# Грани реальностей

Надежда Ефремова

Хорошо в деревне... Если в ней не обитают ведьмы…

Катя осталась совсем одна и сбежала из душных городских стен ближе к природе. Хотела уйти от страхов, проблем, гнетущего состояния вины и прочих "прелестей" жизни в большом городе. Возможно, её манило чутьё? А может быть, это был зов крови? Она совсем не ожидала тех приключений, которые обрушились на её голову и перевернули мир сразу после переезда. Получится ли у неё найти близких и начать новую жизнь?

## Глава 1 Ведьмин дом

Моя дорога к этому селению заняла целый день. Да, вроде бы не так далеко от города, но всё же семьсот километров есть семьсот километров… Честно сказать, устала очень. Да ещё и мысли о том, что придётся удалиться от привычного городского уклада жизни на неопределённый срок, не давали мне покоя. Но в то же время вселяли какие-то зыбкие надежды на лучшее, светлое. Мне хотелось верить во что-то подобное. Видимо, настал такой период в жизни моей, когда только и остаётся, что верить. Взял вот и наступил. Вроде и неожиданно, как всегда бывает, но к тому есть предыстория. Банальная до боли, как у всех людей.

Автобус не спеша тащился уже не по асфальту, иногда подскакивая на неровностях. Я смотрела в окно и наблюдала, как меняется пейзаж, удаляющийся от цивилизации и благоустройства. Множество домов осталось позади, и теперь виднелись только леса да поля. А ещё повороты на почти заросшие просёлочные дороги, ведущие куда-то в кромешную неизвестность. А мои мысли уносили меня в прошлое, полное непонимания, злости, страхов, надежд на спасение.

В городе мне стало непреодолимо тяжело. Пришла необходимость сменить обстановку. Уединиться, собраться с мыслями, просто отдохнуть от агрессии, суеты, предательств, равнодушия, сплошного потребительства и хамства. Чем-то я провинилась перед судьбой, что всё перечисленное навалилось на меня тяжёлым грузом за довольно короткий период. Моё сердце стонало и ныло. А его непрерывная связь с совестью, которая могла ежедневно мне подсказывать, где и что я делаю неправильно, просто мешала жить спокойно. Самоедством заниматься я умела, получалось просто на ура!

Сейчас, трясясь на жёстком сиденье и кутаясь в куртку, я чувствовала лютое одиночество. Холодное и жестокое, насмешливое и издевательское. Неужели сама себя тоже не люблю, что так страдаю? Может быть, надо повернуться к себе лицом, подобрать свои растоптанные чувства и начать их холить и лелеять? Очень хочется разобраться в этом. Надеюсь, что смена обстановки и уединение поможет. Если не сведёт с ума окончательно.

Мысли о маме, которую я не видела уже целых три года, подливали масла в огонь. Она пропала после моего двадцатилетия. Просто поехала к подруге. И не доехала. Искали – не нашли. Родственников в городе не было, так, приятели и знакомые. И в моей душе образовалась огромная чёрная дыра. Отца я не помню. Но мама никогда не позволяла себе сказать что-то плохое в его адрес. Вообще ничего о нём не говорила. Просто старалась не поднимать эту тему.

И как только мне исполнилось двадцать лет, я стала жить сама. Получалось ли у меня? Не знаю. Но одно могу сказать точно – это было тяжело. Я уже на тот момент работала, понемногу откладывала, чтобы уехать когда-то в тихое живописное место. И вот это время наступило.

К концу пути я начала задрёмывать, но резкий выкрик водителя: «Приехали!» заставил вздрогнуть не только меня, но и ещё двух пассажиров, остававшихся в транспорте до самой конечной остановки. Этот хмурый усатый мужчина буквально выдернул нас в реальность.

Я заранее сняла небольшой домик на окраине деревни, подальше от людских глаз. Он был дешёвый, но вполне себе приличный. Беспорядок, а также давнее отсутствие ремонта и людей в нём меня ничуть не пугали. Сама, что ли, не смогу навести марафет своему жилищу?

Потихоньку шагая от остановки, любовалась улочками. Казалось, что здесь как-то слишком тихо. Наконец я подошла к своему новому месту обитания. Старое строение глядело на меня впалыми глазницами тёмных окон. Они были без штор, поэтому смотрелись несколько странно и даже угрюмо. Но мне это не навевало ничего ужасного. Обычный ветхий такой домик.

Окинув взглядом улицу, захватив полной грудью деревенского чистого воздуха, я покашляла с непривычки. Такой густой, чистый и даже ароматный мне давно не попадался. А тут ещё и глубокий вдох. Под одним из окон цвёл просто фантастический куст бордового пиона! Эти цветы я обожаю, они росли у мамы на даче. Я поставила сумку у покосившейся калитки и полезла за ключами.

Уже лёгкие сумерки спускались на деревню, и горизонт стал розоветь. Ах, как же сказочно смотрелись сосны и берёзки на фоне этого вечернего неба! Казалось, будто каждое деревце здесь настолько живое, что всё видит и запоминает, имеет собственную историю и наполнено особенной, таинственной энергией. Воздух наполнялся звуками, которые издавали коровы, козы и барашки, возвращающиеся с пастбищ, да и из дворов всё мычало, хрюкало, кукарекало, визжало. Лес, видневшийся совсем рядом, на холме, завораживал своей закатной загадочностью. Оттуда доносились голоса птиц и шелест листьев. Совсем другой мир. Совсем не город. Совсем.

– А ты что, тут жить собралась?

Я подскочила от неожиданности, совершенно не думая о том, что рядом могут появиться люди. Возле меня стояла небольшая старушка в калошах и вязаном жилете, да ещё и с косынкой на голове. Классическая такая, деревенская. Но как она ко мне незаметно подкралась в своей шаркающей обуви?

– Э-э-э, да, – растерянно пролепетала я.

– Ну-ну, – хмыкнула бабуля, – а что это ведьмин дом, тебя не смущает?

– Чей? – не поняла я и уставилась на внезапно возникшую собеседницу, пытаясь сообразить, о чём она говорит.

– Ведьмы местной, Варвары. Все знают, что это её дом. А ты откуда взялась, что ни сном, ни духом про это?

– Так это… из города я.

– Понятно.

Бабушка вздохнула и всплеснула руками.

– Ох, берегись! Если что, мой дом – вон тот. Мало ли. Надо же поселиться в ведьмином доме! – бормотала бабуся, удаляясь по улице.

Заставила задуматься «добрая женщина». Ещё и на ночь глядя. Да, в деревне, кажется, что ни баба красивая, то колдунья, что ни мужик с головой, руками и обаянием, то колдун. Я усмехнулась и продолжила попытки проникновения в ведьмин, оказывается, дом. «Ну да, сейчас я тут поселюсь, и он точно станет таким», – хихикнула я про себя. Ржавый навесной замок уступил с пятой попытки, будто с человеческим, тяжёлым вздохом, не желая быть когда-либо открытым. Дверь сдалась с грохотом, и я ввалилась в пыльные сени.

Конечно, обустройство должно было занять какое-то время. И скорее всего, неопределённое. Ну да ладно, что уж поделать, надо наводить порядок, осваиваться тут, обживаться.

Комнат было две: спальня и гостиная, ещё имелась кухня и, конечно, небольшие сени. Я очень устала с дороги, поэтому решила, что пока чуток приберу спальню, чтобы переночевать, а завтра возьмусь за остальное. Наскоро поужинав после уборки тем провиантом, который захватила с собой из города, я расположилась в комнате. За окном уже было достаточно темно, но мне захотелось его открыть настежь и подышать свежим вечерним деревенским воздухом, полным ароматов трав и цветов. Рамы еле-еле поддались. Видимо, давно их не трогали. Подоконник был широкий, массивный, я люблю такие. Можно спокойно забраться на него и мечтать, глядя вдаль, а также читать, пить чай. Ну, я и уселась на нём. Загорающиеся огоньки во дворах соседних домов навевали какие-то очень приятные впечатления. А звуки села успокаивали меня. Давно я не чувствовала себя так… легко, что ли. Как будто в городе оставила большой тяжёлый камень, давивший на сердце.

Наконец меня встретила мягкими объятиями постель. Было уже весьма поздно, и я буквально валилась с ног. Взгляд мой упёрся в большое старинное зеркало на стене. Его резная массивная рама была просто произведением искусства. Но я ещё не успела стереть с него пыль, поэтому оно пока ничего не отражало. Засыпая, я отдалённо слышала какие-то голоса, лай собак и стрекотание сверчков под окном. Вдруг раздался грохот над головой. Здесь имелся и чердак. Неужели там кто-то поселился, пока дом пустовал? Пришлось вылезти из-под одеяла, а мне так сильно этого не хотелось! Проверила, заперта ли входная дверь. Лестница на чердак находилась в сенях. Я немного постояла, напрягая слух. Тишина.

– Ну, ничего, поймут, что дом больше не брошен, сами уйдут!

Я пыталась себя как-то успокоить. Но это получалось не очень хорошо. Лезть в такое время на чердак была, по-моему, плохая идея. Я снова легла спать. Только закрыв глаза, начала постепенно проваливаться в темноту. Приятное расслабление медленно обволокло всё тело, ноги гудели. В голове стали проноситься какие-то несвязанные картинки. Но вдруг сквозь все эти образы я услышала странный звук. Это был уже какой-то скрежет, как по металлу или… по стеклу?! Я открыла глаза, а передо мной стояла тёмная фигура!

## Глава 2 Варвара краса и её зеркало

От неожиданности и испуга я хотела закричать, но смогла выдать только какой-то слабый писк вперемешку с хрипом. Я не могла поверить своим глазам! Что за беспардонная мадам взялась ночью у меня в доме?! По силуэту я поняла, что это женщина. Как она могла сюда попасть? Я же закрывала дверь! Точно помню! И тут же я почувствовала, как моё тело наполняет холод… Все эти мысли, ощущения промелькнули за полсекунды. В то же время я осознавала, что не сплю, сто процентов, не сплю! И что какая-то странная девушка, похожая на привидение, стоит и смотрит прямо на меня! Слабый свет испускало зеркало, которое ещё несколько минут назад было пыльное и тёмное.

