# Академия Предела. Не подлежит освобождению

Алиса Туманова

В Академию Предела не поступают.

Сюда доставляют тех, чья магия опаснее смерти.

Я – одна из них.

Моя сила способна нарушать законы мира, но каждое ее использование стирает часть меня: воспоминания, чувства, личность.

Мой куратор уже назначен и пугает меня до дрожи. Но хуже всего то, что именно он должен помочь мне здесь выжить… или просто решить, когда я стану слишком опасной, чтобы жить.

## Глава 1. В Академию Предела не поступают

Сюда доставляют.В Академию Предела не поступают.

Карета остановилась так резко, что меня швырнуло вперёд. Так останавливаются не у ворот, а у приговора. Цепи на запястьях звякнули, напоминая, что бежать некуда, даже если очень хочется.

– Прибыла, – коротко сказал конвоир за дверцей. Как будто я какой-то груз.

Я сделала медленный, осторожный вдох.

Если я потеряю контроль сейчас, они даже не станут открывать дверь.

Снаружи было холодно. Каменный двор, высокие стены, ни одного окна на первом уровне. Академия выглядела не как место учёбы, а как настоящая крепость, построенная против тех, кто внутри.

Меня вывели под руки. Цепи сняли демонстративно, с издёвкой. Их лица и позы красноречиво говорили: «Мы не боимся тебя». Я уже видела такие позы. Все это ложь. Показуха, самообман. Меня им не обмануть. Все они до чертиков меня боятся. Я и сама боюсь.

– Имя, – спросил мужчина в чёрном мундире у входа.

– Эйра, – ответила я. И добавила то, что обязана была добавить: – Носитель нестабильной магии. Класс угрозы – четвёртый.

Четвёртый класс здесь был не редкостью. А вот то, что я всё ещё жива – да.Он приподнял бровь. Совсем чуть-чуть.

– Добровольно? – выдавил встречающий формальность.

Я усмехнулась.

– Конечно.

Он не улыбнулся в ответ. Его застывшее лицо, наверное, вообще не умело улыбаться. Лишь махнул рукой, и меня провели внутрь. Каменные коридоры, запах пыли и чего-то горелого, как после заклинания, пошедшего не по плану. Мы прошли мимо дверей с номерами. За одной кто-то кричал. За другой смеялись слишком громко, слишком истерично.

– Не останавливайся, – сказал конвоир, заметив, как я замедлила шаг.

Я запоминала.Я и не собиралась.

Один человек стоял у окна, сложив руки за спиной. Высокий, тёмная одежда, скорее даже форма, но без каких-либо знаков отличия.Подойдя к широким распашным дверям, сопровождающий взмахнул рукой. Двери послушно отворились, открывая нам вид на зал приёма. Внутри было пусто. Почти.

Мужчина не обернулся сразу. Но он знал, что я здесь. И ждал он именно меня. По спине прошла волна дрожи от вида его крупной, точеной спины.

– Это она? – спросил он.

Голос спокойный. Слишком спокойный.

– Да, господин куратор.

Значит, мой.Куратор.

Он повернулся, оценил меня холодным взглядом, как лекарь перед ампутацией. Не зло. А что еще хуже – равнодушно.

– Снимите всё лишнее, – сказал он, глядя прямо на меня. – И оставьте нас.

– Вы хотите провести первичную проверку сейчас? – уточнил мужчина в мундире.

– Да.

Конвоиры вышли и заперли двери. Замки щёлкнули, и мы остались вдвоём.

– Ты знаешь, где ты? – спросил куратор.

– В Академии Предела.

– А зачем ты здесь?

– Потому что не умею не разрушать.Я помолчала. Потом ответила честно:

– Хорошо. Тогда начнём без иллюзий.Он кивнул.

Он поднял руку быстро, без предупреждения, и бросил в меня заклинание.

Инстинкт сработал раньше страха.

Заклинание исчезло. Растворилось во времени, будто никогда и не было создано. Не рассеялось. Не отразилось, как это мог бы сделать маг-защитник.Мир дёрнулся, как ткань, зацепившаяся за гвоздь.

Его просто не стало.

Я задыхалась. В груди резануло знакомой болью. В голове – пустота, как будто кто-то стёр слово, которое я только что знала.

Куратор медленно опустил руку.

– Интересно, – сказал он тихо. – Очень интересно.

Я посмотрела на него и вдруг поняла: он не проверял меня. Он проверял, стоит ли меня оставлять в живых. Я тяжело сглотнула, пытаясь привести себя в форму.

