# Терра. Часть 2

Маргарита Боулес

Финальная пятая книга.

Читать строго по порядку!

Терра стала камнем преткновения для Люцифера, ангелов и демонов; домом для человека; ставкой в игре для вечных Создателей Света и Тьмы, но как она повлияет на судьбы Аиррэля и Велиала станет последним шансом или погибелью?

Что ждёт друзей: долгожданное счастье, искупление или вечные оковы забвения?

Долгожданный финал истории!

## Часть III. Горизонт событий

Колесо фортуны запустилось, и

нам осталось только скрестить пальцы и

наблюдать за несущейся на световой

скорости стрелкой и надеяться, что

судьба будет к нам благосклонна…

Велиал


## Глава 1. Суд

Бог знает в чем мы виноваты, просто надо так

Поэтому потом мы попадем с тобою в Ад[1]…

Аиррэль

Стоило только сделать шаг через Золотые Врата, меня тут же перехватили под локти стоящие с этой стороны стражи, заломили мне руки и связали крылья Небесными Жгутами, толкая вперед.

Я уже видел это место раньше, и мне вдруг стало тревожно — знал, что вскоре неизбежно встречусь с Отцом. Мы пересекли небольшую лесенку и поднялись к парящей просторной мраморной анфиладе с гигантскими стрельчатыми арками, высоко устремляющимися в небеса и теряющимися средь облаков. С каждой стороны арки вплоть до самого Престола Эль-Элиона восседали ангелы высших чинов, ближайшие советники находились возле Создателя. Они все провожали меня взглядами. В полном молчании. Здесь не было иных перекрытий. Минималистичное светлое пространство. Под ногами клубился белоснежный дым, источающий сейчас приятный цветочный аромат, который в зависимости от напряженности атмосферы во время заседания изменялся, и можно было определить настроение Создателя: чем слаще, тем лучше расположен к узнику, у того есть шанс, а вот если чувствовался запах задымления или гари — пиши пропало, везение тебя покинуло, лучше до этого не доводить. Терпение у Эль-Элиона не вечное.

С каждым шагом пар колыхался, чуть отступая от ног и приоткрывая полностью прозрачный пол, под которым не было ничего, кроме бесконечного неба. Одежды ангелов заменяли своим сиянием светила, впереди высился золотой пустующий Престол. Я даже слегка выдохнул. Создатель еще не явился.

Меня опустили на почтительном расстоянии перед лестницей, ведущей к подиуму. Глаза упирались лишь в нижнюю часть высоченного Трона, и нужно было запрокинуть голову, чтобы увидеть Создателя. Хотя кто осмелится взглянуть на НЕГО? Видимо, есть один. Я не буду прятаться, пусть судит, ОН и так уже все знает. Все. Даже лучше нас самих.

С каждым мгновением здесь силы возвращались, душа подпитывалась магией Небес, почти пела от восторга. Я обернулся, осматривая присутствующих, и сразу же наткнулся взглядом на Серафима Эмпириана, тот отвернулся. Из знакомых я увидел близнецов Самуила и Сахаила, они ободряюще подмигнули мне, но держались без присущей им веселости. Послышалось открытие врат и громкие голоса братьев: спокойный — Митраэля, сухой — Дарвиеля и возмущающийся — Онтариэля. Представление началось, и не я был в центре арены. Распорядители не пускали Онтариэля, загородив ему путь копьями. Я повернулся, силясь понять, в чем беда.

— Покиньте Верховный Суд вместе со своим компаньоном! Или мы будем вынуждены применить силу.

— Окститесь! Я — Архангел Онтариэль, и мое место рядом с братьями и Отцом.

— Тварь не пройдет.

— Но он связан со мной! Мы не можем разделяться.

— Тварь не пройдет! Архангел, вы можете остаться вместе с ним.

— За вратами?!

— Стоит успокоиться нам и благоразумно обсудить все, — попытался вставить слово Митраэль.

— Мой брат идет с нами! — А это уже Дарвиэль.

— Г’хасс будет вести себя со смиренной покорностью. Он не может никому навредить, только защищать меня.

— Здесь не будет адских прихвостней! — это уже выкрикнул кто-то из возмущенных Серафимов. — Безобразие!

— Неприятности одни от Архангелов!

Стражи стали теснить братьев к дверям, появилось подкрепление: более десятка ангелов в золотых доспехах наставили копии на Архангелов. Дарвиэль схватился за рукоять меча, но не достал из ножен, его руку перехватил Митраэль.

— Да что вы себе позволяете? — возмущался Онтариэль.

— Еще раз меня заденешь, я это так не оставлю, — угрожал Дарвиэль.

— Онтариэль, решай…

Cпор завершился тем, что Онтариэль остался за дверью вместе с гарсу. Дарвиэль продолжал возмущаться, пересекая анфиладу, Митраэль молча кивал.

Братья окликнули меня и поздоровались, встав по правой стороне от Престола.

Через мгновение появился Велиал в плохом расположении духа, и тут такое началось! Серафимы чуть не попадали в обморок во главе с потерявшим дар речи Эмпирианом — его лицо я бы желал запечатлеть в таком виде с глазами-блюдцами, открытым ртом и побагровевшим лицом, дабы повесить портрет на стену в кабинете, чтобы он веселил меня в самые паршивые дни. Херувимы громко охали и причитали: «Как же так? Что же это такое? Храни нас всех Эль-Элион!»

— Отца еще нет, отлично, — Велиал выглядел мрачным. — Я убью его, как только он явится.

Я не понял, про кого речь. Эль-Элиона? Не настолько же брат обезумел, чтобы напасть на Создателя? Серафимы кричали изгнать демона, призывали стражей, которые уже летели к нам.

— Братец, это тебе… — Он вынул из-за пазухи письмо, разломил сургуч и зачаровал, чтобы оно открылось перед моими глазами, и я мог прочитать…


«Аиррэль,

как думаешь, почему люди здороваются в письмах? Ради хорошего тона или действительно хотят поприветствовать — оно нужно тем, кто расставался или не знал друг друга. Я с тобой не прощалась, поэтому начну так, будто мы виделись только вчера…

Я так много хочу сказать, только слов будет недостаточно. Прошу лишь об одном: не смей отказываться от нас, если у тебя есть шанс. Ты не можешь решать за меня! Понял? Я тебе не прощу предательства. Если мы должны страдать, тогда все равно вместе, не врозь. Я так боялась произнести эти три слова, но ты должен знать, что Я ЛЮБЛЮ ТЕБЯ. Слышишь? Вопреки всему, даже запретам — люблю. Только тебя.

Люблю! Аир, люблю-ю-ю…

Больше всего на свете. И не жалею ни капли, ни мгновения, скорее мне недостаточно «нас». Мне не нужна жизнь без тебя, с кем-то другим. Не нужна! Не выдумывай глупости, не пытайся меня защитить. Не вини себя. Помни, что я взрослая женщина и сделала свой выбор. Ты сказал, что бракосочетание было настоящим, и мы оба дали клятву.

Я запрещаю тебе думать о смерти! Запрещаю, понял?! Я — твоя жена! И мое право решать и выбирать путь. Я сильная. Вместе мы все преодолеем. Даже если нас осудят, то я хочу держать твою руку и не отпускать до самого конца.

Со мной все хорошо, но я скучаю до безумия, хочу вновь увидеть твои глаза…

Навеки?

Вечные.

Я — твоя, а ты — мой.

Держись за шанс

встретиться вновь.

Твоя жена, Скай».


Я дочитал письмо, и меня накрыла невообразимая радость. Душа рвалась от восторга, набегали радужные слезы, я будто слышал голос Скай, когда читал эти строки.

Люблю.

Я тоже, милая, я тоже.

Сидел и ухмылялся, почти как безумец с жаром внутри, огнем, кипяток разливался по душе. Я вновь посмотрел на письмо, дрожащие буквы, различил разводы от слез. И расхохотался… Сквозь слезы, сквозь расстояния, я плакал и смеялся, закованный в цепях, более не страшась ничего, даже гнева Создателя.

Моя упертая женщина. Только моя. Всегда. Но я не успел насладиться мгновением… и не видел, как демон отбросил стражей, не подпуская к нам никого.

Внезапно часть пола, на котором мы с Велиалом находились, задрожала, отлетела от остальных, медленно крутнулась против часовой стрелки, став прямоугольником, и вернулась на место. Трон отца оказался посередине платформы. Сначала я не понял, зачем, затем понял, почему, когда на левой части образовалась алая спираль, внутри которой появился каким-то чудом Люцифер, чье лицо выглядело странно покореженным, и позади возник черный трон, а платформа с его стороны окрасилась в ало-черный цвет, клубы дыма возле дьявола стали красными. Не знал, что и его пригласили. Велиал с одного прыжка кинулся на Люцифера. Завязался бой.

Про меня все благополучно позабыли.

Стало ясно как день: сейчас прольется чья-то кровь. Велиал потерял контроль и не собирался останавливаться — он хотел убить Люцифера прямо в Небесном Царстве. Их обоюдная ненависть переходила всякие границы. К ним кинулись Архангелы, но дерущиеся так увлеклись яростным мордобитием, что попытки помощи оборачивались лишь большими проблемами.