Я закрыла лицо руками. Опять послышался тихий скрежет. Я потихоньку убрала руки и посмотрела перед собой, еле дыша. Никого не увидела. Дверь в спальню оставалась закрытой. Скрипа рассохшегося дерева слышно не было, значит, она не открывалась. А может, я от испуга не смогла понять, как она вышла? Я глянула на зеркало. Оно снова было в пыли, и никакого свечения из него не исходило.

«Что за ерунда?», – подумала я. Стало страшно. Я боялась даже пошевелиться, не то чтобы встать с кровати. Так и просидев до восхода солнца, не шелохнувшись, почти с головой накрывшись одеялом, почувствовала, что всё тело затекло. Больно было пошевелиться. Но, приложив усилия, я всё же заставила себя это сделать и кое-как встала с постели, чтобы побыстрее открыть шторы.

За окном был потрясающего вида рассвет. Здесь, в деревне, он совсем иной. И ощущения от него тоже. Молодые лучи только начинают освещать окрестности, и всё постепенно отходит ото сна. Вся природа: жители лесов, полей и сельских улиц. Вместе с солнышком начали появляться и первые утренние звуки. Петухи, лесные птицы. К ним постепенно подключились коровы и овцы, затем и хрюканье откуда-то стало доноситься. И, конечно, лай собак, куда же без него. Пока ещё сонный, вялый, но перерастающий в звонкий и озорной. Будто ночью был другой мир, а утро смывает его тени, наводя свои порядки. Отступает непонятная тревога, разные нелепые мысли, страхи. Кошмары тоже отходят в сторону в ожидании следующей ночи. Вот это магия сельского, наполненного природой, утра! Прилив сил, поток позитивной энергии, которая словно вливалась через окна и витала в воздухе! Мне эти ощущения очень понравились. В городе я такого не чувствовала. Там даже утро стрессовое было. А здесь всё иначе. Какое-то особенное течение жизни. Своё, деревенское, одним словом. То, которое мне и нужно было.

Я заметила, что из окна спальни виден холм, поросший соснами. Разглядела, где во дворе когда-то начинался огород. Видимо, давно им никто не занимался. Надо будет это исправить.

Какие яркие и свежие краски у здешней природы, глаз не оторвать! Солнце всё больше заливало окрестности, я полностью открыла окно, максимально, насколько смогла. Деревенские трели начали доноситься более чётко. Я подставила лицо свежему приятному ветерку и мягким летним лучикам и пригрелась. Хорошо…

Но меня снова спугнул какой-то звук. Показалось, что с крыши или откуда-то сверху на завалинку упало что-то мягкое. Или прыгнуло… И оказалось, что мне не показалось. К окну вальяжно подошёл большой чёрный кот и начал тереться о раму. Видимо, он здесь давно жил и, наверное, был хозяином этого дома.

– Это ты вчера на чердаке шумел? – строго спросила я кота.

– Мяу-у-у! – протяжно ответил мне пушистик.

Я не поняла, это он имел в виду "да" или "нет". Ещё чёрного кота не хватало. Не очень-то люблю котов, как-то не сложилось у меня с ними. Мохнатый подошёл и сел прямо передо мной. Его взгляд был таким необычным и серьёзным, что заставил меня несколько напрячься, вернее, собраться. Я тоже попыталась сделать не менее серьёзный вид, чтобы показать, что теперь я хозяйка в этом доме, даже если он тут живёт со своего кошачьего младенчества. Надо заметить, что для деревенского кота он был достаточно чистым и крупным.

– Какой ты интересный, большой такой. Да у тебя даже усы все чёрные! Ну, ни одной шерстинки белой! Вот так уголёк! А как же тебя зовут? Кто тебя растил, воспитывал? Пойдём, покормлю тебя.

Хотя котов я, действительно, не особо любила, мне стало его жалко. Показалось, что он такой же одинокий, как и я, поэтому захотелось как-то проявить участие, заботу. Я отвернулась от окна, чтобы пойти в кухню и налить котейке молока. Повернувшись к закрытой двери, вспомнила, что ещё не выходила из этой комнаты после ночного происшествия.

Осторожно я выглянула из спальни. И вдруг… ничего необычного в доме не обнаружила. Надо было бы, конечно, добраться до чердака, но это позже. А пока надо накормить гостя. И себя не помешало бы.

Мне очень нравится кофе с молоком, поэтому из города я привезла и то и другое, чтобы хватило на пару дней. Я наливала коту угощение в блюдце, когда услышала громкий и настойчивый стук по калитке. Отчего молоко оказалось не только в миске больше положенного, но и на полу. Чему тот оказался несказанно рад и незамедлительно приступил к трапезе.

На часах было всего лишь полседьмого утра! Я, конечно, знала, что деревенские жители встают рано, но чтобы по соседям бегать в такое время… Что же могло случиться, чтобы можно было так тарабанить? Мне стало очень не по себе. Опять накатило волнение, и даже какая-то тревога. И тут же ещё вспомнилось ночное происшествие, аж мурашки побежали. Не люблю я таких острых ощущений. Я сюда за спокойной размеренной деревенской жизнью приехала вообще-то, экшена мне вот ну никак не хотелось!

– Что ж так долбить-то, калитка же отвалится совсем! – недовольно бормотала я, направляясь на звук.

Я решительно открыла и удивилась. Оказывается, незваной гостьей была вчерашняя бабуля, которая стращала меня тем, что этот дом ведьмин. Вот что значит новые люди в посёлке. Кому делать особо нечего, видимо, караулят вновь прибывших поселенцев, чтобы хоть как-то занять своё время с интересом. Ну да, какие тут ещё могут быть развлечения.

– Ну что, переночевала? – даже не поздоровавшись, начала она.

– Да вроде… – растерялась я.

– Видела Варвару? Ведьму видела? Она ко всем приходит, кто в дом её попадает! Нехороший этот дом, я говорила же тебе вчера! Зеркало у ней было, да и сейчас, поди, висит в комнате. Большое такое, в раме. Всё любовалась она там на себя, да коварства свои творила с его помощью. Вот оно, наверняка, её и погубило! – бабуля тараторила, а я даже не сразу понимала, что она говорит. Почему-то ей понадобилось прямо сутра мне всё это рассказать.

– Похоже, видела её, – вздохнула я, приглашая бабушку жестом пройти в калитку. – А зеркало висит, да. Пыльное. До него ещё руки не дошли у меня. Позже протру, – будто оправдывалась перед совершенно незнакомой женщиной. И зачем я это делала?

– Вот и не трогай его! Не вздумай вытирать, мыть, прикасаться! Выброси. Сними и выброси. Избавься от её барахла, да живи спокойно. А лучше вообще съезжай отсюда, пока цела. Так лучше всего будет! – строго настаивала бабуля.

Вроде, она хотела ещё что-то сказать, но увидела кота, который вышел на солнышко умыться от съеденного молочка. Он вальяжно развалился там, где ему поудобнее, не обращая на нас абсолютно никакого внимания.

– Выкинь его! – закричала старушка. – Выкинь! Это её кот! Её, Варварин, ишь, усы намывает, а ну, брысь!

Боже мой, да что за активистка местная сутра на мою голову?! Мохнатый даже вздрогнул и с недоумением посмотрел на старушку. Но никуда деваться точно не собирался. Что-то этой бабушки с самого моего приезда слишком много. Но человек пожилой, беспокоится, наверное. А может, надумывает лишнего, накручивает себя от одиночества. Мне почему-то показалось, что вот именно она-то и одинока по-настоящему. Как я, как этот большой пушистый кот…

– Хорошо, попробую что-нибудь сделать, может быть, вообще мебель поменяю, – согласилась я, чтобы не нагнетать обстановку и не обидеть новую соседку. Хотя переделывать интерьер мне было не на что. – В дом пройдёте? – от растерянности сделала я странное предложение и очень надеялась, что она откажется, гостей не хотела сейчас принимать.

– Да чего я там не видела! Ты лучше скажи, как ты жива-здорова оказалась после ночи?

## Глава 3 Чудо-кот

Наш диалог продолжался, хотя мне совсем этого не хотелось.

– Да это… ну, в общем, нормально…

Честно сказать, я не знала, что ответить старушке. Уведомить её, как напугалась ночью? Услышала странные звуки старого деревянного дома? Увидела в пустой комнате перед собой странную женщину, которая появилась из неоткуда? Да соседка сочла бы меня сумасшедшей! Или, наоборот, укрепилась бы в своём мнении о том, что вещи ведьмы, бывшей хозяйки дома, до сих пор хранят её образы и энергетику. А так же портят жизнь всем, кто переступит порог, да и вообще, всей деревне. Или что колдунья и по сей день живёт здесь.

Может быть, та женщина мне всего лишь приснилась? Чего не бывает от усталости? А вот сейчас свежий воздух и аромат уличных цветов подействовали на меня очень даже положительно. А утреннее деревенское солнце сожгло мои ночные страхи, и я уже не была уверена, что в доме совсем недавно происходило что-то из ряда вон странное.

– Что она с тобой делала? Душила, нападала? А ты молилась, небось, раз целёхонька? Верующая, молитвы знаешь? Какие читала? – продолжала неутомимая собеседница.

Ну что в голове у этой бабули? И она пришла таким ранним утром, как только дождалась рассвета, проверить, жива ли я? И решила сейчас поинтересоваться, какие именно молитвы меня спасли? Вот это да! И зачем ей это?

– Да ничего она со мной не делала, постояла рядом, потом исчезла. Всё произошло очень быстро. Напугала она меня, конечно, но ничего критичного. Правда, я не выспалась совсем. Прям вот совсем. Может… может, мне привиделось, приснилось? Устала я, голова кружится. Да и вообще, в моём состоянии и не такие кошмары могут сниться. И мерещиться всякое может, не очень-то удивительно это, – вздохнула я.

Устала от бабули. Что она привязалась-то ко мне, в самом деле?

– Да не может быть, чтобы она тебя не мучила! Варвара такая была, знаешь, особенно, что касается других девчонок! Не любила она людей, особенно нас, баб! – выкрикивала бабушка весьма эмоционально. – Ладно, ты заходи ко мне, может, чем помогу. Меня Мария зовут, свои-то баб Машей называют.

– Спасибо большое, баба Маша, очень приятно, а я Катя.

– Вот, Катя, берегись ты этой ведьмы. Ой, берегись! В доме она то покажется, то нет. Тебе, видимо, пока повезло. Но мало ли что. Ты приходи, приходи ко мне. Это тебе не шуточки, в таком доме поселиться. Конечно, молодость! Сильно-то вы старших слушаете! Но ты не стесняйся, в любое время можешь заходить ко мне.

