# Валюша

Катерина Русинова

Мини история отонкой грани между разумом ибезумием, где ужас рождается невотьме, авнутри человека.

Психиатр Елена Сергеевна привыкла кбезумию своих пациентов, ноновая поступившая, рушит все её представления ореальности. Голоса, мёртвые родственники изагадочный Коньё, становятся началом истории, где грань между врачом ипациентом, разумом ибезумием исчезает навсегда.

Глава 1

Каждый день одно и тоже. Те же самые Наполеоны, Иисусы и Гитлеры. Именно так можно описать мою работу, да и всю жизнь. Много лет ничего не менялось, пока я не встретила её.

Меня зовут Елена Сергеевна. Работаю я в психиатрической больнице города Рест, врач – психиатр со стажем работы в пятнадцать лет.

Каждый день у меня проходит одинаково, просто день сурка. Я просыпаюсь, пью кофе, с чем-то сладким, собираюсь и еду на работу. Там меня встречает санитар, рассказывает новости за ночь. Обычно ничего интересного. После этого перебираю какие-нибудь бумажки, работаю с пациентами и домой. И на следующий день всё повторяется.

Когда я еще только училась, мы разбирали кучу интересных случаев психиатрических болезней. Есть люди которые убеждены, что по ним что-то ползает, бывают люди у которых руки живут своей жизнью. А помните мышонка из мультфильма «Рататуй», он видел еду в цветах, это тоже некое отклонение. На практике же, такие случаи очень редкие.

В больнице, Иисус, два Наполеона и Гитлер, так же парочка пациентов с суицидальными наклонностями и любители показывать свои прелести. У меня всегда было дикое желание помогать людям. А почему я выбрала психиатрию? Уже честно и не помню.

Спустя пятнадцать лет работы, а если быть точнее четырнадцать лет, одиннадцать месяцев и семнадцать дней, в свой последний рабочий день, я не ушла домой, а стала пациенткой.

Глава 2

– Елена Сергеевна, доброе утро. У вас там Иисус бунтует. – со смешком и ноткой иронии сообщил мне санитар.

Я как раз собиралась идти в свой кабинет, должна была поступить новенькая, но решить проблему нужно.

Проходя практику во время учебы, таких ситуаций никогда не было. Всегда всё было спокойно, до сильно буйных, практикантов не допускали. По этому закончив обучение, я столкнулось с реальностью. Будучи врачом первый год, я вечно носилась от пациента к пациенту, по два часа пыталась уладить какие-то восстания и точно понимала, что ничему нужному меня не научили. Я была не готова. Сейчас такие проблемы я устраняю в течении пяти минут. Я горжусь собой: тем как я выросла и чему научилась во время своей практики.

– Как можно пропустить пришествие Иисуса, уже бегу. – улыбаясь ответила я.

Не дойдя до кабинета, я развернулась и пошла в общую комнату. Пациенты называют её комната праздника. Там часто проводятся какие-то мероприятия для них: танцы, кукольные театры, музыканты выступают и многое другое.

Зайдя в комнату я увидела как Иисус стоит на стуле и громко выкрикивает всем собравшимся, что мир катится вниз и мы должны его спасти.

Обойдя толпу я подошла ближе.

– Простите! – сказала я смотрев прямо на него.

– Да, дочь моя – ответив он и протянул мне руку.

– Можно пожалуйста с вами поговорить?

– Конечно.

Иисус взял меня за руку и отвёл к столику с двумя стульями стоявшими в углу. Интерес толпы пропал, они разбились на группы, начали общаться и заниматься своими делами.

– Скажите, что случилось? – мягким голосом спросила я.

– Дочь моя, ты что не видишь? – удивлено ответил он и рукой показал на весь зал.

Я оглянулась, но никакой нужной информации для себя не получила.

– Я же просто человек, вы видите то, что нам видеть не дано. Скажите пожалуйста.

– Я хотел продемонстрировать людям как делаю вино из воды. Но вода очень, очень плохая, время такое, все на всём экономят. Даже на воде. И как мне людям чудо показать?! – он был возмущен.

– Вы правы, вода стала хуже чем была много лет назад. Я бы хотела помочь вам.