– Какой у меня шанс выйти отсюда? – спросила я.

– Чтобы решить, когда ты перестанешь быть угрозой.Он посмотрел прямо в глаза. – Из Академии Предела не выходят, Эйра. – Тогда зачем меня здесь держать?

– А если я не захочу?Я улыбнулась. Слабо и беспомощно.

– Тогда ты станешь примером.Он впервые сделал шаг ко мне.

Его слова врезались в мой разум отчетливым пониманием: учёба здесь – не самое страшное. Страшен будет финал, к которому меня готовят.

## Глава 2. Правила выживания

Первое правило Академии Предела мне объяснили сразу после проверки:

– Если выживешь, привыкнешь.

Комната, в которую меня привели, называлась жилым блоком. На самом деле это была келья: каменные стены, узкая кровать, стол, зеркало без рамы. Высокое окно с решеткой открывало довольно скромный вид на внутренний двор, где ничего не происходило. Даже ветер сюда не заглядывал.

– Ужин по расписанию. Выход только в сопровождении. Магию использовать запрещено, – монотонно перечисляла женщина в сером, почти монашеском платье, отмечая что-то в списке. – За нарушение – дисциплинарная изоляция.

– А за побег? – спросила я.

Она впервые подняла на меня глаза.

– За побег у нас нет наказания.

– Почему?

– Потому что никто не убегает дважды.

Дверь закрылась. Замок глухо щелкнул.

Я села на кровать и только тогда позволила себе выдохнуть. Грудь сжало, в голове неприятно звенели отголоски магии. Я попыталась вспомнить, о чем думала секунду назад, и не смогла.

Пустота.

Опять.

Я стиснула зубы. Потеря памяти всегда начиналась с мелочей: слово, образ, ощущение. А дальше – важное.

Я прошлась по комнате вперед и назад, подошла к зеркалу. Отражение смотрело на меня слишком внимательно, будто пыталось что-то запомнить за меня. А у меня как будто все меньше мыслей оставалось.

Если дальше так пойдет, настанет день, и я себя не узнаю.

– Не исчезай, – прошептала я сама себе.

Как будто отражающаяся я могла послушаться.

Через час меня вывели в общий зал. Там-то я и встретила других.

Человек пятнадцать. Разного возраста, разного уровня сломленности. Кто-то сидел тихо, уткнувшись в стол. Кто-то громко общался, но выглядело это странно, не как у нормальных людей. Девушка с серебряными глазами смотрела в стену и беззвучно шептала заклинание.

– Новенькая, – сказал кто-то.

Я почувствовала на себе взгляды. Оценивающие и осторожные. Похоже, здесь все знали, что тот, кто рядом, может быть намного опаснее, чем ты сам.

– Класс? – спросил парень с перебинтованной рукой.

– Четвертый.

Разговоры стихли.

– Врешь, – фыркнул он. – Четвертые здесь не доживают и до ужина.

– Видимо, я исключение.

Он криво улыбнулся.

– Здесь нет исключений. А если и есть, то быть им еще хуже.

Двери зала открылись, и в них показался куратор, который принимал меня ранее. Шум погас мгновенно. Даже девушка у стены замолчала. Он окинул зал быстрым взглядом, точно провел перекличку без имен.

А затем подошел прямо ко мне.

Парень, который со мной разговаривал, развернулся на стуле и отвернулся к другому столу. Куратор сел напротив.

– Сегодня без занятий, – сказал он. – У тебя будет время ознакомиться с правилами.

Он положил на стол толстую папку.

– Заучи их наизусть.

Его взгляд на мгновение задержался на мне. Я не отвела глаза. Не хотелось сразу давать им повод считать меня трусихой, хотя внутри все переворачивалось от его надменного, пронизывающего взгляда.

– Завтра начнутся проверки, – продолжил он. – Некоторые из присутствующих их не пройдут.

В зале послышалось ёрзанье, но никто вопросов задавать не стал. Куратор тоже заметил суету и громко спросил:

– Вопросы?

Я сразу подняла руку. Несколько бедолаг посмотрели на меня с ужасом.

– Да? – разрешил куратор.

Может, зря они так боятся? Это ведь его работа – помогать нам. Разве не так?

– Что будет с теми, кто не пройдет проверку?

Тишина сгустилась. Не одна я не умела контролировать свою магию. Другие нервничали и тоже с трудом сдерживали ее в себе. Под потолком растянулось плотное полотно теней. Они расползались в разные стороны, как будто планировали затянуть весь зал. Я не видела еще такой магии, но выглядело это небезопасно.

