Виктория Бурова
Они исчезли

Глава 1

Когда после долгой дороги, занявшей около пяти часов, они въехали на территорию национального парка, все в машине, кроме Юры, спали. Спала его жена, спала на заднем сиденье дочка, спал даже их маленький непоседливый щенок породы бигль.

А он всю дорогу только и думал о том, как сильно ему хочется, чтобы эта их поездка прошла как по маслу. Ведь от нее зависела вся его дальнейшая жизнь. Он до бесконечности откладывал эту поездку, надеясь, что у него еще есть шанс справиться собственными силами. Но такого шанса в его распоряжении не оказалось. И пришлось принимать волевое решение. В его распоряжении будет лес, ружье, небольшое количество припасов, а больше ничего и не надо. Лишь бы только погода не сильно испортилась, а то по радио передают снежную бурю, которая сейчас совсем некстати.

На парковке почти все места были свободны. Все верно, уже начался спад сезона туризма, к тому же, несмотря на то, что небо сегодня чистое, люди в целом склонны верить прогнозам погоды. Надвигается циклон. Не исключено, что уже вечером все вокруг засыпет полуметровым слоем снега. Так себе денек для прогулки по лесу, но он сам виноват, что не оставил себе иной возможности. Нужно было решаться ранее.

Он сделал резкий поворот рулем и припарковал свой внедорожник Nissan Terrano, особо не заботясь о том, чтобы попасть строго между белых линий. И так сойдет. Голова жены мотнулась в сторону. Она открыла глаза.

– Мы приехали?

Парковку обступали деревья. Высоченные сосны, кедры и лиственницы. Пока солнце стоит высоко, все тени таятся там, среди ветвей, но как только оно начнет клониться к закату, они выползут, вытянут свои длинные лапы.

Жена поежилась.

– Мы точно хотим в поход? Я бы лучше с бокалом “просекко” завалилась у камина.

– Сейчас развернемся и поедем обратно, – проворчал Юра.

– Зачем обратно? Неужели здесь никто не сдает домиков?

Он выдохнул и искренне улыбнулся.

– Ты нарочно меня выводишь, да?

– Конечно, – хихикнула она. – Ты как будто меня не знаешь. “Просекко” еще заслужить надо. Долгой прогулкой на природе, например.

Она была помешана на спорте, его Аня. Выглядела соответствующе. Шикарная, не скажешь, что у нее есть ребенок. Кроме спорта, еще какие-то процедуры – он не вникал, просто платил, пока были деньги.

А сейчас денег нет. Больше нечем платить. Нечем оплачивать содержание жены и дочки, и щенка этого тупого – тоже нечем.

В унисон мыслям позади раздалось елозанье. Заскрипело сиденье под лапами. Жена обернулась.

– Просну-улись… – протянула с улыбкой.

– Мама, где мы?

– В лесу. Сейчас гулять пойдем.

– А грибы собирать будем?

Юра уловил Анин быстрый взгляд.

– … вряд ли. Просто полюбуемся красотой. Грибы с бабушкой будешь собирать.

Дочка, пятилетняя Ксюша, могла бы сейчас начать капризничать, но этого не произошло. Ее отвлек щенок. Он ткнулся Ксюше в лицо, принявшись его вылизывать. Ксюша залилась смехом. Тоненький голосок, звонкий, пробудил в нем тщательно подавляемые чувства. Неужели он и правда собирается это сделать?

Он схватился за бутылку воды. Во рту пересохло. От нескольких глотков слегка полегчало. Он посмотрел на часы Apple iWatch.

– Нам пора. Мы же хотим уехать отсюда дотемна. Жена Аня закивала. Он вышел из машины первым и полез в багажник. Пока Аня стояла у открытой двери заднего сиденья и одевала дочь, он надел на спину походный рюкзак, а на плечо взвалил охотничье ружье.

