Михаил Кот
Серебряный приговор

Часть 1. Последний портрет

Лев вышел из поликлиники, сжав в кулаке не бумажку с диагнозом, а два слова, отпечатавшиеся в мозгу: «месяцы» и «неоперабельно». Мир не рухнул – он застыл, стал плоским и беззвучным. Вместо того чтобы ехать домой, в пустую квартиру, где ещё пахло её духами, он сел на первый попавшийся поезд. Бежал. Не от смерти – от той жизни, что внезапно закончилась.

В старом городе, куда он забрёл на следующий день, витрина притянула взгляд. Не яркая, а тёмная, с одной единственной надписью на выцветшей карточке: «Дагерротип. Портрет на века». За стеклом – лицо девушки из позапрошлого столетия, смотрящее с такой ясной печалью, что Лёва задержался. Он не хотел памятника. Он хотел доказательства. Что был. Что чувствовал. Чего-то настоящего, не цифрового.

За последние годы всё стало таким ненастоящим. Ему остро захотелось оставить после себя материальный след – что-то, к чему можно прикоснуться, что переживёт его. Где-то в памяти всплыло: дагерротип. Не цифровой файл, а единственный, вечный физический отпечаток на серебре. Снимок, который либо есть, либо его нет. Это казалось таким же окончательным и не стираемым, как и его диагноз. Последний – на века.

Колокольчик над дверью звякнул устало. Внутри пахло старым деревом, пылью и чем-то едким – словно в аптеке или в лаборатории алхимика. Сотни глаз со стен наблюдали за ним: мужчины в сюртуках, женщины в высоких воротничках. Все давно умерли. Все – здесь.

– Вы записывались? – Голос был спокойным, без привычных в таких местах сочувственных ноток.

Из-за стола с тяжёлым прессом поднялась женщина. Лет сорока, не больше. Простое тёмно-серое платье, волосы, собранные в небрежный, но изящный узел. Никакой таинственности – лишь усталая, приземлённая уверенность.

– Да, – Лёва вынул из кармана смятый чек. – На Льва. Хочу портрет. Последний.

Она – Агата – кивнула, взглянув на него так, будто уже прочла первую главу его истории.

– Дагерротип не прощает суеты, – сказала она, отодвигая занавеску в глубину мастерской. – Семь минут полной неподвижности. Моргнёте – и на пластине останется только ваше нетерпение. Готовы к такой тишине?

Он лишь кивнул, следуя за ней в комнату, залитую красным светом. Это был не романтический полумрак, а рабочий, густой сумрак, в котором плясали пылинки. На стене тикали старинные часы – мерный, почти гипнотический звук, отсчитывающий секунды, которых у него теперь было слишком мало и одновременно бесконечно много.

Часть 2. Семь минут до проявления.

Кресло оказалось жёстким, с холодной металлической подставкой для затылка. Агата поправила его плечи, её пальцы – прохладные и точные – на миг коснулись его шеи.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.