Резкий хлопок куратора по столу заставил меня подпрыгнуть на месте, а тени исчезнуть с потолка.

Он не отрывал от меня глаз, даже когда заметил чужую магию и быстро с ней разобрался. Потом ответил:

– Они перестают быть нашей проблемой.

– А становятся чьей?

Уголок его губ дрогнул.

– Истории.

После безвкусного, как бумага, ужина нас распустили по комнатам. Пройти от общего зала до своей кельи без оков и сопровождения казалось самой настоящей, хоть и маленькой свободой. Я открыла дверь комнаты и, когда уже шагнула внутрь, меня остановил голос.

– Ты, – куратор непонятно откуда появился за моей спиной.

Дверь снова закрылась, и мы остались в коридоре.

– Ты задаешь опасные вопросы, Эйра, – сказал он.

– Я задаю нужные.

– Здесь нужные вопросы не продлевают жизнь.

– А что продлевает? – я посмотрела прямо на него. – Послушание?

Он приблизился. Теперь между нами было слишком мало воздуха.

– Контроль, – ответил он. – Над магией. Над эмоциями. Над собой.

– А если контроль – это иллюзия?

Он наклонился чуть ближе.

– Тогда ты умрешь первой.

Он выпрямился и уже собирался уйти, когда добавил:

– Завтра у тебя индивидуальная проверка.

– Почему?

– Потому что ты опаснее, чем хочешь казаться.

Он удалялся по коридору, а я осталась стоять и думать о том, что индивидуальные проверки здесь не привилегия. Это приговор с отсрочкой.

## Глава 3. Те, кто ещё здесь

Утро в Академии Предела наступало без предупреждения. Ни колоколов, ни света в окно. Просто в какой-то момент дверь открылась, и в коридоре раздался сухой голос:

– Подъём. Общий сбор через пятнадцать минут.

Я не знала, который час. Здесь, кажется, время тоже было под контролем. Толстая папка правил валялась у кровати, вечером я ее даже не открыла. Внутреннее опустошение и какое-то животное смирение заставили меня уронить голову на подушку сразу после того, как я вернулась в келью. В таком состоянии было не до дурацких правил.

Выспаться мне удалось, но нетерпения по поводу первого дня я не испытывала. Поэтому вяло встала, убрала волосы, спокойно вышла в коридор и побрела в сторону общего зала.

При дневном свете зал выглядел иначе: менее зловещим и оттого более опасным. Камень больше не прятался в тенях, а понурые лица студентов стали отчетливее. И именно это пугало больше всего.

Парень с перебинтованной рукой сидел на том же месте. Теперь я заметила: бинты были не свежие, но и не старые. Их меняли регулярно.

– Ты все еще здесь, – вскрикнул он, заметив меня. Как будто я его старая знакомая. – Значит, ночь прошла спокойно?

– А бывает иначе? – съязвила я, хотя прекрасно знала, что бывает.

Он усмехнулся.

– Иногда просыпаешься, и кого-то нет. Кровать заправлена, вещи убраны. Как будто человека и не было.

– И вы… ничего?

– А что мы можем? – он пожал плечами. – Привыкнешь.

«Привыкнешь». Это слово здесь звучало чаще, чем «магия».

Рядом с ним сидела девушка с короткими темными волосами и слишком прямой осанкой. Она смотрела мимо нас, следила за дверью.

– Это Лира, – сказал парень. – Она здесь второй год.

Я удивлённо посмотрела на девушку.

– Второй?

Лира повернулась.

– Не всем дают быстро умереть.

– Почему тебе не дали?

– Потому что моя магия полезна, – ответила она скорее стыдливо, чем с гордостью. – Я стабилизатор. Меня используют, когда кто-то выходит из-под контроля.

Я почувствовала, как внутри что-то неприятно сжалось.

– То есть…

– Да, – кивнула Лира. – Иногда меня приводят в камеры. Иногда на проверки. Иногда к телам.

Я отвела взгляд. Живо представила ее стоящей над мертвым телом. И, несмотря на пустой желудок, меня чуть не вывернуло.

– А ты, – она посмотрела на меня внимательно, – новенькая. И очень шумная.

– Шумная?

– Магия у тебя громкая, – пояснила она. – Даже когда ты молчишь.

Я не знала, что на это ответить.

К нам подсела ещё одна девушка – рыжая, с россыпью веснушек и нервной улыбкой.

– Привет. Я Мара. Первый класс опасности.

– Первый? – переспросила я.

– Да, – она кивнула. – Пока.