Он хорошо обращался с оружием. Лицензию получил еще до встречи с женой, когда бизнес только-только начал приносить первые большие деньги, и с тех самых пор регулярно продлевал ее. Охота на животных его интересовала мало. Наставлять дуло на людей он и подавно не собирался, кроме разве что целей самозащиты. Он вообще всегда был достаточно законопослушным человеком. Настолько, насколько можно быть законопослушным, ведя бизнес. Но! Физический вред людям – табу. Никаких избиений, пыток и убийств. Это… помимо прочего, это казалось ему попросту мерзким.

Такой вот он человек. Таким он был вплоть до недавнего времени, до того, как связался с Ними.

– Все взял?

– Да.

Он захлопнул дверь багажника. Пикнула сигнализация. Жена с дочкой стояли рядом с машиной. Жена держала на поводке щенка. Дочка явно хотела, чтобы папа взял ее на ручки.

Жена посмотрела на ружье.

– Здесь ведь водятся всякие дикие животные?

– Думаю, вероятность встретить медведя не равна нулю.

Она улыбнулась.

– Хорошо, что ты можешь нас защитить.

– Это на крайний случай. Вообще-то я рассчитывал, что ты достаточно быстро бегаешь, – пошутил Юра.

Она хмыкнула, но вслух сказала:

– Это совсем не смешно.

Ей и правда не было смешно. Она никогда не понимала его чувства юмора. Только делала вид, будто ей нравятся его шутки. Странно, но он много лет не обращал на это никакого внимания. Прозрел лишь тогда, когда начались проблемы. Раньше он был слишком окрылен, слишком уверен в своей неотразимости. Пока был богат, не сомневался, что она от него никуда не денется. А сейчас, балансируя на грани, он яснее ясного понимал, что женщина, которая выходила за богатого мужчину, точно сбежит от него же, только обедневшего. Потому что главным его преимуществом в ее глазах были деньги, точнее, умение их добывать.

Что ж, тем лучше для него. Не будет никаких сантиментов, когда они дойдут до цели, и придется сделать кое-что не очень хорошее.

– Детка, посмотри под ноги! – воскликнул он. Щенок от скуки и нетерпения принялся бегать вокруг Ани и Ксюши. Поводок уже успел намотаться им на ноги, это было чревато падением.

– Розэ, прекрати! – прикрикнула Аня.

Он уже отвалил кучу бабок, чтобы воспитать этого щенка, которого жена каждую неделю возила на тренировки. А толку. Еще и назвала его тупым именем. Кто назовет кобеля в честь сорта шампанского?

И как он мог не замечать этого всего, пока у него были деньги? Неужели эти бумажки настолько застлали ему глаза? Хотя, справедливости ради, у всех его приятелей и партнеров были точно такие же женушки. Главное, что людям показать не стыдно, а уж что там в голове, какая разница? Зато можно всласть посмеяться над ними в тесной мужской компании.

А щенок… сегодня он почти любил его. Ведь этот мелкий засранец, который испортил столько дорогих шмоток, что подумать страшно, внезапно стал для него главной надеждой на лучшее будущее.

Он присел на корточки, чтобы размотать поводок.

– Спасибо. Давай.

Жена протянула к нему руку. Юра сильно сжал поводок в руке. Отдавать его обратно не входило в планы.

– Может, лучше я поведу Розэ? А ты с Ксюшей?

Этот вариант идеально вписался бы в его план.

– Нет, папочка, я с тобой!

– Не сомневался, – он с невозмутимым видом передал пса жене, а сам взялся за протянутую маленькую ладошку.

– Стойте, мы ведь еще не сделали фото!

– Только не это! – крикнула дочь. – Мама, ты надоела своими фото!

Юра не удержался и захихикал. Вся в него, маленькое золотко. Жена глянула исподлобья. Он притянул ее к себе и улыбнулся.

– Давай только по-быстрому, а не как всегда.

Она тоже улыбнулась. Он подхватил на руки Ксюшу. Щелк-щелк! Побольше дублей, из которых она выберет самый удачный – и потратит на это не меньше часа своего времени. Затем отчет в соцсети – посмотрите, какая мы счастливая семья.