Велиал схватил Люцифер за грудки и отбросил в сторону. Тот влетел в Престол, раздался оглушительный звон — я думал, что треснула спинка, но нет, ни царапинки. Люцифер зарычал, провел несколько ударов по лицу демона, тот увернулся от последнего и контратаковал. Дьявол с необъяснимой веселостью, даже злорадством на лице блокировал атаку, продолжая провоцировать моего обезумевшего дурня, видимо, Повелитель гордился какой-то своей выходкой. Я подозревал, что без Мелиссы здесь не обошлось.

Митраэль, Дарвиэль и близнецы, пытающиеся всякий раз вмешаться, были откинуты лишь мановением руки Велиала назад вместе со стражами и не могли к ним приблизиться. Он поймал их в какие-то клетки, и те, ошарашенные таким поворотом событий, пытались выбраться из них с помощью стражей, которые переключились на вызволение Архангелов из западни. Я такое заклинание видел впервые и попробовал сломать Жгуты, как-то вывернуться, чтобы помочь:

— Развяжите меня!!! — окликнул стражей, но те не обращали внимания.

Я взывал к Велиалу, но тот разошелся: кулак, предназначавшийся Люциферу, влетел в спинку трона, и раздался оглушительный звон, заставив бессмертных скрутиться от боли. Дьявол чуть дрогнул, и демон, воспользовавшись дезориентацией противника, провел мощные удары по корпусу, а затем в лицо. Он схватил его за шею, из его рук потекла темная сила, разрушающая — Люцифер взревел, часть его лица стала трескаться, на шее появилась рана, напоминающая разлом Мироздания. Облака вокруг нас потемнели, небо стало серо-фиолетовым, повеяло тленом и гарью. В руке Люцифера вспыхнуло копье… И он им воспользовался, пырнув Велиала в бок, но из-за длинны ствола оружие прошло скользящим, а не колющим движением. Демон, схватив Люцифера за горло, перекинул его через бок, тот удержался крыльями и атаковал копьем, на сей раз попав прямо в грудину — на месте вроде бы незначительной раны образовалась дыра размером с мой кулак. Велиал как-то зло улыбнулся и просто щелкнул пальцами — дьявол тут же отлетел назад, крепко сжимая в руке оружие, и вновь ударился об трон, на сей раз головой. Анфилада вздрогнула от свистящего воя. Демон продолжал бить его, даже не приближаясь: голова дьявола несколько раз ударилась о золотой подлокотник. Люцифер сопротивлялся этой магии и выпустил в демона заряд энергии. Велиал отскочил, тогда дьявол кинул в него копье, которое бы возможно достигло цели…

— ДОВОЛЬНО! — По анфиладе прошлась взрывная энергетическая волна, стремительно откинувшая всех, даже восседающих наблюдателей со своих кресел — мы позорно проскользили по полу: кто лицом познакомился с прозрачной поверхностью, кто крыльями, у кого-то ноги торчали в воздухе. Люцифер и Велиал кубарем вместе с выпущенным в воздух копьем полетели назад, снося своими телами стражей, архангелов и меня заодно.

— Она не понимает, что чувствует! — Люцифер начал вставать и, наплевав на все, готовился к продолжению, ища рукой копье.

— Я тебе сейчас втолкую…

— ДОСТАТОЧНО!

Все разом смолкли. Я поднял взгляд и увидел Отца в центре перед подиумом и вместе с братьями приветствовал его по всем правилам, встав на одно колено. Я сделал только поклон со связанными за спиной руками. Люцифер отряхнулся, скрестил руки и показательно повернулся боком, не взглянув на Создателя. Велиал поднялся как равный ему и смотрел грозно, почти воинственно, а потом выдохнул и как бы кивнул, соглашаясь с чем-то. Серафимы и херувимы тут же принялись восхвалять Эль-Элиона, попадав ниц, но тот на середине их пения произнес:

— НАМ ПРЕДСТОИТ ДОЛГИЙ РАЗГОВОР. НЕ БУДЕМ ОТКЛАДЫВАТЬ.

Эмпириан внезапно двух слов связать не мог и промямлил что-то наподобие согласия с полным повиновением.

***

Эль-Элион

Аиррэль

Отец ничуть не изменился. Таким я его и помнил. Средних лет на вид не более пятидесяти, в расцвете сил с ухоженной короткой бородой и усами, его пепельные волосы, зачесанные назад, струились пенящимися воздушными волнами на затылке. При движении пряди словно дышали, естественно пружинясь. Серебристый костюм на нем сидел как влитой и отражал свет, Небесная ткань состояла из кристалликов, бликующих под сиянием светил. Его глаза пугали глубиной, в них сосредоточивалась вековечная мудрость, миллиарды лет, бесконечный поток событий. Не каждый способен выдержать его взгляд на себе — для этого требуется вся сила и храбрость. Посмотреть в глаза тому, кто видит тебя насквозь — каждую мысль, даже ту, что ты еще не помыслил, но сделаешь… Я впервые подумал о том, что Велиал намного старше всех нас и ближе к Создателю, чем все мы, ангелы, вместе взятые.


Велиал

Напротив меня стоял молодой мужчина в расцвете сил, не более тридцати трех лет — высокий, сильный, с мощной энергетикой. Глаза его — яркие и сияющие, как снег на вершинах гор в Асхаре или на Северном полюсе Терры с вкраплениями драгоценной пыльцы — бриллиантов. Раньше я видел его иначе и гадал, какой облик является правдой, а какой очередная мишура? Почему сейчас он выглядит так молодо? С гладким лицом, без бороды и усов. Серебряные волнистые волосы собраны в короткий хвост на затылке, несколько прядей свисало с обеих сторон лица в некой, на первый взгляд, небрежности, но нет — в облике Отца не было и следа неряшливости. На нем надета белая рубашка и брюки со стрелками, опоясанные кожаным ремнем, башмаки с острым носом, а пуговицы, воротник и запонки из л’арний. Эль-Элион выглядел строго и в тоже время ослепительно.


Люцифер

Люцифер глянул исподтишка на Создателя, из чистого любопытства. Тот скрестил руки за спиной, сцепив раскрытые ладони, и стоял уверенно, с ровной спиной, ноги на ширине плеч с разведенными чуть в сторону носками, в белых ботинках и мантии с золотыми вкраплениями на воротнике и манжетах — он источал силу и непоколебимость для того, кто внешне выглядел как старый дедушка с седыми волосами, свисающими до плеч, с густой аккуратной серебристой бородой, соединенной с усами и бакенбардами под стать глазам из белого золота. Творец выглядел слишком располагающе, добродушно, отчего тут же разозлил падшего. И он раздраженно отвернулся.


Аиррэль

Я думал, что Отец явится в плохом расположение духа, но внезапно запахло ландышами, значит ли это, что нам повезло?

Копье взмыло в воздух и со свистом оказалось в руках Создателя. ОН поднял руку и провел вдоль лезвия.

— НЕВЕРОЯТНО. ВСЕГДА МЕЧТАЛ ПОСМОТРЕТЬ, ЧТО ПОЛУЧИТСЯ.

— Верни. А то еще поранишься, — с какой-то странной интонацией сказал Люцифер. Эль-Элион промолчал и выпустил копье из рук — оно, крутясь волчком на острие, залетело прямо к дьяволу в руку. Тот резким движением перехватил его и спрятал в пространственный сейф.

— ПРИВЕДИТЕ МОЕГО СЫНА, АРХАНГЕЛА ОНТАРИЭЛЯ, ВМЕСТЕ С ЕГО СПУТНИКОМ.

Стражи тут же кинулись за братом и отворили для него врата.

— Отец?! — Он сел на одно колено, согнул руку в локте над головой и сжал кулак, смиренно опустил голову, в точности повторив нашу позу. Гарсу подле него коснулся макушкой земли, повторяя за братом.

— ДОВОЛЬНО КЛАНЯТЬСЯ. ПОДНИМИТЕСЬ.

Мы распрямились в ожидании.

— ВЫ ВСЕ МЕНЯ ОГОРЧИЛИ. — ОТЕЦ посмотрел в глаза каждому, и каждый ощутил это ужасное липкое чувство стыда.

Я даже не знал, что и сказать.

— А ВЫ ОСОБЕННО. — ОН перевел взгляд с Люцифера на Велиала. — ПРИВЕДИТЕ СЕБЯ В ПОРЯДОК, ЧТО С ВАМИ ОБОИМИ? — Эль-Элион махнул рукой, и одежды на демоне и дьяволе исправились, с тел ушли следы побоев и ссадин, дыра в теле Велиала исчезла, а странная темно-серая облупливающаяся часть на лице Люцифера затянулась, белый глаз вновь приобрел яркий цвет радужки, алая трещина на теле срослась.

Последний дарам не обрадовался и чуть ли не зарычал.

— Я не просил!

— ТЕБЕ НЕ НРАВИЛОСЬ.

— Мне. Ничего. Не. Нравится.

— ВНЕ СОМНЕНИЙ. ВЕРНУТЬ?

Люцифер сделал очень длинный вздох, покачнулся с пятки на носок и после затянувшейся паузы тихо произнес:

— Нет.

Эль-Элион ничего ему не ответил, но я могу поклясться, что поймал едва различимую улыбку.

— ПОДХОДИТЕ БЛИЖЕ.

