Александр Леев
Космическая брань

Казус принцессы

Детей им бог не дал. Лучшие лекари Цивилизованных Земель только пожимали плечами, а приглашенные знаменитые колдуны из Диких Краев советовали приносить жертвы и молиться богам. Во время свадебного путешествия королевской четы по «Семи мирам» судьба привела их на рабовладельческий рынок города Бахтада. И там среди разномастных тварей мира приглянулась им одна девочка, что одиноко сидела в клетке и смотрела на них своими умными и красивыми глазками. Работорговец сказал: сирота, никакой родословной – отдал быстро, недорого и не торгуясь. На теле девочки обнаружилась татуировка, значение которой так и осталось неразгаданным. Ребенку на вид было года два. Чета удочерила сироту и дала ей имя Гюлюза. Девочка о своем происхождении не знала, все обставили так, что королева забеременела и родила принцессу во время их трехлетнего путешествия. Гюлюза оказалась подвижным, живым и здоровым ребенком. Не болела она и вовсе, никто и не помнил, чтобы какая -либо зараза посягала на здоровье девочки, чума занесенная пришлыми торговцами и скосившая пятую часть населения королевства, ее даже не коснулась. Принцесса становилась все краше и каждому было понятно, что скоро народ потянется в их королевство, чтобы воочию взглянуть на этот бриллиант. Сама королева тоже слыла красотой, и многие художники запечатлели в «Вечности» ее образ, но у ее дочери красота была особенная, неземная. Все говорили, что красотой пошла в мать, а ростом в отца. Высокая и стройная она носилась в королевском саду, заражая весь двор весельем и жизнелюбием. Родители ни в чем не отказывали своей дочурке, любили ее очень. Дали ей прекрасное образование, как в искусстве, так в науке. Учителей выписывали самых лучших, ни в чем не скупились. Дочь имела неудержимую тягу к познанию вещей до самой их сути, и часто ставило в тупик преподавателей своими вопросами. Короче, принцесса была развита не по годам. Была послушна и отвечала взаимностью родителям. И все было бы хорошо, если бы не случилась с ней одна напасть.

К четырнадцати годам принцесса начала интересоваться противоположным полом. Поговаривали, что стали ее видеть часто с отроком плебейского рода. И как-то ночью дворец разбудил дикий крик. Прибежала стража к королю, говорит, из покоев принцессы крики. Когда царь ворвался в покои дочери, то увидел, что плебейский сученок весь в крови, постель дочери в крови, и ковры из редких лизунов плоскодонных на полу тоже в крови. Уже потянулся за мечом отец, думал, душегуб убил дочку. А потом видит, дочь то жива, целехонька. Только низ живота в крови. Позор, да не страшный. Да и не позор, а так. Слуг сошлют подальше, да и никто не узнает. Только не могут понять, что холоп то орет и кровь между ног у него хлыщет. Спрашивают его, а он, мол дочка ему уд откусила. Глянули и действительно, уда нет. Ну откусила и откусила, неча к знатной девице в постель лазать. Отец даже про себя подумал, эх дочурка в меня пошла, не даст себя в обиду. Челядь схоронили в глубоких подземных казематах. А судьба оскопленного сами понимаете какая была.

Прошел год. Забыли уже все родители. А вот дочь все грустит, не веселиться. И не говорит о причинах тоски. Нянечки шепчутся, мол ранняя, замуж надо, невмоготу ей – плоть играет. Бог в помощь – праздник уж близко. На день Могучей Победы пригласили гостей знатных. Намекнули некоторым, чтобы везли женихов. Удался праздник, выплясывали до упаду, пили хмельной воды вдоволь. И дочка ожила, повеселела. Приглянулся ей один – настоящий воин, древних горных кровей. Не шибко умный, как и его родич, зато красавец. Весь вечер парочка шепталась и обжималась, а ближе к ночи, в разгар буйного веселья, и вовсе пропала.

После полуночи царь обсуждал с будущим тестем два дела: войну и свадьбу. Оба изрядно пьяные планировали, очередную войну с ближайшим соседом, который тоже был зван и сидел через два стола от них. Маленькую победоносную войну с соседним княжеством планировали начать на следующей неделе. Свадьбу же планировали через месяц, после раздела территории. Как раз в момент обсуждение сроков войны и свадьбы, прибежала взволнованная челядь. Хотели сказать все по секрету, да царь изрядно выпивший, сказал, чтобы говорили при будущем родственнике. Челядь спорить не стала, молвит, что крики в спальни дочери и там такое, но посмотрев на собутыльника короля, распространяться не стала. Лицо царя тут же посерело. Хотел было, избавиться от компании горца. Да не тут то было. Тот настоял, хрюкнул на своем наречии и еще двоих своих прихватил. Царь дал тайный знак – звать людей нужных, и пошел со стражей в покои дочери. Как только двери покоев царской дочери открылась, горец успел увидеть двух мертвых стражников короля, лежащих на редких и дорогих коврах, и сына своего, в гневе избивающего королевскую дочь. Больше он ничего не успел увидеть – царский кинжал точно и быстро прервал жизнь князя. Охрану гостя быстро зачистили. С несостоявшимся женихом церемонится не стали – порешили тут же в покоях. С дочкой ничего страшного не случилось, пару синяков и губа разбитая. Утром, пока весть о коварном предательстве горца и его покушении на жизнь царя и его семьи не распространилась по округе, напали на княжество в союзе с тем самым соседом, что сидел через два стола. Маленькая победоносная война оказалась столь успешной, что прославила царя и прибавила ему еще земель.

Что касается дочери, то тут было не все так гладко. Понятно, свидетелей схоронили в казематах. Но с дочкой надо было, что-то делать – второй ее любовник, лишался детородного органа. С дочкой наконец-то решили поговорить. Мать продержалась не долго, выбежал вся в слезах и в ужасе.

Тут же вызвали доктора дочке и заодно к королеве. После еще много докторов и колдунов приезжало. Слух о токсичности замка для врачей и колдунов стал распространяться по стране. Никто не хотел ехать, чтобы навсегда там сгинуть. Тогда вызвали пришлого из Дальних Миров. Когда и тот подтвердил страшный диагноз, убивать не стали, заплатили сверху, быстро сопроводили и велели молчать.

Решено было изолировать дочь. Мать поплакала. Дочь приняла новость стойко, во всем доверилась родителям. Сослали принцессу в Крайние миры. Предварительно к ее приезду построили там крепость прочную и комфортную. Замуровали ее там, оставили лишь дырку для подачи еды и воды. Да велели толковому человеку еду доставлять, да следить за всем и докладывать.