Ксения Овешкова
Снова

Глава 1. Отстранение

Я снова проснулась в плохом состоянии. Когда все мои друзья отвернулись от меня, я думала, что со временем они вернутся. Но прошло уже много времени, а этого не произошло. И я сама виновата. Я никогда не ценила их доброту, часто срывалась на них, говорила, что они меня достали. Но, честно сказать, мне без них лучше.

Помню, как моя подруга стояла три часа под дождём у моего подъезда и ждала, пока я выйду, хотя мы не договаривались о прогулке. Я просто закрыла шторы и легла спать. Не знаю, что мной управляло.

Я пыталась найти новых друзей, но у меня ничего не вышло. Я не умела знакомиться с людьми и вскоре поняла, что общение мне вовсе не нужно.

Я – синглтон. Это тот, кто предпочитает жить отдельно от других. Но, к сожалению, полностью избежать общения с людьми я не могу.

Я занимаюсь конным спортом, вокалом и рисованием. Все эти занятия мне очень нравятся. Конечно, занимаюсь я этим не одна – вокруг много других людей, с которыми приходится взаимодействовать.

Однажды в художественной школе со мной заговорила девочка:

– Привет, я заметила, что ты ни с кем не общаешься. Давай познакомимся?

– Нет, – коротко ответила я, продолжая рисовать.

– Почему нет? – заинтересовалась девочка.

– Не хочу знакомиться.

Девочка пожала плечами и спокойно ушла. А я продолжала рисовать вазу, которая стояла передо мной, прорисовывая каждую деталь. Я была лучшей в «художке», но не гордилась этим. Мне не нравилось, когда меня ставили в пример. Приходила я сюда только чтобы улучшить свой навык рисования, а не общаться с людьми. Многие пытались со мной познакомиться, но я не открывалась людям. Не виновата же я в том, что у меня такой характер.

Друзья, с которыми я раньше общалась, были для меня просто тратой времени. Они хотели «спасти» меня от одиночества, будто это болезнь. А я? Я просто ждала, когда они уйдут, как все остальные.

Общение с людьми меня выматывает. До дрожи, до тошноты. Я даже от родителей съехала в 16 лет – не вынесла этого вечного «как дела», «что нового». Не могу объяснить, почему. Просто… будто каждый раз, когда кто-то ко мне обращается, я трачу кусочек себя. А восстанавливаться не умею.

В детстве, когда я смотрела на артистов в телевизоре, мама всегда переключала его на новости и начинала разговор о том, что творческие люди – нищие. И лучше искать "нормальную" работу. Папа лишь поддерживал её.

Когда со мной пытаются заговорить, я игнорирую или отвечаю короткими фразами, чтобы от меня отстали. Иногда люди не понимают, и приходится срываться – кричать. Именно из-за своей агрессивности и необщительности друзья перестали со мной общаться. Я ни о чем не жалею. После их ухода мне стало легче. Я открыла новую себя, у меня теперь много увлечений. На своих занятиях я будто питаюсь энергией – они открывают во мне новые силы. Я стала счастливой.

Когда начинается дождь, я сразу бегу к окну, чтобы разглядеть каждую капельку, падающую на мокрый асфальт. Меня это так сильно завораживает, что я могу любоваться этим несколько часов. А если ещё и гроза… Красота.

Проснувшись утром, я решила, что не хочу никуда идти – пропущу занятия один день. Думаю, я просто устала от всего этого. Как обычно, позанималась йогой, позавтракала, умылась. Потом не знала, что делать. Вдруг решила выйти. Я надела лучший костюм, накрасилась. Зачем? Не знаю, так захотелось.

Глава 2. Кафе

Походив по городу, я увидела много новых места для развлечений. Странно, раньше их не было, может, я была слишком зациклена на себе? Ладно, подумала я. Зашла в первое попавшееся кафе. Открыв двери, я сразу почувствовала вкусный запах булочек, которые стояли на витрине.

Продавцом был очень приятный мужчина. Он говорил так, будто ему не обязаны были отвечать. Как дождь за окном – можно просто слушать, а можно и нет.

– Здравствуйте, что желает такая прекрасная леди?

Я улыбнулась от его слов, это было мило, признаю.

– Здравствуйте, я бы хотела шоколадное мороженое.

– Мороженое, значит, хорошо.

Мужчина подмигнул, и через пару секунд принёс мороженое в красивом блюдечке.

– Держите, миледи.

Я засмущалась от его слов и забыла сказать «спасибо». Села за столик и наслаждалась мороженым.

Вернулась домой с хорошим настроением. Но в момент задумалась: что у него есть такого, чего нет у других? Почему он такой… хороший? Наверное, ему просто нравится его работа, и он радует других посетителей своим настроением. Не стоит зацикливаться на нём.

Весь оставшийся день я убиралась – первый раз за долгое время. Из-за всех своих занятий я не успевала следить за порядком. Но теперь дома чистота. Перед сном я впервые почувствовала тишину, а не одиночество, и это было хорошо.

