# Герой Империи 2

Сергей Харченко, Виктор Молотов

В прошлой жизни я был пожарным. А в этой устроился спасателем в Имперскую Службу Спасения.

Мой уникальный дар помогает устранять магические последствия. Но часто бывает так, чтобы спасти людей, приходится противоречить уставу.

Некоторые члены команды и начальство пытаются вставлять мне палки в колёса. А мне надо не вылететь со стажировки!

И узнать, откуда на самом деле взялся мой особый дар.

## Глава 1


Фабрика «Весна», двести метров от супермаркета «Семёрочка».


– Дмитрий Иванович, всё готово, – сказал Михаил Разин, отходя от массивной стальной установки в виде пушки.

Разин был очень сильным архимагом, да притом ещё и талантливым артефактором. Он по просьбе графа и доработал усилительную установку, скрестив её ещё с двумя артефактами. Таким образом, его творение превратилось в очень мощный генератор портальных ловушек.

Разумеется, использование таких устройств было запрещено в Российской Империи. Но кто об этом узнает? Когда Астафьев уничтожит последнего Потёмкина, это устройство вновь разберут на детали. Никому даже в голову не придёт, что недавно на территории его фабрики находился запрещённый артефакт.

– Место для портала выбрали то самое? – поинтересовался Астафьев.

– Именно, – довольно улыбнулся архимаг и по совместительству его артефактор. – Осталось лишь активировать.

– Погоди, – остановил граф Михаила и обратился к Георгию, своему помощнику, который стоял с биноклем и смотрел в сторону большого супермаркета. С третьего уровня вид открывался отличный. – Гриша, созвонись с Юдащевым. Узнай, всё ли там нормально?

Помощник набрал нужный номер, граф услышал, как из динамика донеслось грубоватое: «Алё. Слушаю».

– Леонид Владимирович, это вновь Георгий, – вежливо начал помощник. – Подскажите, отряд Немова сейчас не на вызове?.. Отлично. Тогда мы начинаем. Постарайтесь, чтобы на вызов к «Семёрочке» отправили именно его отряд… Всё, можно начинать, – сказал помощник, сбрасывая звонок.

– Замечательно, – улыбнулся Астафьев, поболтав лёд в бокале с виски и сделав ещё один небольшой глоток. – Миша, запускай свою машину смерти.

– Отличное определение, Дмитрий Петрович, – оскалился Разин, затем опустил рубильник на щитке управления, и установка зажужжала, загремели шестерёнки, разгоняясь с каждой секундой всё сильнее. Гул усиливался, поэтому им пришлось отойти на безопасное расстояние.

– Ты уверен, что портал появится и будет достаточно опасным? – спросил Астафьев у артефактора.

– Ядовитый портал, который я проектировал несколько лет, невозможно закрыть извне. Только с помощью моей установки, – улыбнулся Разин, показывая планшет. – Как только будет зафиксирован переход всего отряда в ядовитую локацию, я закрою его, нажав на вот эту красную кнопку.

– Прекрасно, – довольно причмокнул Астафьев, делая ещё один глоток виски. – Действуй.

– Уже, – хохотнул Разин. – Портал активирован.

– Ты говорил, что он у тебя с сюрпризом, – продолжил Астафьев. – Обещал рассказать при запуске.

– О, да. Это просто великолепно, – засмеялся Разин. – Когда отряд будет рядом, я запущу вторую фазу. И портал будет превращаться в око Хаоса.

– Ты сейчас не шутишь?! – удивлённо воскликнул Астафьев. – Прям посреди «Семёрочки» око Хаоса?! Да ты просто чёртов гений!

Астафьев приложил к глазам бинокль, приступая к созерцанию здания «Семёрочки». А вот и фургон службы спасения. Из него начали выскакивать люди в форме.

Скоро для них всё закончится. Ему нужен лишь Потёмкин, к остальным он не имел претензий. Но на войне не избежать сопутствующих жертв.


***


Передо мной тёмно-фиолетовая бездна и белая пелена, следы её щупалец. Барабанные перепонки разрывались от рёва этого непонятно кем созданного монстра. Мой антимагический фон, которым я умудрился укрыть всю команду, кое-как справлялся с бешеным давлением портала. Он трещал и колыхался, будто чья-то великанская рука пыталась сжать его вместе с находившимися внутри существами.

Но всё моё внимание было направлено на тот предмет, который лежал в белой коробочке. Странный подарок Вяземского, до этого момента никак себя не проявивший, сейчас испускал странные вибрации.

Это точно не совпадение. Я помнил слова коллекционера. Он говорил, что этот странный артефакт поможет мне.

Лицо моё уже обжигал ядовитый вихрь смертельного портала. Что будет со мной, когда я попаду внутрь? Однозначно ничего хорошего.

Порталы-ловушки мы изучали ещё в средней школе, в старших классах. Предмет так и назывался «Порталы». Затем эти знания я закреплял в школе спасателей. Там я даже на своей шкуре испытал один из порталов-ловушек, работая в команде сокурсников.

В целом, такие явления не сулят ничего хорошего. Либо ты попадёшь в кислотное озеро, либо в жерло вулкана, либо в пасть гигантского монстра, а то и вовсе очутишься в космическом вакууме. Главное то, что итог после всего этого один, понятный и холодящий до мозга костей.

Те испытания на стенде в школе спасателей – детский сад, а ставки незначительные. Всего лишь не получить плохую отметку – разве это ставки? Когда смерть дышит в лицо, когда чувствуешь, что твой конец близок – вот настоящая реальность.

Та секунда, что отделяла меня от смерти, длилась как вечность. Я отправил команду – «уничтожить портал». И клык подхватил её, откликнулся на мой зов. Почти невидимые струи энергии выплеснулись из него, собираясь вместе. Огромная сфера раздалась в стороны, захватывая в том числе и тёмно-фиолетовый водоворот. И как только это произошло, тот схлопнулся, словно ничего и не было.

В это время я находился в воздухе. Поэтому, когда всё закончилось, упал на плиточный пол, вовремя подставив руки. В итоге смягчил падение на пятую точку.

Рядом рухнул Даниил, серьёзно ударившись головой о пол.

Затем Иван приземлился на бок, выплёвывая из лёгких воздух, и в тот же момент среагировал. Направил вверх сияющую землистым цветом стальную руку-артефакт, создавая вокруг себя антигравитационное поле. Остальные плавно приземлились на ноги. В том числе истощённая Лиза, которую подхватил Макс под мышку.

– Все живы? – огляделся Иван. – Саня, это ты сделал? Ты остановил это безумие?

– Да, и мне помог тот самый клык, – выдохнул я.

В стороне стонал Даниил, схватившись за разбитую голову. К нему уже подскочила Анна.

– Дай посмотрю, – обратилась она к нему. – Ну же, убери руки.

– У меня вся жизнь перед глазами пролетела, – признался Макс.

– Так оно и бывает, Максим, – улыбнулась Софья, поправляя воротник своей куртки. – Спасибо, Ваня. Твоя услуга была весьма кстати.

– Его благодарите, – махнул он в мою сторону. – Если бы не Санёк, нас бы уже не было.

– А что бы произошло? – спросил всё ещё бледный Иннокентий.

– Тебе так интересно, что бы произошло? – удивился Макс. – Да хорошо, что этого не произошло, мать его! Просто замечательно! Я даже думать не хочу об этом. Мне хватило!

– Раз испарения портала были ядовитыми, значит, что-то связанное с ядом, – произнёс я, кое-как вставая на ноги. Несмотря на то, что получилось сгруппироваться при падении, задницей я приложился прилично. – Главное, что там точно невозможно было бы выжить.

– Вот теперь всё отлично, – услышал я тихий успокаивающий голосок Ани в стороне. – Посмотри на меня.

– Да, уже прошло. Голова не кружится, значит, сотрясение позади, – кивнул Даниил. – Спасибо тебе, Анют.

Я захромал в сторону двух продавцов, которые вообще ничего не понимали и были подавлены.

– Вы как себя чувствуете? – спросил я у них.

– Нас успела подлечить ваша целительница, – пробормотал худощавый парень, растерянно улыбнувшись. – Я, по-моему, даже отключился, а потом пришёл в себя… увидел её…

– Со мной тоже всё отлично, – признался второй, мужик в возрасте. – И лёгкие даже не болят. Думал, что выплюну их. Что это за адская штука была? Портал?

– Да, но его больше нет, – ответил я, чувствуя, как Хрум рвётся из ранца наружу. Я расстегнул молнию. – Иди, погуляй, малыш.

Боевой ёж выскочил как пробка, ловко падая на медвежьи лапки и обежал всех, кто сидел на плиточном полу, обнюхивая.

– Это ведь ёж! Ваш питомец?! – с нескрываемым удивлением воскликнул молодой продавец.

– Нет, это особая кровожадная порода монстров. Мы его держали в заложниках, – ответил Макс. – Сейчас он начнёт мутировать и будет мстить.

Продавец заметно побледнел, а Иван нахмурил брови, подойдя к Ковалёву.

– Ты дошутишься, смотри, – пробормотал он. – Потерпевших пожалей.

– Вот уж и пошутить нельзя, – хмыкнул Макс. – Я имею на это полное право после такого стресса.

– Палыч узнает, за причинное место тебя подвесит, – подметила Софья. – Вот тогда будет тебе стресс.

– Не знал, что вас, госпожа, интересует моё причинное место, – расплылся в улыбке Макс.

– Размечтался, – улыбнулась Софья. – Иди к своим девочкам подкатывай в клубах.

– Прекращайте болтать и выходите, – рыкнул Палыч, который всё это время был невольным слушателем этой беседы. Затем его тон смягчился: – Вы большие молодцы. Такого портала я не припомню. Отправлю завтра аналитикам все данные. Ну, чего замерли? Я жду вас у себя в кабинете. Есть разговор.

Мы переглянулись. Раз Палыч зовёт на разговор команду, значит, что-то хочет сказать важное. Или разобраться в важном.

Мы вышли из супермаркета, вкратце успокоив полицейских и охрану магазина. И потом сели в фургон. По пути обсудили все действия во время ликвидации портала, и стало ясно, что все сработали по инструкции. Не было никакой самодеятельности.

Это и дало уверенности, что Палыч точно вызывает не за тем, чтобы сделать замечание.

– Кеша, расскажи о том, где ты до нас работал? Ты же из другого отряда, – обратился Макс к некроманту.

– Да, я был в группе на подхвате, – печально признался он. – В основном, выезжали на усиления и мелкие заказы. Мне даже кажется, что когда я ушёл от них, все вздохнули с облегчением. От меня просто избавились.

– А с чего такие мысли? – удивился Даниил.

– Постоянно упрекали, что я немного рассеянный, – ответил Кеша.

– Да ну что ты, они просто завидовали твоему таланту, – ответила Софья в своей манере.

Я кое-как спрятал улыбку. Рассеянный прилично, безусловно. Сейчас он что-то искал в карманах, роняя уже третий раз респиратор, который неправильно прицепил к поясу. Но ведь показал он себя на сложном вызове достойно. Что я и решил донести до команды.

– Иннокентий отлично справился с белыми щупальцами, которые пытались атаковать нас, – сказал я. – Как по мне, он проявил себя командным товарищем.

– Согласен, – кивнул Иван. – Главное, Иннокентий, вот что. Ты не думай, что и здесь мы над тобой будем издеваться. Тем более после того, как ты себя показал на вызове. Отличная работа. Да, ребята и девчата?

Все единогласно поддержали наши с Иваном слова. И после этого Иннокентий успокоился, даже позволив себе улыбнуться.

Доехав, мы сдали Неле Марковне использованные респираторы на дозарядку и замену фильтров, сообщив, что угрозу устранили, и страна может спать спокойно. На что получили от заведующей складом по ещё одному пузырьку зелья.

Вернувшись на третий этаж, сразу зашли в кабинет Палыча. Он с улыбкой оглядел нас.

– Орлы, – довольно похвалил он.

– И орлихи, – добавила Лиза.

– Орлицы, – поправил её наш босс. – Идеальная работа. Вот только не понял, что ты, Александр, применил, чтобы ликвидировать портал. Сам пойми, начнутся вопросы от руководства, а мне и нечем крыть. Поэтому и спрашиваю… Что-то запрещённое?

– Нет, Семён Павлович, – ответил я. – Мне недавно подарили артефакт, вот мне пришлось его использовать.

– Серьёзный у тебя артефакт, – признался Палыч. – Но не переживай, я сделаю так, что к тебе не полезут с допросами. Хотя сами знаете кто очень горит желанием подоставать вас.

– Спасибо, Семён Павлович, – ответил я и напомнил. – Вы нас вызвали по очень важному поводу.

– Не прям такому важному, но да, повод есть, – признался Палыч. – Во-первых, уверен, что вы тоже задавались вопросами о происхождении портала. Я взглянул на видеозапись и понял – он управлялся извне. Остальное лишь ширма для того, чтобы вас заманить в ловушку.

– А зачем кому-то такое совершать? – удивилась Анна.

– Чтобы убрать вас с дороги, как опасных конкурентов, – объяснил Палыч. – Садясь в это кресло, я столкнулся со змеиным гнездом. Каждый друг друга подставлял и строчил кляузы начальству, шагу ступить нельзя было. Теперь, слава всем богам, по-другому. Но и тогда, и сейчас есть те, кто пытается помешать нам расти и сбрасывать в рейтинге более успешные отряды. А все вы знаете, что такое рейтинг. Это более высокооплачиваемые вызовы, повышенные премиальные, особое отношение руководства, на самой верхушке – неприкасаемость. Есть куда стремиться, правда?.. Так вот, Юдащеву и его команде ничего не остаётся, кроме как следить за нами.

– Теперь всё время будут ходить за нами по пятам и собирать компромат? – спросил Макс.