«Пока» тоже было популярным словом.

– Говорят, у тебя четвертый! Здесь такие, как ты, – редкость! Хотя, по мне, так ты не выглядишь опасной, – сказала она почти извиняющимся тоном.

– Спасибо, – ответила я. – Наверное.

– Это не комплимент, – быстро добавила Мара. – Это… странно.

Прежде чем я успела что-то сказать, двери зала распахнулись. Вошли преподаватели. Но, видимо, не все, а только те, кто отвечал за проверки. Их легко было узнать: они не смотрели на студентов как на людей.

Мой куратор был среди них. Насколько я успела понять, он присматривал здесь не за всеми. А, возможно, он был только моим куратором. Но в этот раз меня он взглядом не искал. И от этого стало хуже.

– Сегодня начинаются первичные проверки, – сказал один из преподавателей. – По списку.

Он развернул свиток. Имена звучали сухо, как приговоры. После каждого кто-то вставал и выходил. Иногда сам. Иногда с конвоем.

Когда назвали первое имя, Мара вздрогнула.

– Это моя соседка, – прошептала она. – Она вчера плакала.

Соседка не вернулась.

Второй – тоже.

Третий вышел, и через несколько минут из соседнего помещения донесся глухой звук. Не крик. Что-то похуже.

Лира сжала пальцы.

– Не смотри, – тихо сказала она мне. – Они чувствуют внимание.

– Кто?

– Те, кто проверяют.

Я все равно смотрела. Не могла себя пересилить. Да и прятать глаза было бы глупо. Может, это последнее, что они увидят в жизни.

Эта мысль заставила меня усмехнуться. И именно в этот момент мой куратор поднял голову.

Наши взгляды встретились.

Он прищурился и чуть заметно кивнул. Не мне, а преподавателю со свитком.

– Эйра из Черного сектора, – прозвучало в зале. – Индивидуальная проверка.

Внутри всё оборвалось.

Мара схватила меня за рукав.

– Ты же… ты только пришла…

– Отпусти, – сказала Лира испуганным голосом. – Ее назвали.

Я поднялась. Ноги были ватными, но я шла ровно. Если здесь и был способ выжить, он точно не в бегстве.

Куратор ждал у двери.

– Ты знала, что так будет? – сказал он негромко, когда мы вышли в коридор.

– Нет, – ответила я. – Но догадывалась.

– Хорошо. Значит, ты готова.

– К чему?

Он открыл массивную дверь, за которой начиналась лестница вниз.

– К тому, чтобы доказать, что ты все еще человек.

Я глубоко вдохнула и сделала шаг к двери. В конце концов, больше мне ничего не оставалось. Но неожиданно сильная рука остановила меня, коснувшись запястья.

Прикосновение было легким ровно настолько, что его нельзя было назвать жестом поддержки. Но я все равно вздрогнула.

– Эйра, – прошептал он.

Я подняла глаза. В его взгляде не было того покровительства, что вчера. Он смотрел так, будто я в опасности, и он единственный, кто почему-то на моей стороне.

– Там, куда ты идешь, – продолжил он, – магия реагирует не на силу.

– А на что? – спросила я.

На мгновение он замолчал, словно решая, сколько может себе позволить сказать. Насколько может быть откровенен.

– На правду, – наконец произнес он. – И на страх.

Его пальцы разжались. В ладонь мне что-то легло.

Небольшой темный кристалл. Холодный, как лед.

– Что это? – прошептала я.

– Якорь, – ответил он. – Если почувствуешь, что теряешь себя… сосредоточься на нем. Не используй магию. Просто вспоминай.

– Ты же говорил, что контроль – это всего лишь иллюзия.

– Иногда, – он посмотрел мне прямо в глаза, – иллюзии спасают жизнь.

Он отступил на шаг, снова становясь холодным и отстраненным.

– Я не смогу вмешиваться, – добавил он уже официальным тоном. – И если ты не справишься…

– Я знаю, – перебила я.

Он опустил глаза, будто ему и впрямь было не все равно, и коротко кивнул.

– Иди.

Я сжала кристалл в ладони, сделала шаг вперед. Дверь за мной закрылась. Я осмотрелась, не веря своим глазам. В огромном помещении, которое никак не могло поместиться целиком даже во всем здании Академии, я была совершенно одна.

## Глава 4. Проверка

Помещение не имело ни углов, ни стен в привычном смысле. Камень уходил вверх и в стороны, теряясь во мраке, будто зал был вырезан внутри горы без заботы о том, как это вообще возможно. Настоящая магия.

