?

По лицу Марии Сергеевны пробежала тень.

— Мы поедем все вместе, да девочки? — она с энтузиазмом оглядела присутствующих. — Мы так давно никуда не выбирались, позагораем, накупаемся.

Император едва заметно усмехнулся. Разговор переключился на тему отдыха. Лето на Рыбинском водохранилище никогда не было особо жарким. Температура воздуха редко поднималась выше 24-х градусов, а воды так и вообще больше 20-ти ожидать не приходилось. Поэтому и ехал императорский молодняк на моря. За пределы Российской империи понятное дело их никто не пустит, но и тёплого побережья хватало.

После Великой эпидемии Иван Великий сумел объединить под собой обширные земли от Тихого до Атлантического океана. На юге он ограничил территорию горами. Так что укатили скорее всего княжичи на тёплое Средиземное море. Один из Великих князей организовал на полуострове закрытый курорт только для императорской семьи. Попасть туда другим аристократическим семьям считалось великой честью.

Я молча сидел, дамы планировали внезапный отдых, а братья вернулись к делам, привлекая к разговору отца. Наконец, появился слуга с подносом и принялся расставлять передо мной тарелки.

Каша с мясом под острым соусом, уже хорошо. Простой овощной салат с маслом, отлично. Травяной отвар с лимоном, просто замечательно. Я вдохнул аромат трав. Бодрящий, то, что надо для начала активного дня.

Я прикончил салат и быстро съел кашу. Когда я принялся за отвар, слуга выставил передо мной добавку. Губы сами собой растянулись в довольной улыбке.

Третью порцию я доедал в полном одиночестве, если не считать матушку, снова зависшую в своих мыслях.

На выходе из столовой меня дожидался тот же немолодой слуга. Он был доволен, что исправил ситуацию. Не удивлюсь, если у него на подходе была четвёртая добавка. Я бы сильно расстроился, если бы повар не понял намёка. Надеюсь и столовые приборы мне теперь приносить будут нормальные, в смысле золотые.

— Ваше Высочество, вас ожидает Его Императорское Величество, — слуга низко поклонился. — Позвольте я вас провожу?

Слуга повёл меня окольными путями. Видимо батюшка не желал афишировать наш разговор. Мы скрылись за одной из ниш, а потом по узкой лестнице поднялись на четвёртый этаж.

В приёмной сидели оба секретаря Захар и Макар. Идеальные помощники! Отец их очень ценил, и сокрушался, что они уже не молоды. Всегда предусмотрительно шедшие на шаг позади государя, в одинаковых чёрных костюмах и красных галстуках. Они даже планшеты синхронизировали. И если один убегал по поручению, то второй всегда оставался рядом.

Я без стука вошёл в кабинет императора. Михаила Третьего на месте не было. Кабинет вместе с просторной приёмной занимал целый этаж. Здесь можно устраивать приёмы. Ну если раздвинуть мебель по углам, так то он был заставлен. Одна интерактивная карта чего стоила! Устроена она была на полу и выдерживала вес взрослого человека. Отдельно в воздухе висел магический глобус. Тоже нехилых размеров. Несколько шкафов-вертушек с книгами и папками по желанию хозяина кабинета прятались в пол. Большой стол для совещаний, мягкий уголок и стол отца. О, да!

Прекрасная древесина, завораживающий узор, я провёл рукой по дереву, ещё и зачаровано. Я плюхнулся на место императора, откинулся на спинку и развернулся к окну. Ляпотаа-а…

Прозрачный купол начинался от самого пола, и за счет своей чистоты верхушка не угадывалась. Создавалось полное ощущение нахождения на открытом пространстве. Всё как я люблю!

Вид открывался прекрасный. Тёмная гладь водохранилища, несколько островов по соседству. Снующие туда-сюда суда соблюдали дистанцию и близко к императорскому острову не приближались. Контейнеровозы поворачивали направо, к грузовому порту, пассажирские следовали прямиком в столицу.

Были и небольшие прогулочные яхты в стороне от основного маршрута.

— Примеряешь на себя роль императора? — раздался от двери насмешливый голос отца.

— Агась, — я продолжил рассматривать пейзаж. Вот от острова стартанул быстроходный катер.

— И как?

— Хреново, отец, — я резко крутанулся в кресле и встал. Пересел на диван.

— Всё так плохо? — усмехнулся батюшка и расположился в соседнем кресле.

Я тяжко вздохнул и угрюмо посмотрел на отца. Он терпеливо ждал ответ и улыбался.

— Слепой не увидит, глухой не услышит, а уверенный проигнорирует всё, что не вписывается в его стройную картину, — пафосно изрёк я, задрав палец к небу. Но император воспринял слова всерьёз и через минуту раздумий кивнул своим мыслям.

— Чай? Кофе? Сок? — предложил он.

— Чай, только если тебе его не Мария Сергеевна собирала, — попросил я без задней мысли. По памяти Ванюши Великая княгиня увлекалась травками и предлагала свои сборы всем и каждому. И если император употребляет её чай, пожалуй переставлю Добрую Марию на первое место списка подозреваемых.

Батюшка встал и подошёл к небольшому холодильнику.

— Ты какой сок будешь? — спросил он, стоя спиной. Неужели мои подозрения так сильно его подкосили?


## Глава 5

Михаил III стоял спиной и нарочито долго рылся в небольшом холодильнике.

— Яблочный, — я сделал вид, что не заметил его замешательства.

Император налил два стакана и поставил на журнальный столик себе и мне. Наконец, он вернулся в кресло и натянул доброжелательную улыбку. Рядом с моим напитком появилась водная рука и схватилась за бокал.

— Спасибо, — я сделал глоток и блаженно зажмурился. Император с любопытством проследил за появлением и исчезновение водной руки. — И батюшке сделай, пожалуйста.

Капля появилась снова, сжала бокал императора и пропала. Всё это она могла сделать без видимого проявления, я усмехнулся. Хотя всё правильно, как бы иначе отец понял, что и его сок обработан?

Батюшка с любопытством отпил сок, потом сделал ещё один глоток и ещё. Затем он попытался просканировать стакан сначала одним, потом другим плетением.

— Что это?

— Магия, — я пожал плечами.

— А по-подробнее?

Я задумался, как объяснить, а потом просиял:

— Я покажу! Налей ещё один стакан, для сравнения, — предложил я.

Император поставил на стол ещё один стакан с яблочным соком и с интересом уставился на меня.

— Садись рядом и расслабься, — я многообещающе улыбнулся.

Отец перебрался ко мне на диван и устроился по-удобней. Я взял его за руку и погрузился в транс. Нащупал его сознание и подключил к себе. На одной медитации без применения магии сделать это было крайне сложно. Обычно я соединял источники нитью, но сейчас я опасался использовать магию без достаточного усиления тела. Слишком эта физическая оболочка была хилая, слишком.

Император был напряжён, видимо в этом мире пренебрегали медитациями. В памяти Ванюши не нашлось воспоминаний про какие-либо подобные практики. Но это не показатель, парнишкой толком никто не занимался.

Я транслировал спокойствие и уверенность. Мы мысленно приблизились к только что налитому стакану с соком, проникли внутрь, и стали погружаться на микроуровень, пока не достигли уровня H2O. Нашему взору предстало хаотичное расположение молекул. Я поигрался с масштабом, то приближая, то отдаляя обзор. Затем подвёл сознание батюшки к его стакану. Картина отличалась кардинально.

