Мил Рэй
Ты мне (не) нужен

Пролог

Жара собралась в кабинете.

Максу было так томно, что он не знал, куда себя деть. Он ждал ее и представлял, как сладостно вкусит этот прекрасный плод.

В который раз он изменял жене? Максим уже и не помнил.

Его жена Лия ангел. Чистый и светлый. 

И, в целом, их семейная жизнь, устраивала Максима Альбертовича. Он даже подумывал о наследнике. Будет кому передать свою империю, которая растет не по дням, а по часам. 

Но детей у пары не было.

Лия погрязла в своей работе в обычной рядовой больничке, а Макс думал о расширении фирмы и жил только своим бизнесом.

Когда ему предложили выкупить медицинскую клинику и устроить сюда свою жену, он, не раздумывая, согласился. Так они будут хотя бы чаще видеться.

Но здесь же, в клинике, он увидел Ее.

Роковая встреча не прошла без следа. Макс и сам не заметил, как завис на ней. И теперь не видел жизни без своей любовницы.

Юля – она совсем другой формат. Искушение в чистом виде. 

Высокая, стройная, с бесконечными ногами и круглой, упругой задницей. Густые, рыжие волосы обвивали ее плечи, а манящая фигура всякий раз заставляла его ощущать приливы внизу живота.

Именно ее он хотел, так беспробудно и запойно, как можно желать близости только в юности.

Его даже сейчас потряхивало, так он ждал ее в этом душном кабинете. 

Макс вышел, чтобы посмотреть нет ли ее в коридоре, и уперся прямо в белый халат Юльки с очень вкусным вырезом. 

– Наконец… Я ждал, – прошептал он. 

Юля была заметно недовольна и не скрывала этого. Смерила его холодным взглядом из-под опахала черных ресниц. 

– Максим, я больше сюда не приду! – резко выпалила она. – Почему я должна украдкой бегать к тебе на свидания? Да еще здесь, в твоем кабинете?! На этой мерзкой кушетке! За кого ты меня принимаешь?! 

Ее голос возбуждал до мурашек.

Но эти крики, хоть и приглушенные, сейчас были совсем не уместны!

Вдруг кто-то услышит?

Он взял ее за локоток и потащил за собой, захлопнув двери. Стал жадными рывками стягивать халатик, покрывая поцелуями загорелые плечи девушки. 

– Нет, Макс! Я не стану с тобой спать! Хватит! 

Она взбрыкнула и отбила его руку, а Макс только тяжело выдохнул. Поправил ее волосы и сказал ей строго: 

– Юля, я ждал тебя почти неделю! И ты мне отказываешь снова! Что происходит?! 

Слезы жемчужинами скатились на белый халат, оставили мокрые полосы и растворялись на легкой ткани. 

– Максим, или ты разводишься с женой, или мы расстаемся! По-другому не будет. 

Макс замешкался. Он поправил свой пиджак, выдохнул и попытался ее обнять. Но Юлю не так-то просто взять. 

– Слушай, я не готов! Не готов разводиться с ней!

– Что? Жалко бедную Лию? Ну, да она же пропадет без тебя! А вот мы не пропадем…

– Мы? – глаза Макса наполнила тревога и радость. 

– Мы! – выпалила Юля и отвернулась. 

Она так играла с ним, что пульс Макса зашкалил от накативших эмоций. 

Юля достала из кармана халатика тест с двумя бордовыми полосками и нагло засунула в его нагрудный карман.

Так, легким движением ее нежной руки, его браку с Лией пришел конец.

Чертова похоть! Но теперь он – отец ребенка от другой женщины. Любимой и желанной.

И как быть с женой?! Лия ему не безразлична, но теперь он на распутье.

– Люби и дальше свою бесплодную женушку, а мы с твоим сыном как-то справимся сами! 

Она повернулась и, виляя бедрами, скрылась за дверью кабинета. 

Макс взялся рукой за лицо и потер звенящую от боли переносицу. Он достал из кармана брюк мобильный телефон и уставился на фото миловидной Лии.

– Прости меня, но дальше так не может продолжаться…

Глава 1

Я бережно трогаю пальцами красивую, фигурную рамку на краешке рабочего стола, рядом со стопкой медицинских карт.

Оглядываю новую офисную мебель, светлые стены моего кабинета и снова перевожу взгляд на свадебное фото. На нем мы с мужем в день нашей свадьбы…

Я и Макс уже четыре года вместе. Моему счастью нет предела, и до сих пор каждая минута с ним это просто сон. Сладкий и бесконечный, тягучий, как мед.

– Вы такие красивые! – слышу из-за спины голос моей медсестры Нелли с легкими, едва уловимыми нотками зависти.

– Да, это была лучшая свадьба, – мечтательно вздыхаю я. – Мы отмечали в банкет холле на Пятницкой. Я даже не знаю, сколько он потратил на всю церемонию! Мой муж самый лучший! Макс подарил мне бриллиантовое колье и такое шикарное кольцо! Нелли, ты бы его видела! Жаль, не могу надеть его на работу, из-за осмотра пациенток.

– Да, уж, с кольцами нам точно нельзя, – хмыкает медсестра и выходит из кабинета, прихватив стопку карт с моего стола.

За дверью она кривит ухмылку, цокает и явно бесится, что я снова заладила про мужа.

На столе вибрирует телефон. Я поднимаю трубку и на выдохе шепчу его имя. Любимый муж.

– Макс…

Он улыбается, и его голос чистым кайфом льется в телефонный динамик.

– Как ты, принцесса? Сколько новых людей сегодня родилось у самого лучшего женского доктора моей клиники?

– Пока нисколько, жду свою новую пациентку. Жена твоего бывшего компаньона рожает через неделю. А сейчас у нас плановый осмотр, консультация… В общем, рутина. Макс, спасибо за ремонт в кабинете! Очень красиво.

– Для тебя – все, что угодно, моя принцесса. Ты же знаешь, как я обожаю тебя, Лия. Я, кстати, только уехал из клиники. Хотел заглянуть, но не стал беспокоить. У тебя была девушка на приеме.

– Но как же?! – спрашиваю его. – Я так хотела тебя увидеть!

– Принцесса, я на минутку, только подписал документы и поехал дальше по делам, – говорит Макс. – Я жду ночи, чтобы получить свою благодарность.

Сердце замирает.

– До вечера, мой любимый, – проговаривают губы, и я улыбаюсь ему.

– До вечера, Лия…

Я поправляю воротник белоснежного халата и прошу залетевшую в кабинет Нелли позвать ко мне эффектную блондинку, которая томится за дверью и нервно крутит в руке телефон.

– Виктория Мамаева? Заходите.

Девушка идет в кабинет. Ей плохо, это видно по изможденному лицу. Беременность она переносит тяжко.

– Доктор, я ждала вас десять минут! – цедит надменно. – Я разве должна ждать? Разве мой муж вам не звонил?

– Медсестра вас не заметила, наверное, – говорю ей.

– Извините, я прошла мимо вас в регистратуру, – пищит Нелли сконфуженно.

Заносчивая дамочка успокаивается. Гладит округлый живот и просит срочно воды.

Ей плохо, как бы прямо сейчас не родила!

Я листаю карту и предлагаю ей провести необходимые манипуляции.

После скрининга выясняется, что животик плода развивается немного недостаточно для ее срока. А ведь до родов остается всего неделя!

– Что это значит?! Что за фигня, доктор? Вы мне сказали в прошлый, что все нормально! – капризничает.

– Виктория Михайловна, все в порядке, – стараюсь ее успокоить. – У вас крупный плод, и мы, скорее всего, будем делать кесарево. А это отставание – просто временный показатель. За неделю животик вашего мальчика вырастет. И вы родите здорового наследника для вашего мужа.

К слову, Вика не замужем, а привел ее бывший партнёр моего мужа Руслан Касумов.

От этого имени у меня кровь стынет в жилах, и сразу передо мной его карие глаза.

Очень запоминающийся типаж. Не вычеркнуть из памяти!

– Фу! – выдыхает девушка. – Вы меня успокоили. Если что-то пойдет не так Руслан просто меня убьет! И вас, кстати, тоже. Если что-то пойдет не так…

Она тянет наглую улыбочку. Если бы я не любила свою работу и не дорожила репутацией в клинике, которая принадлежит моему мужу и его брату, то…

Я бы ее точно послала. Нахальная, напыщенная девчонка.

А ее муж – отдельная история. С тех пор, как он появился в моем кабинете в первый раз вместе с Викой, я не могу отделаться от навязчивого трепета перед этим сильным мужчиной.

– Тут-тук, – раздается бас за ширмой и без стука входит он.

Я напрягаюсь, вижу край лощеных, мужских туфель. Это Руслан.

– Идет осмотр, подождите за дверью! – говорю, нарочно повышая тон.

Нелли жмется к своему месту.

Но нет. Врачебный запрет не поможет! Этот мужчина берет все, что захочет. И сейчас передо мной мать его ребенка.

– Руслан, ну подожди! – ежится стыдливо на кушетке Вика. – Ты видишь, я раздета!

– Что я там не видел! – бросает властно и проходит к нам, за ширму, где с большим животом лежит его любовница Вика.

Руслан в белом халате, накинутом поверх идеального, черного костюма.

Высокий, темноволосый мужчина нависает надо мной и упирается взглядом в мое лицо. Я смотрю на него, и ком образуется в горле моментально.

Спортивный, широкоплечий и безумно красивый. Редкое сочетание аристократичной внешности и статуса.

Магнат, миллиардер и мужчина с очень тяжелым характером. Не хотела бы я оказаться на месте его жены! Впрочем, он никогда не был женат. И этот "залет" своей очередной пассии явно нервирует Руслана.

Он смотрит на меня, и красивые губы изгибаются в легкой улыбке.

– Лия Александровна, – говорит мое имя твердо и жестко. – У меня к вам пара вопросов. Когда Вика будет рожать и когда можно делать тест на отцовство новорожденному?

Я молчу в ступоре, смотрю на Вику и говорю, что рожать ей через неделю.

Лицо блондинки в минуту каменеет. Пухлые губы давит истерика, а глаза в миг – на мокром месте.

– Но, как же Руслан?! Ты же обещал! Это твой сын! А как же мы, наша любовь! – всхлипывает и в голос плачет!

– Молчи, Вика! – рычит на нее Руслан. – Я сказал, что сначала узнаю, чей это ребенок, а потом мы поговорим о нас!

Глава 2

Вика взрывается новой порцией просьб и мольбы не делать тест ДНК, а поверить ей на слово.

Я вижу, как вся та надменность и уверенность, с которой она явилась в клинику, слетают с нее под напористым взглядом карих глаз Руслана.

Но я видела и то, как ей плохо. Еще бы! С ее плохими анализами и отрицательным резусом…

– Хватит, собирайся, я отвезу тебя к матери! – говорит ей Руслан нехотя.

– Прекратите! – обрываю я его очень жестко. – Что вы делаете? Зачем издеваетесь над беременной?!

– Доктор, мне плохо, – цедит по буквам Вика.

– Сделайте с ней что-нибудь! – говорит Руслан и он, по всему, напуган.

– Нелли, отвези ее к Марии Сергеевне, – прошу медсестру.

Та привозит каталку, помогает Вике перелечь на нее и, с недовольным лицом, отправляется в процедурную.

Руслан провожает взглядом всю эту процессию и подходит ко мне.

Он стоит вплотную так, что флюиды между нами ощутимы.

Но сейчас совсем не время, и его магнетизм на меня не действует.

Хотя, он еще более красив, когда так близко…

– Сколько она вам заплатила? – его вопрос выбивает меня из реальности.