На следующий день я пошла на все свои занятия после своего маленького отдыха. Когда я пришла домой мне кто то позвонил. Я с раздражением посмотрела на телефон, но приняла звонок.

– Слушаю, мам.

– Привет, доченька, когда ты приедешь? Ты обещала навестить нас ещё два месяца назад.

Я закатила глаза. Как же они надоели с этим общением. «Привет, доченька» – зачем эти формальности? Бесит.

– Не знаю.

– Мы соскучились по тебе, приезжай, как только сможешь. Братик по тебе тоже очень скучает, всё время спрашивает: «А когда моя любименькая сестрёнка приедет?»

Ой, ну началось опять, подумала я.

– Хорошо, приеду, как только смогу. Пока.

Сбросила трубку, не дождавшись ответа.

Во время звонка у меня в голове пролетели флешбеки – как папа выкидывал мои рисунки со словами: «Ты не станешь художником, ты – бездарь». Как мама приучала меня смотреть новости. Как меня ругали за плохие оценки по важным предметам. Голова разболелась. Ааа! Как же бесит. Сразу испортили настроение своим звонком. Все эти нежности – мерзость, терпеть не могу. Я почувствовала какое-то давление внутри себя, будто меня съедали чувства изнутри. Чувства были смешанные: грусть от того, что я так и не научилась говорить о своих чувствах, эмоциях; гнев от того, что мать мне снова надоедает; радость от того, что я съехала от таких людей.

Я решила снова пойти прогуляться до того кафе – захотелось мороженого, оно поднимает мне настроение. Зайдя, я снова увидела того мужчину, что и вчера.

– Здравствуй, милая леди, снова захотела мороженого, угадал? – сказал мужчина с улыбкой.

– Угадал, – с ответной улыбкой ответила я.

Мужчина поиграл бровями и отошёл за мороженым.

Пока он отходил, я заметила на полке за кассой фотографию с очень знакомым лицом. Я пыталась разглядеть, но зрение у меня было не очень хорошее.

– Вот ваше мороженое, милашка.

Он подал мне его в том же блюдечке, что и вчера. Я взяла и ушла за свой столик, снова забыла сказать «спасибо». Наверное, я показалась ему невежливой, хотя зачем казаться кому то вежливой? В этом есть смысл?

Был вечер, за окном было довольно темно, и шёл дождь. Я спокойно наслаждалась мороженым, любуясь каплями дождя. Мороженое было очень вкусное, и пока я его ела – забыла про звонок матери. И настроение у меня сразу поднялось.

Как вдруг ко мне подсела девушка. Это была та же, что подходила ко мне в "художке".

– Приветик, чего сидишь тут одна, не скучно? – поинтересовалась она.

– Нет.

Я не хотела заводить сейчас разговор. Надеясь, что она поймёт это с первой фразы.

– Почему нет? Я могу тебе составить прекрасную компанию.

Девушка улыбнулась.

– Не нужно. Мне одной хорошо.

Как же я хочу, чтоб ко мне не лезли вот так.

– Не понимаю твоей отстранённости. Новые знакомства – это же хорошо! Разве ты так не считаешь?

– Нет.

Я хотела встать и уйти, но тут раздался голос продавца. Он окликнул девушку, сидящую со мной.

– Эль, хватит, она не хочет говорить – значит не надо.

Посмотрев сначала на мужчину, потом на девушка, я увидела в них что-то похожее, будто они родственники. Их карие глаза, тёмные волосы, страсть к общению – они были как две капли воды. Двойняшки, подумала я.

После слов мужчины надоедливая особа ушла.

– Спасибо, – поблагодарила я.

Я решила, что пора уходить. Выйдя из кафе, я почувствовала запах дождя, сделала глубокий вдох. Так хорошо на душе.

Идя домой, на меня капал дождь. А в голове были лишь мысли о завтрашнем выступлении – я должна была выступить с песней. Но я не переживала насчёт этого, я была лучшей в группе. Я занималась дольше и усерднее всех остальных учеников.

Придя домой, я сразу легла спать, с мыслями: а вдруг родители придут на мой концерт? Хотя вряд ли. Надеюсь, я их там не увижу. Они никогда не ценили мой труд и считали, что творчество – это для слабаков. Конечно, ведь мама – лучший юрист в городе, а папа – директор завода. А я кто? Правильно, я – никто. Это они так считают. Мой папа всегда выкидывал все мои рисунки, когда я была маленькой. Сначала я делала вид, что не вижу этого, а потом вовсе перестала рисовать, пока не съехала от них.

Глава 3. Выступление

Проснулась я в хорошем настроении. Быстро собралась и пошла в дом культуры. Там меня уже все ждали. Я переоделась, меня накрасили. До выхода оставалось несколько минут, я начала волноваться. У меня пересохло в горле, сделала глоток воды – не очень помогло. И вот произнеслись слова: «Сейчас перед вами выступит Ия». Мой выход…

Я вышла на сцену. Прожектор слепил. Голос сорвался на первой ноте, зацепился за вторую… А потом вдруг поплыл вверх, будто капли дождя по стеклу. Именно тогда я заметила: мои пальцы сами отпустили край юбки. Впервые за весь вечер.