Молекулярный рисунок был структурирован и напоминал снежинку. В моём стакане Капля изобразила геометрическое множество пирамид. Я вывел отца из транса и вытер рукавом пот с лица. Жадно допил сок, встал и нашёл в холодильнике упаковку вишнёвого. Чтобы лишний раз не ходить, я вернулся с пакетом и наполнил стакан. Капля снова структурировала жидкость. Я успел прикончить всю пачку, пока ждал батюшку.

Император отмер минут через 30. Он медленно потянулся и нажал неприметную кнопку сбоку от стола. В кабинете появился Захар и замер перед диваном с планшетом на изготовку.

— Собери на завтра, — растерянно пробормотал император и снова завис, глядя на меня, — нет, на сегодня… — опять пауза, — совещание.

Он взял в руку стакан, сделал большой глоток и его взгляд прояснился. Секретарь даже не думал пошевелиться, так и стоял с зависшей рукой над планшетом, стараясь лишним движением не сбить Его Величество с мысли.

— Василий Михайлович, Тихомир Алексеевич, оба Жуковых, оба Носовых. Кто-то ещё? — он задумчиво обратился к Захару.

— Как на счет Ивана Михайловича? — секретарь вдруг предложил меня. Лицо его при этом оставалось непроницаемым, а движения скупы. Он даже не посмотрел в мою сторону, ловя каждое микродвижение императора. Я с любопытством рассматривал немолодого мужчину, определённо ценный кадр. Хочу себе такого же помощника.

Меня? Меня, значит… Батенька собирает всех видных магов. Похоже, секретарям он доверял полностью, раз сообщил про первого в мире универсала. Собственно, если они являются продолжением его руки… Или мозга? Я хмыкнул.

— Хотелось бы, — батюшка тяжело вздохнул, его взгляд задержался на потёртостях на моём пиджаке, — но нет, его еще рано светить. Скажи, что я словил инсайт, — он широко улыбнулся. Кстати, после нашего совместного купания в бассейне император скинул десяток, теперь ему можно смело дать не больше тридцати.

— Михаил Михайлович будет полезен? — после слов Захара я поморщился. Неприятный типчик. Как бы не оказалось, что его занудство — удобная маска, чтобы держать людей на расстоянии.

— Ммм, — взгляд императора задержался на пустом пакете из-под вишнёвого сока. — Нет, пожалуй нет. Пока только этих. Пусть отложат все дела, это срочно. Это меняет всё, — последнюю фразу он добавил самому себе, обеспокоенно глядя куда-то в сторону столицы.

Захар кивнул, забрал пустой пакет из-под сока, грязную посуду и вышел. Михаил III попросил дать ему полчаса, чтобы набросать мысли и пересел за стол.

Всё это время в кабинете развлекались малыши. Император так и не заметил их присутствия в своём кабинете.

Бельчонок изучал напольную карту. Он нажимал лапками на разные кнопки, переключая режимы. И если сначала картинки беспорядочно сменяли друг друга, то потом мельтешение прекратилось. Стало очевидно, что Рыжик изучает информацию. А ведь и правда! Стихия — она повсюду. Везде и сразу. Значит он точно знает, что происходит в том месте на карте, на которое он смотрит.

Я взглянул на малышей новым взглядом. Это же идеальные шпионы! Я глянул на Драко. Он летал под куполом и с разлёту бился в защиту. Не то чтобы она ему мешала, он просто играл. Я мысленно попросил его не усердствовать. Не сомневаюсь, что сырой стихии под силу сломать любую преграду, а может и ломать-то не потребуется, если действовать точечно, проникая в суть предмета. Воздух — он в прямом смысле повсюду. Даже внутри меня сейчас он тоже присутствует.

Рыжик переключил карту на отображение стихийных магов. Любопытная статистика, я хмыкнул.

— А трёхстихийники есть? — я подошёл и встал рядом.

Бельчонок куда-то нажал, и из пола выдвинулась клавиатура. Он быстро застучал клавишами. Хтонь! Не знал, что они читать и писать умеют. Зачем бы это понадобилось стихиям? Хотя… я посмотрел на Драко. Они же в последнее время стали плотно сотрудничать, если один научился, считай теперь все знают.

На карте загорелось несколько точек. Не больше двадцати.

— Сделай меньше масштаб? Хочу посмотреть весь мир, — попросил я.

Картина лучше не стала. В Российской империи трёхстихийников было больше. Тогда почему Николай восхвалял методы африканцев? Врал? В стиле Раковых.

К нам присоединился отец.

— Данные неполные, — признался император, и я получил подтверждение от бельчонка. Хтоонь!

— А ты можешь их дополнить? — я с надеждой уставился на Рыжика.

Рядом с бельчонком проявились остальные стихии, и карта засветилась новыми огоньками. Их стало раза в два больше.

— Людям не выгодно заявлять магов? — я повернулся к отцу. Тот и сам был в шоке.

— Спасибо, за помощь, — он слегка поклонился. — Мы разберёмся.

— А универсалы ещё есть? — задал я напрашивающийся сам собой вопрос. — Ну может я и не первый вовсе.

Малыши синхронно замотали головами.

— Увеличь карту столицы, — попросил я, но Рыжик меня не понял. Всё-таки они стихии и мир людей им чужд. Но чую, что это не надолго, раз грамоту они освоили.

Отец вытянул воздушный щуп и ткнул в одну из точек на берегу водохранилища. Открылась подробная карта Рыбинска.

— Это что за район? — я ткнул пальцем в наиболее насыщенный точками район.

— Бедные окраины, — император вернулся к столу и принялся что-то записывать.

Понятно, аристократы увлеклись селекцией. Прикольно, если окажется, что маги у простолюдинов сильней. Нее, конечно, они будут не так обучены, как родовые. Но по потенциалу, хм, дикие маги могут оказаться мощней. Вроде магические школы только для аристо.

Ещё минут через 40 батюшка встал и пересел ко мне на диван. Я успел перекусить. Макар принёс мне вишнёвый сок, фрукты и парочку бутербродов.

— Так вот, по поводу Академии наследников, — император стянул у меня с тарелки последний бутерброд с рыбой. — В связи с ранней инициализацией в сентябре ты поступаешь не на 1-й курс Академии, а сразу на третий, — огорошил меня батюшка.

— С чего бы это? — возмутился я.

— На первых двух курсах не изучают магию. Она начинается с третьего после инициализации, — мягко сказал отец.

— А если взять первый курс и дополнить его магией? — предложил я.

— Не имеет смысла, там вся система выстроена так, что первые два года закладывается база, а потом идёт магическая надстройка, — расстроил меня отец.

— Но без этой базы какой толк? — резонно возразил я.

— Никакого, — улыбнулся батенька, и мне эта улыбка совсем не понравилась. — В связи с этим ты должен за оставшиеся полтора месяца освоить с Вадим Петровичем эти два курса. Или лучше выписать тебе декана?

— Давай обоих, — я тяжело вздохнул. Нереально. — А ещё лучше пройти какое-нибудь тестирование, чтобы выявить уровень знаний, чтобы затыкать конкретные дыры, а не лупить слепо по площадям. А я то уж было собрался на море.

— Какое море? Ты же наказан? — улыбнулся батюшка.

— За что? — искренне возмутился я.