Бабуля неожиданно развернулась и пошагала к себе, даже не попрощавшись. Так же внезапно и ушла, как пришла. Мне казалось, она перебудила пол посёлка, и даже неудобно было за неё. Я думала, что соседи повыскакивают, но, видимо, для них это не столь необычно, как для меня. Кстати, она так и не зашла за калитку, а громыхала снаружи, на всю улицу. Что-то с большой активностью она меня к себе звала, странно. Пока у меня не получилось по достоинству оценить её гостеприимства и дружелюбия.

Я вернулась в дом. Кот прошёл за мной, потягиваясь и грациозно выгибая спину. Наспех перекусив, я продолжила вчерашнюю уборку. Пыли, конечно, набралось немало. Но, в целом, дом был вполне приличный. Думала, будет хуже, если честно.

Когда дело дошло, наконец-то, до того самого Варвариного зеркала, я взяла тряпку и потянулась к нему, чтобы протереть. Но отражения своего, даже самого мутного, совсем не увидела. Я ненадолго замерла и попыталась присмотреться к его поверхности. Сейчас, при дневном свете, оно казалось совсем обычным и нисколько не пугало. Но как только я коснулась рамы тряпкой, за моей спиной прошипел кот, занявший наблюдательную позицию за всеми действиями на подоконнике. Я повернулась и укоризненно поглядела на него. Затем захотела продолжить, но сзади послышалось:

– Не трогай!

Я испугалась. Кто это сказал? Опять бабуля появилась? Нет, голос мужской! Всё же, кто-то живёт на чердаке и спустился? Ошивается вокруг дома и заглядывает в окна? За полсекунды все эти вопросы и возможные варианты ответов пронеслись в моей голове самым настоящим табуном. Кот смотрел на меня серьёзным, отнюдь не кошачьим взглядом.

– Это ты сказал? – медленно спросила я кота, сама себе не веря, что разговариваю с животным.

В ответ, конечно, была только тишина. Как же так? Я выглянула в окно, может, кто в огород пробрался и шутит надо мной? Думаю, таких желающих в деревне сейчас полно. Ведь наверняка благодаря бабе Маше, все знают, что в ведьмином доме поселилась городская. Это же очень даже забавно. Но снаружи никого не было. Ладно, что-то уж больно впечатлительная я стала. Мерещится всякое, даже уже средь белого дня! Не радует меня это. К здоровью своему надо внимательнее присмотреться. Я снова подошла с тряпкой к зеркалу.

– Не трогай! – снова услышала со стороны окна.

– Да что ж такое!

Я резко развернулась, и мой взгляд упал на кота.

– А что? – неожиданно ответил он мне.

– Ай-ёй! – громко и как-то скомкано выкрикнула я в ответ.

У меня закружилась голова, мурашки затанцевали по всему телу, холодный пот проступил на ладонях и лбу, я плюхнулась на кровать, упёрлась головой в руки, в которых болталась пыльная тряпка. Мысли суматошно прыгали друг на друга, но из всего этого балагана я смогла вычленить следующее. Я схожу с ума от чистого деревенского воздуха, у меня галлюцинации. Наверное, слишком много кислорода для горожанки. И сейчас, и ночью были видения. Как это лечится? Интересно, в деревне есть какой-нибудь фельдшер или знахарь? Может, врач?

Кот ловко прыгнул с подоконника на кровать и толкнул меня лапой в плечо. Я испуганно и в то же время жалобно посмотрела на него. Неужели совсем схожу сума от здешней атмосферы? Странные бабули, ведьмы, коты… Говорящие коты, тем более. Весело же начинается моя жизнь вдали от привычной городской суеты. Что-то на спокойный отдых совсем не похоже!

– Ну, что ты, Катя, не переживай так, просто не трогай зеркало, и всё. Дел у тебя, что ли, других мало?

– Это ты говоришь? – уже сквозь слёзы спросила я у кота.

– Ну, я. Не видно, что ли? А что? Я должен всё время молчать? Извини, подруга, терпел, сколько мог. Больше не могу.

– Тогда сажи мне, мохнатый, у вас в деревне есть врач? Похоже, мне он очень нужен сейчас. Психиатр.

– А ты что, больна? – брезгливо отодвигаясь и скривив усатую морду, спросил кот.

– Судя по всему, да. У меня галлюцинации, и я разговариваю… с котом!

Интонация у меня выдавалась совсем не уверенная, и голос дрожал. А мысли путались. Я не знала уже, пугаться мне, бежать прочь или рыдать от страха и безысходности или всё же истерически рассмеяться.

– А почему бы и не поговорить-то с хорошим котом? – обиделся чёрный шерстяной товарищ, запрыгивая опять на подоконник.

– Не обижайся, просто я сошла с ума.

– Никуда ты не сошла! Меня Иннокентий зовут.

– Иннокентий? Очень приятно. А меня – Катя, – на автомате ответила я, а потом уже подумала, что сказала. Очень приятно? Ну да, конечно! Что за бред, мне совсем неприятно знакомиться с животным совсем уж по-человечески! Обычно это как-то по-другому всегда происходило. Погладила, за ухом почесала, да и пошла дальше. А тут: «Очень приятно, Иннокентий!»

– Да я знаю, слышал же, как вы с бабкой той разговаривали.

– Кеша, а почему зеркало трогать нельзя?

Так уж и быть, я попыталась продолжить разговор и прояснить хоть какую-нибудь информацию, раз нашёлся собеседник, да ещё и местный житель.

– Оно нужно для дела.

– Для какого дела? Кому, тебе?

– Да почему мне-то сразу? Варе, разумеется.

– Ну, конечно, разумеется! – опешила я и нездорово хихикнула. – Кому-кому?

– Варваре.

– Ведьме вашей, что ли?

– Ну да, Варваре, говорю же! Ка-а-ать, а налей ещё молочка, а?

– А чистое зеркало ей не пойдёт? Помыть его надо, чистое же лучше? А то совсем скоро ничего видно в него ничего не будет. Да уже не видно, кстати, – я бросила настороженный взгляд на пыльную поверхность.

– Не знаю, просто не трогай. Зачем в него глядеться-то? Дашь молока?

– Конечно, дам, пошли, может, хлебца будешь или кашу?

– Кашу давай, с молоком только. Молоко я очень люблю.

– Хорошо. Его и я люблю. А кто тебя кормил, пока никто здесь не жил? Ты совсем один был? Долго? Давно ты так живёшь в одиночестве, бедный котик?

Мне снова стало жалко этого интересного пушистика. Получается, он потерял хозяйку, да и никто в деревне, похоже, его не жаловал, не говоря уж о том, чтобы покормить иной раз. Значит, тосковал он здесь, хоть и говорливый. Видимо, и пообщаться ему не с кем было всё это время, вот он и не сдержался. Боже мой, как он вообще говорить-то умеет? Ведьма научила? А может быть, это просто я по-кошачьи начала понимать? От чистоты окружающей среды. От переизбытка кислорода… Странно это всё. Просто за гранью моего понимания. Долго ещё буду приходить в себя после такого необычного диалога с домашним животным. Приехала отдохнуть, называется.

– Здесь всегда Варя жила, да и никуда она не делась. И сейчас живёт. Не жил я один, мы с ней здесь вдвоём и были, пока ты не приехала.

## Глава 4 История ведьмы

Иннокентий ел себе спокойно, а у меня и кусок в горло не лез. Переварить мне получаемую в этой деревне информацию не удавалось никак. Я пыталась найти хоть какое-нибудь объяснение всему происходящему. Но тот факт, что сейчас со мной разговаривает настоящий кот, не укладывался ни в какие рамки. Да и о чём говорит?! Что сейчас здесь обитает его колдовская хозяйка, которую не любят сельчане?

– Как ты говоришь, Варвара и сейчас здесь живёт? – уточнила я через силу, даже подавилась.

– Ну, да-да, – раздражённо буркнул кот, не отрываясь от миски.

Ел он, надо сказать, по человеческим меркам, совсем не как киса. Да и размеры его впечатляли. Но я как раз, если выбирать, отдаю предпочтение именно большим котам и, вообще, большим животным. Они такие тёплые, в них есть что-то доброе, загадочное, уютное и сильное. И всё это одновременно. В общем, что-то особенное. Интересно, у этого кота всё было чёрным. И носик, и подушечки на лапках, и усы. Меня эта особенность Кеши очень умиляла. Он мне понравился. И я уже незаметно для себя стала постепенно достаточно спокойно вести с ним диалог. Правда, иногда мой разум всё же напоминал мне, что в самом факте разговора с животным, который полноценно тебе отвечает человеческим языком, что-то не так.

– Она на чердаке живёт, что ли? – продолжала я расспрос, ковыряя ложкой в тарелке с кашей.

– Что она мышь, чтобы на чердаке жить? – усмехнулся сквозь усы Иннокентий.

– Ну, я уж не знаю, кто она, и где ей жить удобнее… Но ночью на чердаке кто-то лазил. И гремел. Я это отчётливо слышала.

– Так это я. По вечерам я всегда делаю полный обход дома и территории. Ну, задержался немного на чердаке, мышь как раз гонял. Если им волю дать, то они тебе и хвост отгрызть могут.

– Кеша, у меня нет хвоста! – будто с сожалением вздохнула я.

– Ну, мне тогда. Ох уж эти грызуны…

– А где ей жить-то тогда? В доме-то её нет, а ты говоришь, что вместе вы тут обитаете.

– Как нет? Здесь она.

– Невидимая, что ли? – с опаской оглядываясь, уточнила я.

– Не-е-е, ну, что ты, вполне себе видимая. Только в зеркале прячется от вас.

– От кого от нас?

– От людей. Злые вы. В основном.

Где? Что за… ерунда? Хотя чего я удивляюсь? Говорящий пушистик – уже почти привычное дело. Осталось смириться с ведьмой в зеркале, глядишь, и врач не пригодится.

– Кеша, а расскажи мне о ней.

– Что именно ты хочешь услышать? – кот уже успел доесть и сидел рядом со своей тарелкой, намывая усы.

– Ну-у-у, я не знаю точно, просто, что-нибудь. Я же поселилась в её доме, ничего о ней не знаю. Трогать зеркало, где она прячется, нельзя. Мне надо съехать, да?