Осмотрела весь зал – родителей не было, ну и хорошо. Когда я пела – зал был в немом восторге, а когда допела – он будто ожил, все зрители начали хлопать, визжать, свистеть. Я улыбнулась, была очень довольна своим выступлением.

За кулисами мой учитель по пению похвалил меня, сказал, что я очень хорошо взяла высокие ноты. В горле пересохло, но теперь от счастья. Оказывается, общение бывает не только выматывающим.

После выступления всех остальных началось вручение наград. Я вышла на сцену под аплодисменты. Мне вручили грамоту. Я заняла первое место. В висках стучало в такт аплодисментам. Сказать, что я была рада? Не знаю. Думаю, да, я была рада.

Домой вернулась счастливой – я не общалась с людьми, но поделилась с ними своим талантом. Мне это понравилось.

Плюхнувшись на кровать, я уставилась в потолок. Может, пение – это моё? Или всё-таки рисование… Или конный спорт… А может всё вместе? Нужно попробовать себя в актёрстве. Точно!

Я взяла телефон и начала искать ближайшие театральные студии. Но в моменте задумалась. Это ведь не то, что мне нужно… Там нужно много общаться с людьми, а я этого хочу? Нет. Убрала телефон. В голове было много мыслей, а родители хотели видеть меня в творчестве? Нет. А я хотела? Хотела. Нужно слушаться лишь себя, подумала я. Закрыла лицо руками и вздохнула. Как же сложно найти себя. Чего я действительно хочу? Не знаю.

Я заметила, что впервые за долгое время я не чувствую опустошения после общения. С этими мыслями я уснула.

Глава 4. Удивление

На утро я проснулась очень бодрой и решила первым делом зайти в кафе. На улице стояла солнечная погода. Людей на улице было не так много. Наверное, все на своих работах.

Дойдя до кафе, я открыла дверь и увидела того же продавца. Как обычно, улыбнулась ему.

– Здравствуйте, вам также мороженое? – сказал он с улыбкой.

– Да.

Мужчина отошёл и вернулся с мороженым.

– Вот ваше мороженое, мисс. Кстати, вчера на сцене вы были неотразимы.

Что? Он видел, как я выступала? Внутри себя я почувствовала радость. Он видел, видел меня! Он сказал, что я была неотразима. Почему я рада? Что за чувства…

– Вы были на моём выступлении? – с удивлением спросила я.

– Я организатор того праздника. Странно, что вы не знали. – с добротой говорил он.

– Действительно, странно.

Сказав это, я ушла и села за свой столик. Мужчина кажется мне слишком идеальным. И я решила проследить за тем, как он общается с другими клиентами. Следующим посетителем была пожилая женщина. Он обращался к ней вежливо, но с серьёзным лицом. А со мной он улыбается. Почему? Странно. Буду следить дальше.

Через пару минут пришёл новый клиент – молодая, красивая девушка. Интересно, как он поведёт себя с ней. Но ничего нового я не увидела – он общается вежливо и без "Миледи", "Мисс", "Милашка". Он общается так только со мной? Что есть у меня, чего нет у других? Проследив ещё некоторое время, я увидела, что со всеми он общается одинаково. Кроме меня.

Хотела подойти к нему и спросить об этом. Но не стала, побоялась, может быть? Или просто не хотела заводить разговор прямо сейчас. Не важно. Доев мороженое, я вышла из кафе и пошла в "художку".

Там уже все сидели, рисовали. Я тихонько прошла на своё место и тоже приступила к делу. Но вдруг девочка рядом откликнула меня:

– Ия, привет!

Это была та же девочка, которая хотела знакомиться со мной. Я промолчала. Не хотела отвлекаться от рисования.

– Ия, почему ты молчишь?

Я снова промолчала. Вот зачем так надоедать? Я вздохнула и спокойно продолжила рисовать. Девочка поняла, чего я хочу, и замолчала.

Занятия уже подходили к концу, а я всё нарисовала. Учитель подошёл ко мне и похвалил меня. Я ничего не ответила. И спокойно собралась уходить. Но тут вдруг Эля снова подходит ко мне.

– Привет, кстати, вчера ты выступила прекрасно, мне понравилось. – улыбнувшись сказала она.

– Спасибо. – бросила я.

Девушка промолчала, и по ней было видно, что она немного расстроилась от моего нежелания разговаривать.

Сидев дома, у меня появилось резкое желание вести личный дневник. Почему? Не знаю, я так чувствую. И пошла в ближайший канцелярский магазин и выбрала самый красивый блокнот. Домой пошла с улыбкой на лице. Первая моя запись была:

«Сегодня была в кафе. Продавец сказал, что он организатор праздника и ему понравилось моё вчерашнее выступление. Приятно. Потом я пошла в художку. Со мной пыталась заговорить Эля, но ей не удалось.»

