Анна Гаджибек
Простые ответы Аристотеля на наши вечные «Почему?»

Когда шум мира становится невыносим, имеет смысл спросить того, кто его только начинал. Что, если главные ответы на ваши вопросы уже были даны? Осталось только их правильно услышать.

Введение

Трудно жить. Слишком много шума в голове, слишком много «инфошума». Все хотят спокойствия, хотят проживать эту жизнь, а не пребывать в постоянной бдительности. Мы устали. Нам нужны ответы, нужна инструкция.

Я уже не ищу. Я нашла. Мои практики работают: я учу других и учусь сама. А что, если попросить помощи у тех, кто начинал эту жизнь? Я говорю не о выживании в прямом смысле, а об очищении внутреннего мира, о тишине внутри разума. Что, если бы мы могли их спросить? С Аристотеля началась наука о природе. Но не только на уровне физики. И метафизически. Он, как и многие философы того времени, хотел донести истину.

Если вы открыли эту страницу, значит, вам интересно разобраться в основах нашего мира. Но, наткнувшись на тексты великих философов, вы, возможно, почувствовали, что это слишком сложно, запутанно и будто написано для избранных.

Со мной произошло то же самое. Когда-то я пыталась читать труды разных мыслителей, в том числе Аристотеля, и ничего не понимала. Сама философия казалась полной загадок, а чтобы в ней разобраться, нужно было будто перенестись на две тысячи лет назад. Тексты выглядели чужими и заумными. И тогда я решила сделать то, чего мне так не хватало, объяснить всё простыми словами. Так, чтобы любой человек мог понять суть. Возможно, будет скучно, но не бросайте. Просто попытайтесь вникнуть. Поверьте, вы найдёте ответы на вопросы. Если зададите их.

Зачем это нужно? Затем, что вопросы, которые Аристотель задавал две с лишним тысячи лет назад, волнуют нас до сих пор. Из чего состоит мир? В чём смысл? Что такое реальность? Это же наши с вами вечные «а почему?». Мы не будем цитировать древние тексты. Мы просто разберём его мысли. Представьте, что мы пришли в гости к очень мудрому, но немного занудному дедушке, и он согласился объяснить нам самое главное за разговором на кухне. Наша задача понять, что же он имел в виду.

Кто такой Аристотель и в чём суть его учения? Это был человек, который хотел понять абсолютно всё. Как устроена Вселенная? Что такое добро? Как рождается мысль? Философ, учёный и даже воспитатель Александра Македонского. Он написал огромное количество трудов по сути, первую в мире энциклопедию. О политике, о душе, об искусстве, о животных, о том, как устроено государство.

Самая главная и сложная работа Аристотеля называется «Метафизика». Она пытается объяснить «то, что идёт после физики». Если физика про законы природы (почему яблоко падает, как растёт дерево), то метафизика про основы основ. Про то, что стоит за этой природой. «Из чего на самом деле сделан мир?» «Что значит существовать?» «Зачем всё это вообще нужно?»

Проще говоря, если физика изучает, как тикают часы, то метафизика спрашивает: «Кто их завёл и зачем они тут?» Зачем нам это сейчас? Затем, что мы до сих пор мыслим его категориями, сами того не замечая. Когда мы ищем суть проблемы, говорим о потенциале ребёнка или ищем причину неудачи, мы используем идеи Аристотеля. Попробуем найти суть.

Знание первых причин

Желание понять «почему» это не просто любопытство, а высшее проявление человеческой природы. Настоящая мудрость начинается не тогда, когда ты просто знаешь факты или умело что-то делаешь, а когда ты находишь глубинную причину и можешь объяснить её другим. Мы рождены не просто для того, чтобы видеть и запоминать, а для того, чтобы доходить до сути вещей.

Люди от природы хотят знать. Достаточно посмотреть, как мы любим просто смотреть вокруг. Мы ценим зрение больше других чувств не только для дел, но и просто так. Потому что через глаза мы узнаём больше всего. Животные тоже имеют чувства. Но те, у кого есть память, сообразительнее. А те, у кого есть ещё и слух, могут учиться.

Но вот в чём наше, человеческое, отличие. Животные живут ощущениями и памятью. А мы ещё используем опыт, искусство (умение) и рассуждения. Опыт – это когда много одинаковых воспоминаний складываются в одно знание. Например, ты много раз видел, что отвар ромашки успокаивает желудок. Ты знаешь «что» это работает. Но почему это работает,ты можешь и не понимать.

