Влада Иванц
Влада Иванц. Стихи. Рассказы

Всё мерзостно, что вижу я вокруг…

Но как тебя покинуть, милый друг!

© 66-ой сонет Шекспира из цикла «Прекрасная Молодежь»

Пролог

Небольшой пролог

Напишу я вам,

Скажу, что вы, дай Бог,

Поймёте, о чём я.

Ныне стало мало

Поэзии на свете.

Всегда существовало

В величие, эстете,

Нередко умирало,

Попадая в сети,

Шекспировское сердце

Верного поэта,

Но нынче для коммерций,

Мы запустили это,

Однако снова впустим

И снова запоём,

Мы ради правды и искусства

И мыслим, и живём.

2022

Рысь, или случай в лесу

Уже далеко не новая светло-зеленая машина, опасно взвизгнув шинами, повернула в сторону длинной закрученной дороги. Семья из двух человек, мать и сын, отправились на летние каникулы в горы. Ехали они через лес и горы по опасному, но свободному перевалу, которого зачастую сторонились даже опытные водители из-за большого количества крутых поворотов. Но смельчаки, желающие как можно быстрее добраться до нужного места, совершенно не брезгали и разъезжали по этой дороге как по прямой.

В салоне играла спокойная и мелодичная музыка, которая в конце концов наскучила двенадцатилетнему мальчику, сидевшему сзади. Он грустно и безразлично смотрел в окно автомобиля, облокотившись об его дверцу. Мальчика всё раздражало по, как ему казалось, очень весомой причине: вместо празднованья своего дня рождения с друзьями он едет в непонятную глушь, где стоит дряхлый и скрипучий дом, доставшийся им от дальних родственников.

В конце концов, назло маме, так бескомпромиссно решившей его судьбу, он, не спрашивая разрешения, перегнулся через кресло и, выключив радио, засунул в разъем для гарнитуры шнур от навороченной музыкальной колонки, из которой бабахнула современная музыка, по звуку схожая с ядерным взрывом. Мама парня, удивившаяся такому хамскому поведению, тут же разозлилась и начала отчитывать сына, который стал пререкаться в ответ.

И вдруг в порыве ссоры женщина отвлеклась от дороги, не заметив резкого поворота, и их машину занесло на обочину, которая шла крутым склоном вниз к хвойному лесу. Скользя по мокрой от росы траве, машина полетела быстро вниз по холму.

Сдерживаемое педалью тормоза авто, бегущее между деревьями, пролетело вниз, и перед ним предстала гигантская ель. При виде этой махины могло показаться, что ее могучий ствол просто невозможно обогнуть, но женщина со всей силой устремила машину влево, чтобы удар оказался касательным. Столкновение пришлось на правую часть автомобиля, а сидение водительницы, к счастью, было слева.

Небольшой дымок от машины медленно поплыл в воздухе. Куда-то улетело переднее правое колесо, пока левое все еще вертелось, приподнявшись от удара. Весь корпус машины монотонно дрожал и пыхтел.

Мальчик, испуганно зажавшийся сзади, у дверцы, открыл глаза и медленно заглянул в треснувшее окно. За ним была только глухая чаща леса. С трудом открыв дверь, он вышел, а точнее выпал на землю, покрытую хвойными иголками и суховатой травой. Оглядевшись и не найдя по близости дороги, он поспешил достать свой телефон и нервно дрожащими руками поднял его выше, надеясь поймать связь, но все было тщетно. Ругаясь и не зная, что делать, он засунул телефон обратно в карман и подбежал к машине.

Автомобиль был в ужасном состоянии. Весь удар пришелся на правую часть машины, которая смялась словно листок бумаги, дымясь и воняя едкими парами. Мама мальчика потеряла сознание из-за большого количества травм. Дверь почему-то заела: как бы он не старался, открыть ее так и не смог. Тогда он стал пытаться пролезть в салон, чтобы вытащить ее оттуда. В конце концов, отломав сидения, мешающие пробраться вперед, мальчик смог вытащить свою маму из машины. Ужаснувшись при виде сломанной руки, из которой торчала кость, он начал искать аптечку. Кое-как открыв багажник, он разрыл все чемоданы и наконец нашел бинты, лекарства и какие-то вещи, которые можно было использовать для оказания первой помощи. До вечера провозившись с мамой и уложив ее на задних сидениях машины, которые кое-как вытащил из машины, парень попытался позвать на помощь, еще раз посмотреть есть ли связь, но ничего из этого не выходило. Ему не хотелось оставлять маму в таком состоянии одну, поэтому он решил, что местность осмотрит на следующий день.