– Не, съезжать не обязательно. Ты, вроде, хорошая, раз она тебя не тронула. Да и я чувствую, что ты не как эти все. Нет в тебе злого. Но зеркало, Катя, ты не трогай!

Последнее предложение прозвучало с очень убедительной интонацией.

– Да хорошо, хорошо, не буду трогать я ваше зеркало. Но его пыльный вид мне прямо глаз режет.

– А за это не переживай. Но и не трогай!

– Да поняла я, поняла, не буду.

– А Варвара тоже хорошая. Она сестра моя. Мне в теле кота безопаснее. Она меня таким сделала, чтобы уберечь от людей. Они плохо относились к нашей семье. И мать, и бабка были знахарками, ведуньями, лечили людей травами и заговорами. Знали много молитв, общались со светлыми силами, с самой природой. И за это их начали бояться неграмотные да понаехавшие. Им казалось, что с нечистью всякой они водятся, наверное. Мы раньше в центре селения жили, нас выжили на окраину, потому что боялись. Но мы их боялись больше. Они грозили сжечь наш дом. Теперь в нём живёт председатель. После нашего вынужденного переезда к Варваре всё реже обращались за лечением. Стали больше болеть, глупых поступков делать. А всё это ей и приписали, будто она эту всякую хворь и насылает на деревню. Совсем житья не давали. Пришлось ей активнее от глупого народа защищаться. К ней стали девки ходить с просьбами того приворожить, а иного и извести вовсе. Она отказывала, не терпела всего такого. Недоброго да нечистого. Уж она-то знает, чем это чревато. Да и по существу своему никогда нормальный человек не будет таким заниматься. Но тут ещё такая история была.

Кот оглянулся, будто смотрел, нет ли сестры рядом, чтобы он мог спокойно рассказать кое-что интересное. И продолжил:

– Полюбился ей парень. А девица одна приходит однажды к ней и просит на него приворот сделать. Варвара не только отказала, а ещё и пригрозила той, на свою голову, чтоб не вздумала с ним тёмного делать. А та что – затаила злобу на Варвару, да и обратилась к кому-то, обряды над парнем совершала. Жить-то с ней он не стал, а вот болеть – очень даже. А та девица и рада – поселилась у него и ухаживает за ним. И решила Варвара спрятаться от людей, чтоб подумали они, что и нет её больше. Затаилась, в зеркале прячется. Вот и решили деревенские, что сгинула она, и дом теперь деревне принадлежит. Вот председатель его и начал сдавать. Только никто в нем не задерживался и ночи. Варвара, почуяв недобрые намерения и мысли, гнала так, что аж ночью улепётывали.

Я слушала, а слёзы самовольно потихоньку катились из глаз. Я будто чувствовала то, что переживала молодая ведьма. Странные ощущения. Мне казалось это всё несправедливым! Какие же глупые жители этой деревни! Почему не понимали того, кто им помогал? Да ещё и изгоняли из общества. Ну что же это такое? История показалась мне какой-то близкой, что ли. В общем, прониклась.

Эмпатия была мне совсем не чужда. Я каким-то образом могла понимать совершенно чужих людей, начать сопереживать им, пытаться чем-то помочь, искать пути выхода. Даже начать жить чужой проблемой, забыв про свои. Вот это-то меня и подломило. Вместо благодарности я получала пинки в спину, подлые пересуды, предательства и насмешки. И эта история ведьмы мне показалась особенно понятной, до самого сердца меня тронула.

Несчастная любовь, значит, у Варвары. Люди, считающие себя всегда и во всём правыми, могут ради своего эгоизма губить судьбы многих и многих вокруг себя. Есть такие, знаю я, к сожалению.

– А Варя, что же, сдалась? – каким-то слабым голосом спросила я зачем-то.

– Ну, как тебе сказать. Не знаю, Кать. Просто перестала на любые контакты с людьми выходить.

– Разочаровалась? Я увлеклась историей и забыла про еду. Смотрела на мохнатого собеседника и ждала от него интересных ответов.

– Не думаю, чтобы прям разочаровалась во всём человечестве. Люди же всё-таки разные. И где-то есть хорошие, это абсолютно точно. Я чувствую. Но почему-то пока судьба с агрессивными сталкивает. Не зря, наверное. Зачем-то это надо.

– Хорошие? Да, наверное, есть… – поддакнула я Кеше и мечтательно посмотрела в окно. Где же они, эти хорошие? Мне тоже очень хотелось в это верить. И встретить таких. Думать, что доброго на Земле больше. Я ведь есть. Вроде, не злая. Скорее всего, нас много. И как было бы здорово, если бы хорошие женщины встречали хороших мужчин…

– Чего задумалась?

Кот подошёл поближе и уже как-то по-дружески посмотрел на меня.

– Да о людях думаю.

– О добрых? – улыбнулся Иннокентий.

Кот улыбнулся! Такого я ещё не видела, ей-богу!

– О них, Кеш, о добрых! – улыбнулась и я ему в ответ.

Он прыгнул ко мне на колени, свернулся калачиком и замурлыкал. Пушистый такой, милый. Я начала его гладить и почувствовала, что успокаиваюсь. Хотя раньше достаточно скептически к этому относилась. Может быть, просто сейчас чувствовала какое-то родство душ с этой семьёй, из которой я знала только кота и отрывок истории его сёстры. Но мне и этого хватило, чтобы их понять. И ночное происшествие уже как-то стало восприниматься мной совсем по-другому. А вся эта история заставила меня задуматься и о своей жизни, и о бытие в глобальном смысле.

Какое умное животное! Люди-то не все такие рассудительные. А ещё говорят, что у котов интеллект двухлетнего ребёнка! Где уж там! Ну, точно не у этого! Интересно, а какой у него возраст по человеческим меркам? Ведь он же, получается, человек?

## Глава 5 Версия Бабки Марии

Надо же! Это большущий чёрный котяра – брат ведьмы! Вот как заботилась о брате эта необычная девушка, укрывала его от злых глаз людей! Я бы даже и подумать не могла, что у ведьмы может быть такая душещипательная история жизни. А точнее, выживания среди себеподобных, которым стремилась помогать она и вся её семья.

Кеша, выговорившись, пошёл на крыльцо. Как будто начал переживать, задумался. Наверное, беспокоился, не наговорил ли чего лишнего. Я пока не стала ничего больше спрашивать, хотя вопросы не закончились. Но я решила дать котику передышку и сходить к недавно приглашавшей меня в гости старушке. Спрошу-ка я ещё у неё про ведьму Варвару. Что же поведает мне суетливая пожилая женщина, неугомонный свидетель, так сказать, всех деревенских событий.

Я умылась, переоделась, чтобы выглядеть поприличнее, и пошла к бабе Маше. Дом её находился недалеко, она его показывала при знакомстве, я хорошо запомнила. Наличники и ставни были свеженько выкрашены белым. За жилищем вёлся уход с душой и заботой. Я не знала, обитала ли она в нём одна или всё-таки с кем-то. Заходить в ограду как-то сразу не решилась. Несколько минут стояла возле него, всматриваясь в окна. Их было видно через палисадник, в котором росла черёмуха. Но в стёклах лишь отражались ветки кустов. Их колыхания меня даже как-то заворожили. Я засмотрелась. Стало интересно, много ли в этом селе живёт молодёжи или почти одни старики, чем занимаются, где работают? Мне пока была непривычна даже сама атмосфера деревни, где не снуют туда-сюда машины, нет постоянного шума, криков и всех прочих «прелестей», присущих городу.

Вдруг какой-то скрип вернул меня в настоящий момент из заоблачных мыслей. Очнувшись и осмотревшись, я никого не увидела. Видимо, это вздохнул рассохшийся забор у соседей. Возможно, там кто-то ходил, а за пышной растительностью было и не видно. Наконец я собралась с силами и решилась на активные действия. Подошла к калитке, потихоньку постучала. Во дворе залаяла собака, но никто не вышел. Я повторила попытку громче. Пёс-сторож ответил мне аналогично. И начали вторить соседские.

– Ой! – подумала я. – Сейчас как разгавкаются все, да кто-нибудь выйдет и обвинит меня в том, что я их дразню тут стою.

– Чего долбишь, давай, заходи!

Я подпрыгнула от неожиданности. Опять эта маленькая бабуся очутилась рядом со мной совсем не слышно! И, приглашая за собой жестом, пошла вперёд. Проходя, как оказалось, в незапертую калитку, она открыла мне секрет, что у неё всегда открыто, а пёс Бай любит иногда и попусту побеседовать с местными псами. А если уж чего и услышал, то тем более разойдётся и будет долго громыхать своим тяжёлым голосом.

– На ферму я сутра хожу. Стряслось чего?

Видимо, в глазах моих чётко читался вопрос, откуда она взялась и почему не дома.

– Да не-ет, – неуверенно протянула я. – Просто хочу с Вами получше познакомиться. Соседи ведь. Да и Вы – единственный человек в этой деревне, с которым я общалась. Ведь даже дом мне показывал городской риелтор, а не кто-то из местных. Не знаю здесь никого, а обживаться как-то надо.

Я пыталась зачем-то оправдаться в своём визите.

– Ох уж эти городские, – буркнула себе под нос баба Маня, наливая мне молока в кружку.

Я поняла, что для этой женщины сразу угощать гостей было совершенно обыкновенным делом. Мы уже сидели на кухне, где находилась побеленная печка, а также вход в подвал в полу, прикрытый с одного края пёстрым ковриком собственного изготовления.

– Баба Маня, а расскажите мне про Варвару.

– Тьфу, тьфу, тьфу. Зачем тебе про эту ведьму ещё что-то знать? – старушка сразу сделалась недовольной. – Говорила я тебе уже.

– Ну как… Я же живу в её доме. Да и интересно. Любопытно.

– Любопытно ей. Ой, не знаю, не знаю. Зачем тебе? Не думай ты о ней, да и всё! Поживи у меня.

Хм, не думай. Как у неё всё легко, в самом деле.

– Спасибо, – тихо отблагодарила я, совсем не ожидая такого предложения.

Да, эта женщина полна сюрпризов!

– Ну, ладно, слушай, – вдруг согласилась она ввести меня в курс жизни местной ведьмы.