Искусство (или мастерство) рождается из опыта, когда ты находишь общую причину для всех этих отдельных случаев. Врач с искусством понимает, что ромашка помогает не потому что «просто помогает», а из-за определённых веществ, которые действуют на конкретный тип расстройства у определённых людей. Он знает «почему».

Конечно, на практике опытный человек может добиться успеха быстрее, чем теоретик без опыта. Ведь лечить нужно конкретного человека, а не «человека вообще». Но мы всё равно считаем того, кто владеет искусством (знает причины), мудрее того, у кого только опыт. Потому что первый может научить, а второй просто делает, часто не осознавая глубинных причин.

Так что же такое мудрость в итоге? Это не просто чувства (они показывают лишь факты). И не просто опыт (он знает только «что»). И даже не просто полезное мастерство. Мудрость – это высшее знание, которое ищет самые первые причины и основы всего существующего. Знание ради самого понимания мира. Именно к такому знанию, по Аристотелю, наша природа и тянется больше всего.

Куда ведёт удивление?

Высшая мудрость это знание ради знания. Она рождается не из нужды, а из чистого удивления миром и желания понять самые главные правила, по которым он существует. Это свободное занятие, цель которого заменить изумление перед загадками ясным пониманием первопричин.

Давайте теперь подумаем, какую же именно науку мы ищем, когда ищем мудрость. Что это за знание о «первопричинах»? Присмотримся к тому, кого мы в жизни считаем по-настоящему мудрым. «Он способен понять трудные вещи, недоступные простому восприятию.» «Он точен и может научить, объяснив причины.» «Он ищет знание ради самого знания, а не ради выгоды.»

Из этих признаков вырисовывается портрет искомой науки. Это знание о самом общем. Оно труднее всего, потому что оторвано от простых ощущений. Оно строго и точно, потому что опирается на малый набор основных начал. Оно способно научить, потому что вскрывает причины. Оно желанно само по себе, ведь оно о самом важном, о началах всего. И оно главенствует, так как познает высшую цель, то благо, ради которого всё существует. Итак, мудрость это одна и та же наука о первых началах и причинах.

Откуда она взялась? Из удивления. Сначала люди удивлялись простым загадкам, потом движению светил, происхождению мира. Это удивление и есть корень философии. Мы стремимся к этому знанию не для пользы, а чтобы перестать не знать. Поэтому эта наука свободная, в отличие от ремёсел, служащих нуждам. Эта наука настолько высока, что кажется почти недоступной человеку. Её можно назвать божественной. Почему? Потому что, во-первых, знание о вечных началах это то, чем, скорее всего, обладает божество. А во-вторых, это знание о божественном (о высших принципах). Она не самая необходимая для выживания, но лучшая из всех.

И здесь Аристотель делает красивый вывод. Мы начали с удивления перед непонятным (почему диагональ квадрата несоизмерима с его стороной?). Но конечная цель мудрости прийти к обратному. Когда мы поймём причину, мы перестанем удивляться частностям и придём к ясному и спокойному знанию того, как устроен мир в своих основах. Удивление сменится пониманием.

Четыре вопроса для понимания

Чтобы до конца понять любую вещь, нужно ответить на четыре вопроса: 1) Из чего она? (Материя), 2) Что это такое? (Форма/Сущность), 3) Кто её сделал или изменил? (Источник движения), 4) Зачем она? (Цель). Древние философы, ища истину, постепенно открывали эти причины одну за другой, начиная с самой очевидной материи.

Давайте разберёмся, что такое эти «первые причины», знание которых и есть мудрость. Мы по-настоящему знаем вещь, только когда понимаем её первопричину. А причин, оказывается, всегда четыре.

Сущность, или форма (ЧТО ЭТО?) это сама идея, суть вещи. Например, «стул» это то, что имеет спинку и сиденье для сидения. Его определение.

Материя (ИЗ ЧЕГО?) это то, из чего вещь сделана: дерево, металл, ткань.

Источник движения, или действующая причина (КТО/ЧТО СДЕЛАЛО?) это то, что привело вещь в бытие. Плотник, который сделал стул из дерева.

Цель, или конечная причина (ЗАЧЕМ?) это то, ради чего вещь существует. Цель стула, чтобы на нём сидели.

Чтобы было яснее, посмотрим, как до нас рассуждали другие мудрецы. Это поможет нам самим, либо мы найдём пятую причину, либо утвердимся в этих четырёх.