– Молись, дочь моя, я всё исправлю.

На этом диалог был закончен, а проблема решена.

Важно не усугубить ситуацию. У пациентов бывают периоды обострения, это надо принять и быть рядом. А уже потом на личной встрече всё выяснить и помочь, делать это на людях не правильно, да и результат будет максимально отрицательный.

В комнате праздника всегда очень светло, окна с двух сторон и солнце всегда светит, не важно восход это или закат. Сидя на том же стуле в углу, я утопала в своих мыслях. Бездумно оглядывая всех кто был в комнате. Мой взгляд застыл на девушке стоящей у двери. И в тот миг, я заметила как куча мыслей и воспоминаний уходят на второй план и постепенно исчезают. Теперь мои мысли были заняты девушкой. Кто она? Не высокая, со светло-русыми волосами и тусклыми, зелеными глазами. Нос у неё был острый, с горбинкой. И одета она была в какую-то теплую и уже достаточно потасканную пижаму. В комнате праздника есть две двери, одна ведет в коридор с палатами, а другая входная. Когда кто-то поступает, их либо ведут сразу ко мне в кабинет, либо в праздничную комнату.

– Алексей! – позвала я санитара, махнув ему рукой, указывающее мое местоположение.

– Да Елена Сергеевна? – подойдя ко мне произнес он.

– Что за девушка? – легким движением глаз, я показала в сторону человека про которого говорю.

– Это же новенькая. Я как раз её вел к вам, когда вы побежали к Иисусу. Документы у вас на столе.

– Хорошо. Отведи её ко мне.

Глава 3

Здание у нас было не большое, двухэтажное. На первом этаже кухня, прачечная и всё нужное для комфортного проживания наших постояльцев. На втором этаже, моё рабочее место, комната праздника, столовая и палаты.

Мой кабинет разделен на две части. В одной стоит стол, стул, компьютер, стеллаж с карточками пациентов. В другой части кабинета стоит кресло для меня, такое удобное, шикарное. Напротив диван, тоже очень удобный и большой, для пациентов. Кто-то любит развалиться на нем, а кто-то занимает очень маленькую его часть. Вокруг очень много цветов в горшках. Я не очень люблю цветы, да и они меня похоже тоже. Мне сложно за ними следить, я забываю их поливать и они умирают. Но пациентам они помогают расслабиться, добавляют уюта и комфорта. По этому что бы сделать всем хорошо, я попросила девушку, что убирается в моем кабинете, следить и за цветами тоже. Она как раз таки из тех людей, которые просто мимо проходят и всё расцветает. И как после этого не верить в существование ауры?

Ожидая, я просматривала карточку пациентки. Молодая девушка тридцать два года. Из близких никого, только Коньё, записано с её слов, не известна ни степень родства ни кто такой Коньё.

– Елена Сергеевна, можно? – Алексей засунул голову в дверь.

За его широкой спиной, эту хрупкую девушку совсем не было видно.

– Да, конечно, проходите. – я встала и подошла поближе к двери, что бы поприветствовать её.

Алексей вышел из дверного проема и отступил в сторону, дав возможность девушке пройти вперед, после указал рукой на диван.

– Проходи, садись. – мягко сказал он.

Я слышала истории от коллег, что санитары избивают пациентов, издеваются над ними и творят ужасные вещи. Надеюсь, что это просто слухи и такого нет ни в одной больнице. Но главное – что в моей нет. Весь персонал с уважением относится ко всем. Они могут не понимать, но уважительно относиться не перестанут. Так что каждый день я вижу как крупный мужчина, таких еще называют шкафами, аккуратно проводит девушку и приятным нежным голосом говорит ей «проходи, садись».

Пациентка была скована, плечи и голова опущены, пальцы сцепленны в замок. Но при всём при этом походка была очень уверенная. Она села в самый центр дивана, прям на против моего кресла. Проконтролировав ситуацию, Алексей аккуратно, тихонько закрыл дверь и ушел.

– Здравствуйте.

– Здравствуйте. – ответила девушка.

Теперь её голова не была опущена. Она была направлена в мою сторону, а глаза изучали окружающую обстановку.

– Вы хотите воды?

– Хочу на ты. И воду хочу.