Вокруг – ни души.

Дверь за спиной исчезла. Ни выходов, ни лестниц, ни одной идеи куда идти и что делать дальше. Только гладкий каменный пол под ногами и воздух, плотный, как перед грозой.

Я сжала кристалл в ладони.

Якорь, – напомнила я себе. – Вспоминай.

– Начнем, – раздался глухой голос.

Он звучал отовсюду сразу. Нечто вроде эха, только неясно было, что оно копирует. Не громкое, но такое, что у меня внутри что-то неприятно дернулось.

– Представьтесь, – сказал голос.

– Эйра, – ответила я, и собственный голос показался чужим. – Четвертый класс опасности.

– Неправильно, – откликнулся он сразу. – Здесь нет классов. Есть потенциал и последствия.

Перед глазами вспыхнул свет. Резкий и холодный. Из него медленно вышел силуэт. Человек? Скорее, подобие. Черты лица будто нарисовали заново и не закончили.

– Ты знаешь, зачем ты здесь? – спросил силуэт.

– Чтобы проверить, опасна ли я, – сказала я.

– Нет.

Он сделал шаг ближе. Я невольно отступила.

– Ты здесь, чтобы выяснить, что ты такое.

Пол под ногами дрогнул. Я ощутила это раньше, чем увидела: магия поднималась из него волнами, пытаясь вырваться наружу. Старая, знакомая паника.

Не используй магию.

Я сжала кристалл сильнее.

– Не сопротивляйся, – сказал голос. – Это не бой, а простой разговор.

– Тогда почему мне так страшно?

Силуэт наклонил голову.

– Потому что страх – единственная честная реакция.

Мир вокруг меня изменился. Зал исчез. Теперь я стояла на улице. Узкой и до странного знакомой.

Это был мой родной город.

Я узнала его сразу по ощущению дома, но визуальное узнавание тоже быстро пришло. Кривой фонарь, трещина в мостовой, запах сырости и дыма. Сердце глухо ударилось о ребра.

– Нет… – выдохнула я.

– Ты сама открыла эту дверь, – сказал голос. – Мы лишь заглянули.

Я сделала шаг назад – и уперлась в невидимую преграду.

В конце улицы кто-то кричал.

Я знала этот крик.

– Прекратите, – прошептала я. – Я прошу вас.

– Что ты чувствуешь? – спросил голос.

– Страх.

– Ложь.

Я зажмурилась. Перед глазами вспыхнуло слишком четкое воспоминание. Якорь давал мне силу запустить память, которая так давно подводила. Или я сама отключала ее, не желая помнить.

Огонь.

Чужая магия.

И моя! Сорвавшаяся, хлынувшая, ломающая все подряд.

Я снова открыла глаза.

– Вину, – сказала я. – И злость. На себя.

Силуэт приблизился.

– А теперь – правду.

– Я хотела, чтобы они замолчали, – вырвалось у меня. – Хотела, чтобы все это прекратилось. Я не хотела… так.

– Но сделала, – спокойно сказал он.

– Да.

Город вокруг задрожал. Фигуры людей расплывались, как отражение в беспокойной воде.

– Используй магию, – сказал голос. – Исправь.

Руки задрожали. Но я знала, что могу. Я всегда могла.

Остановить. Стереть. Сделать так, будто ничего не было.

Цена невелика. Но и не мала. Если я это сделаю, то снова потеряю часть себя. И даже кристалл не сможет мне ее вернуть.

Я сжала кристалл крепче.

– Нет, – сказала я. – Я не буду.

– Тогда смотри.

Картина застыла. Я видела лица. Их страх и боль.

– Ты можешь избавить себя от этого, – настаивал голос. – Одно движение. Одна мысль.

– А потом я забуду, – сказала я тихо. – Сначала это. Потом что-то еще. И однажды не вспомню, почему это было важно.

Силуэт замолчал.

Улица родного города рассыпалась в пепел. Я снова стояла в огромном каменном зале. Камень уходил вверх и в стороны, теряясь во мраке.

Я ничего не сделала, но дыхание сбивалось, как после бега. Колени подкосились, но я сделала усилие и устояла.

– Интересно, – сказал голос уже без насмешки. – Ты выбрала боль вместо пустоты.

– Я выбрала себя, – ответила я, не до конца понимая, правда ли это.

Пауза затянулась.

– Проверка не окончена, Эйра из Черного сектора, – произнес наконец силуэт. – Это был лишь первый уровень.