Эмпириан тут же стал отдавать распоряжения и возвращать на свои места ангелов. Меня подхватили под руки стражи и вернули на прежнее место.

— А что делать с нарушителем? — Ангелы указали на Велиала.

— ОН ПОЛНОПРАВНЫЙ УЧАСТНИК. ПОСТАВЬТЕ ЕГО РЯДОМ С АРХАНГЕЛОМ АИРРЭЛЕМ, — сказал Эль-Элион, садясь на Престол.

Люцифер прошествовал к своему месту мимо Создателя, запрыгивая в полете на черный трон, откинулся на спинку стула, закинул правую ногу на колено и закрыл глаза.

Когда все расселись, Эмириан просил разрешения начинать, и Отец кивнул. Серафим тут же развернул свиток моих прегрешений, который утонул в белоснежных облаках.

— ПОЧЕМУ МОЙ СЫН ВЫГЛЯДИТ ТАК? — ОН обратился к Эмпириану.

— Архангел Аиррэль сопротивлялся при аресте, убил легионера.

— Предателя. Говори вещи своими именами. Он поднял меч на моих друзей! На мою семью. В моем доме. Это называется самозащита.

— Мы вынуждены были принять меры, — делая вид, что не услышал меня, продолжал Эмпириан.

— МЫ?

У Серафима затрясся подбородок, и свиток колыхнулся, чуть не выпав из рук.

— Я действовал во благо.

— БЛАГО НЕ ДОСТИГАЕТСЯ ЧЕРЕЗ НАСИЛИЕ.

ИЗДЕВАТЕЛЬСТВА.

ЛИШЕНИЕ БЛАГОСЛОВЕНИЯ.

МНЕ ПРОДОЛЖАТЬ?..

ТЫ ПРЕВЫСИЛ ДАННЫЕ МНОЙ ТЕБЕ ПОЛНОМОЧИЯ!

Серафим выглядел белым-белым в тон небесной мантии, в кой он был облачен. Крылья его дрожали. Я даже посочувствовал. Он думал, что я один удостоюсь внимания Создателя, а вышло совсем иначе. Эль-Элион ожидал, чуть подавшись вперед и сверля взглядом Святейшего.

— Он меня вынудил! Это все он и его братья, — Эмпириан отбросил свиток, вылетел в центр и упал ничком. — Я делал все в рамках закона. Архангел Аиррэль всегда перечит. Сережки носит. Не исполняет приказов. Потакает демону и дьявольской свите…

— И тут я виноват! Вот дела! — не остался в накладе Люцифер.

— У меня на него целый бесконечный свиток. Я нашел все записи. Его сношения с ангеликами и, по слухам, постоянные соития с демонами. В вертепе его братца!

— Все не так. Я был околдован…

— Молчи, — сквозь зубы, не размыкая губ, цыкнул Велиал на меня, скорее прокашлял себе в кулак. — «Все отрицай», — добавил он уже мысленно.

Да, однажды за несколько сотен оборотов до появления Скай, я попался под чары одной демоницы и провел с ней ночь в комнате отеля, принадлежащего Велиалу. Откуда пошла молва, я понятия не имел, может, посетители растрепали, что видели меня, а мои подхватили, не суть. Но стыдился я за тот случай знатно и до сих пор даже Скай не мог признаться, да и вспоминать не хотел. А сейчас он все выдал при Отце, хотя… о чем я? ОН и так все знает.

— Убийства. Он нарушал законы, наши правила и…

— Какое раболепие… преданность делу… — перечислял Люцифер, забавляясь.

— И ТЫ РЕШИЛ СОВЕРШИТЬ САМОСУД?

— Отче, он взял в жены смертную!

— Говоришь так, будто это заразно, — скривился в насмешке Велиал, оживившись.

— О! Это неизлечимая «болезнь», хуже чумы, но я могу помочь с ней справиться! — подхватил Люцифер, который продолжал отпускать свои личные ремарки касательно происходящего.

— ТО НЕ ДАЕТ ТЕБЕ ПРАВО ЛИШАТЬ ЕГО БЛАГОСЛОВЕНИЯ И ТИТУЛА.

— Виноват. Я радел лишь за благополучие Небесного Царства. Архангел Аиррэль не достоин своего титула, он вносит смуту в наши войска, средь ангелов. Они смотрят на него и потакают, думают, что раз ему все сходит с рук, то и им дозволено делать все, что вздумается.

— О, как хватил! Блистательный «панегирик». Слышь, Аиррэль, еще пара фраз, и ты «падешь» со своего Небосвода, будешь возле меня вот тут на карачках сидеть и мычать. Красиво же он тебя закапывает, яму, видать, давно вырыл — осталось столкнуть. Святейший, мне бы ваша словоохотливость, такие преданные своей темной цели ангелы.

Для меня оставалось загадкой, почему Отец не препятствовал Люциферу и позволял тому болтать все, что вздумается. А у него так и перло вдохновение, что всегда случалось рядом с ОТЦОМ.

— Вот он — дьявол! Изменник! Предатель! Все от него! Все с него пошло и…

— ДОВОЛЬНО. Я УСЛЫШАЛ ДОСТАТОЧНО.

— Прекрасно! Пусть выскажется! Пусть! Заодно расскажи, как ты чуть не поспособствовал прорыву, только и жаждал кровопролития. Я все сразу понял. Не мог обычный ангел знать такие детали…

— Прекрати, изверг треклятый! — внезапно Эмпириан завизжал почти как свин и чуть не бросился на дьявола с кулаками, но осел под вопросительным взглядом Эль-Элиона.

Я мог поклясться, что ЕГО все происходящее крайне забавляло, не в плохом ключе, а с отеческой любовью. И показалось, лишь на мгновение, что ОН скучал по нам, даже по нашим извечным разборкам. Тут мне стоит пояснить и напомнить, что Люцифер как сидел с закрытыми глазами, так и оставался, развалившись на троне в вальяжной позе. Почти лежал.

— ЭМПИРИАН. ТВОЕЙ ЗАДАЧЕЙ БЫЛО ПОДДЕРЖИВАТЬ МИР, А НЕ РАЗВЕРЗАТЬ ВОЙНУ. ТЫ УСТАЛ.

— Я полон сил, Отче.

— В ПОГОНЕ ЗА ОШИБКАМИ ДРУГИХ ДОЗВОЛИЛ СЕБЕ СОБСТВЕННЫЕ И ВЫБРАЛ НЕ ЗАМЕЧАТЬ, К ЧЕМУ ПРИВЕЛА ТЕБЯ ОДЕРЖИМОСТЬ КРАХОМ АРХАНГЕЛА. ТЫ ПОЛОН НЕПРИКРЫТОЙ ЗАВИСТИ И ЗЛОБЫ.

— Я могу объяснить все…

— ТЫ СНИМАЕШЬСЯ С ПОСТА СЕРАФИМА И БУДЕШЬ ВОЗВРАЩАТЬ СЕБЕ ВЕРУ В ЛУЧШЕЕ.

— Но как же? Я делал все во имя Твое, все как Писано, все по наставлению Твоему.

— Я НИКОГДА НЕ ПРОСИЛ ПЫТАТЬ УЗНИКОВ. ЕСЛИ БЫ НЕ АДАМ, КАК ДАЛЕКО ТЫ СОБИРАЛСЯ ЗАЙТИ?

— При чем тут человечишка?

— Вообще-то он Верховный Серафим, — с налетом улыбки сообщил дьяволу Велиал.

Врата распахнулись. Я обернулся. В начале анфилады появился человек. Наверное, единственный после Скай, который мог находиться здесь, точнее, с позволения Создателя. Не сразу, но Адам вновь получил расположение Эль-Элиона и спустя много лет — статус Серафима, кажется, ему не нужный, но позволяющий жить на Небесах без перерождения вместе с Евой. Насколько я слышал, вторая «первая» женщина предпочла жизнь и уже не единожды умирала, и перерождалась, а вот ее первый муж остался среди ангелов.

Люцифер очнулся, он приоткрыл один глаз и увидел своего соперника, с кем он не поделил любовь и расположение Отца.

— Ой, а что это столь совершенное создание делает в облике столь несовершенного? Как ваше житье-бытье? Крылья не мешают? Все устраивает?

— ЛЮЦИФЕР.

— Он занимает место ангела! ТЫ посадил на должность Верховного Серафима человека!

— ТЫ ЗАБЫВАЕШЬСЯ!

— Я не собираюсь находиться с ним на одной широте, пусть валит на другую орбиту. Избавься от него, либо я вернусь в Нижний мир.

Адам остановился на середине пути и посмотрел на дьявола с опаской. У них такая протяженная история «отношений», что даже тягостно наблюдать за этой драмой.

— Это я просил его явиться, — сказал Велиал.

Я вскинул голову и вперился взглядом в демона.

— На случай…

— Ооо! Я вижу, — Люцифер сел ровнее. — Сколь же отчаянно ваше положение, раз ты решил, будто слова этого существа имеют больше веса, чем ваши прегрешения? То, что Аиррэль когда-то его спас, я могу и сам подтвердить, только смысл?

— Одно дело знать — другое услышать.

Адам хотел что-то сказать, но Отец мимолетно покачал головой, и человек остался молчалив. Тут явились стражи за Серафимом, Эмпириан упирался и не хотел уходить, когда его уводили из зала Суда.

