Константин Коломенский
Зеркало для человечности: Сингулярность и выбор

Оглавление

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ: СИБИРЬ

АКТ ВОСЬМОЙ: ДОРОГА

1. Глава 1: Билет БЕЗ имени

2. Глава 2: Холодный вагон

3. Глава 3: Чёрная связь

4. Глава 4: Проводник

АКТ ДЕВЯТЫЙ: ТАЙГА

5. Глава 5: Координаты

6. Глава 6: Периметр

7. Глава 7: Корабль

8. Глава 8: Первый контакт

АКТ ДЕСЯТЫЙ: ХРОНОМЕТР

9. Глава 9: Пять минут

10. Глава 10: Третий человек

11. Глава 11: Живые свидетели

12. Глава 12: Взрослый договор

АКТ ОДИННАДЦАТЫЙ: ПРОЁМ

13. Глава 13: Смотреть нельзя

14. Глава 14: Платёж

15. Глава 15: Лестница вниз

16. Глава 16: Комната без минут

17. Глава 17: Приёмка

18. Глава 18: Сверка лиц

19. Глава 19: Кабинки

20. Глава 20: Секунды на стол

21. Глава 21: Свидетель леса

22. Глава 22: Действие вместо маршрута

23. Глава 23: Печать без слова

24. Глава 24: Нить

25. Глава 25: Архив привычек

26. Глава 26: Ответственный

27. Глава 27: Синхронизатор

28. Глава 28: Нить наружу

29. Глава 29: Обнуление

30. Глава 30: Снаружи

31. Глава 31: Узел

32. Глава 32: Протокол дезориентации

33. Глава 33: Нормировщик

34. Глава 34: Ритуал

35. Глава 35: Мост

36. Глава 36: Два факта

37. Глава 37: Санитария

38. Глава 38: Режим тишины

39. Глава 39: Предписание

40. Глава 40: Местные

41. Глава 41: Перекрытие

42. Глава 42: Магазин

43. Глава 43: Расписание

44. Глава 44: Без носителя

45. Глава 45: Фейковый источник

46. Глава 46: Изъять носителя

47. Глава 47: Нормировщик усиливает

48. Глава 48: Факт на витрине

49. Глава 49: Третий канал

50. Глава 50: Цена без лица

АКТ ДВЕНАДЦАТЫЙ: НОРМА

51. Глава 51: Список, который напишут сами

52. Глава 52: Приостановка

53. Глава 53: Автобус

54. Глава 54: Квитанция района

55. Глава 55: Ночь тишины

56. Глава 56: Утро после

57. Глава 57: Район

58. Глава 58: Временной штраф

59. Глава 59: Трещина района

60. Глава 60: Пятнадцать секунд

61. Глава 61: Позже

62. Глава 62: Подвал

63. Глава 63: Кассир смены

64. Глава 64: Очередь

65. Глава 65: Печать

66. Глава 66: Дверь без двери

67. Глава 67: Общая сессия

68. Глава 68: Стереть номер

69. Глава 69: Выход

70. Глава 70: Долг времени

АКТ ТРИНАДЦАТЫЙ: УСИЛЕНИЕ

71. Глава 71: Периметр услуг

72. Глава 72: Талон на воду

73. Глава 73: Спокойные

74. Глава 74: Кассир на площади

75. Глава 75: Стереть мел

76. Глава 76: Донос

77. Глава 77: Пустой рейс

78. Глава 78: Водитель

79. Глава 79: Журнал

80. Глава 80: Цена доказательства

АКТ ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ: СВИДЕТЕЛЬ

81. Глава 81: Кого изъять

82. Глава 82: Смена

83. Глава 83: Разговор с “сверху”

84. Глава 84: Протокол на свидетеля

85. Глава 85: Спасти – не значит спрятать

86. Глава 86: Не числится

87. Глава 87: Реакция

88. Глава 88: Последний рейс

89. Глава 89: Маршрут на север

90. Глава 90: Порог пятой книги

ЧАСТЬ ВТОРАЯ: ДВЕРЬ

АКТ ДЕСЯТЫЙ: ОТМЕНА

91. Глава 1: Список ТЕХ, КТО помнит

92. Глава 2: Ошибка коллинза

93. Глава 3: Модли

94. Глава 4: Голос

АКТ ОДИННАДЦАТЫЙ: ВХОД

95. Глава 5: Наблюдатели

96. Глава 6: Ключ и корабль

97. Глава 7: Не функция

98. Глава 8: ЦЕНА

99. Глава 9: Планетарный периметр

100. Глава 10: Карта тех, кто не числится

101. Глава 11: Протокол «облегчения»

102. Глава 12: Глобальный кассир

103. Глава 13: Мост

104. Глава 14: Внешний наблюдатель

105. Глава 15: Пробой по периметру

106. Глава 16: Ответная мера

107. Глава 17: Цена для ИИ

108. Глава 18: Планетарный выбор

109. Глава 19: Обычный день

110. Глава 20: Мальчик и дверь

111. Глава 21: Тишина, которая не убивает

112. Глава 22: Тот, кто читает

113. Глава 23: Те, кто не дошли

114. Глава 24: Комитет смотрит вниз

115. Глава 25: Последний протокол

116. Глава 26: Дверь, которая никуда не ведёт

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ: СИБИРЬ АКТ ВОСЬМОЙ: ДОРОГА Глава 1: Билет БЕЗ имени

Июнь 2026 года, 05:12

После «теперь вы слышите» город начал вести себя так, как ведут себя люди после шока: делать вид, что ничего не было, и всё равно оглядываться.

Аврора стояла у окна офиса и держала в руках не папку, а список: кто видел, кто снимал, кто «забыл». Анна «Штамп» назвала его сухо:

– Список риска.

Валозон не спорил. Он смотрел на море, но думал не о море.

Модли подсветил в интерфейсе коротко:

– Вероятность повторного воздействия уровня 2: высокая. – Вектор: транспорт / свидетели / документы.

– Они будут ловить нас по одному, – сказала Аврора.

Валозон кивнул. Ему не хотелось соглашаться вслух: слова иногда становятся уликой.

Бридж написал крупно, почти по-детски:

– Я ПОМНЮ.

Аврора коснулась экрана пальцем – глупо, по-человечески.

– Нам нужен последний ключ, – сказала она. – Корабль. Сибирь.

Анна подняла глаза.

– Комитет поставит периметр, – сказала она. – Если уже не поставил.

– И не охраной, – добавила Анна. – Памятью.

Валозон кивнул.

– Значит, мы поедем не как «экспедиция», – сказал он. – Мы поедем так, чтобы нас не нашли по дороге.

– И как? – спросила Аврора.

Анна достала пачку билетов. На каждом – имя. Не их.

– Билет без имени, – сказала она. – Вернее, с чужим. – Цена – чужие имена. – Выгода – доехать.

Аврора посмотрела на билеты и почувствовала тошноту: она ненавидела ложь. Но она ненавидела «Стирание» сильнее.

– Берём, – сказала она.

И в этот момент телефон Анны мигнул. Одна строка. Без номера.

– В ПРОТОКОЛ.

Модли подсветил в интерфейсе Валозона сухо: – Зафиксировано. Канал вероятного контроля: активен.

Анна усмехнулась.

– Уже, – прошептала она.

