# Служба «Антиразврат»

Римъ Эдельштейн

Мужчина, столкнувшись с проблемами в семейной жизни, решает расслабиться в обществе дам, оказывающих определённые платные услуги… Но в какой-то момент всё портят грубые ребята в камуфляже, и теперь ему грозит нешуточное наказание.

# Римъ Эдельштейн. Служба "Антиразврат"

Владимир Борисович рассматривал весьма красивых женщин перед собой… Их было четверо, вернее, пятеро – последняя слева выглядела куда старше остальных (и не такой привлекательной). Обилие косметики на её лице не могло скрыть возрастные изъяны, как и выпирающие бока, но, в принципе, большого внимания на неё он и не обращал.

Они все были почти раздеты – только в нижнем белье – разноцветном и кружевном. Первая женщина, можно сказать, девушка – самая загорелая и длинноногая – заставила колотиться сердце немолодого и габаритного Владимира Борисовича в усиленном режиме.

Остальные, собственно, были не такими уж и симпатичными, поистасканными, но минимум одежды на них заставлял все остальные недостатки меркнуть.

– Вот эту выбираю, – произнёс Владимир Борисович, указывая пальцем с идеально подстриженным ногтем на самую молодую и высокую.

– Отличный выбор, – заметила самая старая. – Алёна, работай.

Алёна кивнула и стала улыбаться самой приветливой улыбкой, которая только отыскалась в её багаже.

Остальные дамы пошли на выход, оставив их вдвоём в полутёмной комнате с занавешенным окном.

– Я думал, что вы все Снежанны или Анжелы, – признался мужчина.

– Есть и такие, но я Алёна, – уклончиво произнесла женщина.

«А я тогда Максим Поташёв», – подумал Владимир Борисович и тоже заулыбался.

Дама, не мудрствуя лукаво, сразу же опустилась на колени и только лишь собиралась приступить к своим непосредственным профессиональным обязанностям, как во входную дверь загрохотали с таким неистовством, что Алёна испуганно подскочила.

– Это ещё кто? – спросил Владимир Борисович, кстати, тоже весьма взволнованно.

– ОТКРЫВАЙТЕ! – яростно прорычали там, и в дверь забарабанили с новой силой. – СЛУЖБА «АНТИРАЗВРАТ»!

Послышались растерянные женские голоса – и, к слову сказать, несколько мужских. Топот. Все работницы с клиентами высыпали в общий коридор этой квартиры.

Тяжелейший удар, похожий на артиллерийский выстрел, переломил входную дверь прямо пополам, заставив ночных жриц отчаянно закричать.

Владимир Борисович остался на месте, но смог застегнуть штаны, наверное, действуя на абсолютных инстинктах, а вот Алёна тоже выскочила в коридор, только пикнула и сразу же повалилась на пол.

– ВСЕМ ЛЕЖАТЬ! – раздался чудовищно кошмарный крик, и в помещение, судя по всему, вломились несколько крепких человек в тяжёлой обуви.

Владимир Борисович не успел ничего предпринять, как в комнату, где сидел он на шёлковом покрывале, вбежал рослый человек в полностью тёмно-зелёном камуфляже, однородном, как бутылка портвейна. И берцы его были тёмно-зелёные, и штаны, и бронежилет, и большой шлем, и очки ночного видения, и переговорное устройство с микрофоном… Только лицо его выделялось неестественностью: совершенно белое, как будто сделано из молочного шоколада.

В руках, облачённых в тёмно-зелёные перчатки, он, кстати, держал новейший тёмно-зелёный автомат.

– НА ПОЛ! – прорычал он, резко вскинув оружие.

В какой-то момент Владимиру Борисовичу показалось, что его сейчас застрелят. И больше ничего не будет его беспокоить… Ни жена, ни дочь, ни постоянная неудовлетворённость…

Но потом он почувствовал, как могучая богатырская рука схватила его за шиворот и швырнула на пол, да так, что он сильно ударился подбородком и вышел из оцепенения.

– Сохраняйте спокойствие, – послышался спокойный, вполне человеческий, голос. – Вы все задержаны.

Через какое-то время в комнату вошёл ещё кто-то и сказал:

– Подними его.