Бабушка и себе налила молока. На столе парили свежие оладушки, которые баба Маша ловко скидывала с горячей сковороды.

– Да вот, тесто ещё сутра завела. Как раз сейчас поднимутся хорошо, – объяснила она быстрое угощение.

Вкуснотища! Деревенская еда! Красота! Я была очень рада такому застолью, хотя и позавтракала у себя.

– Варварина семья и мать её, а также бабка, прабабка и так далее – все ведьмами были. Творили с народом, что хотели. Если бабка её как-то помочь могла, травы ведала, заговоры от хворей, то мать с Варварой совсем никуда стали. Стариков не слушали, девчонок молодых обижали, прогоняли. И когда Павел Тимофеевич, решил сселить их на окраину деревни-то, вот тут и началось. Напустили они на село болезни да неурожай.

– А кто в их прошлом доме живёт? – о том, что уже кое-что знаю, я ей не стала раскрывать, чтобы не спугнуть её рассказ.

– Так Павел Тимофеевич, председатель наш, он и поселился с семьёй. Дом хороший, большой. Прадед Варварин строил, дед достраивал. Чего добру-то пропадать да просто так простаивать? Хорошо ведь они жили, пока не начали наш народ изводить. Чего мы им сделали? Ну и жили бы дальше с соседями в дружбе да в мире, но нет же. Вот не могли по нормальному! Ведьмы и есть ведьмы, что с них взять!

Она швырнула оладушку на тарелку с такой страстью, что две другие съехали на стол. Бабуля растерянно посмотрела на произошедшее, но поправлять ничего не стала. Вновь отвернулась к плите. И продолжила:

– А как Варька одна-то осталась, так мы и понадеялись, что ведьмин род пропадёт, да и слава богу! Зачем нам здесь такие люди пакостные вообще нужны? Да и поселили её подальше от центра. А зачем ей, одиночке, большой дом? Ей с котом много не надо.

Баба Маша то и дело повышала голос.

– А давно этот пушистик у неё?

– Я точно не помню, был, да был. Не знаю.

– А что случилось с ней самой? Умерла?

– Да кто ж её знает, куда эти ведьмы пропадают? Живут они нестерпимо долго, а что потом – не знаю. Сгинула, да, и всё. Не стало. Дом пустовать начал. Один кот по огороду да по крыше лазил. Хорошо хоть не орал. Павел Тимофеевич стал приезжим, командировочным, да молодым семьям жильё сдавать, но никто там даже переночевать не мог! Убегали прямо ночью. Дух Варварин не упокоенный выгонял людей оттуда. Вот вредная девка какая, даже после смерти людям покоя не даёт, пугает да мучает. Кому волосы вырвет клочьями, кого расцарапает. Ну, ужас, просто ужас. Я и думала, увидев, что ты с сумкой в тот дом заходишь, что через пару часов вылетишь оттуда, как ошпаренная. Вот и показала тебе свой дом, чтоб хоть ко мне прибежала, а то куда впотьмах деваться-то от испуга, не имея здесь ни близких, ни знакомых? Говорю же, городские у нас не задерживаются, особенно если ночлегом им становится Варварин дом. Так что ты давай, перебирайся ко мне, да и всё! Я одна обитаю, места хватит.

Бабуля оставила на время сковороду и села на табурет. Как-то устало вытерла лоб рукой, в которой была кухонная лопаточка и посмотрела в окно.

– А как Варвары не стало, нормально зажили? – я проигнорировала предложение о переезде, потому что даже представить было сложно, как общаться с этой активной женщиной более двух часов.

Баба Маша громко вздохнула, не отводя взгляда от окна.

– Не знаю. Нормально, вроде. А ты чего сюда решила приехать?

– Ай! – теперь вздохнула я. – От бетонных высоток отдохнуть, можно так сказать. Скорее, душой. Не могу я больше там находиться, город большой, а будто тесно в нём. Асфальт, пылища, духота. Летом как-то особенно в нём невыносимо. Да и круглый год что: постоянный гул, вечные разбирательства людей между собой, их нескончаемые жалобы, жалобы, жалобы. Друг на друга да на жизнь. Причём ноют те, у кого всё нормально. Вот и захотелось уехать оттуда.

– А у тебя самой проблемы какие-то в городе были, да?

– Ну, личного, в основном, плана. Наверное, в городе у всех проблемы, другого расклада я и не видела. У кого какие.

– Ясно, ясно. Бывает, Катюша, у всех бывает. Молодец, что приехала.

Женщина снова взялась за готовку с выкриком: «Ой», когда сковорода начала скворчать громче наших голосов, а масло стало стрелять во все стороны.

– Но ведь она жилище своё оберегает. Варвара. Вот и не пускает, наверное, чужих-то. Как-то она должна это делать. Мне бы, например, не понравилось, если бы ко мне в дом селили посторонних, – размышляла я вслух, поглощая оладьи одну за другой с большим удовольствием.

– Людей же она мучает, Катя! Какая разница, где: в доме или не в доме? Не знаю, как ты вот её появление пережила. Смотрю, не расцарапана, и волосы вроде не подёрганы.

– Да я нормально, меня она не обидела. Мне сложно поверить, если честно, что она кого-то прям истязала! Ну, напугать, наверное, да, могла.

Бабуля повернулась ко мне лицом и пристально на меня посмотрела.

– Ты что, тоже из этих?

– Из кого из этих?

Я подняла на неё округлённые от удивления глаза, а оладушка встала у меня поперёк горла так, что не стало возможности её проглотить.

– Ведьма?! – как отрезала баба Маша.

## Глава 6 Дед Кузьмич

– Я? Не-ет! Что Вы, баба Маша, какая из меня-то ведьма? – подавилась я угощением и, сделав усилие, чтобы его всё же проглотить, засмеялась от её предположения.

– Ну не знаю, а почему тебя Варвара тогда не тронула? Почему не выгнала из своего страшного дома? Наверное, посчитала за свою, что ещё-то? Как она с остальными поступала, я слышала! И видела, как они уматывают. Некоторые и ко мне стучались. Так долбили посреди ночи, что ого-го!

– Может, она не успела со мной ничего сделать, спугнуло что-то?

Я пыталась придумать оправдание для ведьмы.

– Может, конечно… – на мгновение, будто, согласилась соседка. – Но что спугнёт того, кто сам всех до седины доводит? Вообще-то, не очень-то похожа ты на ведьму, – добавила старушка, разглядывая меня более внимательно.

– Ну, слава богу! – выдохнула я и захихикала.

– Может, тебе другой дом подыскать? Нет, всё же давай я для тебя комнату освобожу, у меня поживёшь. Я тебе докучать не буду, не бойся!

Я напряглась. Почему-то эту женщину я боялась больше, чем необъяснимых ведьм. Те то ли колдуют, то ли нет, ещё толком и не ясно, а эта, вон, какая активистка!

– Спасибо большое баб Маш, за Ваше гостеприимство, но пока не знаю. Попробую ещё раз в том переночевать, может, обойдётся. Я только там более или менее обустроилась, вернее, ну как обустроилась…

Я стала теряться в словах. Действительно, одну ночь трудно назвать обустройством.

– Да и так я устала, не хочу менять пристанище настолько часто.

– Смелая ты, Катерина!

– Ладно, большое спасибо за угощение, всё очень вкусно. Пойду я. Очень хочется прогуляться, поразглядывать деревянные домики! Мне всегда такие нравились, в них чувствуется сама жизнь! Они все красивые и разные!

– На здоровье, Катюша. Да, с городом точно не сравнить. Прогуляйся, конечно. Надо окрестности изучать тебе понемногу, раз тут обитать собираешься. Вообще, надолго к нам?

– Ох, баб Маш, не знаю пока, не знаю, – вздохнула я.

– Ты смотри, будь осторожна. Нехороший тот дом, – снова зачем-то подчеркнула она этот факт, – мне тебе врать ни к чему. Одну ночь ты продержалась, а как дальше будет?

– Буду стараться, чтобы всё было хорошо. Не переживайте так сильно за меня.

– Если что, беги сюда, да проходи сразу в калитку. Бая не бойся, он на цепи, да и вообще, добрый он, не кусается, хоть и большой.

– Хорошо, спасибо огромное за Ваше неравнодушие к моей персоне! – засмеялась я.

Бабуля впервые за время нашего знакомства улыбнулась. Я вышла из её дома, пёс лежал у будки. Почуяв меня, он, не поднимая головы, завилял хвостом.

– До свидания, Бай! – сейчас он мне показался милым и даже добродушным, но подойти к нему я бы не осмелилась. Большой такой, зверь все-таки, да и вид у него устрашающий, какой и должен быть у охранника.

Выйдя за ограду, я медленно пошагала вдоль улицы. Вдруг меня окликнул какой-то дедуля, который стоял у своего заборчика на соседнем участке. Он опирался на лопату, видимо, копался в огороде, хозяйничал. Одет был совершенно по-деревенски: какая-то шапка бесформенная, не известно, как державшаяся на самой макушке, куртка с заплатками, рукава закатаны. Работяга, труженик – сразу видно.

– Катя! – крикнул он.

Я резко повернулась в его сторону, не ожидая услышать своё имя.

– Здравствуйте! – насторожилась я. – Мы знакомы?

– Да Маня уже мне успела рассказать, что в доме ведьмы Катя поселилась. А тебя я раньше не видал, да вот и понял, что это ты и есть. Ну, как там, у Варвары в доме? Всё вверх дном, поди?

– Да нет, нормально. Просто видно, что никого давно не было.

– Давно? Последние дней пять всего как сбежали.

– А кажется, будто там год никто не появлялся. А Вы, наверное, тоже знали Варвару?

– Варю-то? Конечно, знаю! Э-э-э, знал! Хорошая девчонка. Да и мать её тоже. Добрые, грамотные. Травы знали, сборы делали. Ведали, как рану залечить и всё такое. Много чем могли помочь по здоровью-то. Вон, бабка её и рожать нашим женщинам помогала. Все дети из её рук живые да здоровые, и матери тоже. Злой народ загнал их совсем, закусали. А всё почему? Да потому что тёмные делишки подленькие не помогали совершать, вот и стали неугодны. Чувствовалось, что этому дедуле небезразлична судьба той семьи, искренне он переживал, когда рассказывал.

– А где мать Варина?

