# МагИческая сила!

Shofer

Однажды один невнимательный мотоциклист, чтоб ему пусто было! Отправил меня в дореволюционную Россию, где после падения Тунгусского метеорита, жизнь изменилась… Короче, вот я тут! Пытаюсь понять, что к чему! Выжить бы, среди этого всего, а тут ещё и любовь приключилась! Как всегда не вовремя!!! Тем более, когда совершенно ты не маг, в мире где каждый встречный поперечный, умеет творить всякое силой мысли, или ещё как… не пойму. На одних кулаках, будущее не светит!

## Пролог

– Дед, а, дед – канючил Гришанька, ползая по щелястому полу ветхой избёнки, вокруг лёгкого воздушного пёрышка – Научи! Ну, научи!!!

Осип Аристархович, важно восседая на лавке за неотёсанным столом, хитро щуря глаза, и пряча добрую улыбку в недрах густой бороды, наблюдал за внуком. Неожиданно для себя, он нашёл, чем занять неугомонного мальчишку, который всюду совал свой любопытный нос. И, хорошо бы так, но непоседа умудрялся натворить таких дел, что разгребать их порой не хватало сил. То куриц из сарая выпустит, то молоко разольёт. Беда, не ребёнок!

– От, шельмец! – смилостивился дед, положил натруженные руки на стол, мотнул бородой указывая ей на место между рук – Клади сюда!

Мальчуган бодро вскочил на ноги, подобрал перо, и подбежав к столу, положил его туда, куда просил старик. Сам же подпрыгнув, улёгся грудью на столешницу, сложив руки под подбородком, свесив босые ноги в залатанных штанишках. Приготовился смотреть чудо. А как иначе это назвать? Дедушка Осип, взглядом двигал перо! Магия, не иначе! Дыхание замерло.

Тем временем Осип Аристархович, сделав до жути серьёзное лицо, произнёс:

– И помни, Григорий! Только терпение и старание помогут и научат! – он важно поднял вверх кривоватый, сухой палец – Помни!

Посмотрев на внука, оценивая эффект только что, не раз повторённых слов, хитро сощурив почти бесцветные, но когда-то голубые глаза наклонился к перу. Незаметно для внука, оттопырил нижнюю губу и медленно и бесшумно подул по направлению к нему, постепенно придвигая лицо.

Гришанька, не замечая такого подвоха, восторженно смотрел, как под взглядом деда, белое пёрышко, слегка шевельнув пухом, вдруг полетело на другой конец стола!

– Ух-ты!!! – радостно воскликнул он, и быстро перебирая локтями по столу, поймал ладонью беглянку – Деда!! Научи! Я тоже так хочу!!!

– Вот и учись! – дед постучал ладонью по затылку своей головы – Все умения тут! Самому надобно это постигать! Так что, сам.

Задумавшись на минутку, старик поднялся с лавки. Беда, бедовая! Нет у Гришки магии. Даже самой маленькой силы. Как жить ему в этом мире? Конечно, Осип смог бы и при помощи магии заставить двигаться что угодно, но по состоянию здоровья он предпочитал обходиться без нее. Вернее берёг силы, не тратя их на пустяки. По наследственной линии, должен быть хоть какой-то зачаток у мальчишки, но, увы. Он оглянулся на внука, старательно сверлящего взглядом перо, отворил обитую плотной тканью дверь, и тяжело вздыхая вышел во двор.

## Глава 1. Театр одного зрителя

– Промчалось тридцать лет, теперь я импотент – зажёг ритмами ,,Сектор газа,, – Покрыло сединой виски!

Исполнявшийся по радио, когда то популярный хит, заставил меня подскочить и добавить громкость на радиоприёмнике, унося в прошлое. Туда, где я был молодым и красивым, счастливым и беззаботным! Тридцать лет тому назад! Сколько годочков, я не слышал этого задорного мотива!!! Когда это было? Хм. Начало девяностых, как раз в армии служил. Вот, мы с парнями, угорали над ней! Эх! Теперь и у меня покрыло виски сединами. Насчёт импотенции, тут я конечно поспорю. Старый конь, как говорится, борозды не портит… Но, где она, эта борозда…

Последние годы, живу в одиночестве, ушёл в работу с головой, как-то померкло всё после развода. А в целом, пролетела жизнь весело, и как-то беспутно. Песня закончилась, я убавил звук. Растеребила душу, зараза! Взял распечатанную пачку сигарет, направился на балкон, хотелось задымить воспоминания. И так паршиво на душе, ещё эта молодость навеяла тоску, и чувство глупо прожитых лет!

– Чёрт! – выругался вслух, обнаружив, что пачка пуста, сквозь стекло посмотрел на настенные часы в маленькой комнате – Успею!

Открыв балконную дверь, зашёл обратно. Быстро подхватил и натянул спортивный костюм, обулся, сунул смартфон в карман и поторопился в магазин. Нужно успеть, пока не закрыли. А то придётся страдать без сигарет всю ночь. Бессонница, стала моей подругой жизни.

Выскочил на улицу. Стемнело, но фонари не давали темноте захватить город. Одиноко горел светофор зелёным светом, блекло освещая часть дороги и пешеходного перехода. Людей практически нет, машины в основном припаркованы по принципу, кто куда успел. Я посмотрел через дорогу на светившиеся витрины супермаркета. Подумал, что если топать через переход, потеряю время. Огляделся по сторонам, подойдя к проезжей части, где то вдалеке, одиноко светила фара ночного мотоциклиста, слышалось его тарахтенье. Проскочу, решил я и шагнул на дорогу. Сделал пару шагов, и собрался было перебегать, как внезапно яркая вспышка осветила меня , в ушах резануло рёвом выхлопной трубы.

-Твою ж ма… – успел выкрикнуть я, прежде чем почувствовал сильнейшую боль от удара, ночного гонщика.

Следующее слово, так и окончилось на букве ,,А,, Уже непроизвольно, вырывалась она из моего нутра, меня подкинуло вверх и в сторону. Жёстко грохнувшись головой вниз, последнее, что я почувствовал, вдобавок к боли от удара мотоцикла, хруст и боль ломающегося шейного позвонка. Свет резко погас, и какая-то лёгкость и беспечность, проникнувшая в мою душу, унесла меня в …

Я распахнул глаза от нехватки кислорода, почувствовал полный рот какой-то вонючей жижи, судорожно зачем то её сглотнул, горький вкус, скукожил мои внутренности. Яркий свет ударил по глазам своими лучами, брызнули слёзы, одновременно с горькой субстанцией из носа. Зашёлся в кашле, пытаясь сплюнуть горечь и протереть глаза.

– Что за хрень!!! – сквозь кашель и сплёвывания взвыл я.

– Ещё глоток, Гриша, ещё – чей-то девичий голос, ласково просил сделать глоток какого-то Григория, я почувствовал, зажмурив глаза, что к моим губам прижалось что-то железное с отвратительным запахом.

Я, машинально отвернул голову от какой-то дряни. Резкая боль в затылке, чуть не выключила все чувства, которые я только что испытал после пробуждения, вместе со светом, который вновь увидел, раскрыв глаза. Голова закружилась, ощутил внутри себя, на том месте, где как считается находиться душа, какое-то аморфное тело. Это тело, весьма ощутимо распространялось по мне, там, где-то в подсознании. Такое ощущение, что оно искало удобное место, для просмотра телевизора. Вскоре оно успокоилось, а я протёр слезящиеся глаза кулаками, навел резкость, так сказать и уперся взглядом в чьё-то лицо. Слегка пухлые губы, большие голубые глаза, вздёрнутый носик, румяные щёчки. Это что за кукла с самовара? Симпатичная девушка с толстой, пшеничного цвета косой, в старинном русском сарафане держала в руке большой железный ковш.

– Григорий! – воскликнула она с такой радостью, как будто, нашла сто баксов на дороге – Слава Небесам!!!

Девушка резко вскочила на ноги, ковш дрогнул, и на меня хлюпнула часть вонючей жижи.

– Господин, доктор! Господин, доктор – закричала она, отвернувшись от меня – Всё получилось! Он очнулся!!!

Её звонкий голос, прочистил мне уши. Шум, гулявший там до этого, в ужасе куда-то забился. Я невольно поморщился, и в недоумевающем недоумении, осмотрелся по сторонам.

– Что за фигня!? – прошептали мои губы, озвучивая первую пришедшую мысль.

Небольшая рубленая изба, стены без намёка на штукатурку, в углу русская печь. Под небольшим окном без стекла, в которое нещадно били лучи солнца, стоял большой стол из досок. Материал, использованный для его изготовления, казалось, не ведал о рубанке и наждачной бумаге. Как будто кто-то изготовил их обычным топором, одно бревно – одна доска! Надёжно, просто, вечно! На широкой лавке, за столом, двое, в весьма далеко, не современных одеждах. Спиной ко мне, сидел и что-то писал какой-то тип, вероятно в военной форме с портупеей и одним погоном на плече. На лысине, его склонённой головы, солнечные зайчики играли в лапту. Рядом в горделивой позе, с тараканьими усами, лицом ко мне, сидел какой-то франт. Коричневый в синюю полоску костюм, чёрные ботинки с позолоченными пряжками и белым острым носом, нога на ногу, в руке трость. Завершает этюд – на переносице пенсне, на голове шляпа, типа котелок! Котелок блин! Рядом стоял серый саквояж.

– А кто бы сомневался! – с превосходством произнёс он, отвечая на возглас девушки, что по-прежнему, стояла и цвела с вонючим ковшом.

Не обращая внимания на их разговор, я увидел в углу стола сидевшего на чурбаке, старого высохшего деда. Седые редкие волосы взлохмачены, большая седая борода, тонкие синюшные дрожащие губы, бесцветные глаза с усталостью и слезами смотрели на меня. Поношенная косоворотка, подпоясанная верёвкой, в широкую полосу штаны. Обут, в сапоги с железными оковками на носах. Дед попытался мне улыбнуться, но поморщился, и вяло положил свою ладонь на грудь в области сердца. Он, чему-то кивнул лысому, видимо отвечая на какой-то вопрос. Продолжая осмотр, оценил стену с фотографиями в деревянных рамках, ружьё на гвозде, вместо ремня на нём использовалась верёвка. Широкие доски, прибитые к стене, играли роль полок. Несколько тарелок, пару кастрюль и сковорода, ещё, старая керосиновая лампа без стеклянного колпака. У входной двери, медный умывальник, над деревянным помойным ведром. Ни штор, ни ковров. Спартанизм! Мой мозг, медленно начал перерабатывать полученную видеоинформацию. Что происходит? Где, я? Я, отчётливо помнил куда шёл, и зачем. И что случилось, потом. Но как оказался здесь?

– Что ж, Осип Аристархович – произнёс человек в форме – Мне всё понятно. Заверьте показания.

Он пододвинул старику исписанный плотный лист, уставился на него в ожидании. Дед медленно, через силу, взял в руки жёлтый листок, нахмурил седые брови вчитываясь в строки. Вдруг, разжал пальцы, тело обмякло, навалилось на стол. Седая голова, гулко стукнулась лбом об столешницу, медленно повернулась и замерла. Совершенно поблекшими глазами, уставилась, куда-то сквозь стену. Человек в военной форме, не повёл даже бровью. Немного выждав, он поднёс ладонь к затылку старика.

– Ясно – глухо произнёс лысый.

При этих словах, на него обратили внимание остальные действующие лица, этого пока не понятного мне представления.

– Дед… – напряжённо испуганным голосом, окликнула старика девушка с ковшом.

Она поспешила к нему, на ходу оглядываясь в мою сторону с тревожным взглядом, как бы ожидая поддержки. Торопливо стукнув дном ковша об лавку, наконец-то оставила его в покое. Медленно протянула руки к плечам замершего седого человека. Не прикасаясь к ним, всмотрелась в морщинистое, посиневшее лицо, резко прижала руки к губам распахнув и без того большие глаза.

– Дед… Ты чего? … – простонала она сквозь пальцы – Как же так…

Девушка сгорбилась, и медленно села на край лавки, выступившие слёзы потекли по лицу. Франт в котелке, неторопливо поднялся и подошел к старику, закрыв мне обзор. Склонился к нему, делая какие-то пасы руками.

– Пришло его время! – наконец, произнёс он выпрямляясь, направил свой взгляд к сидящему рядом лысому человеку в форме – Отметьте в протоколе.

Я, невольно восхитился игрой этих актёров. Всё так натурально! Синий дед, надменный франт, спокойный гражданин, начавший опять что-то писать, девчонка с косой и в слезах. Все действия и реплики уверенны, эмоции как настоящие! Но, что это за театр, для одного зрителя? Не могу понять и осознать, реальность это или какой-то бредовый глюк попавшего под мотоцикл. Я закрыл глаза, потёр виски. Мысленно прокрутил свой поход в магазин, пытаясь вспомнить хоть что-то, объясняющее, увиденное только что. Но, как отрезало! После того, как мотоциклист отправил меня в полёт, ничего не вспоминалось. И странно, ничего не болело кроме головы, и тут же машинально, обследовал её ладонью. Ничего умного в голову не шло, остаётся одно, посмотреть выступление актёров, а уже потом разбираться где я и как сюда попал.

## Глава 2. Я, вам не тут! Тут, вам, не я!

– Браво! Господа! Браво! – захлопал я в ладони, изображая аплодисменты. – Спасибо всем! Очень, отличная игра!

Мой голос, прозвучал необычным для меня тембром. Странным и… не моим.

А! – произнёс я букву, и вслушался в звук, не обращая внимания на людей у стола – Конь! Жжж! Мама… мыла… раму!

Звуки, извлекающие из себя, как я не старался, признать не мог. Не мой голос! Не мой! Что-то ёкнуло в груди. Почувствовал озноб, пробежавший по спине, словно какая-то мысль, страшная мысль, пыталась прорваться в мой мозг. Но я её, пока не принимал, как директор в кабинете, зная, что в приёмной ждёт посетитель. Может, мне уши заложило? Я, быстренько поднёс ладони к ушам, стал прижимать и резко отпускать, словно откачивая вакуумом воду, после купания.

– Ракета! – попробовал я услышать свой голос – А!.. А!.. Журавль!

Напрягся. Но, напрягся не от того, что ничего не поменялось. А, от того, что уши мне показались, больше чем я привык. И тут, я не выдержал и словно перепуганный пёс, попытался вскочить с кровати, с пробуксовкой, путаясь в постеленных тряпках, собирая их в кучу. Тело не скрипело, бодро как смазанный механизм, подчинялось кульбитам! Торопливость и спешка, дали свой результат. Окончательно запутавшись в тряпье, увидев свои совершенно не родные, без наколок, руки, я на миг опешил и свалился головой вниз, на пол, больно ударившись. Моя прыть поубавилась, тело благополучно сползло к голове. Лежу, и понимаю, что НИЧЕГОШЕНЬКИ, не понимаю!!! Внезапно почувствовал, как меня оторвало от пола неведомой силой, словно… Блин! Даже сравнит не с чем! Моё тело, приподнялось и опустилось обратно на кровать! Быстро и аккуратно, не давая мне даже мгновения, чтоб что-то предпринять, испугаться, удивиться. Ровно на то место, с которого я пытался сделать марш бросок, в поисках зеркала. Да! Я хотел к зеркалу! Только где, тут оно? Не в помойное же ведро, рассматривать отражение, того кто, типа я? Или, всё таки я?

– Гриша! – вскрикнул девичий голос, послышалось шлёпанье босых ног

Я таращился в потолок, беспомощно держась за место ушиба, ошеломлённый догадкой. Неужели, вся эта ерунда, которую я слушал в аудиокнигах про попаданцев, случилась со мной? Или, это видения в коме, которое тоже присутствует, в тех же книгах? Ну, там типа, терзают смутные сомнения главного героя, помер или нет. Вот, и почувствовал, сам такое! Что за фокусы? Над моим лицом, нависла перепуганная мордашка девчонки. Её пшеничная толстая коса, упала мне на грудь, словно прижимая, чтоб я опять не вскочил. Напахнуло цветочками.

– Доктор, что с ним, помогите! – произнесли сочные губы – Гриша!!!

Гриша не отзывался, а, я уставился в её глаза, пытаясь увидеть что-нибудь знакомое, в образе этого заплаканного и испуганного лица. Может, кто в гриме? Из тех, которых, я знаю…

– Позвольте напомнить – скорее всего, заговорил тот самый доктор – Мои услуги, платные! Старик, заплатил за то, чтоб я привел его в чувство, и не более. Далее, я не могу ничем помочь, не обессудьте, нет оплаты, нет лечения! У тебя, есть деньги?

Девчонка повернула голову на голос, выслушав, сжалась, прошептала:

– Нееетути…

– Василий Дьяконович – вступил ещё один голос, хриплый, чеканный – Прошу, поставить автограф о смерти.

Скорее всего, лысый тип, завершил заполнение своих бумаг. Послышалось скрипение лавки, шелест бумаги.

– Напоминаю! – отчеканил тот же голос – Труп, схоронить самостоятельно. Срок, день. За нарушение, штраф. По делу о башне, следующее. Подозреваемый, признал вину. Оно, закрыто. Ущерб, возместить. Ждите письмо! Честь имею!

Стукнули пятками сапоги, послышались парные шаги, скрип открываемой двери. Актёры, если это были они, покинули сцену. Девушка резко повернулась, и так же резко уткнулась в свою косу, на моей груди, заревела. Натужно, с безнадёжностью, с отчаяньем. Она всхлипывала и завывала, а я, моментально позабыв о своих мыслях-размышлениях, на автомате, начал гладить её по голове.

– Эй, красивая – забубнил непривычным голосом, успокаивающе – Ты чего… Успокойся, ну всё, всё…

Не веря себе, вернее своим чувствам, я ощутил жалость к этой молодой особе. Отличная актриса! Или нет? Господи, помоги разобраться!!!

– Гришааа – подняла лицо девчонка, кривя губы и надувая сопливые пузыри – Ты ль, этааа?

Я не знал что ответить. Гриша, не я. Я, Саня! Но, как сказать ей это? Что-то сомневался я в собственной идентичности.

– Дееед помиир – продолжала ныть девушка, размазывая по лицу ладонью, свои жидкости из глаз и носа – Ууууу!

Что-то вдруг отрезвляющее, шибануло мне в голову. Я, словно победил чувство сюрреализма, и вернулся обратно в себя, свою квартиру. Весь этот спектакль, причем, контактный, где зрителя вовлекают в игру, внезапно мне надоел! Да, в мои пятьдесят три, перепады настроения случаются! А, вот такие нудные актёры, быстро действуют на нервы, способствуя этим перепадам! Я, что вам? Мальчик в коротких штанишках, чтоб так шутить?

– Эй – вскрикнул я, и вздрогнул от своего голоса – А, ну… Хватит ныть! Или что там ты… Короче, хватит уже мне тут!

Вскрикнуть то вскрикнул, накричал, можно сказать. Но вот только что накричал, я и сам не понял, так как получился какой-то набор слов, соответствующий мыслям в голове! Это вам, не говорить важным голосом со сцены, ,, Чай подан!,,. Это, импровизация! Без текста, и ясного понимания в голове, про что сценарий! Девчонка внезапно заткнулась, набрав полные лёгкие воздуха, видимо для очередного вопля, широко распахнула глаза, застыла, открыв рот. Я грозно потряс перед её носиком, пальцем

– Ты, это! – воскликнул, новым голосом, октавой ниже – Брось!

Глядя на неё, поспешил, всё-таки слезть с этой чёртовой кровати. Тело, легко поддалось, чему я признаться удивился, вспомнив подъемы со своего дивана. Ощутив под ногами пол, шагнул несколько шагов в неизвестном направлении, так как, не спускал глаз с девушки, упёрся плечом в полку с посудой. Та не заставила себя долго ждать, с весёлым грохотом посыпалась в низ, в надежде раскатиться во все стороны. Шум, заставил всех вздрогнуть, кроме покойника за столом. Девчонка закрыла рот, поднялась, бросилась ко мне на помощь, протянув худенькие руки, в желании не дать мне свалиться в след, за кастрюлями.