— Дело не только в жизни первого человека, сколько в его женщинах.

— А они тут причем? — не сообразил Люцифер, как и я.

— Есть некоторые пробелы в небезызвестной нам всем истории, и я хотел бы, чтобы вы дополняли меня во время рассказа. — Демон посмотрел на Отца и на Люцифера. — Адам может просто кивать, если тебе не нравится его голос.

— Ладно, потерплю этого «параллелепипеда», — не удержался от колкости Люцифер, и Велиал начал рассказ…


[1] Pyrokinesis — мы попадем с тобою в ад

## Глава 2. Суд. Истории

Велиал

— Когда Эль-Элион создал Лилит, у Адама не было ни единого шанса на внимание девушки, на любовь, потому что первым, кого она встретила, был ты, Люцифер, в облике ангела. Верно? — Я мог только догадываться, предполагать. — Ты присутствовал при ее создании.

— Так и было.

— Она не могла забыть тебя, как ни пыталась. Лилит наблюдала за тобой, когда ты прилетал на Терру с Создателем, и не могла почувствовать к Адаму того интереса, что вызывал ангел. Поэтому тогда… не могло пойти иначе.

— Даже боюсь помыслить, к чему ты ведешь.

— Отец учел прошлый опыт. ОН создал Еву в тайне, сразу после того, как запер Лилит в Небесной Кузнице. Тогда началась война, и Люцифер был занят восстанием, а Адам и Ева спокойно жили в Эдеме, позабыв о твоем существовании. У них появились «эделои»[1], а перед подписанием перемирия к детям приставили ангелов-хранителей, которые незримо охраняли молодых «человеков» от угрозы…

— Угроза — это я?

— Хочешь оспорить?

— Как-то плохо они охраняли.

— ИМ НЕ ДОЗВОЛЯЛОСЬ ЛЕЗТЬ В РЕШЕНИЯ ЛЮДЕЙ, ТОЛЬКО ОБЕРЕГАТЬ ОТ ПОСЯГАТЕЛЬСТВ ДЕМОНОВ.

— Ах, да! Свобода выбора! — Люцифер рассмеялся.

— Вот здесь в истории появляется Ева — матерь человечества. Она любила Адама или просто не знала никого иного, не будем лезть в семейное дело, ограничимся встречей с Люцифером. Вот теперь мне интересны детали… Как именно ты появился ей, в каком обличии?

Люцифер постучал по подлокотнику кресла и поерзал.

— Впервые? — сделал вид, что призадумался. — В Небесном.

— И-и-и?..

— Я представился ангелом. Она призналась, что никогда их не видела, только сгустки белоснежного сияния и крылья. Адам сказал ей закрывать глаза, чтобы не ослепнуть, а я явился в телесном воплощении.

— Не буду рассказывать, как Ева повелась на уловки с деревом…

— Я про него не сразу узнал, — зачем-то сказал Люцифер. — Зачем сажать древо в центре Эдема и запрещать рвать с него плоды?

— …

Я оценил громогласное молчание Отца и после непродолжительной паузы продолжил.

— Изгнание, тяжелые роды, дети, долгая жизнь на Терре и смерть. Ева всю жизнь ненавидела тебя, Люцифер, а хуже того — любила. Именно поэтому она решила вскоре переродиться, чтобы стерлись все воспоминания о прошлом. Только после очередного завершения земного путешествия она возвращается на Небеса и все вспоминает, поэтому бежит от прошлого и крутится, как белка в колесе, проживает жизнь за жизнью…

Обернулся, встречаясь взглядом с голубыми глазами Адама, тот медленно кивнул, как бы в подтверждение последних слов или всего. Я даже посочувствовал ему. Обоих женщин у него украл Люцифер, жены сбежали к одному мужчине, всю жизнь любили другого, не его. Наверное, у него есть тысячи причин ненавидеть дьявола.

— Всегда знал, что я прекрасен, не знал, насколько, — Люцифер не мог устоять, но задеть было некого — Адам покинул анфиладу. Врата шумно закрылись.

— К ЧЕМУ ВСЕ ЭТО, ВЕЛИАЛ?

— Секунду, — посмотрел на брата, архангелов позади и объяснил: — Изначально ТЫ думал, что причина в Люцифере, потом на Терре появились ангелы, проскальзывали хитроумные демоны, такие, как я, и люди влюблялись в нас. Далее всем известная история со смертями. У Скай не было ни шанса. Первого она встретила Аиррэля и его полюбила, точно так же как Лилит — Самаэля.

— Хочешь сказать, что первый на пути ангел и становится объектом любви? — в растерянности спросил Аиррэль, мучаясь вопросом: «Если это правда, значит ли, что любовь не настоящая?» — Скай могла бы полюбить Саймоэля, Лионела, Митраэля, любого, будь он первый на ее пути? Какой ужас!

— Не могу с уверенность утверждать.

— ВЕЛИАЛ ПРАВ. ОТЧАСТИ. ТЫ — НЕТ, АИРРЭЛЬ, — Отец нахмурился. — ЛЮДИ ИМЕЮТ…

— …свободу выбора, — в тон Эль-Элиону вставил Люцифер, вновь развалившись на троне.

— ВЕРНО. У ЛЮДЕЙ ОКАЗАЛАСЬ СЛОЖНАЯ, НЕРУШИМАЯ ПРИВЯЗАННОСТЬ К БЕССМЕРТНЫМ. ЛЮБОВЬ ОКРЫЛЯЛА ИХ, ЕСЛИ АНГЕЛ ОТВЕЧАЛ ВЗАИМНОСТЬЮ И ЗАСТАВЛЯЛА ВЕЧНО СТРАДАТЬ, ЕСЛИ — НЕТ, УБИВАЛА — ОТ ПОТЕРИ[2]. СКАЙ ВЫБРАЛА ТЕБЯ, АИРРЭЛЬ.

— Можно считать это за Благословение? — Аиррэль расслабился и даже улыбнулся, слишком дерзко для пленного. Я напрягся. Как бы чего не выкинул этот «ангелок». — Поздравь меня, Отец, я женился!

Эль-Элион приподнял серебристые брови.

— ЭТО БОЛЬШАЯ ЧЕСТЬ ДЛЯ ТЕБЯ, АИРРЭЛЬ. ЦЕНИ.

Я переглянулся с братом, пытаясь понять изречение Создателя.

— У Скай и Аиррэля не было выбора — они должны были полюбить друг друга. Это не их вина. ТЫ не можешь это отрицать.

Создатель осмотрел нас двоих и не произнес ни слова.

— Нам вернуться к началу заседания, Отец? — подал голос один из серафимов, перехвативших бразды правления после Эмпириана. Он поднял валяющийся в клубящихся парах свиток с прегрешениями Аиррэля. — Зачитать по пунктам? — неуверенно уточнил он.

Внезапно вокруг меня сомкнулись Небесные Жгуты или нити, похожие на них, взявшиеся из ниоткуда и связавшие меня по рукам и ногам. Я рухнул, как от подсечки, подле Аиррэля. Теперь мы оба были связанные и плененные. «Доигрался», — мелькнула мысль. Моя голова утонула в клубящейся дымке. Я сделал вдох. Повеяло ароматами свежесрезанного тростника, карамелизированным сахаром и полевым медом. Создатель решил преподать урок, но еще не вынес вердикт, значит продолжаем бороться…


Аиррэль

— СЧИТАЮ, ЧТО НЕ ХВАТАЕТ ТРЕТЬЕГО УЧАСТНИКА ДЛЯ ЯСНОСТИ И ПОЛНОТЫ КАРТИНЫ.

Переглянулся с Велиалом. Отец взмахнул рукой, и в воздухе появилась круглая воронка воздуха. Ветер развеялся, и изображение прояснилась. Ракурс сменился и резко устремился вниз. В белом пространстве показалась Скай, она лежала без сознания на белой плоскости. Открыла глаза, села, огляделась и посмотрела прямо на нас. Я задохнулся, увидев ее, и буквально выпал из реальности на секунду. Она аккуратно встала с белого пола, ни говоря ни слова.

— СКАЙ, — позвал ОТЕЦ.

Она растерянно озиралась в поисках источника голоса.

— Да? — съежилась и обхватила себя руками.

— ЗНАЕШЬ, ПОЧЕМУ ТЫ ЗДЕСЬ?

— Догадываюсь.

— ПОМОГИ МНЕ С РЕШЕНИЕМ.

Скай молчала, озираясь.

— ПЕРЕДО МНОЙ СТОИТ ТРУДНЫЙ ВЫБОР, ДИТЯ. КАРЫ НЕ ИЗБЕЖАТЬ. Я МОГУ НАКАЗАТЬ ОДНОГО, А ВТОРОГО ОТПУСТИТЬ. КОГО МНЕ ОСУДИТЬ? АРХАНГЕЛА АИРРЭЛЯ ИЛИ АРХИДЕМОНА ВЕЛИАЛА? ОБА В РАВНОЙ СТЕПЕНИ ВИНОВНЫ.

Она смотрела по сторонам, а затем остановилась на одной точке, будто бы увидела нас. Велиал посмотрел на меня со странным выражением на лице.