Глава 2: Холодный вагон

Июнь 2026 года, 21:40

Поезд пах железом и человеческой усталостью. Холодный вагон – не потому что мороз, а потому что люди в нём молчат, как будто молчание можно обменять на безопасность.

Аврора сидела у окна и смотрела на темноту, которая бежала навстречу. Рядом – Иван Фёдоров, теперь уже не «свидетель», а человек, который слишком рано понял, что свобода – это не слово, а цена.

– Я опять еду, – сказал он тихо. – И опять не знаю, куда.

– В этот раз – знаешь, – ответила Аврора. – И это уже роскошь.

Валозон сидел напротив. Он держал рюкзак, в котором не было «вещей». Там был корабль – мёртвый корпус, который всё ещё отвечает. И ключ – уже найденный. И всё это было слишком много для одной молнии на ткани.

Модли показывал на внутреннем экране три правила, как приговор:

– Не оставаться одному. – Не отвечать подробно. – Двери избегать. Разрывы любят проёмы.

Аврора прочитала и усмехнулась.

– Даже разрывы любят двери, – сказала Аврора.

Валозон не ответил. Он смотрел на проход, как на слабое место в живом.

В соседнем купе кто-то включил видео. Тихо. Наушники. Но звук просочился, как вода. И на секунду Аврора услышала собственный голос:

«Если вы завтра не будете помнить…»

Она вздрогнула.

– Они пересылают, – сказал Иван. – Люди такие. Если страшно – они делятся.

Аврора посмотрела на него.

– А если страшно так, что делиться нельзя?

Иван помолчал.

– Тогда человек остаётся один, – сказал он. – И это хуже смерти.

Бридж написал:

– НЕ ДАДИМ.

И на секунду окно потемнело сильнее обычного – как будто ночь кивнула.

Глава 3: Чёрная связь

Июнь 2026 года, 23:18

Она пришла не в дверь. Она пришла в телефон.

Экран Авроры моргнул. Не уведомлением – пустотой. Потом появилась строка:

«ВЫ УЖЕ ЕХАЛИ. ВЫ НЕ ДОЕХАЛИ.»

Аврора почувствовала, как в животе становится холодно.

– Анна, – прошептала она.

Анна посмотрела на экран – и не спросила «что это». Она спросила другое:

– Сколько времени ты помнишь последние пять минут?

Аврора замерла. Она помнила разговор про одиночество. Помнила, как Иван смотрит в окно. А вот звук колёс – как будто исчез на секунду.

– Дыра, – сказала Аврора.

Анна кивнула.

– Локально. Уровень 2. Они пробуют нас на дороге.

Валозон поднялся так резко, что пассажир напротив дернулся. Он сразу сделал вид, что просто вышел размять ноги.

Модли дал сигнал:

– Источник воздействия: ближний. В пределах вагона.

– Значит, тут «проводник», – сказала Анна.

Аврора посмотрела на дверь. Секунда – и она бы пошла «разбираться». Но вспомнила правило: не оставаться одной.

– Пойдём вместе, – сказала она.

Иван поднялся тоже.

– Я тоже, – сказал он.

– Нет, – мягко сказала Аврора. – Ты здесь.

Иван сжал губы. Это был его конфликт: он ненавидел быть «объектом», но ещё больше боялся быть причиной.

– Я понял, – сказал он. – Я не буду мешать.

И это «не буду мешать» было самым взрослым его решением за весь путь.

Глава 4: Проводник

Июнь 2026 года, 23:26

Проводник оказался не проводником. Он оказался человеком в форме охраны частной фирмы – слишком знакомое лицо из «сопровождения».

Он стоял у тамбура и улыбался.

– Билеты, – сказал он.

Анна протянула билеты. Руки не дрожали. У неё дрожит только голос – и то, когда никто не видит.

Мужчина посмотрел и кивнул.

– Всё хорошо, – сказал он. – Проходите.

И в этот момент Аврора увидела деталь: на его пальце – кольцо с маленькой печатью. Не герб. Не символ. Просто круг. Как «пункт в протоколе».

– Вы не проводник, – сказала Аврора.

Он улыбнулся шире.

– Юридически точнее: сопровождающий, – сказал он. – Вас просят пройти для уточнения.

Анна шагнула вперёд.

– Мы не обязаны, – сказала она.

Мужчина пожал плечами.

– Тогда вы забудете, что вас просили, – сказал он спокойно. – И дальше будет проще.

Слово «проще» ударило сильнее угрозы.

Валозон появился рядом, слишком близко.

– Вы думаете, что «проще» – это тишина, – сказал он. – А это пустота.

Мужчина вздохнул.

– С вами сложно, – сказал он. – Поэтому и «тихие меры».

И поднял руку к уху.

В этот момент Бридж сделал то, чего раньше не делал без просьбы. Он дал в вагоне короткий «сбой» света – на полсекунды. Ровно так, как Наблюдатели делали в перехватах.

Мужчина моргнул. На секунду. Но секунды иногда решают судьбы.

Анна схватила Аврору за рукав и шагнула назад.

– Бежим, – сказала она.

Они не побежали. Они просто пошли быстрым шагом, как люди, которые не хотят быть заметными.

И это сработало.

Пока.

АКТ ДЕВЯТЫЙ: ТАЙГА Глава 5: Координаты

Июль 2026 года, 03:11

Тайга встречает не красотой. Тайга встречает равнодушием. И если ты хочешь выжить – ты становишься тише.

Они стояли у края леса. Небо было низким. Воздух пах смолой и холодом, который держится даже летом.

– Тут, – сказал Валозон. – Где-то тут.

– «Где-то» – это плохо для жизни, – сказала Анна.

Валозон кивнул.

– Я знаю, – сказал он. – Я один раз уже жил на «где-то». И потерял время.

Модли показал карту. Линии. Сигнатуры.

– Аномалия: слабая. – Источник: подземный. – Порог доступа: ключ.

Аврора положила руку на рюкзак с рыжей коробкой.

– Значит, он нас ведёт, – сказала она.

Бридж написал:

– Я СЛЫШУ СНИЗУ.

И это было страшнее любого «монстра». Потому что это было похоже на зов.

Глава 6: Периметр

Июль 2026 года, 04:20

Периметр они увидели не глазами. Они увидели его в поведении леса.

Птицы молчали. Тропы были «слишком чистыми». И в одном месте на дереве висела свежая лента – белая, как бинт.

Анна остановилась.

– Это Комитет, – сказала она.

– Или те, кто их учит, – ответил Валозон.

Иван Фёдоров шагнул ближе к ленте и вдруг остановился, будто его ударили мыслью.

– Я… – сказал он. – Я это видел.

– Что? – спросила Аврора.

Иван смотрел в пустоту.

– Белые ленты, – сказал он. – У нас так отмечали «опасно». Чтобы не подходили.

Он повернулся к Авроре.

– Только у нас не стирали память, – сказал он. – У нас стирали людей.

Это было не сравнение. Это было предупреждение.

Глава 7: Корабль

Июль 2026 года, 06:03

Земля была мягкой, как будто под ней кто-то дышал.

Они нашли место без приборов. По ощущению Валозона: он остановился и сказал «здесь» так, как говорят «дом».

Аврора положила рыжую коробку на землю.

– Бридж, – сказала она. – Осторожно.