– Запомни, Ковалёв, ходить по пятам высшим руководителям необязательно, кругом камеры, – ответил Палыч. – Захотят – запросят запись в определённый промежуток времени. Делов-то. А вот что наш общий знакомый собирает компромат на каждого из нас – это факт.

– Да к тому, же мы в общем рейтинге спасательной службы растём, – подчеркнул Даниил. – Уже на седьмой строчке, а ещё месяц назад были на одиннадцатой.

– И я знаю, кому это может не нравиться, – ответил Макс. – Фениксам, например.

– Да ладно вам фантазировать, – буркнул Палыч. – Это верх глупости – так подставлять себя. А в том отряде достаточно умные сотрудники, чтобы не совершать очевидных ошибок… Во-вторых, после этого вызова появятся вопросы у Юдащева к тебе, Елизавета. Он попробует раскачать лодку, обвиняя тебя в непрофессионализме.

– Я не поведусь, Семён Павлович, – ответила портальщица. – Вы меня знаете.

– Знаю, но предупредить обязан, – произнёс Палыч. – Но что меня больше всего напрягло, так это общение Юдащева по телефону. Он в рабочее время беседует с тем, кто находится вне центра. Что наводит на очень нехорошие мысли.

Макс хотел что-то сказать, но босс выставил ладонь.

– Помолчи, Ковалёв, я ещё не закончил, – напряжённо ответил Палыч. – Так вот, если кто-нибудь из вас что-то услышит или увидит любые странности – немедленно сообщите мне. Всем всё ясно?

Ни у кого из нас не было возражений. Поэтому Палыч даже позволил себе улыбнуться.

– И ещё, хотел вас всех и каждого поздравить с достижением очередной планки, – объявил босс. – Вы идеально сработали. И, разумеется, я хотел бы спросить, насколько Иннокентий проявил себя.

– Абсолютно положительным образом, – ответил я, и все подтвердили, что некромант не растерялся. В отличие от Павла, который принялся бы в одиночку рисовать свои фигуры и в соло пытаться остановить усиливающийся портал, Кеша сразу начал помогать команде. Что однозначно прибавляло ему плюсов.

Затем Палыч пообещал, что отправит запрос о доплате за сверхурочные и сложность в финотдел, дублируя письмо главе компании. Мы с отличным настроением, в бодром расположении духа отправились в раздевалку. Ну как в бодром, насколько это возможно в нашем состоянии. Все притомились за весь день. Два сложных вызова подряд – это ещё та нагрузка. Не хотел бы я, чтобы каждый день был таким же. Думаю, что каждый согласится со мной.

Когда мы оказались на этаже, я выпустил Хрума из тактического ранца, и он засеменил впереди, гордо подняв голову. Девушки начали заливисто смеяться.

– А это ведь не ёж, – заметил Иннокентий.

– Это кот, очень редкой породы, – ответил я.

– А, точно! Ежистый страйт-блэк! – воскликнул Иннокентий.

– Кто?! – прыснула Лиза.

– Да вы что, этот ролик не смотрели? – изумился Кеша, доставая телефон. – Там похожий на него ёж, точнее, не совсем ёж, рассекает в ванной… Сейчас найду.

Когда мы зашли в раздевалку, то собрались вокруг Иннокентия. Он включил ролик. Тот самый, который я недавно закинул в Сеть. С удивлением я обнаружил, что это видео стало довольно популярным, набрав уже полмиллиона просмотров. И количество комментариев перевалило за пару тысяч.

Вот это новость!

– Это же Хрум! – воскликнула Анна.

– Ну, признавайтесь, Александр, – Софья посмотрела на меня искоса. – Это ведь вы снимали?

– Да, недавно. И решил выложить, – признался я. Невеликая это тайна, чтобы её скрывать. – Хотя не думал, что столько лайков появится.

– Успех – дело такое, – хмыкнул Макс. – Теперь держись, скоро поклонники набегут.

– А вот этого точно мне не нужно, – сморщился я, представляя, как за мной носится толпа парней и девушек с просьбой сфотографироваться или поставить автограф. И такое будет происходить ежедневно.

– Страйт-блэк, – выдавил Иннокентий, протягивая руку к Хруму, и тот щёлкнул зубами, едва не укусив некроманта за пальцы.

Прямо какая-то особая любовь у моего питомца к некромантам. Что перед Павлом клацал зубами, теперь вот Кешу хочет напугать.

– Ты аккуратней, – предупредил я некроманта. – Это всё-таки боевой ёж, а не плюшевый.

– Вот именно, Кеша, я бы на твоём месте подальше держался от Хрума, – засмеялся Макс, подходя к своему шкафчику. – У него аллергия на некромантов.

Я хотел предупредить Хрума, чтобы и он себя вёл подобающе, но расслышал тихое непрерывное пищание, которое усилилось. Затем Хрум втопил к шкафчику Макса. И в этот момент раздался оглушительный взрыв!

## Глава 2

В прошлой жизни я был в похожей ситуации. Наша пожарная бригада тушила нефтебазу, когда я услышал точно такой же звук. И накопительный бак, который находился недалеко от нас, разнесло в клочья. Кто его знает, что это был за звук. Как нам сказали, неизвестные осуществили диверсию, подорвав бак дистанционно.

Нас спасло здание, которое задержало разлетевшиеся куски металла. Шарахнуло так, что заложило уши, дезориентировало, и это оставило просто неизгладимые впечатления.

Мы тогда всё потушили и, что удивительно, никто не пострадал. Но зашкаливающий адреналин и осознание, насколько хрупка человеческая жизнь, я никогда не забуду.

Ровно то же самое произошло и сейчас. Услышав знакомый звук, я рефлекторно поставил перед Максом и остальными, включая Хрума, антимагический щит. Ни секунды промедления, ни грамма паники или ступора. Ведь на кону жизни моих товарищей и питомца.

Понятно, что взрыв был магический, а это значило, что щит должен справиться. Не знаю, откуда у меня взялась мана, с этим я разберусь потом. Главное, что все останутся в живых.

Огненный столб встретился с нейтрализующим барьером и впитался в него, бесследно исчезая. Помещение заполнилось чёрным едким дымом. Загорелась одежда Макса, вылетевшая из шкафа во время взрыва.

Софья не растерялась, мгновенно подключаясь к тушению. Выставила руки, заливая всё впереди нас водой. Я не мог поверить, что такое произошло на нашей базе, по сути там, где этого не должно произойти. Адреналин, выплёскиваясь волнами в кровь, заставлял сердце биться чаще. Я не был подавлен, но испытывал ярость к тому, кто это сделал.

Да и остальные испытывали похожие чувства. Глаза Даниила блестели от злости. Иван мрачно замер передо мной, сдерживая внутри себя бушующий гнев. Анна, Лиза, Софья – все девушки были больше растеряны, чем испуганы. Одним словом – спасатели. Этим нас не удивишь, мы в ситуациях бывали и похлеще.

– Моя одежда! – яростно вопил Макс, подбегая к тому месту, где стоял его шкаф. На его месте зияла небольшая воронка. Пол бы точно провалился, но магическая защита здания приняла на себя весь удар. Ещё несколько шкафов по бокам оказались раскурочены от взрыва. Их не успел никто занять.

Под потолком запоздало заработала сирена, замигали красные фонари и включились потолочные разбрызгиватели. Ещё один освежающий душ, который привёл всех нас в чувство.

– Кто эта тварь? Я убью его! – продолжал рычать покрасневший Макс, выхватывая из поясных ножен свой меч.

– Да остановись ты, – задержал его Иван, хватая под локоть. – Спрячь свою игрушку. Мы найдём их, кто бы это ни был. А пока тебе надо успокоиться.

– Что это было? – охнула Анна. – Кто-то хотел убить Макса?!

– Не думаю. Скорее всего, всех нас решили отправить на тот свет. Разберёмся, Ань, – успокоил я её.

– Всё целы? – осмотрел раздевалку шумно пыхтящий от одышки Палыч, заходя вместе с толпой безопасников. Было понятно, что он спешил к нам. – Все в ученическую. Андрей подойдёт через пару минут.

– Семён Павлович, дайте хоть нам переодеться в сухое, – произнесла побледневшая Лиза.

– Ладно, переодевайтесь, – он окинул взглядом место происшествия, возле которого столпились безопасники с измерительными приборами. – Шустрее. Максим, мухой на склад, за новой сменкой.

– Так это… не выдадут, – пробормотал Ковалёв.

– Скажи, что я так распорядился, – процедил Палыч. – Ну, чего встал?

– Да, бегу, Семён Павлович, – ответил Макс, исчезая с боссом в дверях.

Мы собрались вместе. Я оглядел всех. Даня, Иван, девушки. Хрум, всё ещё взбудораженный у моих ног. Я взял питомца на руки, чувствуя, как он всё ещё дрожит. Но не от страха, а потому что до сих пор сдерживал в себе ту мощь, которую некуда было деть. Врагов-то он не нашёл.

– Где Кеша? Кто его видел? – спросил я.

– Да здесь я, – открылся один из шкафов, и оттуда показался Иннокентий.

– Как ты пролез?! – воскликнул Даниил. – Туда же кое-как ранец влезает.

– Да сам не знаю, – некромант пожал плечами, зажатой рукой поправив на носу очки, на которых треснуло правое стекло. – Это было единственное укрытие.

– Не очень эффективное, – подчеркнул Иван. – Стенки этой коробки хоть и защищены, но от взрыва бы тебя не спасли, – затем он задумался, удивлённо посмотрев на меня. – Это ведь ты поставил антимагию! Ну точно! А я-то думаю, как мы выжили!

– Да, я услышал, как что-то запищало, и среагировал, – подтвердил я.

– Саша… дай я тебя обниму, – раскинула руки Софья и прильнула ко мне. Я почувствовал, как до сих пор девушку бьёт мелкая дрожь, хотя со стороны казалось, что она спокойна как танк.

Лиза всё ещё никак не могла прийти в себя. Стояла и растерянно поглядывала в сторону следов взрыва.

– Я не пойду к этим шкафам, – замотала она головой. – Не-а… Даже не уговаривайте. А вдруг там…

– Никаких «вдруг», – ответил Иван. – Вон, работают безопасники, давно бы уже засекли и предупредили. Давай руку, пойдём вместе.

– Да не нужна мне твоя рука! – фыркнула Лиза. – Я не маленькая, сама дойду!

– Как знаешь, – неловко улыбнулся Иван, провожая взглядом девушку, отправившуюся к дальним рядам шкафов.

Мы оперативно переоделись в сухое. Точнее, в сухое гражданское, которое дожидалось нас в уцелевших шкафчиках. Хотя они немного пострадали. Мой был слегка деформирован слева, и я лишь с третьего раза открыл дверцу.

Через пять минут мы собрались у входа.

– Ну пойдёмте, что ли, – оглядел нас Иван. – А то нас там ждёт аж целый начальник СБ.

– Ничего, подождёт, – грубо ответила Софья. – Всё им на блюдечке принеси-подай. Хорошо устроились.

– Но терпение Палыча лучше не испытывать, тем более ему же за нас попадёт, – пояснил я.

– Верно Санёк говорит, – ответил Иван, оглядываясь. – Иннокентий, ты куда делся?

– Я всё ещё в шкафу, – закряхтел некромант в стороне.

– Ты там прописался, что ли? – улыбнулся я. – Застрял?

– Д-да… чёрт… не могу даже повернуться, – начал пыхтеть некромант, пытаясь вытащить прижатую к стенке руку.

– Вот ты чудак, сказал бы сразу, – улыбнулась Анна.

– Да я сам справлюсь… наверное, – пробормотал Иннокентий, пытаясь вылезти наружу.

Иван покачал головой, затем встал напротив шкафчика со скрученным внутри Кешей и протянул стальную руку, сжимая её в кулак. Шкафчик сразу же заскрежетал металлом, края его раздались в стороны, вминая стенки соседних собратьев вовнутрь.

– О, спасибо! – воскликнул Иннокентий, аккуратно выходя наружу на затёкших ногах и сразу морщась. – Щас… ох, блин, как же это неприятно.

Кровь приливала к его онемевшим конечностям, и Анна облегчила его адаптацию, отправляя несколько лучей энергии.

Через пару минут мы зашли в ученическую. И приём был не очень радушным. На входе нас обыскали два безопасника, что вызвало у нас ряд вопросов. И самый главный из них: какого, спрашивается, хрена, мы должны на своей территории проходить дополнительный досмотр?!

Все собрались в ученической, в которую забежал запыхавшийся Макс в новенькой спецодежде.

Два безопасника тормознули его, начиная обыскивать.

– Воу-воу, полегче, друзья, – возмутился Макс, поднимая руки. – Вы обознались, я тут работаю.

– Вот и стой смирно, – грубо ответил один из сотрудников СБ.

В итоге мы устроились за партами. У доски за столом, который был обращён к нам, сидел Андрей, внимательным взглядом посматривая на нас. Рядом с ним – Палыч, нервно крутивший в руке карандаш и постукивающий им по столу.

– Позвольте спросить, к чему это шоу?! – выкрикнул с места Макс. – Зачем нас обыскивали?!

– Это дополнительные меры предосторожности, – холодно ответил Андрей. – И вопросы здесь задаю я. Давайте сразу определимся с ролями.

– То, что вы начальник службы безопасности, не даёт вам права так с нами разговаривать, – ответил я. – Мы пострадавшая сторона.

– Я ещё раз говорю… – начал Андрей, но Палыч перебил его, громко стукнув карандашом по столу.

– Так, Андрей Николаевич, при всём уважении к вашей должности… – так же холодно сказал наш босс. – Попрошу с моими сотрудниками разговаривать более уважительно. Я каждому из них доверяю как себе. И не думаю, что кого-то из них можно записать в преступники.

Андрей затих, затем что-то записал себе в журнал.

– Такого не было в центре никогда за всю историю, – выдавил начальник службы безопасности. – И поэтому прошу отнестись с пониманием к моим подозрениям. Чудом не случилось трагедии.