С учебы у меня в голове на долго врезалась фраза одного преподавателя. Он сказал никогда не предлагайте пациентам чай либо кофе, если не хотите каждый день его делать по десять раз, предлагайте воду. Я думаю он имел ввиду вообще всё в жизни, если не хочешь делать что-то постоянно, просто не делай этого в первый раз. Я же поняла эту фразу буквально и не предлагала чай либо кофе. Только воду.

Поставив стакан воды на чайный столик у дивана, я снова села на своё место и продолжила.

– Как я могу вас назвать?

На этом этапе уже много что можно понять по человеку. Кто он и какую роль играет в жизни.

– Я хочу на ты. – спокойно сказала пациентка.

– Хорошо. Как к тебе можно обращаться? Как тебя зовут?

– Валентина. Но мне нравится Валюша. Часто когда люди говорят Валентина или Валя, я не откликаюсь.

Врачу важно расположить к себе пациента, построить доверительные отношения. Поэтому я никогда не против называть их так, как им нравится.

– Меня зовут Елена Сергеевна. Ты не против поговорить со мной и ответить на вопросы?

– Не против.

– Валюша, скажи ты знаешь где ты?

– Я в больнице.

– А в какой больнице?

– Для психически больных.

Она отвечала на вопросы очень спокойно. В голосе не было ни страха, ни переживания. За всю мою практику такого пациента никогда не было.

У нас есть постояльцы, которые полежат, выходят и снова возвращаются, но даже они испытывают дискомфорт каждый раз. Валюша же наоборот, как будто полностью принимала эту ситуацию и не испытывала желания что-то менять.

– Ты знаешь почему ты здесь?

– Да.

– Можешь мне рассказать?

– Меня боятся соседи.

– Почему?

– Возможно потому что я другая.

– Это они сюда тебя направили?

– Да.

– Ты можешь рассказать как это было?

– Я не знаю… Врач сказал, что позвонили соседи… и сказали, что переживают за меня, что мне нужна помощь.

– Тебя напугали врачи?

– Нет. Я их уже видела.

Девушка и правда уже лежала в таких больницах как наша. Не долго. Сама туда пришла и через неделю сама ушла.

– Расскажи, что было дальше?

– Меня отвезли в больницу… Там взяли анализы…

Девушка говорила очень медленно, но четко.

– Что потом?

– Сказали, что все анализы хорошие… и я могу ехать к вам. Тут мне помогут.

Глава 4

В нашей работе всё гораздо сложнее, чем у врачей работающих с телом. К ним приходит пациент и рассказывает, болит тут, кровь идёт от туда, тут что-то зеленое и всё в этом роде. Из полученных данных врач делает вывод и ставит диагноз. В моей же работе пациенты не видят симптомов, они не знаю что больны, не знаю что им нужна помощь. И тебе самой надо искать симптомы, искать крючки в их историях, чтобы понять когда это началось. Может пройти много времени и ты так и не узнаешь, что с твоим пациентом, потому что он просто молчал и был не готов идти на контакт.

С Валюшей всё было совершено по другому. Она не то что бы охотно, но рассказывала всё что я просила.

Когда начался час нашей встречи, я немного проветрила помещение, казалось, что катастрофически не хватает воздуха. Алексей привел Валентину и тихонько ушел, как и всегда. Она села, я предложила воды.

– Как ты? – аккуратно начала я.

– Хорошо.

– Тебе у нас комфортно?

– Да.

Для каждого пациента есть определенное время встречи со мной. Я бы конечно хотела уделить каждому больше времени, но как говориться «я у вас одна, а вас у меня много».

– Валюша, скажи… – я остановилась, что бы подумать.

Нужен какой-то крючок, в какую сторону пойти. Чаще всего врачи начинают возвращать пациента в детство или к родителям. Я подумала, что для этого рано, либо надо как-то к этому подвести, не задавать такие вопросы в лоб.

– Скажи, почему тебе нравится когда тебя зовут Валюша? – продолжила я.

– Меня называла так мама.

– Это мило. А где твоя мама сейчас? – я была рада, что разговор сам ушел в нужное русло.

– Её нет.

– Ты можешь рассказать что случилось?