— Наказать нужно одного? — словно для себя прошептала она, обдумывая что-то.

— ДА. ОДИН ОСТУПИЛСЯ ВПЕРВЫЕ, ОТДАВАЯ ЖИЗНЬ СЛУЖЕНИЮ НЕБЕСНОМУ ЦАРСТВУ. ВТОРОЙ — ПОСТОЯННО ДОПУСКАЛ ОШИБКИ И ВЕРШИЛ ЗЛО. ЧЬЯ ЖИЗНЬ ЦЕННЕЕ? КТО ЖЕ ЗАСЛУЖИВАЕТ РАСПЛАТЫ?

— Ни один из них. Я не могу и не хочу выбирать. Это жестоко! — Скай упала на колени и заплакала. — Я люблю их обоих. Один должен быть наказан… — прошептала она в исступление несколько раз, вытерла слезы и подняла решительный взгляд: — Накажите меня вместо них! Накажите меня! Заберите меня вместо них!

— Не-е-ет! — завопил я, дернулся, но Небесные Жгуты не дали мне ни шанса. – Не смей, Скай!

— ЗНАЕШЬ, ЧТО ТЕБЯ ЖДЕТ? ДЕСЯТКИ ТЫСЯЧ ЛЕТ В АДУ, А ЗАТЕМ ЕЩЕ СТОЛЬКО ЖЕ. ВЕЧНОСТЬ. ГОТОВА ПОЙТИ НА ЭТО? — продолжал Отец, пропуская мимо внимания мои жалкие попытки повлиять на ее решение.

— Пускай. — Она всхлипнула, по ее щекам лились слезы. — Отпустите их, пожалуйста.

— ТОГДА ТЫ ДОЛЖНА ЗНАТЬ, НА ЧТО СОГЛАШАЕШЬСЯ…

К ногам Люцифера вдруг откуда ни возьмись упал шипованный адский кнут с острым наконечником, который одним ударом рассекал плоть, мог запросто выдрать позвоночник и разрубить кости пополам.

— ПРОДЕМОНСТРИРУЙ ЕЙ, ЛЮЦИФЕР.

Дьявол посмотрел сначала на Скай, затем перевел взгляд на орудие пыток.

— Не-е-ет! — взмолился я, зная, что один удар способен сделать со Скай, зная, что с людьми Люцифер не станет церемониться, и как он их ненавидит. Мне кажется, я чуть не умер прямо на месте. — Не трогай ее! Сделай со мной все, что угодно, только не это!

Люцифер встретил мой взгляд, оценил степень отчаяния, но так пока и не двинулся с места. Он не улыбался, не насмехался. Смотрел слишком серьезно, обдумывая случившееся.

Велиал тем временем решил угрожать, хотя на данный момент это вообще не самая удачная тактика. Брат клялся и божился, что если дьявол тронет смертную, то он его из-под земли достанет и уничтожит «как только — так сразу!»

— Не трогай ее, Отец! — закричал Велиал. — Вина на мне. Только на мне.

— Отец, умоляю, я понесу наказание вместо нее!

Мы рвались и орали на перебой. Эль-Элион молча разглядывал нас.

— А почему я? — Люцифер сел ровнее, опустив ноги на пол и приковываясь взглядом к хлысту. Он игнорировал наши отчаянные вопли и впервые обратился к Эль-Элиону напрямую. — С какой стати?

— РАЗВЕ НЕ ТЫ — ПОВЕЛИТЕЛЬ НИЖНЕГО МИРА? А КТО, КАК НЕ ПОВЕЛИТЕЛЬ НИЖНЕГО МИРА, ДОЛЖЕН ДЕМОНСТРИРОВАТЬ ТО, КАК ПРОВОДЯТ ВЕЧНОСТЬ УЗНИКИ? РАЗВЕ, ТЕБЯ НЕ ПРЕЛЬЩАЕТ ТАКАЯ ВОЗМОЖНОСТЬ? ОНА — ЧЕЛОВЕК И ЖЕНА АРХАНГЕЛА АИРРЭЛЯ. КАК ТЕБЕ ЭТО НРАВИТСЯ? АРХАНГЕЛ И ЧЕЛОВЕК?


Люцифер

Люцифер нахмурился, силясь понять, что, собственно, происходит. Эль-Элион его провоцирует? Он слегка качнул головой в сторону Престола. Вопросы одолевали его один за другим. Чего добивается Создатель? Вновь вывести его из себя? Это такой вид манипуляций? Вновь какая-то игра, которую он проигрывает? Не зная правил! Нет, он не станет отвечать и промолчит.

«ОН веселится? Что здесь смешного? Ждет, что я потеряю контроль? Вспылю? Что вновь буду козлом отпущения? Ну уж нет! Я не стану черной овцой в этом стаде белоснежных баранов!»

Люцифер промолчал на попытку вовлечь себя в разговор, избегая опасной темы.

— СОГЛАСЕН, НИЧЕГО УДИВИТЕЛЬНО В ЭТОМ НЕТ. ВОТ ДЬЯВОЛ И ЧЕЛОВЕК…

— Ах-ха-ха! — не сдержавшись, расхохотался Люцифер. — Вряд ли бы девушка пережила брачную ночь, но я никогда в ТЕБЕ не сомневался. Столько кровожадности! Мне до ТЕБЯ далеко.

Аиррэль

— НЕ ТРАТЬ ВРЕМЯ, ЛЮЦИФЕР.

— Я не собираюсь играть в твои игры. Хочешь наказать ее — сделай это сам! — Он яростно пнул кнут, и тот прокатился по анфиладе, угодив прямо под ноги Архангела Митраэля. Я выдохнул, а потом увидел искаженное ужасом лицо старшего брата.

— МИТРАЭЛЬ. РАЗ ЛЮЦИФЕР ОТКАЗЫВАЕТСЯ, ЭТА ВОЗМОЖНОСТЬ ДОСТАЕТСЯ ТЕБЕ.

— Отец?! — Брат обращался к Создателю, а смотрел в это время на меня. Мы оба знали, что Митраэль не может ослушаться. Брат обязан это сделать. Вопреки своему желанию или нежеланию.

— ТЫ ТОЖЕ ОТКАЗЫВАЕШЬСЯ ПОДЧИНЯТЬСЯ?

Митраэль наклонился и подобрал кнут, сложил его в несколько раз, наматывая на локоть. Брат пролетел вперед и встал перед Престолом на колени, подняв сложенное орудие на вытянутых ладонях перед собой, как бы позволяя использовать его для наказания:

— Прошу, не заставляй меня это делать, Отец!

— ГЛАВНОКОМАНДУЮЩИЙ ЛЕГИОНАМИ ОТКАЗЫВАЕТСЯ ПОДЧИНЯТЬСЯ ПРИКАЗАМ, ПРАВИЛЬНО ЛИ Я ТЕБЯ ПОНЯЛ, АРХАНГЕЛ МИТРАЭЛЬ?

— Я… я… — заикаясь начал брат. Таким отчаянным никогда его не видел. — Я приму твой гнев. Умоляю, Отец. Она мне как сестра!

— СПРОШУ В ПОСЛЕДНИЙ РАЗ: ТЫ ОТКАЗЫВАЕШЬСЯ ПОДЧИНЯТЬСЯ?

Митраэль поднял голову и опустил руки.

— Ох, все ясно с вами! Давай сюда! — Люцифер подлетел к нему и схватился за кнут в попытке вырвать его из рук Архангела. Митраэль вскочил и не позволил. Они вцепились прямо в шипы, перетягивая предмет между собой.

— Я сам, — покачал головой Митраэль, и дьявол, кривя губы, ретировался, медленно попятился к своему трону.

Прежде, чем сделать шаг к облачку, в котором сидела на белом полу Скай, брат бросил на меня отчаянный взгляд, полный сожаления и вины. Он шагнул внутрь и оказался позади моей жены. Перехватил кнут за рукоять и с тяжелым звоном плеть упала на пол, скобля белоснежный пол шипами. Скай обернулась, увидев Митраэля, и, зажмурившись, склонила голову.

— Сколько? — спросил он.

— СКОЛЬКО АРХАНГЕЛОВ — СТОЛЬКО И УДАРОВ. ЗА КАЖДОГО. ВЫ ЗНАЛИ О НАРУШЕНИЯХ БРАТА И МОЛЧАЛИ.

— Отец, пожалуйста, я приму все вместо нее. Каждый удар. Поменяй нас местами, умоляю. — Я знал, что от меня ничего не зависит, только от решения Эль-Элиона. И мои мольбы ударились о стену безразличия.

Митраэль крепче сжал рукоять. Загрохотал наконечник, так слышались звуки шипов, петляющих по полу. Брат замахнулся — я закричал, пытаясь разорвать Жгуты, сковавшие меня. Велиал загорелся. Все его тело вспыхнуло огнем, от одежды исходило пламя и не горело. Я видел, как хлыст поднимается из-за спины брата, как очерчивает в воздухе круг и приближается к Скай.

— СТОЙ!

Митраэль тут же сделал выпад, поймав в полете хлыст, и удар прошел мимо, всколыхнув воздух рядом со Скай. Девушка вздрогнула и покачнулась.