– Что? Вы о чем?!

– Сколько заплатила вам Вика за услуги? Иначе, почему вы уверены, что отец ребенка я?!

Касумов напирает. Он хладнокровен, но слова и его присутствие давят на меня. Я не смею поднять на него взгляд, хотя это он в моем кабинете!

Мужчина выдыхает и снисходительно продолжает:

– Лия Александровна, вы врач, к вам претензий нет! Но я прекрасно изучил, на что способна Вика! И знаю: она пойдет на все, чтобы доказать, что это мой ребенок! Точнее, чтобы я просто ей поверил. Без теста, просто так женился на ней и привел в свой дом на законных основаниях. Но у нее это не получится!

– Господин Касумов, – я стараюсь убежать от него за свой стол. – Ваши отношения с любовницей – это ваше личное дело. Но ей плохо. И скорее всего потребуется госпитализация. Иначе, она родит прямо у вас дома.

Мои слова смягчают Руслана. А мне даже не верится в то, что Вика настолько хочет его заполучить.

Интересно, от кого же она на самом деле беременна?

Из мыслей меня вырывает Нелли. Она влетает и сообщает, что давление у беременной упало, и Вика лежит в процедурной.

– Оставьте ее здесь, – говорит Касумов. – Я снял ей квартиру, но Вика является ко мне домой, а я не знаю, что с ней делать! Я не акушер и не могу возиться с ней!

– Она не хочет оставаться. Говорит, что поедет домой с мужем! – заявляет моя медсестра.

– Я сама решу, исходя из состояния пациентки и риска для ребенка! – говорю, а у самой от напряжения трясутся руки. – Нелли, иди к Мамаевой, я сейчас приду следом.

Медсестра выходит, а вот Руслан садится на край моего стола прямо рядом со мной. Что за странную игру в такой момент он затеял?!

Он легко касается моего подбородка, и я моментально краснею.

– Вы такая молодая. Сколько вам? – говорит он, и не дожидаясь ответа, продолжает. – Я даже завидую вашему мужу. Все лучшее достается тем, кто этого не достоин.

– Вы можете тоже идти, – дрожащими губами произношу.

Осторожно убираю его руку, и он тут же перехватывает мою и притягивает к себе, срывая со стула.

– Не подумайте, Лия, я не тиран. Но я не люблю, когда меня обманывают! И чужих детей растить не хочу!

– Как вы можете говорить такое?! Она же спала с вами и не один раз! Вы просто чудовище! – почти кричу ему.

Он делает то, что никак не ожидаю! Рывком притягивает к себе и впивается в губы настолько, что я не дышу, кажется, целую вечность. Я стискиваю губы, не хочу впускать его дурман.

Вырываюсь и бью ему хлесткую пощечину, которая охлаждает его пыл моментально! И я тут же хватаюсь за свои полыхающие щеки!

– Простите, – бормочу сконфуженно.

Руслан такое не прощает. Длинными пальцами он держится за щеку, трогая щетину, и его губы расплываются в полуулыбке. Что я наделала…

– Горячая девочка, – цедит сквозь зубы, в улыбке. – Мне понравилось тебя целовать, Лия. Как-нибудь повторим…

Оставив меня в ступоре, он выходит из кабинета.

Мурашки покрывают мои руки и шею. Так остро мне еще не было. На коже остается его аромат, и я еще минуту тяну воздух носом, улавливая ноты парфюма. Такой же терпкий и жесткий, как сам Руслан.

Он уже ушел, а я все еще стою без движения. Понимаю, что Вика вывела его окончательно.

– Ты уже просто оправдываешь абьюзера и домашнего тирана, Лия! – говорю сама себе.

– Лия Александровна, она сбежала! – кричит мне Нелли, которая ворвалась сейчас в дверь, как фурия.

– Как? Как же вы ее отпустили?!

Медсестра рассказывает, что Вика увидела, как Руслан идет по кабинету и просто улучила момент и ушла за ним.

– Боже мой, а если роды начнутся дома?! Она же не сможет сама…

Нелли в ужасе смотрит на меня и выдает фразу, которая станет пророческой:

– Если она погибнет, то это будет на совести отца ее ребенка!

– Он не отец, – говорю, снова неосознанно защищая Руслана.

– Ой, Лиечка Александровна! У нас все пациентки непростые, и беременны далеко не от простых мужчин. А богатого женить сложно! У них вообще какие-то свои критерии! И я по опыту вам скажу, что здесь каждый второй “не отец”! Вот только когда на девицу залезают, говорят другое: “Я тебя люблю, рожай! Хочу наследника!”

Дальше Нелли рассказывает, что кто-то специально нанимает девушек в суррогатные матери, а потом женится на них и растит детей в настоящей семье. А кто-то, как Руслан, отказывается от девушки и ребенка, не верит… Впрочем, не мне их судить!

Весь остаток рабочего дня я хожу, как чумная. Меня гложет тревога за мою роженицу Вику, и стыд за поцелуй с Русланом. Я ведь никогда не изменяла своему любимому Максу. Хотя, поцелуй это не измена…

Мой Максим! Боже, какая я растяпа! Я совсем забыла ему сообщить одну важную новость!

Я скорее собираюсь и тороплюсь домой

– Все, Нелли! До завтра! – говорю ей и почти убегаю из кабинета.

Нелли говорит что-то о том, что Вика точно сегодня родит. У моей медсестры вообще пророческий дар!

Я не хочу ее слушать. Устала, и нервы мои натянуты сейчас как канаты. Меня греет только та новость, которую я сообщу Максиму за ужином.

А еще я хочу забыться в его ласках сегодня ночью. И вычеркнуть бывшего бизнес-партнера моего мужа из своей головы! А особенно не самого Руслана, а проклятый поцелуй, что он сорвал без спроса.

– Лия! – меня окликает приятный женский голос.

Я оборачиваюсь и вижу мою подругу Юлю. Она идет ко мне, плавно покачивая тяжелыми бедрами. Эффектная настолько, что пару папочек в коридоре оборачиваются и мерят взглядами ее задницу.

– Лия, ты куда так несешься? – говорит милая блондинка и берет меня за плечо.

– Да так, день тяжелый был.

– Пойдем выпьем по чашке кофе в новой кофейне рядом с клиникой? – улыбается она. – Посидим, посплетничаем. А то все никак! Ты даже сейчас мимо меня пролетела!

– Я собиралась домой уже…

Не хочу кофе вечером и тратить время на Юльку не хочу, хоть она и стала мне хорошей подружкой на новом месте в клинике моего мужа.

– Ах, я же забыла! – легкомысленно бросает Юля. – Мне нельзя теперь кофе…

– Правда?! – у меня радость на лице. – Ты беременна? Поздравляю, Юля! Я так рада за тебя!

– Спасибо, Лия, – мягко, по-женски выдает Юля. – Да… У меня будет долгожданный малыш. Уже несколько недель. Но я не буду рассказывать подробности, боюсь сглазить! Беременные все такие суеверные! Главное, что мой мужчина на седьмом небе. Он очень счастлив! Я безумно его люблю, а он меня! Вот…

Она говорит мне так, будто пытается убедить всех, и меня, и себя тоже.

А вот мужчину ее я никогда не видела рядом с красоткой Юлей. Кто-то из старых санитарочек говорил, что Юля влюбила в себя богатого женатика, который держал ее в любовницах.

У отца ее ребенка семья, а Юля ходит и облизывается, желая заполучить любимого мужчину и отбить его у жены. А теперь она получила доступ к нему с помощью ребенка!

Мне сейчас не важна мораль, а важно другое: у нее будет ребенок. А это радость и новая жизнь! Счастье переполняет меня, я рада за нее, и я говорю это открыто.

– Ну, а ты когда соберешься? – бросает надменно Юля. – Ты бы вылечилась что ли, Лия?! А то, гляди, упорхнет твой муж. Пирожками и милой мордочкой мужчину не удержишь.

Мне неприятно слышать ее слова. Даже передергивает внутри.

– У меня все будет хорошо. И я не бесплодна, Юля. Очень жаль, что мою откровенность ты сейчас бросаешь мне же в лицо!

– Да я о тебе переживаю, глупая! Тебе тридцать скоро, как ни крути. И твой муж тебя не любит, – последнюю фразу Юля говорит ее себе под нос.

Я удаляюсь к выходу и гоню от себя дурное послевкусие от ее злых комментариев в мой адрес.

Лечу домой и знаю, что муж меня ждет. И у нас не все потеряно.

Наоборот, скоро я стану самой счастливой. Но это чувство смешивает со странной тревогой в ожидании неизбежных перемен.

Глава 3

На стоянке в подземном паркинге всегда нет места. И даже мое, законное, в этот раз кто-то бесцеремонно занял!

Отмечаю, что Макс уже приехал, и его машина стоит здесь же.

В глаза бросается какое-то светлое пятно, чем-то похожее на большую, плюшевую игрушку на заднем сидении автомобиля.

Морду медведя нежного, кремового цвета отчетливо видно через стекло крышки багажника. Может, купил для своего племянника и просто оставил в машине?

Несу в руках бумажный пакет с готовым ужином. И вдруг роняю его прямо на бетонный пол, в ужасе вскрикиваю!

Какой-то лихач на полном ходу врывается на территорию паркинга. И несется прямо на меня.

– Черт! Аккуратнее! – кричу ему.

Мужчина выходит из машины, извиняется, но дело сделано. Пакет поднимаю с пола и бегло оглядываю его. Кажется, все в порядке и ничего не перевернулось, и хрупкая посуда не разбилась.

Обычно я все готовлю сама, но сегодня ядовитый язык моей подруги Юли внес некоторую сумятицу в привычную картину. В ушах до сих пор звучит ее тирада, но, как ни крути, Юля права.

Я веду жизнь ярого трудоголика и отчаянной домохозяйки одновременно. Пытаюсь совмещать, а страдает моя семья, мой Максим…

Обычно я прихожу домой после работы, бросаюсь к плите, совсем позабыв о любимом муже. Потом мы ужинаем, если Макс не задерживается в офисе и не успевает перекусить там же. Потом ложимся в постель, если Макс не устал, то занимаемся любовью.

Сейчас, пока я иду по подземному паркингу, что-то неприятное гложет под ребрами. И я об этом никогда раньше не думала. Четыре года нашего брака пролетели так незаметно…

– Мы все делаем только так, как захочет Максим! – молнией проносится у меня в сознании.

Нет! Я трясу головой. Он меня любит, а нашу жизнь ущемляет лишь его и моя работа!

Когда муж купил эту клинику я думала, что мы будем чаще видеться. Но нет… Снова у него и у меня дела.

На лифте я добираюсь за пару секунд на свой этаж. Двери открыты, и Макс меня ждет. Из прихожей до меня доносится обрывок его разговора с кем-то неизвестным.

– Я же сказал приеду! – кричит он грозно. – Ну, что ты не можешь подождать?

Пауза. Я снимаю туфли, верхнюю одежду оставляю в прихожей. Тут же опускаю на пол бумажный пакет с едой, и еще более напряженно вслушиваюсь.

– Я не кричу на тебя! Перестань меня доводить! Я же сказал…

Тут он оборачивается и видит меня. Я уже стою в дверном проеме гостиной и ответно смотрю на него.

– Моя жена пришла. Я скоро приеду, давай…

Его тон становится приглушенным и Макс кладет трубку.

– Моя принцесса пришла! – шепчет он нежно.

Муж подходит ко мне, убирает из рук мой мобильный и рывком тянет к себе. Губы поддаются ему сразу. Я хочу его целовать, мне мало Максима уже давно.

Его ласки сейчас такие же "механические", как и обычно. Но он возбужден и это видно сразу.