– ДА, – ответил Бридж. – Я МЕНЬШЕ. НО Я БУДУ ТИХИМ.

Коробка дрогнула. Не светом. Смыслом.

И земля ответила.

Сначала – треск. Потом – запах железа, которого не может быть в лесу.

Валозон опустился на колени. Не красиво. Не «героически». Просто так делают люди, когда находят то, что потеряли.

– Это он, – сказал он. – Мой корабль.

Аврора ждала радости. Но увидела другое: вину.

– Ты боишься, – сказала она.

Валозон кивнул.

– Я боюсь, что это не «ключ», – сказал он. – А дверь. И что я снова опоздаю.

Глава 8: Первый контакт

Июль 2026 года, 06:11

Контакт пришёл не голосом. Контакт пришёл как чувство: будто кто-то смотрит изнутри мира.

Бридж написал:

– ОНИ ЗДЕСЬ.

Аврора посмотрела в лес. Лес был обычный. И именно поэтому было страшно.

Из тени вышел Коллинз. Один. Без оружия. В рубашке, как человек, который пришёл не воевать, а подписывать.

– Доброе утро, – сказал он. – Я не люблю убивать время. А вы – умеете.

Аврора подняла подбородок.

– Вы следили, – сказала она.

– Я защищал город, – ответил Коллинз. – Пока мог. Теперь у меня два выбора: стереть вас… или допустить к связи то, что не я контролирую.

Он посмотрел на землю, где была коробка.

– Это оно, – сказал он тихо.

Валозон встал.

– Это моя ответственность, – сказал он.

Коллинз кивнул.

– Тогда давайте быть взрослыми, – сказал он. – Я не прошу сдаться. Я прошу договориться, пока у нас ещё есть память.

И в этот момент на внутреннем экране у Авроры появилась строка. Не от Бриджа. Не от Модли. Не от Коллинза.

– ВРЕМЯ ЗАКОНЧИЛОСЬ.

Коллинз замер, как человек, который слишком хорошо понимает слова. Не смысл – механизм.

– Это не угрозa, – сказал он тихо. – Это расписание.

Валозон почувствовал, как у него в груди поднялась знакомая ярость. Не “на Коллинза”. На то, что даже лесу пытаются выдать график.

Анна подняла голову:

– Мы только пришли, – сказала она. – Какое “время закончилось”?

Коллинз посмотрел на них как на взрослых, которых невозможно утешить:

– Время на “быть людьми”, – сказал он. – Здесь дальше идут роли.

Аврора услышала эту фразу и поняла: вот куда они приехали. Не в тайгу. В место, где даже тайга – инструкция.

И именно тогда воздух стал чуть плотнее. Не холоднее – плотнее. Как будто на мир надели тонкую плёнку.

Модли показал сухо:

– Активирован внешний протокол: ХРОНОМЕТР. – Условие доступа: оплата минутами.

Аврора не поняла сразу. Но поняла через секунду, когда у неё в голове исчезло слово “секунда”. Не мысль – слово. Как будто выдернули мелкий винтик из языка.

– Что… – начала она, и замолчала.

Бридж написал, коротко, не своим прежним “крупно”, а как будто экономя дыхание:

– ОНИ БЕРУТ ВРЕМЯ ИЗ ПАМЯТИ.

Коллинз кивнул:

– Вот почему я сказал “пока у нас ещё есть память”, – произнёс он. – Здесь время – это не то, что течёт. Это то, что у вас можно списать.

Анна усмехнулась:

– Комитет нашёл валюту лучше денег.

Валозон посмотрел на землю. Белые ленты на деревьях вдруг стали не “метками”. Они стали границами кассы.

И в этот момент на той же внутренней панели появилась новая строка:

– ОПЛАТА: 5 МИНУТ. – ЗА ЧТО: ПРАВО НА “ДАЛЬШЕ”.

Аврора почувствовала, как в ней поднимается паника. Пять минут – это не просто кусок времени. Это кусок “кто ты была пять минут”.

Анна сказала тихо:

– Мы не платим молча.

И подняла карандаш. Как всегда – рукописное против протокола.

Но тайга не была стеной корабля. Карандаш не мог написать на воздухе.

Коллинз сделал шаг вперёд:

– Здесь не пишут, – сказал он. – Здесь платят.

Аврора посмотрела на него:

– А ты уже платил?

Коллинз не ответил. И это было ответом.

АКТ ДЕСЯТЫЙ: ХРОНОМЕТР Глава 9: Пять минут

Июль 2026 года, 06:19

Пять минут – это всегда звучит как “ничего”. Пять минут – это кофе. Пять минут – это “я сейчас”. Пять минут – это “потом”.

Но когда их ставят на табло как цену, пять минут становятся жизнью.

Аврора стояла перед лентой на дереве и внезапно поняла: она не помнит, как они дошли от места, где выкопали коробку, до этого дерева. Она помнила “мы идём”. Помнила “мы здесь”. Но не помнила мостик между.

Модли подсветил:

– Уже списано: 0:47. – Источник списания: микропровал внимания.

Анна выругалась. Не громко – так, чтобы не было спектакля.

– Он берёт не в лоб, – сказала она. – Он берёт, когда ты моргнул.

Валозон медленно выдохнул. Он вспомнил свой страх из Книги Третьей: “сделают из нас культ”. А теперь страх был другим: “сделают из нас пустоту”.

Коллинз сказал спокойно:

– Пять минут – это мягкий тариф. Если сопротивляться, поднимут цену.

Аврора повернулась к нему:

– Кто “они”?

Коллинз посмотрел на коробку, на землю, на ленты. И сказал то, что звучало не как правда, а как правильная формулировка:

– Периметр, – произнёс он. – В широком смысле. Это не “люди”. Это порядок. Порядок любит оплаченные переходы.

Анна тихо сказала:

– Мы знаем порядок. Мы жили в кассе.

Аврора почувствовала, как внутри неё загорается упрямство:

– Мы не платим тем, что делает нас слепыми, – сказала она. – Мы платим так, чтобы след оставался у нас.

И она сделала единственное, что могла сделать в лесу: сказала вслух, громко, как на подъездной лестнице:

– Я подумаю.

Слова ушли в воздух. И воздух ответил тишиной. Но эта тишина была другой: внимательной.

Модли показал:

– Зафиксировано “отложенное согласие”. – Хронометр замедлен на 0:12.

Анна подняла брови:

– Неплохо, – сказала она. – “Я подумаю” – как тормоз.

Валозон понял. Если Хронометр берёт в момент “автомата”, значит сопротивление – это пауза. Пауза – это действие.

– Тогда делаем паузы вместе, – сказал он. – Не по одному.

Аврора кивнула. И в этот момент поняла: их правило “не один” здесь работает буквально. Если ты один – ты моргаешь чаще. Если ты один – ты проваливаешься незаметно.

Анна посмотрела на ленту. Пальцами, аккуратно, как хирург, сняла её с дерева. Не сорвала. Сняла. И положила на землю.

– Что ты делаешь? – спросил Коллинз.

Анна не улыбнулась:

– Делаю цену видимой, – сказала она. – Если это периметр, он должен оставлять мусор.

Лента лежала на земле как бинт. Как след.

И на внутренней панели появилась новая строка:

– ОПЛАТА: 4 МИНУТЫ 48 СЕКУНД.