— Ты наказан за попытку побега из дома. Какая может быть поездка? — хитро щерился император. — Я сообщу об этом дамам, после того как они обновят твой гардероб и соберут собственные чемоданы. Чтобы уж наверняка…

— Спорим, что Мария Сергеевна вернётся домой раньше других? — своей фразой я в раз омрачил его настрой. — И ты бы это… Отправил что ли матушку в Кисловодск? Ну там подлечить нервишки, или исследовать местные воды… По многим причинам я бы убрал её из дворца, и то, что она меня дико бесит — не главная.

Хтонь! Как же сильно я расстроился. У меня были совсем другие планы. Мне кровь из носа как надо заниматься развитием физического тела, а не мозги качать. На колени запрыгнул бельчонок и потёрся о мою грудь. Я благодарно погладил его. О! Рука не прошла насквозь, а ощутила плотное формирование.

— Да ты молодец! — я почесал Рыжика за ушком.

Император с интересом изучал малышей. Он, правда, не подозревал, что ложка — это Земеля, а мокрое пятно на столе не случайно.

— Я придержал информацию о твоей инициализации, — он взял в руки ложку и стал пристально рассматривать герб рака. Конечно же, он не совпадал. Земеля мог нарисовать реального рака, а герб — это людские заморочки, как сырая стихия земли, он очень далёк от них.

Вдруг рисунок рака изменился на поднятый вверх большой палец.

— Это ты сделал? — спросил отец.

— Нет, конечно, — я искренне возмутился. — Мне же нельзя магичить.

— Почему?

Хтонь! Ну и родители! Да как они вообще выращивают сильных магов? С такими куцыми знаниями. Прям игра в русскую рулетку. Не удивительно, что магия за две тысячи лет так мало изучена. Как в детской считалочке: «Один, два, три — Иди вон ты!»

— Батя, — я с трудом сдерживался, чтобы не наорать, — как ты думаешь, такое хилое тело, способно выдержать источник универсала?

— Но как же? — он указал на бельчонка, Драко и ложку.

— Это не я, — я с трудом выдерживал спокойный тон, хотя внутри уже кипел от негодования. — Это они сами, стихии. Мы дружим. Я их прошу, и они мне помогают.

Император снова завис, потом принялся что-то записывать в планшет.

— Прости, я сильно виноват, — он отложил планшет в сторону. — Может есть что-то, что я могу для тебя сделать?

— Для начала найди того, кто решил меня убить, — предложил я самый насущный вариант. — Или ты считаешь, что универсала убивать не станут?

— Сын, ты знаешь, что братоубийство — это нарушение законов рода, и Алтарь за это карает смертью? — огорошил меня отец.

— Не знал, — искренне удивился я. — Алтарь что? Мысли читает?

— Мысли нет, помыслы, — начал терпеливо объяснять отец. — Зайдя в алтарный зал член рода считывается, как открытая книга. И любую гниль сразу видно.

— Но это же легко обойти! — возмутился я. — Вместо самого брата, убить может его матушка или сын.

— Рано или поздно и тот, ради кого убивали, узнает, и тогда станет соучастником, — император нёс полную дичь. Хтонь.

— Он может искренне верить, ну или убедить себя, что совершает великое благо, — я категорично замотал головой. — Типа спасает род от деспота императора или недостойного царевича. Разве меня можно назвать достойным? Мусор, отброс…

— Хватит! — рявкнул отец. — Прости, это моя вина, — он поник. — И ты прав, в истории был такой случай, когда мать в тёмную разыграла сына, сделав его императором. После этого закон ужесточился. Ты же помнишь Антона Кровавого. Он взошёл на престол, но потом Алтарь смог считать прошлые события и наказать виновного.

— Типа нам с тобой от этого будет легче? — я искренне недоумевал. — Что за нас отомстят? Вот честно, батя, Алтарь туповат. Его легко обвести вокруг пальца. Он там, а мы все здесь. Он ничего не видит и не слышит. Можно играть фактами, словами, даже чувствами и подкладывать выгодные.

— Хватит! — снова рявкнул отец, и я благоразумно заткнулся. — Закрыли тему!

Я заметил как болезненно реагирует император на любой нелицеприятный намёк в сторону великого Алтаря. Тьма их всех забери!

— Имей ввиду, — спокойно добавил император, — что в сентябре все узнают, что ты универсал. Про наследника я буду молчать, раз ты не хочешь это афишировать.

Он что типа пошёл мне навстречу? Я пренебрежительно фыркнул.

— Иван, я не уверен, что это правильно, — император гнул линию терпеливого папаши. — Я ещё попрошу Тихомира Алексеевича просчитать разные варианты, возможно лучше будет наоборот заявить о том, что вопрос с наследником решён.

В дверь деликатно постучали, заглянул Захар.

— Все собрались, — секретарь вопросительно застыл.

— Пусть подождут, — вежливо попросил государь. Дверь была приоткрыта и из приёмной доносились тихие голоса.

— Я могу доверять Олегу Ратигоровичу? — спросил я напрямик, когда дверь за секретарём закрылась. То, что Ванечка прошёл в ночь убийства мимо заботливого дядьки меня напрягало. Вдруг он играет не за ту сторону.

— Не знаю, сын, я уже никому не доверяю, — император сник. — Эх… была бы моя воля…

Я встал.

— Иван, подожди, — голос отца прозвучал неуверенно. — Научи меня общаться со стихиями.

Дракончик спикировал и уселся на спинку дивана. Бельчонок подбежал и запрыгнул на стол. Лужа на столе переместилась поближе к императору. Только Земеля не шёл на контакт. Может потому что у батюшки нет стихии земли?

— Вы поможете? Научите батюшку общаться со стихиями? — ласково попросил я. И обратился уже к отцу: — Имей ввиду, что они маленькие, как двухлетние детки. Не обижай их.

Я посмотрел, как Рыжик передаёт образы императору. Лицо отца засияло детским восторгом, похоже это надолго. Я встал и вышел.

— Дайте ему ещё минут двадцать, — попросил я Захара, приветственно кивнув собравшимся на совещание господам.

Впрочем моё появление прошло незамеченным. Если бы ко не подскочил мой личный учитель, но меня бы и вовсе проигнорировали.

— Иван Михайлович, — модно одетый старичок брезгливо покосился на мой поеденный молью костюм, — извольте посетить класс. Я оставил на столе список предметов, по которым нам нужно пройтись. Ознакомьтесь, будьте любезны, — тоном, не терпящим возражений, попросил он.

Громким словом «класс» он именовал небольшой закуток в библиотеке. Хотя учебные кабинеты во дворце имелись, именно в них раньше учились старшие братья и некоторые их отпрыски. Почему царевич Иван ютился в библиотеке, осталось для меня загадкой. С ним всегда занимались отдельно, даже когда в тоже самое время велись частные уроки у других особ императорской крови.

Сам Вадим Петрович относился к урокам, как к неизбежному злу. Надо, так надо. Он врывался в класс в своём излюбленном синем в серую полоску костюме и выливал на ученика ушат знаний. Проверкой усвоения он не заморачивался, резво переходил к новой теме.

— Не извольте сомневаться, Вадим Петрович, — я вежливо улыбнулся спине графа Носова. Ибо он уже метнулся обратно и присоединился к тихому диспуту по поводу причины срочного собрания.

— Неужели уложишь учебники в отдельный чемодан? — ехидно поинтересовался гениальный брат Василий, стараясь сохранять между нами безопасную дистанцию.

О, как быстро разносятся слухи по дворцу! Хотя чему я удивляюсь? Дамы собираются сопроводить несчастного Ванечку на каникулы. Небось уже весь замок стоит на ушах.