Она стала осматривать комнату, уже не просто глазами, а поворачивая голову целиком. Тогда я не обратила внимания, но это выглядело так будто она за кем-то следила.

– Разве у вас нет данных? В карте про это не написано?

– Какая-то информация есть. – я снова остановилась.

На пациентов нельзя давить и за них нельзя рассказывать. Важно, что бы она сама всё рассказывала, важно понимать её взгляд на ситуацию, что она чувствует.

Да я знала, что у неё была мама и старшая сестра и что пол года назад они умерли. Я знаю сухие факты, а мне нужно знать её правду.

– Я бы хотела узнать от тебя. Ты не против рассказать мне.

– Мама умерла в день полной луны. Я не могла уснуть. – она замолчала.

Это плохо – подумала я.

– Почему ты не могла уснуть?

Молчание длилось минуты две. Не много. Возможно в этот момент она вспоминала какие-то подробности. Если бы молчание продолжилось, я бы вернула ее к нашему разговору, но я всё таки решила подождать.

– Днем… – смотря в окно, начала говорить Валюша. – мы с мамой гуляли по рынку… Я рассказывала ей историю, про мальчика, с которым мы учились в школе… Рассказывала как он провожал меня после школы… Как защищал от обидчиков… И как у него сейчас всё хорошо. Но…

– Что но? – я хотела продолжение истории.

– Но, я не могла вспомнить его имени. Из-за этого я не спала… И луна как будто бы еще больше давила на меня…

– Ты смогла вспомнить?

– Да… Я вспомнила, пошла к маме что бы сказать… – молчание. – она спала…

– И что ты?

– Я встала рядом с кроватью, смотрела на неё и ждала когда она проснется… – Валюша замолчала.

По телу пробежала дрожь. Я слышала много историй, но эта почему то была более жуткой, чем все остальные. Я представила, как открываю глаза, а надо мной нависает силуэт человека и говорит «я вспомнила, его звали…»

– Почему ты не разбудила её?

– Я не знаю.

– И как долго ты так стояла?

– Не долго… В девять утра к нам пришел почтальон. Был день получения пенсии.

– И мама проснулась?

– Нет… В тот день она уснула навсегда…

В этот момент мне стало еще страшнее. И я не понимала, с моим то опытом пугаться таких ситуаций.

Немного помолчав она продолжила, я была рада, так как сама не знала, что сказать.

– Пришел почтальон и позвонил в дверь… Я отвлеклась… Он должен отдавать пенсию лично в руки, поэтому он прошел к маме в комнату и понял что её уже нет…

– Я соболезную тебе. – с теплотой и грустью сказала я. – Тебя это сильно расстроило?

– Очень. – ответила Валюша. А потом отведя глаза от окна и посмотрев на меня она добавила. – Вы понимаете я ведь вспомнила его имя… А она не успела его узнать… Меня это сильно расстраивает… Ради чего всё это… Я смогла вспомнить, но не рассказать ей.

Уровень страха в моем теле повысился. Сердце билось с бешеной скоростью. Не представляю, как внешне мне удалось изобразить невозмутимость и спокойствие. В этот момент зашел Алексей. Пора было идти кушать и по плану следующий пациент. Я проводила Валентину и поблагодарила её за разговор.

Когда они вышли, я закрыла за ними дверь, облокотилась на неё спиной и слегка стекла. Мурашки бегали по всему телу, я чувствовала холодный пот по спине. В голове менялась куча картинок, но в основном силуэт худой девушки, стоящей надо мной спящей в лунном свете. Я представляла ужас, который испытала бы, открыв глаза.

Через минут десять, я смогла собрать себя в кучу. Встала и приняла успокоительное, благо этого добра тут навалом.


Глава 5

До конца смены я была в автономном режиме. За годы практики могу себе позволить не включаться в каждое дело, а делать это на автомате.

Ночью, дома я не могла уснуть и всё из-за полной луны. Какое совпадение! Раньше я видела красоту в этом, а сейчас только закрыв глаза, видела как мимо кто-то проходит. С ужасом открывала глаза, приподнимаясь на кровати, оглядывала комнату. Конечно же никого не было, двери были закрыты и у меня квартира на 4 этаже. Тут точно никого не может быть.