– Так скоро и пропала, как из дома родного выгнали. Не стало её видно. Осталась Варька одна в нём. Да потом и она тоже перестала появляться. Не знаю, где она, – дед быстро отвёл глаза после этого вопроса и принялся копать лопатой, только вот не там, где надо, а прямо там, где стоял.

Видимо, что-то не то сказал… Потом подумал и продолжил:

– Я ходил к ней проведать, то крупы принесу, то табурет починю, так, по мелочи. Она мне, как дочь была. Дружил я с её батькой-то.

Дед горько вздохнул и опёрся о лопату. Было видно, что он искренне сожалеет о том, что случилось с Вариной семьёй. Грустно ему стало, вспомнил тех, с кем хорошие отношения у него были. А их нет теперь. Жалко мне его стало, скучает дедушка по ним.

Взгляд старичка совсем стал тоскливым, на глазах слёзы появились. Я даже не знала, что ему и сказать теперь. Ничем я ему помочь не могла. Версия этого доброго дедушки совпадает с рассказом Иннокентия, но противоречит истории суетливой бабушки Марии. Но и в его словах есть что-то не складное.

– А ты, чего-то, не сбежала, – задумчиво произнёс дед.

Ну вот, и он туда же! Сейчас тоже ведьмой меня назовёт, как баба Маша.

– Меня, кстати, Петром зовут. Пётр Кузьмич.

– Очень приятно, Пётр Кузьмич. Спасибо, что рассказали про Варвару.

– Пожалуйста, это ж не секрет никакой. Ты заходи, если понадобится, может, помочь надо будет. У нас тут народ разный, могут и обидеть, так ты не бойся, обращайся. А вообще, у нас принято помогать друг другу. Нормальных-то людей всегда больше.

– Хорошо, спасибо большое, буду знать. Хочется верить, что добро, действительно, преобладает.

Я пошла к реке, предварительно, спросив у этого милого старичка, как дойти до неё. Оказалось, прямо за огородом моего нового старого дома, у холма бежал довольно большой ручей, вот если по нему пойти вниз по течению, то оказаться можно как раз у реки. Это было совсем недалеко, поэтому я решила не спеша прогуляться туда, посмотреть вокруг, послушать журчание живописного потока, посидеть на бережку, напитаться энергией и спокойствием здешних мест.

Утро выдалось чудесное. Так необыкновенно поют птицы в деревне! И небо особенное, и трава яркая, мягкая, ароматная! Отовсюду слышно её, саму природу. На неё можно смотреть, её можно вдыхать, тут вся жизнь – природа! Она пронизывает каждый день, все дела, все занятия! Прогулки меня всегда очень вдохновляли. Я и планировала, что когда прибуду в деревню, обязательно буду бродить по красивым местам, буду ближе к настоящему, постараюсь прочувствовать и запомнить эти ощущения.

Пока я шла, то всё думала про этого деда, Кузьмича. Добрый он. Прямо веяло от него простым человеческим теплом, душевностью. Побольше бы таких людей на белом свете, мир был бы на порядок лучше. И Варвару любил по-отечески, считал её хорошей девушкой с нелёгкой судьбой, помогал… И с папой её, вроде, дружил. Значит, он ещё много интересного может мне рассказать. И, возможно, я смогу разобраться, почему Варя предпочитает всё время прятаться в зеркале от людей.

Странная деревня, окутанная тайной какой-то. Хотя, на первый взгляд, совершенно обычное поселение, со своими, так сказать, классическими бабулями, дедулями, домиками и коровками. Вот только ведьмы здесь всякие, прям, мороз по коже. Жутковато, конечно, обо всём об этом задумываться… Порой вся эта история казалась мне бредом, сном, галлюцинациями, но как только я вспоминала свои задушевные разговоры с котом, то сразу опять с головой окуналась обратно и понимала, что это всё-таки наяву.

На самом деле, мне стало очень любопытно, что же это за Варвара такая загадочная и её семья. Я узнала совсем чуток про неё, но хотелось бы раздобыть побольше достоверной информации. Сопоставить разные версии и взгляды. Два кардинально противоположных мнения уже имеются. У кого бы ещё про неё узнать?

Ведь это она и являлась ко мне ночью. Почему тогда не тронула, действительно? Раз всех выпроваживала из своего дома? Потому что у меня не было никаких злых умыслов? Возможно. Но этого, наверное, маловато должно быть, чтобы оставить меня. А может быть, и правда, ей что-то помешало, и всё ещё впереди? Стоит ли мне возвращаться в тот дом? Вопросы, один за другим, возникали в голове, и уже кучей толпились там, не давая мне покоя и навевая беспокойство. А если она не единственная такая в деревне? Чего же мне ждать от ночи, например, сегодняшней?

## Глава 7 Встреча у реки

Я потихоньку добрела до нужного места. Надо отметить, для ручья это был достаточно большой водоём. Я бы даже сказала – маленькая речушка. И текла она среди густых и низко склонившихся к воде кустов ивы. Но кое-где к воде можно было пройти, оказываясь, будто, в растительной пещере, в комнатке. Листья пропускали свет, и было так необычно наблюдать за лучами из этого своеобразного укрытия. Я увидела стаю гусей. Они плавали туда-сюда, прогуливаясь. Среди птиц были и большие особи, и совсем ещё маленькие гусята. Они негромко переговаривались между собой. Интересные существа, в их семьях настоящая идиллия. И между собой, и с природой. Я подошла поближе, чтобы понаблюдать за этими птицами, засмотрелась на их прогулку. Так бы, наверное, и стояла до вечера, если бы водоплавающие не заподозрили в моём появлении что-то неладное и не раскричались бы на всю округу. Тогда я поспешила оставить их и пойти дальше.

Затем мой путь пролегал вниз по течению, под пригорок. Идти оказалось недалеко. Уже совсем скоро я вышла к реке. Она была, конечно, шире ручья, но небольшая. По берегам росли раскидистые кусты, высокая душистая растительность. Аромат этого разнотравья вскружил мне голову. Я жадно вдыхала воздух, и даже запах воды мне очень понравился. Это место виделось мне особенным, волшебным. Раньше мало я обращала внимания на природу, а теперь она просто запала мне в душу! Я здесь, в этой деревне, пока всего лишь второй день. И, несмотря на то, что ночь выдалась ужасной, яркие краски утра затмили те события. Сейчас я наслаждалась спокойствием и мягкими лучами солнца. Вокруг то и дело стрекотали разные букашки, разгорался ясный деревенский день. Всё это было для меня ещё непривычно, но приятно!

Услышав внезапный громкий шорох за спиной, я обернулась. Никого не заметила, зато увидела вдали местную церковь. Она очень эффектно смотрелась на зелёном холме, на фоне чистейшего голубого неба. По куполам бегали яркие лучики, оживляя картину.

Церковь. Здесь есть церковь! Это радует. Надо сходить туда. Может быть, местный батюшка чего знает про здешних ведьм. Наверняка, знает. А если ничего толком и не расскажет, так хоть подскажет, что делать в случаях, когда ночью всякое мерещится. Может, молиться научит. В этой деревне это умение пригодится наверняка. Оторвавшись от разглядывания храма, я ещё раз оглядела окрестности. Послышался лёгкий шелест совсем рядом. Я обернулась. Никого рядом. Но холодок по спине пробежал. Неужели, порыв ветра или местный зверёк?

Я продолжила медленно идти вперёд. Здесь почувствовала особое единение с природой, с самим Абсолютом. Мне уже не казалось, как в городе, что я одна. Нет, здесь я не одна, со мной природа и какие-то высшие силы, помогающие мне не только жить, но и чувствовать приливы настоящего, беспричинного счастья. Просто счастья от самого бытия! Это чувство раньше не было мне знакомо. А теперь я его ни на какую суету не променяю! Так хочется остаться здесь, завести настоящих друзей, зажить счастливо. Именно зажить! А не только стараться выживать. Мой беспокойный ум выдавал всё новые и новые мысли и мечты.

Вдруг в кустах я увидела еле заметный силуэт. Она была впереди меня. Я попыталась приглядеться, но с места не сходила. Если честно, я опасалась, что это какой-нибудь местный выпивоха балдеет или отсыпается в кустах у реки. Фигура сама приближалась ко мне. Теперь сквозь густые ветки ивы я смогла разглядеть тёмное длинное платье. Это была женщина. Я уже думала, сейчас познакомлюсь, расспрошу о деревне что-нибудь, о жителях. Из-за листвы я не могла достаточно разглядеть её, но тут мне показалась, что это моя ночная гостья из зеркала. Точнее, гостья-то я, а она как раз хозяйка дома. Да, это была она! Меня и здесь нашла. Зачем? Совершить задуманное? То же, что проделывала со всеми, кто оставался в её доме? Раз не смогла ночью, решила доделать сейчас и на улице? Всё моё спокойствие как рукой сняло, я задрожала, как осенний лист.

Мысли все одним разом вылетели из моей головы. Я похолодела и от испуга не могла двинуться. И даже звука издать никакого не смогла, а инстинктивно захотелось закричать. Но, увы. Ведьма махнула мне рукой, позвав за собой. Теперь я точно видела – это она! Действительно, она! И я пошла за ней. Не знаю как. Что меня заставило? Я послушно, молча, поплелась за девушкой. Но ведь самостоятельно я не могла ни пальцем пошевелить, а тут по одному её зову – раз, и двинулась по еле заметной заросшей тропе. Соображалось мне туго в тот момент. Ноги сами переступали шаг за шагом, направляясь по её следам, путаясь в длинной почти нетронутой траве. Наконец я начала отходить от охватившего меня ступора и продвигаться стала осознанно. Варвара сохраняла достаточно большую дистанцию, но такую, чтобы я хорошо видела, куда следовать. Страх и интерес переплетались.

Мы прошли вдоль реки, потом среди зарослей я потеряла её из виду.

– Варвара! – крикнула я. – Варвара, я не вижу, куда идти!

Затем я услышала жутковатый скрип сухого дерева и вышла к старому мосту. Но на том берегу начинался лес. Было видно, что этим переходом редко пользуются, тропы за ним не было. Но в пролеске, на той стороне, я вновь увидела силуэт в длинном тёмном платье. Пришлось, еле переступая, пройти по рассохшимся доскам на тот берег и всё же следовать в лес за ведьмой.