Позже он с третьей попытки разжег костер, который из-за ветра постоянно погасал. И уже темной ночью сидя у огня, попытался внятно обдумать ситуацию. Получается, он находится в совершенно незнакомом лесу рядом с дорогой, по которой никто и не ездит. Его мама сильно ранена, навряд ли сможет даже ходить. Он абсолютно не знает, что делать дальше и у кого просить помощи. К тому же неясно, что будет с машиной. А вдруг она взорвется? Спать в ней опасно, но спать под открытым небом тоже далеко не удобно! А если нападут дикие звери? Всё-таки это Сибирь… Волнения, безысходность, надежда и страх сменяли друг друга с невероятной скоростью. В конце концов он решил, что с него хватит и, укрывшись курткой, лег спать.

Прошло около часа. Костер потух, а угольно-черная ночь без малейшей капли света была в самом разгаре. Вдруг мальчик неожиданно проснулся. Где-то поблизости шуршала трава, словно кто-то медленно приближался к ним, желая остаться незамеченным. Шорох увеличивался. Этот кто-то уже сравнялся с машиной и словно начал ее изучать. От страха мальчик боялся даже дышать, но ночной гость, видимо, потеряв интерес к машине и то ли не заметив людей, то ли не решившись к ним подойти, стал удаляться. Наконец шорох совсем прекратился.

На утро мальчик отправился исследовать территорию леса. Он увидел однообразные стволы высоких елей, несколько раз споткнулся о валявшиеся в траве шишки, наблюдая за прыгающими по деревьям белками. Мимо пробежала ежиха с ежатами. Вместе они быстро-быстро неслись вперед, легонько шурша травой, в которой росли рыжие лисички, небольшие маслята и красные шапочки мухоморов.

Небо над головой было ясное: солнце пускало свои нити-лучи, греющие теплотой и играющие солнечными зайчиками, отражаясь в капельках росы. Прогуливаться было приятно, спокойно и свежо. Но нужно было вернуться обратно до прихода сумерек, а дорогу он прошел дальнюю.

Мальчик надеялся найти хотя бы одного грибника или лесничего, который бы помог им. Но никого не было, только какие-то птицы порхали среди деревьев.

На следующую ночь мальчик совсем не мог заснуть. Он крутился с боку на бок и в конце концов лег лицом к костру, за которым на этот раз открывалась освещенная лунным светом полянка. И вот мальчик услышал знакомый шорох травы, и из чащи леса показалась темная фигура, медленно приближающаяся к полянке. Тень дорожкой двинулась за силуэтом, казавшимся большим и могучим в ночи. Принадлежали очертания, по-видимому, рыси, которая выходила каждую ночь на эту полянку охотиться. Притаившись в траве, грациозная охотница стала выждать добычу.

Спустя минут двадцать долгого ожидания со стороны леса, хромая, прискакала зайчиха и с шумом упала в траву. Бедное животное, видимо, попало в капкан.

Хищница приготовилась напасть на раненную жертву. Но та, услышав шорох, вскочила и, припадая к земле, поскакала в чащу леса. Рысь резко бросилась за ней и, мгновенно догнав, повалила жертву наземь. Охотница взяла свою добычу и поспешно скрылась.

Наблюдавший за этим мальчик испытал и страх, и удивление, и пришедшее в конце безразличие. «Не будь тут этой кошки, – думал он. – Зайчиха бы померла, а я бы потом пожарил ее на костре».

Утром парень решил пойти в другую строну от полянки. Ломая по пути ветки, он размышлял, что раз зайчиха была ранена из-за капкана, то значит сюда точно заходят охотники, а значит у него появился шанс выбраться из этого леса.

Вдруг в кустах мальчик заметил человека. Он охотился, прячась в зарослях, практически незаметный из-за камуфляжа. Охотник уже собирался выстрелить в притаившееся животное, но ветка под ногами мальчика хрустнула, и человек с ружьем промахнулся. А зверь, которым была та самая рысь, что мальчик видел ночью, успела убежать.

К удивлению парня, охотник так разозлился, что чуть было не сломал ружье, стукнув им по бревну. Потом он заметил виновника. От этого злобного взгляда по спине пробежали мурашки, и парень даже отошел на несколько шагов назад, боясь, что человек набросится на него, страшнее чем это сделала рысь, кидаясь на раненную зайчиху. Но человек помедлил, разжав стиснутые кулаки и взяв ружье, пошел по следам убежавшего животного. Тогда мальчик нашел в себе силы последовать за охотником и попросить его о помощи, но человек ответил сухо, с нотками ярко выраженной злости:

– Мне некогда, я занят.

Мальчик опешил.

– Но нам срочно нужна ваша помощь! Случилась авария, моя мама ранена, прошу вас, – взмолился он.

– Я же сказал, не сейчас! – рявкнул тот, что чуть деревья не затряслись. Потом сам же опешив, стал говорить тише, – Пошел вон, пока я тебя самого не застрелил.