Но мой мозг бесщадно рисовал самые ужасные картинки. Сквозь закрытые веки, я видела силуэты перекрывающие свет луны. Я пыталась говорит с собой, пыталась убеждать себя, что ничего этого нет, но страх каждый раз заставлял меня открывать глаза.


Я смогла уснуть только, когда солнце сменило луну. У меня был выходной. В этот день в больнице есть дежурный врач и если я буду нужна – мне позвонят. Выходной, но я никогда ничего не планировала, на этот день. Просто проводила его дома, валяясь на диване и смотря сериалы с вкусняшками.

Выспавшись и немного отойдя от ночи, я как обычно собралась пить кофе. Запустив кофемашину, меня отвлёк телефонный звонок. Это был мой очень хороший друг Игорь. Мы дружили еще со школы. Он не был моим одноклассником, учился в параллельном классе. Да, возможно, я его всю жизнь держу во френдзоне. Но так лучше. С моей работой, построить счастливую семью – нереально. Хочу отметить, что семью – реально, но счастливую – нет.

– Ало.

– Я знаю, что у тебя фальшивый выходной и знаю, что ты в это время запускаешь кофемашину. – я слышала улыбку в голосе.

– Ты слишком хорошо меня знаешь – слегка флиртуя ответила я.

– Давай бросай всё, я уже еду к тебе, пойдём пить кофе!

Я с радостью согласилась и побежала одеваться.

Игорь был прекрасным другом, прекрасным мужчиной. Он был высокий, волосы у него были трех цветов. На голове темно-русые и светло-русые, а в бороде добавлялся рыжий цвет. Карие глаза и очень добрая улыбка. Работал он в полиции, следователем. Ему ужасно шла форма. Он был как дядя Стёпа, к нему хотелось прийти за помощью, вот такая у него была аура, а не такая как у некоторых, которые пользуются своей властью во благо себе, от таких хочется держаться подальше. Он всегда чувствовал и знал, когда мне нужна его поддержка. Я в свою очередь тоже всегда поддерживала его, но он обычно брыкался и говорил что бы я не рылась в его башке. Возможно это профдеформация, когда ты с близкими начинаешь общаться, как с пациентами.

Я собралась, распустила волосы, надела летнее платье. Хотелось какой-то легкости, хотя бы во внешнем виде. Во дворе меня уже ждал Игорь, я помахала рукой издалека и побежала в сторону машины.

– Привет, дорогая. – он вышел из машины и обнял меня.

Он всегда очень крепко обнимал меня, вдыхая запах моих волос. Давно было понятно, что он испытывает чувства ко мне, да и я к нему тоже, чего уж скрывать. Но я точно уверена, что от наших отношений будет больше зла чем добра.

– Привет. – слегка отстраненно ответила я.

– Что случилось? – отодвинув меня за плечи, встревоженно спросил.

– С чего ты взял что что-то случилось?

– Я чувствую.

– Да ладно. Это мои мешки под глазами меня выдают, да? – я засмеялась.

Большинство людей когда хотят что-то скрыть, пытаются отшутится. Вот я вам – как пример.

– Какие мешки? Ты прекрасно выглядишь. Поехали, покормлю тебя, там ты подобреешь и всё мне расскажешь.

Мы так и сделали. Поехали в ближайшее кафе, нам там очень сильно нравился кофе, но вот их десерты – всегда были не первой свежести. До сих пор помню тот сметанник, об который можно было зубы сломать. Поэтому мы брали там кофе и шли в ближайший парк.

Мы всё разговаривали и разговаривали. Нам нравилось проводить время вместе. Даже когда уже кончался кофе, мы теребили стаканчики в руках, лишь бы не расходиться.

– Нам нужен еще кофе! – по лидерски произнес Игорь, встав с лавки и подняв стаканчик над головой.

В тот момент я вскочила очень быстро, как будто всю жизнь ждала этого предложения.

– За кофе! – поддержала я общую атмосферу и маршируя направилась в кофейню.

После этого мы пошли прогуляться, надоело сидеть. Гуляли до тех пор пока темы для разговора не закончились. Молча, я пошла чуть быстрее или возможно он замедлился, а после и вообще остановился.