Всё – вода, огонь, воздух…

Самые древние философы думали, что главное – это найти первоматерию, из которой всё состоит. Фалес говорил, что вода (всё живое нуждается во влаге, семена влажные). Анаксимен – воздух. Гераклит – огонь. Эмпедокл взял все стихии и добавил еще одну: землю, воду, воздух и огонь.

Их логика была такая, вещи появляются и исчезают, но сама основа (вода, огонь) вечна и неизменна. Как Сократ остаётся Сократом, даже когда стареет или болеет.

Материи мало – нужен «двигатель»

Но скоро стало ясно, одной материи недостаточно. Дерево само по себе не становится лодкой, а глина не становится вазой. Должна быть сила, которая их изменяет. Нужна действующая причина. Это заставило некоторых (как Парменида) даже считать мир полностью неподвижным, раз они не могли объяснить источник движения.

Нужен ум и порядок

Потом возник вопрос, откуда в мире столько порядка, красоты и целесообразности? Ведь слепая материя (огонь или вода) не может быть причиной гармонии. Приписывать всё случайности было тоже неразумно.

И тогда появилась гениальная догадка. Анаксагор (а до него, возможно, Гермотим) сказал, что во всём виноват… Разум (Ум). Именно Ум та сила, которая упорядочивает хаос материи, придаёт миру стройность и ведёт всё к лучшему. Так к причине материи добавилась причина разумного устройства и цели.

Поиск истины шёл от простого к сложному. Сначала думали только о материи. Потом осознали необходимость силы-двигателя. А затем разумной цели. Но полную картину дадут только все четыре причины вместе.

Почему Любви и Вражды было недостаточно?

Философы поняли, что мир живёт в борьбе противоположных сил: соединения и разъединения, порядка и хаоса. Они попытались назвать эти силы (Любовь, Вражда) или свести всё к механике атомов. Но эти теории были неполными и не отвечали на главные вопросы: кто всё это задумал и ради какой цели?

Итак, философы поняли, что мир не стоит на месте. Материя постоянно смешивается, создавая новые вещи, и разъединяется, разрушая их. Значит, нужны движущие силы. Кто-то должен был первым об этом подумать. Возможно, это были Гесиод или Парменид, которые называли началом Любовь (Эрос). Ведь именно сила влечения и соединяет вещи.

Но в мире есть не только добро и красота, но и зло, уродство, хаос. Как это объяснить? Эмпедокл предложил изящное решение. Он ввёл две движущие силы. Дружба (Любовь) сила притяжения, соединяющая разные элементы (огонь, воду, воздух, землю). Она творит гармонию, красоту и жизнь. Это причина блага. Вражда (Ненависть) сила отталкивания, разъединяющая элементы. Она создаёт хаос, распад и смерть. Это причина зла.

Так Эмпедокл впервые связал начало мира с понятиями добра и зла. Однако в его учении была нестыковка. По его же логике, когда Вражда разрушает мир, она должна разъединять всё подряд. Но выходило, что она почему-то соединяет однородные элементы (например, весь огонь в одну кучу). Получалась путаница. Анаксагор тоже говорил о движущей силе Разуме (Уме). Но он применял его выборочно, только когда не мог объяснить что-то иначе, а в остальном ссылался на случай. Это было непоследовательно.

Новый путь: атомы

Тем временем Левкипп и Демокрит предложили совершенно иную, радикальную картину. Они сказали, что есть только две реальности. Атомы (неделимые, полные частички) это «сущее». Пустота (пространство, где ничего нет) это «не-сущее». Атомы вечны и не меняются. Всё, что мы видим вокруг деревья, горы, люди – это просто разные комбинации атомов в пустоте. Чем отличаются вещи? Всего тремя свойствами атомов. Формой (как буква А отличается от Z). Порядком (как AN отличается от NA). Положением (как И отличается от N, если её перевернуть).

Гениально и просто! Но, как замечает Аристотель, здесь та же проблема, что заставляет эти атомы двигаться, сталкиваться и соединяться в сложные миры? Слепая необходимость? Случай? Атомисты не дали хорошего ответа. Предшественники Аристотеля, двигаясь к истине, нащупали две из четырёх причин, но делали это неуверенно, с ошибками и не доводили до конца. Их объяснения были фрагментарными. До полной картины, включающей все четыре причины, нужно было пройти ещё один важный шаг.