– Нет здесь никакого чуда, – буркнул Иван. – Александр спас всех нас, выставив барьер.

– Вот как? – брови Андрея взлетели на лоб. – И откуда же он узнал, что будет взрыв?

– Вы ни разу не были на вызове, верно? – Палыч снисходительно взглянул на Андрея.

– Нет, конечно, – смутился начальник службы безопасности. – Я ведь работаю в центре. Мы не выезжаем за пределы территории.

– Вот именно, – продолжил Палыч, напряжённо улыбнувшись. – А мои ребята почти каждый день на грани жизни и смерти. Реакция у каждого – что надо. Тем более, Александр антимаг, и у него она более развита.

Конечно, Палыч был прав. У тех, кто владеет нейтрализующими техниками, реакция действительно выше, чем у стандартного мага. На архимагическом уровне, это уж точно. И каждый был в курсе этого, в том числе и Андрей.

Начальник службы безопасности вновь взял паузу, оставив в своём журнале очередную запись. Затем цепким взглядом оглядел нас.

– Какие у вас есть предположения? Кто это мог быть? Может, кому-то угрожали в последнее время? – спросил он. – Возможно, были некие скрытые конфликты между отрядами?

– Никаких конфликтов, ничего подозрительного, – ответил я, подчёркивая для остальных, что с Павлом, если это действительно он, мы сами разберёмся.

– Павел мог такое сделать? – спросил Андрей. – Как думаете?

– Вряд ли, – ответил Палыч.

– Значит, никаких конфликтов больше не было? – спросил Андрей.

– Да, всё было тихо и спокойно, – кивнула Софья.

Остальные подтвердили, что до происшествия ничего странного и конфликтного не происходило.

– Тогда я вообще ничего не понимаю, – вздохнул Андрей, посмотрев на Палыча. – Семён Павлович, может, выскажете своё мнение?

– А что тут говорить? Будем расследовать, – ответил наш босс, многозначительно посмотрев на меня. – И причину обязательно найдём, или виновника.

– Ничего не скрываете? – прищурился Андрей.

– Зачем мне что-то скрывать? – хмыкнул Палыч. – Это не в моих интересах.

– Может, у вас есть такие умельцы в отряде, – продолжил Андрей. – Соорудили бомбу, которая и рванула. Нет? Или да?

– Категоричное нет, – покраснел Палыч. – Делать им больше нечего, как бомбы взрывать. Они людей спасают, а вы их уже чуть ли не в террористы записываете. Имейте хоть каплю уважения к нашей профессии.

– Да, перегнул, извиняюсь, – закашлялся Андрей, изображая растерянность на лице, затем оставил ещё одну запись в журнале. – А питомец не мог такое совершить?

– Нет, он не умеет собирать бомбы, – ответил я, и услышал, как Лиза тихо прыснула в руку, сдерживая смех.

Андрей улыбнулся:

– Шутник, значит. А если серьёзно? Может, у него есть такая магическая способность. Ведь если он умудрился вышибить окна, то и это вполне ему по силам.

– Датчики в коридоре зафиксировали всплеск? – поддел я в свою очередь безопасника. Уверен, что ничего они не показали, ведь Хрум не успел отреагировать.

– Данные обработаны, жду с минуты на минуту отчёт, – ответил Андрей, и во взгляде промелькнули злобные искры. Затем его телефон просигналил сообщением. Он вгляделся в экран. – Так… Всё в пределах нормы. Очень странно.

– Ещё будут вопросы к моим сотрудникам, Андрей Николаевич? – спросил Палыч.

– На этом пока всё, – поднялся из-за стола Андрей, складывая журнал в свой портфель и щёлкая замками. – Если возникнет необходимость, вызову в кабинет.

Он покинул помещение вместе со своими людьми, и Палыч вздохнул, резко посмотрев на меня.

– Александр, не ожидал от тебя такого, – выдавил он. – Это ещё Максим может себе такое позволить, но ты.

– Что я не так сказал, Семён Павлович? – удивился я. – Я отвечал по существу.

– Какого, спрашивается, собачьего хрена ты провоцируешь Андрея? Шуточки отпускаешь? – пояснил Палыч. – Тебе мало того, что Юдащев на тебя зуб имеет? Хочешь себе ещё одного врага в копилку добавить?

– Семён Павлович, он сам виноват. Слишком резко начал с нами разговаривать, – вступился за меня Макс.

– Помолчи, Ковалёв, – поморщился Палыч. – Вот просто замолчи и посиди тихо. Кричит он с места! Возмущается, видите ли! Не чувствуешь, что ситуация напряжённая?

– Семён Павлович, если бы со мной таким тоном разговаривали, я бы так же ответил, – произнёс Иван. – Дело в профессиональной этике. Вы же лучше нас знаете, как безопасники с нами общаются. Как со скотом. И сами не выдержали, сделали ему замечание.

– Я начальник, Иван, – вскипел Палыч. – И он начальник. Мы с ним на равных, и я имею полное право сделать ему замечание. Но вам следует выбирать слова.

– Да как выбирать? Я кое-как сдержалась… – начала Софья.

– Подожди, Волкова, – раздражённо ответил Палыч. – Дай мне сказать… Я понимаю, что вас опять вытащили сразу после происшествия на дознание. Я ещё поговорю на эту тему с Глебовым, чтобы таких вольностей не возникало в будущем. Но лучше не обострять. Да, Андрей взъелся на вас, это было видно. Но вы-то что так реагируете?

– Зеркально, – ответила Лиза. – Чтоб прочувствовал…

– Елизавета, вот не нужен здесь этот ваш пафос, – вновь сморщился Палыч. – В своей семье ты можешь как угодно разговаривать. Но здесь лучше придержать коней, следить за своим языком. В общем, на будущее – если что не так, обращайтесь ко мне. Всё через меня.

Никто не был против, поэтому мы ограничились кивками.

– Теперь насчёт взрыва. Какие версии? – Палыч оглядел нас.

– Павел, вот основная версия, – мрачно ответил Иван.

И все были с ним согласны. Но не я. Был ещё Астафьев, который недавно засылал своих убийц. Другого не приходило на ум.

– Я попробую связаться с Павлом, поговорю, – тихо ответил Палыч. – Если он, конечно, захочет со мной встречаться… Всё, идите, на этом рабочий день закончен.

Мы не спеша потянулись к выходу.

– И ещё. Завтра будет утренняя планёрка, на которой подведём итоги, – дополнил Палыч. – Как раз придут данные от аналитиков.

Мы вернулись в раздевалку за ранцами и затем направились к выходу.

– Обыскивают ещё, черти, – услышал я Макса позади себя и дождался его.

– Не злись, это их работа, – попытался успокоить я его. – И Палыч прав, лучше не обострять. Наша команда рвётся вверх в общем рейтинге, и всё больше тех, кто может спровоцировать любого из нас, чтобы мы начали конфликтовать с безопасниками. А это не очень хорошо.

– Именно так, Максик, – подмигнула ему Софья.

– Агрр, опять Максик! – зарычал Ковалёв. – Ты можешь хотя бы сейчас не острить?

– Гляньте, я его успокаиваю, ласковые слова говорю, а он злится, – обратилась к остальным девушкам Софья.

– А ещё говорят, что девушки все странные, – ответила Лиза. – Ну да, мы видим.

– Всё, не доставайте меня, – выпалил Макс. – Его Величество не в настроении.

Он пошёл вперёд, проходя через турникет проходной. Да, Макса серьёзно разозлили. И больше всего тот безопасник, который грубо с ним разговаривал. Я думал, что Ковалёв ему начистит хлебало, но маг сдержался.

– Не забывайте, завтра идём в ментальный бар, – предупредил всех Даниил, также выходя из здания.

Я попрощался с остальными, затем по пути отправил повторную заявку на консультацию у Фридриха.

На удивление, никакой очереди не было. Мне тут же пришёл ответ и ссылка на оплату. Буквально в этот же момент пришёл аванс. Ого! Целых сорок тысяч рублей.

Палыч не обманул, сказав, что выплата меня приятно удивит. Я не верю в знаки, но сейчас поймал себя на мысли, что всё к месту и вовремя. Рука сама потянулась заплатить полторы тысячи рублей за доступ к площадке, где будет проходить созвон.

Очутившись в квартире, я умудрился до созвона на бегу поужинать купленными чизбургерами. К тому же накормил Хрума, который уничтожил ещё пять килограмм моркови. Ещё бы, такая встряска была у него сегодня. Аппетит понятен.

Через пару минут я разложил на столе ноутбук, уселся поудобней в очень неудобное кресло и посадил рядом возмущённо пофыркивающего Хрума.

Чёрный экран сменился картинкой леса. Виртуальный фон, понятно. Затем на этом фоне появилась улыбающаяся физиономия мужчины с квадратным подбородком. В цветастом домашнем халате. Причёска, сдобренная бриолином и зачёсанная назад. На фоне улыбки холодный взгляд немного отталкивал. Мне даже показалось, что он сейчас заговорит с английским акцентом. Настоящий мафиози из Чикаго, прям один в один.

– Добрый вечер, – густым басом поздоровался он. – Меня зовут Фридрих Закарпатский. Я приручитель…

Далее он перечислил те же регалии, что были на сайте. Мне это было неинтересно, как и то, где он работал и в каких академиях преподавал. Я терпеливо дождался, когда он сделает паузу, глотнув воды.

– Предлагаю приступить к самой консультации, – продолжил Фридрих. – Покажите вашего питомца. И назовите породу, если не сложно.

– Хрум, боевой ёж, – аккуратно взял я на руки питомца, который замер, уставившись в экран.

– Удивительно, я похожего зверька видел на одном из популярных видео, – ухмыльнулся Фридрих. – Он плавал в ванной. Стрит-блэк… Тогда я ещё посмеялся, что такого зверя не существует, и думал, кто же он.

– Он очень похож на ежа, но питомец призван из другого мира, – признался я.

– Оч-чень интересно, – Фридрих присмотрелся к Хруму. – Очень похож на ехидну, но лапы более мохнатые и когти другой формы. Это явно скалий или гуперрон.

– Что, простите? – удивился я.

– Не обращайте внимания, мысли вслух, – скривился Фридрих. – Какие вопросы вы хотите задать?

– Он изредка выплёвывает жемчужины, и мне интересно, с чем это связано, – ответил я.

– Предположу, что это не жемчужины, а яйца, он так откладывает яйца, – ответил Фридрих.

– Яйца? – удивился я.

– Да, именно так, как гуперрон, – ответил Фридрих.

– Но я две жемчужины недавно продал за неплохие деньги, – ответил я.

– Почему вы их называете жемчужинами? – резко спросил Фридрих.

– Они блестят, и их покупают как жемчужины, называя жемчужинами, – улыбнулся я в ответ.

– Это невозможно, – покачал головой Фридрих. – Они должны быть хрупкие и мягкие, как у ящерицы. Точно вам говорю, это не жемчужины. Вы что-то придумываете.

Я вздохнул, сдержавшись от резких слов.

– Послушайте, мне ведь лучше знать, что я делал, а что не делал, – ответил я.

– Но вы говорите невозможные вещи, – категорично ответил Фридрих. – Да, существо из другого мира, допустим. Но попадая в наши реалии, оно адаптируется, ограничиваясь законами природы.

– Хрум магический питомец, – напомнил я. – И его способности могут развиваться как угодно. Например, он может запросто распылить любой объект. И это очередной вопрос к вам.

– Так, – Фридрих был в замешательстве, судя по его взгляду. – Задавайте.

– Я уже задал, – выдавил я. – Мой ёж открывает пасть и выплёскивает энергию, которая растворяет всё живое.

– Да вы бредите, честное слово, – засмеялся Фридрих. – Такого не может быть. Чтобы такая кроха имела такую разрушительную магию… Нет, вы явно не понимаете, о чём говорите. Может, ваш ёжик хороший иллюзионист? Такое бывает у некоторых неизученных магических питомцев… Кстати, у вас есть его яйцо? Вы его сохранили?

– Жемчужину, вы хотите сказать? – уточнил я.

– Пусть будет жемчужина, если вы настаиваете, – буркнул Фридрих, делая ещё глоток воды. – Так вот, у меня сейчас появилось окно, через полчаса можете подъехать к моей фирме на очную консультацию. Вас встретит мой помощник и проведёт к кабинету, где я проверю вашего питомца.

– Разумеется, – ответил я. – Это тоже бесплатно?

– Нет, увы, у вас действует промокод, пятьдесят процентов скидки. Но я добавлю ещё сорок. Итого – девяностопроцентная скидка. Неплохо, правда? – пробасил он.

– Замечательно, – кивнул я, чувствуя, как Хрум начинает елозить у меня в руках. Ему было дискомфортно. Я тихо обратился к нему: – Потерпи, дружок, ещё немного, и я тебя отпущу.

– Получается – полчаса будет стоить пять тысяч, – ответил Фридрих. – Каждые последующие полчаса уже по полному тарифу – пятьдесят тысяч.

Охренеть. Вот это расценки. Но пять тысяч я могу себе позволить. Тем более если получу рекомендации к кормлению и прочее, как указано было в рекламе. Главное, чтобы он не тянул время, как сейчас, и отвечал более предметно.

– Хорошо, я подъеду, присылайте адрес, – ответил я.

Как только сеанс связи был завершён и экран погас, я отпустил Хрума, и он раздражённо фыркнул, выражая крайнее неодобрение. Не понравился ему Фридрих и не горел он желанием посещать консультацию оффлайн.

Но вопросы так и остались вопросами. Я всё ещё не терял надежды, что этот специалист расскажет о Хруме что-то полезное. Хотя уже подумывал, не зря ли я всё это затеял. Но пять тысяч – это не такие большие деньги. Я заработаю скоро гораздо больше на продаже чёрной жемчужины. Так что попробовать можно.