– Куда ты собрался? – шепчу, тяжело дыша, уворачиваясь от поцелуев.

– Принцесса, у меня завал на основной работе. Я зря купил эту клинику! – сокрушается Максим. – Но у нас есть пара минут. Иди ко мне…

Его руки блуждают по моему телу. От горячих поцелуем закружило голову. Уверенно и без слов расстегивает замок платья сзади и вставляет руки под ткань, меряет гладкую кожу и касается настойчиво.

Я ежусь от холодного прикосновения.

– Я думала, мы сначала поужинаем, примем ванну вместе, – бормочу, касаясь упрямой щетины.

Максим жесткий и даже грубый сейчас. Он убирает мои руки от своего лица и поднимает платье резко. Скидывает его с меня, я остаюсь перед ним в чулках и белье.

– Что? – шепчет он. – Ты разве не хочешь?

Максим смотрит на меня сквозь ресницы, а сам уже расстегивает рубашку. Быстро освобождает меня от белья. Вместо ответа он поднимает меня на руки и продолжает атаку поцелуями.

Сердце бьется от его ритма, но я хотела совсем по-другому! Спорить с ним в этот момент было бы глупо. Муж меня хочет, а я протестую…

– Ты дрожишь, Лия. Ты же любишь, когда очень жестко, – бормочет и продолжает целовать.

– Нет, не люблю, – возмущаюсь и не понимаю, как можно такое перепутать?!

Градом из поцелуев накрывает мое лицо. Спешка заводит его, Макс на ходу вылетает из брюк, и вот уже мы оба совсем без одежды. Напор не ослабевает, но мне чего-то не хватает.

В его бешенной страсти мало нас. Мало любви, а только желание взять меня прямо сейчас.

– Ты опять торопишься, – говорю сдавленно.

– Нет, я просто не могу ждать. Давай, развернись ко мне. Я хочу проверить, как ты соскучилась.

Мы уже в спальне. Муж ставит меня на большую кровать спиной к себе, обнимает, а я вздрагиваю. Как это возбуждает и опустошает одновременно.

– Давай, раздвинь ножки, Лия. Будь хорошей девочкой. Я хочу свою жену! – твердит мне Макс на ухо.

Макс целует там, где сам захочет. От быстрых и безумных ласк, плавных движений я забываю обо всем. Я охаю и упираюсь руками в спинку кровати сильнее.

Пульс шкалит, как в самый первый раз. Я задыхаюсь от страсти, но в этом океане эмоций не могу отделаться от мысли, что после всего он просто уйдет....

Я повинуюсь, страсть на минуту уводит меня от того, что хотела получить. Я люблю мужа, хочу его… И сейчас просто растворяюсь в его голосе.

Еще пару минут и Макс неуклюже падает на меня, придавливая и поджимая под себя.

Обнимает, сводит руки на моей груди и в бессилии выдыхает в мои волосы.

– О, Лия, – протяжно стонет. – Это чистый кайф. Я думал, что просто разорву тебя, такая ты сладкая, моя девочка…

Он снова стискивает меня в сильных руках, я пытаюсь успокоить бешеный ритм сердца.

– Но ты сейчас уедешь, так? – говорю тихо. – Все как обычно, Макс…

Эта фраза работает как спусковой крючок. Макс в минуту вспыхивает. Поднимается на руках и смотрит на меня удивленно и недовольно.

– Тебе разве не понравилось? Лия, это секс! То, что должно быть между мужем и женой! Я тебя хотел слишком сильно. Я же не мальчик, чтобы с тобой играть в лютики-цветочки!

Он встает, хватает лежащий тут же пульт от телевизора и с досадой швыряет в стену. Пластик разбивается на мелкие осколки.

Я лежу на нашей постели, подминаю под себя одеяло и горькие слезы выступают на глазах.

Максим чертыхается и идет в ванную. Я поднимаюсь следом, собираю остатки наших вещей с пола. Иду следом за ним в душ.

Он стоит ко мне спиной в кабинке, под струями теплой воды. Красивые татуировки на лопатке и на плечах обнимают упругие струи.

– Прости, – бросает, не поворачиваясь. – Все из-за спешки, Лия. Все из-за моей занятости…

Я упираюсь руками о край раковины. Смотрю в зеркало на свое отражение. Тушь потекла, а остатки красной помады сейчас растянулись по губам будто в печальной улыбке.

– Я думала, мы поговорим. Я хотела тебе сказать что-то очень важное! – произношу плаксиво. – А ты, как обычно, свел наше общение к постели…

– Говори сейчас. Я, что, уже ушел! – также цедит и не смотрит в мою сторону.

– Тебе же неинтересно, – говорю и включаю воду.

Остатки косметики снимаю тут же. Максим уже почти выходит, накидывает полотенце на голову и вытирает светлые волосы.

– Ну, почему же? Мне даже очень интересно, что происходит с тобой в последнее время! – говорит недовольно. – Когда же это все у нас началось, подскажи-ка мне? А уж не с того ли момента, как в клинику явился великий и ужасный Руслан?

Я поворачиваюсь к нему и ровным счетом ничего не понимаю. Я обвиняю его в холодности, а оказывается сама виновата?

– Причем тут он? – выдавливаю.

– Не нужно свалить все на меня, дорогая жена! Я видел, как он смотрел на тебя еще в первый раз! – говорит Макс и бросает полотенце тут же, на стиралку.

Я умываюсь, стараюсь смыть капли слез, но их не остановить.

И похоже откровенного разговора не избежать. Я накидываю халат и иду за ним в спальню. Максим уже почти одет. Он нервный, раздраженный и нет ничего, чтобы сейчас могло его успокоить. Я редко вижу мужа в таком бешенстве, но сейчас я доигралась.

– Я ненавижу, когда ты ведешь себя, как тупая курица! Я работаю, зарабатываю для нас, а ты просто как эгоистичная сучка, Лия! Что тебе нужно?! Тебе вообще нужен наш брак?!

– Со мной все в порядке. Ты меня просто трахаешь, Макс! Просто берешь этот чертов супружеский долг и все! Мы не говорим, не проводим время вместе… Да мы почти все время на работе! Особенно ты! В лучшем случае мы встречаемся ночью. Или же так: я на кухне, а ты переписываешься с кем-то в своих мессенджерах.

Как будто специально, телефон Максима издает звук, и это значит, что ему пришло смс.

– Кто тебе пишет? – кричу, не сдерживаясь. – У тебя есть другая?

Максим поднимает на меня глаза и подходит ко мне. Сжимает подбородок руками до ноющей боли и сводит мои губы "бантиком". Я вырываюсь, но он цепляет меня снова.

– Перестань орать! Ты хочешь, чтобы я ушел, Лия? Скажи! Тебе не нравится не просто наш секс! Ты меня обвиняешь в том, что мало уделяю время… Но на самом деле, женушка, ты уже давно хочешь, чтобы тебя имел господин Касумов. Так ведь? Откройся мне, Лия!

Он снова тянется к моим плечам, я отбиваю его руку и убегаю в гостиную.

– Я прав, Лия! Ты просто хочешь попробовать его, и не спорь!

Максим уходит из дома, звучно хлопая дверями. Я иду следом за ним, забираю оставленный мной тут же в прихожей пакет.

Несу никому ненужный ужин в кухню и плачу навзрыд. Слезы текут из глаз, а душа разрывается от обиды.

Нет, у нас не все хорошо!

И Максим не прав. Я люблю мужа и не хочу никого больше…

Уже несколько месяцев он просто “работает” моим мужем. Без любви, без эмоций, на автомате дарит цветы и ложится в постель…

– Может, у него есть другая? – говорю себе под нос, и снова водопад из слез сбегает по без того мокрым щекам.

Я не сказал ему самого главного: я внесла задаток за участие в процедуре ЭКО в одной хорошей клинике.

К слову, для моего мужа это не должно стать сюрпризом: мы с Максом готовимся уже несколько месяцев. Это было тяжело, но мы вместе решили участвовать в проколе, когда поняли, что у нас не получается зачать ребенка. И остается всего несколько дней до волнующего момента…

Вот только теперь я понимаю, что ребенок не нужен любимому. И это убивает меня изнутри…

Глава 4

После того, как Макс уходит, я еще долго не могу собрать себя в кучу. В итоге ужин отправляется в холодильник, а семейная идиллия дала трещину.

Аппетита нет, и я просто цежу по глотку чашку теплого, травяного чая, пока набираю номер мамы.

Она всегда умеет меня успокоить, и в трудные минуты я хватаюсь за нее, как за спасательный круг.

– Привет, родная! – говорит она с улыбкой в голосе.

– Привет, как вы там? – спрашиваю и представляю, как они с братом греются на теплом, морском побережье.

– Уже лучше, Марк всем доволен. Вот только твой отец ведет себя как обычно, – говорит со вздохом мама.

Мой отец законченный трудоголик, посвятивший себя работе. И ему нелегко дается эта разлука с семьей.

И он всегда мне говорит одну фразу: “Лия, врач – это призвание! Не ты выбираешь медицину, а медицина выбирает тебя. И если один раз влезла, то держи голову выше и соответствуй своей профессии!”

– Вы надолго останетесь у него? – спрашиваю у мамы, представляя, как теплое море плещется где-то совсем рядом с ними.

– Лия, – голос мамы заметно потухает. – Мы останемся здесь пока не оформим документы. Мы с отцом приняли решение развестись…

Я уже давно не маленькая девочка, но вдруг ощущаю неясную грусть и тоску от ее слов. Развод – это ужасно, я всегда так считала.

– Мама, но как? – произношу, стараясь скрыть волнение.

– Лия, дело в том, что мы с папой давно уже чужие друг другу люди. Не переживай, это наше обоюдное решение. И не печалься. Главное, что у тебя есть Максим, а мы скоро мы приедем с Марком, и я мы обо всем поговорим.

Я сбивчиво прощаюсь. Такой щемящий душу осадок остается после разговора, а может, это после нашей перепалки с Максом…

Меня больно задели его слова о Руслане.

В памяти тут же возникает образ красивого, темноволосого мужчины с ледяным взглядом и жестоким характером. А рядом его заплаканная любовница…

Неприятный день сменяет долгожданная ночь. Но я провожу ее не так, как хотела.

Максим так и не вернулся, а звонить мужу после его слов, я не собиралась. Не хочу навязываться и даже не представляю, где он коротает вечер и где ляжет спать.

Я засыпаю одна, и мне снится наша с Максимом красивая свадьба…

Но в эту ночь выспаться мне так и не удается. Едва сон забирает меня в свою власть, как вдруг мой телефон начинает истошно пищать на тумбочке, рядом с кроватью.

Мне звонит Нелли. Сегодня она осталась на дежурство и будет помогать другому врачу.

– Да, алло, – говорю сонным голосом.

– Лия Александровна! – почти кричит в трубку Нелли. – Мамаева рожает! Ее сейчас привез муж или любовник… В общем, он требует доставить сюда вас! А если вы не приедете, то Касумов сказал, что сам приедет за вами!

– Нелли, как она? Боже мой!

Пропускаю ее слова о Руслане мимо ушей. Меня сейчас больше волнует Вика и то, как пройдут роды и как чувствует себя ребенок.

Я спрыгиваю с кровати и бегом, с телефоном, несусь к шкафу! По пути слушаю доклад Нелли о состоянии здоровья блондинки Вики, которая несколько часов назад была у меня на осмотре.

– Так, что мне ему передать? – врывается в мою реальность медсестра.

– Скажи, что я еду, – произношу. – Но я думаю, что вы меня ждать не будете!

– Она говорит, что будет рожать сама! – выдает медсестра.