Прорыв и ошибка пифагорейцев

Пифагорейцы совершили прорыв, обнаружив, что структура мира выразима на языке чисел и гармонии. Они первыми задумались не только о материи, но и о форме (сущности) вещей, увидев её в числовых соотношениях. Однако они совершили ошибку, подменив реальные вещи их математическими абстракциями и не сумев объяснить, как числа превращаются в то, что мы видим и чувствуем.

Пока одни философы искали начала в воде или огне, а другие в Любви и Вражде, появилась школа пифагорейцев, которая пошла совсем другим, удивительным путём. Их главным инструментом стала математика. Углубившись в неё, они пришли к мысли, что числа это основа всего. Почему? В числах они видели подобие вещей. Например, какое-то свойство числа означало для них справедливость, другое душу, третье удачу. Они обнаружили, что законы музыкальной гармонии можно точно выразить числовыми соотношениями.

Им стало казаться, что всё в природе устроено по образцу чисел, а само небо -это совершенная гармония и число. Они даже пытались подогнать весь мир под свою числовую теорию. Например, они считали число 10 совершенным. Но видимых небесных тел (планет, звёзд) было известно только девять. Что же делать? Они просто придумали десятое «Противоземлю», чтобы система сошлась.

Что такое число для пифагорейцев?

Они считали число и материей, и сущностью одновременно. Всё состоит из чисел, как из кирпичиков. А сами числа происходят из двух начал: чётное (символ беспредельного, бесформенного) и нечётное (символ предела, формы). Единица (1) рождается из их соединения, а из единицы все числа.

Мир как набор противоположностей

Другие пифагорейцы развили эту идею и составили список из 10 пар противоположных начал, управляющих миром (Предел и Беспредельное, Нечётное и Чётное, Единое и Множество, Правое и Левое, Мужское и Женское, Покоящееся и Движущееся, Прямое и Кривое, Свет и Тьма, Доброе и Дурное, Квадратное и Продолговатое). Они поняли важную вещь, что мир строится на противоположностях. Врач Алкмеон из Кротона тоже это заметил, говоря о парах вроде «белое и чёрное» или «сладкое и горькое».

В чём их промах, по мнению Аристотеля?

Хотя пифагорейцы угадали роль противоположностей, они не смогли ясно связать свои числа с четырьмя причинами. Они в основном сводили всё к материальной причине (всё состоит из чисел), но путали математические свойства с реальной сущностью вещей.

Их главная логическая ошибка, что они считали, если свойство «быть двойным» присуще прежде всего числу 2, то «двойное» и «два» это одно и то же. Но это не так! «Двойное» это отношение, а «два» количество. Из-за такой путаницы у них одно (число) могло быть многим (разными вещами) одновременно, что ведёт к неразберихе.

Кратко об остальных «единомышленниках»

Были и те, кто утверждал, что всё едино. Но их мнения тоже разнились. Ксенофан говорил туманно, называя единым целое небо и бога. Мелисс считал это единое материальным и бесконечным. Парменид был проницательнее. Он утверждал, что есть только «сущее» (единая, неизменная реальность, постигаемая умом), а «не-сущее» (пустота, изменение) иллюзия. Но, наблюдая мир, он вынужден был признать две противоположные силы в нём, это тёплое (огонь, сущее) и холодное (земля, не-сущее).

Как идеи связаны с реальными вещами (Платон)

Платон, пытаясь спасти истинное знание от хаоса изменчивого мира, поместил его в мир вечных идей. Но, создав это грандиозное разделение, он так и не смог объяснить, как именно идеи связаны с реальными вещами, и почему в мире царит не статика, а движение и развитие. Его философия объяснила «что» (форму), но упустила «почему» и «зачем».

После всех этих учений появилась философия Платона. Она во многом похожа на пифагорейскую, но со своими важными отличиями. Как Платон пришёл к своим идеям? В молодости он увлёкся мыслью Гераклита о том, что весь мир чувств – это постоянный поток, в котором невозможно найти ничего устойчивого для точного знания. Позже он познакомился с Сократом, который искал точные определения нравственным понятиям (что такое Справедливость? Мужество?).

Сократ показал, что общее определение нельзя вывести из множества меняющихся примеров. Платон соединил эти две мысли. Он решил: если в текучем мире чувств нет истинного знания, а определения существуют, значит, эти определения относятся к чему-то другому, вечному и неизменному. Это «другое» он и назвал Идеями.