– ВСТАТЬ, ПОХОТЛИВАЯ ТВАРЬ! – рыкнул боец в камуфляже, и Владимир Борисович начал медленно подниматься.

Когда он смог достаточно выпрямиться, то увидел, что в комнате оказался не слишком высокий мужчина вполне приличного вида в сером брючном костюмчике и синей, как небо в ясный солнечный день, рубашечке.

Лицо его было таким же, как у бойца – будто сделано из белого шоколада. И волосы, и руки тоже напоминали собой что-то съестное и совсем нереалистичное.

«Неужели маска?» – подумалось Владимиру Борисовичу против воли.

Тут же в комнате появился и второй человек – почти такой же, но рубаха его была изумрудного цвета, а бело-шоколадные волосы – гуще, будто он не посещал парикмахера полгода.

В своих руках – таких же неестественных – он держал вполне естественный планшет.

– А Вы – Владимир Борисович Романов, правильно? – уточнил он.

– П-правильно, – ответил несостоявшийся клиент.

– Что ж это Вы, Владимир Борисович, женатый человек, тут делаете? В этом мерзотнейшем и противнейшем месте?

– А откуда Вы меня знаете?

– Закончили? – спросил первый у второго, того, у которого в руках был планшет.

– Именно так.

– Тогда уводите всех.

– У одной первый рабочий день, и один из клиентов – девственник, – тут же добавил «планшетник».

Первый, вероятнее всего, обладавший званием более высоким, задумался.

– Им просто предупреждение выписать, но остальных – увести.

Боец в камуфляже ростом под два метра пошёл на выход. На его широкой спине Владимир Борисович прочитал два ярко-жёлтых слова: «ОСН АНТИРАЗВРАТ».

Сотрудник с планшетом вышел за ним.

– Да кто вы такие?! – безжизненно прошипел Владимир Борисович, потому что во рту у него крепко пересохло.

Оставшийся мужчина вытащил из кармана удостоверение яблочного цвета, открыл:

– Старший надзиратель службы «Антиразврат». При содействии нашего отряда специального назначения проводим рейды по злачным местам, грубо нарушившим всякие нормы морали и порядочности.

– И что теперь? – тупо спросил Владимир Борисович.

– Будете наказаны, – сухо ответил Старший надзиратель.

Вернулся второй, по-прежнему держа в руках планшет.

– Так и чего ж жене-то изменяете? – спросил он.

– Я ей ещё не изменил ни разу! – проорал Владимир Борисович из-за внезапно обрушившейся на него ярости. – Она мне не даёт, так это ещё что! Я прекрасно знаю, что она сама при случае залезает на какого-нибудь урода!

Старший посмотрел на, возможного, младшего, и тот принялся что-то искать в своём планшете.

– О! – сказал он. – Точно, посмотрите-ка… Инна Николаевна действительно иной раз не отказывает себе в удовольствии с кем-нибудь позабавиться. Вот на курорте в Турции. Вот на дне рождения подруги… А вот во время командировки в Краснодар…

– Ладно, всё, – махнул рукой Старший надзиратель. – Это не имеет значения.

– А вот и дочь Ваша тоже отличилась, – продолжал Младший надзиратель. – Её тут какие-то таджики пьяную и голую в подъезд ночью заносили в апреле в прошлом году. Видимо, пятница удалась.

– Чего?! – проревел Владимир Борисович.

– Да Вы не переживайте так, у неё сейчас всё хорошо, – продолжал сотрудник с планшетом. – За ней ухаживает хороший работящий парень. Всё у неё хорошо сложится в жизни. Даже СПИД обойдёт стороной.

– Вернёмся к Вашему проступку, Владимир Борисович, – подхватил Старший надзиратель. – Конечно, я понимаю, что ситуация семейная у Вас сложилась неблагоприятная весьма, но это же не выход…

Клиент молчал, мрачнея с каждой секундой, проведённой здесь. Вот отдохнул!

– Нашли, что сравнивать! – сказал он, наконец. – Мужской измены не существует, как женской педофилии! Ведь мужчина же не может нагулять ребёнка и принести его в семью!