– Готово?

– Да.

– Тогда пойдемте.

– Угу, – промычала она, уткнувшись в телефон.

Он жестом показал, чтобы она шла первая, а щенку тайком показал зубы. Тот рыкнул в ответ.

– Не зли его. Он и так нервный.

О, да, нервный. Нечасто выпадает домашнему псу удача попасть в дикую природу. Так и рвется с поводка.

Через несколько десятков метров расчищенная площадка кончалась, за нею начиналась экотропа. На краю площадки стоял длинный контейнер, превращенный в примитивный туалет. Они остановились у него и по очереди сходили справить нужду.

– А там дальше туалеты будут? – спросила жена.

– Будет много кустиков, – ответил Юра.

– Зачем ты привез нас в такое дикое место? – спросила она с усмешкой.

– Там будет очень красивая видовая площадка. Уверен, твои подписчики с ума сойдут от восторга.

– Очень надеюсь.

Она чмокнула его в губы, и они ступили на экотропу.

Подъем был таким плавным, что почти не ощущался. Жена еще несколько раз останавливалась, чтобы делать снимки, но он напоминал ей о том, что там, на вершине, вид куда более впечатляющий, чем тут. Вот только, согласно его плану, они не должны были добраться до вершины.

Примерно через час пути Юра стал настороженным. Его глаза внимательно сканировали округу. Он что-то высматривал. Чем дальше они заходили, тем более нервным он становился. Сердце билось так, что аж в ушах отдавало. План, план, все должно идти по плану.

План, план, план.

Жена с щенком шли позади.

А он выискивал первый знак. То, что должно было привести его к цели. То, во что он сам не до конца верил. За время собраний его достаточно сильно накачали уверенностью в том, что это существует, что это – станет его спасением. Но теперь, оказавшись в обычном с виду лесу, он начинал сомневаться. Что, если его надули?

– Папа. Папа. Папа. Там кто-то есть.

Он уже и сам их увидел. Группа людей вынырнула из-за поворота и сейчас направлялась им навстречу. Те самые, чьи машины стояли на парковке. Стоило ожидать, что они пересекутся.

Они подошли чуть ближе. Один из них, судя по всему, главный, остановился. Все остальные повторили за ним. Это были обыкновенные туристы выходного дня: мужчины, женщины, дети. Даже пара собак тявкнули в сторону Розэ.

Тот, кого Юра про себя назвал главным, имел вид бывалого туриста: походные палки, профессиональная одежда (кроссовки, костюм, куртка с климат-контролем, рюкзак с прицепленным походным ковриком).

– Добрый день, – поздоровался главный. – Я руководитель туристической группы.

Юра кивнул. Появление на тропе людей не было сюрпризом. Стоило поскорее от них отвязаться. Жена не стала подходить к компании слишком близко, чтобы избежать стычки щенка с другими собаками. Тем не менее, она внимательно следила за разговором.

– Идете наверх?

– Да.

– С вами больше никого нет?

Юра мотнул головой.

– Мы сами.

Руководитель тургруппы с немым вопросом посмотрел на ружье.

– Лицензия есть. Могу показать.

– Поверю на слово. Только места тут неопасные, вряд ли в этом есть необходимость.

Юра только усмехнулся. Не верил он в существование “неопасных мест”! Особенно в лесу. Но он смолчал.

– Вы с ребенком, – продолжил докапываться руководитель туристической группы. – Дорога займет часа два.

– Да, знаем.

– Уже там были?

– Нет, – рубанул Юра.

Руководитель группы покивал головой.

– В принципе, трасса несложная. Иди себе, по сторонам смотри, дыши воздухом.

– Спасибо, мы так и сделаем, – Юра подался в сторону, чтобы пропустить процессию.

Но руководитель тургруппы мялся на месте.

– Вы только с тропы не сходите. Связь тут отвратительная. И потеряться легко. В прошлые года уже несколько семей пропадало, так их и не нашли.