Что такое мир по Платону?

Идеи – это совершенные, вечные образцы всего (Идея Дерева, Идея Красоты). Они настоящие. Каждая Идея одна. Наш материальный мир, это лишь тень идей. Конкретные деревья или красивые люди существуют только потому, что «причастны» своим Идеям. Они – это их несовершенные копии. Математические объекты (числа, геометрические фигуры) занимают промежуточное положение. Они вечны и неизменны, как идеи, но их много одинаковых (цифра «5» используется много раз), как предметов в нашем мире.

Из чего состоят идеи? Заимствование у пифагорейцев.

Платон, как и пифагорейцы, видел в основе мира числовые принципы. Формальная причина (суть) – это Единое. Оно придаёт идее определённость и форму. Материальная причина (неоформленная основа) это Большое и Малое (или Двоица). Это неопределённая, бесформенная «глина», которая может принимать любые свойства. Идея рождается, когда Единое «ограничивает» беспредельное Большое и Малое. Идеи – это своего рода совершенные числа.

Критика Аристотеля: что не так с этой системой?

Платон сделал величайшее открытие: он показал, что за миром вещей стоит мир идей вечных, неизменных и совершенных образцов. Это был ответ на вопрос «Что это такое?» (Идея Человека, Идея Добра, Идея Стола). Но его система, как первый чертёж гениального изобретения, оказалась неполной и порождала новые загадки.

1. Загадка «причастности». Как это работает?

Платон говорил, что конкретный стол – это стол лишь потому, что он «причастен» Идее Стола. Но что это значит? Это как сказать, что картина красива, потому что «причастна» Красоте. Красиво сказано, но не объясняет механизма. Это просто красивое имя для непонятной связи. Его предшественники-пифагорейцы говорили, что вещи «подражают» числам. Но «подражание» такая же метафора. Как материя подражает идее? Система молчит.

2. Проблема творения. Почему вещей много?

Если есть одна совершенная Идея Стола, логично ожидать, что должен быть и один совершенный стол. Но в мире мы видим бесконечное множество разных столов: деревянных, пластиковых, кухонных, письменных. Платоновская система не может хорошо это объяснить. Ведь идея едина, а вещей множество. Где источник этого разнообразия?

3. Главный пробел. Где двигатель и цель?

Система Платона описывает статические образцы (идеи) и смутную материю (то, из чего). Но в ней нет ответа на ключевые вопросы жизни и движения. Формальная причина (что это?). Это и есть сама Идея (суть, образец). Материальная причина (из чего?). Это «Большое и Малое» бесформенная потенция, «глина» мира. Но где Движущая причина (кто приводит в движение)? Кто или что заставляет Единое (идею) оформлять материю? Кто «скульптор»? В системе Платона нет активного начала, которое превращает возможность в действительность. И где Целевая причина (ради чего)? Ради чего всё это происходит? Зачем идея воплощается? Есть ли у мира и жизни конечная цель (благо)? Платон говорил о Благе как о высшей идее, но как оно направляет процесс творения, осталось неясным. Платон, вслед за более ранними философами, считал, что начала мира (Единое – порядок, Двоица – беспорядок) также являются источниками добра и зла. Это создавало путаницу, физические и этические причины смешивались.

Почему старые теории были невнятны

Наша общая работа, это перестать быть «слепыми мудрецами» и наконец увидеть наш мир во всей его целостности.

Из всего, что мы разобрали, ясно, что все философы, по сути, искали именно те четыре причины, о которых мы говорим. Больше причин и не придумать. Но вся ранняя философия говорила о них, как маленький ребёнок – невнятно, сбивчиво, по слогам. Она была ещё слишком молода.

Возьмём пример. Эмпедокл говорил, что кость существует благодаря особому соотношению частей. И это верно! Это и есть её сущность, её форма. Но если так для кости, то так должно быть и для мяса, и для всего на свете! Значит, главное не материя (огонь, вода), а именно это соотношение, структура, форма. Но сам Эмпедокл этого ясно не сказал. Он топтался на месте, путался в своих четырёх элементах и двух силах. Он, как и другие, лишь нащупал истину, но не сформулировал её.