– Нелли! Все написано в ее карте! Не слушайте Вику и ее мужа тоже! Нужно делать кесарево! И по показаниям, срочно…

– Я передам все Татьяне Ивановне, – говорит Нелли. – Да она же профи, разберется! Ой, все! Я побежала!

Она отключается, а я быстро натягиваю джинсы, первую попавшуюся под руку на полке водолазку и, без долгих сборов, лечу в больницу.

Город засыпает. Желтые фонари подсвечивают мой путь, машина едет быстро и дороги почти полностью свободны. До больницы я добираюсь даже меньше, чем за тридцать минут.

Влетаю в здание через центральный вход и тут же в больничном холле натыкаюсь на Руслана.

– Лия, я не знал, что делать! Она сама явилась и устроила истерику. А потом у нее отошли воды и…

Я вижу, что Руслан на нервах и взвинчен не меньше моего!

Я бросаю на него строгий взгляд и говорю только одно:

– Вам нужно было уговорить Вику, чтобы она осталась здесь! Вы понимаете, что для ребенка это опасно? А если Вика носит под сердцем вашего сына?!

Он замирает, распахивает губы, чтобы мне что-то ответить, но я уже стремлюсь дальше, по коридору.

Пока я добираюсь до операционной, у Вики уже успевают принять роды.

Я вижу, как Татьяна Ивановна передает малыша акушеркам. Но все не так просто…

– Что с ней? – спрашиваю я, входя в родильный зал.

– Совсем плохо, кровотечение, очень сильное, пока не останавливается. Нужно вызывать реанимацию, у нее уже давление падает!

Я бросаюсь дальше по коридору, вызываю Нелли и еще акушерку, и мы срочно везем Вику в реанимацию…

Нервничаю, хожу туда-сюда возле кабинета и жду, что же скажет мне бригада, которая возится сейчас с моей роженицей. Минутные стрелки мерят время и усиливают страх за ее жизнь.

– Останется пока здесь. Очень слабая, – говорит мне Жанна, одна из врачей, занимающихся Викой.

Я киваю, обмениваюсь с ней еще парой фраз и, к слову, все события этой ночи стоят перед моими глазами, словно в пелене густого тумана.

В коридоре, около родильного зала, встречаю акушерку, которая должна была принести ребеночка Вике.

– Так, а где же мама? – разводит руками, и тут же у нам выходит Татьяна Ивановна.

– Она в реанимации, – отрывисто говорит более опытный врач. – А папаша здесь? Он вроде бы привез Мамаеву?

– Да, – говорю я. – Что ему передать, он внизу ждет…

– Лиечка, передай, что сын родился! Крепкий, хорошенький, вес 4300 и 55 сантиметров. Мамочка бы еще жива была и вообще хорошо, – сокрушается акушерка.

Глава 5

Татьяна, наш врач, смотрит на меня лукаво. И, прищурившись, говорит:

– Лия, а муж твоей пациентки Мамаевой тебе кем приходится?

– Никем, он просто бывший компаньон моего мужа, – пожимаю плечами.

Ее слова меня смущают, а в нашей больнице грязные слухи и сплетни расходятся быстрее, чем хорошие новости!

Руслан слишком навязчиво себя вел, слишком много внимания ко мне! А теперь его Вика в тяжелом состоянии… И как мне себя чувствовать?! Со стороны все выглядит так, будто я специально сделала все, чтобы его любовница погибла при родах!

– Лия, кто-то должен ему сказать, – плавно выдает она. – А так как он здесь рвал и метал, пока ты не приехала, то лучше если с горячим мужчиной поговоришь ты.

– Да, конечно, – произношу в ответ и иду искать свою куртку.

На улице холодно, так, что зубы сводит. Я набираю воздуха в легкие и иду вниз, туда, где должен ждать меня Касумов.

По пути встречаю молодых девчонок-медсестер, которые обсуждают, кажется, Руслана.

– А ты слышала, как она кричала: “Руслан, это твой ребенок!”

– Представь, даже таким как он изменяют, – говорит с улыбкой вторая.

Я прохожу мимо них. Светлые стены в холле клиники плывут перед глазами.

Я волнуюсь за Вику, за ее ребенка и за то, что сама должна была принимать роды, а в итоге все проспала.

Хотя, моей вины в этом нет. Вика слишком многое сделала не так сама. Могла же остаться в больнице на ночь, а не бежать следом за бездушным Русланом!

Свою неприязнь к Касумову я стараюсь скрыть за непроницаемой маской безразличия. Но, удается не всегда. Он бесит меня так, что последнее терпение тает!

Руслан уже на улице. Стоит, опершись бедрами о капот своего авто, которое он подогнал прямо к порогу клиники.

Руслан задумчив, он курит и смотрит на меня, пока спускаюсь по ступенькам к нему.

– У вас мальчик, вес 4300 и 55 сантиметров, – говорю ему, приближаясь.

– Спасибо, – кратко и очень сухо бросает Руслан. – А как его мать?

– Тяжелая, Вика сейчас в реанимации, – отвечаю так, как есть.

– Она не выживет? – пространно спрашивает он.

И по его лицу невозможно понять, переживает ли он за Вику или ему вообще все равно, что станет с его любовницей.

– Простите, но вы как железный истукан! – выдаю ему, закипая от злости.

– Что?! Простите, доктор Лия, но вы не много ли себе позволяете?! – с усмешкой, грустно произносит он.

– А что же я не так сказала? – встаю в позу и упираю руки в бока. – Вы довели ее до этого состояния! Она так ужасно переносила беременность, а вы подлили масла в огонь! Какая теперь разница, вы отец или нет, если она вообще не выживет?! В детдом ребенка сдадите?! Черствый сухарь!

Я еле дышу, замирая от каждого движения его горящих, агатовых глаз. Руслан не допускает вмешательства в его дела, тем более от какой-то пигалицы, вроде меня!

Мужчина взрывает в секунду, и даже в ночной темноте, я вижу всполохи в его глазах. Он резко отбрасывает окурок в сторону, в один шаг оказывается возле и схватывает меня за хрупкие плечи, почти сбивая накинутое пальто.

– Лия, я никому не позволяю так с собой разговаривать! Запомни, – цедит по буквам. – Да, я спал с ней! Но Вика не была моей девушкой или женой. У нее было много мужчин параллельно со мной! И у меня есть веские причины так себя вести с ней!

Я впиваюсь в его большие глаза с такой ненавистью и жаждой все высказать прямо сейчас!

– Вы черствый, бездушный человек! Привыкли брать то, что захотите! А нести ответственность при этом неспособны! Вам проще затравить бедную девушку, запугать ее тестами ДНК, лишь бы не признавать неугодного ребенка!

– Лия, я не намерен слушать, как мальчик, твои нотации!

Он кричит, трясет меня и смотрит жестко так, что боюсь встретиться с его прожигающим взглядом! Но меня уже просто несет!

И я хочу сказать ему правду, не верю, что наивная блондинка какой-то монстр, который решил обвести вокруг пальца самого Руслана Касумова!

– Если с Викой что-то случится, вы как честный человек должны будете забрать ее сына! Иначе, вы просто обычный потребитель и женоненавистник!

– Ты ничего не знаешь обо мне! – кричит громом и тут же, без спроса, притягивает мою голову к себе.

В секунду он находит мои губы и врывается сильными пальцами под пальто, которое я накинула сверху халата.

Жадно целует, схватывает талию в мощные тиски своих железных объятий.

Я не в силах кричать. Но что за ужас! Целовать меня перед клиникой моего мужа?!

Властно требует раскрыть губы и впустить его, я только плотнее стискиваю челюсти. Но наглые руки чертят круги на моей груди, сжимая тонкую ткань халата.

– Да как вы смеете! – я отрываюсь от его губ. – Ваша жена погибает, а вы…!

Ответно кричу и замахиваюсь, чтобы снова дать пощечину Касумову!

Но крепкая рука ловит мою ладонь на лету, Руслан резко поворачивает меня к себе спиной. Выкручивает руку легко и второй обнимает меня, так крепко, что жар его дыхания опаляет мне щеки.

– Ты слишком дерзкая, Лия. Но твои губы я запомнил. Захочу – и поцелую еще.

Он кратко целует меня в шею, от этого мурашки бегут толпами по рукам и ногам. Сталь его предплечья сдавливает грудь, а я в панике смотрю на окна клиники.

В больнице сейчас довольно много людей и несколько десятков пар глаз могут видеть мои объятия с любовником умирающей пациентки. Ужас охватывает меня!

– Вы хоть понимаете, что делаете? Я замужем! – кричу ему и вырываюсь из сладких сетей окончательно.

– Что-то мне подсказывает, это ненадолго. Доброй ночи, доктор Лия. Завтра я приеду узнать, как Вика. А за ребенка не переживайте…

Он делает какую-то странную паузу и говорит, что у него очень состоятельный отец.

Я не прощаюсь с Русланом, гнев накрывает с новой силой, и я ухожу, чтобы не наговорить лишнего. В конце концов, это только их с Викой дело.

По дороге я думаю о том, что эта выходка и правда может стоит мне брака!

– Черт! Чертов Руслан! – несется в моей голове. – Зачем он меня поцеловал?! Хотел специально создать почву для кучи сплетен!

Если Макс узнает, он точно меня бросит! И зачем стояла там, не в силах убежать или что-то сделать?!

Но, судьбе угодно по-иному решить этот вопрос…

В коридоре я встречаю Татьяну и Жанну из реанимации, и они сообщают, что я могу ехать домой.

Коллеги говорят, что на сегодня опасность миновала, хотя Вика все еще слаба. И уже завтра, если все пойдет хорошо, то можно перевести ее в отдельную палату.

– Пожалуйста, держите меня в курсе, – говорю отрывисто и отправляюсь домой.

Сна нет ни в одном глазу, но я должна поспать.

Открываю двери и в прихожей едва не растягиваюсь, зацепившись о туфли Макса. Он спит, там же на своем месте. Наверное, приехал, пока я была в больнице, но как давно он дома пока не ясно.

– Где ты была? – бросает с постели.

– У пациентки начались экстренные роды, – сконфуженно говорю. – Она чуть не погибла…

– У какой пациентки? – разворачивается ко мне полуголый Макс и тянет одеяло вниз с рельефного торса.

– Мамаева Виктория, жена или, скорее, любовница Руслана Касумова, – отвечаю отрывисто.

– Она? – с удивлением произносит Макс. – Хм, не знал, что Вика беременна…

Макс роняет эту фразу слишком пространно, я не придаю значения его словам. Он снова разворачивается на постели. Я снимаю джинсы, тугую водолазку и демонстративно ложусь рядом.

Муж тут же сжимает меня своей правой рукой и тянет к себе, близко-близко. Я обхватываю его руками, обнимаю ответно и жмусь в крепкое плечо.

– Лия, прости, я полный идиот, – произносит он, с улыбкой. – Ты не достойна иметь такого плохого мужа, как я…

Глава 6

Утро рабочего дня приносит кратковременное перемирие.

Я просыпаюсь раньше мужа. Как обычно, проклиная будильник, спешу в душ.

Меня беспокоит состояние моей “главной” пациентки. Но судя по тому, что звонков за ночь не было, с Викой все в порядке. Я думаю, что сейчас закончу и сама наберу мою медсестру Нелли.

Горячие струи воды постепенно вырывают из сонного царства, дарят пробуждение каждой клеточке моего тела.

Макс был ласков и нежен ночью, обнимал меня крепко и просил его простить за грубость.

Я люблю мужа, но какой-то горький осадок остался после всего.

