# Десять лунных камней

Тиграна Верес

Быть незаконно проданной собственным мужем демону всего за десять лунных камней - невелика честь, но иногда за запретными сделками стоит нечто большее, чем личная выгода или просто желание продолжить род.

Ночная тьма лишает зрения и порождает страхи, но сколь бы пугающей она ни была, самые отвратительные злодеяния совершаются всё же не под покровом ночи, а при свете дня.

– Красивая, воспитанная, благородных каонских кровей, а прошу за неё всего десять лунных камней. Господин, взгляните, у неё и зубы все целы, и тело без изъянов, если не считать того, что она уже не невинна. Редчайшая жемчужина, способная украсить любой гарем. А как завораживающе танцует! Я не продал бы её, если бы не крайняя нужда.

– Нужда? Полагаю, она и впрямь велика, если ты решился на столь возмутительный поступок, учитывая, что в Каоне продажа людей карается смертью. У вас даже торговля рабами запрещена. Не боишься, что сдам тебя властям?

Алиссия от стыда готова была провалиться сквозь землю, а чувство безысходности жгло её истерзанную невзгодами душу с такой силой, что слёзы сами собой вытекали из-под опущенных ресниц, как бы старательно она их ни сдерживала.

Всего какой-то месяц назад казалось, что весь мир лежит у её ног. Отец и матушка были здоровы и полны сил. Они собирались в путешествие по землям империи, чтобы посетить самые большие города и лично познакомиться с каждым из потенциальных женихов, список которых составляла для их единственной дочери самая лучшая сваха столицы. Но судьба сыграла с благородной семьёй Тарин очень злую шутку. Первый же пир за пределами родного дома превратился в самый настоящий кошмар. Хозяева опоили гостей какой-то гадостью, в этом сомнений нет, но проблема заключалась не в причинах, а в последствиях. После этого пира отцу пришлось нарушить обещание, данное матери, и принять в дом наложницу, потому что под действием дурманящего зелья он обесчестил хозяйскую дочь. Алиссия же проснулась поутру с ужасной головной болью, обнажённая и в объятиях не того вероятного жениха, с которым приехала знакомиться, но его мерзкого младшего братца. Таким образом её участь тоже оказалась решённой, а путешествие завершилось, едва начавшись. Родители скрыли позор семьи Тарин за двумя пышными свадьбами, но с тех пор муж не провёл рядом с Алиссией ни одной минуты. Избегал её, смотрел искоса и будто даже брезгливо, а теперь вот пригласил в их небольшой дом этого файаланского демона.

– Вы говорите о наказании за нарушение имперских законов, господин Афай, но разве ваше появление здесь не является таким же преступлением? ― возразил Гру Хаэн на слова гостя. ― Демонам Файаланы запрещено ступать на земли Каоны, разве нет? Вы могли нанять посредника, но предпочли явиться лично, потому что заинтересованы в успехе этой сделки не меньше меня. Я тоже могу сдать вас властям и получу за это приличную сумму золотом, а не наказание, но мне нужны лунные камни, а вам необходима здоровая женщина-человек, чтобы продолжить род. И озвученная мной цена для вас ничтожна ведь, а выгоду мы оба получим исключительную.

Он прав. Запретный город Файалана ― единственное место в империи, где демоны могут чувствовать себя в безопасности. Вся остальная территория Каоны укрыта защитным плетением, лишающим их возможности использовать демоническую силу. Несколько столетий назад война двух рас закончилась в пользу людей, поэтому условия дальнейшего сосуществования диктовал победитель, и немногочисленные остатки народа демонов были загнаны в ловушку множества ограничений. Им были обещаны мир и неприкосновенность, если ни один из файаланцев никогда не покинет пределов запретного города и ни один человек не погибнет в Файалане. Для людей доступ туда открыт по специальным разрешениям ― ведётся взаимовыгодная торговля, но пропуска выдаются только евнухам или стерильным женщинам. Брачные союзы между людьми и демонами запрещены категорически, хотя для последних они являются единственным способом продолжить род. Фактически этими законами правители Каоны обрекают расу демонов на вымирание. Если бы век файаланцев был так же короток, как и человеческий, в запретном городе уже давно бы никого не осталось. И десять лунных камней в обмен на женщину, которая может подарить демону наследника ― это действительно очень выгодная сделка. Гру запросто мог попросить тысячу камней и получил бы их, но такое неожиданное богатство точно вызовет подозрение властей.