– Гриша! – выдохнула она, испуганно – Держись!

Я, ещё не признавший себя Григорием, машинально осмотрелся в поисках такового, но за протянутые руки, всё-таки схватился.

– Блин! – вырвалось у меня

– Где? – моментально переспросила она, пыжась, удерживая моё равновесие – Где, блин?

Наконец, твёрдо встав на ноги, выдохнул и отпустил помощницу.

– Спасибо – отблагодарил я её – Всё в порядке!

Девушка опустила руки, с огромным непониманием в глазах, уставилась на меня. Она, не знала что делать, и что сказать. Словно боялась, что я, просто сошёл с ума, и могу выкинуть какой ни, будь, страшный фортель! Возможно кровавый!

– Ну – не понимая с чего начать разговор, я развел руками – Всё нормально?

Она быстро и тщательно закивала головой, словно подавая мне сигнал, что она не является для меня угрозой. Вот, видишь какая я, послушная! И не кусаюсь!

Поднял вверх указательный палец, не поднимая руки.

– Вот! Вот и хорошо!

Успокаиваясь, вздохнул, выдохнул, протопал к лавке у стола, сел. Осмотрел деда, по-прежнему взирающего сквозь стену, стеклянным взглядом. Напряг медицинские познания в голове, все познания свелись к одному. У старика нет кашля, значит, не простыл. Я, тот ещё медик! Вспомнил, как в фильмах проверяли усопших, поднося ко рту зеркало. Если запотело, значит, дышит, стало быть, живой. Решил последовать такому примеру, а что, зря я что ли, мозги напрягаю? Да и самому убедиться, что это не актёр, не мешало бы! Тем более, как оказалось, зеркало незаменимая вещь в данной ситуации, хорошо бы просканировать в него и свою личность!

– Зеркало в доме имеется? – поинтересовался у подошедшей ко мне с дедом, девушки

– Откель, Гришаня? – изумилась она такому вопросу – Отродясь не бывало такой роскоши!

– Неужели? – я нахмурил брови, соображая, что это развод, чтоб я не узнал правды об актёре.

Догадалась! Вот и морочит голову! Не один я, оказывается, знаю такой фокус с зеркальцем у рта!

– Ты мне лапшу не вешай! – повысил я голос – Губы, как красишь? На ощупь?

– Как, крашу? – недоуменно прошептала она, попятившись назад – Куда вешать? Какую лапшу? Зачем щупать?

Я посмотрел на реально напуганное лицо. Что-то мне подсказывало, это не игра, но верить не хотелось. Где, я? Как? Зачем мне это сдалось? Жил же хорошо, нормально. Квартира, какая никакая, с унитазом и ванной, машина, сигареты… От последнего воспоминания, вдруг захотелось закурить.

– Курить то, имеется? – с безнадёгой в голосе спросил девушку

– Не курящие, мы тута, али забыл? – прищурила она глаз, и в страхе кинулась из избы.

-Эх – вздохнул я – Побеседовал…

## Глава 3. Первая проба на главную роль.

Девушка в сарафане, шмыгнула за дверь, не удосужившись её закрыть за собой. Я, ещё раз осмотрел свои новые руки, молодые, сильные. Пару раз согнул ладони в кулаки, ощущая в них силу. Это не ладошки пианиста, это руки, трудяги – работяги! Чем таким, меня напоила эта.. девчонка, что такие видения реальные? Ещё раз, окинул взором убогое жилище, в поисках чего-нибудь, отражающего. Тщетно. Разлёгшийся на краю стола старик, не требовал внимания своим молчанием и застывшим лицом. Я, сомневался, что он мёртв. Не укладывается в моей голове всё то, что я вижу! Не принимает мой разум, теорию попадания в другие миры! Я, взрослый человек, чтобы верить в сказки. Всему есть объяснение! Но если, это не так? То, дед, ещё немного полежав, начнёт создавать аромат, который мне совершенно не хотелось ощущать. В тепле, мясо долго не хранится, если он, в самом деле, помер, то почему бы его не прикопать, или он притворяется? Глядишь, актёр перепугается и вскочит! Кому охота, быть заживо закопанным? Но, вот вопрос! Как получилось меня вернуть на кровать, не прикасаясь к телу? Эффект от вонючей жижи, что я хлебал? Возможно, возможно… Была, не была! Играть со мной, изволите? Хорошо, я сыграю! Пожалеете! Я вам, весь сценарий, разрушу!!! Ну, а, если я в коме, и это плод воспаленного мозга, то почему бы не повеселиться на старость лет, перед пробуждением или смертью? Что случится страшного, когда уже произошло!

– Вроде всё логично – согласился сам с собой вслух, осознавая, что мысли совершенно запутались – Ну, что ж!

Я направился в след убежавшей девушки, на улицу. Шагнул через порог навстречу неизвестности, под яркое и весёлое солнышко на очень, очень, голубом небе. Благодать! Дул едва заметный ветерок, дополняя блаженство от небесного светила, лаской тёплого воздуха. А, запах! Это не город с его постоянно ,, чёрным небом ,, , это, природа! Жилище находилось на опушке хвойного леса, небольшая бревенчатая избушка, под деревянной крышей. Рядом парочка малюсеньких сараев, одна под дрова и всякий инвентарь, из другой что-то кококоло и хрюкало. Вероятно куры и поросёнок, томились в этих застенках. Ещё одна избенка, чем-то похожая на баню. В паре тройки шагов, аккуратный колодец с вертляком, из барабана, цепи и кривой рукояти. Вся территория, огорожена своеобразным забором из поперечно лежащих на столбиках жердях. Даже калитка имелась, нелепо смотревшаяся на его фоне. У самого леса, стояла телега с деревянным кузовом. Несмотря на бедность, окружающую эту странную колесницу, у неё были мощные колёса с резиновыми покрышками. Это меня заинтересовало, усилив догадку о том, что это, всего лишь постановка каких – то шутников – театралов. Возможно где-то на деревьях и в доме, развешаны камеры видеонаблюдения для трансляции моей персоны на весь интернет. Если девушка в сарафане, и кругом всё такое старинное, то почему на телеге нет деревянных колёс? Но, с другой стороны, кому это надо? Не такая я и знаменитость, простой человек. Чей это, дурацкий эксперимент, или что это вообще?

– Красавцы! – ехидно изрёк своё восхищение вслух, обращённое не понятно к кому – Ну, ну… Так… Где, эта актриса?

Искать долго, убежавшую, не пришлось. Дверь, в возможной баньке, распахнулась, и она вышла сама, осторожно ступая и поглядывая в мою сторону с опаской и интересом одновременно. В руках, кочерга, не понятно зачем, но это её дело.

– Эй – окрикнул её – Подойди сюда, поговорим.

– Боязно мне, Григорий – помотала девушка головой – Странный ты, опосля лекарства! А, ну, как накинешься! Кулачища то вона, какие!

– Не накинусь, не бойся. Этого мне ещё не хватало, девок бить!

Робко ступая босыми ногами по земле, девчонка приблизилась на расстояние вытянутой руки, держа кочергу наперевес.

– Чево говорить, то? – вскинула она брови – Деда надо хоронить. Жарко ныне на дворе, и господин полицмейкер грозил штрафом, ежели за сутки не управимся. Ну? Очухался, иль ещё, куролесить будешь?

– Очухался, очухался – решил я согласиться, чтоб завязать разговор – Ты, мне скажи, красна девица, что тут за кино снимается? Что за прикол такой?

– Ох – прижала она руки, вместе с кочергой к груди – Не очухался, ишо! Тарабарщина так и льётся, так и льётся!

– Ты о чём? – пришла моя очередь вскидывать брови – Чего от вопросов уходишь? А, ну, отвечай! Не маленький я, чтоб в эти ваши игры играть, хрен пойми с кем! Что за подстава, спрашиваю!

Она покачала головой, внимательно изучая моё лицо.

– Неее – наконец, высказала она результат своих исследований – Не очухался. Эвон, словеса какие странные толкуешь! Поди, ж, разберись про что! Хорошо хоть, угомонился, прыгать перестал!

Вижу, разговор не клеится, актриса упорно вовлекает меня в правила игры. Молодец, не теряет самообладания, молодая, но какой опыт! Самородок! Язви её в душу…

– Хорошо – решив немного подыграть, согласился я – Показывай, что делать надо, а то с памятью, как-то не очень! Яму копать? Так, это мы мигом!

Я провёл рукой, словно приглашая пройти гостей, которых очень ждал:

– Где копать будем? Лопата имеется?

– Имеется – грустно вздохнула девчонка, и направилась в сарай – Притворством занимаешься, Гриш, не хорошо это. Дед помер, а ты как неразумный, не дитятко уже малое, а всё туда ж.

Я молча, направился следом, выслушивая увещевания по поводу своего поведения, в столь сложный период жизни. Пусть бубнит, роль есть роль, она за это деньги получит, наверное. Интересно, а я? Не бесплатно же, это вот всё? Или это, кома всё таки… бесплатная.

Вошли в сарай, сквозь открытую дверь и щели между досок, светило солнышко, освещая все его богатства. Тут было на что посмотреть, и где поковыряться. На полках, непонятные мне приспособления, механизмы и ящики. На полу, барахло потяжелее, местами свалено, местами упорядочено расставлено, между поленниц колотых дров. Вот и лопаты, штук с десяток будет! Куда столько? Ещё и разных образцов, штыковые, подборные, выгребные, каких только нет! Коллекция? Имеется и кайла, и не одна, ломы, топоры, кувалды. Богатство для землекопа, не иначе.

– Оригинальный выбор! Целый супермаркет! – я взял в руки лопату, пробуя на прочность – Вот, эту беру! Сколько стоит?

На глазах девушки выступили слёзы, она ничего не ответила, просто постояла, поглазев на меня, пытаясь не удивляться, вышла. О, как! Довёл всё-таки, девчулю! Не того вы артиста выбрали для своих кинопроб, не того! Ничего! Я вам ещё устрою, сами будете умолять вернуться домой! Устроили, понимаешь онлайн! Подхватив инструмент, в приподнятом настроении, поспешил за плаксой.

– Ну и кто ты будешь, по сценарию? Дочка? Внучка? Или племянница, какая? – ехидно проговорил актрисе, топая в след – Чего молчишь?

В ответ, девушка разрыдалась в голос, закрыв лицо руками, откинув кочергу, и припустила бегом в баню. Она побежала, подгоняемая своей толстой косой, которая при беге шлёпала то по правой, то по левой стороне стройного тела, упакованного в русский сарафан. Не оторвалась бы, таких толстых кос не бывает! Разве что парик такой, крепко посаженный на клей ,, Момент,,

– Гришка! – услышал я знакомое имя, которое начинало меня бесить, незнакомым глухим голосом – Гришка! Подь сюда, паря!

Облокотившись на жерди забора, в стороне от калитки стояли два потрёпанных старика. Один из них, с большой кудлатой бородой и лысой головой, как раз и подзывал Григория. Второй, оперевшись на кривую палку, щуря глаза смотрел на избушку, словно пытаясь рассмотреть то, что ни кто не видит. Положив лопату на плечо, подошёл к новым действующим лицам.

– Ну? – процедил я, внимательно рассматривая, как мне казалось загримированные лица – Что желаете, господа хорошие?

– А ну, не ёрничай! – вдруг рявкнул дед, который щурился – Ишь! Безотцовщина! Господ, нашёл! Драть тебя нужно, дубина стоеросовая, дрыном вдоль хребта!

Старик ругался, сплёвывая слюни из беззубого рта, с очень серьёзным лицом, постукивая самодельным посохом по земле. Мне, на миг показалось, что вот это его выступление, реально относится на мой счёт! В мои то, пятьдесят три!

Даже почувствовал неловкость ,перед старшими, но быстро преодолев смятение, я вновь убедил себя в том что это первоклассный актёр. Где их учат так играть?

– Хорошо, хорошо – поднял я руку в успокаивающем жесте, ладонью вперёд – Что, хотели?

Беззубый, собрался было ещё более возмутиться, но был остановлен напарником по сцене.

– Погодь, Варфаламей, погодь – кудлатый дед, успокоил товарища, положив руку на его плечо.

– Григорий – тут же серьёзным тоном он обратился ко мне – Весть дошла до нас, Осип Аристархович представился перед Небесами. Верно ли? Ответь.

– Вроде того – хмыкнул я, сдерживая улыбку – Пойдёмте, вместе и посмотрим. Устал уже на столе лежать.

Деды зло глянули на меня, но ничего не ответив, отворили калитку и поспешили войти.

– Веди!

Мне, захотелось возмутиться на приказной тон. Но, я не стал, играть, так играть!

– Прошу.

Неся на плече лопату, направился в избушку, увлекая за собой старичков. Детский сад, ей богу!!!

– Вот, любуйтесь – махнул я рукой, войдя в избушку, в сторону стола – Сидит, вас дожидается!

Тут же получил по загривку, кривой палкой от Варфаламея

– Ирод! – зашипел он, замахиваясь в очередной раз, когда я обернулся в его сторону от неожиданности – Окаянный! Да разве можно такое говорить то!

Я, удивительно быстро перехватил орудие избиения из руки этого ненормального

– Хорош, мужики концерты , мне тут исполнять! – отбросил палку в угол – Пацана во мне увидели что ли? Алё? Тут все дома? Кончай этот ералаш, что происходит?

## Глава 4. Место, через которое доходит многое.

Мои действия по перехвату кривого посоха, возымели свой эффект. Варфаламей замер на секунду, две, шокированный такой наглостью. Резко, по меркам старика, выставил перед собой ладони рук, и я почувствовал толчок. Ощутимый такой, но не ладонями, скорее всего воздухом, что ли. От этого отлетел назад на метр и грохнулся на пятую точку, и на ней же, заскользил спиной вперёд к кровати. По пути следования, штаны стянулись, и я ощутил, все прелести деревянного и не струганного пола голыми ягодицами, цепляя занозы. Пребывая в состоянии удивления и полнейшего непонимания происходящим, я как-то не придал значения этому, просто ощущал уколы множества деревянных игл, и стыки досок. Словно пальцем, проводя по клавишам пианино, неудержимо перешлёпывал задницей, с доски на доску пола. Меня сковало оцепенение. Ни слова сказать, ни рукой пошевелить.

– Ах, ты ж, сявка! – закашлялся, Варфаламей, схватившись за грудь.

Его лицо покраснело, то ли от гнева, то ли от кашля, он поторопился пройти и присесть на лавку, рядом с Осипом.

– Варфаламей! – заголосил кудлатый дед – Что творишь, старый пень! Не позволено такое деяние! Запамятовал чтоль? Захотел в подвалы на старость лет?

В открытую дверь, вихрем влетела девчонка с заплаканными глазами, резко остановилась, разглядывая происходящее. Её симпатичное личико, застыло в маске изумления.

– Чево, вы тут? – наконец выпалила она, глядя на моё застывшее тело со спущенными штанами – Дед Платон, чево безобразничаете?

– Дык, вот – старик с кудлатой бородой, приподнял мохнатые брови – Гришка, то…

– Озорует, Гришка – прохрипел Варфаламей, прокашлялся – Нет почтения к старшим, пришлось проучить. Месяц, теперича сидеть не сможет! Ишь!

Он погрозил в мой адрес сухоньким кулаком

– Была бы моя воля! Порол бы, аки сидорову козу, кажный день, чтоб почитал, чтоб не молол устами всякое!

– Варфаламей Устьянович! – она сложила ладони вместе, поднесла к своей груди – Не виновен он, то! Доктор, отваром напоил, вот и несёт околесицу, почитай, как в себя пришёл! Прости его!

– Доктор? – переспросил злой дед, посмотрел на меня – Эк, оно чё! Энтот может, может, уж больно зелья у него, смрадные! Ну, ничё, пущай посидит ещё чуток, на будущее, значит.

Он замолчал, перевёл свой взгляд на тело, полулежащее на столе

– Эх – горестно выдохнул, смахнул слезину, выступившую из глаза, сухим пальцем – Готовь-ка, Варька, самокат. Повезём Осипа Аристарховича на погост.

Девушка убежала, повинуясь старшим, а старики встали около Осипа, и не обращая на меня внимания, начали что то шептать на одной ноте. Молитва, какая? Не знаю, у меня горела задница, хотелось материться от боли и злости, но не мог. Просто, хлопал глазами, взирая на происходящее. Я не мог найти объяснение, которое бы устроило мой разум, по поводу того, как оказался на полу, и почему обездвижен. В груди похолодело, от начинавшей было закрадываться мысли, что я всё-таки попал куда-то не туда, где всё родное и понятное мне. Другой мир? Кома? Следует разобраться всё-таки, и не пороть горячку в выводах и поступках. А то, кто его знает, какие фокусы ещё продемонстрируют на мне! И хорошо бы, зеркальце найти, хоть кусочек. Подозреваю я, что увижу не себя!

Через некоторое время, в избушку вернулась Варька, вроде так назвал её злой фокусник, встала рядом, и дождавшись окончания хорового шептания, сообщила о готовности самоката. Самоката! Нахрена, им, самокат? Как вообще, на самокате, повезут труп на похороны? Не возьму в толк, и представляется с трудом. Что за дурдом? Куда я попал? Представилось, как кудлатый дед, лихо рулит, стоя на одной ноге платформы самоката, за ним стоит Варфаламей, за ним Варя. Одной рукой держатся друг за друа. Другой держат под мышками Осипа Аристарховича, одновременно отталкиваются ногами, мчатся, развивая волос бород и косы. Брееед…

Мои бредовые мысли прервались, не менее бредовым видением. Старики расступились в стороны, Варя отошла ближе ко мне, сложила руки на груди крест накрест, как и старцы. Тело Осипа, медленно поднялось над чурбаком, где он сидел, приняло горизонтальное положение, и медленно выплыло на улицу в открытую дверь, ногами вперёд. За ним, медленно пошагала троица, находившаяся в избушке. Это что за… Это как… Не понял! Ээээ…

Что происходило дальше, видеть я не мог. Хватило и такого видения, чтоб застыть самому, без всякого гипноза от деда. Или что это такое. Одним словом в мой голове ,образовалась тишайшая пустота, словно мозг готовился к решению особо важной задачи, и вот перед этим решил отдохнуть. Нещадно горела огнём, пятая точка с вкраплениями заноз. Хотелось подорваться и плюхнуться в какой-нибудь холодный ручей, для снятия боли и тушения жара. Но, ни один мускул не дрогнул, как бы я не напрягался! Варфаламей пообещал месяц мучений, это что получается? Я буду так месяц сидеть, что ли! Да, ну на….!

Вскоре шум, раздававшийся со двора стих. Очевидно, всё-таки они умчались, на двухколёсном агрегате не смотря ни на что! И меня отпустило. Вернее спало оцепенение, добавив боли в одном месте. Почуяв свободу, я резко вскочил, и припустил было до колодца, что заприметил рядом, но запутавшись в спущенных штанах, грохнулся на пол, вытянувшись как солдат, который сдается в плен.

– Твою мать! – выругался во всё горло, и лёжа на полу, попытался натянуть портки на тело.

Чертыхаясь и ругаясь на всё, вскочил на ноги выбежал во двор, и в несколько гигантских шагов подскочил к колодцу. Не разглядывая красоту старинного строения, ловко подцепил деревянное ведро стоявшее рядом, на крюк цепи, скинул в глубь сруба. Цепь весело побренькивая, стала разматываться, и я чуть не получил в лоб завертевшейся кривой рукоятью. Вовремя отпрянул! Иначе валялся бы рядом, возможно с пробитой головой! Раздался глухой всплеск, цепь натянулась, сообщая о том, что тара заполнена. Нервно начал выкручивать ведро обратно. С каждым усилием на рукоять, ощущал, как сползали с тела штаны, но это было не важно! Скорее бы добыть холодной водицы! Скорее!