Юра пристально посмотрел ему в глаза.

– Мы не дураки.

Тот вздохнул.

– Ладно. Идите с богом. И постарайтесь сильно не задерживаться, к вечеру передают снег.

– Спасибо, – ответил Юра.

Процессия наконец двинулась с места. Юра отвернулся. Нечего

– Там очень красиво, – восторженно пропищала одна из женщин, поравнявшись с Аней. – Восторг!

Щенок громко гавкнул на нее. Аня натянула поводок и неловко улыбнулась женщине в ответ.

Процессия двинулась прочь. Юра не стал дожидаться, пока они скроются из виду, и скомандовал:

– Вперед.

– Пап, я писать хочу.

– Это к маме. Только давайте отойдем немного, чтобы те дяди и тети нас не видели?

Жена согласно кивнула. У них существовало правило: есть туалетные дела девочек, а есть туалетные дела мальчиков. Сводить дочь в туалет – задача, которая целиком лежит на плечах жены и матери, в крайнем случае – няни или бабушки.

Он это сам придумал, еще когда дочка только родилась. И очень собой гордился. Когда заветный поводок оказался в его руках, внутри все внезапно сжалось и похолодело. А может, они просто сбегут? Махнут через границу, а там поминай как звали? Правда, без гроша в кармане, зато все вместе. Но каковы шансы добраться до этой самой границы? Если их перехватят по пути, то могут сделать все, что угодно… в том числе с Ксюшей. Во всяком случае, он в этом себя убедил – что его враги настолько негодяи, что даже ребенка способны убить.

Завернув за поворот, из-за которого ранее вышла группа туристов, он почувствовал, что внутри все перевернулось. Он ожидал этой встречи и в то же время боялся, и не думал, что она произойдет именно так: слишком рано и слишком неожиданно.

Корявый засохший дуб был точно таким, как ему показывали. Массивное дерево толщиной примерно в три обхвата занимало часть протоптанной дороги, но его никто и не думал спиливать. Оно имело свое имя, которое Юра позабыл. А вот руководитель туристической группы наверняка помнил, хотя и понятия не имел, что это имя на самом деле значит. А Юре это объяснили, так что он мог считать себя носителем тайного знания.

Юра пару раз выдохнул. Отступать нельзя. Пора решаться.

– Девочки, вы отойдите немного и делайте свои дела, а я возле дерева вас подожду. Обещаю не подглядывать.

Жена оглянулась на него. Юре показалось, что взгляд у нее был какой-то недовольный. Он жестом показал: давайте, идите. А сам снял с плеча ружье. Прислонил его к дереву, сделал вид, что отдыхает.

Пока Розэ мочился на дуб, Юра залез в один из многочисленных карманов на своих карго-брюках. Покосился на жену и дочь. Голова его полностью очистилась от мыслей, как это часто бывало в важные моменты, когда нужно было действовать, а не думки гонять.

Он достал из кармана карабин. Карабин был точно такой же, как на поводке – специальный, усиленный. Единственное отличие состояло в том, что карабин из его кармана был сломан. Действуя молниеносно, он снял с поводка нормальный карабин, спрятал его в кармане, на землю рядом кинул сломанную подмену, а затем поднял с земли случайно попавшуюся палку и запустил ее в дебри леса.

Щенок рванул с места.

Поводок остался в его руках.

Он выждал несколько секунд и крикнул, стараясь впустить в голос побольше надрыва:

– Розэ, стой!

Он намеренно не посмотрел в сторону жены. Сделав несколько шагов в сторону леса, он повторил свой крик:

– Розэ!

Он услышал торопливые шаги жены.

– Что случилось?

Он повернулся к жене, которая уже стояла на краю тропы. Показал ей поводок.

– Да вот. Розэ сорвался и убежал.

Лицо Ани перекосилось от злости.

– Я кучу денег отвалила за этот поводок! Мне обещали, что он супер-пупер надежный!