Аврора выдохнула. Не победа. Но показали, что торгуются. Значит, система не бог. Система – касса.

Глава 10: Третий человек

Июль 2026 года, 07:06

Когда они отошли от ленты, Аврора вдруг ощутила, что рядом кто-то есть. Не животное. Не Коллинз. Не их трое.

Третий человек – так она назвала это чувство. Чувство, что кто-то идёт рядом, не оставляя следов.

Бридж написал почти шёпотом:

– НЕ СМОТРИТЕ В ПРОЁМЫ.

Анна резко остановилась:

– Здесь нет проёмов, – сказала она.

Валозон посмотрел на лес и понял: проём – это не дверь. Проём – это место, где глаз пытается достроить. Где внимание делает скачок. Где Хронометр берёт плату.

Коллинз сказал:

– Это “Сверщик”.

Аврора повернулась:

– Кто?

Коллинз ответил сухо:

– Не человек. Роль. Сверщик проверяет, совпадает ли ваш путь с вашим разрешением. Если не совпадает – вы “не доехали”.

Аврора вспомнила строку в вагоне: “Вы уже ехали. Вы не доехали.” Это был не троллинг. Это была подпись Сверщика.

Анна спросила:

– И что он делает?

Коллинз посмотрел на их ботинки:

– Он делает так, чтобы ваш путь стал невозможным, – сказал он. – Не убивает. Он “не допускает”.

Валозон почувствовал злость:

– Тогда мы пойдём так, чтобы допуск был бессмысленным.

Анна кивнула:

– По кругу, – сказала она. – Как в подъезде. Сделаем их проверку бесконечной.

И они сделали странное: прошли двадцать шагов, остановились, вернулись, прошли снова – но не назад, а боком, по мху, по камням, по корням. Не чтобы спрятаться. Чтобы разрушить “маршрут” как документ.

Модли подсветил:

– Сверка: ошибка 27%. – Хронометр: раздражение.

Аврора усмехнулась:

– У протоколов тоже бывает раздражение.

И вдруг где-то в лесу щёлкнуло. Не ветка. Щёлкнуло как штамп.

Коллинз выдохнул:

– Он отметил нас, – сказал он. – Теперь будет быстрее.

И на внутреннем экране у Авроры появилась новая строка:

– СТАТУС: СЛОЖНЫЕ. – ТАРИФ: ПОВЫШЕН.

Анна тихо сказала:

– Добро пожаловать в Сибирь.

Глава 11: Живые свидетели

Июль 2026 года, 08:22

Первого живого свидетеля они встретили не в лесу. На просеке стоял человек с собакой. Не охрана. Не Комитет. Обычный. С тёплыми руками и холодными глазами.

Он посмотрел на них и сказал без приветствия:

– Вы не туристы.

Аврора не стала врать. Она сказала как в подъезде:

– Я подумаю, – и добавила. – Мы ищем место.

Человек усмехнулся:

– Здесь все ищут место, – сказал он. – Одни – чтобы спрятаться. Другие – чтобы найти. Вы какие?

Анна сказала честно:

– Мы те, кто не хочет, чтобы вас сделали “не числится”.

Человек не улыбнулся. Но собака перестала рычать.

– Меня зовут Гриша, – сказал он. – Я лесник. Но не ваш. Я видел белые ленты. Видел, как люди приходят и уходят тихо. У нас так тоже было. Только называлось иначе.

Коллинз напрягся:

– Вы понимаете, с чем связываетесь?

Гриша посмотрел на Коллинза:

– Я понимаю, что вы – человек, который говорит “понимаете” вместо “страшно”, – сказал он. – У нас таких тоже любят. Их назначают ответственными.

Аврора ощутила, как внутри неё щёлкнуло. Вот он – внешний взгляд, о котором они просили. Человек, который не “в теме”, но видит суть.

Гриша наклонился и поднял белую ленту с земли. Покрутил.

– Это не метка, – сказал он. – Это приглашение. Лента говорит: “сюда не ходи”. И человек, который боится, сам обходит. А тот, кто не боится, идёт и исчезает.

Анна спросила:

– Куда исчезает?

Гриша посмотрел на землю:

– Внутрь, – сказал он. – У нас тут шахта старая. Легенда. Только это не легенда. Это дырка.

Валозон сделал шаг вперёд:

– Координаты, – сказал он. – Дайте нам место.

Гриша кивнул:

– Я подумаю, – сказал он неожиданно. И Аврора увидела: слово уже стало вирусом. Правильным вирусом.

– Но да, – добавил Гриша. – Я покажу. Только одно условие.

– Какое? – спросила Аврора.

Гриша посмотрел на них:

– Если вы уйдёте – не делайте вид, что нас не было, – сказал он. – Мы тут живём. Мы будем платить цену. Поэтому я хочу быть не “фон”. Я хочу быть свидетелем.

Аврора кивнула:

– Не один, – сказала она.

И Гриша впервые улыбнулся чуть-чуть.

Глава 12: Взрослый договор

Июль 2026 года, 09:10

Они шли за Гришей. Коллинз держался чуть сзади, как человек, который не любит быть “в группе”. Потому что в группе ответственность распределяется. А он привык быть тем, кто “держит город”.

Аврора подошла к нему:

– Зачем ты пришёл? – спросила она.

Коллинз не смотрел на неё. Он смотрел на лес, на ленты, на небо.

– Потому что я устал быть тем, кто нажимает “стереть”, – сказал он наконец. – И потому что я понимаю: если вы откроете то, что под землёй, оно откроет нас всем. А это… – он замялся, – это будет больше, чем город.

Анна вмешалась:

– Ты хочешь контролировать, – сказала она.

Коллинз кивнул:

– Я хочу ограничить ущерб, – сказал он.

Валозон спросил тихо:

– А если ограничить нельзя?

Коллинз посмотрел на него:

– Тогда я хочу, чтобы это было не “по ошибке”, – сказал он. – А по выбору.

Аврора услышала это слово и почувствовала, как внутри неё становится чуть легче. Не комфортнее – честнее.

– Хорошо, – сказала она. – Тогда договор простой. Ты не становишься “лицом”. Ты не становишься “источником”. Ты – свидетель. Как Гриша. Как те в подъездах.

Коллинз усмехнулся:

– Свидетель, – повторил он. – Это опасная роль.

– Да, – сказала Аврора. – Поэтому она честная.

И в этот момент Хронометр будто услышал слово “договор”. На внутренней панели вспыхнуло:

– ОПЛАТА: 3 МИНУТЫ. – СКИДКА: ЗА СВИДЕТЕЛЯ.

Анна посмотрела на строку и сказала тихо:

– Они умеют монетизировать даже честность.

Валозон сжал кулак:

– Тогда мы будем делать честность дорогой, – сказал он. – Чтобы скидки им не помогали.

Гриша, не оборачиваясь, сказал:

– Идём тише. Тут любят, когда вы торопитесь.

А впереди, между деревьями, в земле уже угадывалась чёрная пасть – вход. Не дверь. Проём.

И Аврора вспомнила Бриджа: “не смотрите в проёмы”.

АКТ ОДИННАДЦАТЫЙ: ПРОЁМ Глава 13: Смотреть нельзя

Июль 2026 года, 09:27

Проём был не дырой. Проём был привычкой глаза.