Итак, старые теории разобраны. Мы увидели их сильные стороны (они нашли все важные «кусочки» пазла) и слабые (они не собрали из них целую картину). Теперь Аристотель говорит: «Хватит нащупывать. Пора увидеть целиком». Но прежде чем строить своё здание, нужно тщательно расчистить площадку. Нужно вновь пройтись по всем сложным вопросам и трудностям, которые встретились нашим предшественникам. Может быть, разобравшись в их главных ошибках до конца, мы найдём ключ к решению всех остальных проблем.

Следующий шаг не торопиться с ответами, а ещё раз медленно и вдумчиво пройтись по всем «подводным камням». Только так можно построить что-то прочное. Проще говоря, древние были похожи на учеников, которые угадали все буквы алфавита, но не сложили из них ни одного слова. Теперь Аристотель берёт эти буквы в руки. Но сначала он проверяет всё ли он правильно про них понял, нет ли тут скрытых проблем? И только убедившись, начнёт складывать из них своё, ясное и полное учение о мире.

Из случайных попаданий рождается знание

Наш ум несовершенен и часто слеп к самому очевидному, поэтому мы должны с уважением относиться ко всем попыткам познания, даже неудачным.

Истина не монолит, до которого никто не может добраться. Она, как мозаика, складывается из множества частиц, которые поодиночке находят разные люди. Наш ум несовершенен и часто слеп к самому очевидному, поэтому мы должны с уважением относиться ко всем попыткам познания, даже неудачным. Но конечная цель найти не просто факты, а самые первые и вечные причины. Именно они источник всей истины и всего существования.

Начинать искать истину и трудно, и легко одновременно.

Почему легко? Потому что никто не ошибается на 100%. Каждый человек, думая о мире, говорит что-то верное, пусть даже чуть-чуть. Как в пословице: «Раз в год и палка стреляет». Случайно, но попадает. А если собрать все эти маленькие правдивые мысли разных людей вместе, то получится уже что-то существенное, заметное. Так что истина не спрятана от нас наглухо. Мы все к ней так или иначе прикасаемся.

Почему трудно? А потому что, даже имея перед собой общую картину, мы часто не можем ухватить и чётко выразить какую-то её важную часть. Мы видим лес, но не можем описать каждое дерево в нём. Истина – это целое, а мы часто теряемся в деталях. В чём же корень этой трудности? Может быть, не в самой истине, а в нас самих. Ум наш иногда похож на глаза летучей мыши: для неё яркий дневной свет это слепота, она видит только в темноте. Так и наш разум иногда бывает слеп перед самыми яркими и очевидными истинами, которые лежат на поверхности.

Поэтому мы должны быть благодарны всем мыслителям, даже тем, чьи идеи кажутся нам поверхностными или ошибочными. Каждый из них, готовя почву, помог Истине вырасти. Не было бы одного поэта, то не было бы и другого, пришедшего ему на смену. Не было бы ранних философов с их наивными догадками, то не появились бы и те, кто мыслит глубже. Каждый внёс свой вклад.

А что же такое философия? Это и есть знание об истине. Теоретическое знание ищет истину как таковую. Практическое знание (ремесло, умение) ищет пользу, результат здесь и сейчас. Но мы не можем знать что-то как истину, если не знаем причину. Самое истинное – это то, что является причиной истинности всего остального. Например, огонь самый горячий, потому что он причина тепла в других вещах.

Поэтому самые первые начала, вечные и неизменные основы бытия, и есть самые истинные. Они истинны всегда, их существование не зависит ни от чего другого. Наоборот, они причина существования всего прочего. Чем больше какая-то вещь причастна бытию (чем более она реальна и совершенна), тем больше она причастна и истине.

Как Аристотель искал первые начала

Мир не может быть бесконечной цепью случайностей и «объяснений», уводящих в никуда. Наш разум устроен так, что он ищет ясность и конец.

Давайте разберём простую, но очень важную мысль: у всего на свете должна быть первая причина. Мы не можем уходить в объяснениях в бесконечность «это произошло из-за того, а то из-за этого» и так без конца. Почему? Давайте представим это на примере тех самых четырёх вопросов, которые ведут нас к истине.

Во-первых, цепочка материи. Допустим, мы спрашиваем, из чего всё сделано. Плоть из земли. Земля из воздуха. Воздух из огня. А огонь из чего? Если мы скажем, что огонь из чего-то ещё, а то из следующего, и так до бесконечности, то у нас вообще не останется основы. Всё будет висеть в воздухе, не имея твёрдой опоры. Значит, логично предположить, что должен быть самый первый материал, изначальная «глина» бытия.

