# Белый Пудинг

Alex Standall

Переживая сложный период после смерти двухлетнего сына, Джо Стоунз оказывается в ситуации, при которой его бесконечные попытки сохранить семью и начать все заново, раз за разом разбиваются о непроходимую метафорическую границу его жены Меган, которая вопреки стараниям мужа, окончательно и бесповоротно утратила смысл жизни.

В гнетущей тишине недосказанности, обид и подозрений, там, где когда-то царила любовь и гармония, рождается ненависть. Мрачное и всепоглощающее чувство, ведущее тонкими тропами, сквозь сомнения и боль прямиком в Белый Пудинг. Место, где границы морали стираются, а последствия становятся необратимыми.

## 1

Однажды утром, в четверг, когда соседи еще не повылазили из своих домов, а звезды, еще толком не успели скрыться за горизонтом Джо Стоунз пошел в лес. Нашел уютное местечко, в недрах пугающей тундры. Стал на колени. И закрыл глаза. В оцепеневшем беззвучии, под недоумевающее карканье черных ворон, он сделал тяжелый вздох, наполнивший легкие морозным воздухом. То был его последний день на земле. Вот-вот, его история закончиться.


За неделю до этого


– Милый, ты еще долго?

Джо скрестил ноги, и выпучил глаза, пытаясь намекнуть своему организму, что пора бы заканчивать.

– Нет – ледяным голосом ответил мужчина, чувствуя жжение в легких. – Уже выхожу.

– Давай скорее, я тоже хочу в туалет.

Взглянув на экран смартфона, Джо с ненавистью стиснул зубы и свернул порнографический видеоролик. Натянул штаны. Открыл меню управления аккаунтами и удалил историю.

Остановившись перед зеркалом, Джо внимательно посмотрел на свое румяное лицо, на котором, уже отчетливо прослеживались глубокие морщины. Умылся. Похлопал себя по щекам и как бы не было противно, вышел вон из ванной, чувствуя в своих штанах бушующий торнадо.

Жена ничего не сказала. Он ничего не ответил. Просто пошел в гостиную, уселся за телевизор и продолжил хаотично перелистывать каналы, игнорируя просьбы Оливии остановиться хоть на чем-нибудь одном.

Оливия это его дочь. Меган – его супруга. Они все поникшие и расстроенные, из-за того, что случилось год назад. Ровно год назад. Сегодня круглая дата. И нет, он не забыл. О таком просто невозможно не помнить.

– Пап, ты должен поддержать маму – тихо произносит Оливия, пока Меган спускает воду в туалет. – Особенно сегодня.

– Конечно милая – отвечает Джо, внимательно наблюдая за спариванием диких африканских кошек. – Я сделаю все как нужно.

Сам же он крепко прикусывает губу, и чувствует хроническую апатию. Ровно год назад случилось то, что случилось и теперь это будет преследовать его до конца его дней. Или дольше.

Меган возвращается на кухню и зовет их к столу. Сегодня они снова будут пить чай, хотя Джо не отказался бы и от виски. Он встает. Скрупулезно смотрит в экран и пытается натянуть на свою физиономию что-то вроде нормального лица. Такого лица, которое часто можно встретить на довольных жизнью людях.

Оливия – это его дочь, и ей исполнилось 17. Меган – его супруга, и ей всего 42. Семья – это единственное, доступное даже самому нищему человеку богатство. И некогда, Джо был по настоящему богат. Год назад. Ровно 12 месяцев.

Он садится за стол. Смотрит на дочь. Его жена тоже смотрит на дочь. Они не смотрят друг на друга. Потом он упирается лицом в тарелку и начинает рассказывать про работу, про друзей, про компанию. Ему плевать слушают его или нет. Он бы с удовольствием выпил виски и отправил бы дочь в свою комнату. Он бы с радостью остался с Меган один на один и все бы ей высказал. Но только не в этот раз. Только не в эту дату.