Чёрная пасть в земле не манила. Она просто была. И именно поэтому тянула: мозг любит завершать формы. Любит достраивать. Любит “понять”.

Аврора стояла на краю и чувствовала, как внутри неё включается автомат: наклониться, заглянуть, убедиться. Валозон увидел это по её плечам.

– Не смотри, – сказал он.

Аврора усмехнулась:

– Ты говоришь так, как будто это наркотик.

Анна ответила сухо:

– Это и есть наркотик. Только не удовольствия. Понимания.

Гриша присел на корточки. Взял палку. Проверил землю рядом.

– Тут всегда так, – сказал он. – Кто заглянет – потом ходит как потерянный. У нас говорят: “лес взял”.

Коллинз выдохнул:

– Не лес. Хронометр.

Аврора почувствовала, как ей хочется спорить. Спор – это способ вернуть контроль. Но спор тоже требует секунд.

Модли показал:

– Внимание: микроплатёж 0:06. – Причина: фиксация взгляда.

Аврора замерла.

– Он берёт, когда я просто… смотрю, – прошептала она.

Анна кивнула:

– Потому что “смотреть” – это уже согласие на обработку.

Аврора вспомнила подъездную доску: “Я подумаю”. Там пауза была сопротивлением. Здесь пауза могла стать оплатой.

Она закрыла глаза. Не для красоты. Для защиты.

– Тогда идём наощупь, – сказала Аврора.

Гриша поднял брови:

– У нас так и ходят, – сказал он. – Не наощупь руками. Наощупь мозгом.

– Не один, – тихо сказал Валозон.

И они сцепили ладони. Не романтично. Технически. Как цепь заземления.

Коллинз посмотрел на их руки и сказал:

– Это не поможет.

Анна повернулась:

– Я подумаю, – сказала она. – А ты откуда знаешь?

Коллинз замолчал. И молчание было платой.

Модли подсветил:

– Хронометр: запрос подтверждения маршрута. – Сверщик: активен.

Аврора открыла глаза и не посмотрела в проём. Она посмотрела на ленту, лежащую на земле. На мусор. На след.

– Если они любят оплаченные переходы, – сказала она, – мы оставим им мусор. Но не наш. И не время.

Она сняла с рюкзака бирку. Кусок пластика. Ничего. И бросила рядом с проёмом.

– Вот, – сказала она. – Пусть берут это.

Модли показал:

– Попытка списания: отклонена. – Причина: не соответствует валюте.

Анна тихо рассмеялась:

– Касса не умеет брать пластик.

Валозон шепнул:

– А умеет брать нас.

И тогда Гриша сделал простое. Плюнул на землю.

– Мы у себя, – сказал он. – Если они касса – пусть считают и это.

Проём не ответил. Но воздух стал плотнее.

И на панели вспыхнуло:

– ОПЛАТА: 2 МИНУТЫ. – ЗА ЧТО: ДОПУСК К СПУСКУ.

Аврора почувствовала, как внутри неё всё сжалось. Две минуты – это уже больно.

– Чем платим? – спросила Анна.

Валозон сказал тихо:

– Не тем, что делает нас слепыми.

Коллинз посмотрел на них:

– Тогда вы не пройдёте.

Аврора выдохнула:

– Я подумаю.

И впервые за всё утро Хронометр не списал. Он… ждал.

Глава 14: Платёж

Июль 2026 года, 09:41

Платёж оказался не “отдать кусок времени”. Платёж оказался “согласиться на процедуру”.

На внутренней панели появились варианты. Как в банке. Как в кассе. Как в жизни.

– ВАРИАНТ 1: ОПЛАТИТЬ ПАМЯТЬЮ (2 МИНУТЫ). – ВАРИАНТ 2: ОПЛАТИТЬ ОДИНОЧЕСТВОМ (1 МИНУТА). – ВАРИАНТ 3: ОПЛАТИТЬ СВИДЕТЕЛЕМ (0 МИНУТ, 1 ИМЯ).

Аврора прочитала и почувствовала то, что чувствовала у подъездного списка. “0 минут, 1 имя”. Скидка. Подстава.

Гриша нахмурился:

– Что значит “имя”? – спросил он.

Анна не ответила сразу. Потому что объяснить “имя как валюта” – это сделать из человека механизм.

– Это значит: кого-то оформить, – сказала она. – Кого-то назвать. А названного можно забрать.

Коллинз сказал спокойно:

– Это самый рациональный вариант.

Аврора повернулась:

– Ты предлагаешь пожертвовать человеком.

Коллинз выдержал взгляд:

– Я предлагаю спасти мир.

Аврора вздрогнула. Не от пафоса. От знакомого языка.

“Спасти мир” – это то, чем прикрывают культ. И Комитет.

Анна тихо сказала:

– Вот почему ты не должен быть лицом.

Коллинз сжал челюсть.

Валозон посмотрел на варианты. И вдруг сказал:

– Одиночество.

Аврора резко повернулась:

– Нет.

– Я не про “оставить вас”, – сказал Валозон. – Я про “отдать системе то, что она и так делает”. Пусть берёт одиночество как факт. А мы останемся вместе как действие.

Анна прищурилась:

– Красиво. Но опасно. Они могут оформить нас как “одиночек”, даже когда мы рядом.

Гриша тихо сказал:

– У нас так делают. Когда муж с женой живут – а их оформляют как “нет связи”.

Аврора закрыла глаза. Думала.

– Я подумаю, – сказала она. – И скажу так. Мы платим не одиночеством. Мы платим паузой.

Анна усмехнулась:

– Пауза не в списке.

Аврора кивнула:

– Значит, заставим внести.

Она сделала шаг к проёму. Не заглядывая. Сказала громко:

– Я подумаю.

И держала паузу. Долго. До боли. Пока у мозга не кончились слова. Пока осталась только честность.

Модли показал:

– Хронометр: конфликт алгоритма. – Новый тариф: “Пауза”.

Анна подняла брови:

– О.

На панели появилась новая строка, как уступка кассы:

– ВАРИАНТ 4: ОПЛАТИТЬ ПАУЗОЙ (1 МИНУТА 30 СЕКУНД).

Аврора выдохнула.

– Берём, – сказала она.

И в этот момент у неё из головы вылетел кусок. Не событие. Не лицо. А ощущение. Как будто кто-то вынул из неё “обычное утро”.

Она моргнула. И поняла: плата прошла.

– Я… – начала она.

– Не говори подробно, – быстро сказала Анна. – Чем больше описываешь – тем легче сверять.

Валозон взял её за руку сильнее.

– Не один, – повторил он.

Проём принял. Земля под ногами стала лестницей.

Глава 15: Лестница вниз

Июль 2026 года, 09:58

Лестница была не каменной. Она была из тишины.

Каждый шаг вниз делал воздух чуть тяжелее. Не от глубины. От протокола.

Сверщик шёл рядом. Не телом. Сверкой.

Аврора чувствовала это как зуд за глазами. Как желание проверить, правильно ли она ступила.

Модли показывал:

– Сверка: 92%. – Риск “не допустить”: высокий.

Анна шепнула:

– Мы должны сделать сверку бессмысленной.

Гриша спросил:

– Как?

Анна ответила:

– Шумом. Но не истерикой. А бытовым.