Пока натираю себя обильной пеной, дверь в ванную тихонько открывается. Макс заходит свободно. Он голый, только дорогие часы так и не снял на ночь. Он быстро скидывает браслет, кладет на полку и хочет принять душ вместе, как это было еще пару дней до скандала.

– Почему ты так рано встала? Я хотел поваляться с тобой в постели, – говорит на выдохе и заходит ко мне, закрывает двери кабинки.

Я стою лицом к стене, вся в пене и с пышной шапкой мыльных волос на голове. Макс руками сгребает пену, растирает машинально по плечам, переходит на живот и бедра…

– Ты еще обижаешься? – спрашивает, и придвигается ближе.

Я молчу. Отмечаю, что Макс привык вести себя так, будто ничего и не было. А я накручиваю себя, и все еще как на иголках.

Встреча с Русланом вчера добавила мне головной боли. И сейчас я не знаю станет ли Максу известно, что чужой мужчина целовал меня прямо около его клиники. Из горящих окон на нас мог смотреть кто угодно! И иначе как подставой этот ход Касумова не назвать!

"Кажется, Руслан хочет разрушить мой брак?" – задаюсь неуместным вопросом.

– Лия, я хочу тебя, – произносит полушепотом.

Разминает кожу, смывает пену и покрывает мокрые плечи жаркими, огненными поцелуями.

– Максим, я не хочу быстро! И нам с тобой нужно серьезно поговорить! Я хотела тебе сказать… – говорю, а сама покрываюсь мурашками от нарастающих ласк.

– Да, я тебя очень внимательно слушаю, моя красивая девочка. Где твои губы, сначала поцелуй, а потом я дам тебе договорить…

Макс отрывисто цедит слова, а хватает за подбородок и сминает пухлые губы своими губами.

– Я обожаю тебя, моя девочка. Давай же, что ты хотела сказать? – шепчет теперь мне в затылок.

Отодвигает мокрые пряди волос, смахивает капельки воды на шее и впивается губами до боли. Руками обхватывает грудь и почти давит к стене кабинки. Его пульс бешенный, шкалит. Муж хочет меня сильно, так, что не могу отказать.

Я дышу часто, в глазах темнеет, а ласковые путы давят еще сильнее. Крепкие объятия сковывают и приказывают подчиниться.

– Моя любимая девочка, как же мне хорошо, – говорит, двигаясь в такт.

Его голос проникает в сознание, и я напрочь забываю то, о чем хотела сказать.

Наш серьезный, безотлагательный разговор с мужем теряет смысл, когда между нами такая химия. А образ наглого, красивого Руслана и наш поцелуй тают, как нереальность…

Макс проникает все сильнее, а я стараюсь сдержать стоны, переходящие в крик. Тем нарастает. Упираюсь руками в его железные мышцы. Каждая клетка жаждет желанной разрядки.

Но вдруг он резко останавливается. Быстро выходит из меня, с хрипом отворачивается, зажимая плоть рукой. Слышу, как он обмывает себя водой.

Перевожу дыхание и поворачиваюсь к нему. Сверлю взглядом его опустошенные глаза и довольное лицо.

– Макс, – сдерживаю сердцебиение, подступающее к горлу. – Что это сейчас было?

– Что? – изумленно поднимает глаза, улыбается и дышит неровно. – Я прервался. А ты разве не успела кончить?

Я отворачиваюсь к стене, судорожно ищу руками выключатель. Струя горячей воды бьет точно в Макса, и он вскрикивает от удара кипятка.

– Скажи мне, что опять не так, Лия?! Что я опять сделал не так! – с нажимом.

Я выключаю воду, и слезы накатывают с новой силой. Муж в бешенстве, после любовной игры я едва не сварила его заживо! Трет краснеющую кожу на груди и плече, и в минуту хватает меня за плечи.

Резко поворачивает к себе, заставляет смотреть ему в глаза.

– Ты снова рыдаешь, как меня это достало! Мы разве не решили предохраняться?

– Что ты несешь, я хочу от тебя ребенка! С какой стати ты решил за нас двоих?

Он выкатывает удивленные глаза, краснеет и в его словах, между прочим, нет ни капли правды.

Я всхлипываю, непонимание между нами – это беда, которая жалит острой иглой. Но, кажется, сейчас Макс сделал все нарочно.

– Ты говоришь, что я думаю о другом, а сам уже месяц ведешь себя странно! Ты спишь со мной без любви, без чувств, как с куклой! – кричу на него ответно. – Ни слова любви, ни минуты для “НАС” в твоем плотном графике! Механический секс, а потом ты просто уходишь! И, кстати, если ты забыл, мы НЕ предохраняемся и не прерываемся, Макс! Я хочу ребенка от любимого мужа!

Он открывает рот, чтобы возразить мне, а я говорю то, что давно хотела и должна была ему сказать:

– Я собираюсь делать процедуру ЭКО, Макс. И, если ты забыл, мы готовимся к ней уже несколько месяцев! Теперь мы можем перейти к финальной стадии. Я вчера внесла аванс, остается еще пара консультаций и в назначенную дату мне будут делать трансфер!

– Какое ЭКО? – поднимает на меня глаза. – Лия, что за шутки, в самом деле? Я нормальный, здоровый мужчина, и это у тебя какие-то проблемы!

Он отбирает у меня из рук душ, спешно обливает себя горячей водой и моментально выскакивает из кабинки, чертыхаясь и ругаясь.

– У тебя есть время просто переспать со мной, но то, что я говорю тебе о ребенке и о протоколе уже почти три месяца, ты не слышишь в упор! У нас легкий случай и гарантия беременности очень высокая, Макс! Я прошу тебя, давай все доделаем и у нас будет наш долгожданный малыш!

Но мои слова летят мимо его ушей. Он вытирает волосы полотенцем, не желая слушать то, что я сейчас ему вбиваю и о чем так слезно прошу.

Я слышу, как его мобильный где-то в комнате проигрывает неизвестную мелодию. Максу кто-то настойчиво звонит, а он теряет терпение окончательно.

– То ты хочешь ребенка, то не хочешь! То теперь это ЭКО придумала! – роняет, недовольно глядя в мою сторону. – Я устал от твоего бреда, Лия! И ни о чем я с тобой не договаривался! Вообще в первый раз это слышу!

Муж нагло и жестоко врет, а я не понимаю, откуда взялось это отрицание?! Еще три месяца назад все было совсем по-другому!

– Как ты можешь так мерзко врать?! Мы же договорились, обсуждали все! Сдавали анализы, тебе назначили подготовку… – говорю, а слезы горькой обиды стекают по щекам. – То есть, ты ничего не делал все эти месяцы? Скажи, Максим, что вдруг изменилось?

– Да, не делал! Я был занят покупкой клиники, представь! – рычит в ответ, натягивая полотенце на бедра. – Я еще раз говорю: Я Здоровый, Нормальный Мужчина! И никакие таблетки из-за тебя я пить не собираюсь! Свои проблемы решай без меня!

Каждую фразу он бросает мне в лицо. Выдает по буквам, утверждая, что в отсутствие детей виновата я.

Макс выходит, потом снова заглядывает в ванную, забирает с полочки свои наручные часы и смотрит на меня с презрением.

Он надевает часы на запястье, бегло оценивает время и приоткрывает дверь в коридор.

– Если ты не можешь родить, мне проще развестись с тобой и найти другую мать для своего ребенка! И хватит мне портить настроение своим бесконечным нытьем! Домой сегодня меня не жди!

– Да и пошел ты! – срываюсь на крик и плачу, плачу…

Максим уже второй раз говорит о разводе, и с каждым новым словом я все больше понимаю, что нет никакой любви. Наш брак – это не гарантия того, что муж останется со мной, примет мои проблемы с рождением ребенка…

Пока смываю с себя остывшую пену, слышу, как он резко хлопает дверью. Спокойно выхожу из ванной. Плетусь безразлично в кухню, на автомате засыпаю кофе в кофемашину и получаю свою дозу горячего эспрессо.

Кофе не бодрит, а еще острее выкручивает нервные клетки после утреннего скандала.

С каждой каплей горячего, смоляного напитка я понимаю, что спасти наш брак уже практически нереально. Муж не тот человек, который просто так бросает слова на ветер.

И если Максим не хочет пройти со мной протокол ЭКО до конца, то эту тему можно больше и не поднимать. А тайную причину таких изменений в его поведении мне только предстоит узнать.

И что в итоге? Я ему не нужна. Не нужен наш ребенок. Да и наш брак уже давно просто тихое, опостылевшее болото, в котором мы застряли.

От разрывающих душу мыслей меня отрывает звук моего мобильного телефона, который оставлен в спальне и мирно лежит на тумбочке около нашей кровати.

– Алло, – говорю отрывисто. – Что случилось Нелли?

– Доброе утро, Лия Александровна. Мамаеву перевели в отдельную палату. Она пока без сознания, но стабильная. Жанна Сергеевна говорит, что если все пойдет по плану, то динамика хорошая и она выживет.

– Хорошо, Нелли, спасибо, что предупредила, – отвечаю ей, допивая кофе. – Я приеду через час.

– Здесь ее муж, но он хочет вас, – двусмысленно произносит Нелли.

– Скажи, что у меня много пациенток и я не смогу встретиться с Русланом Касумовым. Для него меня сегодня нет. Постарайся сделать все, чтобы мы не встретились. Я очень прошу…

Моя отрывистая тирада приводит Нелли в исступление.

– Хорошо, я постараюсь. Но он очень настойчив и требует, чтобы вы с ним поговорили! Он просил номер! – бросает она.

– Мне все равно, – говорю безразлично. – Я приму его только если он будет рожать! Все, пока, Нелли. Я скоро приеду!

Нелли кладет трубку и с ухмылкой ловит взглядом высокий, крупный силуэт в белом халате. Она мерит шаги, которые уже в сотый раз делает Руслан под дверями моего кабинета.

– С такой настойчивость, ты скоро сама от него родишь, дорогуша, – ухмыляется себе под нос медсестра....

Глава 7

Я еду в больницу, суетливо лавируя мимо попутных машин. Мое настроение на нуле, и я думаю, как отменить нашу с Максом запись на долгожданную процедуру ЭКО.

И в то, что муж вдруг изменит решение, уже не верю. Он не передумает. Просить, унижаться перед ним я не хочу. Хватит того, что он так резко отшил меня и назвал виновной в том, что мы не можем иметь детей…

Боль только нарастает.

Разлад у родителей, моя семья на грани развода и несостоявшаяся беременность… Все свалилось на меня в один миг! Мне так нужна поддержка Макса, но он делает все, чтобы меня добить! Точнее, муж вообще ничего не делает!

Мои подозрения о том, что у него есть другая, теперь становятся навязчивой мыслью. Я еду “на автомате”, машинально рассматриваю город, оцениваю дорожную обстановку в потоке машин, но мои мысли сейчас далеко.

Быстро, небрежно занимаю место в правом ряду. Паркуюсь около первой попавшейся кафешки и срочно звоню мужу.

Я не могу удержаться. Заставляю себя успокоиться и следовать на работу, но тут же поднимаю трубку телефона и набираю Максима.

– Алло, что ты хотела?

Когда слышу его ледяной тон в трубке, сердце сковывает ознобом. При всей любви к мужу, прекрасно вижу, что за последний месяц мы стали с Максом жить по привычке, как соседи.

– Ты сегодня будешь в клинике? – спрашиваю его, а сама уже сто раз пожалела, что набрала!

Всему виной чертовы расшатанные нервы!

– Лия, я уже здесь. Но у меня нет времени что-то обсуждать и ссориться! Я забрал документы и уже уезжаю! Кстати, что там с этой пациенткой… Мамаева Вика, кажется?