Во-вторых, цепочка движения. Что приводит вещи в действие? Человека движет воздух, воздух движет солнце, солнце движет какая-то сила, например, вражда. А что движет саму вражду? Если и здесь уходить в бесконечность, то выходит, что у движения нет первоисточника. Должен существовать Первый двигатель, который сам ничем не движим, но является причиной всякого движения в мире.

В-третьих, цепочка цели. Зачем мы что-то делаем? Я иду гулять, чтобы быть здоровым. Я хочу быть здоровым, чтобы быть счастливым. А быть счастливым зачем? Если у каждого «зачем» найдётся своё следующее «зачем», и так без остановки, то ни у одного действия не будет конечного смысла. Вся жизнь превратится в бег по кругу без настоящей цели. Следовательно, должна существовать Высшая цель, ценная сама по себе. Всё существует ради неё, а она не ради чего-то ещё.

В-четвёртых, цепочка сути. Чтобы понять, что такое, например, «человек», мы даём определение: «разумное живое существо». Но тогда нужно определить, что такое «существо», что такое «разумное». Если и эти определения требуют своих определений, уходя в бесконечность, то понять что-либо становится в принципе невозможно. Поэтому должны быть самые первые, простые понятия, которые уже не определяются через другие, а понятны сами собой.

Почему это так важно для нас? Потому что если бы цепочки причин действительно были бесконечными, то мир стал бы совершенно непознаваемым и бессмысленным. Не было бы познания, ведь чтобы что-то понять, нужно дойти до начала, а в бесконечности начала просто нет, её невозможно охватить умом. Не было бы и смысла зачем что-то делать, если это ведёт только к следующему действию, а то к следующему, и так в никуда? Такая бесконечность противоречит самой природе разума: умный человек всегда действует ради чего-то конкретного, ради некоего предела. Бесконечное движение отменяет саму возможность разумного поступка.

Представьте простую аналогию. Вам дарят красивую коробку. Вы открываете её внутри коробка поменьше. В ней ещё одна, и так до бесконечности. Что внутри? Подарка нет и быть не может. Чтобы подарок существовал, в какой-то, самой маленькой коробке должно что-то лежать. Так и с устройством мира. Чтобы Вселенная имела смысл, чтобы её можно было познать и осмыслить, в её основе должны лежать первые начала: первоматерия (из чего всё), перводвигатель (что привело всё в движение), высшая цель (ради чего всё существует) и простые, неразложимые сущности (что есть что). Без этих первооснов всё рассыпается в бесконечный песок, который не удержать в руках и не понять умом.

Как привычка мышления мешает нам понять мир

Наше понимание ограничено привычками. Чтобы постичь истину о мире (природе), нужно найти соответствующий способ мышления и не требовать от живого, изменчивого мира математической точности чисел, но и не довольствоваться смутными мифами.

Почему так трудно объяснить сложную вещь? И почему одни люди не понимают других? Причина часто не в том, что идея плоха, а в нас самих и в привычках нашего мышления.

Человек привыкает думать и слушать определённым образом. И когда он слышит что-то, что не вписывается в его привычный формат, он сразу отторгает это: «Это неправильно», «Это непонятно», «Это чуждо». Для нас понятно то, к чему мы привыкли. Сила привычки огромна. Она даже сильнее знаний. Посмотрите на законы общества. Часто устаревшие, даже наивные правила, переданные в форме мифов, держатся веками просто потому, что люди привыкли к ним.

Каждый требует своего способа объяснения. Одному нужны сухие формулы и расчёты, как в математике. Иначе он не верит. Другому нужны живые примеры и картинки. Без них для него всё пустой звук. Третьему нужен авторитет, ссылка на великого поэта или мудреца. Кто-то требует абсолютной точности в каждом слове. А кого-то эта точность раздражает, кажется ненужной мелочностью и занудством.

Поэтому, чтобы чему-то научиться, нужно приучить себя к тому, как следует воспринимать этот конкретный предмет. Нелепо одновременно искать знание и удобный для себя способ его получить. Нелегко достичь даже одного из этого.

Но есть важное правило, не ко всему нужно подходить с математической точностью. Математика имеет дело с нематериальными сущностями – числами и фигурами. Они вечны и неизменны. Там возможна абсолютная точность.

А вот природа материальна. Всё в ней камни, деревья, животные состоят из материи и постоянно меняются. К таким вещам неприменима та же сверхточная мера, что и к числу. Сначала нужно понять, что такое сама природа. Только тогда станет ясно, можно ли изучать её причины и начала одним и тем же способом, или для этого нужны разные подходы.