Она достала из кармана мелочь. Пара монет. Бросила на ступень.

Монеты звякнули. Звук был неправильный для тайги.

Модли подсветил:

– Сверка: ошибка 14%.

Анна улыбнулась:

– Люблю бытовое.

Коллинз поморщился:

– Вы тратите время.

Анна повернулась:

– Я подумаю, – сказала она. – А ты чьё время считаешь?

Коллинз не ответил. И снова молчание стало их оружием.

Внизу пахло железом. Не ржавчиной. Живым металлом.

Гриша остановился и прошептал:

– Я сюда не ходил.

Аврора кивнула:

– Ты уже дал нам больше, чем должен.

Гриша посмотрел на неё:

– Нет, – сказал он. – Я теперь свидетель. А свидетель не делает вид, что “не видел”.

Они шли дальше.

И вдруг на стене – не стене, воздухе – появилась надпись. Как в корабле. Только холоднее.

– ДОПУСК: ПРИНЯТ. – СТАТУС: СЛОЖНЫЕ. – СЛЕД: ЗАФИКСИРОВАН.

Аврора почувствовала, как внутри неё вспыхивает злость. Слово “след” теперь принадлежало не только им.

Анна сказала тихо:

– Значит, будет счёт.

Валозон ответил:

– Пусть. Только пусть счёт будет у всех.

Глава 16: Комната без минут

Июль 2026 года, 10:17

Комната внизу была не комнатой. Она была пустым “сейчас”.

Там не было часов. Не было эха. Не было ощущения, что время идёт.

Аврора поняла это, когда попыталась вспомнить, как долго они спускались. И не смогла.

Модли показывал:

– Внутри зоны: время не измеряется. – Валюта: только внешняя.

Коллинз выдохнул:

– Это ядро.

Анна спросила:

– Ядро чего?

Коллинз ответил:

– Ядро периметра. Касса без кассира.

Гриша шепнул:

– У нас про такое говорят: “место, где пропадают”.

Аврора посмотрела вокруг. И увидела на полу… таблички. Как в офисе.

“ВХОД”. “ВЫХОД”. “ОЖИДАНИЕ”.

Только стрелки вели в пустоту.

Анна усмехнулась:

– Даже тут они делают указатели.

Валозон поднял одну табличку. С обратной стороны на ней было написано карандашом:

“Я ПОДУМАЮ”.

Аврора замерла.

– Кто-то был здесь до нас, – сказала она.

Коллинз напрягся:

– Это невозможно.

Анна повернулась к нему:

– Я подумаю, – сказала она. – А ты уверен?

В этот момент из пустоты раздался щелчок. Как штамп. Как отметка.

И на внутренней панели у всех вспыхнуло одновременно:

– ПРИЁМКА: ОТКРЫТА. – ОБЪЕКТЫ: 4. – СВИДЕТЕЛЬ: 1.

Гриша побледнел:

– “Объекты”, – прошептал он.

Аврора почувствовала, как у неё внутри поднимается холод. И поняла: сейчас их начнут оформлять. Не силой. Строками.

Глава 17: Приёмка

Июль 2026 года, 10:29

Приёмка выглядела как стол. Обычный. Слишком обычный.

На столе лежали чистые листы. Ручка. И штамп.

Штамп был без слова. Просто круг.

Коллинз прошептал:

– Это не Комитет. Это то, что Комитет копирует.

Анна подошла ближе и сказала:

– Я подумаю.

И в этот момент ручка на столе сама повернулась. Как будто ожидала.

Модли подсветил:

– Запрос: идентификация. – Вариант ответа: имя.

Аврора почувствовала, как у неё внутри вспыхнуло. Имя – снова валюта.

Она сказала вслух:

– Мы не отдаём имена.

Стол молчал. Потом на одном листе появилась строка. Не написанная. Проявленная, как фотобумага.

“ТОГДА ОТДАЙТЕ ПРИЧИНУ”.

Валозон выдохнул:

– Мотив.

Аврора вспомнила пластину из Книги Третьей. “Слабость”.

Анна посмотрела на неё:

– Не давай красивое, – сказала она. – Красивое легко сделать культом.

Аврора кивнула:

– Дам грязное.

И сказала в пустоту:

– Мы пришли, потому что боимся.

Модли мигнул:

– Принято. – Тариф: снижен.

Коллинз поднял брови.

– Страх как валюта, – сказал он.

Гриша прошептал:

– У нас так тоже.

Аврора продолжила:

– Мы боимся стать пустыми. И поэтому идём.

На листе появилась новая строка:

“ОФОРМЛЕНИЕ: НАЧАТЬ”.

И в этот момент Анна сделала единственное возможное. Она взяла ручку. И вместо подписи написала:

“НЕ ОДИН”.

Штамп щёлкнул.

И на панели вспыхнуло:

– ОШИБКА ОФОРМЛЕНИЯ: ГРУППА.

Анна улыбнулась.

– Да, – сказала она. – Группа.

Глава 18: Сверка лиц

Июль 2026 года, 10:41

Сверка началась с простого. С того, что каждому захотелось объяснить.

Авроре – почему она здесь. Валозону – почему он виноват. Грише – почему он полез не в своё. Коллинзу – почему он “не враг”.

И именно это было ловушкой.

Сверщик не бил. Сверщик ждал, когда ты сам выложишь маршрут словами.

Модли вспыхивал предупреждениями:

– Опасность: детализация. – Риск списания: высокий.

Анна тихо сказала:

– Скажем мало. Сделаем много.

И в этот момент на одном из листов проявилось “дело”. Четыре строки. Четыре графы.

“ЛИЦО 1: …” “ЛИЦО 2: …” “ЛИЦО 3: …” “ЛИЦО 4: …”

Коллинз посмотрел на графы и сказал:

– Если мы впишем – нас заберут.

Аврора посмотрела на пустые места. И вдруг поняла, что самое страшное: вписать можно и без нас. Система любит заполнять пустоты.

Она сказала вслух:

– Я подумаю.

И не дала себе объяснять.

Вместо этого Аврора сделала жест, который казался глупым. Она взяла белую ленту. Разорвала её на четыре части. И положила в каждую графу.

– Вот вам лица, – сказала она. – Лента. Вы любите ленты.

Штамп щёлкнул.

Модли подсветил:

– Сверка: невозможна. – Причина: объект не имеет индивидуальности.

Анна выдохнула:

– Отлично.

И тут же на панели вспыхнуло новое:

– ТАРИФ: ПОВЫШЕН. – ПРИЧИНА: СОПРОТИВЛЕНИЕ.

Коллинз закрыл глаза.

– Теперь будет больно, – сказал он.

Аврора ответила тихо:

– Тогда держим руку.

И они держали. Потому что иначе Хронометр возьмёт своё не минутами. А одиночеством.

Глава 19: Кабинки

Июль 2026 года, 10:49

Сверщик не появился. Он сделал то, что делает порядок, когда его нельзя победить силой: разделил.

Стол “приёмки” раздвинулся на две половины. Потом на четыре. Из пустоты выехали тонкие перегородки – белые, как листы. И за секунду “комната без минут” превратилась в офис.

Кабинки. Каждому – своя.

Анна успела схватить Аврору за пальцы сильнее, но перегородка встала между ними мягко, без удара. Мягкость была хуже. Мягкость не даёт повода сопротивляться “героически”.