И вот она, родимая, холодная, желанная! Никогда в своей жизни я не был так рад воде. Схватив деревянное ведро рукой, почувствовал его могучий вес. Пустое, оно почти пуд весило, а тут с водой! Плеская, заветную жидкость опустил на землю, примерился. Нет, не влезет задница!

– Как потом воду пить, после того как я в него сяду? – проговорил я сам себе, придерживая больное место

Потом? Интересная мысль, я, что уже решил, что буду тут до скончания веков? Странная идея. Осмотрелся и увидел корыто в тени сарая. Вот, то, что надо! Пыхтя, дотащил ведро, торопливо вылил в деревянное подобие ванны. Вода быстро заполнила собой дно, поднимая вверх, недоеденные остатки пищи свиньями и курами.

– Плевать! – воскликнул я, стянул штаны и нетерпеливо опустился в долгожданную прохладу – Бляяяя! Оооо!!! Релакс!

И вот, весь такой печальный, сижу в лохани как в ванной, что когда то была у меня, составляю пазлы в голове. Задуматься было над чем, реалии всего, что меня окружало, заставляли это сделать. Когда то, вычитал одну вещь интересную. Во сне, человек не чувствует запаха. Я вот, как то даже не задумывался об этом, после очередного сна. Видел и видел. Значит это не кома. Кома, как мне кажется, тот же сон. Стало быть…

– Не может быть! – вырвалось у меня, после вывода в уме – Я, что, реально попал в другой мир? Не может быть!!! Как?

– Гриша? – голос Вари заставил меня вздрогнуть – Ты, пошто в корыто залез, дурень!

Неосознанно повернул голову в её сторону, посмотрел на возмущённо – испуганную девушку. Когда успела подкрасться? Это сколько я, тут сижу? На возмущение девчонки, у меня не нашлось ответа. Разговаривать вообще не хотелось ни с кем, даже с самим собой. Наговорился уже! Пришёл к выводу! Хватит!

– А, ну! Вылазь уже! – не отставала от меня она, сгоняя с насиженного места – Кому говорю?

На удивление самому себе, почему-то послушался приказа этой девчонки. Вяло, нехотя, стал выбираться из лохани

– Срам прикрой! – потребовала Варька – Ох, дурень! Как есть дурень, неужто навсегда такой, теперича будешь?

Она, помогла мне принять вертикальное положение. Моё же внутреннее состояние напоминало, глубоко впавшего в депрессию человека. Мыслей нет. Желаний нет. Эмоции отсутствуют! Громыхнули деревянным звуком жерди забора, послышался скрип дерева об дерево. Во двор заехала телега на модных резиновых покрышках. В ней сидели насупленные старички. Тарантас, прокатился без невидимой помощи по ограде, сделав круг, остановился у забора. Увидев передвижение телеги без коня и мотора, я нервно хихикнул. Почувствовал, что ещё немного, и я окончательно слечу с катушек. Глупо улыбаясь, плёлся рядом с Варей, поддерживая портки. Она завела меня в избушку, уложила на кровать животом вниз, оголила мой несчастный зад.

– А, ну – заявила она очень смело – Дайкось гляну, чево тут Варфаламей Устьянович натворил! … Эк, он тебя!!!

В избушку вошли старики, молча, встали у порога, наблюдая за нами. Девушка пыталась выковыривать особо крупные занозы, а я тупо пялился в никуда, не обращая внимания на боль. Наконец лысый дед с кудлатой бородой, покашляв в кулак, проговорил:

– Ну, ладно, Варя, пойдём мы. Проводили Осипа, пора и честь знать.

– Ты, ежели чего – добавил Варфаламей – Бежи до нас, вдруг Григорий чего чудить начнёт! Я ему мигом желания отобью! Иш!

Он погрозил мне пальцем, но я не обращал внимания. Наконец, старички, потоптавшись у двери, раскланялись и ушли. Девушка, покивала им вслед, повернувшись ко мне спиной. Поклонилась.

– Спасибо люди добрые, спасибо.

## Глава 5. Окно в Европу.

Мысли бешено роились в голове, словно мухи в банке. Они бились об стенки, падали, взлетали. Но вырваться, наружу не получалось. Голова только заболела и всё. Известное дело, голова не жопа, завяжи, да лежи, пройдет! А вот то, что невозможно перевязать, саднило и местами жгло. И ещё Варя эта, простившись с гостями, с превеликим азартом принялась выуживать занозы, чем доставляла некоторую добавку к боли. Бубнит, причитает, ковыряет. В общем, как раз время подумать. Но, не думалось, вернее не лезло ничего толкового в голову. Принятие того, что видел, что случилось, постепенно приживалось во мне, доказывая, что я попал! Посмотрим, посмотрим.

– Ну, хорошо! – согласился сам с собой, после всех мыслей и терзаний – Поживём, увидим, что да как. Чего теперь уж.

– Ты, эт про что? – поинтересовался голос девушки, про которую я подзабыл – На чего смотреть-то собрался?

– Это так – я перевернулся на бок, натягивая портки – Мысли вслух.… Хватит уже там ковыряться. Заживёт.

– Заживёт – согласилась Варя и направилась к столу, вытирая руки об подол сарафана – Ох… Как жить то далее, без деда то…

Она, уселась за мощный самодельный стол ко мне спиной, сложила руки на столешнице, задумалась. Хотя, и не видел её лица, мне почему-то стало и так понятно, девушка замерла, уставившись в одну точку. Я поднялся, протопал к ней и уселся на чурбак, на котором не так давно сидел Осип Аристархович. Поёрзав немного, находя боле менее удобную позу для сидения, посмотрел на девчонку. Надо начинать разговор, но с чего и как? Сразу сказать, что я не Григорий, или не говорить. А почему бы и нет, пусть сразу знает кто перед ней!

– Послушай, Варя – наконец решился я – Тут такое дело…

Она повернула ко мне своё красивое лицо, с заплаканными глазами, приготовилась слушать.

– Ну, в общем – я пожал плечами, и почему-то сказал не то, что хотел – Не помню я ничего! Совершенно! Где, я, кто и зачем!

– Как это? – ужаснулась она, и даже отпрянула от меня немного назад – Как это, не помню! Шуткуеш, Гриш? Али, нет?

Девушка прищурила глаза, внимательно всматриваясь, на её лице читалось недоверие и тревога.

– Нет, ты что! – поторопился ответить, побоявшись, что она опять убежит или заревёт, что мне не хотелось, потому как, от женских слёз теряюсь и творю всякую чушь, в попытке успокоить – Какие могут быть, пошутайки!?!

Клясться и божится в этом, побоялся. Потому как это неправда, и мало ли что вдруг случится, если произнесу клятвенные слова! Вдруг козлёночком стану! Тут, где я теперь, страна чудес по ходу дела. И, даже удивился самому себе, от того, что смирился и принял попадание в этого Григория, будь он неладен, вместе с этим Варфаламеем! А так…. Вроде как, слукавил!

– Ох – схватилась она за голову – Несчастье то, какое! Да что ж это такое, то.… За что, Небеса? За что?

– Погоди стонать – я протянул руку и положил ладонь на плечо Вари – Успокойся, что тут такого? Ты мне расскажешь всё, глядишь и вспомнится что у меня? Давай попробуем, а?

Девчонка прекратила причитания, успокоилась и покосилась на мою руку, я быстренько её отдёрнул, и почесал себе затылок от неловкости, которая вдруг проснулась во мне.

– Чево рассказать, то? – спросила она – Я, ж тут, сама недавно как очутилась…

– Как недавно? – я от удивления подпрыгнул на пятой точке, которая не заставила себя долго ждать и тут же зажгла огнём – В смысле, очутилась?

– Вот, три зимы назад, и очутилась – она развела руками в стороны, медленно, но не широко как рыбак, а так, как это делают женщины – Тятька с мамкой померли, вот и приютил меня дед Осип. Шорохалась по деревням, апокамест сюды не забрела. Почитай так и живу тута! Вона, в бане то.

Она указала рукой в сторону строения, похожего на баню, видневшуюся в открытую дверь.

– Как это в бане? – удивился я такому повороту, и неожиданно для себя добавил – А мыться то где?

– Так в речке то! – воскликнула она, словно я малый ребёнок – Плескайся да плескайся! Дед Осип, так и повелел, мы так и делаем. Он тута хотел комнатку мне справить.

Девушка поднялась и подошла к стене возле кровати, постучала по брёвнам.

– Туточки дверь будет! – её лицо погрустнело, и она поправилась в разговоре – Была бы… А теперича, чево? А, Гришань? Как оно будет то, далее, скажи…

Варя уткнулась лбом в стену, прикрыла глаза руками, её плечики стали вздрагивать от рыданий. Вот же мастерица поныть! Я вскочил со своего места, поспешил к ней, потоптался в нерешительности. Хотелось обнять, успокоить, но вспомнил её реакцию, когда положил ладонь на плечо. Осторожно похлопал по спине, аккуратно так, еле задевая.

– Не плачь Варюха! Не плачь! Будет тебе тут дверь! Пропилю, не переживай! А, ну, где у нас пила?

Не дожидаясь реакции на свои слова, я развернулся и бросился в супермаркет, в виде сарая. Там видел инструмент, там гора всякого добра, думаю, найду то, что надо.

– Так-с! – ворвавшись в сарайчик, стал осматривать то, что лежало, стояло, висело – Топор. Вот топор, пила… пойдёт, что ещё?

Вооружившись инструментом, побежал в избушку, выгрузил всё около стены, у которой стояла Варя. Девушка успокоилась и всхлипывая размазывала ладонями по щекам остатки слёз.

– Гришань, ты чево удумал то? – удивлённо произнесла она, посмотрев на меня и кучу инструмента

– Всё норм, Варюха! – я весело подмигнул ей, взял в руки топор, прицелился к первому удару – А, ну! Посторонись! Сейчас воплотим твою мечту в жизнь!

– О, Небеса! – воскликнула девушка, когда я от всей души, шарахнул топором по стене – Гриша! Гриша что творишь то! Угомонись, окаянный!

Не обращая внимания на её вопли, я словно заведённый рубил щель в бревне, что бы вставить пилу. Пусть лучше кричит, чем ревёт! Ну не могу я терпеть женских слёз! Не могу! Тем более, это для неё я так стараюсь, пусть будет то, что не успел сделать Осип. Работа кипела, девушка утихла, умчалась из избушки, подальше от шума наверное. Это хорошо! Спокойно, сделаю обещанное. Наконец удалось вставить пилу, в образовавшуюся щель. Работа закипела с новой силой, я отметил, как ловко всё получается у меня в этом теле. Рублю, пилю, не устаю! Как конь! Одним словом пока радовался своей удалости и лихости, пропилил вторую половину.

– Гришка, сукин ты сын! – знакомый голос заставил меня замереть, не дав навалиться плечом на пропиленные брёвна в стене.

Оставалось всего-то толкнуть, и вот, дверь готова! Я медленно повернул голову на окрик. В дверях стоял злой Варфаламей, и как козёл тряс бородкой от возмущения. Из-за его плеча, выглядывало перепуганное личико Вари.

– Ты чево тут затеял, бестолковая твоя башка! – возмущаясь, старик, еле передвигая ногами, протопал за стол на лавку, присел, тяжело дыша – А, нуть…. Кхе…. Кхе…

Он гневно потряс сухим кулаком в мою сторону, не находя слов. Его красное лицо пылало от гнева и злости. Тяжёлое и хриплое дыхание, выдавало его нездоровое состояние. Девушка метнулась к ведру с водой, и зачерпнув полную кружку из бересты, подала старику. Он принял её, медленно выпил, разливая по бороде излишки жидкости.

– Чево творишь, злыдень? – проскрипел Варфаламей, громко опустив кружку на столешницу – Почто избу рушишь, недоумок? Али в лесу удумал жить, вместе с лунными?

– Чего это? – удивился я – Ничего не рушу, дверь для Вари сделал в её комнату!

– Какую комнату? – возвопил дед – Откель она там? От сырости?

Я недоверчиво посмотрел на Варю, на прооравшегося Варфаламея, легонько упёрся ладонью на стену, где должна быть дверь. Стена, словно ожидавшая такого момента, дрогнула, и пропиленные чурбаки, весело осыпались на улицу. В избушку заглянул лёгкий и тёплый вечерний ветерок, гулявший по двору. Открылся прекрасный вид на огромный тёмный лес и до одури тёмно-голубое вечернее небо. Перечёркивал всю эту красоту забор, своими горизонтальными жердями. И? Где тут комната, что построил Осип?

– Не понял… – пробубнил я, и почесал затылок – Варь, а где комната?

– Гриша! – девчонка смешно всхлопнула ладошками – Какая комната то? Я ж тебе говорила. Деда хотел построить там! А ты! Щас! Щас! Словно сумасшедший колошматил топором то! Ужас!

Дед мотал головой, сидя на лавке, словно конь на привязи. Он уже не ругался, выдохся наверное. Варя выглядывала в новый дверной проём, вероятно представляя как у неё всё бы тут было, если были бы стены. Я, осознавая, что от женских слёз, опять натворил полнейшей ерунды, уселся на корточки рядом со стеной.

– Вот вам, люди добрые, окно в Европу! – прошептал я, и зло сплюнул под ноги – Радуйтесь!

## Глава 6. Давайте посидим, поговорим, не понятно о чём.

– И, што с тобой, делать то, теперича? – задумчиво произнёс Варфаламей, сделав очередной глоток душистого чая из смородины и шиповника, в очередной раз, выслушав Варю про доктора, который напоил меня лекарством.

После всей этой суеты, нам всё-таки удалось усесться за стол так называемых переговоров, угомонив эмоции. Варвара, наладила процесс чаепития из большого медного самовара. На нём не было сапога, как показывали в старых фильмах, для разжигания и поддерживания огня. Процесс закипания происходил вообще без углей и дров. Электрических проводов, то же не было заметно. Девушка, подержала ладони перед пузатым, но изящным красавцем на небольшом расстоянии, примерно минуту, и всё! Вода закипела, вызвав новый виток моего удивления. Она неторопливо и по хозяйски, извлекла из неведомых мне закромов избушки, угощения. Баранки, колотый жёлтый сахар, варенье из каких-то ягод, накрыла стол.

Я, тем временем, постарался разглядеть своё отражение в блестящем корпусе старинного и красивого монстра, для согрева воды. Но, вид того, кого я увидел, не оправдал моих ожиданий. На меня смотрело искажённое медным пузом самовара, лицо, словно в камере телефона, когда включаешь функцию ,, Рыбий глаз ,, . Не думаю что у меня такая рожа, карась, блин! Но то, что она, эта глупая и вытянутая физиономия, к тому же ещё с оттопыренными ушами, слишком молодая, было заметно. Сколько же годочков этому парню, в котором я теперь? Двадцать? Девятнадцать? Мои надежды, вернее крохи надежд, что это просто кино или сон, окончательно растворились в атмосфере будущего чаепития. Надо будет выведать у Варюхи, как-нибудь, какого года выпуска этот Гриша! Эх. Прощай, Саня. Александр Николаевич Протасов. Убил тебя мотоциклист. Убил.

– Ну? Пошто, молчишь? Срамно, стало? – голос Варфаламея не звучал больше злыми оттенками, скорее, звучало больше ноток заботы к сироте – Вот. Молчишь, стало быть. Знамо дело, это не тявкать на старших, не подумав. Тут, дело сурьёзное, важное. Туточки, разговор за жисть! Стало быть, выход один, делать что положено!

– В смысле, делать? – отреагировал я на слова деда, немного поблуждав в своих

воспоминаниях – Не надо ничего со мной делать!

Старик глянул на меня хмурыми бровями, которые скрыли глаза. Ему мой протест, как слону дробина. Сам же я отметил, что моё поведение, совершенно не принадлежит взрослому человеку. Казалось, что вся мудрость прожитых мною годов, отставала в скорости по принятию решений. Во мне, бурлила молодость, как в голове, так и в теле. Взять, к примеру, ту же стену. Вот какого лешего, прорубил в ней эту чёртову дверь, не исследовав избушку? Можно же было, мудро и спокойно обойти её вокруг, чтоб убедиться в том, что пристройка существует! Нет, же! Партия сказала – ,, Надо,, , Комсомол ответил – ,, Есть!,, А я, то, старый пень, какой комсомолец к хренам собачьим? Давно им был, и недолго… И ещё эти слёзы, женские…

Тем временем Варфаламей, молча изучал моё лицо, которое выдавало признаки работы мозга. Вздыхая и изредка попивая чай из трав, делал свои выводы. Наконец, вдоволь налюбовавшись, он повернулся к Варваре всем телом.

– Варвара! – он постучал по столешнице сухонькой ладонью – Бежи, собирай совет села, немедля. Будем решать, как далее вам жить – проживать. Сама понимаешь, таков закон! И волю Осипа Аристарховича, надоть соблюсти. Пущай сюды прибудут люди, туточки и потолкуем, а то мне, чтой-то нездоровится, пока доплетусь до поляны, ночь грянет.

Он развёл руками в стороны, как бы извиняясь за то, что сказал.

– Так што, деваха, не обессудь! Воля усопшего, святое. Пущай набор несут, с печатями.

Лицо девушки, вспыхнуло алым. Она смиренно наклонила голову, слегка поклонилась и поспешила удалиться в открытую дверь. Толстая коса, богато свисавшая с головы, мелькнула в дверном проёме, лениво раскачиваясь на хрупкой спине. Интересно, как она справляется с такой шевелюрой, без зеркала, шампуня, и других прибамбасов, которые существуют в моём мире для женщин? Это же такая морока! Там, откуда я, женщины имея неограниченные средства для таких вот кос, но, не выращивают их. Или, это от всей химии, которые намешаны в шампунях, они не растут?

– Ну, что, Григорий – вырвал меня из размышлений о причёсках голос Варфаламея – Готов, ли?

– К чему? – напряжённо поинтересовался я и прищурил глаза, силясь прочесть эмоции старика по лицу – К чему готов? А?

– Вот смотрю я на тебя, Григорий, и не могу ладу дать! – старик пододвинулся на лавке, поближе ко мне – С малых годочков знаю тебя, не одну штанину ты мне обмочил, покуда на коленях моих сидел, покамест нянькался с тобой.

Он провёл ладонями по штанинам, словно вспоминая, где были мокрые пятна.

– И што? – взглянул на меня, усталыми, впалыми глазами, которые ещё светились искрой жизни, не обращая внимания на морщины старого лица – Ответь?

– Что ответить?

Я, не мог понять смысл задаваемых вопросов, напрягся, на всякий случай покрепче ухватился за столешницу, почувствовал себя космонавтом, перед полётом. Но он, в скафандре и костюме специальном. В таком, не страшно по полу елозить на пятой точке. Мне показалось, что этот сухонький на вид дедок, собирается снова отправить меня, покататься по полу на заднице. Уж, больно он, ехидно уставился. А так, за стол держаться буду, пусть попробует сдвинуть!

– Вопрос ответь, вопрос! – Варфаламей нахмурился ещё сильнее – Доколе, я одно и тож, воспрошать буду?

– Не пойму никак – пожал я в ответ плечами – Про что мы тут толкуем с тобой?

– Ты, Гришка не темни, не надоть. – старик устало вздохнул – Тайной я твоей ведаю, как ни-как, Осип, да примут его Небеса, говорил мне за то.

– Какой тайной? – заинтересовался я, и даже пододвинулся ближе к деду.

– Знамо дело, какой! – Варфаламей прищурил глаза, брови снова спрятали их под собой – Не, робей! Покамест, мы тута все вместе, проживём Гришаня, проживём! Главное, шоб ты, понимал это. Осознавал, так сказать, ответственность за проступки свои и слова! Редчайший случай, почитай за столько годов, можно сказать, единственный! Так, што, отвечай мне на вопрос то, отвечай.