С Хрумом за пазухой я добрался на такси до пункта назначения. Не хотелось тащиться с боевым ежом в метро. Непонятно, как он отреагирует на скопление людей и на множество запахов. А нос у него очень чуткий, похлеще любой ищейки будет. Вдруг учует перегар или парфюм чей-то не понравится. Тогда начнётся полнейший армагеддец с молниями и прочими нежданчиками от Хрума. К такому катаклизму столичное общество точно не готово.

Заехав в просторный двор, такси проехало мимо нескольких благоустроенных гостевых домиков, бассейнов. Затем миновало зоны отдыха в виде крытых тряпочными навесами больших круглых столов с кальянами, за многими из которых отдыхали весёлые компании, выпуская под навесы белый дым.

Когда я вышел у одноэтажного дома с крыльцом, меня встретил парень в джинсовом костюме и проводил внутрь помещения. Я будто оказался в кабинете терапевта. Кушетка. Стол и несколько стульев. Пара шкафов с лекарствами и эликсирами. И белые стены с такими же белыми боками медицинских установок, подмигивающими кучей индикаторов.

– Ещё раз добрый вечер, – встретил меня Фридрих. Сейчас он был в белом костюме, а на шее у него на шнурке висел оптический прибор, вроде того, что я видел у оценщика. – Вы ещё не оплатили консультацию, так ведь? Можно по номеру телефона.

После того как я перевёл пять тысяч и Фридрих убедился, что деньги пришли, я был приглашён на кушетку. Затем я достал Хрума, который изрядно напрягся, медленно распрямляя иголки.

– Ничего страшного, я умею ладить с питомцами, – ободряюще улыбнулся ему Фридрих. – А яйцо… то есть жемчужина. Покажите её.

Я вытряхнул на ладонь из мешочка чёрную сияющую драгоценность, передал её Фридриху, и тот нацепил на глаза оптический прибор, всматриваясь в предмет.

– Ничего не понимаю, – пробормотал он себе под нос. – Это не яйцо… Оно сияет, это что-то драгоценное.

– Как раз это я вам и говорил, – подчеркнул я.

– Но может, вы меня обманываете? Это розыгрыш? – Фридрих снял оптику и с претензией взглянул на меня.

– Хрум. Паразит! – отдал я питомцу команду, и он выгнулся, выплёвывая совсем мелкую красную жемчужину. Но она ярко светилась алым, переходя в багровый и наоборот.

– Как?! – воскликнул Фридрих. – Да вы меня разыгрываете!

– Вы сами всё видели, – улыбнулся я. – Так я получу ответ?

– Мне надо позвонить. Подождите здесь, я скоро, – Фридрих вышел из кабинета, испаряясь на полчаса.

За это время Хрум обежал каждый угол, изучая комнату. Заглянул в приоткрытый шкафчик, затем забрался на стол Фридриха, обнюхав органайзер с карандашами и ручками, следом уронил несколько папок с бумагами на мраморный пол.

– Эй, не хозяйничай, мы не дома, – сделал я замечание ежу, поднимая папки, и на глаза попалось одно из заключений.

«Вскрытие магического питомца №874. Интересные наблюдения».

Нет у меня привычки рыться в чужих вещах, и тем более – документах. Но Хрум будто подсказал мне, чтобы я обратил внимание. Это касалось дальнейшей судьбы моего питомца, и я совсем не хотел, чтобы он оказался умерщвлён на операционном столе в угоду сумасшедшему хирургу. Сбрасывая оцепенение, я сложил все папки в одну кипу, и в этот момент зашёл Фридрих.

– Так, я понял, это и правда жемчужины. Действительно потрясающее явление! – радостно выдохнул он, пряча смартфон в нагрудный карман. – Как мне посоветовал один из моих коллег, следует забрать вашего питомца на обследование. Возьмём анализы, проверим ДНК. Вы представляете, что может быть? Не исключаю, что магический мир на грани открытия.

– Вы приручитель или хирург? – задал я прямой вопрос, отчего Фридрих на пару секунд смешался.

– Вы… вы серьёзно думаете, что я… Да ну что вы! Я никогда не причиню вреда вашему питомцу, – улыбнулся Фридрих. – А этот кабинет занимаю временно, пока идёт ремонт в моём… Итак, иди ко мне на ручки.

Фридрих аккуратно взял Хрума на руки. Боевой ёж не сопротивлялся, но к активным действиям приготовился. Я это чувствовал по завибрировавшей ментальной паутинке, что нас связывала.

– Наденем на тебя антимагическую штучку, – Фридрих прицепил к одной из иголок питомца небольшой мерцающий крокодильчик. – Затем мне надо осмотреть твой ротик. Скажи а-а-а.

Хрум отвернулся, пытаясь успокоиться. Я и сам уже хотел придушить этого мошенника. Всё, что было написано на том сайте, оказалось ложью. Он до сих пор не понимал, кто перед ним, даже приближённо.

– Хрум ещё стреляет молниями и грохочет словно гром, – добавил я. – Как эти способности контролировать?

– Бить его разрядами, когда он пытается что-то такое сделать, – легко ответил Фридрих. – Все питомцы понимают силу. Месяц такой практики – и ваш Хрум привыкнет, будет подчиняться только вам и слушать каждое ваше слово.

– Отдавайте питомца, – произнёс я. – Я передумал.

Этот чудак предлагает мне мучить своего питомца? Серьёзно?! Похоже я знаю о магических питомцах даже больше, чем он. Магические звери требуют персонального ухода и ласки. А такие жёсткие уроки убивают в них личность, что уж говорить о нове.

– Подождите, я ещё не осмотрел его, – холодно взглянул на меня Фридрих и обратился к ежу. – А ну, открывай пасть.

– Вы меня не услышали, – сухо ответил я. – Мне больше не нужна ваша помощь.

– Это вы меня не услышали, – сказал этот наглец. – Я сказал, что отвечу на ваши вопросы. Только надо успокоить вашего ежа.

В руке Фридриха мелькнул шприц. И ровно в этот момент лапа Хрума слегка увеличилась, будто её покусали дикие пчёлы. Боевой ёж возмущённо пискнул. Из лапы питомца выскочили очень длинные когти, которые молниеносно врезались в ляжку Фридриха.

## Глава 3

– Оу-у-у-у! – взвыл Фридрих, хватаясь за ногу, но Хрума уже на руках живодёра не было.

Боевой ёж спрыгнул на пол, затем иголки его встопорщились, по ним пробежал сноп молний. И в этот раз я питомца не собирался останавливать.

– Толя, быстро ко мне! – заревел Фридрих в телефон, дотягиваясь до ящика стола.

Я мрачно и очень внимательно наблюдал за его манипуляциями, на всякий случай нацепив на Хрума антимагический щит.

Эта сволочь вызвала охрану, но вряд ли та как-то способна повлиять на ситуацию.

– Твой ёж пытался меня убить! – закричал побледневший Фридрих, шлёпая на рану, оставленную моим питомцем, магический пластырь. – Его нужно усмирить! Прикажи ему остановиться!

– Даже не собираюсь, – оскалился я. – Тебе ведь нужно кое-что объяснить.

– Что?! Я не понимаю! – вытаращился на меня Фридрих. – Что объяснить?!

Хрум загрохотал так, что заложило уши. Стёкла в шкафчиках, в окнах и на табло магических установок разнесло на мелкие осколки.

– Объяснить простую вещь, – продолжил я. – За всё, что ты делал с питомцами, придётся заплатить.

Фридрих, продолжая таращиться и хватать ртом воздух, не успел даже слова сказать. Одна из молний, которые проскакивали между иголок питомца, выскочила в сторону живодёра. Его жахнуло разрядом так, что кресло под ним треснуло и рассыпалось. Фридрих рухнул на пол, увлекая за собой несколько ванночек с медицинскими инструментами.

– Не-е-ет! – живодёр выставил ладони вперёд в защитном жесте, но Хрум был неумолим.

Пришлось остановить ежа, чтобы он вовсе Фридриха не убил. Пусть этот живодёр отвечает за содеянное по закону. Одним мощным ударом я вырубил его, оставляя лежать без сознания. Сфотографировав документы, из-за которых этого морального урода однозначно упекут за решётку, причём надолго, я отправил их на номер полицейского участка.

А затем услышал топот в коридоре. К нам спешили очередные цели для Хрума, но их тоже надо было лишь вырубить. Что я и передал питомцу.

Когда я проходил мимо столика, на глаза попалось портмоне. Достал из него пятитысячную купюру, спрятал её в карман. Настроение повысилось, ведь я вернул свои деньги.

Чёрную жемчужину я достал из-под стола. Когда Фридрих падал с кресла, он выронил ценный предмет из рук.

На входе пришлось немного повозиться. Охранники задействовали затормаживающие артефакты. Притом они пытались заглушить мой антимагический фон. Но Хрум вошёл в раж, не давая им ни единого шанса. Раскидал всех молниями в разные стороны. Благо сильных увечий не нанёс, контролируя мощность зарядов.

Прямо не ёж, а живой электрошокер!

Мы покинули здание, когда я заметил двух магов, появившихся со стороны беседок. Затем ещё трое выскочили сбоку. Я зевнул, накидывая на себя и Хрума антимагические куполы, а затем мы направились неспешной походкой к выходу с территории.

Фаерболы, ледяные стрелы, шаровые молнии растворялись, стоило им коснуться нейтрализующей защиты. Хрум радостно пыхтел и словно в тире расстреливал молниями тех, кто посмел встать у нас на пути.

Разумеется, уже никто не попыхивал кальяном в зонах отдыха. Все разбежались ещё до того, как мы вышли из здания. И это меня искренне порадовало. Так случайно не пострадают те, кто ни в чём не виновен.

Мы благополучно покинули это сволочное место, и я вспомнил о жемчужине, решив посетить оценщика. По пути ещё раз напомнил полиции, что отправил им документы о злодеяниях Фридриха, ведь ответа я так и не дождался. И наконец-то стало понятно, что отреагировали они сразу же, как только получили от меня послание. Участковый прислал сообщение, что уже выехали на место. Ещё бы не выехали. Содержимое тех папок красноречиво указывало на злостное преступление.

Маги не успеют очнуться и спасти своего нанимателя от кары. Живодерство запрещено по законам Российской Империи.

Захарченко я застал за подписанием документов. Увидев меня с Хрумом, который выглянул из-за пазухи, оценщик отвлёкся, прищурился и изучающе вгляделся в боевого ежа. Затем изменился в лице, замирая в кресле.

– Сюда с питомцами нельзя, Александр, – заявил он, хлопая глазами. – Вы, наверное, не видели предупредительный знак на входе. Хотя его сложно не заметить.

– Геннадий Алексеевич, я его не могу оставить. Притом посмотрите на этого милаху. Он вполне безобидный, – ответил я.

Захарченко обдумывал свои слова несколько секунд, нервно постукивая пальцами по столу. Затем кивнул.

– Хорошо. Надеюсь, что он будет сидеть тихо, – произнёс он, скрывая волнение. – Вы что-то хотите продать? Или пришли проконсультироваться?

– Продать, – ответил я, подкрепив свои слова действием. Выложил перед ним крупную жемчужину. И следом – мелкую, красного цвета.

– О-о-о, – протянул Захарченко, изучая под своим биноклем более крупный предмет. – Это интересный экземпляр. Сразу говорю, за него вы получите сто тысяч.

Понятно, что этот предмет стоил дороже, тем более оценщик опасался, что я уйду к другому специалисту. Поэтому торга не было. Почти.

– Сто двадцать, – ответил я.

– Молодой человек, – криво усмехнулся Захарченко. – Я знаю, что говорю… Сто десять.

– По рукам, – слегка улыбнулся я.

– А вот это будет стоить сорок, не больше, – ответил оценщик.

Я не стал торговаться. Пусть будет сорок. Для мелкой жемчужины это даже много.

Расплатившись, Захарченко с довольным видом положил ценные предметы в красную шкатулочку.

– Вы меня очень радуете, Александр, приходите почаще, – оскалился он. – Буду честен. На ваши товары уже собралась очередь из клиентов. Так что, надеюсь, что это не последняя наша встреча.

– Это не от меня зависит, – туманно объяснил я. И покинул душную комнату, оставляя Захарченко в глубокой задумчивости.

Что ж, внезапно я стал богаче на сто пятьдесят тысяч. И уверен, что это всего лишь начало. Что же касается клыка, который не хотел остывать и даже через коробочку издавал пульсирующие волны тепла, я решил поискать тех, кто мог мне подсказать по поводу него в профессорской среде. В академиях преподаёт много светлых голов. И Лиза, которая училась в одном из таких учреждений, может подсказать мне нужного человека.

Мы пешком прошлись два квартала, заворачивая в замеченный в стороне парк. И я выпустил питомца на травку. Хрум настолько развеселился, что даже начал подфыркивать знакомую мелодию. Что-то похожее я слышал в прошлой жизни, вроде песни Винни-Пуха.

Макс всё-таки накаркал. Стоило нам дойти до центрального фонтана, как встретили двух подростков.

– Смотри, страйт-блэк, тот самый! – воскликнул один из них, с рыжей копной на голове.

– Точно! – улыбнулся второй, длинноносый. – Дядь, а можно сфоткаться с питомцем?

Я взглянул на Хрума, который тоже замер, подозрительно посматривая на парней.

– Можно. Но на руки брать его нельзя, может уколоть иголками, – предупредил я.

Разумеется, они услышали только, что можно, и рыжий схватил боевого ежа на руки. Хорошо, что Хрум вовремя спрятал иглы, иначе бы точно поранил его.

Они сделали серию фото, и ёжик, к моему удивлению, выдержал эту внезапную фотосессию. Даже более того, Хруму понравилось позировать. Я принял Хрума из рук рыжего парня, и эта парочка пошла своей дорогой.

Затем к нам пристала няня с двумя детьми. И мы застряли ещё минут на двадцать. Следом ещё компания студентов и молодая пара, и ещё бабуля с пуделем.