Правильные вопросы важнее лёгких ответов

Прежде чем давать ответы, нужно чётко сформулировать вопросы. И самые главные вопросы о природе сущего, что по-настоящему существует, в каком виде, чем одно отличается от другого и как всё это связано в единое целое. Список этих вопросов является программой всей дальнейшей «Метафизики».

Прежде чем строить своё здание, мудрый строитель осматривает площадку и спрашивает: «А с какими проблемами я могу здесь столкнуться?» Так же и мы. Чтобы продвигаться дальше в поисках истинной мудрости (той самой науки о первых причинах), нужно сначала ясно увидеть все главные трудности.

Зачем это нужно? Затем, что мышление, наткнувшееся на проблему, похоже на человека в кандалах. Пока не разберёшься с тем, что тебя сковывает, вперёд не двинешься. Кто сразу начинает строить, не разобравшись в вопросах, похож на путника, который не знает, куда идёт. Он даже не поймёт, дошёл ли до цели. Тот же, кто разобрался в трудностях, видит конечную точку чётко. К тому же, лучший судья тот, кто выслушал все спорящие стороны.

Что входит в задачу мудрости? Она должна изучать только самые главные основы мира (почему всё существует), или ещё и правила нашего мышления (например, почему нельзя верить двум взаимоисключающим вещам сразу)?

О чём, собственно, наука? Должна ли быть одна главная наука обо всём сущем? Или у каждой области (о душе, о природе, о числах) своя наука? И если наук много, то какая из них главная та, что изучает вечные основы, или та, что объясняет наш изменчивый мир?

Что реально? Реально ли только то, что можно потрогать (дерево, камень), или есть ещё невидимая реальность? Например, математические законы или идеи (справедливость, красота)? Если они есть, то какие они это совершенные образцы (как у Платона) или просто абстракции нашего ума?

Что изучать? Вещи или отношения между ними? Наука о сущем должна изучать сами предметы (что такое стол), или ещё и их отношения (чем стол похож на стул, чем отличается от него, что ему противоположно)? Кто этим должен заниматься?

Что важнее? Общая идея или конкретный предмет? Когда мы ищем начало всего, мы ищем что-то вроде общей категории («живое существо»), куда входят все животные? Или мы ищем фундаментальные «кирпичики», из которых всё состоит (атомы, элементы)? И что реальнее общее понятие «человек» или вот этот конкретный человек?

Существует ли идея отдельно от вещи? Есть ли, например, сама по себе идея стола или цель существования дерева независимо от конкретного стола или дерева? Или форма и цель неотделимы от материи? Такая причина одна (например, Божественный замысел) или их много?

Есть ли что-то большее, чем сумма частей? Есть ли что-то сверх вот этого конкретного яблока (состоящего из мякоти, кожуры и формы)? Например, его «яблочность», его судьба, его предназначение? Или кроме самого предмета и его состава ничего нет?

Сколько начал и для кого они? Начал мира конечное число или их бесконечно много? И одинаковые ли законы управляют вечными вещами (звёздами) и смертными (растениями, людьми)? Может ли то, что само рождается и умирает, быть вечным законом для других?

Что первично? Единство или многообразие? Правы ли те, кто говорит, что в основе мира лежат самые общие понятия «Единое» (целостность) и «Бытие» (существование)? Или основа мира это что-то конкретное и активное, вроде стихий (огонь, вода) или сил (любовь, вражда)?

В каком состоянии существует основа мира? Она существует как чистая возможность (потенциал стать чем угодно) или как законченная реальность (актуально существующий образец)? Она существует как общий для всех закон или как множество отдельных воплощений? И есть ли что-то неподвижное и неизменное в основе этого вечно меняющегося мира?

Реальны ли математические объекты? Число «пять» или идеальный треугольник это самостоятельные сущности, существующие где-то в идеальном мире? Или это просто полезные ярлыки, которые мы приклеиваем к реальным предметам, чтобы их сосчитать и измерить?

По сути, все эти вопросы сводятся к одному. Как устроена реальность, в которой мы живём? Из чего она состоит, по каким правилам существует и как нам, людям, её понять? Это и есть карта наших будущих исследований. Ответить на эти вопросы не просто трудно, даже правильно разобрать и понять сами затруднения уже огромная работа. Но это необходимый шаг.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.