Опять, двадцать пять! Совершенно не могу понять, про что ведётся речь! Может этот парень, чьё тело я занял и в курсе событий, но я то, нет! Откуда мне знать! И как узнать? Кругом вопросы и вопросы, и ни одного ответа. Тем более все эти чудеса, реально виденные мною, совершенно выбивают из колеи моё восприятие и осознание. Мне бы, по хорошему, притихнуть. Присмотреться, пораспрашивать ту же Варюху, о месте моего пребывания, о жизни, о Григории. Но! Слишком всё как то сумбурно получилось у меня, это самое попадание в другой мир. Не так как в книгах, вероятно у каждого свой опыт, свой менталитет, своё восприятие такого вот случая. Это как автор придумает, не перемещались же они сами, и описывали потом всё вот это! А, я, не писатель, в самом деле!

– Понятно всё, Варфаламей Устьяныч – я закивал головой, в надежде завершить этот допрос и тайной мыслью, побыстрее проникнуть в курс ситуации, сложившейся вокруг меня.

– Што, понятно? – удивился дед – Ты на вопрос то так и не ответил! Опять дерзишь?

– А что тут отвечать? – я сделал удивлённое лицо, причем без видимых усилий – Жить, работать, ни куда не лезть.

– Едуть!!!

Голос вбежавшей Вари, заставил нас прекратить, как мне казалось пустую болтовню. Тем более понимания сути разговора, я так и не выудил. Меня хоть пытай, ничего бы не ответил! Не потому что я такой терпеливый и сильный духом, а потому что не знаю!

– Вот и хорошо – Варфаламей, моментально отвлёкшись от меня, потёр сухие ладони – Угости ко, меня ещё отваром своим, Варенька!

Девушка поспешила к остывшему самовару, поглядывая на меня и почему-то краснея. Я заметил эти смущённые взгляды, и даже подумал, не сижу ли я тут голый? Осмотрел себя, вроде нет, мало ли что тут может произойти? Злой дед, колдун, или кто он, может и раздеть, в знак какого-нибудь наказания. Удивился ещё раз, глядя на то, как пар от кипячённой руками девушки воды, поднимался из-под крышки самовара. Как она это делает?

Во дворе раздались звуки пребывания тарантасов, голоса высаживающихся из них людей. Вскоре избушка заполнилась прибывшими. Ещё не старая, но видавшая виды бабёнка, державшая в руках деревянный короб с крышкой, возглавила вхождение через порог в жилище. За ней, устремились в гости к нам, трое не молодых и не очень старых товарища, в разномастном одеянии. В принципе, одежды отличались лишь цветом рубах и поясов. Женщина же, была наряжена в подобие сарафана, или вернее сказать, длинный серый балахон какой то. Гости прошли, вежливо поздоровались, расселись с торжественными лицами.

– Начнём, пожалуй, Варфаламей Устьянович – сообщила женщина.

## Глава 7. Дарю тебе верёвку!

Очень культурная тётка в балахоне, важно окинула взглядом всех присутствующих, и с интересом уставилась на новоиспечённый проём в стене. Вероятно, её восхитил вид из этой будущей двери, иначе чего так разглядывать? Не отставали от неё и мужики, прибывшие с ней. Складывалось такое впечатление, что Варфаламей Устьянович, собрал этот важный сходняк, именно для оценки дверного проёма. Гости поговорили между собой в полголоса, теряясь в догадках и в поисках смысла данного прохода на природу. На это ушло минут пять, может больше. Мне, было как то безразлично, потому что, сам, переваривал разговор с Варфаламеем, и тоже тщетно искал в нём смысл. Злой дед, отставил в сторону пустую кружку, постучал по столешнице ладонью, привлекая внимание присутствующих. Люди притихли, обратили свои взоры на него, давая понять, что к собранию готовы.

– Вота – он обвёл ладонью меня и Варвару, отсутствие части стены – Надобно, решенье принимать какое, чаво тянуть ишшо три недели? Я, как старший нашего села, попросил собрать сход, именно тут. Дабы все воочию узрели, чево начал творить Григорий. Энто только начало! Не могу представить, што будет далее! Старших не почитает, дерзит, хамствует помаленьку. Кажисть, кровушка забурлила, молодецкая. Пора обуздать! Осип Аристархович, пусть примут его Небеса, оставил нас, но просьбочка от него была, связать по рукам Варвару и Григория, и пригляд за ними устроить. Подмогу, какую, оказать на первых порах.

Варфаламей окинул меня с девушкой взглядом, указал сухим пальцем с жёлтым ногтём в центр избушки, изрёк следующее:

– Встаньте пред нами рядком, Варвара и Григорий!

Варя, словно стыдясь чего-то, опустила разрумянившееся лицо, медленно прошла в указанное сельским старшиной место. Я проводил её взглядом, но присоединяться не спешил. Что, ещё за суд они тут устроили? Что-то внутри меня, подсказывало, надо делать ноги, как раз в эту дверь, что я пропилил! Странности в странном мире, начинали напрягать.

– Григорий, даже не думай сбежать! – вдруг обратилась ко мне женщина, извлекая из своего ящика содержимое на стол – Я, смотрю, ты совершенно не понимаешь, что происходит? Странная реакция, на лекарство нашего доктора. Надо будет поговорить с ним.

Я с удивлением, уставился в глаза говорившей дамы. Острый и проницательный взгляд очень синих глаз, заставил меня вздрогнуть. Подумал, что она, читает мысли в моей голове, словно книгу.

– Да, всё верно – проговорила она, улыбнувшись тонкими губами – Я, вижу, кто и что думает. Это мой дар. Поэтому, прошу не делать глупостей и подойти к Варваре. С твоей же проблемой, мы разберёмся позднее. Не переживай! Всё вспомнишь, всё наладится.

– Григорий! – проскрипел недовольно Варфаламей – Не способствуй применению силы, пройди к Варваре! Неслух!

С превеликим нежеланием, выполнил просьбу и встал рядом с девчонкой, которая по-прежнему, очень внимательно изучала пол под ногами.

– Варя – шепнул ей на ушко – Скажи, что они тут надумали? Что хотят, эти граждане?

Девушка подняла взгляд, посмотрела на меня с лёгким удивлением, приложила пальчик к губам, требуя тишины. Забавная разрумянившаяся мордашка, снова принялась изучать строение пола. От полнейшего непонимания, я начал нервничать. Может набить им лица? Всем в подряд, исключая женщин и деда?

– Григорий, оставь свои глупые мысли в сторону – опять вскинула на меня свои зоркие глаза, женщина в балахоне – Отнесись ко всему серьёзно! Начинаем сход!

Сидевшие за столом мужички и дед, принялись за обсуждение какой-то повестки дня, не обращая на нас никакого внимания. Женщина, периодически делала пометки на листе жёлтой бумаги, изредка встревая в разговор. И вот, когда мы с девушкой, устали стоять, они притихли, женщина в балахоне, встала для оглашения результата.

– Григорий! Варвара! – обратилась она к нам, стальным голосом – Мы, Совет села, при Енисейском крае Российской империи, сего, двести двадцать седьмого года, месяца июль, постановили. Имущество Осипа Аристарховича Елейного, так же его дело отходит к Григорию Ивановичу Безымянному на правах крови. Так, же, имеющиеся долги, в сумме восьми рублей, и долг по восстановлению разрушенной башни, в сумме пятисот рублей, так же переходит к Безымянному, на правах наследника.

Она обвела нас с Варей строгим взглядом, читая мысли, продолжила:

– Варвара Петровна Парамонова, сирота без приданного, без рода, по велению Осипа Аристарховича Елейного, повязывается с Григорием Ивановичем Безымянным в семейный круг.

Из-за стола, вышли трое в разных рубахах, подошли к нам с Варварой. Двое встали по краям, третий к нам лицом. Отчего-то его весёлые и жизнерадостные глаза, не придавали мне задора и счастья. Мужик достал из тряпичной сумки, что висела на плече, небольшой моток белой верёвки, большой кусок голубой ткани, бережно сложенной в квадрат, подал его товарищу, стоявшему с лева. Тот принял, и со своим напарником растянул его за нашими спинами. Выглядело это так, как будто нас с девушкой, собирались фотографировать на его фоне. Но, фотоаппарат из своей сумки, стоявший перед нами человек не достал, он достал какой-то малиновый камень. Меня удивила вместимость этой сумки. Бездонная она, что-ли? Варвара вытянула вперёд руку, замерла, не поднимая глаз. Я, стоял не шевелился, искоса поглядывая за развивающимся событием. Сердце билось от непонимания, хотелось свалить куда-нибудь в лес. Перевести дух, отсидеться, разобраться, проводя разведку, возможно боем. Но понять, чёрт возьми, всё это, что меня окружает! Россия, хорошо. Енисейский край, и это понятно. Сам я из Красноярска, вроде места родные должны быть. Но вот год, двести двадцать седьмой! Какого хрена он такой? От чего летоисчисление идёт? Все хвалят Небеса, почему?

– Ну, чаво, Григорий? – растормошил меня, обладатель бездонной сумки – Руку то, давай!

– Зачем? – поинтересовался я у него

– Дык! Как это, зачем? – опешил обладатель весёлых глаз – Решение есть, стало быть, давай руку!

Что-то не очень хотелось это делать, но кто бы спрашивал! Моя рука, плюя на моё желание, поднялась вровень с Вариной, я ощутил очень знакомый ступор. Заметил краем глаза насупившиеся брови Варфаламея. Старый пень! Опять колдует! Мужичонка, согласно кивнул головой, стал перематывать белой верёвкой вместе, наши с Варей предплечья. С серьёзным лицом, и что-то бубня рифмованное, он усердно словно паук, делал свою работу. Тем временем товарищи, державшие ткань, накрыли ей наши плечи, подпевая первому. Наконец весь моток намотан, тряпка накинута, исполнители не пойми чего отошли в стороны, уступая дорогу синеглазой женщине.

– Вот и образован новый круг! – сообщила она со счастливым лицом, но железным голосом – Отныне, и до призвания на Небеса, вы есть одно целое! Берегите друг друга, проявляйте заботу и внимание. Небеса вас не оставят и помогут! Пусть будет так!

Она, прекратив речь, поднесла к нашим перемотанным рукам, жёлтый лист бумаги, на котором виднелись надписи мелким почерком.

– Заверьте!

Варя выставила вперёд указательный пальчик, мой палец, последовал её примеру. Женщина поднесла к ним лист, прижала. Что-то, словно иголка, кольнуло в подушечку, выступила капелька крови. Она тут же исчезла, растворившись в бумаге, так же как и капелька Вариной крови. Верёвки неожиданно стянулись, плотнее прижимая наши руки, образовался узел. Этакий бантик, как на ботинке.

– Хвала, Небесам! – объявила женщина, и поспешила за стол.

Взяв огромную печать, она стукнула ей об жёлтую, кровожадную бумагу оставляя штамп. Мужички, сложили свою ткань, запихали в сумку. Все чинно и неторопливо собрали свои аксессуары, и так же, не спеша покинули избушку. Последним выковыривался из неё злой дед Варфаламей. Он обернулся в дверях, молвил напоследок:

– Вот, оно, Григорий! Теперича, некогда тебе будет заниматься ерундой. Хорошей жизни, тебе и Варваре. А по твоей тайне, апосля поговорим. Прощевайте, значит.

Он хлопнул дверью, руки опустились, ступор прошёл. Я посмотрел на счастливое лицо Варвары. Она, всё ещё краснея, смотрела на меня красивыми глазами, словно бурёнка, хлопая длинными ресницами.

– Варь…. Это что за ерунда? – спросил я, начиная подозревать немыслимое – Нас, что? Поженили?!?

– Это как? – удивилась она – Что значит, поженили?

– Варя! – повысил я голос, требуя ответ, а не вопрос – Отвечай, говорю! Что это было?

– У нас теперича, круг… – сообщила девушка с волненьем – Что не понятного то, Гриш?

– Какой, ещё круг? – нахмурился я – Что, значит, круг?

– Ну, так… – она пожала плечиками – То и значит. Чево ты, как впервой это слышишь то? Неужель и вправду ничево не помнишь? Гриш, ты не шуткуешь?

Я на нервах, потопал к лавке, ноги затекли стоять. Привязанная Варвара, поспешила за мной, едва не упав от неожиданного рывка.

– Чёрт! – выругался я, дёрнул верёвку за кончик, она легко поддалась и развязалась.

Девушка ойкнула, услышав мою ругань, прикрыла ротик ладонью, вытаращила глаза.

– Гриша! – прошептала она – Что ты наделал? Это же подарок! Зачем нам чёрт?

Тем временем, белая верёвка освобождённая от узла, медленно разматывалась, спускаясь на пол, складываясь в кучку.

– Верёвка? – воскликнул я – В подарок? Ахренеть!!! Всю жизнь мечтал, ещё бы мыла кусок в добавок к ней подарили!

## Глава 8. Узелок завяжется, узелок развяжется

Освобождённая от пут Варя, медленно села рядом со мной на лавку. На её красивой мордашке, больше не проглядывалось счастье. Стойкий испуг и недоразумение, плотно укоренились в глазах, изогнув брови домиком.

– Что не так-то опять! – возмутился я, рассмотрев изменение во внешности девушки – Варвара, как там тебя по батюшке? Петровна?

– Ох, ты жж!!! – вдруг переполошилась она, замахав руками – Пошто ты ко мне, такось? Я ж не бабка, какая, али женчина в летах, мне через три недели, почитай только двадцать будет!

В её словах прозвучало столько возмущения, что весь страх моментально растворился из её красивых глаз. Она подскочила, упёрла руки в бока и топнула ножкой.

– А, я, ужо, семейна! – Варвара гордо задрала подбородок, от невесть какого счастья – Во, как!

– Такс. – я поднялся, заложил руки за спину и прошёлся по полу избушки – Не в этом суть, Варя! Давай-ка, подруга дней моих суровых, поведай мне о делах… здешних!

– Эт, о каких делах то? – изумилась моя собеседница, убрав руки с боков и повернувшись в мою сторону – Деда Осипа, дела то?

– Хрен с ним – в нетерпении закивал я головой – Давай, Осипа, дела то! Варя! Ты чего такая медленная?

– Гриша, а доколе ты такой будешь, беспамятный? – поинтересовалась она, игнорируя моё нетерпение – Туточки, всего не пересказать то! Жисть та, вона кака, длинна! Экось, кажный денёк, перескажи! Язык то отвалится!

– О, Боже! – взмолился я – Да, что же это такое, в самом деле! Варвара! Мне не надо каждый день подробно. Мне, пожалуйста, в общих чертах! Рыба моя, можешь так? А?

– С чево эт, я рыба? – надула губки Варвара – Твоя, то, да. Но не рыба я! Иш, удумал, с чем сравнивать! И опять же, Гриша, причём, туточки общие черти? Нам, пошто, одного мало?

Я почувствовал, что начинаю злиться. Немного помолчал в надежде успокоиться. Разговор не клеился. Складывалось впечатление, что мы по-русски, разговариваем на разных языках. До меня дошло понимание, что не все слова из моего современного мира, понятны тут. Надо значить учить их язык. И какого чёрта, она имеет в виду? Не в мой ли адрес, конвертик?

– Стоп! – я вскинул ладони – Говори, с этого места поподробнее! Кто, чёрт?

– Так, вона ж! – она указала тонким пальчиком на кучку из верёвки – Чево просили, то и получили! А как же! Самое то, в хозяйстве то нашем, нуженное! Нет шоб свинку али козу, зажелать! Зачем? Нет, жеж! Нам, чёрт, спонадобился!!!

Она гневно зыркнула в мою сторону, но что-то вспомнив, покраснела и опустила глаза.

– Варя! Ты, чё гонишь? Что, твою мать мелешь? – вскипел я – Совсем от счастья крышу снесло? Причем тут верёвка, какой, нахрен чёрт? Сдаётся мне, что тебе просто необходим, ваш суперлекарь! Кабздец! Скажи, подруга, как с тобой разговаривать?

Я закончил сотрясать воздух своей речью, и в сердцах пнул малиновый камень, который преспокойно лежал на полу. Очевидно мужик, с весёлыми глазами, как не пытался не торопясь упаковываться, всё равно забыл его тут. Камешек весело подпрыгнул, и покатился в направлении кучки из верёвки, представлявшей чёрта для Вари. Тут же, девушка взвизгнула, бросилась ему наперерез, в надежде остановить его движение. Она в последний момент, как футбольный вратарь, кончиками пальцев в падении дотянулась до него, изменив направление. Её тело грохнулось об пол, вырывая стон. Увидев это, я невольно схватился за свою грудь обоими руками, представив какую должно было боль, ощутила эта девушка, ударившись. Непроизвольно присел на корточки.

– Варька! – вырвалось из меня, и я в полуприсядку, поковылял к заплакавшей девушке – Варюшка, ты чего творишь, ненормальная?

Дрожащей от нервов рукой, погладил её по голове, успокаивая. Она немного повыла, стала успокаиваться и пытаться встать. Помог приподняться, бедолаге. Девушка встала, скрестила руки на груди, унимая боль.

– Гриша – она покачала головой – Не нужен нам чёрт. Не нужен!

– Да какой чёрт? – ласково произнёс я, усаживая всхлипывающую девушку на лавку – Откуда ему взяться? Успокойся, всё хорошо.

– Вона, ж – она кивком головы указала на кучку из белой верёвки – Он и есть!

– Опять, двадцать пять! – невольно вырвалось у меня – Хорошо, я уберу его!

– Почему опять, двадцать пять? – тут же поинтересовалась она – Это как? Когда было, и чего?

– Оооо… – застонал я, обхватил голову руками, оперевшись локтями на колени – Когда это кончится!!!

– Что? Что, кончится? – тут же услышал я, и замолчал, скрипя зубами.


***

Прошла бессонная ночь разговоров. Выбегая пару раз на улицу, от нервов, я всё-таки умудрился кое-что узнать о том месте, где нахожусь. Начну с верёвки. Это не просто, намотанная на руках бечёвка, с узелком-бантиком. Оказалось это такой праздничный подарок для новой семьи. Тянешь магический узел, загадываешь любую домашнюю зверушку. Верёвочка на пол, а сверху кладёшь, малиновый камень. И, вуа-ля! Фокус-покус, магия, ети! Готово! На тебе коня, корову или кота. Наконец-то я узнал, столь нервное поведение Варвары. Она права. Чёрт нам не нужен! И да, семейный круг, это и есть свадьба, по-нашему. Венчание такое, видите ли, тут. Она теперь жена, что долго пришлось объяснять девушке, потому как такого слова она не знала, ну а я, муж, бляха! Женили, без согласия на то! Сволочи! Как скажут старшие, так тому, и быть, добровольно выбирать супругу или супруга, невозможно в этом мире. Предрассудки какие-то! Дед Осип, занимался тем, что добывал в пещерах камни для всякой магии. То ли усилители, то ли энергия, какая-то в них, я не понял. Хватало каламбура в вопросах и ответах. Теперь и моя стезя, рыть, копать, не унывать! Что совершенно мне не по нраву. С этим понятно, вопрос решаем, но со временем. И вот ещё башня, которую якобы уронил дед, за что и был, судим, перед смертью.

Всё не так просто. Всё не так. Оказывается, это моя работа! Просто Осип Аристархович, взял вину на себя, пока я, вернее это тело от Григория валялось в беспамятстве.

– Получается, все владеют, какой-нибудь магией? – задумчиво переспросил я, потирая глаза – И ты, тоже.

– Агась! – согласно кивнула Варя – Могу греть, могу кипятить, могу обжечь. Огня не могу сделать. Это у богатых, такое возможно. Оно, как. Чем величественнее род, тем сильнее магия. Во, как!