Довольно, пора валить отсюда. Я на своей шкуре прочувствовал, что такое популярность. Хватит с меня.

Покинув парк, я рано расслабился. Уже практически возле дома нас увидела очередная компания парней, но уже более взрослых, нежели те рыжий с длинноносым. Вроде студенты. Притом у одного из них был фотоаппарат с длинным объективом, намекающим на то, что нам не избежать очередной фотосессии.

– Ля, стрит блэк! – воскликнула одна из девушек, блондинка в белом платьице. Ещё две запищали от умиления.

– Пожалуйста, Егор, нам надо с ним сфоткаться! – умоляюще взглянула на фотографа блондинка, и тот кивнул, подходя ко мне.

– Добрый вечер, разрешите сфотографировать вашего питомца? – уважительно обратился он ко мне.

Я посмотрел на Хрума, который заскрежетал в ответ зубами. Отказать никогда не поздно. Тем более ёжик уже устал от избыточного внимания.

– Потерпишь? – тихо спросил я у него, и ёж тяжело вздохнул, вроде даже кивнул.

– Только недолго, мой питомец устал, пять минут, – ответил я, и передал Хрума в руки блондинки.

Эта компания была очень шумной, а шум Хрум не переваривал. Он периодически стучал зубами, когда его тискали в руках девушки, а затем громко начал фыркать.

– Пожалуй, достаточно, – сказал я, подумывая заскочить в магазин и прикупить ему моркови. Он точно съест кило пять, не меньше, а запасы истощились.

– Ещё один кадр, – бесцеремонно попросил фотограф, и я нахмурился.

– Егор! Я ещё с ним не фотографировалась! – капризно воскликнула девушка с забавными завитушками на голове.

– Катюха, подожди, – резко ответил ей фотограф, повернувшись ко мне. – Скоро отдадим.

Это «скоро» меня совсем не устраивало. Мне ещё условия будут ставить? Но я не успел ничего сделать, чувствуя, как агрессия Хрума по экспоненте, резко и бесповоротно, поползла вверх.

– А ну, улыбнись, колючка, – обратился к ежу фотограф, приближая к нему объектив. – Сейчас вылетит птичка.

Птичка, увы, так и не успел вылететь, потому что вылетели челюсти моего питомца. Хрум прыгнул вперёд, клацая зубами. Раздался громкий хруст, и объектив фотоаппарата разлетелся на части.

– Ах ты, зараза! – фотограф от неожиданности выпустил из рук то, что осталось от прибора. – Он напал на меня!

– Нечего было его драконить, – забрал я злобно сопящего питомца.

– Я требую возмещения ущерба! – воскликнул фотограф, когда все остальные спрятались за его спину. – Вы знаете, сколько этот фотоаппарат сто́ит?!

– И за моральный ущерб тоже придётся доплатить! – прошипела блондинка.

– Ваш питомец опасен для общества! – добавил ещё один из студентов из толпы.

– Да бешеный, точно говорю! – пропищал женский голосок.

– Слышал, Хрум, они нам ещё угрожают, – посмотрел я на питомца и опустил его на асфальт. – Действуй.

Хрум защёлкал челюстями, громко запищал. От крохотного ёжика это слышать было очень необычно. Но толпу он этим напугал изрядно. Они бросились в сторону арки, выхода из двора.

Хрум не стремился их догонять. Ему достаточно было, что они бежали, визжали, кричали и матерились. Это он считал достаточно забавным.

К тому же к компании присоединился и патрульный, который оказался неподалёку. Он даже свою дубинку потерял, пока улепётывал от моего питомца, который даже принялся выстреливать молниями, чтобы подбодрить компанию.

Ёжик вернулся обратно, когда толпа растворилась в арке. Хрум подбежал ко мне, счастливый и бодрый. Свесив язык набок, как собака, он заблестел глазками и попрыгал на месте. Я взял его на руки.

– Ты красавец, слов просто нет, но немного переборщил, – пригладил я его иголки, чувствуя остаточный заряд. Ладонь слегка пощипывало. – Пойдём домой.

Я заметил патрульного, который озадаченно посматривал в нашу сторону. В форме, низенького роста, взгляд как у филина и очень растерянный. Он поднял дубинку, а я решил объяснить ему, что произошло.

Патрульный замер, встречая нас. Такое ощущение, что он снова побежит. Но нет, полицейский всё-таки вспомнил, что он страж порядка, и остался на месте.

– А вы куда побежали? – спросил я у него.

– Так это… – растерянно покосился он на Хрума. – Все побежали, и я побежал. Увидел странное существо, вот и растерялся.

– Хрум – магический питомец, и вполне покладистый, – объяснил я. – Вот только его вывели из себя, решив потискать. Хотя я их предупреждал, что он совсем не плюшевый.

– Я, кажется, видел видео с ним в сетке, – напряжённо улыбнулся патрульный. – Забавный зверёк. Но я не думал, что он может ещё молниями стрелять.

– Они не причинили бы никому вреда, это он так сделал, чтобы напугать ту компанию, – ответил я. – Разозлили его сильно.

– Есть такие беспардонные, это верно, – ответил патрульный. – А у вас документы есть на вашего зверька?

– Вот, собираюсь в ближайшее время сделать, – ответил я.

– Сделайте, и чем быстрее, тем лучше, – произнёс участковый, посматривая на разбитый фотоаппарат на асфальте, точнее – на то, что от него осталось. – А если будут проблемы из-за этого – обращайтесь. Я поговорю с ними.

Я распрощался с патрульным, затем решил сходить в магазин неподалёку.

Пока набрал моркови и прикупил продуктов на неделю вперёд, на кассе уже образовалась очередь. Всё прямо как в моём прошлом мире. Недовольные пытались пролезть вперёд, а на них обрушивался гнев толпы, и те затихали, возвращаясь обратно.

Я был двадцатым, и мне это очень не нравилось. Во-первых, продавец ясно давал понять, что мы здесь надолго. Копошился как сонная муха, пробивая товары и сверяя номера на экране монитора. Во-вторых, коробочка с клыком внутри плотно прикасалась к рубашке. И даже через ткань начинала припекать. Вот уж не думал, что артефакт вновь проявит себя в такой неподходящий момент.

Надо было взглянуть, что же происходит с этим клыком. Раз очередь пока никуда не движется, у меня есть время изучить его.

Я нащупал коробку, дотронулся до артефакта, подаренного Вяземским. Он был ледяным. Выходит, что на меня влияла его энергия на ментальном уровне.

Продвинувшись в очереди к кассе, я покрутил в руке клык, удивлённо уставившись на него. Он выглядел сейчас не так, как в прошлый раз. Несколько сколов исчезло, их будто и не было. Хотя я их точно запомнил. Притом эмаль клыка была не тусклой, а слегка поблёскивала.

– Ну ты пропускаешь или идешь? – услышал я раздражённый мужской голос позади.

– Разумеется, – я сделал ещё шаг вперёд.

– А то я думал, что пропускаешь меня… – продолжил мужчина. – А может, пропустишь? А то меня дома семья ждёт, послали купить томатную пасту, и я вот застрял.

– Как и я, – ответил я ему, ясно давая понять, что со мной такой фокус не пройдёт. И лишь услышал в ответ тяжкий вздох.

Я спрятал клык, задумавшись. Совместил все факты, которых было не так уж и много. Раз этот артефакт делится теплом, причём это тепло не физическое, значит некая связь между нами есть, она появилась недавно, когда он проявил себя в том супермаркете.

И с тех пор… ожил? Но что это мне даёт? Как его применять? Этого я не знал. К тому же он восстанавливался, это факт. Что будет, когда восстановление завершится? Тоже интересный вопрос.

Сонную муху на кассе сменила бойкая женщина, и хватило пяти минут, чтобы очередь быстро дошла до меня. Я покинул магазин и услышал, как облегчённо вздохнул Хрум, который залез в продуктовый пакет.

– Да подожди ты, нетерпеливый, домой скоро придём, – обратился я к Хруму, слыша громкий хруст. Он принялся за первую морковь.

Поднявшись на свой этаж, я понял, что вечер обещает быть долгим.

– Сашенька! Привет! – воскликнула Раиса Захаровна с пакетом в руках. Из него пахло свежей выпечкой. – А я тут тебя дожидаюсь! Думаю, на работе, что ли, задержали. Срочный вызов?

– Он самый, – кивнул я, доставая ключи. – Добрый вечер. Вы ко мне в гости по каком-то вопросу?

– Да что ты, – отмахнулась бабуля. – Посидеть, чайку попить, да поболтать о питомцах. Кстати, где твой… – Раиса Захаровна затихла, вспоминая прозвище питомца, – Хрумочка.

Хрум злобно заклацал в пакете. Ему не понравилось, как бабуля исковеркала его имя. Раиса Захаровна услышала шорох и обратила внимание на боевого ежа.

– Вот ты где, мой хороший, – залепетала бабуля. Мы в это время заходили в квартиру.

– Проходите, я сейчас переоденусь в домашнее, – обратился я к ней. – Можете взять пока его на руки.

Пакет заметно полегчал, а это значило только одно. Хрум уже поужинал, поглотив более пяти килограммов моркови. Значит, и настроение у него улучшилось.

– А он не уколет? – нерешительно замерла Раиса Захаровна над пакетом.

– Не должен, – ответил я. – Своих он точно не тронет.

– Вот и славно… иди сюда, – бабуля взяла Хрума на руки, и питомец притих, поблёскивая на неё глазками. Вроде и не против, но видно, уже хотел отправиться спать.

Я вернулся на кухню, наблюдая, как ёж возмущённо фырчит в ответ на поглаживания Раисы Захаровны. Затем он спрыгнул и почесал к лотку в ванной.

– Удивительная порода. Кот просто шикарный, – печально улыбнулась бабуля. Она лукавила, когда сказала, что зашла просто чай попить. Что-то у неё всё-таки произошло.

Я разлил чай по кружкам, затем взял из разложенного пакета на столе пирожок и откусил. Он оказался с картошкой. И вкус был как всегда на высоте.

– Рассказывайте, что у вас стряслось, – решил я не тянуть резину и спросить прямо.

– Ох, Сашенька, я уж и не знаю, к кому обратиться, – запричитала бабуля. – Все вокруг какие-то злые на моих котиков. А когда пропала Муся, кажется, что они даже рады этому.

– Пропала? – удивился я, запивая пирожок чаем.

– Обычно она приходит через час. Погуляет и приходит, – объяснила Раиса Захаровна. – А тут – час нет, два нет…

– Три нет, – продолжил я.

– Именно, – кивнула бабуля. – И четыре нет. Я уж подумываю страшное. Как бы кто её не прибил.

– С Романом разговаривали? – спросил я, имея в виду её агрессивного соседа.

– Да с кем только не разговаривала, – охнула бабуля. – Все говорят одно и то же. Не видели, не знаем.

Я подумал, затем взглянул на Хрума. У него идеальный нюх. А раз так, значит нужно использовать его способность на полную катушку. Заодно и я пойму, может ли он брать след.

– У вас есть какая-то вещь вашей Муси? – поинтересовался я.

– А как же, я взяла с собой, – Раиса Захаровна вытащила из кармана платья ошейник. – Только вот утром сняла с неё, натирает он ей шею сильно.

– Разберёмся, оставьте его на столе, – показал я ей в сторону.

Затем мы минут десять поговорили о новых соседях бабули. Семейная пара заехала в ранее пустующую квартиру рядом с бабушкиной. Раиса Захаровна высказала все гипотезы и слухи о супруге и её муже. Муж – алкаш, его супруга – скандалистка. Успели уже наехать на бабулю за то, что крики котов слышны через стенку.

– А мне что, заткнуть их, что ли? Просто играют они так, что я могу сделать? – возмутилась Раиса Захаровна.

В общем, передала бабуля мне кучу сплетен и, оставив пирожки на столе, покинула квартиру.

Я не стал её напоследок обнадёживать. Попробуем найти. Взял в руки ошейник пропавшей Муси, затем направился в спальню, где Хрум уже прикрыл глаза и приготовился ко сну.

– Дружок, надо выручить, – присел я возле него. – Бабушка хорошая. Поможем найти её кошку?

Ёжик открыл глаза, попыхтел, затем обнюхал протянутый мной ошейник и… ожил, побежав к двери. Неужели и правда получилось?

Мы с Хрумом вышли из подъезда. Ёж шёл впереди, пыхтя как паровоз и опустив нос к земле. Я – за ежом, внимательно всматриваясь в направлении, куда он меня вёл.

В итоге мы подошли к дому напротив, и я заметил окошко цокольного этажа, который служил подвалом. В стекле что-то мелькнуло.

Я приблизился, присел на корточки, всматриваясь в окно.

Вдруг у стекла появилось испуганное лицо девушки. Она резко оглянулась, затем вновь с мольбой посмотрела на меня.

– По-мо-ги-те, – прочитал я по её губам.

## Глава 4

Хрум был настолько возмущён, что размахнулся мгновенно увеличивающейся лапой и хотел вынести окошко вместе с решёткой. Но я его вовремя остановил. Не хватало ещё задеть девушку.

Примерно прикинул план дома. Тот был таким же, как и мой, поэтому я понял, где вход на цокольный этаж.

– Не переживай, мы спасём её, – успокоил я питомца, поднимая на руки. Ежа трясло от очередного всплеска энергии, но когда мы зашли в подъезд, он почти успокоился.

Почти, потому что ему пришлось вышибать дверь в полуподвальное помещение, где была закрыта девушка. На ней висел массивный замо́к, да к тому же усиленный магией. Но что эти усилия для Хрума?

Удар был внушительным, и грохот от него разнёсся эхом по подъезду. Соседи забеспокоились, судя по голосам на площадке, кто-то вызвал полицию. Отлично, как раз они будут свидетелями похищения.