Было ли мне страшно? Да, очень. Но что-то внутри говорило мне идти за ней, не отставая. Может быть, это её чары? Возможно. Была я, кстати сказать, в здравом уме, в своём сознании, понимала, что происходит. Но шла, не думая о том, как мне вернуться. Просто шла за Варварой, и всё. Почему-то вопрос отступления меня тогда не беспокоил.

Я шагнула в лес. Молодая поросль цеплялась за мои рукава и волосы, будто, пытаясь остановить. Это раздражало и замедляло, я яростно отбивалась от высоких стеблей и всё равно шла вперёд. Мне нужно было узнать, куда Варвара меня зовёт, а главное зачем. Пробираясь между высоких шершавых стволов сосен, я несколько раз чуть не завалилась, запнувшись за какой-то корень или корягу.

И вот мы вышли на поляну. Ничего примечательного на ней не было. Варвара повернулась ко мне лицом. Это было слишком неожиданно, и я инстинктивно дёрнулась назад. Я заметила, что она тревожилась, будто хотела мне что-то сказать. И, видимо, показать, так как она нашла меня на прогулке и повела в какое-то конкретное место. А может быть, всё-таки она планирует что-то сделать со мной, о чём думать, конечно, не хочется?!

Вдруг я услышала резкий шум, доносившийся сверху. Подняла голову и еле успела закрыть лицо руками – мне прямо в глаза на бешеной скорости неслась ворона. Она врезалась в меня и полетела дальше, затем подлетела ещё одна и ещё, ворон становилось всё больше. На нас налетела стая огромных чёрных птиц с диким страшным карканьем. Я присела, защищая голову, и чувствовала, как по мне, то и дело, бьют крылья пролетающих низко птиц, а некоторые продолжали врезаться в меня и цеплять мою одежду и волосы своими ловкими лапами.

Я то и дело вскрикивала, закрывая голову руками как могла. В голове мелькнула мысль, что эта девушка решила таким образом от меня избавиться. Очень подходящий для ведьмы способ, надо сказать. Я думала, они меня растерзают, эти пернатые, но нет, этого не случилось. Постепенно всё стихло. Когда я смогла открыть лицо, Варвары не увидела. И лес потемнел, будто наступила ночь. И вот теперь мне стало совсем жутко. Сердце заколотилось в груди, подкатывая к самому горлу. Руки похолодели и вспотели, я начала оглядываться, пытаясь хоть что-то разглядеть.

– Боже мой, что происходит? Как мне назад идти? Варя! Варвара!

На мои крики никто не отзывался, только вороны ещё немного покружили над верхушками, затем расселись по веткам хмурых потемневших высоких сосен. Я чувствовала, что они своими пронзительными взглядами сосредоточились на мне. Но не могла предположить, в какой момент им захочется начать новую атаку. Может, эта дама в тёмном платье не стала нападать на меня ночью, чтобы днём заманить в лес? Чтобы никто не нашёл? Неужели баба Маня была права, и эти ведьмы, действительно, изводят людей из деревни?

На меня нахлынула паника, я зарыдала, озираясь по сторонам. Я понимала, что не знаю, где нахожусь. Нормально ориентироваться я могла лишь в городе, а тёмный лес – это кошмар. Но потом, выпустив со слезами немного напряжения, я отдышалась и поняла, что нужно взять себя в руки и найти выход из этого дремучего и недружелюбного леса. Я попыталась пойти в одну сторону, потом в другую, но выхода в деревню не нашла. Лес оставался тёмным и туманным, поэтому я уже и не понимала, день ли сейчас, или уже, и правда, наступил вечер. Звуки мрачного места не на шутку пугали меня. Я боялась, что на меня выйдут голодные волки, и я стану их ужином. А этого совсем не хотелось! Или разозлившийся леший начнёт водить меня по кругу и заведёт в болото, как то бывает в страшилках. Нужно было что-то срочно придумать, чтобы гнать эти нездоровые фантазии подальше, сейчас они сильно вредили мне.

## Глава 8 Спасение в лесу

Лес уже не казался мне таким чудесным и доброжелательным, как из окна домика. Тогда он был словно с доброй картинки, а теперь – наоборот. Внутри него, непосредственно на месте, в глубине, всё было иным. Сейчас здесь я была чужой. Варвара завела меня поглубже витиеватым маршрутом в самую чащу и хладнокровно бросила одну, чтобы я тут и осталась. Пожалела ведьму и получила в ответ то, что и должна была. Даже не знаю, как это назвать. Мне казалось, будто меня снова предали. Это ужасное леденящее душу чувство просто снова навалилось на меня всей своей невыносимой тяжестью! Я плелась, как мне казалось, туда, откуда пришла. Но перед собой видела лишь совершенно незнакомую местность. Сосны, сосны, одинаковые сосны. Темнота то сгущалась, то немного рассеивалась, так что я не могла понять, наступают уже сумерки или ещё нет. Счёт времени потеряла окончательно. Мне было холодно теперь уже не только от погоды, но и от чувства разочарования. Со мной снова поступили ужасно те, кого я пожалела. Эта мысль мучала и заставляла лить слёзы, терять драгоценные силы.

Наконец от страха мне перестало хватать воздуха, тяжело было дышать, снова подступила паника. Я присела на первый попавшийся пень. «Заблудилась окончательно, отсюда нет выхода», – крутилось в голове. Я знала, что это чувство необходимо подавить, но никак не могла этого сделать. Тут начали мерещиться тени, снующие по кустам. «Меня сейчас разорвут волки? Или выйдет разъярённый медведь? Или ещё ведьмы? Может, Варвара удалилась, чтобы позвать своих колдовских подруг и пустить меня в расход на какой-нибудь ритуал?»

Тут я увидела, как из кустов выплыло какое-то тёмное и мутное облако, будто сгусток дыма или тумана, и это что-то поплыло прямо на меня! С приближением этого чего-то мне становилось всё холоднее и холоднее. А оно становилось всё темнее и темнее. Мне даже показалось, что очертания этого силуэта стали напоминать человеческие. Я закрыла лицо руками и закричала. Затем я почувствовала резкий порыв сильного ветра и шипение кота. Кота? Откуда здесь коты? Это рысь? Я боялась открывать глаза, пока не услышала знакомый голос:

– Катя! Это я! Бежим! Скорее!

Сделав усилие, я еле отвела ладони от лица и увидела перед собой кота Иннокентия из ведьминого дома.

– Кеша! – заплакав от облегчения, я послушно последовала за котом.

Над нами опять стали кружить вороны, сорвавшись с веток, и громко каркать, будто выкрикивая какие-то непонятные и ужасающие слова. Кот ловко скакал между кустами, а я еле пробиралась. Странно, что за Варварой я шла более или менее спокойно, словно по тропе, хоть и заросшей. А тут вдруг стали совсем непролазные дебри: то колючий шиповник, то огромная липкая паутина! Я с большим трудом медленно пробиралась через них, помогая себе руками, то и дело наклоняясь и выкручиваясь между кустами, переплетающимися с травой.

– Быстрее! – подгонял меня Иннокентий.

– Кеша, подожди, я не успеваю за тобой!

Я очень боялась потерять этого кота из виду. Тут вдруг одна из ворон попыталась зацепить меня, но её когти соскочили, и она направила все свои усилия на кота. Вцепившись ему в спину, она дико закричала и вместе со своей добычей кубарем покатилась по траве. Я поспешила приблизиться к дерущимся, чтобы помочь пушистому. Борьба этих двух существ напоминала какие-то бесовские пляски. Шипение, урчание, карканье, какие-то совершенно невыносимые звуки! Я не понимала, что могу сделать, боялась даже приблизиться к этому большому чёрному комку с шерстью, хвостом, крыльями и перьями, скачущему между деревьев. Но кот справился быстрее, чем я начала соображать и напоследок сильно укусил ворону за лапу. Она закричала, сделала пару прыжков на одной ноге и начала набирать высоту. Остальные птицы последовали за ней, как за предводительницей. Эта была гораздо крупнее остальных, она действительно выделялась как вожак.

Кот тут же продолжил движение к дому, я без лишних слов проследовала за ним, держась за руку, за которую попыталась схватить меня дикая пернатая. Физическая боль меня сейчас не сильно волновала. К тому же, кажется, у меня случился шок, мне хотелось поскорее выбраться из этого места, что бы и где бы у меня ни болело!

Слабый, но такой приятный свет начал пробиваться сквозь листву. Я заметила, что лес стал редеть, послышались чёткие деревенские звуки. Ещё немного, и мы вышли из леса как раз к тому самому сухонькому деревянному мостику через деревенскую речку. Кот прыгнул на мост и обернулся.

– Цела? – спросил он участливо.

– Да вроде… – неуверенно пробормотала я, и его этот ответ удовлетворил.

Оказалось, что ворона успела порвать на плече мою рубаху и повредить руку. Но это казалось теперь таким пустяком! Главное, что мы вышли из этого лесного вороньего кошмара! И тут в моей голове начали возникать разные вопросы, видимо, по мере успокоения.

– Кеша, твоя сестра завела меня в лес и бросила там одну! – жалобно возмутилась я, обращаясь к животному.

Дыхание моё сбилось, и слова вылетали отдельными выкриками.

– Она не бросала, – виновато ответил Иннокентий, – она хотела тебе кое-что показать, но её спугнули. Она быстро отправила за тобой меня. Пошли скорее до дома.

– Да? А я думала… Но, знаешь, выглядело это именно так! Ну, хорошо, конечно, если я ошибаюсь, – запыхалась я, но двигалась максимально быстро, как могла.

Я заметила, что в деревне всё ещё был день, самый его разгар. На небе ни тучки, солнце высоко. А мы будто вывалились из другого, тяжёлого и мрачного, какого-то страшного мира. А здесь так же ласково пригревали лучи, щебетали птички, где-то на лугу мычали коровы и ржали кони. Слышались звонкие выкрикивания деревенских жителей. Кто-то шутил, кто-то смеялся. Надо же, какой контраст с густыми тёмными зарослями, в которые меня завела ведьма, а вывел её чудо-кот.

По дороге до дома я всё прокручивала события в лесу. Казалось, что время в том месте текло как-то иначе. И атмосфера была совсем другая. Но враждебной она стала именно после появления ворон. Это они и спугнули Варвару. И это не просто птицы. Интересно, а кто это? Чем мы им помешали на той поляне? Рука ныла в том месте, где прошлись птичьи огромные стальные когти. Рану жгло и щипало. Я знала, что её лучше бы быстрее обработать, но ноги еле волочила. Кот был шустрее. Всё время семенил спереди, то и дело останавливался и ожидал меня. В его кошачьем взгляде читалось нетерпение и сочувствие.