— Думаешь, там нет своей библиотеки? — суетливо забеспокоился я. — Я где-то видел два больших чемодана… Если их немного почистить… Да! Точно! — я резво выскочил из приёмной.


## Глава 6

По пути в свою комнату я всё же заскочил в библиотеку и взял внушительный список из предметов, которые мне предстояло выучить за 1,5 месяца.

Юриспруденция.История Российской империи, Всемирная история, Математика (геометрия, черчение, алгебра), Литература, География, Биология, Химия, Физика, Астрономия, Прогрессивные технологии, Финансы и учёт, Управление,

Хтонь! Допустим точные науки можно убрать, вряд ли местные в них сильно продвинулись. Имеющихся знаний хватит за глаза. Хтонь! Да тут больше половины предметов привязаны к реалиям этого мира. Ну литературу вычеркну, Ванечка много читал… Астрономия? Я почесал затылок. В принципе, достаточно будет бегло ознакомиться с местными заморочками, раз они ещё не вышли в космос, то и познания у них чисто гипотетические. Что они там смогли рассмотреть через свою увеличительную трубу? Ну, а если я и ляпну что, всегда можно прикинуться дурачком, имидж-то подходящий. Что-то ещё получится убрать? Я снова пробежался глазами по списку.

Управление персоналом, хм… Может получится распаковать знания Изначальных? При условии, что они есть в запечатанном блоке памяти. Должны же они были учить принца управлять галактикой? Или нет? Галактический престол мне не светит, а Эд утверждал, что я учёный до мозга костей. Хотя там же на видео из галанета говорилось, что меня назначили наместником планеты. Впрочем, тоже не факт, это могла быть и парадная должность… Да нее, ну неужели я за свои 25 тыс. лет никогда не был на руководящих постах? Иначе откуда взяться такой жёсткой антипатии к роли императора? Тьма их всех забери! Я с неприязнью посмотрел на список.

Остаётся, хм, история, география, местные законы…В принципе реально усвоить за 1,5 месяца, я даже повеселел. Финансы тоже можно вычеркнуть, а вот что такое прогрессивные технологии? У кого бы спросить? Я заозирался.

Я вышел из библиотеки и застыл в коридоре перед лестницей вниз. В круглом фойе никого не было. Здесь на третьем этаже были кабинеты старших братьев. Я покосился в сторону приёмной Михаила. Он заведует образованием и точно знает, что это за загадочные прогрессивные технологии. Небось сам и придумал дебильное название. Я тяжело вздохнул, тихонечко отворил дверь и заглянул в приёмную.

В просторной приёмной сидело шесть! Тьма его забери! Шесть (!) секретарей. Звук яростного клацанья по клавиатуре не замолкал ни на секунду. Столы стояли ровными рядами и на каждом крепилась табличка с порядковым номером. У меня дёрнулся глаз, хтонь.

— Молодой человек, вы заходите? — раздался позади знакомый голос, и я проскочил внутрь кабинета.

Клацанье прекратилось, головы девушек синхронно повернулись к двери. После чего секретарши дружно встали и похватали блокноты и ручки. Они застыли каждая подле своего стола, фанатично пожирая глазами своего начальника. У них даже одежда была одинаковая. Белые блузки, застёгнутые наглухо на все пуговицы, черные юбки до колен и высокие каблуки. Вроде бы нарочито приличный вид? Два раза «ха»! Через прозрачные блузы просвечивалось кружевное бельё, а юбки плотно обтягивали бёдра. Тьма побери, этого Михаила!

Да, это именно он вернулся в свою приёмную.

— А, это ты, брат, — разочарованно протянул царевич. — Работайте, — он махнул рукой сверху вниз. Кажется, именно таким жестом собакам отдавалась команда «сидеть». Секретарши синхронно сели, и клацанье клавиш возобновилось. — Ты что-то хотел? — его взгляд профессионально зацепился за лист, который я держал в руке.

Сам Михаил носил строгий костюм-тройку серого цвета и узкий красно-белый полосатый галстук. Я ещё за завтраком приметил, что большинство братьев перешли на современный стиль. Это костюмы Ванюши фонили прошлым веком, даже новый парадный китель не имел ничего общего с современностью.

— Да я только спросить хотел, — я даже не пытался повернуться в сторону брата, залипнув на прозрачных блузках. — Что такое прогрессивные технологии? Ну что это за предмет… Что там изучают… Мне, пожалуй, стоит заходить к тебе почаще… — я дебильно улыбнулся.

— Заходи, — Михаил подтолкнул меня в сторону своего кабинета. — Девочки, сделайте нам чайку, — приказал он и чуть ли не силком втолкнул меня внутрь.

Я восторженно огляделся. Конечно, восторженно! У меня же нет такого большого кабинета! Да у меня никакого нет! Стеллажи, папки, навороченные компьютеры, три рабочих места. Зачем ему три?

На стене парадный портрет батеньки. Я сел за стол для совещаний, уютная зона с мягкой мебелью не была предусмотрена. Михаил расположился напротив, с недоумением разглядывая мой костюм, он походу его узнал. Если Михаилу лет тридцать, то костюму все пятнадцать. Что за прижимистый у нас управляющий!

Минут через пять дверь в кабинет распахнулась и зацокали каблучки. Три секретарши шустро расставили чашки, сахарницу, конфеты и печенья. Стоит ли говорить, что посуда была эксклюзивная, ложки золотые, а сахарница в виде рака? Девушки вели себя по деловому холодно. Да им и не требовалось провоцировать ещё и поведением. Где же он с ними уединяется? Я ещё раз огляделся, в углу между шкафами была неприметная дверь. Михаил проследил за моим взглядом и едва заметно усмехнулся.

Чай оказался от Марии Сергеевны, и пить я его не стал. Если судить по аромату, травки там были непростые. По крайней мере те, что повышают, хм… Всё, что надо повышают, там точно были.

Михаил мучил меня около часа, хотя вместить объяснение можно было в пару минут.

— Прогрессивные технологии созданы для того, чтобы знакомить будущих глав родов, а именно их обучают в Академии наследников, с возможностями, представляемыми современным миром, — монотонно нудел царевич. — Что должен уметь и знать глава? Правильно! Двигать империю в светлое будущее, ради процветания всего человечества. От качества образования зависит, в каком мире будут жить наши дети.

Я вырвался из его кабинета под предлогом, что мне ещё собирать учебники для поездки. Брат набросал мне список книг по теме технологий и предложил прочитать пару лекций лично. Я охотно согласился и пообещал обрадовать княгинь, что Михаил Михайлович едет с нами.

Около моей комнаты прохаживался обеспокоенный дядька. Я ему честно сказал, что всё время провёл у Михаила Михайловича, впрочем не став уточнять, которого из двух.

Меня ждал накрытый обед. Наваристая уха, жаркое с птицей и чай от Доброй Марии. Увидев принесённые блюда, я расстроился. Тарелки были старые, а столовые приборы медные. Есть хотелось сильно, но я не стал. Вместо этого полностью разделся и лёг на кровать. Предстояло закончить настройку организма и, наконец, приступать к физическим нагрузкам.

Стихия воды уже ждала. Как только я лёг, сверху на грудь шлёпнулась мокрая капля и просочилась внутрь. Она быстро наполнила тело плотной стихийной маной. Я рассматривал себя через призму воды. Ощущения были необычными. Кроме собственно жидких сред: крови и лимфы; вода отвечала за опыт.