Запорное устройство жалобно скрипнуло и щёлкнуло, рассыпаясь на несколько частей. Дверь от удара медвежьей лапы питомца деформировалась. Я открыл её с ноги, распахивая всего лишь наполовину. Нижняя часть массивной стальной створки упёрлась в пол и застопорилась.

В дверном проёме я заметил мелькнувший силуэт в белом платьице. Хрум заскочил внутрь. Чёрт, заложница ведь может испугаться моего питомца!

Я пролез в помещение. Хрум вилял крохотным хвостиком перед забившейся в угол испуганной брюнеткой. Светлое платьице порвано на рукаве, лицо опухло от слёз.

– Нет! Уйди от меня! – вскрикнула она, обращаясь к ёжику, который всё ещё стоял с огромной гипертрофированной лапой и от радости скрёб когтями по бетонному полу. Ну это я понимал, что он радуется. Со стороны это выглядело иначе.

– Не переживайте, это мой питомец, – попытался я её успокоить. – Мы хотим вас спасти.

– Это ведь ёж? Это ваш зверёк? Что у него с лапой?! – последнюю фразу девушка выкрикнула.

– Он радуется, а лапой он выбил дверь, чтобы вас вытащить отсюда, – объяснил я. – Что случилось?

– Он меня хочет похитить, – всхлипнула девушка, посмотрев в сторону выхода. – Он просто конченый псих! Угрожал мне и грязно домогался!

– Пойдёмте, я вас выведу. Теперь вам ничего не угрожает, – я протянул руку девушке, и она боязливо вложила в неё свою ладонь. Непонятно, про кого она говорит, но пусть для начала успокоится.

Брюнетка кое-как держалась на ногах. Следов побоев я точно не заметил, но платье порвано, а значит, всё-таки её этот кто-то закинул сюда насильно. По пути к выходу я окинул взглядом помещение.

Бабулиной кошки здесь точно не было. Раиса Захаровна только что прислала на телефон, как я и просил, фотографию потеряхи. Красивая. Трёхцветная, британской породы, глаза большие и зелёные как блюдца. Но в этом полуподвале вообще мало что наблюдалось. Лишь завалы пустых деревянных ящиков в углу, да старая запыленная тумба неподалёку.

Хрум проверил за ними и ничего не обнаружил, но след он чувствовал явный. А это значило лишь одно – Муся была здесь, а потом её куда-то увезли. Но затем Хрум начал водить носом, принюхиваясь.

След пропавшей кошки начал расплываться со временем. Ежу сложно сфокусироваться на нём. Теперь только у того злодея, кто похитил девушку, и получится узнать, куда делась бабулина кошка. А окажемся рядом, Хрум точно почует пропажу.

На выходе я столкнулся лицом к лицу с тем самым патрульным. От неожиданности тот вытаращился на нас, хватаясь за дубинку, но затем узнал меня. Зато второй, седоватый мужчина в тёмно-синей форме с погонами, выхватил шокер.

– Спокойно, свои! – выкрикнул я, к тому же успокаивая и Хрума, который выскочил вперёд на защиту своего хозяина.

– «Свои» в это время дома сидят, – резко процедил седой мужчина, потрескивая микро-молниями на шокере. – Следователь Иван Петрушин, стоять на месте!

– Я нашёл заложницу, её держали под замком, – ответил я, не собираясь конфликтовать со стражем порядка.

– Да, он меня освободил, – всхлипнула девушка.

– Вы местный? – внимательно взглянул на меня следак, затем перевёл взгляд на Хрума. – А это кто у вас?

– Мой питомец, он помогал в поисках, но мы искали пропавшую кошку, – пояснил я.

– Мы виделись с этим гражданином недавно, – сказал патрульный. – Он живёт неподалёку, я пробил его по базе.

– Тогда поедем в участок, – проговорил Петрушин, наконец-то опуская шокер и пряча его в чехол. – Там всё выясним. Не переживайте, я вас не буду задерживать, просто несколько вопросов для протокола. А вас проверит наш штатный лекарь, – взглянул он на брюнетку.

Хоть время и позднее, но я не против. Девушка может рассказать о Мусе.

Мы залезли в полицейскую машину, в которой сидели ещё двое полицейских. Девушка всю дорогу молчала. Как и Хрум, плотоядно посматривающий на дверную ручку, которая регулирует стекло на двери. Но я питомца держал крепко, не хватало ещё нанести ущерб казённому транспорту.

Зато Петрушин расплескался рассказом о том, как их руководство из-за нехватки кадров заставляет следователей выходить на улицы и работать патрульными. Ведь скоро День города, который повлечёт за собой наплыв в столицу иностранцев и влиятельных аристократов со всех уголков Империи. Праздник обещает быть шикарным, как и в прошлом году.

Я был на прошлом Дне города, поэтому понимаю, отчего такие движения. На огромной территории за городом уже скоро раскинется множество зон, где можно будет отлично отдохнуть и расслабиться. Аквапарк, цирк, огромный батут, океанариум, несколько сцен, кинотеатр, фешенебельные рестораны разнообразной кухни и многое другое. В общем, всё, чего душа просит. Уж не говорю о получасовом магическом фейерверке, которому не было равных в целом мире.

Мы подъехали к участку, а чуть позже оказались в небольшом помещении с несколькими столами и ноутбуками на них. Рядом с одним из них я заметил два кресла.

– Прошу, присаживайтесь, – махнул рукой в сторону кресел Петрушин, – вон туда. А я сейчас, схожу за бланками.

Чуть позже следователь вернулся с лекарем, который подтвердил, что побоев не обнаружено. Лишь слегка поправил эмоциональное состояние девушки, и та перестала всхлипывать.

– Раз уж вы успокоились, перейдём к вопросам, – обратился к девушке следак. – Как вы попали в то подвальное помещение?

– Я же говорю, этот Рома охренел совсем! – воскликнула девушка.

– Потише, пожалуйста, и без ругательств, – предупредил её следователь.

– В общем, обнаглел этот Рома, сосед снизу, – начала рассказывать пострадавшая. – Как только появился в нашем подъезде, начал ко мне подкатывать.

Я присмотрелся к этой барышне. Мы с ней вроде встречались, даже пару раз здоровались, и она меня не запомнила, куда-то спешила. А раз она из моего подъезда, уж не тот ли это Рома, который наезжал на бабулю? Хм, интересная картинка вырисовывается, если это действительно так.

– И что, вы ему отказывали, а он напирал? – продолжил за неё Петрушин.

– Да, я ему отказывала, но он психанул и набросился на меня вчера поздно вечером. Я как раз возвращалась с работы, – выдохнула брюнетка, показав на рукав. – Порвал моё выходное платье. Оттащил в подвал.

– Теперь вы расскажите, зачем искали и как нашли гражданку, – обратился ко мне следак.

Я вкратце поведал о разговоре с бабулей, о поиске пропавшей кошки и о том, как я увидел в окне испуганное лицо заложницы.

– Так, всё понятно, – вздохнул следователь, затем вытащил из ящика стола небольшой головной обруч, активировав его. Затем обратился к девушке. – Только не напрягайтесь, это стандартная процедура составления ваших показаний на основе недавних воспоминаний. В том числе запись послужит доказательной базой.

– Хорошо, я поняла, – нервно сглотнула девушка, позволив Петрушину нацепить на её голову артефакт.

– Представьте весь конфликт с вашим соседом, с самого начала. Только прошу вас, не думайте больше ни о чём, чтобы запись получилась без помех, – Петрушин взял планшет, потыкал в экран пальцем. В ответ обруч засиял чуть ярче, а девушка закрыла глаза.

В воздухе перед ней появилась блеклая призрачная картинка. Блин, это точно тот самый амбал, с которым я недавно разбирался! Вон и выдру свою на поводке держит.

Я увидел, как Рома схватил её и потащил на улицу, но девушка упиралась, и этот негодяй накинул на её лицо белую тряпицу. Затем появилась картинка знакомого подвального помещения. А также и бабулина кошка, которую затем амбал вытащил из подвала.

После того, как запись была зафиксирована, следак аккуратно снял с девушки обруч, затем посмотрел базу данных, выписывая адрес себе в блокнот.

– Тимур, – позвонил одному из полицейских Петрушин. – Вы ещё не отъехали?.. Да плюнь ты на своих бомжей, потом ими займёшься. Я сейчас пришлю номер дома и квартиры, забери в участок одного засранца… Да, есть основания… под мою ответственность. А вы можете идти, к вам никаких претензий. И спасибо за помощь, – обратился он ко мне, когда завершил звонок.

– Надо ещё кошку найти, так что я останусь, – ответил я. – Задам пару вопросов соседу.

Следователь не возражал. Хрум сидел у меня на коленях, продолжая забавно водить носом и пыхтеть как паровоз.

Через десять минут в кабинет затолкнули Романа в наручниках.

– Э, полегче, увальни! – крикнул он в дверь. – Я жаловаться буду.

– Боюсь, что это бессмысленно, – обратился к нему Петрушин, махнув амбалу в сторону. – Присаживайтесь на тот диван.

– И ты здесь! – зарычал Рома, заметив меня. – Меня хотят подставить, что ли?!

– Сволочь ты, конечно! – воскликнула брюнетка. – Как ты вообще мог так поступить!

– Ого, Тамара, а как ты здесь?.. – Рома только сейчас заметил девушку и очень сильно побледнел, затем опустил взгляд, схватился за голову. – Вот же…

– А теперь расскажите всё, начиная с момента ссоры с данной гражданкой, – холодно обратился к нему Петрушин.

И Рома, понимая, что серьёзно встрял и деваться некуда, начал свой рассказ. Так я узнал, что он понял – домой вести девушку опасно и решил спрятать её в подвале соседнего дома. У него были запасные ключи от него, ведь он менял там замки, добровольно помогая местной квартальной. Затем решил перевезти заложницу на дачу.

– Зачем вы собрались перевозить девушку? – спросил Петрушин, потому что Рома замолчал.

– Тамара отказала мне в близости… – выдавил амбал. – Вот я и решил, что нужно поменять ей обстановку. Решил отвезти к себе на дачу. Поговорить ей, объяснить о своих чувствах…

– Вот же ты каз-зёл! – воскликнула Тамара. – Это чтобы я за твоими вонючими питомцами ухаживала?

– Какими питомцами? – спросил я.

– Неважно, – пробурчал Рома, опустив взгляд в пол и ещё сильнее побледнев.

– А что ты замолчал, Ромочка? – захлопала ресницами Тамара. – Расскажи, как ты завёл запрещённых питомцев. Что ты мне там лил в уши? Ты скоро откормишь их и станешь миллионером? И яхту мне подаришь с шубой?

– Не было такого, – замотал головой Роман, почесав макушку.

– Если вы признаетесь во всём, это смягчит вашу вину, – обратился к нему Петрушин. – На суде это будет учитываться. А так – похищение, торговля запрещёнными питомцами… Навскидку вам грозит лет двадцать, не меньше.

– Кошку Раисы Захаровны ты уже отвёз на свою дачу? – спросил я, а Хрум невзначай подошёл к амбалу.

– Какую кошку? – нахально улыбнулся Рома. – Вообще не понимаю, о чём ты.

Хрум тихо зарычал, пристально глядя на амбала. Я аж икнул от неожиданности. За ним ранее такого не наблюдалось. Но подыграть питомцу нужно было.

– Чего это он? – вжался в спинку дивана Роман.

– Он думает, что тебе откусить – руку или сразу голову, – ответил я.

– Эй, вы видели, моей жизни угрожают! – амбал обратился к Петрушину.

– Вы о чём? Я лично ничего не видел, – следак встал, а затем подошёл к столику у окна, отворачиваясь от нас и не спеша наливая себе воду из графина.

– Эй, что за произвол! – в глазах Ромы заплясал испуг.

– Быстрее сознавайся, – процедил я, изображая невероятное напряжение. – Я не смогу его долго сдерживать.

– Блин! Блин, что это… Ох, твою мать, – запаниковал Роман, уже зная, на что способен Хрум. – Ладно! Я скажу! Но всё равно вы не подберётесь к тому месту!

– Давай быстрее, – продолжал я играть свою роль.

И Рома выложил всё, что нам было нужно. Дача его находилась в пригороде Санкт-Петербурга, а если точнее – в Комарово. И разводил он тех самых гуперронов, о которых я слышал от Фридриха. Оказывается, они были занесены в Красную книгу магических питомцев. План Ромы был прост, как инструкция по использованию лома – откормить гуперронов и продать на мясо в подпольные рестораны. Там это считалось деликатесом.

Ну а насчёт кошки, этот сукин сын решил шантажировать бабулю, грозясь скормить гуперронам несчастную Мусю.

В общем, Петрушин вызвал помощника, и они решили ехать в Комарово. Разумеется, я тоже собрался.

– Это совсем необязательно, – сказал следак. – Мы сами вполне справимся.

– Вы слышали, что сказал обвиняемый, – резонно ответил я. – Он сказал, что не так просто подобраться к месту разведения питомцев. Значит, понадобится моя помощь.

– Не понимаю, о чём вы, – ответил Петрушин.

– Возможно, там будут магические ловушки или защита, – объяснил я. – А я антимаг. Тем более, я дал обещание хозяйке кошки, что лично найду её и доставлю в целости и сохранности.

Петрушин обдумал мои слова, затем кивнул.

– Хорошо, поехали, – ответил он, доставая из сейфа табельный артефакт в виде жезла с рукоятью и несколькими щупами на конце. Он стрелял молниями. Я видел, как стреляет такое оружие на тренировках в школе спасателей. Не очень, если честно, эффективно. И с молниями Хрума точно не сравнится.

Тамаре между тем вызвали такси, отправляя домой, Романа заключили под стражу, а мы сели в патрульную машину и сорвались в сторону Комарово.

Район дач был мне незнаком, ни разу здесь не был. Поэтому порадовался аккуратным одноэтажным домикам, выстроенным в ряд как на подбор. Участки стандартные. Шесть соток. Но были и более просторные. Такие расположились ближе к дубовой рощице. Среди них, в том числе, находилась и дача Романа.