Силуэт исчез, а вслед за ним погас и свет. Я замерла и прислушалась. Ни одного звука. Но что-то в темноте безмолвно кричало о том, что здесь есть еще кто-то.

И он наблюдает.

Я нащупала стену за спиной, пошарила рукой и нашла ручку двери. Дернула ее и толкнула дверь изо всех сил, уверенная, что меня так просто отсюда не выпустят. Но дверь поддалась слишком легко. Так, что меня выбросило в коридор, как ненужный обломок. Тело было ватным, чужим, и если бы не чьи-то руки, я бы просто рухнула на пол.

Куратор удержал меня за плечи, поставил ровно и сразу отпустил. Я моргнула, пытаясь сфокусировать взгляд. Коридор плыл. В висках стучало, а внутри больно сжималось сомнение: реальность это или проверка еще не окончена и это очередная иллюзия.

– Я… – голос сорвался. Я сглотнула. – Я справилась?

Вопрос был глупым, но мне нужно было услышать ответ именно от него. Единственного, кто хотя бы делает вид, что помогает мне здесь.

– Ты ведь еще жива, – сказал он.

На секунду мне показалось, что он этому рад. Но это ощущение быстро исчезло, как только он сделал шаг от меня, надевая привычную холодную маску. Затем он развернулся и просто ушел.

Я осталась стоять в коридоре, прижимая к груди сжатый в кулаке кристалл. Голова гудела, внутри было пусто и горячо одновременно. Я не чувствовала ни победы, ни даже небольшого облегчения. Только болезненное предчувствие: я все еще здесь, а значит – все еще впереди.

## Глава 5. Дом, которого никогда не было

Я пришла в себя уже в келье.

Не помнила, как открыла дверь, не помнила, как оказалась внутри. Просто в какой-то момент нашла себя сидящей на кровати. Спина упиралась в холодную стену, колени поджаты, а в ладони все еще зажат кристалл.

Я уставилась на него, не моргая. Раньше он был холодным, а теперь источал такой жар, который не могло создать человеческое тело. Он показался мне другом, единственным в моей жизни. Ведь именно благодаря ему я не сорвалась. Благодаря ему я все еще была на этом свете. Мой куратор был прав: я зацепилась за него как за якорь, и мне ужасно не хотелось его отпускать. Давно мне не было хоть что-то дорого. И кристалл в руке, остывая, тронул какую-то неведомую струнку души.

И все же внутри было пусто. Не больно и не страшно. А пустота внутри того, кто обладает такой силой, как я, – это особенно жутко. Я попыталась вспомнить зал, голос, город, в который меня ненадолго вернула неизвестная магия… Воспоминания отзывались, но как-то издалека, будто между мной и ними натянули плотную ткань.

Я опустила голову на подушку и закрыла лицо руками. И внезапно мне стало хорошо. Я не зря здесь. Тут мне самое место. Академия Предела – не площадь для казни. Здесь обучают магов, даже таких как я. И если решат расправиться со мной, значит, меня уже не спасти.

Тихий стук в дверь заставил меня вздрогнуть.

– Эйра, – послышался шепот с той стороны. – Это мы.

Мы?

Я не сразу встала. Сердце колотилось слишком быстро. Вряд ли здесь разрешены визиты. Но голос я узнала.

– Открой, – сказала Мара, – пока нас не заметили.

Я медленно подошла к двери и повернула замок. Дверь приоткрылась ровно настолько, чтобы внутрь проскользнули две тоненькие фигуры. Взъерошенная Лира с красными от недосыпа глазами и Мара, собранная и напряженная, как те, кто все время держит себя в руках.

Мара сразу проверила коридор и тихо закрыла дверь.

– Ты жива, – восторженно прошептала Лира.

– Пока да, – ответила я.

Лира громко вздохнула и неожиданно обняла меня. Неловко, но крепко и слишком уж по-дружески. Я положила руку ей на плечо и только тогда заметила, что дрожу.

– Мы думали… – начала она и сразу же осеклась. – Ладно. Главное, что ты здесь.

Мара стояла чуть в стороне и внимательно смотрела на меня.

– Тебя трясло, когда ты вышла, – сказала она. – Проверка длилась дольше, чем обычно.

– Дольше? Насколько? – спросила я.

По моим ощущениям, я пробыла в каменной комнате минут десять, не больше.

– Намного! Обычно люди ломаются сразу и либо выходят пустыми, либо их выносят. А тебя не было больше часа! – воскликнула она. – И вышла ты… странная.

– Спасибо, – пробормотала я.

– Это не упрек, просто наблюдение. – Лира подошла ближе. – И знаешь, что самое странное? Куратор Корваль ждал тебя все время у двери.