Я обнаружил кучу негативной энергии во внутренних органах и мышцах. Хтонь! Негатив пережимал физически здоровые органы, вызывая перенапряжение, что естественно сказывалось на их работе. А у магов зажимы заметно снижали потенциал. И почему это не убрала живая вода в купальне, раз это её сфера? Я тут же вспомнил себя и своё обнуление. Уберу опыт — очищу память, ну почти… Всё-таки это не одно и тоже. Суть в том, что даже негативный опыт нужен, чтобы не набивать шишки на одном и том же месте. И что делать? Тьма меня забери! Всё равно это не мои переживания! Я решил убрать всю черноту.

Когда я закончил, кровать снова стала чёрной и вонь стояла знатная.

— Дядька! — позвал я, стараясь лишний раз не дышать.

В комнату ворвался Олежек и заозирался в поисках врагов. Я встал и поплёлся в ванную. Хотелось петь и скакать, но я отыгрывал роль тяжелобольного. Пусть теперь думает, почему у меня уже второй раз кровать такая, хех. Может получится узнать, кому он стучит.

Когда я вышел, окно было распахнуто, постель красовалась новыми застиранными раками, выползающими из моря, а холодный обед по-прежнему стоял на столе. На кровати лежал изрядно поношенный, но заштопанный костюм, в котором обычно ходил Ваня в библиотеку.

Я в предвкушении отворил скрипучий шкаф. Пока я мылся, у меня созрел гаденький план. И раз тренироваться сегодня ещё нельзя, съезжу-ка я в город и познакомлюсь с местными реалиями. Будем решать задачи по мере их поступления и для решения первой мне понадобится пуфик!

— Дядька!

В комнату снова влетел Олег Ратигорович и уставился на мой голый зад, торчащий из шкафа. Я надеялся найти хоть одни нормальные трусы, но попадались то весёлые раки, водящие хороводы, то угрожающие клешнями. Похоже и нижнее бельё мне досталось по наследству. Я тяжело вздохнул и напялил первые попавшиеся.

— У нас бумага и карандаши есть? — я обернулся к Олежику, тот настороженно замотал головой. — Ну так принеси!

Розовый! Я хмыкнул и извлёк из недр ДСП розовый кафтан с кружевами и бардовые штаны с манжетами на щиколотках. Рубашка в подобном стиле тоже нашлась.

Когда я закончил облачаться, то с удовольствием отметил панический ужас на лице дядьки. Тот застыл по среди комнаты с альбомом и карандашами, не отрывая от меня глаз.

— Правда красивый? — я крутанулся, размахивая кружевами.

Единственный небольшой стол был уже занят остывшей едой. Я приглашающе махнул манжетами, сел на деревянный скрипучий стул и единым жестом скинул посуду со стола на пол, освобождая место.

— Давай сюда, я нарисую, что нужно сделать, — я невинно потянулся за бумагой и карандашами.

Олежек встал рядом, стараясь выглядеть невозмутимым, но я то видел, как дёргался у него левый глаз.

Я ловко нарисовал красный пуфик и развалившегося в нем довольного Михаила III. На втором листе начертил, как собственно устроен бесформенный мешок.

— Набивать лучше чем-то сыпучим, но если не найдёте ничего подходящего, набейте пухом, — я передал дядьке два листа. — Сделать нужно два таких. Один отнесите в кабинет к батюшке, второй спустите вниз и оставьте перед алтарной залой.

Олег Ратигорович с изумлением смотрел на отлично выполненный рисунок. Аа, точно! Ваня не умел рисовать. Я мысленно улыбнулся.

Когда дядька отмер и убежал, я приступил к воплощению своего коварного плана.

Зря я опасался, что не найду кабинет управляющего. Как только я спустился на первый этаж и зашёл в крыло Дымовых, взгляд упёрся в дубовую дверь с золотой табличкой «Управляющий граф Дымов Аврелий Завдалович».

Я широко распахнул дверь и вальяжно зашёл внутрь. Его сиятельство изволило кушать. За шикарным обеденным столом, накрытым белоснежной скатертью сидел немолодой мужчина в добротной голубой рубашке и строгих чёрных штанах. Верхняя пуговица была расстёгнута, а пиджак аккуратно висел на соседнем стуле.

— Я занят! — рявкнул управляющий, поднял глаза и опешил.

Конечно же, не от того, что его посетил сам царевич Иван Михайлович. Он впал в ступор от моего нелепого наряда. Я медленно крутанулся, помахивая кружевами.

— Представляете, Аврелий Завдалович, нашёл у себя в шкафу такую красоту. Нравится? — я искренне улыбнулся.

— Оч-чень необыч-чно, — промямлил распорядитель замкового имущества.

— Да вы кушайте, кушайте, я пока осмотрюсь, — я отвернулся и медленно пошёл вдоль стен.

Остановился перед парадным портретом батюшки. Обошёл по кругу огромный дубовый стол с внушительных размеров монитором. Посидел в чёрном высоком кожаном кресле. Попробовал разложить незаконченный пасьянс «Косынка». Застыл перед стеллажом с папками и извлёк одну с надписью «Накладные». Раскрыл наугад.

Граф Аврелий Завдалович завороженно следил за моими передвижениями, пытаясь просчитать варианты.

— О! — я воскликнул, как будто нашёл в накладных что-то интересное.

А интересное там было. Род Дымовых поставляет продукты питания. Перелистнул. Ткани от Дымовых, моющие средства и даже туалетная бумага от Дымовых. Я громко хмыкнул и бросил папку на стол.

— Не знал, что вы такие незаменимые, Дымовы, — я восторженно похлопал руками в кружевных манжетах. — И что? Всё производите сами?

Я подошёл к графу и сел рядом. Взял серебряную вилку с гербом рака, наколол кусок мяса из тарелки управляющего и положил в рот.

— Вкусно! И очень изыскано. Я думал сегодня в меню дворца ушица, — я вопросительно посмотрел на графа и понюхал вино. — Зачётное! — я одобрил выбор его сиятельства.

На столе было выставлено ещё несколько нетронутых блюд. Я пододвинул к себе цыплёнка и съел его в одного. Острые специи, соус, я показал Аврелию большой палец. Вытер руки о скатерть и развернул стул боком к столу так, чтобы сидеть лицом к графу.

— Ну вот, раз мы перекусили, можно и к делу, — я ласково улыбнулся, а управляющий сглотнул.

— У вас ко мне какое-то дело, Ваше Величество? — как ему показалось нейтрально спросил граф.

— Для начала мне нужны деньги, — я задумчиво забарабанил пальцами по столу. — Хочу заказать у портного ещё один костюм в подобном стиле.

— Вот, — Дымов вытащил из кармана платиновую карту и положил передо мной на стол. — Ваше Высочество Иван Михайлович, соизвольте воспользоваться моей.

Я небрежно кивнул.

— Раздевайтесь, — я загадочно улыбнулся, и распорядитель имущества вздрогнул.

Граф замешкался, но под моим настойчивым взглядом принялся раздеваться, пока не остался в одних чёрных шёлковых трусах с небольшим красным раком по центру. Он до последнего надеялся, что я его остановлю на этапе снимания штанов.

Я встал и тоже принялся снимать с себя всё, пока не остался в застиранных трусах.

— Одевайте! — торжественно провозгласил я. — Милую вам сей великолепный наряд! Носите гордо!