Звон тарелок эхом разносится по всему дому, и стоит Джо закончить предложение и положить в рот какую-то пищу, как кухня сразу же наполняется тишиной. Такой тишиной, в которой могут находится лишь висельники и Меган. Той тишиной, которую Джо не вытерпел в спальне и поэтому переехал жить на диван.

Неловкая пауза затягивается на долгие минуты и Джо без труда разбивает ее на осколки своими остроумными шуточками, от которых никому не весело.

Оливия – его дочь. И он ее любит. Меган – его жена. И он ее вряд ли простит.


## 2


Джо засиживается в туалете, потому что хочет быть хорошим семьянином. Раз два. Вверх-вниз. Свободной рукой Джо прикрывает динамик на телефоне, так как не хочет чтобы его кто-то услышал. Выключить звук он тоже не в состоянии. Иначе его “разрядка” продлиться гораздо дольше обычного. Джо делает это по несколько раз на дню. Он делает это потому что любит свою супругу.

В перерыве он успевает посидеть с другими сотрудниками компании. Они пьют сок, хотя Джо не отказался бы и от водки. Травят байки про разных цыпочек, которые расхаживают по офису в откровенных декольте и коротких юбках. От этих разговоров Джо чувствует прилив новой энергии и снова идет в туалет.

Раз два. Вверх-вниз. Он не трахался уже целый год и теперь вынужден справлять потребности в свой твердый мужской кулак. Скрестив ноги и выпучив глаза. Джо делает это на работе, перед работой и после работы. Он делает это, потому что не хочет разбивать остатки Меган, которые удалось сохранить после той злополучной ночи. Он делает это, потому что она не выдержит еще и измены.

Возвращаясь домой, Джо снова внимательно смотрит телевизор. Пытается разукрасить будни своей семьи в какие-нибудь другие оттенки. В палитре Меган осталось только черное и белое и от этого, честно говоря, с каждым днем становится все противнее.

Когда случилось то, что случилось Меган закрылась. Ушла в недра своей яркой фантазии и осталась сидеть в этой гнетущей тишине, не подпуская никого на расстояние пушечного выстрела.

Раз два. Вверх-вниз. Джо растворяется за кремовой дверью и садится на туалет. Он делает это потому что в фильмах показывают неправду. Он делает это, потому что личностная утрата это не семейное дело. Это дело каждого отдельного члена семьи и точка. По телевизору крутят мыльные оперы, где люди берутся за руки. Верой и правдой переживают нестабильные периоды, а после переходят черту. Так вот этого не бывает.

Раз два. Вверх-вниз. Джо переходит черту по несколько раз на дню, а после возвращается к Меган, которая не подпускает его на расстояние вытянутой руки. Она не подпускает надежду на расстояние пушечного выстрела.

За ужином Оливия говорит, что нашла новую работу, и Джо улыбается своей самой дежурной улыбкой. Такой улыбкой, которую используют люди, которые искренне рады. Он пьет чай, хотя с удовольствием приложился бы к рому, а после продолжает рассказывать истории, от которых никому не весело.

Он делает это потому что не в силах вытерпеть тишину, которая стала частью их жизни. Он делает это, потому что мысленно перешел черту и теперь готов двигаться дальше.


## 3


– Белый Пудинг отпадное местечко – гордо заявляет Ларри поправляя свой розовый галстук. Кто вообще наденет розовый галстук? Разве что полный кретин.

Джо ковыряет в ухе и внимательно слушает Ларри. Кретин рассказывает за волшебное место в котором можно неплохо оттопырится. Рассказывает о том, насколько все здорово там устроено.

– Расслабляющая атмосфера, путаны в роли смазливых официанток, удобные качели для азартных игр.

Джо тяжело вздыхает и просто идет в туалет. Раз два. Вверх-вниз. Он не трахался уже целую вечность и способен возбудится даже на голос чокнутого кретина, одевающего на работу розовый галстук. Вот до чего он докатился. Вот до чего его довели. Меган.

Джо возвращается домой и пытается разукрасить бытовую жизнь окружающих его людей в какие-нибудь новые краски. Краски, которые хотя бы немного будут отличаться от привычных цветов.