“Супер-пупер”! Юра чуть не улыбнулся. Наклонившись, он поднял с земли сломанный карабин.

– Смотри.

– Я на них в суд подам.

– Правильно. Вместе подадим. Но сейчас надо найти Розэ.

– А Розэ вернется? – спросила Ксюша.

– Конечно. Немного погуляет и прибежит обратно, – ответила жена, и прозвучало это настолько неискренне, что только пятилетний ребенок и мог поверить.

Они оба прекрасно понимали, что шансы у Розэ самостоятельно вернуться были крайне малы. Шустрый щенок с такой легкостью терялся в парке, а тут и подавно потеряется.

– Что мы будем делать? – прошептала жена.

Он крикнул снова, повернувшись к лесу:

– Розэ!

– Розэ! – прокричала жена, встав с ним рядом.

– Розэ! – пропищала дочь.

Ответом им стало несколько отдаленных шорохов, которые не завершились возвращением блудного щенка. Как представлялось Юре, тот был уже довольно далеко, и если их и слышал, то не обращал на это никакого собачьего внимания.

Жена расплакалась. Она все-таки привязалась к этому блудивому псу. Зеркаля мать, расплакалась и дочь.

Он немного выждал. Помолчал, стараясь не выглядеть слишком возбужденным. Затем выдал, максимально нейтрально:

– Тогда пойдемте поищем нашего потеряшку.

– Куда? – переспросила жена.

– Туда, – он махнул рукой, указывая путь среди деревьев.

Жена пригляделась. А затем, к его раздражению, покачала головой.

– Мне не нравится.

– Да там, смотри, как будто протоптано. Вон тропинка, по-моему.

Он даже не лукавил. Тропа и правда была. Кто ходил здесь до него? Кажется, он даже знал некоторых, хоть они и никогда бы не признались прямо.

– Я не знаю, – протянула жена.

– Папа, я не хочу в лес! Там страшно! Я хочу домой!

– Значит, мы оставим Розэ одного в лесу и просто так уедем? И вы больше его никогда не увидите.

– Я хочу Розэ! – проревела дочь.

– Мы сойдем с тропы и немного пройдем – по прямой, никуда не сворачивая. А потом так же вернемся. Никто не потеряется. А Розэ найдется. И вернется к нам.

По глазам жены он увидел, что ей очень не нравится эта идея. Знала бы она только, какое тяжелое чувство гнетет его самого.

– Здесь никого нет, кроме нас. Телефоны не ловят. Сходить с тропы опасно.

– А еще до нас тут терялись люди, – он улыбнулся. – Но мы же – не они. Мы везучие. И у меня компас есть. Девиз: безумие и отвага. Идем?

Ему не удалось быть достаточно убедительным. Она мотнула головой, шарахнулась в сторону, запустила в волосы руки.

– Нет! Я не могу бросить Розэ. Он для меня как второй ребенок. Но мне страшно.

– Все будет хорошо. Ты ведь знаешь, что, пока я рядом, моя семья как за каменной стеной. Мы не можем бросить Розэ.

Груз вины вкупе со страхом огромной тяжестью осели на ее плечи. Поэтому она была очень рада и благодарна ему за нужные слова, найденные в нужный момент.

Она согласилась.

Они сошли с тропы возле большого корявого дуба. Он намотал на руку поводок, жена подняла с земли искореженный карабин. В глубине души она знала, что поступает неразумно, а щенок скорее всего никогда уже не вернется. И все же она поддалась, пошла. Юра подумал: очередная легкая победа.

Компас был настроен ровно на запад. Ровно через два километра, если никуда не сворачивать – а он не собирался никуда сворачивать – можно будет увидеть следующую метку.

Он нарочно старался не замедляться, он ломился даже сквозь кусты, практически не сбавляя ходу. Иногда выкрикивал для виду:

– Розэ! Розэ!