– Но… за что?

– За то, что лезешь не в свое дело. А теперь исчезни!

Мальчик, разгневавшись от услышанного, напрямую спросил:

– Хорошо, но сначала скажите, почему вам убийство какой-то рыси важнее, чем помощь людям?

– Да потому что за ее шкуру мне хорошо заплатят, идиот. – прошипел охотник, оттолкнув парня. – Она дороже жизней таких, как вы, шатающихся по этим дорогам и не умеющим водить. А я охочусь ради денег, которые мне пообещал отвалить один богатенький коллекционер. Я не хочу проторчать в лесу всю жизнь, мне осточертело подбирать за вами мусор. Поэтому я и стал работать не только егерем, но и охотником. Скажешь, что так не должно быть, да? Ты, наивный дурак, скоро сам станешь работать на таких, как мои клиенты. А этому депутату, кстати, самому запретили охотиться. Вот он и обратился ко мне. Ему как раз не хватает шкуры этой рыси, он ради нее готов отдать приличную сумму. А что дадите мне за помощь вы? Спасибо? Да зачем оно мне надо! Раненых ничтожных животных лучше добить, я считаю. Чтоб не мучились. Ты этого хочешь?

– Нет, но ведь это… – хотел было возразить ему парень, но охотник резко остановился, приготовив ружье.

Мальчик понял, что уж лучше ему не испытывать судьбу и тихо попятился назад, а затем побежал со всех ног.

Вернувшись и решив пройти по той тропе, которая вела вверх к проезжей части, мальчик с трудом забрался по склону и, присев на обочину решил подождать какую-нибудь машину, чтобы попросить помощи. Но дорога и вправду была «мертвой»: спустя два часа томительного ожидания он в конце концов последовал обратно в кювет, где уже два дня стояла сломанная машина.

И что делать дальше? Если сам он просто неспособен починить авто, а у его матери сломана рука, если нет того, кто оказал бы помощь, ведь даже егерь занят своими идеями, совершенно наплевав на тех, кому нужна помощь, но зато очень интересуясь убийством животных. Неужели смириться?..

Справа лес, слева лес, спереди и сзади горы. И никого… Остаток дня он провел в поисках новых способов выбраться оттуда. Идти по проезжей части было бессмысленно: дорога была дальняя, и чтобы пешком добраться до их частного дома или до какого-нибудь посёлка нужно было пройти как минимум половину трассы.

Мальчик пошел искать тропы и ручьи, но лишь еще больше заблудился. А сам лес был полон живности, разнообразной, редкой, дикой. Ему встретились дикие кабаны, сурки и даже змеи, на одну из которых он чуть не наступил. Змея, скорее всего гадюка, была довольно крупной, серой и была готова наброситься, но мальчику удалось вовремя отскочить от нее в сторону, и та уползла восвояси.

И вот он вдруг оказались на той же поляне, откуда и ушел. Все та же безнадежно сломанная машина, все те же деревья-истуканы и та же одинокая лесная тишина… Его мама, которая всё это время пыталась поймать связь, спросила об успехах его экспедиции.

– Всё. – устало сказал парень, сев на кресло. – Это тупик. Идти больше некуда, ждать больше нечего.

Его мама ответила лишь тихим, отчаянным вздохом.

А сильный ветер согнул верхушки елей, плачевно поддающихся его власти, и, грузно отбросив их в сторону, полетел дальше. Стали собираться тучи. Тяжелая капля упала на землю и скрылась в траве, а за ней тут же последовала другая, третья, еще одна. Началась гроза. Парень с женщиной забрались на задние сидения машины, а по крыше забарабанил дождь.

Ночь была мучительно долгой. Холод сковывал. Крыша стала протекать.

В середине ночи парню сделалось плохо, и он тихонько выбрался наружу. Ливень прошел. Небо постепенно светлело, и в просвете туч засветила бледным, скованным, невольным светом луна, не желающая покидать небосвод. На земле образовались лужи, отражающие таинственный свет ночного солнца. Парень грустно заглянул в одну из них. Перед ним предстало ужасно бледное, измученное и уставшее лицо. Он словно повзрослел за это время, изменился до неузнаваемости. До этого ему не было известно уныние, такой дикий страх и нарастающая безысходность. И вот он смотрит на себя, стоящего посреди холодного, жестокого леса, вместо теплого дома, проводя день рождения в попытках выжить, а не умереть от голода и холода.

И вот, скованный нарастающим чувством гнева и страха за себя, он разъярённо ударил ногой по луже, что брызги разлетелись повсюду новым дождем. Он вдруг почувствовал себя таким обиженным и брошенным, что ему захотелось превзойти здесь всех до единого и по силе, и по власти.