– Лен! – окликнул он меня.

– Что? – обернувшись я увидела, что он стоит на месте и как будто пытается подобрать слова.

Как я уже говорила мы давно дружим и тема отношений никогда не всплывала. Возможно он сильно стеснялся, либо понимал, что я замужем за работой. Не смотря на это, я начала нервничать.

– Скажи мне! – вскрикнул он.

– Что сказать? – я нервно проглотила слюну.

– Что случилось? Я же не тупой. Я вижу.

– Ох, Игорь! – с облегчением сказала я.

– Давай рассказывай! Ты же врач. Что бы ты посоветовала самой себе?

Я начала улыбаться смотря на него. Но почему? Почему так получается? Почему я не плюнула на работу и не осталась бы навсегда с этим прекрасным мужчиной? И почему он дурак, не достался какой-то хорошей девушке, которая любила бы его и берегла? Почему всё так?

– Всё хорошо. Просто на работе новая пациентка. Все мысли о ней. Если будет что-то серьезное, я обязательно поделюсь с тобой.

Я подошла, положила руки ему на плечи и поцеловала в щеку. Но через секунду пожалела о своем поступке. Надо стараться не давать ему повода.

– Спасибо тебе за поддержку.

– Не за что. – слегка расстроено сказал он.

Мы с Игорем никогда не общались по поводу своих работ. Он не рассказывал про своих преступников, я не рассказывала о пациентах. Во-первых, это не этично, а во-вторых, он тоже жил на работе. Не хотелось что бы наши работы заполонили всю нашу жизнь. Поэтому во время прогулок, мы обсуждали погоду, кино, события в мире, всё что угодно, только не работу.

Глава 6

Следующее утро было у меня как всегда: подъем, кофе, машина, работа.

С Валюшей в этот день встречи не было. Поэтому я расслабленно принимала других пациентов. Заполняла документы. Обычный спокойный день. К шестнадцати часам я пошла в праздничную комнату, посмотреть перед уходом, кто чем занимается.

Кто-то сидел за столом и перекладывал цветные карандаши, по его мнению в правильном порядке, совершенно не используя их по назначению. Иисус и Гитлер смотрели в окно и делились планами на мир. А вот Валюши не было. Я поняла, что я пошла посмотреть только из-за неё. Такая некая самозащита, удостовериться что она тут, под охраной санитаров и дома у меня её точно быть не может. Я оглянулась несколько раз – безуспешно. В комнате её не было.

Я услышала милый смех, такой когда человек вспоминает что-то из жизни и сам смеется над своими мыслями. Но повернувшись и увидев её, смех мне уже не казался милым, он казался страшным, жутким, ужасающим. Я собралась с мыслями и подошла к ней. Она сидела на полу, позади меня, около входной двери.

– Валюша, здравствуй. Чего так мило смеешься? Что-то вспомнила?

– Нет, просто смеюсь над ситуацией. – сказала она и отвернулась.

– Хорошо. – я не стала дальше расспрашивать. Сегодня я хотела спать нормально.

Выйдя из комнаты я закрыла за собой дверь и встряхнулась. Будто бы облегчая свое тело, после того как по нему бегал жуткий паук.

В эту ночь я и правда хорошо спала и в следующую ночь тоже. Да и вообще вся неделя прошла спокойно. Я смогла расслабиться и забыть про ту жуткую историю с Валюшей. И в течении недели мы, конечно, встречались, но разговоры были простыми, мы не касались каких-то страшных, секретных мест ее души и подсознания. Она рассказывала про школу, несколько работ, на которых держалась не очень долго. Содержали её мама и сестра.

Я начала к ней относиться так же, как и ко всем. Перестала бояться. И даже стала смеяться над собой. Ну какая глупость! Как можно было бояться и не спать из-за этого?

– Здравствуй. Проходи. – показав рукой на диван сказала я.

Первые разы пациентов в мой кабинет приводит санитар, после – когда они уже адаптируются к новой обстановке, приходят сами. К ним заходит медсестра и говорит что бы через пятнадцать минут шли ко мне в кабинет.

Валентина прошла на диван и сразу попросила воды. Только попросила налить её особенным способом.