– С ней все в порядке, – цежу безразлично. – Ее перевели из реанимации в палату и пока это все. А к чему ты спрашиваешь?

– Да так, просто, – говорит он. – Ты же мне сама про нее вчера все уши прожужжала!

– Я сказала всего одну фразу, – уточняю, а Максу уже не хочется меня слушать.

– Лия, я занят, – выдыхает он в динамик отрешенно. – Если ты насчет беременности, то я все сказал! У нас с тобой, похоже, несовместимость! Значит, я поищу для себя другую жену. Считай, что я предупредил тебя о разводе!

Его слова режут по живому, словно ножом!

– Максим, скажи мне кто она? – сдерживая подтягивающую горечь, говорю своему любимому мужу.

Макс замолкает в минуту. Ненавистная пауза давит, я нарушаю ее первой.

– Скажи, у тебя ведь есть другая женщина?

– Ты судишь всех по себе, моя дорогая жена? – с ухмылкой бросает Макс.

Больше он ничего не говорит, а я просто отключаюсь.

По дороге в больницу думаю о том, что Максиму уже стало известно о моем вчерашнем жарком поцелуе с Русланом.

И я не знаю, что сделаю с Касумовым, только увижу его точеное лицо.

Красивый и жестокий мужчина за пару дней разрушил мой брак! Как это вообще возможно?! И зачем я, спрашивается ему сдалась?!

У клиники я вижу, как машина Макса отъезжает от парковки и сворачивает на шоссе, мигая фигурными задними фарами.

Отмечаю, что большого мишки, который сидел на пассажирском сиденье, уже нет. Для кого же он предназначался?

Опустошенная, я бреду в холл. Мимо меня проходят коллеги и я машинально с ними здороваюсь. Поднимаюсь на свой этаж и легко выдыхаю: Руслана здесь нет!

Мне сразу же становится лучше, и я с удовольствием распахиваю двери кабинета. Здесь меня встречает озадаченная Нелли.

– Доброе утро, – говорю ей. – Как у нас дела? Как там Вика?

– Доброе, – коротко бросает Нелли. -Да, так…

– Что с ней? – спрашиваю я, накидывая халат в спешке.

– Давление скачет, – говорит она также сухо.

– Нелли, что произошло? – спрашиваю у своей медсестры.

– Ваш муж будет собирать общее собрание и поговаривают, что ваше место будет скоро вакантно.

– Что? – выдавливаю я. – Что за глупости, Нелли? Кто разносит эти бредовые слухи?!

– Не знаю, не знаю, настолько ли они бредовые! Жаль, что я не согласилась пойти к Альбине Романовне! А мне еще говорили: "Тебе повезло! Доктор Лия – жена нашего нового хозяина, иди к ней медсестрой, будешь просто в шоколаде!" А вышло как?! И что мне теперь делать, Лия Александровна?!

Тут Нелли начинает впадать в истерику, говорит, что она из-за меня останется вовсе без работы!

– Если уволят вас, Лия Александровна, что следом за вами вылечу из клиники и я! У нас нет недостатка в медсестрах, вы же это понимаете?

Ее укоры и претензии меня задевают. Я не девочка для битья, и она могла бы говорить спокойнее, но вместо этого предъявляет мне претензии!

– Я позвоню мужу и все выясню, – отвечаю спокойно и выхожу прочь из кабинета.

Но что-то заставляет развернуться.

– Нелли, а где Касумов?

– Он мне не отчитывается, – ехидно цедит, таращась на меня из-под очков Нелли.

Я закрываю двери и спешу в палату к Вике. Параллельно думаю о Максе.

Неужели, муж не просто развестись, но и уволить меня из клиники?

От осознания, что творит Максим за моей спиной, внутри все сжимается! Чувства к мужу вянут, а вместо них все заполоняет щемящая пустота.

Я должна ему позвонить, но сил ругаться просто нет. Снова слушать его прохладный тон и унижаться?! Я знаю точно, что просить оставить меня в больнице я не буду! Хочет уволить, что ж…

Видимо, наш брак уже не спасти, и взаимное отчуждение только нарастает. Домашние ссоры вылились в подлое решение Макса убрать меня. Пусть увольняет!

Мне жаль только Нелли в этой ситуации. Моя медсестра действительно ни в чем не виновата!

Я выхожу из кабинета, и тут же попадаю в руки к моей подруге Юле.

– Привет, Лия! Куда ты так спешишь?

После нашего последнего “милого” общения, я уже не считаю ее своей лучшей подругой. Красавица и умница Юля открылась мне вдруг совершенно с другой стороны.

– Я занята, прости, – кратко поговариваю ей и лечу дальше, даже толком не поздоровавшись.

– Лия! Что за спешка? Расскажи, что у вас там с Максом стряслось? Слышала, вы без пяти минут в разводе! Тут такие сплетни по больнице про тебя ходят, хоть бы рассказала подруге!

Эта фраза цепляет меня на крючок и я останавливаюсь. Спрашиваю, что же Такое про нас говорят?

– Ну, как? Это я у тебя хотела спросить! Говорят, что ты завела интрижку с мужем своей пациентки, а я ее загнала в реанимацию. Видимо, решила занять место жены красивого брюнета, который только что стоял вот под этой дверью и ждал тебя.

Она смотрит на меня своими большими, круглыми глазками, а я не могу языком пошевелить от услышанного! Я привыкла к больничным сплетням, но это уже перебор.

Глава 8

Я подхожу к Юле и упираюсь в нее прожигающим взглядом.

– Кто тебе сказал эту чушь? – гневно выговариваю подруге, а та ехидно улыбается.

– А я здесь причем? Я просто переживаю за тебя! Что с тобой происходит в последнее время? Ты сама не своя!

– Все в порядке, – говорю отрывисто и не желаю с ней откровенничать после всего сказанного Юлей.

– Лия, давай мы пойдем выпьем кофе, поговорим. Тебе ведь плохо, я все вижу!

В приступ небывалой дружеской любви, который я наблюдаю у Юли “здесь и сейчас”, мне совершенно не верится. Смотрю на ее смазливое личико и хитрые глаза и понимаю, что она просто хочет получить свою порцию вкусных сплетен от главного действующего лица.

– Мне некогда, Юля. Прости, нужно посмотреть как там Мамаева, – снова пытаюсь улизнуть.

– Мамаева… – задумчиво произносит. – Это вчерашняя роженица, ту, что перевели сразу после родов в реанимацию? Стоп! Лия, так это ее муж сегодня мерил шагами коридор и требовал подать ему тебя?

Слова Юли запускают тревогу в мою душу и теперь понимаю, что вчера все видели Руслана, а сегодня он явился и добавил почвы для пересудов!

Я отхожу от нее, направляюсь к палате, где должна лежать Вика.

– Надо же, такая тихоня и так открыто изменяешь мужу! – цедит с восторгом Юля.

Я разворачиваюсь и говорю ей прямо в лицо:

– Ну не всем же спать с женатыми тайно и рожать от них детей, как это делаешь ты!

Та округляет глаза. Хватает воздух ртом, потом спешно тараторит обвинения в клевете.

– Ты что несешь? Кто еще женат? Мой мужчина – только мой, тебе ясно!

– Это ты жене его скажи, мне-то что? – бросаю и иду дальше, а Юля остается в коридоре и пристально следит за мной.

– Его жена дура, – улыбается Юля. – Ты зря корчишь из себя уставшую от проблем. Это еще не проблемы, Лия.

Я удаляюсь от нее, прохожу мимо нашего заместителя главного врача. Николай Семенович стоит посреди коридора и рассматривает камеру видеонаблюдения, которая висит прямо над его кабинетом.

– Добрый день, Лиечка Александровна! – говорит он мне.

– Добрый день! – отвечаю с улыбкой. – А что же вы тут делаете?

–Да вот, у меня портмоне стащили в нашей клинике! Я в шоке, хотел написать заявление и думал, что тут камеры рабочие, а они, оказывается, уже месяц ничего не показывают, представляешь?

– Видимо, Максу не до этого, – думаю про себя и следую дальше, оставляя Николая Семеновича стоять озадаченным в коридоре.

У палаты Вики я нахожу Жанну. Она выходит от нашей многострадальной пациентки и едва не сталкивается со мной.

– Лия! Ты меня напугала!

– Привет, Жанна. Как она? – спрашиваю с волнением.

– Ну, пока все стабильно. Не знаю, обрадует тебя эта новость или огорчит. Но с Викой и ребенком все в порядке…

Голос Жанны и ее поведение мне не нравятся. Она смотрит на меня как-то по-другому. Жалит взглядом и улыбается беспрестанно.

– Жанна, почему ты так смотришь? – спрашиваю ее прямо.

– Да так, кое-что рассказали сегодня утром, и вот теперь думаю, может ты специально не стала госпитализировать Викторию? Ну, чтобы поскорее оказаться в объятиях ее мужа, к примеру? Хотя, не мне тебя судить. Каждый добивается счастья своими методами.

Я готова провалиться сквозь землю! Никогда бы не подумала, что слышу сейчас укор в свой адрес в неверности Максу! Хотя нет, тут еще и обвинение в непрофессионализме и причинении вреда здоровью пациентки!

Я не выдерживаю и говорю ей прямо:

– Жанна, нужно отдавать отчет, когда ты бросаешься такими серьезными обвинениями!

Та безразлично пожимает плечами, обходит меня и только ухмыляется. А я стою и обтекаю прямо у палаты глупой блондинки, которая сама сбежала из больницы!

Я оглядываюсь по сторонам и не верю, что весь этот сюр происходит со мной и именно в этот день!

В палате тихо. Размеренно щелкают датчики, по капле скатывается жидкость в трубке капельницы. А бледная Вика лежит на кушетке с закрытыми глазами.

Я прохожу к ней и немного наклоняюсь, глядя в красивое, безжизненное лицо.

– Почему же ты не осталась в больнице, Вика? Зачем поехала за Русланом, ведь он этого не стоит?! – говорю ей тихо, но блондинка меня не слышит.

После наблюдения за датчиками заключаю, что давление стабильно, как и пульс.

Оставляю девушку и думаю, что больше информации я получу у реаниматолога, которая вчера спасла Вику. У Жанны или Нелли спрашивать бесполезно.

Кажется, весь персонал клиники во главе с моим мужем ополчился на меня из-за Руслана и его любовницы!

– Чертов Касумов! – сидит занозой в голове только эта мысль.

Я иду по коридору и пытаюсь отыскать вчерашнюю бригаду. Следую по кабинетам, но врача нигде не нахожу.

Санитарка на первом этаже говорит мне, что она сменилась утром, как и положено, и теперь подробный отчет можно получить только у Жанны.

Я выдыхаю, решаю, что сейчас можно было бы выпить немного кофе. Но, кажется, что это муторное утро уже ничего не спасет!

Не хочу возвращаться наверх и забирать свои вещи в кабинете, где сидит надутая, как сыч, медсестра Нелли.

Решаю, что до небольшой кофейни идти пять минут и я не замерзну без куртки. Выхожу на улицу и попадаю под мелкий, надоедливый дождь.

Я следую по больничному двору. Около клиники стоят молодые врачи и перешептываются, провожая меня.

Мне неловко, липкие взгляды устремляются мне в спину. Я представляю, что можно придумать, видя, как жена хозяина клиники целуется ночью под окнами с мужем своей же пациентки!

И теперь никому не докажешь, что целоваться с Русланом я не хотела, а Вика ему вовсе не жена. И даже в своем отцовстве у Касумова нет точной уверенности…

Вся эта грязь давит на меня. Будто бы я втянута в чью-то ужасную, нелепую игру!