Утром, после очередного дождя парень пошел в туже сторону, где до этого повстречал егеря, охотившегося на рысь.

Наконец он увидел знакомое дерево, под котором сидела грациозная и сильная кошка. Она обгладывала кость, сдирая мясо большими кусками. Парень подметил, что она была касательно ранена в лапу – на гладкой, дорогой шерсти виднелась кровь. Значит, охотник уже близок к желанной цели, вероятно, он будет и сегодня ее искать, чтобы сделать последний выстрел.

Парень аккуратно спрятался среди деревьев, дожидаясь своей добычи. Ему хотелось заполучить ружье, чтобы заставить егеря вывести их оттуда.

Через некоторое время появилась фигура человека с ружьем. Он тихо пробирался к рыси, настолько тихо, что парень даже удивился такому навыку лесничего.

Мальчик поднял с травы тяжелую, толстую ветку и дал охотнику немного времени решить, что кроме него и рыси в долине никого нет. Тогда он стал медленно подходить к егерю, встав за его спиной, резко размахнулся и ударил того по голове. Охотник повалился на бок от удара, но ружья не отпустил, а рысь, услышав громкий звук, убежала в чащу леса.

Парень бросился на егеря, выдирая из его рук ружье, но тот мертвой хваткой вцепился в него, стараясь свалить с себя взбесившегося парня, который уже душил, кусал, ломал руки своему врагу. Мужчина был больше и крупнее, поэтому, сильно ударив мальчика ружьем по голове, освободился от его цепких рук, и смог сделать несколько слепых выстрелов в сторону парня.

Вдруг стало тихо. Охотник, кряхтя, поднялся и осмотрелся. Мальчика нигде не было. Это смутило егеря, поэтому он, приготовив ружье, стал медленно ходить вокруг себя, чтобы, заметив опасность, сразу справиться с ней.

Ожидание затянулось. У охотника начали сдавать нервы. Прерывисто двигаясь, он кричал в сторону леса: «Выходи! Сейчас же!»

На его крики никто не отвечал. Вдруг откуда-то сверху прилетела шишка. Охотник, посчитав, что нашел место, где прячется враг, стал беспощадно стрелять по высоким елям. Как вдруг на него снова напал парень, повалив егеря лицом в траву. Со всей силой ударив его в затылок, он почувствовал, что враг ослаб, и поспешно выхватил у него из рук ружье.

Направив на охотника оружие, мальчик поднялся и ногой пнул врага, чтобы тот оказался перед ним лицом. Изуродованная ненавистью гримаса егеря злобно уставилось на парня, но тот ответил лишь презрительным взглядом и сказал:

– Если ты хочешь получить обратно свое ружье, то сперва выведи нас из леса.

– Да кому ты нужен, – прошипел лесничий, – Кто ты вообще такой, чтобы приказывать мне? Ты даже стрелять не умеешь!

В ответ рядом с охотником пролетели две пули. Тот тут же вскочил и последовал под прицеленным ружьем к машине, которую ему потом пришлось вывозить вместе с семьей, радовавшейся скорым возвращением в город.

Второй раз они не поехали в загородный дом, а в последствии переехали из небольшого города, окруженного со всех сторон горами и лесами, в столицу, продав и старую квартиру, и свой частный дом.

В большом городе им удалось начать новую жизнь в отличие от егеря. Несмотря на то, что парень с мамой пытались подать на того в суд, он вышел сухим из воды, ведь ни один из его клиентов ни за что бы не признался в сотрудничестве с ним. Из-за этого дело замяли. Егерь так и не смог осуществить свои коварные планы по убийству рыси: она исчезла оттуда, вероятно, найдя новое место, где меньше дорог и бешенных людей. В итоге егерь лишился и клиента, и даже своего собственного дома из-за случившегося по непонятным причинам пожара. Новый дом ему пообещали, но спустя даже три года так и не построили. А жить он продолжил в сделанном из веток и сучьев шалашике, неудачно пытаясь ловить с помощью своего старого ружья местных кабанов, которые в качестве мести раз за разом сносили его скудный и плачевный дом.

Май 2021

Я пишу стихи с 11 лет

***

Я пишу стихи с одиннадцати лет,

Бесплатно предлагала, но слышала лишь «нет».

Мне говорили: «Рано, надо нам постарше».

Я выросла, но слышала, что нужно бы помладше.

Что же им всем надо? Чтоб я платила дань?

То-то они тянут так беспринципно длань.

Не руку подают, а ждут лишь предоплаты.

Зато теперь мне ясно, что им всем тут надо.

Но как бы я не пела и что б я не сказала,

Талантами такими я не располагала.

Чтобы вылезти, прославиться, денежки нужны.

Чтоб жить мне в Капитолии да и не знать нужды.

