Дневники Даны Подозрительный писатель

Глава 1: Игра в кошки-мышки

Мой новый цвет волос – горький шоколад, с медными искрами, которые вспыхивают при свете софитов. Именно такой блеск я хотела сегодня. Не мягкий, не нежный, а дерзкий, предупреждающий. Зеркало в лифте подтверждает: я выгляжу как женщина, которая пришла не просто послушать чьи-то стихи, а чтобы найти сюжет для своей собственной, ещё не написанной, истории.

Литературный вечер в «Подвале поэтов» – моя ежемесячная витаминка. Здесь пахло старыми книгами, дорогим кофе и тщеславием. Я взяла бокал белого и заняла свою привычную позицию – у высокой колонны, с которой видно весь зал. Я наблюдала. Это моё любимое занятие: читать людей, как открытые книги.

Именно тогда я увидела его.

Он сидел в дальнем углу, в тени, почти сливаясь со стеной, обитой тёмным бархатом. Но его невозможно было не заметить. Не из-за яркой внешности – нет, он был в простой чёрной водолазке, руки глубоко в карманах поношенных джинсов. А из-за ауры абсолютной отстранённости. Пока все вокруг ловили каждое слово чтеца, кивали, хихикали, он смотрел в пространство перед собой, словно видел там совсем другой, куда более интересный фильм. Его профиль был резким, угловатым, а губы плотно сжаты в тонкую нить.

Интересно, подумала я. Кто ты, мрачный незнакомец?

Когда объявили антракт, он вышел в крохотный дворик для курения один. Я последовала, будто случайно.

Он стоял, прислонившись к кирпичной стене, и курил, глядя на мокрую от недавнего дождя мостовую. Дождевые капли, пойманные светом фонаря, сверкали у него в тёмных волосах.

– Стихи сегодня слишком сладкие, – сказала я, останавливаясь рядом и доставая воображаемую сигарету. У меня не было ни одной, но был повод заговорить. – Не хватает яда.

Он медленно повернул голову. Его глаза были цвета промокшего асфальта – серые, с холодными зелёными искорками внутри. Он окинул меня оценивающим, почти детективным взглядом – от маникюра цвета оксида до острых носков моих лодочек.

– А вы, видимо, предпочитаете горький вкус, – произнёс он наконец. Голос низкий, немного хрипловатый, как будто от долгого молчания. – Судя по всему.

Он имел в виду мою реплику или цвет волос? Мне понравилась эта двусмысленность.

– Дана, – представилась я, протягивая руку.

Он на секунду задержал взгляд на моей ладони, затем разжал свои длинные пальцы и пожал её. Рука была тёплой и сухой, с легкими шероховатыми мозолями на подушечках пальцев.

– Марк.

– Ты часто здесь бываешь, Марк? – спросила я, переходя на «ты» легко и непринуждённо, как будто мы давно знакомы. Он не смутился.

– Первый раз. Меня… затащили. А вы?

– Я собираю впечатления, – честно ответила я. – Для личной коллекции.

Он усмехнулся. Это преобразило всё его лицо, сделав его моложе и опаснее одновременно.

– Коллекционер. Опасно́е хобби. Впечатления имеют свойство собирать коллекционера.

Мы говорили ещё минут десять. О книгах, о городе, о абсурдности таких вот вечеров. Он был умён, ироничен, его шутки были острыми и точными, как скальпель. Он не спрашивал, чем я занимаюсь, не пытался произвести впечатление. Он просто был. И в этой его самоуверенной, немного уставшей от мира целостности была дикая притягательность.

– Я, пожалуй, свалю, – вдруг сказал он, резко раздавив окурок. – Не могу больше выносить этот аромат духов и самовлюблённости.

– Побег? – улыбнулась я.

– Спасение, – поправил он. И вдруг его взгляд стал прямым, изучающим. – А вы? Не хотите сбежать? Хотя бы выпить кофе там, где его варят не для галочки?

Сердце ёкнуло. Игра началась. И это был мой ход.

– Только если ты выберешь место, – сказала я, глядя ему прямо в глаза. – Я терпеть не могу принимать решения после восьми вечера.

Он привёл меня в крошечную, пустую кофейню у реки. Мы сидели у окна, за которым мерцали отражения фонарей в тёмной воде. Он заказал два эспрессо, даже не спрашивая. Мне это понравилось.

– Так кто ты, Марк? – спросила я, обвивая пальцами горячую чашку. – Кроме того, что беглец с поэтических чтений.

Он помолчал, смотря на свой кофе.

– Строю дома из слов, – наконец сказал он. – И иногда они рушатся.

– Писатель? – во мне что-то встрепенулось.

– Что-то вроде того. Пишу детективы. Под псевдонимом.