— ДЛЯ НАГЛЯДНОСТИ, Я ПОКАЖУ ТЕБЕ, ДИТЯ. — Внезапно Скай исчезла на пару секунд, а затем вернулась, и я понял, что она побывала в Аду. Вся ее пижама была в саже, волосы стояли дыбом, по щекам катились слезы. Она подняла взгляд и вновь посмотрела на меня так, будто видела.

— СКАЙ, ТВОЕ ПОСЛЕДНЕЕ СЛОВО?

— Я не изменю решение.

— ТВОЙ ГОЛОС БУДЕТ УЧТЕН.

— Отец, не трогай ее! Не смей ее трогать! Скай не виновата! Эта бестолковая женщина снова думает лишь о других, она не заслуживает наказания! — цепи сковывали, и я не мог пошевелиться, но боролся с ними все равно.

— Накажи меня, Отец. Я виноват! Во всем! Я привел ее сюда. Аиррэль не виноват, что полюбил!

— СДАЕТСЯ, ЧТО МЕНЯ ПОСЕТИЛА ДИВНАЯ ИДЕЯ... ВИЖУ, ДЛЯ ОБОИХ ЭТО БУДЕТ УДАРОМ ПОСИЛЬНЕЕ ЛЮБОЙ КАРЫ, ЧТО СКАЖЕТЕ?

— Ты же не настолько жесток, Отец?

— Или безумен? — Велиал оскалился.

— Ты явно не в курсе, как вести переговоры, да? — Я толкнул демона в бок. — Держи рот на замке.

— А ты не указывай!

— Помалкивай!

Пока мы спорили, Митраэль вернулся и встал на прежнее место, пряча кнут в пространстве.

— ДОВОЛЬНО! — остепенил нас Эль-Элион. — ПРОЩЕНИЕ — ВЫСШАЯ ФОРМА ДОБРОТЫ, ДЕТИ МОИ. И Я ГОТОВ ПРОСТИТЬ ВАС, ПРИ УСЛОВИИ, ЧТО И ВЫ ПРОСТИТЕ ТЕХ, НА КОГО В ОБИДЕ.

Мы переглянулись. Что может быть проще, так? Решил я и поторопился. Наивный. А вот Велиал напряженно слушал.

— МОРЕТТИ, АИРРЭЛЬ? СМОЖЕШЬ ПРОСТИТЬ?

— Нет. Точно не сейчас.

— ЗНАЕШЬ, ЧТО СКАЙ ПОЧТИ ПРОСТИЛА ИХ?

— Она слишком добра.

— И БЫЛА С НИМИ ЖЕСТОКА, КАК И ВЫ… СПОЛНА НАНЕСЛА ИМ УВЕЧЬЯ.

— Оправданно! — я не собирался соглашаться. — Я еще и проявил снисхождение, не лишив их скудной жизни.

— КАК БЛАГОРОДНО! — прищур.

— Они понесли заслуженное наказание.

— И ЗАПЛАТИЛИ СПОЛНА. ТАК СМОЖЕТ ЛИ МОЙ СЫН, АРХАНГЕЛ АИРРЭЛЬ, НА СВОЕМ ПРИМЕРЕ ПОКАЗАТЬ, ЧТО МОЖНО И НУЖНО ПРОЩАТЬ ТЕХ, КТО ПРИЧИНИЛ БОЛЬ, КТО ПЫТАЛСЯ УБИТЬ ЕГО ЖЕНУ? СМОЖЕТ ЛИ ПРОЯВИТЬ ВЫСШУЮ ФОРМУ СНИСХОЖДЕНИЯ?

Я свел скулы, смотрел на НЕГО и злился, стоило вспомнить лишь раз, в каком виде нашел Скай тогда, и волна ярости поднялась снова. Молчал. Обдумывал.

— Точно не в первую сотню лет. Не исключаю, что однажды… меня отпустит, а пока воспоминания слишком свежи. Я не могу просто взять и забыть, предать Скай.

— ТВОЯ ЖЕНА ПЕРЕШАГНУЛА ЭТО, А ТЫ — НЕТ.

— Значит, она лучше меня. Во всем. Что неудивительно.

— А ТЫ, ВЕЛИАЛ?

— Да, — равнодушно ответил он.

Я посмотрел на него и поморщился: «Отлично! Вот уж не ожидал».

— Но, как и Аиррэль, не в первую сотню лет, — добавил братец с ухмылкой. — Однако я тоже совершал безумства пострашнее тех, что делали varpi, и, если не смогу простить их — не прощу самого себя, не отыщу покой, поэтому придется…

— ТОГДА И МНЕ ПРОСТИТЬ ВАС ЧЕРЕЗ НЕСКОЛЬКО СОТЕН ЛЕТ?

Я молчал.

— С какой стати я должен простить их? — взъелся я. — Чтобы они снова могли убивать, уничтожать и пытать живых существ? Хочешь сказать, что я был жесток? Не собираюсь извиняться за то, что сделал с ними. Они заслужили! Тысячу раз больше этого…

— Я ИХ НЕ ОПРАВДЫВАЛ.

— Так нельзя. Скай будет жить в шрамах до скончания лет, а их просто отпустить?

— ГРЕХ — ЕСТЬ ГРЕХ. У КАЖДОГО СВОЙ КРЕСТ И СВОЯ ВИНА.

— Значит ты мои грехи ставишь наравне с их? — Я ощетинился и дернул Жгуты, те натянулись на моих руках. — Это несправедливо. Я защищал свою семью.

— НАСИЛИЕ — НЕ ВЫХОД. МЕСТЬ — НЕ ВЫХОД. ЗЛОСТЬ И НЕНАВИСТЬ — НЕ ВЫХОД.

— Правда? — не мог скрыть удивления. — Чем же тогда занимаются демоны в Аду? Почему не прощать всех поголовно после смерти? Но нет — ТЫ отправляешь их в Ад гнить в муках, что ж не простишь их и не позволишь вернуться на Небеса?

— Отец, — Митраэль вышел вперед, не дав Отцу ответить или возразить, решив вступиться за наши шкуры. — Аиррэль был предан Небесам, а Велиал неоднократно помогал нам и следил за Равновесием. Был союзником.

Брат умолк, когда Эль-Элион повернул взгляд в его сторону.

— А ЧТО СКАЖЕТ ПРАВИТЕЛЬ НИЖНЕГО МИРА?

Я поник, зная, как Люцифер меня любит. Трепетно и жарко, то и надеяться не на что.

— ВЫДВИГАЕТ ЛИ КАКИЕ-ТО ОБВИНЕНИЯ НИЖНЕЕ ЦАРСТВО?

— Нет. Делай с ними, что хочешь. — Дьявол отвернулся, выказывая явное неуважение Отцу, не желая больше вести диалог.

— ИНТЕРЕСНО. — Отец поджал губы в полуулыбке.

— Ты все это время знал, что Скай была здесь. И не предпринял попыток вернуть ее назад! — взорвался я, решив пойти в лобовую атаку, терять-то было все равно уже нечего.

— С КАКОЙ СТАТИ Я ДОЛЖЕН ВАМ ЧТО-ТО ЗАПРЕЩАТЬ ИЛИ МЕШАТЬ СДЕЛАТЬ ТО, ЧТО ВЫ ХОТИТЕ? ВЫ ВЗРОСЛЫЕ САМОДОСТАТОЧНЫЕ ЛИЧНОСТИ. Я ДАЛ ВАМ ВОЗМОЖНОСТЬ ПРИНИМАТЬ РЕШЕНИЯ И ДЕЛАТЬ ТО, ЧТО ВАМ ХОЧЕТСЯ. ЗА КАЖДЫМ ВЫБОРОМ СТОИТ ЛИШЬ ВАША ОТВЕТСТВЕННОСТЬ И ВАШИ ДЕЙСТВИЯ. КТО ВИНОВАТ В ТОМ, ЧТО ВЫ СОВЕРШАЛИ ОШИБКИ? — ОТЕЦ нахмурился. — Я? ОТВЕТЬ МНЕ, АИРРЭЛЬ? Я ВИНОВАТ ИЛИ ОН? — Указал на демона, сгорбившегося на коленях подле меня в неестественной понурившейся позе. Велиал смог усесться более удобно, чем развалился прежде. — ИЛИ ТВОИ БРАТЬЯ?

Все вокруг осунулись, понимая, что так или иначе виновны во многом.

— ВЫ ДЕЛАЛИ ТО, ЧТО ХОТЕЛИ, ЗНАЯ ИЛИ ПРЕДПОЛАГАЯ О ВОЗМОЖНЫХ ПОСЛЕДСТВИЯХ. ЗНАЯ О ЗАПРЕТАХ И НЕ ЧУРАЯСЬ НАРУШАТЬ ПРАВИЛА И ПРЕДПИСАНИЯ. ШЛИ НАПЕРЕКОР СУДЬБЕ И НЕ СТРАШИЛИСЬ НАКАЗАНИЯ. СКАЖИТЕ МНЕ, ЧТО Я НЕ ПРАВ.

— Прав, Отец, — в унисон промычали мы с Велиалом.