Аврелий Завдалович принялся одеваться. По комплекции он был крупней Ванечки, но видимо комплект делался на более габаритного подростка, потому что управляющий влез. Только штаны сидели обтянуто, и пиджак грозился разойтись по швам. Я сделал жест, мол покрутитесь, и граф аккуратно, без резких движений сделал оборот.

— Красавец! — я удовлетворённо кивнул. — И не смейте переодеваться! Вы меня тем самым сильно огорчите! — я погрозил Аврелию пальчиком.

Натянул его штаны и рубашку, взял со стола платиновую карту и сунул в карман. В кармане нащупал ключи и завертел их.

— От сейфа? — я изобразил на лице сильное любопытство и перевёл взгляд на картину Михаила III, отчего управляющий сглотнул. — Эх, спешу, — я искренне расстроился и с сожалением бросил ключи на стол. — Зайду попозже.

Я вальяжно вышел и неспешно направился в гараж. Меня не узнавали. Я довольно улыбнулся.

Поскольку дворец возвышался на скале, причальная система располагалась в пещерах. Катера и яхты заплывали внутрь. Я вышел из дворца и пошёл туда, где в понимании Вани должен был располагаться лифт в гараж. На посту охраны меня-таки узнали.

— Иван Михайлович, вы куда? — путь мне загородил смелый гвардеец. Не удивлюсь, если он лично искал Ванюшку-потеряшку два дня назад.

Я смерил его презрительным взглядом, обогнул и прогулочным шагом отправился дальше.

— Дежурный, вызывает пост номер три, приём, — донеслось со спины. Пожалуй, стоит поторопиться.

Гараж был наполнен ярким магическим светом. Яхты, катера, скутеры, небольшой парадный паром. Я прошёлся между рядами. На одном из ящиков у стены заметил рабочий комбинезон и быстро переоделся, не забыв переложить платиновую карту.

Выбрал неприметный водный мотоцикл. Ключей не было, но помог Рыжик. Он подал импульс в систему зажигания, и мотор приятно заурчал. С низким рёвом я вынырнул из гаража и поддал газу.

Мотоцикл разогнался, но благодаря воздушной защите, одежда оставалась сухой. До берега я добрался за какие-то пятнадцать минут.

Я решил, что в порту выходить палевно и выскочил на песок около небольшого дикого пляжа. Только я слез, как меня окружили ухмыляющиеся мужики не первой свежести.

— Парниша, дай покататься, — пробасил здоровяк и улыбнулся гнилыми зубами.

## Глава 7

Пятёрка потёртых мужиков приближалась, и я испуганно пятился, стараясь не дать обойти меня со спины. Я мысленно попросил Земелю создать у меня в кармане ключи. Двое отпочковались, свернув к водному мотоциклу. Долговязый сел верхом, а толстяк канючил:

— Чур я второй.

— Ключи гони! Живо! — рявкнул кривой, состроив зверскую рожу.

— Без проблем! — я испуганно проблеял и показал пустые руки. — Мне не нужны проблемы.

Я сунул руку в карман и извлёк связку с брелком в виде поднятого вверх большого пальца. Мелкий злобный мужик выхватил ключи.

— Катись, пока мы добрые, — он дыхнул в лицо перегаром с чесночным букетом.

Я развернулся и побежал к ближайшей халупе, где быстро свернул за угол.

— Ээ, чё за дела?! — до меня донёсся возмущённый возглас шмакодявки. — Они не подходят!

Я попал на стихийный рынок. Вместо прилавков были коробки, на которых валялось разное барахло. А у меня как назло мелочи нет. «Земеля, а ты умеешь превращаться в монеты?» Хтонь! Я же даже не знаю, как местные деньги выглядят.

В кармане звякнуло. Я сунул руку и извлёк золотой кругляш.

— Э, парниша, по чём золото продаёшь? — к монете протянул руку невысокий мужчина с торчащим животом и сальной залысиной.

— Ты чё, дядя? — набычился я. — Это коллекционная!

— Да ну? Правда, шо ли? — мужичок потащил меня за локоть к деревянной лавке.

— Шура!

На зов из-под прилавка вынырнул улыбающийся золотыми коронками кудрявый делец. Под глазом у него красовался фиолетовый фингал. На поломанных досках стояла рваная картонка, на которой было жирно намалёвано ручкой: «Золото дорого».

— Смотри, Шура, малой говорит, что коллекционная, — тоном говорившим о том, что он не верит мне от слова совсем, заявил пузатик.

Шура вытер руки о некогда белую майку с рваными по шву подмышками и потянул руку к монете.

— Эээ, — возмутился я, — руками не трогать!

— Дык, а посмотрю я как? — растерялся немытый.

— Так смотри, — я раскрыл ладонь.

На монете был изображён большой палец, поднятый вверх. Я перевернул на другую сторону. На ней был рак.

— Это монета времён Ивана I Великого, — я ткнул в изображение рака. — Видишь, герб немного другой?

Мужики переглянулись.

— А номинал у неё какой? — пузатик почесал лысину.

— Как какой? — возмутился я. — Один золотой, разве не видно? — и я снова перевернул монету. — Видишь, один палец? Значит один!

— Сколько? — загорелся Шурик.

— А сколько у тебя есть? — я был вообще без понятия о местных деньгах.

— Сто рублей! — заявил кудрявый.

— Дурить меня вздумал? — обиделся я и развернулся, чтобы уйти.

Монета скрылась в моём кулаке.

— Двести? — предложил пузатик и схватил меня за рукав.

— Тысяча! — выпалил я.

— Идёт! — сразу согласился Шура и извлёк из кармана пачку засаленных купюр, отсчитал тысячу и протянул мне.

Я задумчиво посмотрел на пухлую пачку. «Земеля, когда я отойду подальше, развоплощайся. Меня надули».

Я забрал деньги и нехотя протянул монету.

Теперь можно и посмотреть, чем тут торгуют. Народ у прилавков стоял бедный. Старушки, старики, откровенные алкаши. Несколько неприметных подростков привлекли моё внимание, и я подошёл посмотреть, чем торгуют воришки.

Судя по товару, с профессией я угадал. Мобильники и планшеты, Ваня в них не разбирался. Ни того ни другого у него никогда не было.

Сидящий на пустом ящике парнишка пробежался по мне взглядом, оценивая платёжеспособность.

На нём была почти новая футболка с надписью «ЖГИ!» с рисунком руки, запускающей фаербол, и потёртые джинсы. Кроссовки тоже были свежие и почти не грязные, белые с огненными языками пламени по бокам.

— Мобила не интересует? Новый! Последняя модель — помидорка 10-xl, — парниша перевернул большой прямоугольник и продемонстрировал красный рисунок сочного помидора в разрезе, объятого языками пламени. Похоже ребята грабанули какого-то незадачливого огневика. Только как умудрились?

Я сделал вид, что задумался, скептически оглядывая мобильник. Сам же скользнул в транс и присмотрелся к ребятам. Тот, что сидел дальше всех и читал какую-то книгу, обёрнутую в газету, был слабеньким магом воздуха. С виду ему было лет 17. Остальные выглядели по-младше.

Шустрому продавцу не дал бы и 13. Рядом с ним сидел младший брат около 10. Лица были похожи.

Малой восхищённо заглядывал брату в рот. Одежда на нём была по-скромней, но тоже не старая. Синяя футболка не успела выцвести, как и аляпистые шорты.

— Ворованный? — я подозрительно прищурился.