Меня это не сильно впечатлило. Я раскрыла ладонь и показала кристалл.

– Он дал мне это. Сказал, что это якорь.

Лира нахмурилась.

– Куратор дал тебе что-то?

Я кивнула.

– Он не должен был, – удивилась Лира.

– Значит, она для него важнее, чем правила, – сказала Мара.

Ее слова мне не понравились. Но, видя мой взгляд, Лира подбодрила:

– Главное, что она справилась!

Я потерла глаза.

– Я не чувствую облегчения, – призналась я. – Как будто у меня что-то… забрали. Не знаю, как объяснить… Не вырвали, но отодвинули.

Мара прикусила губу.

– Я боялась, что ты и нас не вспомнишь.

Я замерла.

– Что?

– Такое часто бывает, когда память платит за стабильность. Но ты ведь это и так знаешь?

В комнате повисла тишина. Девочки точно понимали больше, чем мне казалось раньше. Держать все внутри себя, никогда не открываться людям – такова была моя жизнь до этого. Странно было оказаться в кругу таких же, как я. Странно, но почему-то тепло.

– Я помню, – сказала я наконец. – Вас помню.

Уверенности в голосе не было, ведь я и правда могла помнить не все. Но сейчас это было не важно.

– Слушай, – Мара резко сменила тон. – Завтра в общем зале садись одна, ясно? Не удивляйся, что другие будут от тебя шарахаться. После таких проверок за нами… наблюдают.

– Кто?

– Все, – ответила Лира.

Я не совсем поняла, что она имела в виду, но кивнула.

В этот момент в коридоре раздались шаги.

Лира напряглась.

– Нам пора.

Мара уже стояла у двери и прислушивалась.

– Эйра… если что, стучи в стену. Четыре раза. Я рядом.

– Хорошо, – сказала я и заставила себя хоть немного улыбнуться.

Девочки дождались, пока звуки в коридоре стихнут, и выскользнули за дверь. Комната снова стала тесной и тихой.

Я легла на кровать и уставилась в потолок. Больше смотреть было не на что. Чувства начали возвращаться, и впервые за недолгое время в Академии мне захотелось плакать. Не от страха за свою жизнь – с судьбой я уже смирилась. А от того, что каким бы страшным ни было это место, оно может стать лучшим домом для меня. Домом, которого у меня никогда не было.

## Глава 6. Новый сектор

Утром дверь открылась раньше. Здесь не было места приватности, и о покое здешних «пленников» никто не заботился. И все же на этот раз все было как-то иначе. Не было сухого «подъем», произнесенного равнодушным голосом из коридора. Замок щелкнул мягко, почти вежливо, и в проеме появился мужчина в темной одежде.

– Эйра из Черного сектора, – сказал он. – Тебя переводят.

Я моргнула.

– Куда?

– Собирай вещи, – ответил он так, будто моего вопроса не было.

Я огляделась. В комнате и собирать-то было нечего: кровать, стол, зеркало без рамы. Все, что было моим, – на мне. Я пошарила под матрасом и нашла кристалл, быстро зажала в руке и кивнула. Что еще мне оставалось?

В коридоре было непривычно тихо. Мы повернули в противоположную сторону от общего зала. Не туда, где я уже хоть как-то освоилась. Каждый поворот уводил все дальше от знакомых маршрутов.

Я заметила это не сразу, но стены менялись. Камень становился темнее, ровнее. Казалось, все прошлые помещения были для черни, а другие части Академии могли быть вполне сносными. Не зря сектор, с которого я начинала, назывался Черным.

На полу появлялись тонкие магические линии, едва заметные, но живые. Они отзывались на мое присутствие слабым мерцанием.

– Это… другой уровень? – спросила я.

– Другой сектор, – ответил сопровождающий. – Не уровень.

Разница была неочевидна. По крайней мере, для меня.

Я вспомнила о папке с правилами, которую я пару раз полистала, но так ничего и не выучила. А надо было! Чтобы разбираться в структуре Академии и ее иерархии, да поменьше задавать вопросов. Здесь их и правда не любили.

Мы прошли мимо двери с символом, который я узнала – выход из Черного сектора. Чуть дальше виднелся знак, похожий на рассеченный круг. Потом еще один, мне незнакомый. Ни одного названия, только символы.

– Здесь живут те, кто прошел проверки? – снова спросила я и сразу же поджала губы.

Ну не могу я без вопросов! Но сопровождающий спокойно ответил:

– Здесь живут те, кого Академия решила сохранить.