Он назвал псевдоним. Я чуть не поперхнулась. Это было имя с обложек толстых книг, которые лежали на столиках в аэропортах. Мрачные, умные триллеры, которые я сама с удовольствием читала.

– Боже, – вырвалось у меня. – Так вот куда ты сбегаешь от самовлюблённости. В головы маньяков и следователей.

Он снова усмехнулся, но в этот раз улыбка не дошла до глаз.

– Это более честная компания.

Он рассказал, что живёт за городом, в переделанном под жильё старом вандале – просторном, пустом, полном книг и видом на лес. Описал это так, что я сразу увидела: высокие потолки, голые кирпичные стены, огромный дубовый стол, заваленный бумагами, и тишину, нарушаемую только стуком клавиатуры.

– Звучит как келья отшельника, – заметила я.

– Она и есть, – кивнул он. – Самодостаточная система. Пока не случаются сбои.

Его взгляд скользнул по мне, и я поняла, что сейчас я и есть потенциальный «сбой». От этого стало тепло и тревожно одновременно.

Мы проговорили до закрытия. Он провожал меня до такси. Ночь была прохладной, и я едва заметно дрожала – не от холода.

– Дана, – он остановился, заслонив меня от порыва ветра. – То, что я пишу… это часто про тьму. Про то, что люди скрывают. Ты уверена, что хочешь… коллекционировать такие впечатления?

В его голосе был вызов. И предупреждение.

Я подняла подбородок, чувствуя, как медные пряди касаются щёк.

– Я как раз ищу что-то не сладкое, помнишь? С ядом. С правдой.

Он медленно, будто давая мне время отпрянуть, прикоснулся тыльной стороной пальцев к моей щеке. Кожа под его прикосновением вспыхнула.

– Тогда до скорой встречи, – прошептал он. Его дыхание смешалось с парой от моего рта в холодном воздухе.

Он не стал просить номер. Не пообещал позвонить. Он просто повернулся и ушёл, растворившись в ночи, оставив меня стоять с бешено колотящимся сердцем и полной уверенностью, что это только начало.

Игра началась. И я, как дура, уже предвкушала каждое её мгновение.

Следующая неделя прошла в странном ритме. Он не писал. Не звонил. Я проверяла телефон с навязчивой частотой метронома, потом злилась на себя и убирала его подальше. Я погрузилась в работу, встречалась с подругами, пыталась читать. Но его молчание было громче любого сообщения. Оно висело в воздухе вопросом: а была ли эта встреча? Или он просто один из тех, кто любит только сам процесс охоты, а не добычу?

На восьмой день, ближе к полуночи, телефон наконец vibrated. Незнакомый номер. Сообщение было кратким, как выстрел:

«Строки не складываются. Мешает образ брюнетки у реки. Марк».

Я рассмеялась, сняв внезапное напряжение. Ответила, не думая:

«Брюнетке тоже мешают. Слишком громкие мысли о писателе-отшельнике. Дана».

Диалог начался. Он то возникал внезапными вспышками – серией сообщений, полных чёрного юмора и странных наблюдений за погодой за своим окном («Дождь стучит по крыше, как следователь в дверь»), то снова наступало молчание на день-два. Он никогда не писал «доброе утро» или «как дела». Его сообщения были как кусочки мозаики, из которых я пыталась сложить его портрет. Таинственный, умный, эмоционально скупой, но не бесчувственный. Наоборот, чувства, казалось, были спрятаны так глубоко, что их приходилось добывать, как руду.

Через две недели он прислал адрес и время: «Завтра. 20:00. Если осмелишься».

Это была не просьба, не приглашение. Это был вызов. И я, конечно же, его приняла.

Вандал оказался именно таким, как я представляла: огромное пространство с панорамными окнами в пол, за которыми гудел ночной лес. Внутри царил творческий хаос: стопки книг на полу, огромная доска, испещрённая схемами и фотографиями (я отвернулась, не желая подсматривать сюжет), и непременный дубовый стол. Пахло кофе, деревом и… одиночеством. Таким старым, въевшимся в стены.

Он открыл дверь босиком, в помятой серой футболке и тех же джинсах. Выглядел уставшим и потрясающе живым.

– Ты приехала, – сказал он, как констатацию факта, но в его глазах промелькнуло что-то похожее на удовлетворение.

– Ты сомневался?

– Всегда во всём сомневаюсь. Это профессиональная деформация.

Он налил мне вина. Мы сидели на огромном кожаном диване, и он рассказывал о новой книге, о сложностях сглаживания характера антагониста. Говорил увлечённо, его руки чертили в воздухе контуры сюжета. Я слушала, зачарованная. В этот момент он был не «Марком», загадочным незнакомцем, а творцом, открывающим кусочек своей вселенной.

– А ты не боишься, что твоя тьма поглотит? – спросила я тихо, когда он замолчал.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.