Глава 5. Рутина и волнение

Следующая неделя была неинтересной. Всё то же самое: "художка", конюшня, вокал, кафе. На вокал я стала ходить чаще, чем обычно. Почти каждый день. Ведь уже завтра должно было быть моё второе выступление. Жду не дождусь. Но я очень волнуюсь, вдруг придут родители. Я не хочу, чтоб они видели меня на сцене. Хотя откуда они узнают, что я выступаю, я ведь не говорю им.

Продавца я не видела всю неделю – вместо него была другая женщина, но это не важно, я приходила лишь за мороженым…

Пометки в дневнике я делала каждый день. Иногда они были такими:

«Вокал, конюшня, кафе»

А иногда:

«Была на пении, изучала новую ноту. У меня получилось. Потом пошла в кафе поесть мороженого, продавцом была женщина. Она подала мороженое в другом блюдечке. Я сразу это заметила.

После того как вкусно поела – пошла к своей лошадке Джесси. Мы хорошо потренировались. На этот раз без тренера, даже к лучшему, не люблю много контактировать с людьми.

Дома я полезла на сайты искать театральные студии. Просто смотрела – не выбирала.»

Сейчас уже вечер, час назад я была на пении. Готовилась. Волнуюсь ли я? Да.

Я легла спать в ожидании завтрашнего дня. В голове лишь крутились мысли: А вдруг у меня не получится? А вдруг я сфальшивлю? Не так ноту возьму или ещё что-нибудь. Думала, думала, в итоге уснула.

На утро я проснулась не такой бодрой, как обычно. Желание делать йогу не было – поела, умылась и пошла в дом культуры. Я пришла раньше, чем нужно, поэтому нужно было посидеть там некоторое время. Очень нервничала – руки были все в поту. На голову будто кипяток вылили – голова кружилась. Думала, с ума сойду от ожидания, как вдруг меня трогает по плечу тот самый продавец из кафе.

– Ну привет. – произнёс он это с улыбкой на лице.

Я просто помахала рукой, наверное, это так нелепо выглядело. Но я и слова произнести не могла из-за волнения.

– Волнуешься?

Я кивнула головой.

– Не стоит, ты прекрасно поёшь.

Я улыбнулась.

– Тебя, кстати, ждут в гримёрке.

Я пошла собираться. Меня накрасили, я переоделась. Уже скоро должен был быть мой выход. Моему волнению не было предела. Я ходила туда-сюда. Бормотала себе что-то под нос. В надежде успокоиться.

И тут произнесли моё имя – мой выход. Сделав глубокий вдох, я вышла на сцену, оглядела весь зал и увидела родителей… Они смотрели прямо на меня. И тут я поняла – я должна доказать, что я смогу. Я сжала микрофон так, что костяшки побелели. Была сухость во рту, но я взяла первую ноту, потом вторую… И вот моё пение раздалось по всему залу. Я успокоилась и получала удовольствие от пения. Все зрители смотрели на меня с восторгом, кроме родителей. В их глазах читалось: «Бездарь», «Зачем ты взялась за это?», «Это не то, что тебе нужно». И ещё их действия, они смотрели с отвращением, будто скалясь, как собаки. Я старалась не смотреть на них.

Я спела с большим удовольствием. И допев последние слова, снова оглядела зал с улыбкой.

За кулисами мой учитель снова похвалил меня. Я лишь улыбнулась в ответ.

Я хотела пойти в зрительный зал, чтобы посмотреть на выступления других, но не стала из-за родителей.

Я не знала, что делать, просто сидеть и ждать было скучно. Я закрыла глаза. Где-то за этой стеной сидели люди, которые никогда не верили в меня. Но сегодня я слышала аплодисменты – настоящие, громкие, безусловные. И часть меня, та самая маленькая девочка с выброшенными рисунками, наконец перестала плакать.

Глава 6. Разговор

После меня выступили ещё 3 певицы. Дождавшись конца, я пошла в зал. Села подальше от родителей. Сжимая край юбки в руках. Родители сидели спереди, перешёптывались между собой. Их плечи были напряжены. Это было видно. Вдруг мама поворачивается и смотрит на меня, я сразу отвела взгляд. Но боковым зрением увидела, что они начали идти в мою сторону. Я встала и начала уходить. Но вдруг слышу:

– Ия, подожди. – прозвучал голос мамы.

Я замерла на месте и сжала руки в кулаки, закусив губу. Медленно повернулась с натянутой улыбкой.

– Слушаю.

– Ты же понимаешь, что тебе нужно искать нормальную работу? – сказал папа.

Я с раздражением ответила:

– Ага.

Внутри меня была пустота. Я не знала, что ответить. Я надеялась хотя бы на «Молодец». Хотя бы! А тут такое.

– Ты – разочарование нашей семьи. Даже твой брат в 11 лет добился больше, чем ты за 23 года. Мы тебе всю твою жизнь пытались объяснить, что творчество – это для нищих! – продолжил папа.

Я спокойно слушала его. Пытаясь проявить уважение. Но ещё чуть-чуть, и я могла взорваться. Посмотрев на маму, я увидела её неловкость, она поддакивала папе, но по ней было видно, что она с ним не согласна. Наш разговор прервал мой выход на сцену: «Первым местом награждается Ия!».