Для этого лишь нужен богатенький отец,

А если его нет, то что ж, тебе конец.

Чтоб не в Голодных играх, а в счастье и покое,

Но я боюсь представить, сколько это стоит.

А у меня вот папочки априори нет.

Но я пишу стихи с одиннадцати лет.

2023

«Работа, работа и снова работа»

Есть у меня одна давняя подруга.

Но сейчас она схватила какого-то недуга.

Говорит: «Я уж давно, как рабыня, маюсь,

Мне же говорят, что совсем я не стараюсь.

Я без конца работаю, не только за себя.

Но получаю мало да, словом, ни хрена!»

Я ж ей говорю: «Помилуй! Ну зачем

Ты так себя замучила ради сволочей?

Давно уже пора оттуда уходить,

Вопрос тут не как выжить, а как дальше жить.

И выбора, признайся, у тебя и нет.

Зачем же тратить столько на это сил и лет?»

Позицию мою, ой, трудно ей понять.

Куда же уходить? Ведь надо выживать!

А вдруг туда не примут, а вдруг ей там откажут.

И что же делать дальше? Как тут быть отважной?

В этом бренном мире надо ей крутиться,

Но ей сулит, пожалуй, отпуск лишь в больнице.

Уходит на работу где-то в шесть утра.

Мешки уж под глазами, совсем нет ночью сна.

От неудобных стульев болит, скрипит спина.

Уже давно не видят усталые глаза.

С хронической простудой не первый год живет.

И хочется спросить, на что весь труд идёт?

На то, чтоб на лекарства деньги все потратить?

На то, чтобы мечтать, что вдруг на хату хватит?

Подруга, ну послушай. Пора остановится!

Лес не дом родной, работа не волчица!

А крыша-то уедет, шифером шурша.

Изноется, измучится вся твоя душа.

Ну в воскресенье хоть немного отдохни.

И на час подольше, чем в будни, ты поспи.

Июль 2021 года

«День рождения»

День проходит как обычно,

Провели ль его прилично?

Не к чему нам тосковать,

Иль не надо было ждать?

Но подарки все забрали,

И зачем мы так мечтали,

Ведь все радости ушли,

Да и не сбылись они…

О, мечты, мечты мои,

Мне казалось, что они

Ещё год тому назад

Были легче всех преград.

«А теперь где все оно?»

– Грустно я смотрю в окно.

Где награды, где пиры?

О, мой друг, мы так стары!

Ещё на год постарели,

Косточками поскрипели.

А рождение б отмечать,

Что ж придётся снова ждать.

Июль 2021

«Ханна»

Видели ту даму?

Бархат, шёлк в косе.

Кто не знает Ханну?

Ханну знают все.

Она есть Совершенство,

Милый идеал.

Каково блаженство!

Выше всех похвал!

Благороднее она

И лучше королевы,

От неё ведь без ума

Сотни кавалеров.

Голос – сладкий звон,

Как миллион монет.

Есть московский дом,

Однако ее нет.

Франция, Италия,

Алтай, приморский Крым,

Давно он при желании

Ею куплен был.

А все дело в том,

Что ее отец

Удачно сел на трон.

Хороший он делец.

Денег-то немало

Он состряпать смог.

На Олимпе славном

Не последний бог.

Дочь же его стала

Достоянием нации.

Москва о ней узнала

Благодаря сенсации.

Такие девы красные

Бывают очень мстительны.

Их силы столь опасные,

Для парней губительны.

Один упал сам с крыши,

Другой же отравился.

А третий был потише,

Но чуть не удавился.

Четвёртый пианист

Пальцев вдруг лишился,

А смелый гитарист

Под суд уж сам свалился.

А вышла-то считалочка

Про десять негритят,

А наша-то русалочка

Да в новенький наряд.

Шёлк нежный и вельвет

Ее вновь украшают.

И громкий шум монет

О том лишь извещает.

В МГУ-то учится,

Вопросы-то решает.

И никогда не мучится,

Ничто ей не мешает.

Пишу не эпиграмму

Ее уму, красе.

Но кто знает Ханну?

Ханну знают все.

Октябрь 2021

***

Его карие глаза,

Точно дикие леса,

Точно поздняя заря

В середине октября.

С этим взглядом дикаря,

Скажет просто, не мудря,

«Знай, я получу тебя,

Нас лишь мучая, губя».

И плевать на эту гибель!

Пусть умрём там, на отшибе,

Путь утопнем под дождём,

Но домой мы не пойдём!

Я хочу, чтоб была осень,

Чтоб среди печальных сосен,

Его карие глаза

Лишь смотрели на меня.

Я хочу, чтоб было лето,

Чтобы средь цветов расцвета,

Он был, ну, не то, чтоб ель.

Лишь бы главное, не пень.