Пока заказываю кофе, понимаю, что никаких тайных врагов у меня нет и быть не может!

Есть мой уставший от брака муж и есть чужой мужчина, который решил сделать меня своей без моего желания. Вот и все. А я не хочу быть ни с Максом, ни с Русланом.

Самое ужасное, что теперь мне придется пожертвовать своей работой. Развестись с мужем, уехать из моей квартиры и начинать все сначала…

От ужасных мыслей меня будто бьет током. Я резко оборачиваюсь и вижу, как из больницы выбегают несколько сотрудников и бегут ко мне, кричат мое имя.

Я неловко поворачиваюсь и роняю полный стакан с кофе тут же на землю!

– Лия! Лия Александровна, стойте! – кричит мне санитарка и еще двое мужчин бегут следом за ней.

Мне становится вдруг страшно, и я чудом не пускаюсь в бегство по инерции. Но стою и жду, пока они подойдут ко мне и скажут, что же стряслось.

– Виктория, ваша пациентка умирает! Пойдемте, срочно, – по словам выдавливает женщина.

Я без слов срываюсь с места. Бегу в здание клиники и даже сама не понимаю, как оказываюсь около палаты Вики.

Ее уже здесь нет, она снова в реанимации, а на полу я вижу оторванные капельницы и датчики, которые только что были прикреплены к ее телу, пока стояла здесь. Не понимаю, что могло случиться за несколько минут? И почему Жанна оставила ее, если все так серьезно?!

– Это она отключила пациентку от аппарата! – кричит Жанна. – Я только что видела, как Лия заходила сюда!

Тут же стоит Юля и говорит, что тоже видела, как я иду в палату к Вике, и весь собравшийся персонал смотрит на меня, едва не тыча пальцами.

– Это не я! Я была у нее уже пятнадцать минут назад! – кричу им, а они просто пялятся на меня.

На глаза накатывают слезы, и я надеюсь, что Вику сейчас спасут! Но чуду не суждено свершиться дважды.

Заместитель главного врача, который только что видел меня в коридоре, набирает нашему главному. Значит, следующим будет знать и Максим.

Толпа постепенно начинает расходиться, но тут из реанимации возвращается отходившая туда Жанна и говорит, что молодую, эффектную блондинку не удалось спасти!

Я не верю в ее слова, хочу пойти туда, но Жанна преграждает мне путь, продолжая нагло обвинять в том, что случилось с Викой! Она не одна считает, что я могла бы убить человека!

После краткого разговора с главным врачом клиники, возвращается заместитель главного Николай Семенович и просит кого-то вызвать полицию, а потом смотрит на меня.

– Анатолий Иванович сказал, что сам сообщит Максиму Альбертовичу о случившемся. Лия, вам нужно оставаться здесь, сейчас приедет полиция… Они будут задавать вопросы, сами понимаете. Я не сомневаюсь, что ваш муж предоставит лучшего адвоката и все прояснится.

А вот я так не думаю и просто стою, беспомощно обхватив лицо руками и горько плачу....

Глава 9

Когда я успеваю добраться до своего кабинета, телефон уже красный от того количества пропущенных звонков Макса, которые ему пришлось выдержать.

Я понимаю, что главврач уже все ему передал, ведь за несколько минут муж успел позвонить мне двадцать раз. Я представляю, что сейчас в голове у Макса и в каком он бешенстве!

И снова муж звонит, а я не знаю, что делать и что ему говорить в свое оправдание!

Просто ужас, не верю, что все случившееся сейчас может быть правдой…

При виде меня в дверях, Нелли спрашивает с интересом: “А что за шум? Что-то случилось?”

Она врет, и это видно по хитрым, бегающих глазкам моей медсестры.

– Ты же стояла там, в коридоре, когда толпа меня окружила!

Я кричу на нее, и вообще впервые в жизни повышаю голос на кого-то из коллег. Но сейчас меня волнует то, что ни одна живая душа, ни один человек не заступился за меня! Все только шептались вокруг, а кто-то даже посмел назвать меня едва ли не убийцей, не разобравшись в случившемся!

– А что я могла сделать? – роняет Нелли. – Я одной ногой на бирже труда! Это же ваш муж почти уволил нас с вами из клиники! А за смерть пациентки я уж точно не собираюсь отвечать вместе с вами, Лия Александровна!

После гневной речи в мой адрес, она просто поднимается и безразлично двигается к выходу. Я провожаю ее взглядом, потом говорю ей вслед:

– Ты же знаешь, что я попросила Вику вчера остаться в больнице и она самовольно сбежала? Помоги мне, Нелли! Я знаю, что будет дальше: сейчас сюда приедет полиция, любовник Вики и куча юристов Максима!

– Зато теперь Касумов свободен, а Максим Альбертович, я уверена, вас вытащит.

Она строит довольную ухмылочку, а я просто подхожу и впиваюсь руками в ее белый, красивый медицинский костюмчик. Изо всех сил мну воротник и недовольно выговариваю:

– Что ты несешь? Мне Касумов и даром не нужен! Я не знаю, что происходит, но ты единственный человек, который слышал нашу беседу с Викой вчера! Я не убивала ее! А мой муж меня не защитит, Нелли, скорее наоборот!

Она поджимает губы, брезгливо одергивает мои руки и поправляет свой наглаженный, чистенький костюмчик.

– Мне очень жаль, Лия Александровна. Позвоните своей маме, она же вам точно поверит. И точно поможет. А я в ваших интригах больше не участвую! Если ваша жизнь летит под откос, то не ломайте ее другим! Вас никто не заставлял принимать ухаживая несвободного мужчины!

Она выговаривает все и с торжествующим видом уходит, а я падаю в кресло без сил и эмоций. Только слезы застилают глаза и боль рвется наружу.

– За что это все? – восклицаю, разговариваю сама с собой.

Мысли приходят одна за другой. Меня кто-то нарочно подставил. И смерть Вики была выгодна только одному человеку.

На тот момент я вижу, что к ее случайной гибели в реанимации приложил руку только Руслан!

И все провокации со стороны магната теперь кажутся всего лишь звеньями одной цепи. Он специально меня загоняет в ловушку! Но зачем я ему сдалась?! Не красавица, не богатая, а просто обычная, серая мышка из клиники мужа!

– Если только он сводит счеты с Максимом, – говорю снова сама с собой и тут в двери кабинета кто-то вламывается.

– Ох, Лия Александровна, а вы на месте? – говорит, неловко улыбаясь заместитель главного врача и начальник нашей охраны.

– А, что, я по вашему должна сбежать с места преступления?! Я не виновата! Там даже моих отпечатков нет! – кричу мужчинам сквозь слезы.

– Это полиция сейчас будет разбираться, – чеканит строгим голосом начальник охраны.

И выдает мне фразу, которая решает весь дальнейший ход событий.

– Максим Альбертович сказал, чтобы вы никуда не уезжали до приезда полиции. А в отделе кадров готовят документы, которые вам нужно будет подписать, Лия Александровна. И я вынужден буду все это контролировать.

Я понимаю, что муж даже не приедет, чтобы меня поддержать! Более того, я понимаю, какие документы сейчас спешно печатает наша кадровик: это приказы о моем увольнении.

Надежды на помощь больше нет.

– Лия, простите нас, но нам, как и всем нужна работа. У нас ведь семьи, – виновато выдавливает заместитель главного врача Николай Семенович.

– все понимаю, – только и могу произнести.

Через пару минут я принимаю новый звонок от моего мужа.

– Я даже не буду спрашивать, что происходит. Просто скажи мне, как давно это у вас?

– Макс, я не убивала Вику! И у меня ничего не с ее мужем!

Он молчит, нервно щелкает зажигалкой и жадно затягивается.

– Черт, я только бросил, и вот опять, по новой…

Снова ругается, чертыхается и обвиняет меня.

– Лия, как ты могла! Я ведь люблю тебя, как бы я не отрицал это и какой бы ты не была стервой! Я не хотел тебя бросать, до последнего…

Он обвиняет меня. И это сейчас говорит мне человек, репутация которого пока безукоризненно чиста.

И смысл его слов не совсем ясен. Будто, мой муж хотел со мной расстаться уже давно, а сейчас наконец нашел вескую причину.

– Макс, меня подставили! Я не знаю кто, но это не я отключила ее от аппарат! Это моя пациентка, я бы просто не смогла!

– Плевать, Лия! Тебя видела половина больницы! Ты же понимаешь, что тебе придется ответить за то, что сделала? И понимаешь, что соревноваться за тебя с Касумовым я не стану! Более того, ты должна подписать документы задним числом, что ты уволена из моей клиники.

Он курит, выдыхая серый дум в трубку, а я хочу только одного: чтобы это бесконечный, адский день стал просто кошмарным сном!

Отчаянье застилает мне глаза, а Макс все продолжает меня отчитывать!

– Я не позволю твоему Руслану и его мертвой любовнице замарать честь нашей клиники! Ты бы пошла рожать, зная, что врач может убить тебя из-за интрижки с твоим мужем? Вот и никто не пойдет, Лия!

Макс кричит, продолжает прессинговать, хотя куда уже дальше?! Я понимаю, что у меня нет поддержки мужа, да и мужа больше нет!

– Завтра к тебе явится мой юрист и ты подпишешь бумаги, касающиеся развода. Я не хочу, чтобы ты устраивала цирк в суде, поэтому тебе придется согласиться развестись и это будет чистой формальностью! Жаль, что придется ждать…

Он выговаривает, что на стадии предварительного расследования хотел бы, чтобы его вообще не трогали! Макс очень сильно переживает за свое “детище”, клиника оказалась ему дороже собственной жены.

Я без пульса, просто молчу и роняю слезы на белую крышку рабочего стола. Жизнь уходит из меня по капле, а Максим нажимает на горло еще сильнее.

– Я разрешаю тебе пожить в моей квартиру еще два дня, но не больше! Переезжай к матери, в гостиницу, хоть на улицу, но только не у меня дома! И не смей общаться с моим братом или моими родителями! Тебя больше нет, Лия! Ты сама уничтожила все, что было между нами!

Нет даже смысла с ним спорить.

Все.

Моя старая, такая теплая и уютная жизнь исчезает с каждым его новым словом. Нас больше нет. Мой муж выкинул меня, как ненужную вещь из своей клиники, из своего дома и из своей жизни!

– Я не убивала ее, – говорю тихо, а телефон отключаю.

Слышу за дверью какое-то беспрестанное движение.

Что я могу сейчас сделать, прослушав столько угроз? Только выполнить требования мужа. Все подписать, уйти из его квартиры и точка.

Но я не убивала Вику, и вот с этим они не заставят меня согласиться! Хотя и тут все против меня.

Стук в двери кабинета раздается невыносимо громко.

– Войдите, – говорю я, быстро стирая слезы с лица.

В дверях моего кабинета стоит он. Мужчина, который разрушил за несколько дней всю мою жизнь, явился сюда и нагло смотрит на мое заплаканное лицо!

– Это вы?! – говорю и заметно трясусь от злости.

Мне хватает выдержки и не броситься к нему и не вцепиться в его красивую, холеную физиономию! А Руслан как обычно невозмутим и мерит глазами заметные капли слез на моих раскрасневшихся щеках.

– Лия, объясни, что произошло с Викой? Это ты сделала? – говорит он спокойно.

– Нет, это не я! А вы тоже хороши! Пришли посмотреть, как на меня наденут наручники? Или чего вы хотите? – нервно выговариваю.

Он выслушивает все спокойно, потом подходит ко мне и становится около моего стола.

– Лия, я не знаю, что тут было. Но я не зверь и если ты мне расскажешь, то я постараюсь помочь.