Выйдя на сцену, я пыталась искренне улыбаться, но разговор с родителями меня утомил. Мне вручили грамоту. Я начала её трогать в надежде набраться сил.

Спустившись в зал, я почувствовала опустошение. Но ведь я выступила, впечатлила людей своим пением. Почему я не рада? Из-за родителей? Но ведь это не повод расстраиваться. Ладно, постараюсь забыть про это.

Ко мне подошёл продавец.

– Ты большая молодец!

Я промолчала и пошла к выходу.

– Подожди. Тебе мама просила передать.

Он подал мне дневник: яркий, красивый.

– Мама?

– Да. Тётя Аня.

Он знает её имя? Они знакомы? Я застыла на несколько секунд в раздумьях.

– Откуда ты знаешь мою маму?

Он улыбнулся и начал рассказывать:

– Ну знаешь, я раньше занимался танцами, а твоя мама была тренером. Мы там с ней познакомились, она много рассказывала про тебя.

Вот пазл и сложился – он относился так ко мне потому, что знал меня. И та фотография, со знакомым лицом – это была мама…? Но тут я задумалась, моя мама была тренером? Она мне такого не рассказывала. Ладно, подумала я. И начала уходить.

Уходя из дома культуры, я видела, как родители меня провожали взглядом.

Глава 7. Открытие

Как вернулась домой – я не помню. Сев на кровать, я прихватила дневник, который передал мне продавец.

Немного полистав его, я поняла, что в нём фотографии мамы в молодости. Она была в красивых нарядах, на сценах. Её улыбка была ослепительна. Но некоторые страницы были вырваны. Я никогда не видела её такой радостной. Честно сказать, я немного прослезилась от этого.

Там были не только фотографии, а ещё записи, вот одна из них:

«Сегодня я выступила в соло! Первый раз, мне сказали, я была восхитительна. Все так сказали, кроме моей мамы. Она опять начала читать мне лекцию о том, что танцы – это не моё. Говорила мне, чтобы я нашла "нормальную" работу. Мне пришлось послушать её, к сожалению.»

Это была последняя запись. В самом конце дневника. Мне стало жалко её в этот момент. Но не понимала, почему она пытается быть таким же родителем?

В этот вечер я решила, что хочу лично поговорить с мамой. Завтра договорюсь о встрече.

Я легла спать. Лежала примерно час, уснуть не получалось. Я взяла телефон и начала снова смотреть театральные студии. Добавила некоторые в избранное, на всякий случай. Вдруг когда-нибудь захочу пойти. Никогда, наверное. Не знаю. После этого я уснула.

Проснувшись утром, я набиралась сил, чтобы позвонить маме и позвать на встречу. Через пару минут я всё-таки осмелилась и взяла телефон. Пошёл гудок. Я глубоко вдохнула. Никогда не думала, что сделаю это.

– Доча? – послышалось из телефона.

– Привет, мам…

Продержав некую паузу, я продолжила:

– Давай встретимся сегодня?

Я боялась отказа.

– Правда? Это точно моя Ия? – пошутила она.

Я чуть рассмеялась, чтоб не показаться сухой.

– Да, давай в кафе? Я тебе скину адрес.

– Хорошо, дочь.

Я сбросила звонок. Думала, будет более серьёзный разговор. Но я рада, что она так отреагировала.

Сегодня после "художки" мы договорились о встрече в том самом кафе.

Все мысли были о том, какой разговор у нас будет. В голове я представляла разные варианты и хорошие, и плохие, чтобы быть готовой ко всему.

В "художке" я не могла полностью сосредоточиться на рисовании. Из-за мыслей и из-за Эли, которая хотела со мной поговорить.

– Ия, как дела? – с интересом спрашивала она.

Я не знаю, что на меня повлияло, но на этот раз я ответила.

– Всё хорошо.

Элино поведение было похоже на ребёнка. Она всегда пыталась со всеми заговорить, радовалась каждой мелочи.

– Я рада, что у тебя всё хорошо. Не хочешь погулять сегодня вечером?

– Нет, у меня дела.

– А… ну ладно.

На этом наш разговор закончился. И после я переключилась на рисунок. Но в голове мелькали фотографии мамы, разговор с продавцом. Я никак не могла поверить в то, что моя мама была тренером по танцам, а продавец был её учеником. С этими мыслями я оказалась дома. Время в "художке" оказалось таким незаметным.

И вот мне уже надо было собираться на встречу с мамой. Я надела самый обычный костюм и прихватила с собой её дневник. Его яркая обложка заставила вновь на него посмотреть.

По дороге в кафе я обращала внимание на других людей, первый раз. Все были такими разными. И это здорово.

Дойдя до кафе, я несколько секунд стояла у двери, чтобы перестать волноваться. Ладонь, сжимавшая дневник, внезапно стала влажной. Сделала глубокий вдох и зашла. За тем столиком, где я обычно сижу, сидели моя мама и тот самый продавец. Я застыла на месте от удивления.