– Тебе известна причина моего интереса, но я не знаю причин твоего, ― вкрадчиво произнёс господин Афай. ― Хочу, чтобы это тоже стало частью нашей сделки. Осмелишься открыть мне свою тайну?

Алиссия не смела поднять на него взгляд и только беззвучно плакала, мысленно проклиная всех Хаэнов, вместе взятых. Подлые, корыстные, расчётливые, жестокие люди. Все до одного. Мало им было подсунуть свою невзрачную дочку под женатого уже князя. Мало было заключить сразу два брачных союза с одной из самых знатных и влиятельных семей империи, оставив при этом свободу выбора для наиболее перспективного из своих сыновей. Теперь ещё и эта отвратительная сделка. Алиссии тоже хотелось бы знать, какие цели преследует её ненавистный супруг ― просто для того, чтобы понимать, на какие именно блага Гру Хаэн хочет обменять бесценную человеческую жизнь.

– Это не тайна, ― ответил мерзавец. ― Я болен от рождения. Лунные камни необходимы для того, чтобы недуг не мешал мне жить и не свёл меня в могилу раньше срока. Десяти камней хватит на десять лет, но в Каоне раздобыть их очень сложно. Если и появляются на аукционах, то за каждый продавцы просят чуть ли не целое состояние.

– Ясно, ― с усмешкой отозвался демон. ― Проще говоря, ты хочешь обменять чужую жизнь на десять лет своей собственной, а потом будешь искать другую жертву, чтобы пожить ещё немного. Это низко, бесчестно и бесчеловечно, но не мне тебя судить. Если проболтаешься кому-нибудь о нашем договоре или посмеешь как-то оскорбить мою наложницу, лунные камни тебе будут уже ни к чему. Надеюсь, ты понимаешь, что это значит.

К ногам негодяя с глухим стуком упал пёстрый тканевый мешочек. Сделка состоялась. Алиссия закрыла глаза и обречённо опустила плечи. До этого момента она ещё лелеяла слабую надежду на то, что демон откажется принимать участие в творящемся здесь безумии, но теперь на спасение не осталось и шанса. Услышала шелест одежд своего нового господина, но так и не посмела взглянуть на него. Не сопротивлялась, когда он взял её вспотевшую от страха и волнения ладонь в свою горячую руку ― теперь уже не имеет значения, позволительно ли такое откровенное пренебрежение приличиями. Но когда демон повёл её прочь из холодного и неуютного главного зала, высвободила свои пальцы, вернулась и от души плюнула мужу в лицо. Он заслужил и большего унижения, но это всё, что она могла сделать, чтобы показать, как сильно его презирает.

– Будь ты проклят! Ты и весь твой род! ― бросила напоследок и поспешила вернуться к демону, опасаясь ответа на такую дерзость со стороны Гру.

Она хоть и останется в этом доме в статусе законной супруги младшего сына семьи Хаэн, но принадлежит теперь всецело не ему, а безжалостному порождению тьмы, на которое Гру даже смотреть не может без дрожи в коленях. Подонок храбрится и пытается показать, что он равен во всём этому чудовищу, а на деле вспотел от страха так, что мокрые пятна проступили через его одежду даже на груди. Он превосходно расслышал и понял слова господина Афая, поэтому впредь вряд ли осмелится даже нагрубить только что проданной жене, но лучше всё-таки держать себя в руках и не злить его.