Как всё это могло произойти, я пока не понимала. Неужели, только появившись здесь, в этой деревне, я сразу начала кому-то так сильно мешать? Что за вороны, почему кот говорящий? В голове было столько мыслей, что все их я не могла даже осознать. А речи о том, чтобы найти ответы и вовсе не шло. Сейчас я направлялась в дом, который принадлежит ненавистной всей деревне ведьме, но больше идти мне было некуда. Хоть я и познакомилась с милой старушкой, живущей рядом, которая меня звала к себе, но всё-таки она была для меня чужой, и к ней податься мне почему-то не хотелось. Я думала, что правильнее сейчас – остаться в съёмном доме, хоть и странном.

Держась за пораненное место, я продвигалась вслед за Кешей и чувствовала, как силы оставляют меня.

– Только бы не брякнуться сейчас здесь на дороге, – бормотала себе под нос.

Голова начала кружиться, в глазах то и дело проплывали мутные тёмные круги. И сейчас мне уже было всё равно, в чей дом идти, лишь бы поскорее добраться и упасть на кровать, а там видно будет. То и дело я поднимала голову, чтобы удостовериться, что надо мной нет ворон, их образы крепко держали меня в напряжении. Казалось, что вот-вот и здесь налетят. Кот постоянно оглядывался на меня, раздражаясь, что я не успеваю за ним.

## Глава 9 Знакомство с ведьмой

Когда мы добрались до дома, я обратила внимание на то, что он выглядел будто как-то иначе. Светлее, что ли. Ого! На окнах висели занавески, стёкла были чистыми и прозрачными. Да и запах исходил из дома какой-то другой, домашний, приятный такой…

Мы с котом прошли внутрь. В сенях было чисто. Неужели баба Маня, пока меня дома не было, ворвалась и похозяйничала? От этого предположения я возмутилась, ведь это всё-таки вторжение в жилище, в личную жизнь! Но по спокойному и уверенному поведению кота я поняла, что это вовсе не бабуля. У меня перехватило дыхание от мысли о том, что я сейчас увижу ту самую ведьму, которая почему-то именно сейчас, похоже, решила вернуться жить в свой якобы брошенный дом.

Комнаты тоже оказались прибраны, они стали уютными и красивыми, в кухне на столе стоял готовый обед. Пахло вкусно, домашней деревенской едой. Это меня, конечно, радовало, но я не знала, как себя вести теперь. Неужели придётся съезжать к соседке бабе Маше? Я устало присела на табурет. Варёная картошечка так аппетитно парила под сливочным маслицем… Очень хотелось есть, но я не решалась. Готовила ведь не я. Может быть, это и не Варвара, а кто-то, кто находится сейчас в доме, но у меня не было сил сейчас проверять.

– Не стесняйся, угощайся, – раздался приятный женский голос.

Я вздрогнула и машинально повернула голову на звук. В дверях стояла девушка. «Варвара», – подумала я. Спокойный добрый взгляд, светлая кожа, чётко очерченные красивые брови, длинные чёрные волосы, собранные в пучок на затылке, тёмное длинное платье. Мне стало жутковато. Обедать в присутствии приведения, да ещё, если этот ужин и готовило оно… Но Варвара не выглядела жутко в этот раз. Вид у неё был вполне дружелюбный, страх не навевал. Наверное, в лесу она всё же не хотела причинять мне вред, а действительно, хотела что-то показать.

В кухню вошёл кот и сразу продвинулся к своей миске, в которой тоже всё было готово к трапезе.

– Ты не поранился? – по-доброму спросила девушка у котика, ласково проводя рукой по его мохнатой спине.

– Нет, всё нормально, но я поранил её. Улетела с прокусанной лапой.

– Понятно. Это хорошо, ловкий ты у меня, Кеша.

Она погладила кота по голове.

– Ну, ладно, кушайте, не буду вас стеснять.

Варвара ещё раз смущённо глянула на меня и сказала:

– А после обеда надо обработать плечо.

– Хорошо, – автоматически кивнула я.

И когда она скрылась за дверью, я жадно приступила к обеду. Но вдруг стало как-то неудобно: я тут жую плоды её стараний, а она ушла. Мне захотелось позвать её. Ведьма стояла у своего зеркала и смотрела в него, задумавшись. Блестящая поверхность сияла чистотой.

– Как уютно стало! – потихоньку, осторожно пролепетала я.

– Да… почти как раньше, – задумчиво отозвалась она.

– Не составите мне компанию за обедом? Это всё-таки Ваш дом.

– Да, конечно, с удовольствием! – обрадовалась девушка.

Я почувствовала, что давно никто из людей к ней с добрым отношением не подходил. Мы прошли в кухню. Она выглядела совсем обычным человеком. Слегка бледная, да и только. И аппетит был человеческим.

– Варвара, меня Катя зовут, – теряясь в словах, представилась я.

– Да, я знаю, – улыбнулась она в ответ.

– А как Вы здесь живёте? Я, когда приехала, Вас не видела, и когда прибиралась. Вас точно не было в доме. Только ночью. Но, надо признаться, я испугалась тогда не на шутку. На чердаке прячетесь?

– Давай на «ты»? – спросила меня ведьма.

– Да, здорово, я согласна!

– Я не хотела пугать, а планировала только прогнать, как обычно, но присмотрелась и поняла, что ты, Катя, из наших.

Я подавилась.

– Из кого?!

– Ну, как бы тебе объяснить? Человек с добрым сердцем, благими помыслами и особыми способностями.

– А как Вы… ты это определила?

– Да есть способы, – засмеялась ведьма. – Да это же видно, особенно если получше посмотреть. А потом ты и с братом моим заговорила. Главное, ты понимаешь, что он говорит, а он же кот. Вот тебе и пожалуйста!

– А я думала, что умом тронулась.

– Да, понимаю. Но простые люди слышат от него лишь обыкновенное «мяу», а ты воспринимаешь его речь как свою.

Общалась Варя довольно легко, девушкой оказалась приятной и вовсе не злой. Вот это поворот! Я разговаривала с ведьмой за обеденным столом, да ещё и она меня считает своей. Человек как человек, мне даже показалось, что она может быть хорошей подругой. Но заметно всё же что она одинокая и чего-то они с братом остерегаются. И это точно как-то связано с теми воронами из леса.

– Знаешь, Варя, тебя ведь здесь ведьмой называют.

– Да, я в курсе. А как меня называть, если я и есть ведьма?

И вот теперь я поняла, что моя жизнь больше не будет прежней. Что я попала в какой-то странный мир, кажущийся обычным на первый взгляд. И это не могло быть случайным стечением обстоятельств. Неужели всё это даётся сейчас мне для того, чтобы я что-то поняла? Это касается именно моей жизни… я это чувствую. Но что это, не знаю, не понимаю. Видимо, только предстоит разобраться.

Этот дом изначально не казался мне страшным, а на местных он, похоже, наводил ужас. И ведьма меня не прогнала. И кота я понимаю. И вороньей стае не понравилось, что мы с Варварой в лесу оказались, в том странном месте. Хоть и чувствовалось беспокойство по этому поводу, вместе с тем мой внутренний голос подсказывал мне, что сбегать не надо. Нужно остаться здесь, с этими странными обитателями дома, а там будь, что будет. Возможно, им нужна моя помощь. Может быть, чем-то я смогу быть полезной для них. Тем более, здесь прямо сейчас происходит что-то весьма ещё более странное, чем просто присутствие ведьмы и говорящего кота.

Я была рада, что познакомилась с Варварой. Узнав её трогательную историю, я прониклась, поняла её. В городе я ведь тоже была своего рода изгоем. Теперь мне приходится искать опору внутри себя самой. И мы с ней в этом очень похожи. Одиночество просто заставляет это делать, не оставляя выбора. И это здорово, что в доме, в котором я поселилась, на самом деле жили ведьма с этим необычным питомцем. Теперь даже интересно, что будет дальше? По крайней мере, мне теперь не так одиноко. И даже приятно, что они такие дружелюбные по отношению ко мне.

## Глава 10 Странные способности

Варвара определила, что я одна из них. Из кого? Из ведьм? М-да, интересно! Не зря, что ли, меня баба Маня ведьмой назвала? Ну, точнее, предположила, что я могу быть таковой, раз Варвара мня не прогнала со своего дома в первые же часы пребывания в нём, как всех мне предшествующих. Значит, в её догадке была какая-то доля правды? Варя, действительно, увидела во мне что-то близкое по духу, родственное. И не стала выгонять.

Она сказала, что сразу определила, что я своя. И способности какие-то есть. Но вот какие? Ну, одна точно – я понимаю животное, обитающее здесь. А может, и не понимаю. Возможно, это он говорит по-человечески? Хоть Варя и сказала, что остальные не различат его слов, но я пока сомневаюсь, что это именно я такая уникальная. Но ведь других котов, да и разных животных, коих я встречала за всю свою жизнь, а было их немало, ведь не понимала. Мяу да мяу. Гав да гав. Ничего и непонятно. А тут на тебе, членораздельная грамотная речь! Вот так пушистик!

Ну, допустим, я, действительно, его понимаю, как ведьмы понимают всякую живность. Какие ещё способности у меня есть? Или только задатки? Тогда как их развить? Я начала напряжённо думать, соображать и анализировать различные события из своей жизни. Может быть, было что-то в зачаточном состоянии, чему я не придавала особого, да или вообще никакого значения?

Интуиция? Да, наверное. Предчувствие чего-то… Но я боялась всегда доверять этому чувству. Опасалась ошибиться, спутать это с обычными страхами, придумками и так далее. А всё же что-то такое есть. Но иногда она просто молчит. Наверное, я загнала своё бесценное чутьё в самый дальний угол сознания бесполезными мыслями, опасениями, будничным кипишем и разнообразными новостями извне. Чтобы это важное чувство вылезло из угла, очнулось и начало работать, мне стоило бы существенно почистить свои мысли. Успокоиться и умиротвориться. Деревня, я думала, поспособствует. Да, надо вытаскивать на поверхность эту мою особую способность. Вытаскивать и развивать.