Вот закончились сравнения,

Как мои к нему стремления.

В мире много карих глаз,

С ними встречусь я не раз.

А те серые глаза,

Точно яхты паруса,

Точно молния, гроза,

И печальны небеса.

Точно в зеркало смотрю,

Но не вижу ни зарю,

Ни того, что я хочу.

Их я тоже отпущу.

Для зелёных же очей

Рифму подобрать трудней.

С ним, пожалуй, веселей.

И средь кудрей, как огней,

Глаза цвета… овощей.

Да, среди зеленоглазых,

Нет судьбы моей прекрасной.

Эти синие глаза,

Точно буйные моря,

То ль сапфир, то ль бирюза,

Ясно небо января…

Он посмотрит этим взглядом,

Ничего уж мне не надо!

Точно лёд он в жаркий день,

Как вода, как голубень.

Плох уж из меня Есенин.

Миг любви к весне мгновенен.

А глаза, ну да, прекрасны,

Но жестоки и опасны.

Эти чёрные глаза,

Боже, где их я нашла?

Смотрят, душу, ах, лихие,

Уж спасибо, не косые.

И хитры, как у волков,

Вот она моя любовь!

А стих выдался плохой,

Я романтик никакой!

11 января 2023 года

«Порушка-Параня 2.0»

Уж ты, Порушка-Параня,

Еще любишь ты Ивана,

Ещё любишь ты Ивана,

Чья головушка кудрява?

Ах, ты Ванюшка-Ванюша.

Что ж ты медлишь, дорогуша?

Что ж ты скажешь мне, милок?

Ой, лихой ты мужичок.

Что ж ты раньше обнимал

Да уста мне лобызал.

Пел про то, что из-за моря

Ты привёз бы мне фарфора.

Но замест фарфора ты,

Ты привёз мне суеты.

Ты привёз мне из-за моря

Много слез, тоски горя.

Уж ты, Порушка-Параня,

Как не любишь ты Ивана,

Как не любишь ты Ивана,

Чья головушка кудрява?

Не люблю теперь Ивана,

Чья головушка кудрява,

Из избы сор вынесла

Да покой я обрела.

Ах, любить за то Ивана,

Что головушка кудрява,

А бородка кручерява,

Может только лишь раззява.

Ах, любила я Ивана,

Ах, любила хулигана.

Он к Любавушке ходил,

Вокруг носа всех водил.

Уж ты, Порушка-Параня,

Не любила б ты Ивана,

Не любила б ты Ивана,

Чья головушка кудрява.

Как мне было не любить

Да Ивана позабыть?

Как любила я Ивана,

Чья головушка кудрява!

Я любила, восхваляла,

С ним гуляла, танцевала,

Величала суженным,

Суженным-недюжинным.

А теперь Иван мой с Глашкой,

Дарит с поля ей ромашки,

Он ей сказочки читает

Да в уста ее лобзает.

Ах ты, Глашка, не блажи

Да Ванюшу не люби.

Да Ванюшу не люби.

Да не верь его ты лжи.

Уж ты, Порушка-Параня,

Не любила ты Ивана,

Не любила ты Ивана,

Чья головушка кудрява.

А он пел, что это я,

Я его губила зря.

Да рассыпала печаль

По его ясным очам.

Ох, ты сударь-сударек,

Как ты едко брешить мог?

Да пустил невет по миру,

Все поверили на диво!

Уж ты, Порушка-Параня,

Еще любишь ты Ивана?

Я Ванюшу не люблю,

А коль встречу, убегу.

Уж ты, Порушка-Параня,

Как не любишь ты Ивана?

Я Ванюшу не люблю,

А коль встречу, убегу.

Лето 2023

«Письмо Деду Морозу»

Время бежит за тобой как угроза,

Но ты до сих пор ждёшь Деда Мороза,

Чувак, ну, работать так-то пора.

А ты все ждёшь чуда и удачи сполна.

Ты ждешь, что под елкой найдешь ноутбук,

Что ночью услышишь шагов его стук.

Но папа твой стар и не купит уже

Взрослому сыну желанных вещей.

Ты пишешь письмо, оставляя помарки.

Заказывая себе чудеса и подарки,

Сочиняешь до ночи новогоднюю прозу,

Отправляя опять письмо Деду Морозу.

Вот утро настало, под елку ты смотришь,

Но там, кроме мусора, ничего не находишь.

Зря Новый год ты уверенно ждал.

Волшебник отправил тебя уже в спам.

Зима 2020-2021 гг.

«Навеки проститься»

Точно капля в море,

Как в лесу травинка,

Твоя влюблённость вскоре

Растает будто льдинка.

А мир будет крутиться,

Ему до нас нет дела.

Не лучше ль нам смириться,

Прям как ты хотела?

И навеки проститься.