О деталях договора между мужчинами Алиссия знала только то, что теперь ей придётся делить ложе с демоном, пока она не понесёт. Он останется в этом доме гостем и будет жить в отдельной комнате, а потом вернётся в запретный город так же тайно, как и покинул его. Ребёнка заберут сразу после рождения, и на этом сделка будет завершена окончательно. В доме нет прислуги. Это скромное жилище в двух днях конного пути к востоку от столицы было свадебным подарком для молодожёнов со стороны семьи Хаэн, и теперь девушка наконец-то поняла, почему известный и уважаемый учёный поскупился на слуг и приличное поместье для младшего сына. Хаэны сказали, что начало семейной жизни должно быть скромным, чтобы каждый успех был общим, как и весь путь к богатству и процветанию, но на самом деле они просто нашли уголок поукромнее, чтобы провернуть эту мерзкую сделку и скрыть от посторонних глаз свои истинные намерения. Негодяи тщательно рассчитали каждый шаг. Демон заявит свои права на только что купленный товар немедленно, чтобы Алиссия не посмела жаловаться и искать спасения у родителей или властей. После близости с ним она и сама окажется вне закона. Проронит хоть слово ― погубит не только семью Хаэн, но и свою собственную. Теперь она может позволить себе лишь слёзы, лютую ненависть и робкую надежду на то, что после рождения маленького демона ей сохранят жизнь. Если, конечно, к тому времени она сама не начнёт желать себе смерти.

Гру не давал распоряжений относительно комнаты для гостя, потому что не был уверен в положительном исходе задуманного. Свободное помещение есть, но там нужно убрать пыль, сменить занавеси на окнах и застелить постель, а ждать, пока всё это будет сделано, господин демон явно не собирался. Он лишь мельком взглянул на своё будущее временное пристанище и будничным тоном поинтересовался:

– Где твоя спальня?

Щёки Алиссии предательски залились краской смущения, но она всё же смогла выдавить из себя ответ, указав рукой на другую дверь.

– Вон там. Она меньше этой. Если подождёте немного…

– Я не намерен ждать ни минуты, ― подтвердил он её опасения и повёл за руку в указанном направлении.

Оказавшись наконец-то за закрытой дверью наедине со своей добычей, бесцеремонно прижал Алиссию к стене и пальцем приподнял её подбородок, заставив запрокинуть голову.

– Почему не смотришь на меня? Брезгуешь? ― спросил сердито.

Она наконец-то осмелилась посмотреть ему в глаза. До сих пор видела только нежно-синий шёлк довольно-таки дорогого одеяния, но теперь получила возможность разглядеть гораздо больше. Торговцы, сопровождающие караваны в запретный город и обратно, рассказывали, что внешне демоны мало чем отличаются от обычных людей. Их особенность заключается в демонической ауре, невероятной магической силе, долголетии и невозможности продолжить род в союзах с сородичами, но в остальном они точно такие же, как и любой из каонцев. Могут быть худыми или пышнотелыми, красивыми или непривлекательными, высокими или низкими ― всё как у людей. И это действительно так. Демона, купившего Алиссию, вряд ли можно было назвать редким красавцем. Он молод и высок, но не широкоплеч. Скорее, изящен, но при этом достаточно силён, а его жгуче-огненным взглядом можно было бы, наверное, прожигать стены насквозь. У людей не бывает таких янтарно-чёрных глаз. Это весьма необычное сочетание даже для магов.

– Господин желает, чтобы я смотрела на него, когда он будет делать с моим телом всё, что захочет? ― ответила Алиссия вопросом на вопрос и вызывающе подняла подбородок ещё выше, сочтя наказание за дерзость в виде быстрой смерти лучшим для себя исходом.

Лучше бы молчала и не двигалась вовсе, потому что теперь ему осталось лишь слегка наклонить голову, чтобы их губы соприкоснулись. Похоже, ответ ему и не требовался. Горячее дыхание обожгло губы Алиссии и смешалось с её собственным. Первый поцелуй. Первая настойчивая ласка, обещающая гораздо больше, чем может себе представить девушка, которая даже не помнит, как лишилась невинности. Первое удивление от осознания собственной реакции на эти дерзкие прикосновения. Мысли о выражении протеста хоть каким-нибудь доступным способом улетучились сами собой. Тело вспыхнуло жаром встречного желания, опалившего заодно и душу тоже. Вокруг и рядом не осталось ничего, кроме янтарно-чёрных глаз демона, его губ, его рук и неистово требовательного тела.