– А, я? – с интересом спросил её – Что могу?

– Ты, то… – она кивнула куда-то головой в сторону – Башню развалил, хотел передвинуть.

– Зачем? – удивился я

– Деду Осипу, похвастаться хотел. Смотри, што могу! И вот, башня та упала, и ты упал. Глазоньки закатил, колотишьси весь, жуть! А потома, стих, ажно дышать перестал, всё, думаем, помер. Домой довезли на самокате, врача призвали, ну и началось! Понабежали все, законные! Чо было! Чо было! Страсти прямо!

– Ясно – кивнул головой, соглашаясь с девушкой – Дальше, помню.

Утро заглядывало в дверной проём, красным глазом солнца. Где-то торжественно об этом, возвещали петухи. Начинался новый день, в загадочной стране. Вероятно это какой-то параллельный мир. Мне многое хотелось узнать, но глядя на уставшую Варю, решил отложить всё на потом. Да и самому хотелось переспать с новой информацией в голове. Проснуться и думать о дальнейшем житье-бытье, коли так получилось. Не пропаду, знаю точно. Не в такие передряги попадал в прошлой жизни, одно настораживало. Меня окружают, грёбанные волшебники! А, я, ничегошеньки не умею. Вернее и не пробовал, надо испытать свои уменья, может получиться что? Оставлю попытки, на то время как проснусь.

Я посмотрел на сопевшую Варюху, умудрившуюся уснуть за столом, положив голову на руки, укрываясь толстой косой. Подошёл к ней, взял на руки и аккуратно уложил эту тростинку-пушинку на кровать. Накрыл пародией на одеяло, сам направился во двор. Посмотрел на красивейшее небо в лучах рассвета, вдохнул полной грудью упоительный аромат чистого воздуха. Протопал до самоката и забрался в кузов. Там и уснул, подложив руку под голову.

## Глава 9. Салатный прогресс.

– Гришань! – кто-то тормошил меня за плечо – Гришаня!!!

Открыв глаза, увидел новоиспечённую суженную, с умилением будившую меня, так сказать, своего суженного. Вот именно эта мысль, самая первая пришла мне в голову. Нет, не решение будущих проблем в магическом мире, для простого человека. На первое место вылезло то, что я теперь женат! Не с такой мыслью, вообще-то, хотел я проснуться! Не с такой!

– Ты, пошто в самокате дрыхнешь? У тебя, дома нетуть? – насупилась Варвара, скинув с лица всю доброжелательность, как только я открыл глаза – Ну? Чаво таращишь глазки то бесстыжие? А, нуть, вылазий и пошли за стол, ужо и завтрак готов! Осрамил меня на всё село! Ужась!!!

– В смысле? – проворчал я, зевая – В смысле, осрамил? Ты это про что?

– Люди увидят, шо ты туточки спишь, чаво обо мне думать станут? Дело первой ночи семейного круга, не соблюли! А, пошто? Ужель не по нраву тебе я стала, как башенку разрушил?

– Не понимаю, о чем ты – отмахнулся я от этих женских страхов рукой – Что тут такого? Где хочу там и сплю! У меня есть право выбора! Плевать мне на ваши сплетни, с большой колокольни!

– Откель плевать? – оторопела ,, злая жена ,, – Что есть у тебя? Гриша! Когда ж ты, по русски то начнёшь разговаривать?

– Пошли уже – вываливаясь из кузова, проигнорировал я её вопросы, к которым за ночь начал привыкать – Есть хочу, спасу нет!

Солнце медленно тянулось к своей высшей точке на небе, судя по ощущениям, время было около десяти. Это хорошо, что не проспал весь день. Не чувствовалось ни усталости ни бессонной ночки. Вот что значит молодой организм! Прошли в избушку, уселись за накрытый стол. Каша гречневая, курица жаренная, помидорки-огурцы, сало и хлеб. Всё это тянуло на полноценный обед! Самовар парил в центре стола, отсвечивая солнечными лучами. По инерции заглянул в его пузатое пузо, снова увидел карася с ушами. Надо что-то делать с зеркалом, однако… И стену не мешало бы заложить обратно, ну или комнатку пристроить. В общем, наметил себе фронт работы, на первое время. Отсижусь, осмотрюсь, что да как. Только вот это, не входило в планы Варвары.

– Давай, апосля как поедим, на гору пойдём. Работать будем, камни копать. Нужно долги отрабатывать! – с видом бывалой жены, поставила она меня перед фактом.

Я удивлённо уставился в её румяное лицо, которое тут же отвело красивые глаза в сторону. Её вид сообщал, что услышанное мной, было произнесено абсолютно не этим человеком, на которого смотрю. Кто-то другой это сказал! Не, она! И так это выглядело убедительно, что мне на миг показалось, это так!

– Варвара – начал было я, но вот дальше развить мысль не получилось – Ты, это…

В общем, идея хорошая. Почему бы не выползти за территорию забора и посмотреть на мир. Камни можно пока и не копать. В прочем, почему бы и нет!

– Молодец, Варюха! – наконец похвалил девушку, после переваривания информации – Давай прогуляемся, покажешь, что да как! Напомнишь мне.

Напряжённая девчонка, облегчённо выдохнула, словно казнь не состоялась. Поспешила заняться столом. Вернее, накладыванием еды по глиняным тарелкам.

– Ешь, Гриша.

Я взял деревянную ложку, в животе радостно замурлыкало в предвкушении еды.

– Может, салат замутим? – указал ложкой на огурцы и помидоры, лежащие на тряпочке

Варвара застыла с занесённым кусочком отломанного хлеба у рта. По её виду можно было понять, девушка искала перевод сказанного мной. Опять я щегольнул простыми словами из своего мира. Она было попыталась задать мне вопрос по поводу значения сказанного, но я её опередил, выставив ладонь вперёд

– Молчи! Молчи, молчи – я вскочил с чурбака – Сейчас покажу!

Накрошил ножом огурцы и помидоры, высыпал в большую миску, сиротливо стоявшую на печи. Поискал глазами соль.

– Лук, есть? – поинтересовался у замершей Вари – Ещё, масло растительное нужно.

– Лук? – отмерла девушка – Ага.

Она метнулась во двор, вильнув косой, вскоре вернулась с луковицей с зелёными молодыми побегами, выдернутой из земли.

– Вота! – она протянула мне овощ.

– Масло, имеется?

– Осталось малость, но это же запас на чёрный день, оно редкое очень то!

– Тащи – приказал я – Ещё на желудке, экономить будем!

Девушка достала из погреба бутыль, наполовину наполненную жидкостью, почти золотого цвета, Нехотя протянула мне.

– Гришань… – замялась девушка – А энто, точно нам есть?

– Здрасте-пожалуйста! – удивился я – А, кому же?

– Я, животинке обычно такось кромсала овощи та! Ишо, думаю и маслица им тудысь! Не шибко ль, велико удовольствия?

– Варюха!!! Угомонись! Сейчас попробуешь, за уши не оттащишь! Садись, пробуй!

– Не надо, за уши, ишшо чево не хватало! Садись ко, сам и ешь, не буду я, что мне уши лишние?

– Варвара! – я слегка повысил голос, постучал ложкой по столу – А, ну! Быстро, ешь!

Девушка, округлила глаза, но послушалась. Схватив деревянную ложку, быстро стала черпать и запихивать салат себе в рот. Практически не жуя, она глотала его, как дизель соляру!

– Варя! – выкрикнул я, опасаясь, что она подавиться – Стой!

Варвара вздрогнула, опустила полную ложку в тарелку, торопливо прожёвывая полный рот салата, уставилась на меня.

– Ты чего вытворяешь, дурёха? – возмутился я – А, ну! Ешь нормально! Не торопись, с чувством, толком с расстановкой! Как всегда это делаешь, понимаешь?

Она, кивнула головой, удивлённо посмотрела на меня:

– Гриша, ты ж сам сказал, быстро есть, чаво не так то? Ишшо и кричишь на меня!

– Это не приказ, едрить-колотить! Это просто форма речи! Не нужно её выполнять как действие, которое оно означает, понимаешь?

– Неа,.. Не возьму в толк. Пошто тогда её говорить, ежели делать не надоть, энту твою форму?

– Оооо! – я устало шлёпнул себя по лбу, оперевшись локтями на столешницу – Варюха… Давай просто, покушаем, помолчим… а?

Мы молча приступили к приёму пищи, поглядывая друг не друга. Не смотря ни на что, глаза девушки светились счастьем. Добрым, ласковым, женским. Мне пришла в голову мысль что, Варя любила этого Григория, чьим ртом я сейчас вкушал завтрак. И вот, она вышла замуж практически по любви, если это так, то повезло девчонке. Выдали бы замуж за какого-нибудь хрена с горы, живи, мучайся! Вот же времена!!! Вот, только я не Григорий, который тоже возможно любил эту пигалицу. Я, практически пенсионер, ещё где то там, в глубине души. И вот, как относиться ко всему этому подарку судьбы, пока не знаю. Совершенно не понимаю, как поступить? Разве что, свалить, куда в лес, оставив эту счастливую в ожидании. Что, делать? Вечный вопрос. Но, всё-таки, забавная, эта Варька! Жалко её вот так оставлять, ничего не объяснив. Но рассказать нужно, что бы мне это не стоило, зачем обманывать девушку, которая по вероятности и так настрадалась в своей маленькой жизни.

– Ну как? – не выдержал я тишины и поинтересовался относительно салата – Нравится?

– Угу – с полным ртом закивала Варя – Скусно!

– Так чего раньше так не делала? Всё же просто!

– Дык, откель знать то мне, што так можно! – изумилась она моему вопросу – Ты то, как проведал такое блюдо? Чавой-то, раньше не припомню, штоб такое творил! Сказывай!

– Приснилось, Варвара – грустно произнёс я, вспоминая прошлое – Просто приснилось.

– Да, ну! – восхитилась девушка – О, Небеса!

Мы доели всё, что приготовила хозяюшка, и я сам. Попили чай из смородины и малины, стали собираться в путь. Неугомонная Варвара, припёрла из сарая пару лопат, кайлу и лом, погрузила в кузов тарантаса. Собрала небольшой перекус в плетеную корзину с собой в дорогу. Проверила, прогуливающуюся живность, в виде пары хрюшек и пяти кур. Насыпала на всякий случай им еды. Словесно, пнула меня, принести воды в корыто, в котором не так давно принимал лечебные ванны. одним словом, хлопотала и порхала по двору и избушке, с довольной улыбкой поглядывая в мою сторону. Я же, ещё не привыкший, что и где, просто топтался туда сюда, не понимая за что бы ухватиться, чтоб оказать помощь.

– Ну, вот и готово! – радостно возвестила Варя, не пряча улыбки – Пора и в путь!

## Глава 10. Автошкола.

– Отлично! – обрадовался я, что наконец-то отправляемся в дорогу.

– Гриша, я всё сложила в кузов – доложила зачем-то Варвара, хотя и так видела, как я смотрел за её беготнёй.

– Умница! – догадался похвалить девушку, очевидно желающую это – Показывай, что там у нас!

Варя схватила меня под локоть изящной рукой и повела к самокату, в котором я спал. Мы подошли к кузову, девушка приподняла полог небольшой плотной материи, показывая то, что скрывалось под ней. Стала озвучивать названия, тыкая в каждую вещь пальчиком:

– Топор, лопата, лопата, лом – её голосок звучал с интонацией учительницы.

Вероятно девчонка, решила позаботиться таким способом обо мне, напоминая название каждого предмета, вдруг забыл и это тоже? Смотря на её старания, я улыбался, словно дурачок, объевшийся блинов на масленицу. Пускай учит! Почувствовал что мне очень приятно от этого незатейливого внимания, тем более, от такой красивой девушки. Сказывалась моя память предпенсионера, прозябавшего в одиночестве последние годы, своей жизни. Наконец урок закончился, ученик лукаво покивал головой, делая вид, что всё запомнил и вспомнил. Варвара улыбалась от счастья! Отличный денёк, начался со взаимного обучения. Я научил делать салат, она научила правильно называть инструмент и другой скарб! Настроение боевое и приподнятое, не смотря на то, что нахожусь в этом мире всего то, ничего! Жизнь, прекрасна!!!

– Залазь! – отдала команду девушка.

Она лихо забралась на специальное кресло, притороченное с наружи переднего борта самоката. Похлопала ладонью по сиденью, приглашая меня последовать её примеру. Не стал, задерживать весь вокзал, быстренько уселся поудобнее, поелозив на больной заднице. Сидим, счастливо смотрим вдаль!

– Ну? – наконец спустя некоторое время вымолвила Варя – Гриш, долго ли ишо сидеть то будем? Может, покатим, всё-таки?

– Конечно, поехали! Я не знаю чего сидим, вроде уселись удобно!

Посидели ещё пару минут, поглядывая друг на друга и по сторонам, в ожидании движения.

– Гриша! – не вытерпела Варвара – Ну, што ты? Пошто не катимся то?

– А я, то откуда знаю, Варюха! – возмутился я – Были бы тут, руль с педалями, прокатились бы с ветерком! А, тут!

Я с сожалением развёл руками.

– Энто, кто такие то? – осторожно поинтересовалась она, отбрасывая в сторону мой намёк, на неумение управлять таким транспортом

– Где? – я вытянул шею, покрутил головой по сторонам в поисках незнакомцев – Ни кого не вижу!

Варвара тоже было привстала, заинтересованная моим осмотром горизонта по кругу. В этот момент мы были очень похожи на сусликов в поле. Ни кого, не увидев, она уселась обратно, осознавая, что я не так понял её вопрос.

– Да не тама, Гриш – она потрясла меня за плечо, привлекая внимание – Руль с Педалями! Кто это? Знакомцы, какие давние? Отчего не слыхивала за них ранее, ась?

Я закатил глаза, махнул рукой:

– Знакомцы, Варь, знакомцы.

– Пущай в гости приходют! – благодушно разрешила она – Угощения примут, потолкуете. Пошто в одиночестве то прибывать нам? И так, село в версте отсель! Ни единой живой душеньки окрест!

В ответ, я только тяжело вздохнул, согласно покивал головой. Задал нужный вопрос.

– Варя, как этот тарантас приводится в движение? Что делать нужно?

– И энто, запамятовал? – воскликнула Варя, прижимая руку к груди – О, Небеса!

Девушка встала на подножку, посмотрела на меня сверху вниз. Покачала головой, задумалась. Осмотревшись по сторонам, она спрыгнула на землю, не забыв ойкнуть. Побежала в избушку, придерживая свою роскошную косу. Не было Варвары минут десять. За это время я попытался изучить местный автопром. Колёса, рама, кузов ,два сиденья. Больше ничего, ни кардана, ни двигателя, ни коробки передач. Из сложного, простейший механизм поворота передних колёс. И вот, какая-то серая коробочка с крышечкой, аккурат, между половинками сидений. Открыл и заглянул, в маленькой надежде, что увижу там инструкцию по ремонту и управлению, данным аппаратом. Но кроме двух разноцветных камешков, ничего там не было. Я взял их в руки, рассмотрел от нечего делать. Первый, размером с яичко имел блекло серый цвет, второй, ноздреватый и очень лёгкий, белёсого цвета. И в чем ценность? Мусор, скорее всего в этом багажничке. Не сомневаясь ни секунды, отшвырнул камни в сторону. Не люблю когда в машине беспорядок! А этот, самокат, как называют его местные, теперь мой по наследству, значит и следить и если такое, возможно, смазывать его буду я!

– Вота – прибежавшая Варвара, имела довольный вид.

Девушка держала в руке небольшой свёрточек из тряпки. Она торопливо забралась на своё место, положила принесённое на колени, принялась аккуратно разворачивать. Её худенькие пальчики, ловко делали своё дело, я невольно засмотрелся, отметил отсутствие привычного в нашем мире лака на ногтях. Вскоре, Варя держала на ладони бесформенный кусочек… камня! Этот экземпляр, в отличии от тех что я выкинул, ярко сверкал на солнце фиолетовыми переливами своих граней.

– Это что? – поинтересовался я

– Это? – переспросила она, подхватив его изящными пальчиками – То, самое!

– Что, самое? – чуть напористее произнёс вопрос, сдерживаясь от раздражения – Варвара!

– Это, редкость почище растительного масла! – нашла сравнение в женском понимании ценностей девушка – Энтот камешек, слышит чаво ты говоришь, и он передает твои слова вот этим камням…

Варя слегка повернулась ко мне и нашарив второй рукой крышку небольшой коробочки, в которой я прибрался, открыла её.

– Вот им! – она опустила взгляд красивых глаз на пустое место, невольно склонилась и приблизилась в надежде увидеть искомое – Хде…? Хдееее онеее?

Она с удивительно удивлённым лицом уставилась на мою сконфуженную физиономию.

– Неужто украли? – медленно произнесла Варвара, и её мордашка воспылала праведным красноватым оттенком – Это ж надоть, такое комуй-то учудить, а?

– Варь – неуверенно, словно мальчишка, обратился я к разгорающемуся факелу негодования в лице Варвары – Тут такое дело… Эммм….

Девушка, нахмурив брови, обратила на меня внимание.

– Гриш… – приподняла она одну из хмурых бровей .

– Я думал это мусор, выкинул их! – поспешил оправдаться, чувствуя вину.

Черт побери! Молодой организм, в котором я, всё больше брал надо мной верх. Мало того поступки совершать стал необдуманные, теперь вот это. Робость нашкодившего первоклассника! Это я то? Жесть! Мне пятьдесят три, а чувствую себя глупым пацаном, как это такое возможно? Впрочем, чему я удивляюсь? Попал же сюда, не веря в такое перемещение души, так почему бы и не принять то, что я молод и глуп, откинув из закоулков памяти, свою старость, оставив мудрость.

– Ты чево натворил, Григорий! – строго воскликнула она в ответ на моё признание – Это ж… Это ж… Очень важные камушки! Оне, самокат и катят и колёсья повертают куды надоть! Каково без них-то теперича? Куды бросил то? О, Небеса!!!

Девушка, снова ойкнув спрыгнула на землю, нагнувшись стала выискивать в траве, разбросанное мною добро. Я последовал её примеру. Когда спрыгнул, ойкать не стал, а в остальном повторил то что делала Варвара.

– Примерно где то тут – провел я бесформенный круг рукой, очерчивая место поиска .

Девушка перешла на указанный район, тщательнее стала вглядываться в траву, ну и я, то же. Проползав добрую половину часа, наконец-то потеряшки были обнаружены и возвращены на своё законное место. Мы снова заняли свои места на нагретых солнцем сидениях. Помолчали, приводя мысли и нервы в порядок.

– Держи – наконец нарушила тишину Варя и протянула мне фиолетовую редкость

Я взял в руку камень, попробовал его на вес. Тяжеловат для такого размера, однако!

– Мне в него говорить? – спросил я инструкцию у девушки.

Она помотала головой, улыбнулась:

– Не нать, Гриша. Просто думай чево делать с самокатом и всё!

– Попробую

Глубоко словно перед экзаменом я сделал вдох, с шумом выдохнул, словно паровоз перед отправкой. Осталось погудеть, но лично мой гудок ещё болел от воспитания, проведённым Варфаламеем. Я улыбнулся своим глупым мыслям, сосредоточился на вождении. Но как не пытался собраться с мыслями, так и не получилось. Я привык управлять автомобилем механическим путём. Крутишь баранку, топаешь на педальки, дрыгаешь палку переключения. Машина едет, тут думать не надо, следи за дорогой и объезжай препятствия. Легко и понятно. А тут! Словно разговор с искусственным интеллектом при создании картинки! Его просишь нарисовать домик у моря, а он рисует полную жопу с маленьким флажком! И договориться и объяснить трудно, был у меня такой опыт, от скуки. Пытался стать художником!

– Варь, может ты, попробуешь? Боюсь я чего-то! – честно сознался девушке, плюнув на свои мудрые года.