— Я ОСТАВИЛ ВАС, ВОЗЛОЖИЛ НА ВАС ОБЯЗАННОСТИ СОБЛЮДАТЬ РАВНОВЕСИЕ, СЛЕДИТЬ ЗА МИРАМИ И ДАЛ ПОЛНУЮ СВОБОДУ ДЕЙСТВИЙ. Я ВЕРИЛ В ВАС, ДОВЕРЯЛ, КАК СЕБЕ, А ЧТО СДЕЛАЛИ ВЫ, АИРРЭЛЬ?

— Мы следовали и делали все, что требуется. Годами, веками и тысячелетиями! Этого ли недостаточно? — Я в очередной раз попытался сбросить Небесные Жгуты, но не смог. Сидеть связанным крайне неудобно. — Я лично исполнял ТВОЮ волю. Карал и убивал предателей, делал все во имя Равновесия, а теперь ТЫ обвиняешь меня в том, что я просто ПОЛЮБИЛ человека. Впервые в жизни твой сын кого-то полюбил! Считаешь, я не заслуживаю счастья? Хочешь судить меня за любовь? ТЫ создал это чувство. Не Тьма. Не Люцифер. А ТЫ! — Сейчас Отец был не прав. — Не отрицаю, что виновен в том, что не смог отпустить Скай и переступил запрет, но я ни о чем не жалею и сделал бы это еще раз.

— Отец, Аиррэль предотвратил новую войну с Нижнем миром, он остановил кровопролитие и восстановил Равновесие. Брат действовал в рамках закона, следовал и выполнял обязанности Архангела не хуже остальных, — Митраэль пытался помочь нам. — Мы обязаны ему…

— Я ЗНАЮ, ЧТО ОН СДЕЛАЛ! — Это был непререкаемый тон голоса, и слова Митраэля утонули в воздухе, развеялись в дыму, и брат умолк.

— Это моя вина, что Смертная попала в Серединное, не его. Меня и суди, — вклинился в разговор демон, хотя ему вообще было бы лучше помалкивать и не привлекать к себе внимание.

Отец перевел на него хмурый взгляд и согласно кивнул.

— А О ТЕБЕ Я ВООБЩЕ МОЛЧУ, ВЕЛИАЛ. ТО, ЧТО ТЫ ДЕЛАЛ — НЕПРОСТИТЕЛЬНО, ВОЗМУТИТЕЛЬНО И МЕРЗКО. И Я НЕ ГОВОРЮ СЕЙЧАС О МЕЛИССЕ И ТОМ БЕСПУТСТВЕ, ЧТО ТЫ УЧИНИЛ В НИЖНЕМ МИРЕ… — Голос Отца вселял ужас. — НЕ ПОМНИШЬ? НАПОМНИТЬ ТЕБЕ, КАК ПО ТВОЕЙ ВИНЕ УМИРАЛИ ЖИВЫЕ СУЩЕСТВА? В МУКАХ? В АГОНИИ?

Братец сник и отрицательно покачал головой.

— Но я не был ангелом, — показал зубы брат. — ТЫ бросил меня, Отец. Вы все предатели! ТЫ знал, кто Я! ТЫ знал, что я пытался вернуть ту, что люблю! ТЫ знал, что...

— НИКТО ТЕБЯ НЕ БРОСАЛ! — Непреклонный громогласный тон прогремел, и небосвод заскрипел от голоса Эль-Элиона. — САМ РЕШИЛ, ЧТО НЕ МОЖЕШЬ ВЕРНУТЬСЯ. САМ ВЗЯЛСЯ УБИВАТЬ. НИКТО ТЕБЯ ЗА РУКИ НЕ ТЯНУЛ. САМ УНИЧТОЖАЛ МИРЫ, СУЩЕСТВ, ЖЕНЩИН И МУЖЧИН, ДЕТЕЙ, ТВАРЕЙ ЗЕМНЫХ И ПОДЗЕМНЫХ, МОРСКИХ И ИНЫХ… САМ.

— Вы все предали меня! — Демон настаивал на своем. — Пока я не выбрался из этой гнили самостоятельно, что делали вы? Зачислили меня в предатели! Никто даже палец о палец не ударил...

Отец резко встал с кресла и махнул рукой в сторону, заставляя воздух клубиться.

ВРЕМЯ ОСТАНОВИЛОСЬ.

Эль-Элион[3]

Аиррэль

Все зависло, как и время. Я находился словно внутри Купола Тишины вместе с Создателем, матовые стенки не пропускали звуки, запахи, иные лица. Остальные замерли по ту сторону и выглядели как застывшие силуэты.

— ТЫ ТАК В СЕБЕ УВЕРЕН, АИРРЭЛЬ, — Отец загадочно призадумался. — ЕСЛИ Я СКАЖУ, ЧТО ТЫ НЕ ПОЛЮБИЛ БЫ ЭТУ ДЕВУШКУ ВНОВЬ? ЕСЛИ Я ЛИШУ ТЕБЯ ВОСПОМИНАНИЙ?

— То я бы с тобой поспорил.

— САМОНАДЕЯННО.

— Что я получу, если выиграю?

— НЕ В ТВОИХ ИНТЕРЕСАХ СТАВИТЬ УСЛОВИЯ, НО Я ПОЗВОЛЮ ТЕБЕ ВЫБРАТЬ НАГРАДУ.

— Желание. Исполнишь мое желание.

— ДОБРО. ЕСЛИ ПРОИГРАЕШЬ — ЗАБЕРУ ТВОЮ ЖИЗНЬ. ТАКОЙ РАСКЛАД ТЕБЯ УСТРОИТ? ЕЩЕ ГОТОВ СЫГРАТЬ?

— Я хочу увидеть жену и, если у меня только один путь к ней, значит, я сделаю это и соглашусь на твои условия.

— ДА БУДЕТ ТАК, СЫН.


Велиал

Все зависло, кроме нас двоих и картинок, мелькающих в воздухе. Я видел себя, попавшего в Нижний мир, и брата, который был заперт в Небесной кузнице и подвергшийся обвинениям. Откуда мне было знать, что он не мог спасти меня тогда? Аиррэль никогда не говорил мне об этом, а я и не спрашивал: где он был и почему ему требовалось так много времени, чтобы появиться на горизонте. Правда, когда брат оказался рядом, было уже поздно. Я хотел лишь одного — убивать и мстить.

Я смотрел на то, что делал. Отец решил показать мне все с момента моего сотворения: уничтожение планет, видов, мир за миром, слой за слоем.

Вот я иду по водной пустыне вдоль маленьких и больших рытвин, луж, прогалин, наполненных водой, островками суши с забавными ярко-желтыми деревьями и фиолетовыми семенами свисающими каплями вниз. Те завораживающе распадались на черные песчинки и улетали, подхваченные порывом ветра. Передо мной возникло фиолетовое мохнатое круглое существо без ушей, со спиралевидными рожками, четырьмя верхними лапками и широким серповидным беззубым ртом. Его звали инк’линг. Откуда-то я знал это. Дите едва научилось ходить на своих двух задних лапках и, качаясь как от качки в шторм, двигалось ко мне и пискляво причмокивало, что-то пытаясь сказать. Яркие большие лимонные глаза смотрели на меня с детской непосредственностью, баловством. Тот я… не поднимая рук, просто одним взглядом расчленил инк’линга на песчинки и ровным жестким шагом пошел дальше, уничтожая невинных существ и стирая планету с космической карты…

Иной мир, тот же я. На этот раз от меня бежала целая семья с темно-зеленой кожей, коротким телом и длинными конечности, они выглядели абсурдно, но были абсолютно безобидны.

Отнятые жизни и лица мелькали перед глазами; раненые, те, кто пытался напасть, бороться и противостоять мне, — погибали ужасной смертью и мое собственное лицо, утонувшее в победоносной жестокой ухмылке и измазанное в крови.

Я опустил взгляд и поморщился. Видеть себя со стороны было противно и гадко. И я не гордился прошлым.

Вот уже я с Мелиссой, прорвались в какой-то мир… а в то самое мгновение в Небесном царстве погибла Галия, слетев с обрыва возле красивейшего изумрудного водопада — первая и единственная смерть в Эдеме. Пав с Небес, я перестал оберегать ее и следить, она погибла. Энергия души возвратилась частично к Терре, другая к Отцу. Эделои, такие же как Адам и Ева, — простые и веселые, им были чужды опасность и страх, девочка просто бежала за бабочкой, пока я разрывал и съедал кого-то живьем.

— ТЫ ПРОСИЛ ДАТЬ ТЕБЕ ВОЗМОЖНОСТЬ ПОНЯТЬ СЕБЯ И МИР ВОКРУГ? НАПРОСИЛСЯ СТАТЬ АНГЕЛОМ-ХРАНИТЕЛЕМ, А САМ ПОГУБИЛ ИХ.

— Кого?

— ГДЕ ТЫ БЫЛ, КОГДА СКАЙ ПОГИБЛА В АВАРИИ?

— Но она жива.

— ТЫ ОПОЗДАЛ. ПОЯСНИТЬ ТЕБЕ И ЗА ВТОРОЙ РАЗ?

— Нет.

— НАВРАЛ СКАЙ С ТРИ КОРОБА. ОНА ТЕБЕ ВЕРИЛА. КАЖДОМУ СЛОВУ. С КАКИХ ПОР ДЕМОНЫ МОГУТ ЗАЩИЩАТЬ ЛЮДЕЙ? ГДЕ ЭТО ВИДАНО? ГДЕ ЭТО ПИСАНО?