Петрушев открыл калитку ключами, которые конфисковал у амбала. Мы вошли, и Хрум сразу же среагировал на первую ловушку, выстреливая молнией в сторону крыльца.

Пространство заколыхалось, принимая на себя разряд, затем потухло. И будто ничего не было. Но я заметил источник. Небольшой приплюснутый блин, вкопанный в землю справа от дорожки, защищал дом.

Я указал направление, а помощник Петрушина разложил телескопический щуп.

– Да, засёк, – сказал помощник. – Вроде обычная охранная система. Но пройти будет сложно. Надо ликвидировать.

– Доставай взломщика, – кивнул Петрушин.

Полицейский разложил треногу, аккуратно установил на неё прибор вроде фотоаппарата, но с объективом в виде раструба. Отрегулировал направление и угол.

– Тр-р-р-рп! – молния Хрума ударила в тот самый блин, который вспыхнул и сразу же потух. Завеса, отделяющая нас от дома, появилась в последний раз, затем покрылась трещинами, рассыпаясь в воздухе.

– Хм… или так, да, – одобрительно кивнул улыбнувшийся Петрушин.

Затем, продвинувшись ещё на пару метров, мы засекли ловушку, магический капкан. Точнее, я засёк, а Хрум ликвидировал. Помощник следователя раздражённо сложил треногу, спрятал взломщика в футляр и догнал нас. Хрум в это время ударил молнией в артефакт слева от дома. Очередная защита, но теперь она закрывала не дом, а строение, расположенное ближе к лесу.

– Там питомцы, – показал я в ту сторону. – И похищенная кошка. Мой питомец засёк её.

– Так, Тимур, ты в дом, проверь там всё. Но аккуратней, – приказал Петрушин, кидая помощнику небольшой брелок, и тот поймал его на лету. – Вот это возьми, защитит тебя от воздействия магии. Мало ли.

Помощник направился к крыльцу, а мы – в сторону крытого строения, откуда раздавалось еле уловимое пыхтение. Чем ближе мы подходили, тем звуки становились громче. А у входа задержались, чтобы устранить двойную ловушку. Магический капкан, теперь уже кустарного производства, плюс привязывающий к земле контур. Да уж, хитро придумано. Шансов выбраться из этой области действия контура практически не было.

Хрум справился с угрозой так же, как и со всеми предыдущими. Несколько дымков дали нам знать, что артефактам, спрятанным в земле, наступили окончательные и бесповоротные кранты.

После этого мы зашли внутрь, и Хрум радостно зафырчал, слыша в ответ дружное фырчание. В загоне я увидел несколько десятков пухлых существ, чем-то напоминающих ежей, вот только вместо иголок у них шерстяные космы и носы словно копья.

– Ох ты ж, ититская сила! – воскликнул Петрушин. – Я впервые вижу в одном месте столько гуперронов!

Хрум в это время обогнул загон и повёл нас дальше, к закрытому ящику, на котором висел амбарный замок.

– В доме чисто, – услышал я за спиной голос помощника.

– Тимур, надо сбить замок, – обратился к нему следак. – У тебя с собой вскрыватель?

– Да, вот он, – тот снял с пояса небольшой инструмент, похожий на клещи.

– Приступай, – кивнул ему Петрушин.

Помощник присел напротив замка, затем расправил зубцы клещей, нажал сбоку, активируя магические лезвия.

– Тр-р-рп! – молния Хрума ударила в замок, и тот отвалился, освобождая дужку.

Помощник отшатнулся, бросая на землю инструмент.

– Да это невозможно! Какого хрена?! Опять не успел! – воскликнул он, будто ребёнок, которому не дают проявить себя.

– Ты просто долго возишься, Тимур, – засмеялся Петрушин. – Ладно, не обижайся. Просто этот ёжик хочет помочь, не более того.

– Да понял я, – буркнул помощник, злобно посмотрев на моего питомца и поднимая крышку ящика.

– Ме-е-е-а-а-ау-у-у! – красноречиво донеслось из ящика.

– Вот и пропажа, – улыбнулся я, протягивая руки. – Иди ко мне, красотка.

Пушистая трёхцветная кошка недоверчиво посмотрела на меня, затем попятилась.

– Да иди ты сюда, дурёха, – аккуратно взял я съежившееся существо, чувствуя, как в руку вцепились его когти. – Всё хорошо, отвезу тебя к хозяйке.

Кошка будто поняла меня, ослабила хватку, что позволило мне переложить её в свой ранец, который я заблаговременно прихватил с собой.

Петрушин долго вызывал фургон, затем ругался с кем-то, потом связывался с начальством. В итоге через минут сорок на территорию дачи Романа заехал транспорт с эмблемой полиции и соответствующей бело-синей расцветкой.

Гуперронов перегрузили в отдельный зарешёченный отсек, который служил в качестве перевозки заключённых. А мы расположились напротив них.

Хрум активно общался с существами, поскакивая возле прутьев, а те принюхивались к нему и фырчали в ответ. Видно, боевой ёж их воспринял как дальнюю родню. Ну если только совсем дальнюю.

В дороге Петрушин сообщил, что животных пристроят в соответствующий питомник для редких существ. Их с руками и ногами оторвут, ведь гуперроны находились под особой защитой имперских служб по надзору за фауной. Отсюда и повышенные дотации от государства за содержание таких удивительных животных.

Мы вернулись к дому. Раиса Захаровна вышла на площадку, ведь она уже получила от меня сообщение, что я уже рядом и для неё приготовил приятный сюрприз. Хрум в это время издал новый звук, чем изрядно удивил меня. Он радостно засвистел, тонко и так забавно, что я не удержался и рассмеялся в ответ.

– Ой, ты ж моя хорошая! – всплеснула руками Раиса Захаровна, побежав навстречу по ступенькам. Главное, чтоб не оступилась, всё-таки возраст уже не тот, чтобы позволять себе такие кардио-нагрузки. Но бабуля справилась, протягивая руки к Мусе.

– Мусечка… солнышко моё… как ты, золотце… – начала она целовать свою кошку, отчего я только вздохнул, иронично улыбнувшись. Понятно, что хозяйка души не чает в своём животном, но такая любвеобильность меня всегда смущала.

– Меа-а-а-у, меау, меа-а-ау! – заливалась Муся.

В итоге кто-то из недовольных соседей с площадки ниже открыл дверь, зыркнув в нашу сторону. Затем послышались резкие голоса ещё за одной дверью.

– Вот… видел? Вот так они радуются, что нашлась Муся, – ответила Раиса Захаровна. – Я тебе так благодарна, Сашенька! Это такое счастье, что ты её нашёл! Она ведь самая красивая кошка во дворе!

– Я ведь обещал найти, Раиса Захаровна, – улыбнулся я в ответ. – И Хрум помог мне в этом.

– Спасибо тебе, котик, – ласково взглянула на Хрума бабуля, на что он возмущённо фыркнул.

– Мы пойдём, наверное, – сказал я. – Время позднее, а мне завтра на работу.

– Ой, конечно, что ты! – воскликнула Раиса Захаровна. – Ещё раз тебе спасибо, Сашенька! Я тебя обязательно отблагодарю.

– Лучшая благодарность – это ваша радость, – произнёс я, поднимаясь к себе в квартиру.

– Вот же память у меня дырявая! Постой, Сашенька! Я же твоему Хрумчику мятных леденцов вынесла. У меня котики их обожают, – догнала меня бабуля. – Чуть не забыла, представляешь! Вот, держи, миленький.

Бабуля протянула Хруму, вновь выглянувшему из моего ранца, раскрытый пакет с ароматно пахнущими конфетами.

– Иди на ручки, дружок, – я вытащил его из ранца. – Будешь такое?

Хрум поначалу недоверчиво принюхался, затем лизнул, укусил. Следом проглотил пару леденцов, а потом начал их в буквальном смысле жрать. В четыре приёма он стрескал более килограмма. Затем облизнулся и с надеждой взглянул на бабулю, затем на меня.

– А ему понравилось, – трескуче засмеялась бабуля. – Я их заказывала на Праймберрис. Пришлю ссылку.

– Спасибо, – кивнул я. – Доброй ночи.

Распрощавшись с бабулей, я наконец-то попал в свою квартиру. Очень долгий и насыщенный день. Я только сейчас понял, насколько устал.

Пожевал сосиски в тесте, которые разогрел в микроволновке, запил их томатным соком, затем сходил в душ.

Хрум в это время доедал остатки моркови, затем деловито открыл холодильник и уничтожил свеклу и лук. Аппетит Хрума побил все рекорды.

Сразу после этого питомец посетил лоток, а затем рухнул на своё лежбище. Добравшись до кровати, я принял горизонтальное положение. Стоило мне закрыть глаза, как я провалился в глубокий сон.


***


Поместье Астафьевых, в это же время.

В совещательном зале повисло напряжение. Наконец-то граф собрал всех советников и верных роду вассалов за одним столом. И теперь предстояло обсудить дальнейший план действий. Но как же он зол сейчас!

Этот сучёныш оказался не так прост, как он думал. И сейчас следует придумать что-то надёжней и хитрее предыдущего покушения.

– Дмитрий Иванович, вы слишком напряжены, но ничего ещё не потеряно, – взглянул на него один из советников, Мирон Стрельников. Как всегда одет в свой белый костюм, который дополнительно раздавал вширь и так необъятную фигуру. – Из-за нелепого казуса так расстраиваться не сто́ит…

– Казуса? Казуса?! – перешёл на крик Астафьев. – Мирон Геннадьевич, вы, по-моему, совсем не понимаете, что произошло! Энергия портала откатилась, уникальная установка разорвалась. Был взрыв, понимаете?!

– Да, я понимаю, – пробормотал затихший Мирон.

– Да ни черта вы не понимаете! Разин мёртв! Наш лучший артефактор! Один из трёх архимагов рода! – продолжал бушевать Астафьев, но затем притушил выплеснувшийся изнутри гнев, сделав внушительный глоток виски.

Граф выставил палец в сторону советника.

– Поэтому не говорите мне, что это казус. Это не казус. Это провал, который мы должны учесть, – уже спокойней ответил он, прожигая взглядом побледневшего Мирона. – Лучше расскажите мне про план, как уничтожить Потёмкина, тихо, аккуратно и надёжно. Его ведь вы наверняка придумали. Нет? Ведь такое задание я давал каждому из вас.

– Я ещё думаю над этим, – пробормотал Мирон, опустив взгляд.

– Может быть, у кого-то есть идеи? – оглядел он сидящих за столом.

Руку поднял один из его аналитиков, Григорий.

– Да, Гриша, слушаю тебя, – дал ему слово Астафьев.

– Я знаю, как убрать Потёмкина, это точно будет наверняка, – улыбнулся в бороду Григорий.

– Так, говори, – заинтересованно подался вперёд Астафьев.

Григорий улыбнулся ещё шире, заблестев глазами:

– Для этого мне нужны всего лишь два хороших актёра и… одна морковь.

## Глава 5

Сегодня я застрял в метро, причём конкретно. Долгожданный поезд так и не приехал вовремя. Как сообщили по громкой связи, в тоннеле произошла авария. Что за авария, так никому не объяснили, и со всех сторон посыпались многочисленные версии.

Хрум в ранце недовольно заворочался, как бы намекая, что с таким успехом я опоздаю на работу.

Разумеется, я не собирался дожидаться, пока всё исправят. Протиснулся через толпу ожидающих и гомонящих, и быстрым шагом нырнул в переход.

На полпути к заветному эскалатору, ведущему наверх, Хрум успел докопаться до музыканта в переходе. Залез в чехол от контрабаса и начал хозяйничать. Судя по всему, пахло в нём чем-то вкусным, и боевой ёж это вкусное пытался найти изо всех своих ежовых сил.

Музыкант попался нервный, призвал на помощь двух полицейских, проходящих мимо. В итоге пришлось потерять ещё десять минут на объяснение и урегулирование ситуации, а затем на дорогу из подземки и путь к центру на такси.

В конечном итоге я заскочил через проходную, когда до начала рабочего дня оставались считанные минуты.

– Ты сегодня поздно, Александр, – заметил Филимон.

– Ты бы видел, какой там ажиотаж в метро. Сказали, что авария в тоннеле, – ответил я, проходя рамку.

– Крысы, – заметил Филимон.

– Крысы? – удивился я.

– Ну да, крысы, – кивнул охранник. – От них все проблемы. Выбегают толпами на мано-рельс и пускают вагоны под откос.

– Прям как партизанское движение, – хмыкнул я.

– Какое? – Филимон удивлённо уставился на меня, услышав новое слово.

– Диверсанты, – поправил я. – Я хотел сказать – диверсанты.

– Это да, а ещё говорят, что у грызунов нет разума, – ухмыльнулся Филимон. – Всё эти твари понимают… Давай шустрей, а то попадёшь на штраф.

– Что случилось? – спросил я.

– Сегодня нашим аккуратно намекнули, что будет утренняя проверка, – объяснил Филимон. – Шастают залётные от высшего начальства, фиксируют кого нет на рабочих местах.

Эта новость меня взбодрила настолько, что я взлетел по лестнице на свой этаж и через несколько секунд попал в раздевалку. Чуть не столкнулся с выходящим Иваном.

– Санёк, бегом давай. У тебя мало времени, – резко сказал он. – Палыч ждёт в ученической, а с ним проверка.

– Да, сейчас, – кинулся я к шкафу, но тот не открылся с первого раза. – Ах ты ж, собачья печёнка!

Я ударил в дверцу плечом. Старый проверенный приём сработал, дверца открылась.

Через пару минут молниеносного переодевания – будто вновь оказался в армии и собираюсь на утреннее построение – я забежал в ученическую. Хрума оставил на столе в зале ожидания, вручив ему большую морковину. Которую ёж принялся грызть не спеша, растягивая удовольствие.