Мало ли что! Ладно, я сам, а вдруг пострадает это хрупкое создание с толстой косой? Нет, мне такого поворота не надо. Что-то стал я волноваться за неё, очень как то подозрительно быстро проникся к этой красивой девчонке. Возможно это любовь Григория, того, первозданного, проявляла себя во мне.

## Глава 11. Туды – Не туды!

Варвара от моей просьбы замерла на месте, широко распахнув глаза в удивлении. Я провёл ладонью перед её лицом, вверх – вниз, несколько раз, проверяя реакцию. Девчонка, отреагировала, когда убрал руку.

– Гриша, дык я…. Я…. Мне не можна! – пролепетала она, поворачивая ко мне голову – Дед мне, воспрещал управлять, токма, глядела как он энто делал. Не женского ума, говорил, самокатом править!

– Вот как! – почесал подбородок, мысленно собираясь с силами – А ну-ка, Варвара Батьковна, полезай в кузов, на всякий случай! Сейчас мы этот тарантас заставим ехать!

– Не, я туточки посижу, с тобой!

– Варвара!

Девушка засопела, смешно надула губки, но больше не стала изображать группу поддержки. Подобрав подол сарафана, перешагнула через борт, потопталась, выискивая удобное место, чинно уселась на попу.

– Каску бы тебе надеть – пробубнил я, глядя на голову с косой – Да, где её взять?

Варя, словно чувствуя мой взгляд, поправила своё достояние из волос, аккуратно перекинула косу через плечо. Провела ладонью по голове, выискивая недостатки , но их не нашлось.

– Готова? – спросил я своего штурмана

– Ага! – отчаянно махнула она рукой – Покатили!

Я сконцентрировал мысли, представил, как крутятся колёса в одном направлении. Вспомнил кадры из фильмов, где показывали, как двигается автомобиль. Стиснул от напряжения зубы. Самокат не качнулся. Ровным счётом ничего не происходило. Поднатужился до покраснения лица, выступил пот на лбу. Не едет, зараза! Хоть толкай эту телегу плечом, до первой горы!

– Мляяя!!! – я с шумом выпустил воздух из лёгких – Ссска!

От всей души, шлёпнул ладонью по соседнему сидению. От хлопка, вверх взметнулся клубок пыли, и подхваченный лёгким ветерком умчался вдаль. Пыль улетела, мы остались.

– Варя! А может, свиней запряжём? Пусть тянут, не получается у меня ничего!

– Как это, свиней? Ты вовсе, головушкой ослаб? Хде эт видано то, на поросях кататься!!!

– У меня не получается! – железным голосом подвёл я итог – Тут, что-то не то!

– А то, как-ж! – Варвара, пересела на своё место рядом со мной – Тут, надобно силу свою собрать то, чтоб ажно ладошка светом изошла! И он, покатится. Светилось ли?

– Нет – выслушав девушку, мотнул головой – Ничего не светилось и не горело, но чуть не запахло!

Я от досады, вскочил на ноги. Девчонка тоже, поспешила подняться, уставилась на меня.

– Хмм – нахмурилась Варя – Вот, такось, гляди!

Она приподняла руку и раскрыла свою хрупкую ладонь. Сперва ничего не происходило, но потом… Потом в центре ладони засветился фиолетовый огонёк, словно маленький, призрачный костерок на полянке.

– Этак перед всяким деянием, у кажного происходит – пояснила девушка – А потома, ты думаешь что нужно, вот я водицу…. Али, руку тебе грею…

Девушка поднесла ладонь к моей руке, огонёк исчез, а я почувствовал жар от её прикосновения.

– Чуешь?

– Ага! – изумился я

– А вот, давай, подумаю што, мы катимся? Ага? – она убрала свою руку от моей, на секунду задумалась, и снова вспыхнул огонёк, словно голограмма.

– Давай – заинтересовался я, разглядывая фиолетовое чудо на ладошке – А тебе не жжёт огонёк?

– Нисколь! Погоди, я думаю…

И вот, только я начал рассматривать красивое лицо Варвары, пока она думала, тарантас вздрогнул, и резко помчался в сторону леса. Мы успели вцепиться друг в друга, но не успели выбрать место падения от инерции. Так и грохнулись на кусок ткани, под которым скрывался инструмент и корзина с едой. Падение выдалось, мягко сказать, не мягким! Звонкий визг Варвары, оглушил меня напрочь! Самокат промчался метров двадцать, поломав ограду, уперся в ствол огромного кедра, остановился. Вероятно, Варя в этот момент, перестала думать о поездке, так как была немного занята. Мы активно пытались подняться, не взирая на ушибы.

– Получилось! – радовалась девушка, барахтаясь в кузове самоката

– Получилось! – по детски, восторженно кричал я, от этого ощущая себя, идиотом.

Примитивное объяснение от Варвары, отлично далось моему пониманию. Происхождение явлений, не привычных для людей из моей прошлой жизни, стали более понятны. Люди этих мест обладали магией с рождения, я же, нет. Потому что, как не пробовал зажечь огонёк на ладони, так ничего и не получилось. Успокоил себя тем, что не полностью адаптировался к этому телу. И где находится зажигалка, пока не разобрался. Решил, потренироваться на досуге, а пока нужно завершить путешествие за забор. В целях ознакомления и вообще, выведать у Варвары побольше информации о Григории.

– Всё, Варвара – заявил я, как только спала радость от случившегося, и безуспешных попыток развести костерок – Назначаю тебя водителем этого аппарата!

– Это, как ишшо? – удивилась она – Почему водителем?

– Водитель, тот, кто водит … – я замялся, подбирая замену слову автомобиль – Самокат.

– Дык мне не можно ж, дед говорил…

– Так! – прервал я её сомнения – Дед, отговорил! Теперь слушай, что я буду говорить. Смена власти, понимаешь?

– Нет – непонимающе помотала девушка головой

– Вот и хорошо! Договорились, значит! – махнул рукой вперёд, за кедр – Поехали, прочь сомненья!

– Боязно мне, Гришань – поёжилась девчонка, усаживаясь поудобнее на скамейке – А, ну как, опять в дерево въедем, али ишшо чево хуже, а?

– Не бойся! У, тебя всё получится. Главное не торопись и будь внимательнее, я с тобой!

Она вздохнула, выпрямилась и расправила плечики. Сосредоточилась.

– Потихоньку, Варь. Сперва, сдай назад, потом остановись, обруливай дерево и поехали. Ничего страшного в этом нет.

Тарантас нерешительно дёрнулся назад, откатившись немного от препятствия, замер. Варвара, вопросительно посмотрела на меня, словно спрашивая, всё ли правильно.

– Молодец! – не сдержался я от похвалы – Умница! У нас всё получится!

Вскоре мы катили по колее узкой лесной дороги. Старый лес, молча, и величественно наблюдал за нашим движением, иногда добродушно покачивая мохнатыми лапами елей. Редкие птицы, напуганные нашим транспортом, вспархивали вверх и тут же прятались в чаще. Местами торчали шляпки грибов, разных мастей. Любопытные белки выглядывали из-за веток, провожая нас, свежий не испорченный химическим прогрессом воздух, кружил голову. Красота! На развилке дорог, Варвара немного подумав, неуверенно свернула в лево.

– Кажись суды – объяснила она мне свой маневр – А, можа и нет…

– Стой, Варя!

Тарантас остановился, девушка покраснела слегка, взглянула на меня.

– То, есть как, ,, кажись,, ? Ты что не помнишь куда ехать?

– Запамятовала, малость – она сконфуженно пожала плечиком – Я, туточки и была то разиков пять, неужто не помнишь? По хозяйству справлялась же…

Я покрутил головой, в поисках подсказки. Колея имела более накатанный вид, если ехать на право. Тут, же куда мы повернули, следы были не такие выраженные. Скорее они уже стали исчезать от времени. Кто-то ездил, но очень давно.

– А там, что? – указал пальцем в более накатанном направлении

– Там? – переспросила она, поёжившись – Там, тоже горы. Но, туда не надо, опасно тама.

– И что там такого опасного? – поинтересовался у девчонки

– Лунные, тама.

– Аааа – протянул я, делая понимающее лицо – Лунные, как-же, как-же… Где-то слышал такое слово. Это кто такие?

Она возмущённо посмотрела на меня

– Гришань! – строгим голосом произнесла девушка – Доколе, штуковать то будешь? Вота мне не смешно нисколечко! Жутковато говорить о них то! Покатили уже дальче, чево гадать?

– Поехали – задумавшись махнул рукой – Посмотрим, что там.

Самокат тронулся, и мы двинулись дальше. Лес становился темнее, всё меньше солнечных лучей проникало на дорогу, меньше попадалось птиц и белок. Всё больше росло чувство понимания, что едем не туда. Но, разворачивать тарантас не хотелось. Рано или поздно, мне придётся встретиться и с лунными, и с не лунными. Какая разница, когда? Можно и сейчас, как не крути, но это теперь моя жизнь. И надо быть в курсе того, как тут всё устроено. Я посмотрел на, отчего-то, уже невесёлую девушку. Внимательно следившая за дорогой Варвара, вероятно, тоже терзала себя смутными сомнениями по поводу выбранного направления. Наконец она не выдержала, остановила транспорт.

– Кажись, не туды – прошептала она, скрывая страх – Гришань? Чаво делать та?

## Глава 12. Пикник на обочине.

– Туды, не туды – передразнил я Варвару – Вижу, уже!

Девушка ёжась, наблюдала за моей реакцией. Виноватее вида её лица, я не встречал в своей жизни. В прошлой, по крайней мере, точно!

Мы спрыгнули с тарантаса, осмотрелись. Удивительным образом, проглядываемое небо сквозь вершины деревьев, уже не казалось таким чисто-голубым. Оно было хмуро-синего цвета. Лёгкие порывы ветерка, стихли. Создавалась впечатление, что тайга, окружающая нас, затаила дыхание, словно в ожидании чего-то. Огромные еловые стволы, мощно опирались своими видневшимися корнями об мох. Полуголые вековые сосны, своим видом напоминали пальмы. Длинный ствол, и там, где-то наверху, разбросанные в сторону толстые ветви с растопыренными пальцами из веточек, в колючих зелёных рукавичках, создавали такой образ. Разве что не было бананов. Кусты можжевельника, чередовались с кустами смородины и мелкой тощей порослью молодых берёзок. Сквозь них проглядывала сизая дымка, похожая на утренний туман. Испытал огромное желание, остаться тут и прогуляться по таёжной тропинке, начинающуюся от старой дороги и растворяющейся где-то в дебрях тайги. Первозданная красота, завораживала, я всегда любил лес. В отличии от Варвары, я абсолютно не испытывал страха, только маленький червячок самосохранения, требовал внимательности. Вдруг, выскочит какой нибудь лохматый зверь, косолапый и любопытный. Чего не очень и хотелось в данный момент, я не один, я с девушкой! Придётся либо лезть на сибирскую пальму, либо бежать без оглядки, невесть куда, подгоняя Варвару. Думаю взять себя в руки, при виде хозяина тайги, и заставить двигаться тарантас, у неё не получится! Вот, повизжать, это мы с радостью, это мы с удовольствием, как и всякая девчонка! Но, и такой способ, как ни странно, действенен. Напугать медведя можно.

– Обратно, надоть катить – посоветовала робким голосом Варя – Жутко туточки, прям страсть!

– Не робей, Варюха! Смотри, красота, какая! Эх!!!

– Страшно чего-то – снова попыталась она, вернуться обратно – Покатили, а? Времечко бежит, а мы так и не добрались до дедовой горы то. Вскоре и вечернёт, придётся в лесу то спать.

– Варвара! Отбросить, страсти-мордасти! Что ты, в самом деле заладила, назад, назад! Не бойся, говорю.

– Ох…

– И вообще, сдается мне, время обед! Давай-ка, лапа моя, с тобой отобедаем, что там у нас в корзине? Взбодрись! Костерок сообразим, прогуляемся, грибов пособираем, зря приехали что-ли? Вот смотри, и вода имеется!

Я указал пальцем, на небольшой ручеёк, катившийся между мха и камешков параллельно дороге, по своим делам, никому не мешая. Срочно захотелось пить, и я не стал себя сдерживать в этом пожелании. Подошёл, встал на колени, аккуратно втянул холодную воду из родника. Зубы заломило от холода, не дав распробовать вкус и свежесть воды, но меня это не остановило. Я утолил жажду.

– Будешь? – набирая воду, ладонями сложенными в лодочку, спросил Варю – Попробуй, вкуснотища, ни какой тебе хлорки! Живая вода!

Девушка улыбнулась и подошла. Она, поддерживая мои руки, сделала пару глотков, прищурила глаза, спросила

– Чево за лорка такая?

– Хлорка? – задумался я над ответом – Это такая штука, которая чистит воду от всяких бекорасов, живущих в ней. Их не видно глазу, но они очень вредные! Наука – сила!

– Как, то? – удивилась Варя – В воде живут, невидимые? Экка, новость! А, ты, откель знаешь? Чтой-то не замечала я, шоб ты наукам обучался, каким, акромя пера!

– Какого пера?

– Деда Осип, тебя всё учил то! Гришань, ну когда ж вспомнишь то всё? Неужто, так и будешь памятью маяться? А, вдруг и меня забудешь ненароком? Проснёшси однажды, а туточки, я, неведомая тебе! И чаво, тогдась? А?

– Эх, Варя… – я покачал головой, ощущая, как просыпается совесть.

Совесть страшно желала открыться Варваре, чтоб не водить девушку за нос, изображая Гришу. Наверное, самое подходящее место и время для такого разговора. Я огляделся по сторонам, посмотрел на грустную и озабоченную своими мыслями девчонку. Она откинула свои страхи, и предалась своим грустным женским проблемам.

– Давай, покушаем, поговорим о важном – произнёс я, твёрдо решив не отступать.

– О нас? – подняла она бровки, словно чувствуя неладное.

– И о нас, тоже – не стал я превращаться в мякиш от жалости.

Варвара забралась в кузов самоката, протянула мне корзину с едой. Я принял провиант и положил около колеса, потом принял отчего-то решившуюся спрыгнуть в мои руки Варвару. Делать нечего, пришлось ловить, тростинку в сарафане! Она со счастливым лицом развела руки в сторону и отправилась в полёт, без предупреждения! Такой прыжок, говорил только об одном, девчонка доверяла и верила Григорию, в Григория, в меня… Сомнения вкрались в мою душу, может оставить так, как есть? Не стоит рассказывать правду о попадании? Одним словом, оказался на перепутье. Выбрать бы где поставить запятую в предложении ,, Молчать нельзя рассказать,,. Дилемма!

– Костерок разведём – постарался отвлечься от дум – У нас есть спички?

– Спички? Эт, чево за штука такая?

– Палочки такие маленькие, огонь разводить – объяснил новое слово для девушки – Они в маленькой коробочке, достаешь одну, чирк! И, огонь!

– Огонь? Дык, поджигалка чо-ли? – она помотала головой, придерживая косу – Не, дома осталась она, шибко тяжёлая, пошто её с собой носить то?

– Поджигалка? Надо будет посмотреть, что за штука такая – пробубнил я, соображая как добыть огонь, уж больно сильно хотелось костра!

Я обошёл по периметру место нашей стоянки, собрал сухие ветки и обломки стволов. Обложил камнями будущее место для костра, поближе к ручейку, на маленькой полянке. Приготовил всё для задуманного, Варвара тем временем расстелила белое полотенце, разложила на нём скромный обед.

– Варя, попробуй поджечь – попросил я хозяюшку, накрывавшую ,,стол,,

– Как, жо Гриш? Не дано оно мне. Согреть, обжечь, то да! А вот огонь… – она развела в стороны руки и пожала плечиками – Не дано!

– А, ты пробовала? Или это только твои предположения?

– А,то! – она улыбнулась – Конешно, жеж!

Я поморщился от её речи. Почему-то стало резать слух, произношение слов. Вероятно, стал обживаться в новой реалии, как-то до этого не придавал значения, как она говорит. Вспомнил тётку в балахоне. Она разговаривала современным языком, без всяких ,,Абы,,. ,,Дабы,,. А вот, Варвара, словно из глухой деревни, как и Варфаламей и другие персонажи, с которыми уже успел пообщаться. Почему так? Надо будет взяться за воспитание, мадмуазель Вари!

– Варюха – я поманил рукой к будущему кострищу девчонку – Иди сюда, будем пробовать снова! Учиться никогда не поздно!

Девушка подошла, опустилась на колени рядом со мной, с интересом уставилась мне в глаза.

– Забавный, ты какой-то стал, Гришань. Вродь и ты, а вродь и не ты! Словеса какие то непоняточные высказываешь, мудрости говоришь. Давай спытаем, коли просишь, чаво бы и неть?

– Спытаем, Варюш, спытаем! – улыбнулся и подумал о будущем разговоре, про себя и того парня, в котором я – Пробуй.

Девушка поднесла ладонь к сухим веточкам, на её ладошке засветился фиолетовый огонёк, который вскоре исчез. Она держала руку над небольшой кучкой, которая нагревалась, но не загоралась. Даже дымочка, не пустила, палка такая!

– Вот же… всё што можна. Потрожь, какая горячая вот эта веточка. Далее не можно мне.

– Не вешай носик, Варвара! – я пошарил по карманам и извлёк тот самый редкий камешек, который дороже масла, протянул ей – Ну,ка! Держи, подруга боевая, сейчас мы всё тут зажгём!

– На кой он мне,то? – в удивлении подняла она бровки – Энто ж, усиления камень, чаво усилять то мне, и так справно грею!

– Вот именно! – я торжественно поднял палец вверх – Усиления! Держи, говорю и пробуй снова. Должно получиться!

Девушка хмыкнула, улыбнулась краешками красивых губ, но противиться не стала. Взяла из моей руки, то что я просил. Зажала камешек в одной руке, вторую руку поднесла к кучке из сухих веточек. На её ладони снова на мгновенье вспыхнул фиолетовый огонёк и погас, но потом вспыхнул огонёк красного оттенка. Девчонка в удивлении отдёрнула руку, словно испугавшись, что она сгорит от этого яркого огонька.

– Чевой то? – в её голосе послышались оттенки удивления и испуга – Гришань…

– Всё хорошо, Варя. Верь мне. Всё получится, не бойся, пробуй!

Она с энтузиазмом и огромным интересом, снова поднесла руку к сложенным палочкам-веточкам. Красный огонёк на ладони вспыхнул голограммным мерцанием, погас, но девушка не спешила отодвигать ладонь. Вскоре, её и без того большие глаза, стали увеличиваться в размерах, наблюдая как ближайший к ладони сучок, сперва задымил а потом вспыхнул настоящим огнём! Пламя разожглось, побежало по своей будущей жертве, весело пощёлкивая. Я поспешил подкинуть дров, чтоб не потухло. Варвара, открыв ротик, смотрела на происходящее, не веря самой себе. Я отодвинул ладонь поджигательницы в сторону, девушка опомнилась, вскрикнула:

– Гриша! Горит!!!

– А,то! – радостно воскликнул я, словно сделал какое-то открытие важное для страны

Варя вскочила, весело закружилась вокруг себя, хлопая в ладоши словно маленькая девочка, получившая долгожданный подарок от Деда Мороза.

– Горит! Горит! – кричала она от радости, разрезая тишину тёмного леса.

– Молодец! – я поднялся на ноги, и тут же поймал кинувшуюся обниматься Варю.

– Гриша! – восхищённо зашептала она – Как? Как ты докумекал, до энтого?

Я ничего не ответил, просто рассматривал её счастливые и очень красивые глаза. В душе боролась совесть сама с собой. Рассказать или нет.

## Глава 13. Штирлиц, провалился!

– Всё, стрекоза, угомонись! – я нехотя разорвал объятия – Давай кушать, и смотреть на твой огонь!