Вдруг они помахали мне рукой, и я направилась к ним, машинально. Я встала рядом со столиком и не знала, как себя вести. Мама похлопала на место рядом с собой. Я села. До сих пор не могла прийти в себя, увидев такую картину. Вдруг тишину прерывает продавец:

– Ну, я наверное пока отойду. Тебе, принцесса, мороженое принести? За счёт заведения.

Мужчина мягко улыбнулся, посмотрев на меня.

– Я не против. – ответила я.

Он ушёл. Мы остались с мамой наедине. В руках я всё ещё сжимала дневник. Сглотнув, я положила его на стол перед мамой и сказала:

– Ты правда была тренером по танцам?

Когда я говорила это, я не смотрела ей в лицо.

– Да. – прошептала она.

Я подняла на неё взгляд и увидела, что её глаза намокли от слёз.

– Мам, ты чего?

Я положила ей руку на плечо и наклонила голову.

– Ничего, доченька, всё хорошо… Просто.. я не хочу, чтобы ты повторила мою ошибку. Когда я была танцором – я была счастливой, но только на сцене. Всю оставшуюся жизнь – я была бедной, никому не нужной без образования. Я считаю, что мать правильно сделала, вставив мне мозги на место. Пусть я и жалею о том, что перестала танцевать, но это лишь моя вина. Я могла продолжать это дело параллельно работая. Но не стала.

Продержав некую паузу, она продолжила:

– Я хочу, чтобы ты послушала меня и пошла работать, но прошу – не прекращай петь. У тебя прекрасно выходит.

Голос матери дрожал. Я слушала её очень внимательно, вдумываясь в каждое слово. И поняла, что, возможно, она права. Я начала думать о том, чтобы устроиться куда-нибудь. Ведь денег у меня и вправду не хватало. И тут из меня вырвалось:

–Мам, я хочу устроиться на работу.

По выражению мамы можно было понять, что она довольна моим решением. Вдруг она посмотрела в сторону, я повернулась и увидела продавца. Он поставил передо мной мороженое в знакомом блюдечке и замер, будто решая, стоит ли остаться.

– Садись, Антон, – сказала мама.

Я молча наблюдала за ситуацией.

– У нас в кафе как раз требуются сотрудники, – выговорил Антон.

Я чувствовала себя абсолютно спокойно – руки не потели, голова не кружилась, колени не тряслись. И тут я поняла, что могу начать разговор.

– Классно, – всё, что смогла сказать.

В диалогах я была не сильна.

– Готова будешь выйти завтра на работу, Ия? – спросил продавец.

Я, не раздумывая, ответила:

– Да.

Я замолчала, но потом продолжила:

– Как вы познакомились?

Пока я говорила, к нам подбежал мой младший брат – оказывается, всё это время он был в туалете. Вот это да, неожиданно целая компания собралась, подумала я.

– Ия!

– Привет, – вырвалось у меня.

Братик крепко обнял меня. Я ответила взаимностью и погладила его по голове.

– Так как вы познакомились?

Чувствовала я, должна была быть целая история.

– Вообще, доча, лет так десять назад я преподавала танцы у детей. И одним из моих учеников был Антон. Он был самым лучшим в группе. С ним я ездила на разные соревнования, конкурсы. Мы везде занимали первые места.

Он улыбнулся, видно, что гордится этим.

– Пока моя мама не запретила мне заниматься танцами. Но с Антоном мы общаться не перестали. Он ходил уже на другие танцы, но у меня часто спрашивал советы.

Я слушала её, вникая в историю. Я была немного в шоке, но радовалась за них. Слегка улыбнулась от такой ностальгической истории.

– Вау. – бросила я.

Антон хохотнул от моей фразы. Я посмотрела на него не понимающе, но в шутку.

Он улыбнулся и сказал:

– Просто ты так забавно отреагировала. Тебе рассказали целую историю, а ты ответила просто "Вау".

Мой братик и мама тоже рассмеялись. Но брат смеялся, чтобы не отличаться. А я лишь улыбалась. Не умела проявлять такие эмоции, как смех, особенно над собой.

Пока я наблюдала за мамой и Антоном, они начали ещё громче смеяться. Я не поняла почему, пока не посмотрела на брата, который съел почти всё моё мороженое. От этого мне стало смешно. На его лице остались пятна от него – шоколад размазался по щекам. Я очень хотела запечатлеть этот момент на телефон, но застеснялась и не стала. Мама, будто прочитав мои мысли, достала свой телефон и спросила:

– Давайте сделаем общую фотографию на память?

Я молча помотала головой в знак согласия. А Антон ответил:

– Я не против.

Мама попросила рядом сидящих людей сфоткать нас. Братик скорчил смешную рожицу, как и Антон. Мама повторила за ними, а я просто улыбнулась. Я застыла с натянутой улыбкой. Камера щёлкнула – и на секунду мне стало страшно. Что, если этот снимок окажется таким же фальшивым, как все мои "спасибо" и "всё хорошо".

