# Деревенька

Валерия Казакова

Эмилия, студентка 3 курса журфака, решила взять интервью у крайне успешного композитора Федора Иванова, чтобы поучаствовать в конкурсе от областного интернет-портала.

© Валерия Казакова, 2026


ISBN 978-5-0068-9359-7

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

## Annotation

Эмилия, студентка 3 курса журфака, решила взять интервью у крайне успешного композитора Федора Иванова, чтобы поучаствовать в конкурсе от областного интернет-портала.

## Глава 1. Деревенька. Глава 1

Пальцы виртуоза оторвались от клавиатуры, сыграв последний аккорд арии. В зале повисла торжественная тишина. Эмилия, студентка 3 курса журфака, нервно поправила ворот своей батистовой блузки и зааплодировала вместе с остальными зрителями. Как обычно концерт и произведения Федора Ивановича Иванова снискали громкий успех. Его небольшая фигурка сиротливо замерла на сцене под шквалом рукоплесканий. По рядам заспешили люди с букетами цветов и подарками для маэстро.

А Эмилия решила дождаться, пока шумиха уляжется, чтобы пообщаться с композитором тет-а-тет. Будучи выходцем из семьи журналистов, она с молоком матери и сигаретным дымом отца впитала энтузиазм, выдержку и пронырливость. Но в отличие от родителей – новостного обозревателя и военного корреспондента – Эмилия, как говорят, «отвалилась от династии» и «обитала на периферии». Однако девушку мало заботили подобные эпитеты. Ведь музыка с детства была ее страстью.

Неудавшиеся вступительные в училище, конфликты в собственной группе, разногласия с местной администрацией – ничто не сломило ее любовь к музыке. Дома личная библиотека, посвященная партитурам и теории, неизменно пополнялась новыми находками. А в нижнем шкафчике каждый месяц появлялась очередная нотная тетрадь, исписанная сочинениями.

Тем не менее в композиторы Эмилия не стремилась. Она открыла для себя сферу, такую же возвышенную, как и приземленную – музыкальную критику или музыкальную журналистику. Здесь не требовалось носить бронежилет, чтобы отстаивать свои идеи. Не требовалось промывать свои мозги тоннами бульварных историй. Эмилия называла это своим «маленьким островом» посреди океана с хищными акулами и безумными пиратами. И этого ей вполне хватало.

Впрочем, остров этот и маленьким сложно назвать. Глядя на широкую концертную программу только в одном городе, Эмилия видела, что «развернуться» есть где. А уж с учетом писак без образования… В общем, несмотря на стойкую критику от близких она решительным образом решила стать музыкальным критиком. Поэтому высидеть полчаса в зале, а потом прошмыгнуть мимо фанатов и охраны в гримерку маэстро – не составляло проблемы.

Тем временем Эмилия зорким взглядом осматривала композитора на сцене со своего пятого ряда и все больше убеждалась в правильности выбранного хода для карьерного трека. Первое, что бросалось в глаза – его неприметность. Внешность Федора Иванова была сдержанной, приличной, тихой. Если сказать точнее – никакой. И все же эта «никаковость» очень удачно ложилась на его гениальность. Глядя на его добрую физиономию в окружении ярких и стильно одетых фанатов и поклонников, складывалось четкое нравственно высокое заключение – заботься о душе своей, материальное тщетно. Но вот в чем загвоздка, ходили слухи, что у Иванова дома несколько старинных ламп от Тиффани и антикварная мебель из красного дерева. Избитое наставление просилось на усовершенствование, но для этого требовалось личное интервью с маэстро с развернутыми ответами. Все вопросы девушка заблаговременно написала в телефоне, который так же, как и она терпеливо дожидался рабочей сессии в вельветовой сумочке. А сама Эмилия по привычке теребила сережку с крупной жемчужиной и прядь волос, от чего казалась окружающим взволнованной тургеневской девушкой.

– Дорогие наши зрители! Благодарим всех за этот вечер! – в руки взял микрофон ведущий концерта, чтобы ускорить завершающие процессы. – Приглашаем вас в вестибюль к стендам композитора Федора Иванова, где вы можете приобрести лучшие студийные и концертные записи на виниле и фирменный мерч!

Его призыв сразу же возымел эффект и несколько экзальтированных надушенных дам поспешили из зала, успев вручить букеты и подарки маэстро и взять с него же автографы для всей семьи. Остальные зрители тоже успели нафотографироваться с музыкальным гением и вереницей направились к выходу. А Иванов продолжал стоять на сцене и успешно доигрывал свою скромную роль. Его взгляд скользнул по освобождающемуся зрительному залу и на мгновение задержался на Эмилии, которая продолжала сидеть на своем месте.

«Первый контакт. Отлично» – подумала про себя девушка.

Ведущий в это время активно раскланивался с элегантной улыбкой на лице и деликатно выпроваживал публику. Его лоб покрылся потной росой, а прядь на виске выбилась из уложенной лаком стрижки.

Щелкнули последние шпильки и пробурчал мужской бас. Эмилия вспорхнула со своего места и тоже направилась к выходу. На бегу она заметила удаляющееся лицо композитора – оно побледнело и выражало тяжелую грусть.

А в вестибюле толпился народ. У стендов велась активная торговля высоким искусством. Дамы и господа активно обсуждали концерт и личность маэстро.

– Такой скромный! Ты заметил, какие у него добрые и чистые глаза? – воскликнула женщина в атласном платье и бокалом мартини в руке.

– Ну, чисто гений! – послышался голос другой дамы.

– Я был на его концерте в Ярославле. Иванов исполнил еще несколько композиций вне программы. Поражаюсь его плодовитости! – оценил раскатистым голосом мужчина в новом смокинге.

Эмилия аккуратно пробралась сквозь толчею и вышла, наконец, на свежий воздух. В гримерку маэстро проще было пробраться с другого входа. Девушка обошла здание и у двери в свете фонарей увидела небольшую очередь за автографами. Журналистка отошла в тень деревьев и щелкнула зажигалкой. Мелькнула красная точка сигареты.

Это было не первое ее интервью со знаменитостью. Все шло как по маслу. И даже слишком гладко. В какой-то момент Эмилия ожидала, что обязательно поскользнется. Но пока этого мига не предвиделось на горизонте. Девушка продолжала расслабленно курить под деревом и наблюдать за постепенно расходящейся публикой.