И жить, как жила до меня.

Один раз присниться,

Забыть обо мне навсегда.

Навеки проститься.

Забыть эти все времена.

В другого влюбится.

И не вспоминать меня никогда.

Ангел мой родной,

Ангел улетевший.

Скучно жить одной

С такой душой мятежной

А мир будет крутиться,

Он крутиться всегда.

Ты можешь возвратиться,

Но я не вернусь никогда.

Навеки проститься.

И жить, как жила до меня.

Один раз присниться,

Забыть обо мне навсегда.

Навеки проститься,

Продолжить жизненный путь.

Не грустить и не злиться.

Спокойно от всех отдохнуть.

Навеки проститься.

И просто смириться.

Продолжить свой жизненный путь.

И снова влюбиться.

Повеселиться.

И первый раз в жизни рискнуть.

Больше не суетиться,

Наконец-то забыться.

Весь мир много раз обогнуть.

Навеки проститься.

И жить, как жила до меня.

Один раз присниться,

Забыть обо мне навсегда

Навеки проститься.

Выдохнуть прямо сейчас.

И освободиться.

От пут, только душащих нас.

Навеки проститься.

2023 год

«Мэйбл»

Представьте, если б было нас двое:

У меня, возможно, мог бы быть брат.

Но то ли его вовсе не было, то ли

Я его съела. Что же, виват!

Ладно, шучу. Вероятно, ошиблись

Врачи. Да, бывало такое не раз.

Может, как-то мы с братиком слиплись,

А может, никогда и не было «нас».

Но если б мы были, то как бы общались?

Был бы каким наш с ним скромный тандем?

Мы бы дрались, мы бы смеялись?

И если б мы были, то были бы кем?

Я Мэйбл, он Диппер, и мы бы стремились

Навеки союз наш родной сохранить.

Интересно, чего бы мы вместе добились?

Стали б мы вместе создавать и творить?

Он был бы мой разум, а я – его сердце.

Мы б дополняли друг друга всегда.

Нам бы хватило всех этих инерций,

Мы горы сдвинули бы все на раз-два.

Но Диппера нет, я одна в этом мире.

Надо бы тоже мнетэто учесть.

Зато не делю ни с кем место в квартире.

А Мэйбл-то я, она здесь, она есть.

2023 год

***

Тот, кто спит в моем сознании,

Будет вечно там искать

Сердце, душу, страх, мечтания.

Убивать их и топтать.

Он пройдётся по любви,

Он отнимет все стихи.

Он жесток и беспощаден.

Он противен, и он жаден.

Не люблю я, ненавижу

Его тусклые глаза

Я толкну его, обижу,

Но он будет там всегда.

Ищет себе место в мире

Не наивно, а жестоко,

Он отнимет все, что было,

Скажет злобно: «И всего-то?»

Он желает, чтоб лишь страх

Был в сердцах всех и в умах,

Деньги, слава, власть и страсть –

Только это ему всласть.

Он не верует в любовь,

Не шевельнет он даже бровь,

Видя чей-то плач, страдания.

Что они ему? Не знаю,

Право, я не понимаю,

Что мне делать, как мне быть?

Может, мне его убить?

Но если я так поступлю,

Если я его убью,

Он окажется на воле.

Вот тогда-то будет горе.

Он есть я, а я есть он.

Он в сознании моём.

Октябрь 2021 года

1860

Из пригородного питейного заведения вышел молодой человек, по одеянию своему педант и денди, и уверенным шагом тронулся в Санкт-Петербургскую губернию. Сей юноша был одет в суконный фрак и атласный жилет; на лице его не было признака благородности, но зато вольная усмешка, чёрные усы, никак не схожие с копной его русых кудрявых волос; крепкий склад его торса был здрав и могуч.

Молодой господин торопился оказаться на вечере у одного влиятельного губернаторского чиновника, куда он был на днях столь любезно приглашён его женою. Прежде наш прекрасный юноша не знался в Петербурге, и только лишь намедни он явился на торжественный обед, на котором сразу же привлёк внимание всех молодых дам и отцов, которые искали дочерям своим партию выгодную и состоятельную, при этом находящуюся ещё не в самом позднем соку.

С того же времени о нем заговорили в обществе не только городских чиновников, но и порядочных помещиков. С каждым новым своим появлением о юноше ходили всё более красочные сплетни. Мол, был он молодым барином, в чьём владении было триста душ крепостных, а состояние превышало капитал всех средних загородных помещиков. Дворянин, но буржуа, вольнодумец, но ревностный государственный деятель, офицер, но поэт, женатый, но холостой. Такие слухи ходили о нем в светском обществе.