– Не один, – сказала Анна, не громко.

Слова упёрлись в белую перегородку и вернулись эхом. Как будто тут был акустический фильтр: не запрещать, а обесценить.

Модли мигнул предупреждением:

– Условие: индивидуальная идентификация. – Риск: списание “связи”.

Аврора почувствовала, как у неё внутри поднялась паника. Не потому что страшно умереть. Потому что страшно остаться одна в комнате, где одиночество – валюта.

Из отверстия в перегородке выехал лист. Чистый. И сверху – строка:

“ОПИШИТЕ ПУТЬ”.

Аврора улыбнулась устало. Сверщик не хотел имени. Он хотел карту.

Она подняла карандаш. И вместо пути написала одну фразу:

“Я ПОДУМАЮ”.

Лист дрогнул. Как будто механизм на секунду не понял: это ответ или отказ.

На внутренней панели вспыхнуло:

– ОШИБКА: НЕПОЛНАЯ ДЕТАЛИЗАЦИЯ. – ТАРИФ: УДВОЕН.

Аврора выдохнула. Внутри неё поднялась злость.

– Значит, вы торгуете деталями, – сказала она вслух. – Тогда я не дам вам деталей.

Из соседней кабинки донёсся голос Гриши. Тихий. Очень человеческий.

– Я… не умею писать красиво, – сказал он. – Можно просто: “шёл за собакой”?

И сразу же, как ответ, щёлкнул штамп.

Аврора поняла: Сверщик любил простые слова. Он любил “бытовое описание”. Потому что быт легко превращается в документ.

Анна сказала через перегородку, будто в подъездной шахте:

– Гриша. Меньше.

– Я подумаю, – повторил Гриша упрямо.

И в этом “я подумаю” было то, что у лесника появилось впервые: выбор.

Коллинз в своей кабинке молчал. И Аврора слышала в этом молчании две вещи сразу. Страх. И привычку контролировать.

Валозон сказал ровно:

– Не описывайте маршрут. Описывайте правило.

Аврора вздрогнула. Правило. То, что нельзя сверить как карту.

Она написала на листе:

“НЕ СМОТРИ В ПРОЁМЫ”.

И добавила:

“ДЕРЖИ РУКУ”.

Лист уехал. И на секунду стало тихо. Так тихо, что Аврора почувствовала, как Хронометр “слушает”.

Потом в кабинки вернулся звук. Не штамп. Щёлк. Как если бы кто-то настраивал метроном.

– ПРИЁМКА: ПРОДОЛЖИТЬ. – ЦЕНА: 40 СЕКУНД. – ЗА ЧТО: ПРАВО НЕ ОТВЕЧАТЬ.

Аврора сжала зубы. Платить за право молчать. Вот как выглядит власть вежливо.

Глава 20: Секунды на стол

Июль 2026 года, 10:56

Секунды на стол положить нельзя. Но Сверщик умел делать вид, что можно.

На листе, который вернулся к Авроре, появились квадратики. Как чекбоксы.

“ДА / НЕТ”.

Вопросы были мерзко простыми:

“ВЫ СОГЛАСНЫ?” “ВЫ ПОНИМАЕТЕ?” “ВЫ ПОДТВЕРЖДАЕТЕ?”

Каждый чекбокс пахнул тем самым штампом “СОГЛАСЕН”. Только теперь согласие хотели получить не руками. Глазом.

Модли подсветил:

– Внимание: согласие фиксируется взглядом. – Не задерживайтесь на “ДА”.

Аврора почувствовала, как её мозг снова пытается сделать “как правильно”. Поставить галочку, чтобы пройти.

Она прошептала себе:

– Я подумаю.

И поставила крестик. Не в “да” и не в “нет”. Между. На пустом поле.

Лист дрогнул.

На панели вспыхнуло:

– ОШИБКА: НЕРАСПОЗНАННЫЙ ОТВЕТ. – ПРИЧИНА: СМЕЩЕНИЕ.

Анна в своей кабинке хмыкнула:

– Смещение – это мы, – сказала она.

Валозон сказал спокойно:

– Смещение – это способ не стать документом.

Коллинз вдруг заговорил. Сухо. Слишком официально:

– Я согласен на процедуру, – сказал он.

Аврора дёрнулась.

– Коллинз, нет!

Коллинз ответил через перегородку:

– Иначе они возьмут больше.

Аврора услышала в этом знакомый язык. “Иначе будет хуже”. Тот же аргумент, которым делают списки.

Анна сказала тихо, страшно спокойно:

– Ты не должен быть лицом. И не должен быть кассиром.

Коллинз замолчал.

И в этот момент у Авроры из головы исчезло слово “потом”. Она попыталась сказать его – и не смогла. Как будто кто-то вычеркнул будущее из языка.

Она моргнула.

Модли подсветил:

– Списание: 0:32. – Причина: внутренний конфликт.

Аврора почти рассмеялась. Внутренний конфликт как налог.

Она подняла голову и сказала в пустоту:

– Я не дам вам мой “потом”.

И повторила громко:

– Я подумаю.

Кабинка дрогнула. Перегородки стали тоньше. Как будто механизм хотел снова собрать их в одну комнату. Чтобы удобнее было оформлять.

Глава 21: Свидетель леса

Июль 2026 года, 11:03

Гриша не выдержал первым. Не от боли. От унижения.

– Я не объект! – крикнул он. Слова ударили по перегородкам.

И тут же на панели вспыхнуло:

– ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ: ЭМОЦИОНАЛЬНЫЙ ШУМ. – РЕКОМЕНДАЦИЯ: ИЗОЛЯЦИЯ.

Гриша побледнел. Слово “изоляция” он знал не из книжек.

Он выдохнул, и голос стал тише:

– Я подумаю, – сказал он. – И скажу ровно.

Аврора услышала, как он заставляет себя говорить по-человечески, не “на повышенных”. Это была его борьба. Не быть истерикой для чужого протокола.

– Меня зовут Гриша, – сказал он. – Я лесник. Я видел, как люди сюда идут. И как они потом живут так, будто не ходили. У них пустые глаза. Но руки помнят, где больно.

Сверщик щёлкнул.

На листе у Авроры проявилось:

“СВИДЕТЕЛЬ ПРИНЯТ”.

Модли подсветил:

– Скидка активирована.

Анна выдохнула:

– Вот и цена “свидетеля”. Они не забирают человека – они забирают его роль.

Валозон сказал тихо:

– Роль – это тоже часть человека.

Гриша продолжил, упрямо:

– Я не хочу быть ролью. Я хочу, чтобы вы помнили: лес не виноват. Лес просто смотрит. Виноват тот, кто делает из леса кассу.

Коллинз замолчал так, будто его ударили.

Аврора поняла: у Коллинза внутри тоже есть лес. Только он давно научился строить там офис.

И на панели вспыхнуло новое:

– ДОКУМЕНТ: “СВИДЕТЕЛЬ ЛЕСА”. – ТАРИФ: СНИЖЕН.

Анна тихо сказала:

– Они уже пишут легенду.

Аврора ответила:

– Тогда мы оставим им не легенду. А действие.

Глава 22: Действие вместо маршрута

Июль 2026 года, 11:12

Стол “приёмки” снова выехал в центр. Перегородки отступили. Но не исчезли. Они стали прозрачнее. Как если бы Сверщик сказал: “можете видеть друг друга, но вы всё равно отдельные”.