Жена и дочь шли следом за ним, тоже крича Розэ. Результата это никакого, конечно же, не принесло. Собаки и след простыл. А они все больше отдалялись от тропы, и жене это нравилось все меньше. Он ощущал этот зудящий вопросительный взгляд всей своей спиной. И вот она открыла рот не для того, чтобы в очередной раз крикнуть, а обращаясь к нему:

– Юр, давай вернемся. Мы уже слишком далеко ушли.

Юра тут же остановился. На самом деле у него больше не было никакого плана. Основное он выполнил, семью с тропы выманил. А дальше оставалось импровизировать и изворачиваться.

Изворачиваться он умел неплохо, всё-таки бизнесмен как-никак.

Юра развернулся к жене.

– Что-то я устал идти.

– Предлагаешь отдохнуть? Прямо тут?

– Можно. Почему нет?

Она посмотрела по сторонам и поежилась. Без слов было понятно, как сильно ей тут не нравится. Можно подумать, он сам кайфовал от этого угрюмого леса.

– Давайте на тропе отдохнем? Мы ведь отошли от нее недалеко, я засекала. Минут десять идти.

– Так, ну ладно я, но ты хоть ребенка пожалей. Солнышко, устала? – спросил он приторным голосом, который предназначался только Ксюше.

– Устала, – закивала дочка. – А Розэ к нам вернется? Он нас слышал?

– Наверное, слышал. Просто он пока что далеко отсюда, ему надо время, чтобы до нас добежать.

Дочка поняла его. Он расстелил туристический коврик, она уселась на него и потребовала перекус. Жене ничего не оставалось, как присоединиться. Когда перекус закончился, она первая вскочила на ноги.

– Пора, пойдемте.

– Что ты суетишься? – спросил он.

– Мне здесь не нравится, – отрезала она.

Он медленно собрал вещи. Жена уже почти скрылась за деревом. Она окликнул ее:

– Эй, ты куда? Нам в другую сторону.

Она остановилась и повернулась к нему.

– Этого не может быть. Мы пришли оттуда.

– Нет. Мы пришли оттуда, – он ткнул в противоположную сторону.

– Ты ошибаешься.

– Я не могу ошибаться, у меня компас.

Он помахал в воздухе компасом.

– Смотри, мы пришли с севера. Значит, нам нужно идти на север, чтобы вернуться.

– Папа, что это? Дай посмотреть.

– Это компас, детка, он указывает путь. Смотри, тут стрелочка, которая может указывать стороны света. На, подержи, только не сломай. Покажи маме, куда нам надо идти. По стрелочке, правильно.

Его игра была весьма дешевой и рассчитанной на то, что его авторитет превысит здравомыслие жены. Она не бы да совсем уж дурой, но имела привычку во всем ему поддаваться. Однако, пришлось потратить время, чтобы убедить ее в своей правоте.

В конце концов она поступила так, как он и хотел. Они двинулись в направлении севера. Вот только прошло десять минут, двадцать, он проглядел все глаза, а знака нигде не было.

Жена за спиной тревожно спросила:

– Милый, разве мы не должны были уже выйти на тропу?

Он остановился, зачем-то потряс компас. Сказал:

– Наверное, мы слишком медленно идем. Давайте пошустрее. Тропа точно впереди.

Но ни через пять, ни через десять, ни через пятнадцать минут ничего не изменилось.

Знак так и не встретился. Они должны были выйти к большому оврагу, который просто невозможно пропустить.

Это значило, что они заблудились. Он достал из кармана телефон, чтобы свериться с встроенным в телефон компасом.

В это время позади него жена открыла свой рот, что было совсем не кстати.

– Мы заблудились, да? Заблудились?

Он почувствовал в голосе жены обвинительные нотки, которые всегда ненавидел, а сейчас тем более не мог снести.

Он так резко развернулся на месте, что жена отшатнулась от него.

– У нас сломался компас. Он показывает отклонение почти на градус.

Он резко присел и схватил дочь за курточку.

– Ты сломала компас? Признавайся, ты его роняла, пока я не видел?

Дочь заплакала.

Жена заорала на него.

Какой же он идиот.