В моменте внутри меня стало снова пусто, я вымоталась от общения. Снова. Мама и Антон о чём-то говорили, а я ушла в себя и не слышала их. Но вдруг произнеслось моё имя:

– Ия, а ты что думаешь об этом? – сказала мама.

О чём? подумала я. Я молча посмотрела на неё. Не понимая, что от меня хотят.

– Ты чего, доченька? – грустными глазами посмотрела на меня мама.

– Ничего, всё хорошо…

Продержав некую паузу, я осмотрела кафе и сказала:

– Я, наверное, пойду.

– Куда? – поинтересовался братик.

– Домой, я устала. – ответила я.

Со мной все попрощались, братик крепко обнял меня на прощание.

Я шла и думала: почему несколько минут смеха вытягивают из меня столько сил, будто я пела на сцене три часа? Может, я сломана? Или просто… не привыкла к этому.

Уже дойдя до дома, я взялась за ручку и задумалась: хочу ли я домой? Ручка была холодной. И я вспомнила, как я также стояла перед родительской спальней. Думала над тем, чтобы войти, показать ли им свои рисунки…? В итоге не решалась входить.

Стояла перед дверью я буквально минут пять, но всё же зашла.

Сев на кровать, я взяла дневник и ручку. Преподнесла ручку к странице и думала, что написать. Думала, думала и не придумала. Убрала всё и легла спать. Устала так, будто на заводе пахала, сразу уснула.

Глава 8. Работа

Проснулась с ощущением, будто забыла что-то важное. На столе лежал дневник – открытый на чистой странице. Впервые за всё время мне захотелось его выбросить. Но не стала – вспомнила мамин дневник с фотографиями и записями. У неё там вся память о её молодости.

Наконец, встав с кровати, я пошла на кухню, приготовила кашу. Посмотрела на неё, покавырялась ложкой и пришла к выводу, что не хочу есть.

Одевшись, сразу пошла в кафе. По пути смотрела на других людей, почему они гуляют в такое раннее время? Непонятно. Некоторые гуляли со своими собачками. Такие милые. Я так засмотрелась на одну, что врезалась в столб. Подняв голову, я увидела на столбе объявление: "Набираем людей в театральный кружок". У меня вдруг ёкнуло в голове – это судьба! Я сорвала его и положила себе в карман. Потом пошла дальше.

По пути в кафе я думала лишь о театральном кружке, может, это шанс попробовать себя в чём-то новом? В том, в чём я себя смогу раскрыть? Ведь люди чаще раскрываются, играя разные роли.

Пока я размышляла, уже дошла до кафе. Оно было закрыто – я тянула ручку, а дверь не открывалась. Вдруг ко мне подбежал Антон.

– Привет, милашка, вход для рабочих у нас с другой стороны.

– А… поняла.

Антон взял меня за руку и повёл к служебному входу. Дойдя, я сразу вырвала свою руку и протерла её. Показывая своё недовольство. Но Антон не увидел. Он лишь открыл дверь и показал рукой, чтобы я вошла.

Войдя, я сразу почувствовала запах свежих булочек и кофе. Сделала глубокий вдох, чтобы полностью насладиться запахом.

– Эй, ты чего? – спросил Антон с забавой.

Я пожала плечами, стараясь не показаться странной.

– Ладно, пойдём, я тебе тут всё покажу. – сказал он.

Я пошла за ним, он показал и рассказал мне всё, что нужно делать. И я сразу приступила к работе – встала за кассу. Я очень сомневалась, смогу ли я устоять здесь хотя бы часа два. Боялась, что устану от взаимодействия с людьми. Но Антон сказал, что будет всегда рядом и если что, подменит меня.

Пока не было клиентов, Антон пытался разговорить меня.

– Какое у тебя образование?

– Я закончила 11 класс с красным дипломом.

– А потом училась где-нибудь?

Я хотела промолчать, но всё же решилась ему рассказать:

– Вообще, я пошла учиться на актёра. Но бросила на 1 курсе. Показалось, что не моё.

– Почему показалось?

Я вздохнула.

– Ну… просто я так сильно вымоталась от общения с людьми, что мне нужен был отдых. А сейчас… я хочу снова попробовать себя в актёрстве.

Антон внимательно слушал меня, мне даже стало неловко от того, что рассказываю только я о себе. И из вежливости спросила:

– А у тебя какое образование?

– Я закончил девять классов и пошёл учиться на организатора праздников.

– Вижу, ты отучился, – сказала я с улыбкой.

Не знаю, что мной двигало, я разговаривала больше, чем обычно.

– Да… отучился. – ответил он.

Мне стало противно от себя. Или нет? Я не понимаю. Я обычно не говорю людям о себе. Может, стоит рассказать ему о своих наклонностях к одиночеству? Нет, ещё рано, вообще не надо никому говорить. Я схватилась за голову в надежде заглушить свои мысли. Начала глубоко дышать для успокоения. Вроде стало лучше. Мы закончили разговор с Антоном.