Девушка, порхая на крыльях счастья, приземлилась за накрытым полотенцем. Начала хлопотать, над приготовленной дома едой. Заботливо пододвигая мне самые большие куски мяса и хлеба, почистила куриные яйца, сыпанула в уцелевшую половинку скорлупы, соль. В глиняную кружку, щедро налила квас из глиняного кувшина. Улыбаясь, сложила руки на коленях, посмотрела на меня, внимательно, задумалась. Я с важным видом уселся, взял большой кусок вареного мяса, круто посолил.

– Ох, Варвара! – подмигнул я девушке – Золотые у тебя руки! Как всё вкусно выглядит!

– Дык, как жо… – она, странно посмотрела на меня, произнесла еле слышно – Всё, как и всегда…

– Расскажи мне, что за перо, которому учил дед?

– Перо, то? – лицо Варвары сделалось более серьёзным, задумчивым – Деда сказывал, что нетути у тя магии никакой! С рождения, стало быть. Вота он и учил с малых годков двигать тебя, энто самое перо. Куринно али гусинно, не важно. Главное шоб ты, сумел магию возродить в себе, то. Страшной тайной держал он твоё неумение!

– Во, как! – удивился я новости.

Признаться, не рассчитывал я на такое! Думал, вот адаптируюсь, и у меня сможет получаться волшебство. Двигать, греть или летать, что там ещё можно в этом мире? А, тут! Облом!

Ага – девушка недоверчиво посмотрела на меня, словно проверяя, шучу я или нет в своём восклицании на её ответ.

– Значит, не смог я научится, или как там, восстановиться?

– Отчего ж! – она покачала головой – Смог.

Она снова посмотрела на меня, проверяя реакцию от слов. Я сидел, чувствуя как мой рот, невольно расползается в улыбке. В голове строились, чуть было не рухнувшие планы по волшебству. Кивнул головой, в знак продолжения её монолога.

– Так вот – продолжила Варя – Училси, ты училси, всё скрывая ото всех. Научилси. Решил однажды порадовать Осипа Аристарховича, уменьем, стало быть, которое постиг в терпении и учении.

Варвара села поудобнее, разгладила сарафан на ногах. Перекинула косу на другое плечо, продолжила, откусив белый бок яичка.

– Покатили мы на гору, камни добывать. – продолжила она – Катим, стало быть, катим, а у тя, с дедом то, спор случился. Бубнёхаете себе помаленьку, чаво-то, я туточки закимарила. Тяпло от солнышка то, укачиват в самокате. Ага. Сплю, значит.

Варвара, снова глянула на меня, продолжать ли ей или нет, увидев мой одобрительный кивок головы, откусила ещё кусочек яичка, продолжила:

– Сколь времени прошло, неведомо. Однакось чую, стоит самокат-то. Я и выглянула из кузова, поглядеть, отчего стали то. Гляжу, ты да дед около башни стоите, руками машете, спорите, значит. Подошла, слухаю. Ты ему втолковываешь, шо всё, деда, типо могёшь как и все, и тайны, почитай никакой ужо ненадобно!

Варвара понизила голос, пододвинулась ближе:

– Смотри, чё могу, кричишь! И, раз! Башенка то, поползла, родимая и рухнула на земь, аки подкошенная косой! Пыль столбом, воронья повзлетали! Деда то глазёнки выпучил, удивился стало быть, рот открывает а слов неймет! Ага. Туточки и ты закобенился! Скрутило всего, свертело. Лицо сине, сине стало, пена со рта пошла, задрожал и рухнул, аккурат подле моих ног!

На лице Вари, проявился испуг, словно девушка снова увидела все эти события, о которых рассказывала. Она замолчала, посмотрела на меня, глазами полными слёз. Горестно прошептала:

– Умер, ты, Гриша.

У меня похолодела спина от её последней фразы. Догадалась? Поняла? Почувствовала? Магия, чёрт побери?

Она взглянула в мои глаза, словно пытаясь найти, то родное, которое любила её душа и сердце.

– Отчаво, такось вышло, Гриш? Ты вота, и это не ты… Я, поначалу то, всё дивилась над тобой, какой стал странный, словеса смешные лепечешь апосля лекарствия, то – она приложила руку к груди – А, туточки, словно ёкнуло чтой-то! Огонь загорелся, и ёкнуло. Не ты, то, не ты! Сидю, вота перед тобой, а страху нетути. Кто ты, скажи, откройся… Мы жо, таперича семейный круг. Какось, ты говорил? Жона, твоя! Не сбегу, не брошу! Небеса свидетели нам! Ни кто, не прознает про нас.

Я почувствовал на душе облегчение, словно ком грязи свалился с белого камня. Осталось только сбросить этот самый, белый камень, рассказать ей всю правду. Не, хочу врать, в своей новой жизни, а тем более начинать тут жизнь с обмана! Хватило этого в прошлой. Вот пусть всё плохое от меня останется там, куда я не вернусь! Жаль конечно, что не я начал этот разговор, так было-бы правильнее. А так получается, что я как тот Штирлиц, провалился – колись!

Девушка, в надежде, что она ошибается, смотрела в мои глаза, почти не дышала. Очень важное событие происходит сейчас между нами, к чему посторонние шумы? Я взял кружку с квасом, выпил не отрываясь всё до дна. Словно это последний напиток, перед смертью. Подкинул в костёр дров, уселся поудобнее, начал рассказывать свою историю:

– Ты права, Варя. Я не, Григорий. Хочешь верь, хочешь нет, но произошло вот такое недоразумение. Меня зовут…

Она слушала меня, молча не перебивая с мёртвенно бледным лицом, без всяких эмоций. Словно человек выслушивал приговор, который невозможно отменить. Местами я, пытался расшифровать новые слова и значения предметов из своей жизни. Пытаясь подобрать сходство с нынешними реалиями, потом плюнул. Говорил всё как есть, свободно без украшений и фейерверков. К концу грустной повести о моём прошлом, из глаз Варвары покатилась, крупная прозрачная слеза. Словно оплакивая всё то, что она потеряла, словно оплакивая то, что встретила.

Я закончил рассказ, костёр практически прогорел. Сумерки опустились на нашу маленькую полянку. Мы молчали, молчал лес, молчал ручей, пытавшийся тихонько пробежать мимо нас. Молчание длилось, но не мешало, не напрягало, не настораживало. Это было время для осознания, время для нас обоих. Принять, или не принять. Я выполнил долг перед совестью, рассказал-поведал, могу спокойно уходить, оставив Варвару с правдой. Пусть и такой жестокой для неё, но это тем не менее шанс на будущее для девушки. Шанс жить, кого-то полюбить, создать новый, этот грёбанный круг! От этой мысли меня, почему то передёрнуло. Про круг. Не ревность ли тела Григория? Возможно.

– Покатили домой… – устало прошептала Варя, немного помедлила и добавила – Гриша…

– Поехали – прошептал я.

Поспешили собрать остатки провизии в корзину, затушили угли от костра, водой из маленького ручейка. Забрались на самокат, уселись неродными людьми. Вроде вместе, вроде и нет.

– Варя, постарайся развернуться. Попробуешь?

– Спытаю – проговорила она так, словно блуждала в самой себе

Тарантас нервно дёрнулся вперёд, откидывая нас на кузов. Тут же остановился. Я не стал нагнетать обстановку своими криками и нравоучениями. Я понимал, что девушка сейчас, мягко сказать немного не в себе. Растерялась, от новости. Вот и старается, как может. Она с опаской покосилась на моё лицо, я добродушно моргнул глазами, мол, всё в порядке, не робей! Дальше, немного поелозив на одном месте, порой закатываясь в кусты, наш тарантас под управлением Варвары, покатился в обратный и молчаливый путь. В избушку без стены, в неизвестное будущее, в котором предстоит разобраться.

– Варь – уже подкатывая к знакомому забору, обратился я к девчонке – Я, починю стену и уйду. Можно я тут, пока поживу? В тарантасе, я не буду смущать тебя своим присутствием.

– В тарантасе, неможно – ответила она – Што люди скажуть? Не позорь меня Гриша, не нужно, мы семейный круг, и топерича никудыть не детси, ни тебе ни мне. Небеса накажут! Да и далече ли ты собралси то? Ась?

Я пожал плчами, махнул рукой, страна большая! Топай куда глаза глядят!

– Надо обживаться Варя мне в этом мире, да и не хочу быть обузой для тебя. Ты девчонка молодая, красивая, не пропадёшь!

– Эк, как оно, повертанул! Стало быть, не пропаду? А, много ль ты знаешь за жисть мою, бездомную? И пропала бы, коль не Осип Аристархович! Приютил, не глумился, Григорию в повязание рук отдал. Шорохалась бы доселе, ежели не он. Куды бы привела, тропиночка лихая?

– Осип, по мужски поступил. Молодец. Тут я ни чего плохого не скажу. Хорошо что судьба свела вас, Варя.

– А, нас? Думаш не свела судьбинушка то? Почто себя так ведёшь то, как малец-несмыслёныш? Дядька вроде взрослый ты, ежели по сказке твоей примерить, а сам? Уйду! Не хочу! Хныкаш, токма!

Мне стало стыдно от её слов. Покраснел как тот самый малец-несмыслёныш. Что-то сказать в ответ не получалось, и не хотелось, если честно. К чему оправдания, если со стороны виднее?

– Давай – кось, как тама, муж мой, топай в избу. Утро, оно мудренее вечера!

И вот, тресни планета, взорвись солнце! Что-бы не произошло в этом мире, ничего бы не смогло помешать Вариной гордости. Она, семейная! Неужели это так важно для неё? Или очень важно? Никогда не забудет мне упомянуть об этом! Эх, Варюха… Девчонка и есть, девчонка! Что с неё взять. И в нашем мире и в этом, все женщины одинаковые!

Тарантас вкатился во двор, сквозь проломанный забор, остановился. Мы выбрались из него, усталые, запылённые. Не мешало бы в баньку, но там живёт Варя. Или теперь я? Ладно, сходим в речку, искупаемся, как завещал великий Осип!

## Глава 14. Первая ночь.

Водные процедуры, прошли в практической темноте. Солнце село, а луна войти на свой пьедестал, забыла. Или тут нет её, вовсе? Постеснялся спросить об этом у Варвары. Девчонка плескалась где-то рядом в темноте, не издавая ни звука, словно боялась напугать спящую где-то в глубине реки, злую рыбу. Я же, наоборот. Радостно фыркал и плескался от души, смывая с себя дорожную пыль, и всю прошлую жизнь. Наконец-то, полностью принял, всё то, что теперь назвал ,,вторым шансом,,. Непонятно только для чего, получен такой подарок от судьбы, и что я должен исправить, зачем, и почему. Вопросы продолжались. Ответы не находились. Пока не находились, но я упорный. Найду!

– Гриша – услышал зов Варвары – Долго ли ишшо мутить воду будешь? Пошли, ужо в избу. Скоро туман. Не стоит в энто время в воде барахтаться.

– Иду, Варь! – поспешил дать ответ – Уже выхожу.

Я выбрался в одеянии Адама из реки. Пошарил в темноте свою одежду. Ничего не нашёл, как ни напрягался. Тьма, хоть глаз выколи! Бывает же так темно! Стою и не пойму, в какую сторону мне податься. Знаю где то там, есть забор, за ним избушка. Но, где? Я вздрогнул, когда чья-то прохладная рука коснулась моего плеча холодными пальцами. Словно у пацана, пробежался по позвоночнику холодок страха, можно было бы сказать, что шерсть дыбом встала! Но, шерсти не было. Была шевелюра на голове, вот она и колыхнулась от испуга.

– Гриша – голос Вари прозвучал неожиданно рядом, и у меня отлегло от сердца – Заблудилси?

– Варвара! – воскликнул, сорвавшимся голосом – Чёрт! Я чуть не родил! Чего пугаешь, стрекоза!!!

– Возможно ли сие? – поинтересовалась девчонка, и я почувствовал, что она улыбнулась

– Что, сие?

– Родить парням то? – она приблизилась совсем близко, я почувствовал её дыхание – Али, там, откель ты, такое можно?

– Там? – я почесал затылок, подбирая ответ – Ты не поверишь, можно! Дурдом, творится полнейший! Мужики становятся бабами, бабы, мужиками. Куда мир катится?

– Энто, как?

– Ох, Варя! – я скорчил гримасу – Не забивай себе голову этой ерундой! Ты не знаешь, куда одежду свою положил, не вижу нихрена! Жесть, какая! Чего темно-то так? Ни фонарей, ни луны, ни чего!

На ладони Вари, вспыхнул фиолетовый огонёк. Он слабым светом осветил нас. Я уставился на обнажённую маленькую грудь Варвары, покрытую капельками воды, позабыв о проклятиях в адрес всех электриков этого мира. Почувствовал, как бодро поднимается… настроение. Молодой организм! Что поделать! Испугавшись, что Варвара заметит то, что не стоило бы ей видеть, я нервно стал дуть на огонёк, в надежде потушить этот предательский свет.

– Ты, чаво? Гришань, пошто дуешь то? Не жжёт же мне, не дуй! Ищи одежду то, покамест свечу!

– Да, хрен с ней, Варя! Гаси свет! Гаси, говорю!

– Ндык! Пошто?

Я схватился своей ладонью за Варину, где мерцал огонёк, свет погас, я выдохнул:

– Пошли, домой, светлячок, блин!

Не сомневаясь в направлении, бодро потопал босыми ногами по траве, увлекая за собой девушку. Она не сопротивлялась, лишь хихикнула, подозрительно так, словно увидела нечто смешное, шагала немного позади, держась за мою ладонь. Шёл в полнейшей темноте по интуиции, примерно задав себе направление.

Гриш… – окликнула меня Варя

Я проигнорировал её, торопясь скорее прибыть в пункт назначения, и надеть на себя хоть что-нибудь!

– Гриша! – настойчивее окликнула девушка, но я молчал и шёл.

Но, игнорирование не всегда есть добро! В темноте и в пылу ходьбы, наткнулся самым важным местом на что-то торчавшее в темноте. Рука срочно отпустила Варину ладонь, и присоединившись ко второй, ладони в срочном порядке прижали место ушиба. В глазах брызнули фейерверком искры, но это была не магия, это была боль.

– Бляя! – простонал я и свалился на колени, стукнувшись в темноте лбом об то же препятствие, с которым повстречался только что своим достоинством.

– Гриша! – вскрикнула Варвара и подскочила ко мне, в голосе слышалось волнение.

– Что Гриша? Что? – простонал я в раздражении, не зная за что хвататься.

– Ты пошто не откликаешси, когда зовут то? Я жо, хотела сказать за забор то! Ан, нет! Молчит и молчит! И шо? Домолчалси? Дошагалси? Ай?

– Ну и сказала бы – прогундел я – Чего тянула? Чего ждала?

– Ндык! – она в темноте хлопнула ладошками – Думала ну видешь, коли так прёшь, аки конь в поле! А ты?… Горюшко!

– Варенька! – оправился я от боли и попытался встать – Ласточка ты моя, да как тут увидишь то? Темень несусветная! Я по памяти шёл! Наугад! Ты, что-ли видишь чего?

– Конешна! – изумился Варин голос из темноты – Вижу! Чевой туточки не видна то?

– В смысле? Как это видишь?

– Глазами, как жо иначе! Не такось аки днём, но видно жеж! Различимо!

– И меня видишь? – отчего-то спросил я, чувствуя приближение конфуза.

– И тебя, и … – она замешкалась – Всё вижу!

– Глазастая какая! – удивился я такому повороту – Как это видеть можно в темноте? Ты же не кошка какая! Не сочиняй мне тут!

– Все видят туточки! Энто у вас, тама не можно так, сам сказывал про то! Хвонарики, свет в стекляшках, луна какая-то. Не поняла вот про неё маненько…

– Пошли уже, маненько – передразнил я Варю – Потом расскажу про луну, если так интересно!

Получается, нет тут луны? Вот и первый ответ, на не важный вопрос… . Но как же без неё? Может, есть какое ночное светило, просто называется иначе? Думая о такой ерунде, ведомый глазастой Варварой, мы добрались до избушки. Вышли аккурат возле новой, проделанной мною двери. Шагнули в проём, перешагивая брёвна. Варя перешагивала и сообщала, я слушал и запинался, так точнее. Наконец добрались до лавки у стола. Девушка поковырялась в темноте, судя по звукам, что-то достала. Услышал как это что-то, поставила на стол, засиял свет красным оттенком, словно красный фонарь включили. Вокруг всё преобразилось, у меня всплыло в памяти ощущение детства, когда я печатал фотографии, включив красную лампу. Мир загадок, мир волшебства. Вспомнилось, как появлялось изображение на фотобумаге, когда опускал её в ванночку с проявителем. Это казалось таким невероятным! Что, мне, десятилетнему тогда? Весь мир казался тайной, которую я раскрою, когда вырасту. Вырос и забыл о мечте, забил на все открытия! Теперь сижу тут, вспоминаю…

– Отвар согрею, хорош он апосля купания – вещала обмотанная простынкой Варвара, копаясь в каких-то тряпках – На кось, приоденьси.

Девушка кинула мне штаны, сама стала натягивать на себя какую-то ночнушку. Бессовестно подглядывая, поспешил спрятать своё вновь поднятое настроение в штанах. Что за реакция такая? Отвык я от такого бурного реагирования! Мне же не двадцать лет! Или всё-таки двадцать, мозги просто старые, а тело молодое. Раздвоение личности какое-то! Надо срочно бежать в тарантас, и постараться уснуть, воя на луну! Но… До самоката не добегу, убьюсь в темноте об какое нибудь корыто, и луны нет, на что выть? Засада!

Девушка закончила переодевание, начались шаманские пляски в красном свете неизвестного светильника. Варвара носилась по маленькой избушке, грея воду, накрывая на стол, расстилая кровать. Я, смотрел на это как заворожённый. Красота, изящность, спартанская обстановка, антураж высшего пилотажа, где вы, великие художники? Такая картина, стоила бы миллионы!

– Седай сюды, ближе к огоньку! – скомандовала Варвара, усевшись на лавку – Перекусим и спать.

Нехитрый ночной ужин и Варин волшебный чай из смородины, согрели душу и успокоили.

Мы молча перекусили, поглядывая друг на друга, настала пора ложится спать.

– Варвара! – обратился я к девчонке – Ты мне на полу постели, буду спать на нём.

– Чево стелить то? Рядком ляжем, как положено! Семейный круг это не шутейное дело!

– Варя, ты слышала мой рассказ? Знаешь, кто я? И как?

– Трудно мне Григорий, воспринять такое. Очень трудно и тяжко. Попривыкну, куды ж деватьси то? Доля моя така! Небеса нам свидетели, будем жить…

Она молча подошла, взяла меня за руку и повела на кровать. Мы легли как пионеры. Рядом, бок о бок, сложив руки на груди уставились в потолок в красном сиянии. Так и лежали, каждый думал о своём, испытывая двоякие чувства. Неизвестно сколько это длилось, но всё-таки мы уснули. Не шевелясь, не поворачиваясь, осторожно дыша, боясь, вспугнуть друг друга.

Где-то надрывно кричал петух. Я осторожно открыл глаза, увидел красивое лицо, с интересом разглядывающее мою физиономию. Руки обнимали нежное девичье тело, солнечный лучик пытался проникнуть в избушку через окно без стекла.

– Привет – улыбнулся я, любопытным глазам – С добрым утром!

Варя улыбнулась и ничего не ответила. Рыбкой выскользнула из моих объятий и поспешила во двор. Я вздохнул полной грудью её аромат, который она оставила мне, вместо себя. Жизнь прекрасна! Жить нужно! И мне есть, для кого жить!