— Да ты чё? Какой ворованный? — довольно искренне возмутился Шустрый. — У меня отец работает в магазине Глазнет. Это списанные, у которых упаковка помялась. Там один придурок целый ящик умудрился придавить, — отыгрывал привычную роль продавец.

— Нее, — протянул я, — мне мобила не нужен.

— Рыба! — азартно крикнул один из троицы, играющей в домино.

Они расположились на ящиках за спиной продавца, и игра была лишь прикрытием. Парни постоянно шарили глазами по толпе. Одежда у них была максимально неприметной: серые джинсы, серые футболки.

Сразу за подростками стояла симпатичная, но тощая девушка с гардеробной вешалкой. Даже гадать не стал, откуда вещи. Поставщики торговали рядом. Сама она красовалась в толстовке с чужого плеча и джинсах. Выбор тёплой одежды в жару говорил за то, что спит она на улице.

Мне бы не помешало сменить одежду. Я выбрал рваные от времени джинсы, серую кепку, оранжевую футболку с потёртым принтом и зелёную клетчатую рубашку.

— Хочу поменяться, — я показал на рабочий комбез. — В хорошем состоянии.

Девушка скептически глянула на спецовку.

— Мне деньги нужны, а не вещи, — резонно заявила она, тряхнув жиденькими косичками.

— Деньги всем нужны, — я сокрушённо вздохнул, и девушка сжалилась.

Я отдал комбез и доплатил 30 рублей. Переоделся тут же, незаметно пряча деньги и платиновую карту в карманы джинс.

— Зачётные труселя с раками, — засмеялся парень с мобилами, и его поддержали серые напарники по ремеслу.

Я поблагодарил продавщицу и отправился дальше. Взгляд упал на маленькую девочку лет пяти, продающую старую потёртую игрушку, бывшую когда-то красным раком.

Плюш зиял залысинами, усы обломались, а клешни неоднократно зашивались.

— По чём рак? — я присел перед девочкой на корточки. Одета она была в синее поношенное платье сильно на вырост. Резиновые шлёпанцы на ногах были великоваты. Косички заплетены дня три назад, так сильно они растрепались.

— Долого, дядя, — живот девчушки предательски заурчал.

— Беру! — сразу согласился я. — Тебе на что деньги? Может я сразу нужным товаром расплачусь?

— Мне калства нусны, — обрадовалась девочка. — Мама не встаёт и сильно касляет.

— Пошли, показывай дорогу, — я ободряюще улыбнулся.

Девочка прижала к груди игрушку и вскочила на ноги.

— Только давай по дороге пирожки купим? Ты не знаешь, какие тут самые вкусные? — я озадаченно заозирался.

— Снамо дело у тёти Клавы, — экспертно покивала головой девочка. — Вонана, — и она ткнула в дородную женщину у добротного прилавка.

— С чем брать предлагаешь? — я разглядывал аппетитного вида выпечку.

— С яблоком, с висней, кулой, катокой, — она задумалась.

— Сашенька, здравствуй, рыбонька, — поздоровалась продавщица.

— И с лыбой, — закончила Саша.

— По чём пирожки, тётя Клава? — я улыбнулся.

— По 10 копеек, милок, — продавщица подозрительно прищурилась. — А вы куда идёте?

— В атеку, — охотно пояснила мелкая.

— Дайте нам всего и побольше, — попросил я.

Продавщица завернула в бумажный пакет тридцать пирожков, я подумал, что воришки, что сели нам на хвост, тоже голодные.

Дальше пошли веселей, сначала Саша ела, и только после пятого пирожка, сыто рыгнув, заговорила.

— Вон там атека, а тута дом, — показала она пальцем.

— Давай сначала домой, посмотрим на маму, — я задумчиво почесал подбородок. — Кашель разный бывает: сухой или мокрый. Лекарства разные тогда нужны, — Ваня живо интересовался медициной и в теме разбирался.

— У мамы моклый, — уверено заявила Саша, ведя меня к дому. — Кловь ведь моклая? — засомневалась она и вопросительно уставилась на меня.

Мы зашли в подъезд обшарпанного трёхэтажного дома. Входную дверь заклинило, лампочка была выкручена, а под ногами валялись окурки и осколки. Воняло ссаньём.

Мы поднялись на третий этаж, одна из дверей была приоткрыта, и Саша отправилась к ней.

Захлопнув за собой дверь, мы очутились в полумраке коридора.

— Сюда, — позвала девочка, впрочем это было лишним. Надрывной кашель я слышал ещё в подъезде.

На потёртой софе лежала бледная худая женщина и вся горела. Её мутный взгляд беспорядочно блуждал. На полу и на кровати виднелись пятна крови, постель была мокрая, стоял запах гнилостного разложения.

Я прошёл к окну и распахнул его настежь. Аккуратно присел на кровать рядом с женщиной и положил ладонь на межреберье. Плевать, что моё тело ещё не готово к магии. Я аккуратно… тихонечко…

Запустил всю стихийную диагностику. Первым делом очистил лёгкие, убрал черноту, слизь и какой-то грибок. Женщина задышала ровней, жар спал. Но проблем у неё и без воспаления лёгких хватало. Из коридора донеслась возьня. Всё-таки не просто мелкие воришки, а ещё и домушники.

Я прошёлся по внутренним органам: поправил слабое сердце, почистил печень, селезёнку и почки. Серьёзного очищения требовала кровь и лимфа, занялся ими. Чтобы не залить кровать черной зловонной жижей, девочка могла перепугаться, я закольцевал на теле больной женщины плетение самоочищения и заодно почистил постельное бельё и ночнушку, вернув им свежесть. Больше здоровью мамы Сашеньки ничего не угрожало, она сладко спала.

— Мама выздоровела, — я повернулся к Саше и одобряюще улыбнулся.

Девочка подошла и потрогала лоб женщины ладошкой. Приложила ухо к груди и прислушалась к ровному дыханию. Щёки женщины порозовели, она улыбалась во сне.

— Только ей нужно хорошо поспать и поесть, — я строго посмотрел на девочку.

— Нету еды, — расстроилась Саша и посмотрела на оставшиеся пирожки.

— Эй вы, сюда идите, — позвал я.

Из тёмного коридора несмело показалась троица и опасливо замерла в дверях. Глаза подростков то и дело соскальзывали на окружающую обстановку. Брать в квартире было нечего. Кроме софы в углу стояла детская кровать, из которой девочка давно выросла. Трёхстворчатый шкаф был похож на мой. Кресло у окна было когда-то позитивного красного цвета. Приличного вида книжный шкаф не радовал обилием литературы, часть полок пустовала. Вместо полноценного стола использовался откидной столик от шкафа. На нём стояла грязная тарелка и чашка. На приставленном стуле возвышалась стопка толстых книг, чтобы Саше было удобно сидеть.

— Да, господин маг, — троица мялась на одном месте. Каждый из пацанов пытался спрятаться за спинами приятелей, поэтому возникла небольшая толкучка.

— Какой я тебе господин? Да ещё и маг? — с угрозой в голосе процедил я сквозь зубы. Ну а что? Буду одним из тех неучтённых, которые скрываются. — Ваня я! Понял? — я хмуро посмотрел на трусящих пацанов. — За едой сгоняете?

Серая троица согласно закивала, не двигаясь с места.

Я встал и похлопал себя по карманам. На ощупь извлёк бумажную купюру и протянул самому смелому или неудачливому, это как посмотреть. Остальные двое жались за его худосочной спиной.