Я понимаю глаза на него и не могу больше сдерживаться!

– Да как вы смеете сюда являться! Это вы убили Вику и зачем-то жестоко меня подставили! Только вам не нужен был ребенок и ваша любовница! И мне неизвестно, почему именно я стала игрушкой в ваших руках!

– Лия, я терплю твои упреки уже достаточно! Но за такие обвинения можно дорого заплатить, девочка! – кричит он и хватает меня за руки, сжимая запястья до красноты.

– Что я вам сделала, Руслан? Вы и ваши проклятые игры разрушили мою жизнь! Я теперь без работы, без семьи и первая подозреваемая в убийстве вашей любовницы! Зачем вы что вы влезли в мой брак?!

Он бросает гневный взгляд, цедит по буквам:

– А ты уверена, что твоя семейная жизнь именно такая счастливая, какой она тебе кажется?

– Уходите отсюда, иначе я за себя не ручаюсь!

Только и могу в бессилии прокричать в ответ, а он просто уходит, не говоря мне больше ни слова. Я встаю и выхожу следом за ним. Вижу, как по коридору ко мне идут два сотрудника в форме.

Рядом с ними идет Жанна, а также только что прибывший главный врач клиники моего мужа.

– Лия, подойди к нам! – кричит он мне деловито.

Дальше все происходит, как в тумане. Сотрудники окружают место преступления. Эксперты, свидетели и прочее – все смешивается в одну, большую жужжащую кучу людей.

Я устало закрываю глаза и слушаю их, отвечаю на вопросы, которые мне задают.

– Максим Альбертович не приедет, – говорит позади меня Анатолий Иванович. – Мы бы не хотели, чтобы это дело было предано огласке. Лия Александровна уже уволена, просто сегодня пришла в клинику за своими вещами.

– И поэтому она в халате? – поднимает брови на меня полицейский с папкой в руках.

– Послушайте, нам не нужны проблемы, – говорит он шепотом, но я все слышу.

И тут же по коридору к нам идет Нелли, а следом за ней моя заклятая подружка Юля с улыбкой на губах....

Глава 10

Переполох в клинике Макса не проходит просто так. Пациенты все видят, шепчутся. А главный врач бессовестно врет, пытаясь сохранить положительную деловую репутацию клиники. И никому нет дела, что на кону моя жизнь.

– Лия Александровна, – выдергивает меня из мыслей один из приехавших сотрудников. – Я следователь прокуратуры, нужно задать вам несколько вопросов.

– Я не убивала Вику. У меня нет связи с ее мужем. Я просто зашла к ней, так как переживала за состояние пациентки…

Эти слова мне придется произнести еще не один раз, а мучительно много.

Молодой, светловолосый мужчина в отвязной косухе и стильных джинсах улыбается мне. Не очень-то похож на следователя, но все же.

Он говорит, что это не допрос, а просто ему нужно выяснить мои данные для протокола.

– Сначала нужно принять решение о возбуждении уголовного дела, а потом уже вас вызовут на допрос если в ваших действиях будет усматриваться признаки состава преступления… Кстати, у вас есть адвокат, госпожа Левицкая?

– Левицкий – это мой муж, а моя фамилия Сафонова. И адвоката у меня нет.

Последняя фраза вылетает из моих губ и звучит совсем уж минорно.

– Странно, – хмыкает мужчина. – Вы жена хозяина этой клиники, и у вас нет адвоката?

– Мы с мужем на грани развода. И он не обязан носиться со мной. Уж точно защищать меня Максим Альбертович не будет.

Я говорю эти слова, а буквы металлом режут по сердцу.

Как же я могла упустить тот момент, когда мы с Максом отдалились? Сколько времени прошло с тех пор, как “Нас” не стало?

Что-то подсказывает мне, что последний месяц в новой клинике стал роковым. Я видела глаза мужа, понимала, что между нами остался лишь секс, похоть и больная привычка.

Семьи у нас так и не получилось, как бы я ни старалась! Может, отсутствие детей стало решающим фактором, а, может, у него есть другая… Я видела, как все эти дни Макс будто хотел со мной расстаться, но не решался.

Следователь говорит, что в дальнейшем я смогу воспользоваться услугами бесплатного адвоката, но лучше мне поискать себе защитника, так как скоро он понадобится.

– Мне нужен ваш домашний адрес и ваши документы. Это неприятные, но необходимые формальности.

– Мой кабинет прямо по коридору, все лежит там. А вот домашнего адреса у меня нет. Я выезжаю сегодня из квартиры мужа, и скорее всего поеду жить к своим к родителям.

– Как это на вас так все навалилось? – сочувственно выдавливает мужчина.

Он видит отсутствие эмоций на моем лице. Я безучастно наблюдая за тем, что делают в палате Вики эксперт. “Пылит” места, где преступник мог оставить свои пальчики, упаковывает что-то в пакеты, а другой мужчина затем фотографирует место.

Эта возня длится уже почти час, и нервы мои просто на пределе, хотя внешне по мне это незаметно.

Позади слышатся шаги: к нам приближается мой муж. Не думала, что Максим явится, но он пришел. Ведет себя сухо и на показ холодно. Спрашивает у следователя что-то, тут же к нему подходит наш главврач и рапортует, что все в порядке.

– Лишних пациентов мы попросили прийти завтра. Но, боюсь огласки нам не избежать. Убитая девушка – жена Руслана Касумова.

– Я знаю, – цедит Макс. – И "лишних" пациентов у нас в клинике нет! Черт, теперь попробуй продай этот балласт!

Он обхватывает голову руками и сжимает свои волосы. Смотрит бегло на меня, а я ухожу вместе со следователем к моему кабинету.

Тут же, откуда ни возьмись, из-под земли вырастает Юля. Я вижу, как он идет туда же, к палате Вики. Поворачивается к моему мужу и о чем-то говорит с ним. Макс явно не в настроении и цедит ей сквозь зубы что-то отрывисто.

– Пойдемте, – мужчина в форме меня заводит в мой кабинет, а они остаются прямо посреди коридора.

Юля смотрит на Максима и глазами исследует его реакцию на все происходящее.

– Максим Альбертович, я не знала… Я была на первом этаже, – говорит она и перебирает в руках платок. – Это ужасно, я боюсь даже ей говорить о нас…

– Что ты несешь?! Лия не убийца, я не верю! Да и тебе нечего бояться, Юля. И говорит сейчас ей ничего не нужно!

Его слова разжигают внутри нее настоящий вулкан, и она моментально закипает. Показывает ему, что нужно отойти от толпы людей в сторону.

– Хочешь сказать, что будешь защищать свою неповинную женушку? – она смотрит на него, не мигая, и ждет ответа.

– Юленька, сейчас не время ревновать, – отвечает он нарочито тихо. – Здесь много людей, и пока мне не нужно, чтобы о нашей связи кто-то знал. Будь хорошей девочкой, Юля.

Он легко касается ее плеча, но Юлю этот ход только еще сильнее раздражает.

– Максим Альбертович, я вообще-то от беременна! И это не связь, или ты никак не можешь забыть свою жалкую жену? Так понравилось с ней спать? Хотя, не только тебе это нравится, судя по всему!

Желваки ходят от злости на лице Максима. Он терпеть не может сцен, тем более на виду у всех!

– Желаю счастливого пути, не подеритесь с Касумовым из-за своей Лии! Или ты будешь ее иметь через день, по очереди с ним? Что ж, я сделаю аборт, раз сын тебе не нужен!

Она так ядовито улыбается, что Максиму ничего не остается.

Он хватает ее в объятия, нежно обнимает и шепчет, что никуда теперь не отпустит.

– Ты мать моего ребенка, Юля. И тебе нельзя нервничать, – говорит он, сдерживая эмоции. – Сегодня-завтра Лия уезжает из моего дома и навсегда исчезнет из моей жизни.

Он тащит Юлю за руку в “карман” в стене клиники. Горячо сжимает ее бедра, через тонкий халат нащупывает округлые ягодицы и в порыве страсти жадно разминает кожу. Тонкая талия изгибается в его руках, а губы тянут сладкий поцелуй.

– Я больше не хочу слышать ничего об аборте, ты поняла?! – его тон становится жестче. – Ты родишь мне сына, а я женюсь на тебе. Будь умницей, Юля.

Она кладет руку ему на ширинку брюк, чувствует нарастающее возбуждение и говорит, что вечером ждет его у себя. Они быстро выходят из своего временного укрытия, проскальзывают мимо толпящихся людей. Макс остается, а Юля уходит.

– Так, господа, а сколько это все продлится? У нас здесь клиника, и пациенты все очень непростые люди! – говорит он гневно, обращаясь к экспертам.

Глава 11

Я вижу через окно, как мой муж уезжает с территории клиники.

Макс не зашел ко мне и не попрощался, зато успел подослать своего корпоративного юриста, а после произошедшего – по совместительству своего адвоката, который будет заниматься нашим разводом.

Мужчина стоит сейчас около меня, пока его спину сверлит Нелли своим недовольным взглядом.

Петр склоняется над моим столом, сверкает белой улыбкой и учтиво просит не предъявлять никаких требований на бракоразводном процессе.

– Лия Александровна, вы взрослая, умная женщина и сами все понимаете. У вас с Максимом Альбертовичем нет детей, нет совместного имущества и этот развод – это чистая формальность. То есть, развод будет настоящим, но вам не стоит хвататься за изживший себя брак!

– Да откуда вам знать, что я брак себя изжил? Вы вообще понимаете, что я сейчас чувствую?! – роняю сухо, с истеричной ноткой в голосе.

Нелли только ехидно тянет улыбку так, чтобы я не увидела, как она рада свалившимся на меня проблемам. Но я прекрасно вижу, как довольные чертики прыгают в глазах моей бывшей медсестры.

Петра мой ответ не устраивает. И он не может передать его своему хозяину.

Мужчина нависает над столом, просит, объясняет, но до угроз еще не опустился.

– Скажите, Петр, а ведь мой муж купил клинику в браке. Это тоже не считается совместно нажитым имуществом?

Я легко улыбаюсь, пряча лицо за своими ладонями. Петр дипломатичен, но даже его нервы сейчас на пределе.

Что я еще вздумала сказать?! Неужели, я всерьез захочу отобрать у Макса клинику?

– Лия, я бы не рекомендовал вам заявлять встречные требования. Это очень глупо. Вы простой врач, а ваш муж – владелец крупного холдинга. Ни один суд не примет решения в вашу пользу, – шипит юрист моего мужа, и его голос дрожит от злости. – Мы, кажется, уже полчаса говорим, а вы меня так и не поняли?

Я убираю руки от лица, встаю и обхожу юриста стороной. Спокойно забираю из шкафа свою верхнюю одежду и сумочку. Бросаю последний взгляд на мой новенький кабинет, на мое рабочее место и мысленно прощаюсь…

– Скажите Левицкому, пусть подавится.

На этом я ухожу, а юрист открывает рот и бормочет едкий комплимент в мой адрес с нецензурной бранью.

– Стерва! Пигалица! – говорит он, вдоволь облив меня грязью.

Спешно выходит из кабинета и набирает номер своего хозяина, с довольной улыбкой рапортует: “Лия согласилась на наши условия. Позже наберу вас!”

– Да, я занят сейчас… Хорошо, – тяжело хрипит Макс, отключая входящий вызов.

В его машине на заднем сиденье сейчас горячо.

– Не останавливайся, прошу, – шепчет, глотая жадно воздух ртом.

Девушка снова не подпускала его к себе два дня, и Максим уже потерял терпение. Даже передумал разводиться. Но этот случай в клинике поставил решительную точку в его семейной жизни.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.