МарДук
Перед рассветом

«Перед рассветом»

Над осенним, ярким лесом,

Прокатился звон негромкий.

Звон затих над одиноким,

Покосившимся крестом.

Крест, как будто отвечая,

Задрожал, с себя роняя.

Горсть седой трухи гнилой.

Провалился холм могильный,

В рваной ране, гроб простой.

Вздох печальный и холодный,

Расползался по поляне,

Густой, сизой, пеленой.

Разметало доски гроба!

Час, темнейший пред рассветом —

Разорвался воем трупа.

Воем горечи воспетой,

Воем боли белозубой.

«Червонная четвёрка»

Зелёная, в цветах поляна,

Белебт стены замка вдалеке.

Над замком тучи собрались,

Цепляясь влажно за флагшток.

Знамёна серые, противясь ветру,

Как кожа на костях висят.

И с бахромы как из порезов,

Неспешно каплет алый сок.

В последний раз смотрю на замок,

Прервётся нить, окончен срок,

Моя судьба, неправильной любви зарок.

Накинут петли мне на руки-ноги.

На место казни приведут,

Червонную четверку лошадей.

И через миг, хрипящий крик мой

Обрушится лавиной на людей.

Конец пеньки к коням привязан,

Через мгновенье будет дан сигналом

Прощальный трубный вой.

На белые ромашки горстью брызнет —

Нелепая багряная слеза…

В смущеньи замер мир тревожный,

Гул палачей затих, пропал.

В карете, я увидел главный —

Смысл жизни…

Жаль догорел её фитиль.

Барона дочь, смотря в упор,

Уже не сдерживала слёз,

Любовь запретная, тайная

Мне вынесла сей приговор.

Обычный конюх и благородная девица.

Посмели намертво влюбиться,

Её сошлют на лето в Ниццу,

А я Разорван буду, своими лошадьми.

«Ночь на Купалу»

Скрываясь я плыву в тенях аллей,

Не слушаю я шепот листьев,

Ищу я скрытые следы друзей

В пустых дорожках нет аллюзий;

И снова ночь пройдет в плену

Иллюзий…

Искусственный фонарный свет,

Ни цвета не даёт, ни тепла жизни.

Он мельком разгоняет тень аллеи,

Мир погружая в чёрно-белый сон.

Закрыть глаза, подумать о былом,

И вспомнить краски молодого мира,

Плясали духи леса над прудом,

Дриады выводили свои трели,

И танец в листьях, фей игривых.

Всё поросло быльём, прошло,

Пропало, обратилось в прах.

Покрылся пылью пруд и умерли цветы.

Свирель дриады загубило —

Искусственное, мёртвое новьё.

Теперь, скрываясь в темноте аллей,

Лишь раз в году – в ночь на Купалу —

Мы можем встретиться в плену

Теней…

«Кабацкий Зверь»

В таверне я сидел и пиво пил,

А рядом кто-то, очень громко голосил.

Во мне бунтарь давно уже остыл,

Но этот кто-то вдруг ко мне подплыл.

Ну что сидишь здесь, бобылём?

И только горькое ты глыкаешь питьё?

Ты проявил ко мне неуважение своё.

»Давай-ка выйдем по мужски поговорить.

Давно пора тебя манерам научить.

Через минуту начнёшь пощады ты просить.

Пойдем на улицу, чтоб кровью пол тут не залить.»

Я поднял голову и посмотрел ему в глаза,

Они налиты кровью и не видят ни черта.

»Иди своей дорогой друг, играй, пей и веселись.

Нам нечего с тобой делить»

Вставай дерись, не трусь, борись!

Неужто зря мужчиной ты родился?

Вставай дерись, не трусь, борись!

Я бросил вызов, обязан ты принять!

Я медленно поднялся: «Со мной не жди борьбы,

Во мне угас кабацкий пыл,

Но должен я тебя предостеречь. Не стоит зверя моего дразнить».

Бродяга громко, пьяно хохотал,

»Таких угроз за жизнь я уйму повидал.

Ну что ж, давай, яви мне зверя,

Но знаешь парень, я тебе не верю».

Вставай дерись, не трусь, борись!

Неужто зря мужчиной ты родился?

Вставай дерись, не трусь, борись!

Я бросил вызов, обязан ты принять!

И надо б мне уйти, не отвечая на нападки.

Но зверь во мне утробным голосом завыл, в момент усиливая хватку.

Я не смог его в узде держать, моё проклятие сильнее воли.

Бродяга резко смех свой оборвал,

Зверь ему глотку разодрал.

Вставай дерись, не трусь, борись!

Неужто зря мужчиной ты родился?

Вставай дерись, не трусь, борись!

Я бросил вызов, обязан ты принять!

«Ведьмак и кузнец»

В эклизиархию Святого Престола,

Пришло письмо за подписью пустой.

Неровной скорописью, письмо гласит,

В дальнем селе, ведьма зло творит.

Посевы гибнут, скотина не родит,

И по погосту тени мёртвых ходят.

В путь был снаряжен Корвус Крон,

Циничный, дерзкий, молодой.

Через дремучие леса и вечные,

Обманчивые топи…

На край Империи отправлен,

И был опасен Крона путь,

Сражаясь с дикими зверями,

И пробираясь сквозь болота муть

Добрался Корвус до страдающей деревни.

Из чащи леса вышел он.

Избит, изранен, в рваных сапогах,

Вершитель, Инквизитор, Корвус Крон.

Озлоблен тяжестью пути…

Уже в мечтах, очистил руки ведьмы от крови.

С трудом дойдя, до покосившейся хибары

Что на околице, цепляя лес стояла,

В слепом, расколотом окне,

Где плесенью рисованы картины,

Лучина скорбно тлела,

Давая больше тьмы, чем света.

В избушке доживала век старушка,

обвешавшись пучками трав.

Из убранства скамья, похлебки плошка.

На стенах в копоти и грязи,

Сплошь пузырьки ведьмовых зелий.

Да в печке булькает густой отвар.

»Чегось милок, ты бродишь к ночи,

Да стуком мёртвых бередишь?

На вид, ты грамоте обучен,

А по одежде, так бандит»

Старуха, из под лба глазами белещет,

На Корвуса в упор глядит.

Не слышно, губами лишь бормочет.

Скьявону поправив, и шляпу с пером.

Небрежно оттеснив старуху.

Крон вошёл.

»Вот указ Святых Отцов. Я носитель высшей воли.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.