— Разве это не доля истины, раз я прямое доказательство? И почему ТЫ вмешался и спас ее?

— ТЫ НЕ ДОКАЗАТЕЛЬСТВО, А ИСКЛЮЧЕНИЕ ИЗ ПРАВИЛ. И ТЫ — ДЕМИУРГ, А НЕ ДЕМОН.

— И все же это не ложь, а сокрытие некоторых маловажных фактов.

ОТЕЦ промолчал.

— Это была ошибка, — признался я. — Тогда я до трясучки хотел убить братца, мечтал и планировать уничтожить его за то, что он бросил меня и не пришел, потерял над собой контроль. Поддался Тьме.

— ТЫ ВИНИЛ АИРРЭЛЯ, А ДОЛЖЕН ВИНИТЬ СЕБЯ И ТОЛЬКО СЕБЯ. ЗАЧЕМ ВЫКРАЛ ДЕВУШКУ?

— Хотел сделать Аиру больно, — я говорил отчасти правду. — Он никогда не понимал меня, никогда не пытался понять, потому что никого не любил, а я хотел, чтобы он понял и испытал на себе губительную силу любви. Это я пришел к нему! Я переступил через всех и явился в замок, а что сделал он? Ничего. Отрекся и не пытался спасти меня. Мы дружим только благодаря мне! — Голос дрожал, и злость взбиралась и клубилась в груди. — Я спас себя сам! Совладал с Тьмой, пришел к нему и что получил взамен? Договор с Небесами. Милость, как подачку!

— НЕСЧАСТНЫЙ ВЕЛИАЛ. — Отец смотрел сверху вниз снисходительным взглядом. Насмешливым. — НЕ НАДОЕЛО СЕБЯ ЖАЛЕТЬ?

— Я говорю по фактам. Ни ТЫ, ни брат, никто не собирался меня спасать.

— КАКОЕ ЖЕ НИЧТОЖЕСТВО АИРРЭЛЬ, ДА? ПОЛЮБОПЫТСТВУЮ: ПОЧЕМУ ТЫ С НИМ ДРУЖИШЬ?

— Потому что есть вещи поважнее злобы и мести. Он — моя единственная семья.

— ХОТЕЛ СДЕЛАТЬ ЕМУ БОЛЬНО?

— Хотел, — кивнул я. — Но не думал, что выйдет так. Но это не единственная причина, почему я забрал девушку.

— ПРЕЖДЕ, ЧЕМ МЫ ПЕРЕЙДЕМ К НЕЙ, — ОН сделал паузу. — ПОКАЖУ ТЕБЕ КОЕ-ЧТО ЕЩЕ. ЗАНИМАТЕЛЬНОЕ ВОСПОМИНАНИЕ. НЕ ТВОЕ, НО, ДУМАЮ, ТЕБЕ БУДЕТ ПОЗНАВАТЕЛЬНО ЕГО УВИДЕТЬ…

Перевел взгляд в сторону, туда, где клубились воспоминания и летели моменты наших жизней. Со стороны смотреть на себя и свои действия сложно, неприятно, и я сдержал порыв отвернуться. Визуальный ряд выровнялся. Я узнал себя, восседающим на барном стуле и фривольно распивающим спиртное. Черные глазницы и красный огонь в зрачках говорили о том, что сейчас я был в своей худшей ипостаси: кутил ночь напролет в объятьях чертовок и орал на весь дьявольский клуб. Через пару лиц возле меня сидел неприглядный сгорбившийся индивид, источающий ядовитую вонь и покрытый черным плащом. Он не пил и не двигался. Его обходили стороной. Просто сидел, а потом заказал Жгучий Коготь. Я любил его пить в прошлом, потому что в коктейль добавляли кровь, смешивали с водкой и адским ядреным перцем, растущим в Нижнем мире и прожигающим внутренности до крови, такой напиток заставлял чувствовать себя живым. Незнакомец принял кружку и незаметно влил в нее что-то, а потом попросил бармена отдать напиток мне в качестве подарка. Ну, а что я? Я выпил и не сильно заботился о том, кто мне делал подарки, кто платил и напивался. Таинственный посетитель сделал еще три коктейля и все передал мне, а потом обернулся, махнул плащом, прикрывая лицо, и ушел, но я увидел аквамарины и яркую сережку брата. А на утро проснулся с чистым взглядом. Тьма отступила и ушла, словно ее и не было.

— Он пытался убить меня?!

— ДА БУДЕТ ТЕБЕ ИЗВЕСТНО, ЧТО ЕСЛИ РАСЩЕПЛЕНИЕ ДУШИ И БЛАГОСЛОВЕНИЯ ПРОИСХОДИТ ДОБРОВОЛЬНО С БЛАГИМИ НАМЕРЕНИЯХ, ТО НЕ МОЖЕТ НАНЕСТИ ВРЕД ТОМУ, КОМУ ПРЕДНАЗНАЧЕНО.

— Я думал, что сам смог побороть Тьму, как это сделали остальные, — бормотал себе под нос.

— ТЫ НЕ МОГ, — Отец покачал головой. — АИРРЭЛЬ ВЫТАЩИЛ ТЕБЯ НА СВЕТ. ОН НИКОГДА НЕ БРОСАЛ. ДАЖЕ НЕ ИСПОЛНИЛ ДАННОЕ МНЕ СЛОВО УБИТЬ ТЕБЯ. ОБЕЩАЛ ПРЯМО ЗДЕСЬ, А ВМЕСТО ЭТОГО СПАС.

Я смотрел в пол подле себя, на свои дрожащие руки, и понимал, что сплоховал и неверно думал о брате.

— ТАК ЧТО ТЫ ТАМ МОЛВИЛ ПРО МЕСТЬ?

— Это не все причины. Основная кроется во мне, в нас. Аиррэль потерял смысл жизни, ты знаешь, что он помышлял о смерти, а я без него и Благословения вновь превратился бы в бездушное чудовище. — Резко указал на замерзшие в воздухе изображения. — Никто бы не помог, особенно после стольких лет воздержания и сопротивления Тьме. Эль-Морта только и ждет, когда я ступлю за эту грань и Апокалипсис случится вновь, падет все созданное ТОБОЙ. Я устал так жить. Постоянно бороться с собой, с тем, кем являюсь. И я решил, что любовь спасет мир. Нас. Вселенную. Я не хочу больше всего этого. Я ненавижу себя за позорное прошлое.

— У ТЕБЯ БЫЛ ШАНС СТАТЬ АНГЕЛОМ, НО ДАЖЕ В НЕБЕСНОМ ЦАРСТВЕ ТЫ УМУДРИЛСЯ НАВРЕДИТЬ.

— Не я один виновен в падении Люцифера! Раз ТЫ все знал, почему не предпринял попыток исправить будущее? Мог бы попытаться, если кто и мог это сделать, то ТЫ. Это в ТВОЕЙ власти!

Создатель выслушал мою тираду, и, я думал, уже ничего не ответит, как вдруг Эль-Элион огорошил меня вопросом:

— ВЕЛИАЛ, КАК ДУМАЕШЬ, СКОЛЬКО РАЗ ПРОИСХОДИЛ МЕЖДУ НАМИ ЭТОТ… — он покрутил пальцем в воздухе, — …РАЗГОВОР?

— Нет…нет… не может быть, — отчаянно взвыл я.

— ТЫ ДАЖЕ НЕ ПРЕДСТАВЛЯЕШЬ, ЧТОБЫ БЫЛО, ЕСЛИ БЫ ТАМ…, — Он качнул головой в сторону замершего Люцифера. — ОКАЗАЛСЯ КТО-ТО ДРУГОЙ… КТО-ТО СИЛЬНЕЕ, ЗЛЕЕ, МОГУЩЕСТВЕННЕЕ… КТО-ТО ВРОДЕ ТЕБЯ, ВЕЛИАЛ…

— Нет… — Кажется, я чуть не плакал, обхватил себя руками, и затрясся от ужаса.

— ЭТО ЛУЧШАЯ ИЗ РЕАЛЬНОСТЕЙ. Я НЕ МОГ НИЧЕМ ЕМУ ПОМОЧЬ. ДУМАЕШЬ, НЕ ПЫТАЛСЯ? Я ВИДЕЛ ВСЕ ВАРИАНТЫ, И ЭТОТ ЕДИНСТВЕННЫЙ ИЗ ВОЗМОЖНЫХ, ГДЕ ШАНСЫ НА СЧАСТЬЕ У ВСЕХ РАВНЫ.

— О, Боже мой! — я разрыдался.

— ЛЮЦИФЕР МЕНЬШЕЕ ИЗ ЗОЛ.

— Поэтому я нашел тебя ТАМ, в прошлом.

— Я ХОТЕЛ ПРОВЕСТИ СО СВОИМИ ДЕТЬМИ БОЛЬШЕ ВРЕМЕНИ. ОСОБЕННО С НИМ…

— Он так ненавидит Адама.

— СЕЙЧАС МЫ НА ПОРОГЕ ИЗМЕНЕНИЙ, ЕСЛИ ПРАВИЛЬНО ИСПОЛЬЗУЕМ ЭТО ПРЕИМУЩЕСТВО И ВОЗМОЖНОСТИ.