— Чё брать-то? — судя по азартному блеску, денег на покупки хватит.

— Мясо, овощи, крупу, да побольше всего, — я махнул рукой, мол сами разберётесь.

Когда радостные подростки убежали, девочка горько вздохнула.

— Плакали твои денюски, — с серьёзным видом заявила Саша.

— Они вернутся, — я широко улыбнулся. — Они слишком любопытны, а тут интересно.

— Спасибо, сто помог маме, — девочка на прощанье обняла рака и протянула его мне. — Вот плата.

Я благодарно принял игрушку и нахмурился.

— Он тоже болеет, — я укоризненно посмотрел на ребёнка. — Ты совсем за ним не ухаживала. Его надо вылечить.

Восстановить плюш не представлялось возможным. Нечего было восстанавливать, поэтому я запустил трансформацию материи, стараясь, чтобы плюшевый рак не потерял самобытность. В результате у меня получился ярко-красный пушистый рак с выпученным глазёнками. Я укрепил ткань и внедрил самоочищение. Погладил рака по голове и передал его девочке.

— Придётся наказать тебя, — я строго посмотрел на Сашеньку. — Ты теперь обязана заботиться о нём до конца жизни.

Девочка крепко прижала рака к груди. Понятно, почему он столько раз рвался, после такой-то хватки. Похоже это была единственная игрушка в доме.

— Спасибо, — она бросилась мне на шею и крепко обняла. Я воспользовался ситуацией, чтобы продиагностировать ребёнка.

Сильное истощение, общая недоразвитость. Укрепил кости, немного почистил психику. Весь негативный опыт убирать не стал — удивительно адекватный ребёнок для своего возраста. Попутно бросил плетение на волосы, и косички стали как новые. Почистил тело и одежду, немного уменьшив платье и шлёпки.

— Показывай кухню, хозяюшка, — я поставил девочку на пол.

На кухне был срач. И вряд ли он образовался за время болезни матери. Может не стоило её лечить? Это ж надо так засрать свою квартиру.

Не, ну я понимаю, денег нет. Но руки то есть? Взял тряпку, протёр окошко. Через это жирное нечто даже небо не видно! А плита? Что руки отвалятся поднять то, что выпало из сковородки? Там нагори было столько! А заляпаные ручки шкафов? Да к ним даже прикасаться было противно. Я уже молчу про мусор, разбросанные по полу и рабочим поверхностям.

Я с трудом подавил желание сжечь тут всё и с удивлением посмотрел на девочку.

— Так у тебя фамилия Грязнова!

— Нет, — девочка не поняла намёка.

— Как нет? — удивился я. — Ты же живёшь в свинарнике! Точно тебе говорю — Грязнова. А если нет, так надо поменять фамилию на Грязнулю. Саша Грязнуля! — жёстко припечатал я.

— Нет, я не грязнуля, — девочка заплакала и убежала в комнату. Хтонь.

Для начала я уничтожил весь мусор и вернул шкафам и другим поверхностям первоначальный вид. Уфф. Открыл чистое окно и впустил на кухню свежий воздух.

Плита сверкала чистотой, стол, стулья, даже занавески выглядели, как новые. Я открыл первый попавшийся навесной шкаф, и на меня посыпался мусор. Я взвыл от ярости, за моей спиной испуганно пискнула Саша. Я жестом распахнул всё, что можно было открыть, включая холодильник. Мусор высыпался ото всюду. Только холодильник оказался пуст, хотя вонял так, как будто там сдохла кошка. Я закрыл глаза, вдох, выдох, вдох, выдох. Спокойствие, Ваня, только спокойствие.

Открыл глаза я уже в совершенно другой кухне. Хтонь! Сорвался! Я скользнул в транс, проверяя состояние источника. Внутри обозначился контур перевёрнутой заглавной буквы «альфа». В остальном всё было нормально, уфф-ф. Ладно. Только вот как это вот всё теперь объяснить?

Я сел за барную стойку и посмотрел на оранжевый холодильник. Накатила дикая слабость, я широко зевнул.

— Я Саша Грязнуля, — девочка с трудом забралась на соседний стул и положила рака на стол. — Я буду убираться, честно-чесно! — пообещала девочка. — А это что? — она с любопытством оглядывала новую кухню.

Я проследил за взглядом.

— Это пищевой синтезатор, — я обречённо вздохнул и вложил в девочку навыки пользоваться всем вот этим высокотехнологичным оборудованием.

— Ух, ты! Писевой синтесатол! — она с трудом подтащила барный стул к рабочей поверхности и открыла шкаф с новенькой посудой. Вытащила тарелку и поставила в камеру синтезатора. На табло набрала 1124 и нажала красную кнопку.

Аппарат зажужжал и через минуту противно пикнул. Саша открыла дверь и вытащила тарелку. Она с трудом переставила её на барную стойку, перетащила обратно стул и забралась. Снова слезла и в одном из шкафов достала вилку.

На тарелке лежали котлеты с пюрешкой и аппетитно пахли. Я сглотнул подступившую слюну. Саша всё быстро съела и прочитала надпись на тарелке «Помой меня». Кажется, я вложил в девочку ещё и грамотность.

— Шухер! Копы! — на кухню влетел продавец мобильников и застыл, как вкопанный.

## Глава 8

— Охренеть! — главарь шайки воров профессионально зашарил глазами по навороченной кухне.

— Я слежу за тобой, — серьёзно заявила маленькая Саша. — Смотри у меня, если что пропадёт, — она погрозила пальцем, слезла со стула и открыла футуристичную посудомойку. Вставила тарелку, уложила вилку в специальный отсек, закрыла прозрачную дверцу и запустила программу, кажется, экспресс-мойки. Мдаа…

— Откуда? — продавец мобильников засмотрелся на оранжевый холодильник необычной овальной формы. Спереди в дверце располагалась синяя выемка под стакан в виде зависшей капли с кнопкой «вода».

В неосвещённом коридоре что-то грохнуло, донеслась ругань. Следом на кухню влетела троица с пакетами.

— Шухер, Ваня, там это…

И эти зависли, я широко зевнул.

— Мелкая, у тебя кофе есть?

Саша взяла один из принесённых пакетов и волоком потащила его к холодильнику.

— Да у неё папаша из этих, — я неопределённо махнул рукой, подталкивая воображение пацанов в неизвестном направлении. — Вы разве не знали, что она бастард?

— Да, я басалт! И это моя кухня! — она заполняла нижние ряды холодильника овощами, на верхнюю полку выложила мясо. Сверху на дисплее пополнялся список продуктов, с указанием количества и срока годности. Остальное девочка выставляла на дубовую столешницу. — Кофе купили? — хозяюшка строго посмотрела на ошарашенных воришек.

Подростки вразнобой замотали головами. Ну да, ну да… не заказывал, я снова зевнул. Вырублюсь же. Я пропустил воздушный импульс по нервам, уфф-ф, меня передёрнуло.

— Так что там про копов? Пирожки будете? — я приглашающе махнул к столу.

Посадочных мест на всех не хватило. Кухню я, конечно, прокачал знатно, но больше она от этого не стала. Рядом с холодильником располагалась компактная рабочая поверхность, далее шла маленькая круглая мойка, магическая плита на две конфорки. В качестве обеденного стола влезла только узкая барная стойка и три стула. Я вытащил из бумажного пакета наугад пирожок и откусил. С вишней, мм…