## Глава 15. Дедова гора.

Я, торопился заделать стену. Нужно было ещё успеть, прокатится на дедову гору, чтоб для начала, хотя бы, ознакомится со своей будущей работой. Временной конечно. Я не собираюсь всю свою новую жизнь, посвятить добыче магических камней. Не, я их закапывал, не мне их откапывать! Временная стена, сооружённая из вертикально поставленных досок, выглядит надёжно. Простоит, пару тройку дней, закрывая проём который я проделал, а там, займусь капитальным ремонтом этой хижины. Многое чего, тут нужно подлатать и переделать! Вот и Варе, построю комнату, как обещал старик.

Девушка переносила свой скарб из бани, в которой она жила. Баня должна служить по назначению! Объяснять долго этот факт Варваре, не пришлось. Просто поставил перед фактом, что она, полноправная хозяйка избушки, так что пусть переезжает.

– Сама же меня, кругом своим попрекаешь! – прервал, начавшиеся было созревать сомнения, на её лице – Варвара! Жена ты мне, или почему? Вот и командуй избой, а баня, это баня! И ни каких гвоздей!!!

* * *

Мы медленно катили на дедову гору. Теперь на перекрёстке, девчонка не задумываясь, свернула на право. Вскоре проехали мимо поляны, на которой высилась горка камня, хаотично накиданной в кучу. Местами они валялись поодаль от остального скопления. Варя остановилась и указала тонким пальчиком на этот бардак:

– Вона, Григорий, башенка туточки была то. Ну, та, што ты порушил, помнишь ли, я сказывала?

– Для чего она тут была? – осматривая местность, поинтересовался у девушки – Не могу взять в толк, на кой ляд её тут построили?

– Энто шоб вести передавать то – пояснила она – Их много наделано повсюду.

– Вести? – удивился я местному факсу – Антенна передачи, что-ли?

Варвара пожала плечиками, услыхав новую формулировку:

– Не ведаю, шо энто, но кажись так. У вас, тож такое имелось?

– Имелось, только по-другому выглядят, они из железа сделаны. Покажешь мне, как это работает?

– Можно и показать, чаво мне. Токма, не фурычит она ныне. Сломал, жеж!

– Так что получается? Мне её построить надо самому что-ли?

– Нее, поставят без тебя, Гриш, просто денежку отдать следует за то.

Варвара, тронула тарантас с места, и мы покатились дальше. Не успел попасть в новый мир, а уже залез в долги! Карма, какая-то! Что в прошлой жизни, куча кредитов, что тут. Вероятно, мир так устроен, душа переносится в другое измерение, вместе с денежными долгами. Банки правят вселенной, недаром же, говорят – ,,Заплати, и живи спокойно!,,

Роскошная тайга, стоявшая по краям дороги, завораживала своей красотой. Я крутил головой по сторонам, примечая, словно для будущих пикников, красивые и очень красивые места, Где-то полянка, где-то кривая берёзка, растущая в одиночестве, всё приводило в восторг мою душу. Детство, проведённое в тайге у деда Вани, всплывало в моей памяти, навлекая непонятную щемящую тоску.

– Ох, Гриш – прошептала Варвара, чтой-то неладно у меня на сердце…

– Ты чего, Варюх! – постарался улыбнуться девушке, борясь со своей грустью – Всё, хорошо! Смотри, тайга, солнце, ветерок! Красота такая кругом, а ты вдруг и ,,неладно,,! Выкинь из головы ерунду, успокойся!

– Неее – покачала она головой – Тревожна мне дюже…

– Ты просто устала. Такое бывает, едешь ,едешь, устаёшь помаленьку сама того не замечая, вот и начинает душа тревожиться. Тормози. Прогуляемся, отдохнём.

– Дык туточки осталоси то, саму малость, вона и пенёк знакомый мне. Я, завсегда его примечала, потома горка, с горки и прикатили. Тама и отдохнём, коли так, как ты сказываешь то.

– Почему у меня не получается ездить на тарантасе? Скажи, а тот Григорий умел управлять?

Она, молча покрутила головой из стороны в сторону, ничего не ответив. Больны, девушке, напоминания о любимом, тем более от меня, живущего в нём. Надо бы, аккуратнее с вопросами. Поползла дорога в гору, и у меня, поползло в душу чувство какой-то грядущей неприятности. Может это Варвара поделилась со мной ощущениями, при помощи магии? Чтоб не лез с вопросами. Но, всё же, как бы то ни было, я стал внимательнее вглядываться в таёжные кущи. Вспомнилось ружьё, висевшее на стене избушки, вот чего не взял? Пригодилось бы, тем более мне, не умеющему строить волшебные заклинания всякие! Тарантас, чаще стал подпрыгивать на камнях, поднимаясь всё выше и выше. Варя сосредоточенно смотрела вперёд. По её лицу, я понял, девушка волнуется, и чего-то боится. И вот начался спуск. Не такой уж и длинный, как ожидалось относительно подъёма, пологий, с неудобной колеёй, от души усыпанный камнями и камушками. Мы бодренько, словно по ступенькам, попрыгали вниз, остановились.

– От! – Варвара встала со своего сидения, указала рукой в чащу – Прикатили, Гриш! Туточки лаз имеется в гору то. Отсель, мы и попадали в неё то.

Она поёжилась словно от холода, быстренько покрутила головой в разные стороны, словно маленькая птичка, желающая украсть краюху хлеба со стола. Опустилась на своё место.

– Чуешь ли ты?

– Чего, Варь?

– Ох, чтой-то не хорошо туточки! Ох, не то, чавой-то! Авось назад вертанёмси, Григорий?

Я посмотрел по сторонам, в поисках опасности. Да, что-то витало в воздухе, этакое настораживающее. Но, я решил, просто заразился Вариными страхами. Бывает такое в жизни, один испугался, всё стадо побежало! Но, бывает и не так. Находится упрямый баран, который ничему не верит, и даже если боится, виду не подает. Ведёт это стадо вперёд, и возможно безвозвратно! Отключается логика, отключается разум, плевать на всё, я – герой! Вот к таким баранам, относился и я, в прошлой жизни. Отчего немало раз, наколачивал себе шишек, и цеплял как репей на задницу, неприятные приключения. И естественно, это меня, ничему не учило!

– Варь, ну что ты, в самом деле? Если тебе страшно, побудь тут, в самокате. Я схожу, гляну, что да как. Просто покажи куда идти.

– Нет, нет! – быстро замотала она головой, испуганно округлив глаза – Я, с тобой!

– Уверена? – я оценивающе пробежал по её лицу глазами – Может, не стоит?

Девушка спрыгнула на землю, как всегда, не забыв ойкнуть, махнула мне рукой:

– Пошли, ужо…

– Погоди… – я перебрался в кузов, и на всякий случай взял с собой топор, оставив остальные инструменты под небольшим пологом.

Спрыгнув на землю, перехватил топорище поудобнее, шагнул вперёд Вари. Идти пришлось не долго. Буквально, метров сто. Тропа привела к горе, покрытой мхом с торчащими из него тощими и кривыми ёлками и берёзками. Словно редкая поросль волос на голове великана. Сам же вход в подземелье, удивительно походил на приоткрытый рот, с опущенными уголками губ. Фантомас, да и только!

– Вона – указала Варя пальчиками, в беззубый рот, воображаемого мной, великана – Тудысь!

– ,, Я спросил тебя: – Зачем идёте в горы вы? А ты к вершине шла, а ты рвалася в бой!,, – пропел я песню Высоцкого, неожиданно для себя, пока настраивался сделать шаг в пещеру.

Варвара взглянула на меня, не скрывая лёгкого удивления, робко улыбнулась. Я, подбадривающее подмигнул красавице, продолжил уже громче:

– ,, Ведь Эльбрус и с самолёта видно здорово! Рассмеялась ты, и взяла с собой!,, – отметил, что мой новый голос далёк от голоса Владимира Семёновича, но, не смотря на это, Варя подбодрилась, а я шагнул в темноту.

За мной шагнула Варвара. Вспыхнул фиолетовый огонёк на её ладони, слабо освещая путь. Мы медленно продвигались вперёд, я не прекращал петь. Это не только поднимало Варино настроение, но и прогоняло непонятный страх, начавшийся было одолевать и меня. Песня, вещь сильная! Так и вкрались сквозь проход, в огромный подземный зал. Освещения от Вариной руки, не хватало оценить масштаб этого природного помещения. Но то, что попадало под свет, вызывало восхищение и удивление. Стены, переливались серыми оттенками, мерцали вкрапления каких-то драгоценных камней, микроскопическими звёздами. Откуда-то из тёмной высоты, словно люстры, свисали сталактиты. К ним навстречу, поднимались причудливые сталагмиты.

– ,, А потом, за эти проклятые трещины, когда ужин твой я нахваливал,, – пропел я начало нового куплета и умолк, потрясённый этим видом.

Так и стоял, открыв рот, медленно обводя взором то, что можно было различить, пока не понял что Варя трясёт меня за плечо.

– Гриша! Гриша! – умоляюще требовала внимания девчонка – Что, далее-то было? Гриша! Что, случилоси то? А? Ну!!!

– Где? – вздрогнул я, очнувшись от созерцания – С кем?

– Ндык! С ним, жо!

– С кем? – абсолютно не понимая о ком речь, я удивлённо уставился на Варвару

-Так, знамо дело! – поражаясь моей недогадливости, девушка всхлопнула ладошками, свет потух, стало темно – Парнем, тем што отведать еды собралси то! Ну?

– Не пойму Варя, ты вообще про что?! – задал я конкретный вопрос в темноту

– Гриша! – услышал, как топнула ногой девушка – Песнь ты мне сполнял про него, токма чё! Чегой-то не понятно та!

– Аааа – дошло до меня – В песне!

Фиолетовым, вспыхнул огонёк, особо освещая в любопытстве распахнутые глаза Вари. Она не дыша приблизилась ко мне, боясь пропустить буковку в словах, которыми я должен рассказать продолжение события в песне.

– По голове она его стукнула! – развёл я руками от прекрасного хеппи энда – Два раза!

– За што! – воскликнула Варвара и свет потух.

## Глава 16. Включите свет, дышать темно!

Я напрягся. Потому что в последнюю секунду Вариного возгласа, мне показалось, что краем глаза, заметил какое-то движение, медленное и аккуратное. Но повернувшись, чтоб конкретнее рассмотреть что это, или кто, мой светлячок решил вырубить электричество. Кромешная темнота, тут же закрыла все красоты этой пещеры, и саму красотку, возмущённую поведением скалолазки из песни.

– Варя! – кинул я в темноту, громкий шёпот – Включи свет!

Но мои последние слова, вдруг заглушил грохот похожий на падение огромного камня. Звук был гулким и в то же время сочным. Словно что-то большое, имеющее в себе пустоту, смачно шлёпнулось в вязкую жижу. И снова тишина. Теперь уже холодная и пронизывающая тело и кости насквозь. Не знаю как, но я оказался лежащим на каменном полу пещеры, прикрывая затылок руками и поджав ноги. Как так быстро я принял форму эмбриона, мне заметить не удалось, скорее всего, от страха.

– Варя! – нервным голосом крикнул в предполагаемую сторону, где видел её в последний раз – Ты где?

Тишина и темнота, всё, что досталось мне в ответ… и этот холод, пронизывающий до костей. Я пошарил в темноте руками. Пополз в сторону, где была Варвара до отключения своей подстанции.

– Варя… – чуть громче крикнул, в надежде услышать ответ – Твою, мать! Варюха! Эй!

Странным делом не было эха. Словно я кричал не в пещере, а в каком-то пространстве заполненном чем-то невидимым, тягучим, плотным, холодным. Это только в книгах, вскоре глаза привыкли к темноте и я увидел… Ничего подобного, со мной не произошло. Как было темно, так и осталось. Ни образов, ни рельефов, ни-че-го! Я полз в надежде наткнуться на Варвару, ощупывая себе путь замёрзшими ладонями. Тело и ноги, тоже приняли воздушную ванну холода, и я бодро стуча зубами, упорно продолжал изображать передвижение по-пластунски…. Периодически, выкрикивал её имя, но мои вопли, словно оставались только в моей голове, не выходя в эфир. Прямо по курсу, наконец-то, словно сквозь плотный и густой туман, обрисовался проём выхода из пещеры. Оставалось найти Вареньку, и проползти коридор. И там будет солнце, тепло и тайга!

Как не пытался, встать на ноги у меня не получалось. Словно что-то прижимало меня к земле. Как поролоновый матрас. Вроде и легко, но давит и мешает встать.

– Варя – облегчённо выдохнул я, когда уткнулся носом в волоса девушки, поняв это по знакомому запаху цветочков.

Ощупал дрожащей рукой косу, лицо, шею. Попытался прощупать пульс, но это получилось машинально. Как его проверять, не знаю. Видел в фильмах такое действие у героев боевиков или супер полицейских, проверяющих труп врага. Но, Варя не враг. Она единственная кто знает меня, кто со мной осталась, и вообще, та которая …. Девушка лежала неподвижно, и не подавала признаков жизни.

– Эй! – я потормошил хрупкое плечико – Ты, это!!! Не вздумай!!!

Растерялся как пацан. Судя по тем же книгам про попадания, что я вспоминаю периодически как инструкцию, у меня не проявлялся характер того, меня из другого мира. Похоже, тело этого молодого парня, взяло своё в обмен на разум. Вот и вёл себя порой по ребячьи. Время на раздумья нет, но нашёл силы взять себя в руки, вспомнив что я, всё таки дядя Саня, прополз вперёд, подтянул Варвару за ноги в сторону выхода. Прополз дальше, повторил действие. Так и выбирались из этого подземелья, с матом и кряхтением с моей стороны. И молчанием со стороны девчонки.

Яркое солнце, наказало меня за долгое отсутствие под ним. Его тёплые лучи, ослепили меня на долю секунд, я проморгался, от выкатившихся слёз, прищурился. Теплый, почти горячий воздух, яркого дня, принялся за работу, заботливо окутав моё тело своим теплом как одеялом. Наконец мне удалось подняться на дрожащие ноги, и я с утроенной силой стал вытаскивать Варвару за ноги из морозного рта, грёбанного великана. Я аккуратно тащил тело девушки, изредка поглядывая на её почти белое лицо, кидая постыдные взгляды на открытые места тела, которые предоставил для просмотра задравшийся к груди сарафан. Что поделать? Я всё-таки нормальный мужик, и хоть взорвись планета, но голые женщины всегда будут привлекать мой взор, проявляя интерес. В прочем, и не голые тоже! Так что…

Как только она полностью очутилась на свежем воздухе, я бросился к ней, приподнял белеющую красивую мордашку девушки на ладонях. Легонько потряс, пытаясь привести в чувство. Заметил что шикарная коса, тоже обрела беловатый оттенок, и она вытащилась не вся. Окончание находилось в пещере. Я аккуратно положил голову на землю, потянул косу, машинально, не давая отчёт своим действиям. Мне почему-то важно было достать из пещеры всю девушку, целиком. От кончиков пальцев ног, до кончика шикарной косы. К моему удивлению, сделать это лёгким движением не получилось. Словно что-то держало достояние Варвары там, в темноте. Причём вход в пещеру, не имел светового перехода, почему-то было чётко разделено с этой стороны светло с той, откуда мы выбрались, темно, словно стена из чёрного металла. Когда мы входили сюда, не было такого эффектного вида! Зуб, даю!

Обмотал вокруг ладони косу, сидя на заднице, упёрся ногами в камни. Напрягся, вытягивая Варину красоту из пещерной темноты. Я не боялся снять с неё скальп. Длинны хватало, чтоб не причинить ей боль. Мои потуги, увенчались успехом, с трудом вытащив окончание толстой косы, увидел, как за ней тянулась сплетённая белая паутина. Нити паутины были толщиной со спичку, ярко-белые, с мохнатым покрытием, словно ноги паука. Волосюшки, вяло телепались по всей этой белой пакости, которая тянулась куда-то вглубь пещеры. Нити еле заметно пульсировали, словно пропуская внутри себя какую-то жидкостью, жадно переплетая кончики Вариных волос. Я, завис от такого вида! Вытаращил глаза от удивления!

– Какого хрена! – мой гнев, вспыхнул быстрее, чем сообразило опомниться молодое тело.

Непослушными руками схватил паутину и начал рвать. Быстро, нервно, с яростью. Не испытывая никакого отвращения и страха. Я понимал, происходит что-то странное, но что именно мне пока не понятно. И поэтому все эти жеманные и брезгливые фиканья и фуканья, мысленно забил в задницу, той твари, что сплела эту пакость. Промедление, нанесёт невосполнимый вред Варваре. Но, как бы я не рвал эти нити, они тут же восстанавливались, сплетаясь между собой. Время стремительно сверкало в пространстве долями секунд, оно летело, забирая жизнь девушки.

– Сука-а-а-а!!! – взвыл, срывая голос, переходя в хрип, разбрызгивая слюни – А-а-а!!!

В голове сверкнула мысль о топоре, удачно потерянном в грёбанном подземелье. Следом, словно кадр в фильмоскопе, нарисовался образ ножа, которым Варя резала хлеб, на нашем первом пикнике. Матерясь и топча паутину, запинаясь об камни и падая, поднимая лёгкую пыль, я скребанул своими конечностями в сторону тарантаса. Там, под небольшим пологом в корзине с едой, находится тот самый нож!

Не помня себя, спасибо молодому телу, быстро вернулся на место битвы с паутиной. Пока я бегал за ножом, она продвинулась по косе, ближе к голове Вари. Девушка, лежала, её маленькая грудь, еле вздымалась от слабого дыхания. Тело, белело, теряли свой первоначальный цвет роскошные волосы. Не раздумывая ни секунды, я бросившись на колени, с рычанием начал резать, пилить, перерубать, ещё не оплетённую часть поистине роскошной косы…

Дело сделано. Последний раз, тюкнув ножом в уставшей руке, я перерубил последний волосок, соеденяющися с паутиной. Капал пот с лица, смешиваясь со слюнями из открытого рта, пытающегося издавать звуки ярости. Но голос пропал, голосовые связки не выдержали нагрузки, только шипение, давалось им.

Отрубленная коса, переплелась паутиной. Эта хрень, потыкалась в разные стороны, словно слепой, ладонью с растопыренными пальцами ищущий какой-то предмет. Нервно вздрогнув, перестала пульсировать, всосалась во внутрь пещеры. Медленно и важно. Я, подобрав камень, бросил в след, в надежде попасть, но обессилившая рука, сделала всё, чтоб промазать. Завалился на бок, моё лицо оказалось напротив Вариного. Девушка лежала не шевелилась, не реагировала на моё хриплое дыхание, от которого шевелились слегка побелевшие волосы на её виске.

– Варя – окликнул я её – Варя, очнись…

Но вместо Вари, мне ответили птицы, взлетевшие с деревьев, в той стороне, где стоял тарантас, каркая с нотками истерики. Кто-то, или что-то их вспугнуло. Просто так, эти сороки-вороны, кудахтать на всю тайгу не станут! Я положил руку на холодный Варин лоб, силясь определить степень остывшего тела. По щеке катилась скупая слеза, вторая собиралась у кончика глаз, искажая моё зрение.

– Варя…

## Глава 17. Разбор полётов.

Я звал Варвару, но голос мой не звучал в этом солнечном раю, после холода пещеры. Он звучал только в моих мыслях. Рот открывался как у рыбы, без звука, только хриплое сипение. Она не реагировала. Так и лежала, закрыв глаза, вокруг которых образовались синие круги, словно от размазанной косметики, подставив побелевшее тело, солнцу. Лишь только слабое, еле заметное дыхание, которое можно было заметить благодаря маленькой груди. Она поднималась и опускалась, медленно, неуверенно. Я одёрнул сарафан на девушке, подстелил под голову рубаху, которую стянул с себя. Поправил оставшуюся часть косы… Моё тело, медленно приходило в себя. Движения стали более чёткими и уверенными. Пропала тяжесть ног и рук. Что делать с Ва