Тут зашёл клиент, я отдала ему его заказ, он расплатился и ушёл. Я почувствовала, как устала. Решила сказать об этом Антону, чтобы не вернуться домой в непонятном состоянии, как вчера.

– Мне, наверное, лучше уйти.

– Почему? У тебя прекрасно получается. – похвалил меня Антон.

– Я устала. – сказала я, сжимая в кармане объявление о театральном кружке.

– Хорошо, можешь идти домой.

Я молча вышла из кафе и направилась домой.

На улице стоял приятный запах после дождя – пахло сыростью. Проходя по знакомым улицам, я увидела новое здание, которое, видимо, построили недавно. И на окне висело то же объявление о театральном кружке. Остановившись прямо перед ним, я задумалась: а может, войти? Найдя ближайшую лавочку – я села на неё. И всё также смотрела на здание, в котором должны проходить занятия. Долго я думала. Но меня прервал телефонный звонок. Неизвестный номер, странно. Я ответила, и в трубке послышался Алёнин голос:

– Привет, ты сегодня придёшь в "художку"?

Я сбросила. Чёрт, "художка". Я совсем забыла про неё. Но я не хочу туда идти. Мне ведь нужна работа. Мне нужны деньги, я совсем на мели.

Я резко встала и пошла обратно в кафе. Моя цель – заработать денег.

Вернувшись, Антон поприветствовал меня снова. Понял меня и поручил мне ту же работу. На этот раз я пыталась попросту ни с кем не разговаривать. Общалась только с клиентами.

Простояла три часа. В голове была только работа. Я пыталась не думать ни о чём другом, чтобы не отвлекаться. Антон болтал сам с собой, как мне казалось. Я его не слушала. В моей голове были мысли о том, как я доработаю и пойду домой. Но вдруг в его словах произнеслось моё имя, и я откликнулась:

– Что?

– Я спрашиваю – ты не устала?

– Нет.

Губы сами принесли "Нет". Я устала. Но понимала я это только головой. Я устала морально. Мне нужен отдых, но мне нужны и деньги. Работа, деньги – всё, о чём я должна сейчас думать.

После ещё пяти часов – моя смена закончилась. Я была опустошена. Будто всю мою энергию высосали клиенты. Как же я ужасно себя чувствовала – голова гудела, дыхание участилось, в глазах темнело. Я не слышала ничего, что говорил мне Антон, я лишь молча вышла из кафе.

Как добралась до дома – не помню. В голове пусто. "Очнулась" я в кровати. На часах было 15:03. Сейчас только день, опомнилась я.

Глава 9. Уход в себя

Взяла телефон, и что-то надоумило меня начать писать свою книгу. Свои мысли вслух я не умела выражать. Но получилось письменно передать ту боль, которую чувствую я.

Я уткнулась в телефон. Мои пальцы бегали по клавиатуре, а на экране появлялись новые слова, предложения. Я чувствовала, как мне становилось легче. Я полностью углубилась в свой текст.

Спустя время посмотрела на часы – 22:17.

"Ого" – выкрикнула я вслух. Целых семь часов я лежала на кровати и зависала в телефоне. Я почувствовала себя подростком, который весь день сидит в телефоне, пытаясь уйти из реальности.

Посмотрела в окно: было темно и шёл дождь. Я присела на свой любимый подоконник, на котором лежали моё одеяло и подушки. Я часто здесь проводила время, но в последние дни я совсем забыла про это место.

Я открыла окно и почувствовала свежий запах улицы и дождя. Вдохнув этот аромат, в моей голове пробежали все воспоминания, которые связаны с дождём: как родители пытались затащить меня домой, пока я любовалась каплями, которые падали на асфальт. Как я пыталась успокоиться, вдыхая этот аромат. Мне нравится дождь.

Время уже позднее, пора ложиться спать, завтра опять на работу. Но дождь обещает быть длинным. А мне нравится сидеть до конца, пока он не кончится. И тут передо мной встал выбор: сохранить режим сна или ждать, пока кончится дождь? Обдумав – я решила, что в этот раз посплю на подоконнике, как делала это раньше в 17 лет. Что может быть лучше, чем засыпать под звук дождя.

Проснувшись, я посмотрела на время и поняла, что проспала. Время было 10:44. На телефоне был один пропущенный звонок от Антона и сообщение:

– Если ты устала, говори об этом сразу, не нужно так резко убегать.

Говорить об этом сразу… Для меня это нелегко. Никогда не умела говорить открыто о чувствах. Убрала телефон и снова плюхнулась на кровать. Нет сил ни на что. Я уснула.

Меня разбудил звонок от моей бывшей подруги. Или это был сон? Не знаю, я сбросила и снова уснула.

Проснулась я в холодном поту, от кошмара, который мне приснился. Во сне была я, на сцене, а все зрители смеялись надо мной и показывали пальцем. А громче всех я слышала смех отца. Я сразу вскочила с кровати. Посмотрела на время – 19:38. Меня схватила паника, я спала очень много. Почувствовала боль на ладонях, посмотрела – там были следы от ногтей, видимо, я сильно зажала кулаки во сне…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.