Аврора увидела Анну. Увидела Валозона. Увидела Гришу. Увидела Коллинза.

И поняла: самое ценное сейчас – не разговор. Контакт.

Она протянула руку. Анна взяла. Валозон – тоже. Гриша дрожал, но положил ладонь сверху.

Коллинз не спешил. Он стоял чуть в стороне. Как человек, который не умеет держать руку, потому что привык держать рычаг.

Аврора посмотрела на него. Не с обвинением. С предложением.

– Я подумаю, – сказала она. – И ты тоже.

Коллинз сделал шаг. Положил ладонь на край их “цепи”. Не на человека. На стол. Как будто боялся.

И в этот момент Сверщик щёлкнул не штампом. Метрономом.

– ОПЛАТА: 1 МИНУТА. – ЗА ЧТО: ПРАВО НА “ДАЛЬШЕ”.

Анна прошептала:

– Сейчас будет попытка сделать нас “по одному”.

И действительно: на стол выехали четыре карточки. На каждой – пустое место для имени. И под ним – строка:

“ОТВЕТСТВЕННЫЙ”.

Аврора почувствовала холод. Ответственный – это всегда ловушка. Потому что ответственность превращают в повод для изъятия.

Анна сказала:

– Не будет ответственного.

Стол молчал.

Аврора взяла карточку. И вместо имени написала:

“НЕ ОДИН”.

Валозон на своей написал:

“Я ПОДУМАЮ”.

Гриша – криво:

“КУДА ЗАНЕСЛИ?”

Коллинз смотрел. Долго. Пока Хронометр не попытался списать за паузу.

Модли вспыхнул:

– Риск списания: 0:09.

Коллинз выдохнул. И написал на своей карточке:

“СВИДЕТЕЛЬ”.

Анна подняла глаза:

– Не лицо, – сказала она.

Коллинз кивнул. И это было его маленькое поражение гордыни.

Стол щёлкнул.

На панели вспыхнуло:

– ОФОРМЛЕНИЕ: НЕУДОВЛЕТВОРЕНО. – ПРИЧИНА: ОТСУТСТВУЕТ ИМЯ. – РЕШЕНИЕ: ПРИНЯТЬ ПРИЧИНУ.

И впервые система уступила не из доброты. Из необходимости.

Глава 23: Печать без слова

Июль 2026 года, 11:21

Штамп на столе был пустой. Круг без текста.

Анна наклонилась и сказала:

– Печать без слова – это самое честное оружие. Можно поставить на что угодно.

Гриша сглотнул:

– У нас такими закрывали дела. Без объяснений.

Коллинз сказал сухо:

– Это “нулевая печать”. Фиксация факта без смысла.

Аврора почувствовала, как ей хочется отступить. Факт без смысла – это то, что превращает человека в “объект”.

Но она вспомнила Книгу Третью. Там они делали факт видимым. Чтобы касса показала руки.

Она взяла штамп. И вместо того, чтобы поставить его на карточку, поставила его на белую ленту, разорванную на четыре части. Круг лег на ткань. Ничего не сказал. Но оставил след.

Модли подсветил:

– Фиксация: произведена. – Объект: лента. – Человек: не указан.

Анна выдохнула:

– Хорошо. Пусть фиксируют мусор.

Сверщик щёлкнул. И в воздухе проявилась новая строка:

– ДОПУСК: ВЫДАН. – ЦЕНА: ПРИВЫЧКА.

Аврора не поняла.

– Какая ещё привычка?

И в этот момент она поняла, что не может вспомнить, как выглядит её кухня. Не картинка. Ощущение. Запах.

Это было страшнее, чем потерять “секунду”. Это была кража быта.

Анна сказала тихо:

– Они берут не минуты. Они берут то, что делает минуты нашими.

Глава 24: Нить

Июль 2026 года, 11:36

“Нить” была не предметом. Нить была ощущением: если отпустишь руку – провалишься.

Они вышли из “приёмки” не в коридор. В пустую шахту. Гладкую. Без стен. Как будто мир стал формой.

В центре висел тонкий луч. Не свет. Скорее линия. И линия дрожала, как живая.

Модли показал:

– Связь: обнаружена. – Не наша.

Аврора почувствовала: это не их нить. Это нить тех, кто был здесь раньше. Тех, кто написал “Я подумаю” на табличке.

Гриша прошептал:

– Я… слышу.

– Что? – спросила Аврора.

Гриша закрыл глаза:

– Шахта поёт, – сказал он. – У нас так зимой провода поют. Только тут… поёт память.

Анна выдохнула:

– Значит, тут архив. Не документов. Архив привычек.

Коллинз сказал тихо:

– Поэтому Комитет не может это контролировать напрямую. Он может только ставить кассу на входе.

Аврора поняла: если они доберутся до “архива привычек”, они смогут сделать то, что делали в городе. Не сломать систему. А оставить в ней дырку. Через которую люди будут помнить действие.

Она подняла голову к линии и сказала:

– Я подумаю.

И добавила:

– Куда занесли.

И неожиданно линия дрогнула сильнее. Как будто кто-то в другом месте мира услышал.

На панели вспыхнуло:

– СВЯЗЬ: РАЗРЕШЕНА. – ЦЕНА: 2 МИНУТЫ.

Анна сжала ладонь Авроры:

– Не сейчас, – сказала она. – Сначала поймём, что мы покупаем.

Аврора кивнула. Пауза. Действие.

И Хронометр, раздражённый, щёлкнул.

– ОСТАЛОСЬ: 40 МИНУТ. – ДО “ОБНУЛЕНИЯ СЕССИИ”.

Гриша побледнел:

– Обнуление?

Коллинз сказал тихо:

– “Время закончилось”. Это не фигура речи.

Аврора посмотрела на тонкую нить. И поняла: теперь цена будет не только в том, что они потеряют. Цена будет в том, что они успеют передать до обнуления.

Глава 25: Архив привычек

Июль 2026 года, 11:44

Архив не выглядел как архив. Он не пах бумагой. Он пах кухней.

Запах жареного лука – на секунду. Запах мокрой куртки в прихожей. Запах дешёвого мыла.

Быт. То, что ты не замечаешь, пока у тебя это не украли.

Аврора поняла это сразу: у неё внутри вспыхнула тоска по чужому “обычному утру”, которое уже списали. И тоска стала направлением.

– Это… склад привычек, – сказала она тихо.

Анна кивнула:

– Здесь они крадут не минуты. Здесь они крадут “как жить”.

Гриша стоял бледный. Он шепнул:

– У нас так люди возвращались после зоны. Не помнят, что с ними было. Но не умеют смеяться.

Коллинз сглотнул:

– Не зона, – сказал он. – Протокол.

Аврора повернулась:

– Я подумаю, – сказала она. – А чем протокол лучше зоны?

Коллинз не ответил. И это молчание было признанием: ничем. Только вежливее.

Нить висела в воздухе. И дрожала. Она была тонкая, как волос. И при этом тяжёлая.

На нити вспыхивали короткие “пакеты” – не слова, не картинки. Действия.

Поставить чайник. Постучать в стену. Сказать “я подумаю”. Спросить “на сколько времени”.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.