Заскочил я в помещение, когда Палыч что-то резкое высказывал Максу. Босс злобно зыркнул в мою сторону, затем обратился в сторону незнакомых мужчины и женщины в тёмно-синей форме:

– А это наш антимаг, лучший в рейтинге отряда.

– Александр Светлов, – посмотрел на меня как удав на кролика бородатый проверяющий. – Наслышаны о вас.

– Приятно познакомиться, – отозвалась женщина с лицом, будто высеченным из гранита. Столь строгие черты лица подчёркивали её непростой характер, и взгляд отнюдь не доброжелательный. Ей было приятно познакомиться лишь в одном смысле – теперь она видела свою цель в лицо и могла задать при всех неудобные вопросы. Чем она и занялась. – Вы лучший в команде, судя по рейтинговым баллам, Александр, – сухо проговорила она. – Возможно, это сподвигло вас опоздать на работу? Вы чувствуете, что всё вам дозволено, и пренебрегаете уставом, так ведь?

– Совсем не так, – ответил я, нацепив дежурную улыбку. – Я оказался в раздевалке ровно в восемь часов, а это значит, что я не опоздал.

– Вашим начальником был объявлен общий сбор в восемь ноль-ноль в этой комнате, – продолжила проверяющая. – Но вы прослушали, потому что вас не было на месте.

– В уставе есть положение о внутреннем распорядке, – напомнил мужчина, продолжая сверлить меня взглядом.

Он меня ещё учить будет! Ха! Напоминать то, что я и так знал, не нужно. Это я и решил ему объяснить.

– Именно так, – согласился я. – Подпункт восемь-три. На рабочем месте необходимо оказаться за десять минут до начала рабочего дня, чтобы переодеться и к восьми часам быть в полной боевой готовности.

– Именно это я и хотел сказать, – недовольно скривился мужчина, и тонкий ус его слегка дёрнулся. – Получается, что мы должны зафиксировать у вас нарушение, – он многозначительно взглянул на покрасневшего Палыча. – Лучший ваш сотрудник, Семён Павлович… пример для коллектива.

– В уставе есть ещё один подпункт, – продолжил я, слегка улыбаясь. – Десять-два. В случае непредвиденных обстоятельств – природный катаклизм, авария, теракт, другие обстоятельства сугубо личного характера – допускается задержка сотрудника на полчаса, с заблаговременным уведомлением об этом начальства.

– Да, Леонид Иванович, именно так и было. Александр прислал мне предупредительное сообщение, – встал на мою защиту Палыч.

Он показал проверяющим свой телефон. Разумеется, я отправил ему в личку объяснение. Упомянул, что в метро произошла авария, и сообщил, что могу задержаться на полчаса. Я прекрасно знал устав и строго соблюдал его.

– Понятно, ну что ж, присаживайтесь, – кивнул мне проверяющий, и я занял своё место, рядом с Максом с одной стороны и Анной – с другой.

– Что ж, объясним, почему проводятся проверки, – строго обратилась ко всем женщина. – Были выявлены случаи пренебрежения рабочим графиком в нескольких отрядах. Более того, поступила информация, что один из спасателей не поехал на вызов, хотя на нём числился.

– Это как-то связано с моим отрядом? – удивился Палыч.

– Разумеется, нет, Семён Павлович, – ответил проверяющий. – Но вы работаете в одной организации, и это касается каждой команды.

– Фениксов проверяли? – улыбнулся Палыч. Кажется, что эта тема неприкасаемости элитного отряда спасателей очень для него болезненна.

– Вы прекрасно знаете ответ, – осадил его проверяющий. – Элитные отряды имеют ряд исключений из правил. К тому же мы получили подробный отчёт о распорядке его элитной команды. Их руководитель, Дымковский Илья Романович, не дал повода сомневаться в своих сотрудниках.

Я думал, что Палыч сожрёт его взглядом. Но наш босс сдержался от резких слов, переключившись на сарказм.

– Ну естественно, это же «Фениксы», – едко заметил он. – Возможно, у вас есть ещё претензии к моим сотрудникам? Или вопросы?

– Нет, – проверяющая аж позеленела от злости, переваривая ответ Палыча. – На этом всё. Всего лишь необходимо расписаться в документе каждому из ваших спасателей, что они на месте в положенное время и готовы к новому вызову.

Мы расписались в бланке, затем эта процессия удалилась. Молча напоследок они окинули нас пристальными взглядами.

– И что это было, Семён Павлович? – удивилась Софья. – Мы теперь на контроле?

– И кто они такие вообще? Я впервые их вижу, – сказал Иван.

– Вот только не говорите, что ничего не понимаете, – сморщился наш босс. – За нами следит имперская служба. Импернадзор, вы о ней точно слышали.

– И у них столько полномочий, что они вот так бесцеремонно могут поднять всех на уши? – удивился я.

Да, эта служба контролировала всё, начиная от производства, заканчивая строительством. Но считалось, что спасатели находятся на особом положении у императора.

Палыч подошёл к двери, закрыл её, затем тревожно оглядел нас.

– Между нами, – тихо ответил босс. – Кто-то из высшего аристократического общества нажал на имперский Совет. Якобы спасатели расслабились.

– Ну да, каждый вызов – как прогулка, – засмеялся Макс.

– Ковалёв, отставить юмор, – осадил его Палыч. – Я серьёзно. Совет в тестовом режиме решил запустить такую проверку. Эти двое как раз из Совета. Точнее, они постоянно находятся во дворце.

– То есть отчитываются о работе спасательных служб, – подчеркнул я.

– Именно так, Александр, – благодарно взглянул на меня Палыч. – Они представляют всех спасателей Империи, отчитываясь перед государем. Так сказать, прослойка между нашей службой и государственным аппаратом. Но больше просиживают штаны за овальным столом.

– И такое будет постоянно? – напряжённо спросила Анна. – На это никак нельзя повлиять? Ведь ситуаций много. Вон, у Саши так получилось с транспортом. Он застрял в метро…

– Кстати, насчёт опоздания, Александр, – обратился ко мне Палыч. – Ты всё правильно ответил, хвалю. Но чуть бы менее дерзко.

– Я ответил достаточно сдержанно, Семён Павлович, – произнёс я. Вот ещё, буду я расшаркиваться перед этими важными людьми. Притом они к спасателям имеют такое же отношение, как я к балету.

– Ты меня услышал, Светлов, – добавил металла в голос наш босс. – Отвечая на твой вопрос, Анна. Повторюсь, это тестовый режим. Ещё две-три такие проверки, и отстанут. Думаю, что откажутся от такой практики, достаточно будет письма от начальников всех отрядов, чтобы забыли о такой ерунде.

– Я вообще не понимаю, какое право они имеют наезжать? Что-то диктуют нам, – возмутился Даниил.

– Горбунов, ты ж вроде психолог, ну что опять начинается? – скривился Палыч.

– За державу обидно, – вспомнил я знакомую фразу из прошлого мира.

– Вот-вот, именно так, – ответил Иван. – Вы сами знаете, как мы рискуем жизнями, но только Фениксы у нас на особом положении. А мы что, муравьи для них?

– Я понимаю ваше негодование, мои дорогие, – Палыч впервые употребил это слово, чем удивил каждого из нас. Но тем самым он подчеркнул, что мы для него не пустое место. – Эта ситуация мне тоже ой как не нравится. Но с верхушкой не спорят. Выбрасываем из головы революционные настроения и фокусируемся на работе.

На этом наша планёрка почти была завершена. Почти, потому что Палыч напомнил о взрыве. Рассказал, что поговорил с Павлом, который сухо обозначил, что ему на фиг мы не нужны, и он переключился на свой бизнес. Но правду ли сказал ему Павел? Учитывая его двуличность, некромант вполне мог солгать, и глазом не моргнув. Но с этим до сих пор разбираются безопасники.

К тому же наш босс подчеркнул, что глава компании выписал крупный штраф руководству службы безопасности. Андрей чудом остался на должности, но сотрудники, на смене которых произошёл взрыв, вылетели из организации как пробки. Понятное дело, из-за того, что не пресекли этот, по сути, теракт.

Затем мы вернулись в зал ожидания, бурно обсуждая утреннюю встряску. В целом разговоры пустые, поэтому я им значения не придал.

Вот только куда делся Хрум? На столе его не было, лишь зелёный хвостик от моркови красноречиво утверждал, что он справился с трапезой и решил прогуляться.

– Хр-руп, хр-руп-п, – раздалось из приоткрытой в раздевалку двери.

Что-то он уже грызёт, и судя по звуку, деревянное. Я обошёл шкафчики и заметил, как боевой ёж точит ножку у лавки. Вокруг полно стружки, а ёж увлечён своим делом настолько, что не заметил ни меня, ни заохавших девушек.

– Иди сюда, дружок, – с трудом оторвал я его от занятия. – Ты будто с голодного края. Или у тебя зубы чешутся?

Питомец заблестел глазками, и я понял, что именно так.

– Надо ему когтеточку найти, – предложила Лиза. – У Нели Марковны я видела деревянного истукана, вроде древней мишени для тренировок. Но ею никто не пользуется и не забирает. Так и пылится в углу.

– Точно, предлагаю забрать эту деревяшку, – ответил я. – Списать-то всегда можно.

Мы отправились делегацией к заведующей складом. Хотя это было необязательно. Но Нели Марковна оценила наш порыв. И в благодарность за то, что мы её всегда выручали, отдала нам массивный деревянный столб, смутно напоминающий человеческий силуэт.

Весил он килограммов сто, древесина очень плотная и, скорее всего, заряжена магией. Мы допёрли истукана до раздевалки, нашли соответствующий угол. Затем натравили на него Хрума, и ёж благодарно засвистел, накинувшись с энтузиазмом на новую жертву.

После того как мы вернулись в зал ожидания, Макс тяжело вздохнул, устраиваясь за свой столик. Затем ещё раз.

– Да что с тобой? Словно дед старый, ну правда, Макс, – сделала замечание Софья.

– Есть от чего… – Макс оглядел всех с надеждой, вновь вздыхая. – Друзья, кто может мне занять до получки? Ситуация близка к катастрофе.

– Кто-то мне ещё видеокамеру не вернул, – заметила Софья.

– Да принесу я её завтра, вот заладила, – пробурчал Макс. – Я ведь не просто так прошу. Долги раздал и ни черта не осталось. Даже на еду сейчас не наскребу.

– И сколько тебе надо? – спросила Софья.

– Хотя бы сорок тыщ, – прикинул Макс.

– Ну у тебя и запросы, – хмыкнула Софья. – У меня всё расписано до зарплаты, и планы ещё на выходных махнуть на отдых за город.

– Извини, Макс, мне самому не хватит, – признался Даниил. – Я автокредит оплатил, только на еду и осталось.

– Ты знаешь, я из принципа не даю в долг деньги, – ответила Лиза.

– Ну да, куда ж без принципов, – ехидно усмехнулся Макс. – Руководствоваться своими принципами и смотреть, как твой друг умирает с голоду…

– Макс, ты опять преувеличиваешь, – нахмурилась Лиза.

– Дружище, никак, – вздохнул Иван. – Я с аванса обычно ипотеку плачу́. Так что не в обиде.

– Да какие обиды, братка, – ответил Макс. – Ты меня и так выручал недавно.

– Я ещё не получал… – начал Иннокентий.

– Я у тебя и не спрашиваю, Кеша, – остановил его Макс.

– Карта привязана к номеру? – спросил я, доставая смартфон.

– Саня, да ты… ты просто мой спаситель! – воскликнул Макс, подскакивая с места. – Ага, привязана. ИТБ, лучше туда.

– Спасатель, – подчеркнула Софья.

Я перевёл, и Макс ещё раз поблагодарил меня за помощь, теперь уже подошёл и пожал руку.

– Откуда такие деньги? Жемчужины продал? – поинтересовалась Анна.

– Да, Хрум в этом плане здорово помог, – улыбнулся я и вспомнил о профессоре, которого срочно нужно найти. Ведь мне многое ещё нужно узнать об этом таинственном еже. Я многозначительно уставился на Елизавету, и она не выдержала моего взгляда.

– Что? – напряглась портальщица. – Ты и мне хочешь одолжить? У меня всё хорошо с деньгами.

– Не угадала, – погладил я Хрума. Питомец вернулся к нам, довольный как слон и разлёгся у меня на столике. Ещё бы он не был доволен. Ведь у него появилась новая игрушка. – Возможно, ты знаешь того, кто разбирается в магических питомцах. Из профессуры.

– Так, интересно, подожди, – хмыкнула Лиза, поднимая взгляд к потолку. – Я-то сама не особо общалась, а вот моя подруга, Лариска… В общем, я спрошу у неё.

– Вот и славно, – улыбнулся я, почесав Хрума за ушком, от чего тот радостно засвистел.

– Удивительный у нас талисман, – хмыкнул Иван. – Только сейчас обратил внимание. И давно он научился издавать такие звуки?

– Да сравнительно недавно, – признался я. – Это происходит, когда он особо чему-то радуется.

Стук в дверь отвлёк нас от беседы. На пороге замер курьер в серо-зелёной форме службы доставки.

Служба спасения сотрудничала с курьерской фирмой. И это было достаточно удобно в определённых случаях. Обычно отдел снабжения заказывал через них различные комплектующие из-за рубежа. Изредка сотрудники, не желающие есть то, что готовят в столовой центра, вызывали курьеров, чтобы те привезли им любимые блюда из ресторанов. Бывали случаи, что и крупногабаритные грузы завозили в центр.

Разумеется, курьерам был разрешён вход в служебные помещения, правда, в сопровождении охраны.

Вот и сейчас курьер застыл на пороге с большим пакетом в руке и растерянно оглядывал нашу компанию. А рядом с ним остановился хмурый Филимон. Его можно было понять, отвлекли от сканворда, либо от просмотра ролика. Чем им там ещё заниматься вдали от бдительного ока начальства? Это у нас проверки, им это не грозит.