По году рождения ему было осемьнадцать лет, но многим казался он старше, ибо носил затертые фраки и старые офицерские сапоги. На вечере он всегда был в обществе милейших дам, которые видели в нем романтического героя. Он умел представить себя, особо не усердствуя, дивя знать своими непривычными, чуждыми танцами и чудаковатым нравом, иначе говоря, молодой человек совсем не был свойственным для светского общества. Но он был невероятно харизматичен и артистичен, потому и пришёлся им по вкусу.

После полуночи юноша покинул бал и направился в губернию, откуда, пройдя пешком не более десяти верст, добрался до видного поместья. Но, обойдя главные ворота, молодой человек отыскал между дубовыми столбами прореху и ловко пролез чрез неё. Оказавшись в деревне, он, стараясь остаться незамеченным, поспешил скрыться в одном стареньком домишке, приютившимся у самых ворот. Там он скоро-наскоро разделся, сменив фрак на косоворотку, а цилиндр на картуз. Всю барскую одежду он сложил в мешок и спрятал под койку. Сам лёг сверху и задремал. В летнюю ночь в избе было не холодно, однако старые половицы сквозили на славу. Но это никак не тревожило сон нашего героя.

Звали его Никита Савельич Кудрячков, и был он крепостным.

Поутру рано встав, ещё до петухов, он, никем не встреченный, успел навестить барский дом. Это было самобытное здание, которое никак не могло бы верстаться со Стрельней или Гатчиной, но все же радовало взор своей добротной русской простотой. Вокруг стояли дома крепостных, у которых обязательно располагались хлева и огородники, а чуть поодаль лоснилась хлебородная пахотная земля.

Ближе к барскому дому стояла белокаменная церковь, в которой ежедневно проводились службы. Была и школа, построенная по приказу барина для обучения грамоте крестьянских детей, и даже порядочный сад, где под тенью берёз стояли скамьи для покойного отдыха, ярко цвела зелень, разросся львиный зев, венерин башмачок и мирно благоухали кусты сирени.

Внутри барский дом был тоже скромный, но искусный. В гостиной стоял диван, сделанный нашими русскими мастерами, красовался сервант, внутри которого стояла гжельская посуда и стеклянные бокалы, а на стенах висели картины знаменитых полководцев и самого хозяина с его сестрой, отцом и матерью.

Хозяин этой усадебки, дворянин Невский, всю жизнь защищавший честь и славу семьи, государства и народа в не таком уж высоком военном чине, был подполковником, участвовавшем в войне с Турцией, трижды раненный, прошедший Кавказ на одной ноге и вернувшийся оттуда живым, однако искалеченным и ещё не в старости седым. Его сестра, хранившая все это время покой их родового имения, умерла, а наследников счастья ни у кого не оказалось, поэтому бывалый боец в мундире, не так уж добротно увенчанном орденами и медалями, ушёл в отставку и занялся хозяйством.

Старшая сестра его держала усадьбу строго и скупо. Никогда не тратила лишней копейки, если, конечно, не на себя, читала все «сказки»¹ и знала расписание всех налоговых сборов, но то ль к счастью, то ль к беде, сама с крестьян лишнего не брала, ибо брать с них и так было нечего.

Брат её хотел иного порядка в деревне. Как только похоронил он сестру, так сразу же заявил, мол, так-то, так-то, а я от вас, крестьян, требую следующего, и перечислил: каждый имеет право на выбранную им или его семьёй сельскохозяйственную работу, на разрешенный временный отдых, на желаемое обучение выбранным наукам и грамоте сверх обязательного и на полноправное самостоятельное решение бытовых вопросов и споров. Однако крестьянин и члены его семьи обязаны: обучиться грамоте и получить опыт в той или иной хозяйственной или другой работе, что выполняется им по собственному выбору, соблюдать основные положения деревни и распоряжения барина, платить в установленном объёме барщину (в иных случаях иметь при себе вескую причину или отвод по обговоренным обстоятельствам).

Павел Константинович (так его звали по имени и отчеству) не был вдохновенным сторонником либерализма, но считал, что имея свободную рабочую силу, государство развивалось бы быстрее и выгодней, а армия была бы сильнее, нежели по тем временам. «Крестьяне должны получить свободу, но постепенно. – говорил он. – Сначала земельку свою, потом грамоту должную, права человеческие, и тогда уже будет у нас всё спокойно, без бунтов да волнений». Был ли он прав, судить не нам, однако его крестьяне жаловаться не могли. Всего у них хватало, барин тираном не был, да и радости человеческие они знали, поэтому относилось к Павлу Константиновичу тепло, с любовью.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

В смысле «ревизские сказки» – документы, в которых были зафиксированы результаты ревизий, или переписей населения. Это переписи податного (то есть обязанного платить налоги) населения, которые составлялись в XVIII – середине XIX веков, позволявшие повышать собираемость налога

Вернуться