Прозвучало многообещающе.

Мы остановились у высокой и гладкой двери без единого символа. Ни знаков, ни предупреждений. Просто дверь.

Сопровождающий открыл ее и жестом пригласил войти.

– Добро пожаловать.

Довольно вежливо! Со мной здесь еще никто особо не нежничал. Да и раньше мне не часто удавалось встретить человека, кто бы хорошо со мной обращался.

Я шагнула вперед.

Место казалось… спокойным. Даже слишком. После криков и странных звуков в Черном секторе.

Просторный зал, высокие потолки, мягкий свет без источника. Людей было немного – человек десять, не больше. Они не выглядели ни сломленными, ни напуганными, как прошлые мои знакомые здесь. Некоторые разговаривали. Кто-то читал.

Здесь читали!

Я посмотрела на противоположную стену. Там располагалась библиотека. Настоящая библиотека, какую я видела лишь раз в жизни в одном богатом доме. Полки шли от самого пола до потолка и вмещали сотни книг. Я раскрыла рот, но все же сдержала восхищение внутри.

Несколько человек подняли головы, заприметив мое появление. И вот что оказалось самым странным – их взгляды были прямыми. Никто не отводил глаз.

– Новенькая, – крикнул кто-то.

– Откуда перевели? – подхватил другой.

Я почувствовала, как внутри осторожной вспышкой шевельнулась магия. Будто она сама прислушивалась, решая, будет ли ей здесь хорошо.

– Она из Черного сектора, – догадалась девушка у стены, видимо, по моей одежде.

Или, скорее, по моим лохмотьям.

– Да, – не стала отпираться я.

Она хмыкнула.

– Значит, либо ты очень сильная, либо очень удобная.

– Или и то, и другое, – добавил парень рядом с ней.

Мне не понравилось, как легко это было сказано. Но изображать злую ведьму сейчас было бы плохим решением.

– Меня зовут Ирис, – сказала девушка и кивнула мне. – Здесь имена не запрещены.

Я и не знала, что в Черном секторе они были запрещены. Куратор произносил мое имя, да и другие не следовали этому правилу, если оно и было.

Надо было все же прочесть ту папку!

Я кивнула в ответ, не зная, что сказать.

– Не бойся, – продолжила она. – Здесь не убивают без причины.

– А с причиной? – спросила я.

Ирис улыбнулась.

– Тогда быстро, мучить никто не будет.

И на том спасибо.

– Эйра.

Я сразу узнала голос.

Риан Корваль стоял у входа. Не в форме куратора Черного сектора. Его одежда была такой же темной, как у сопровождающего, но сидела иначе. И выглядел он здесь… уместно.

– Подойди, – сказал он.

Я не решилась ослушаться. Я слишком мало знаю об этом месте. Надо сначала во всем разобраться. Пока побуду удобной, как выразилась Ирис.

– Помощник Норд выдаст тебе новую одежду, покажет твою комнату и обеденный зал. Можешь задавать ему любые вопросы, – сказал он. – Привыкай, но не слишком, ты здесь временно.

– Временно – это насколько? – спросила я.

– Пока Академия не решит, кем ты должна стать.

Я стиснула зубы.

– В простые ученицы я не подхожу?

– Здесь не ученики, а студенты. И ты слишком быстро перестала казаться простой, – ответил он.

Его глаза пристально изучали мое лицо. Он говорил не все, а только то, что мне можно было знать. Я опустила взгляд, не выдержав такого пристального внимания. Куратор подошел ближе и протянул мне тонкий металлический браслет.

– Надень. Он ограничивает всплески и фиксирует отклонения. Носи, не снимая, даже когда спишь.

– А если сниму?

– Тогда тебя вернут туда, откуда ты пришла, – спокойно сказал он. – Если успеют.

Вспоминая мои прошлые «заслуги», я решила, что он не так уж и не прав. Я взяла браслет и защелкнула его у себя на запястье. Куратор Корваль еще немного помедлил, затем добавил тише:

– Здесь не ищут друзей. И не ищут врагов. Здесь наблюдают.

– За кем? – спросила я.

– За теми, кто может стать чем-то большим, чем проблема.

Я потерла браслет. Металл сомкнулся вокруг запястья и сжался, как будто сам подстроился под мой размер. Принял нужную форму.

Помощник махнул мне рукой и вывел из зала под ледяным, пробирающим до самых костей взглядом моего куратора.

Мужчина шел быстро, ни разу не оглянувшись проверить, поспеваю ли я за его шагами. Ростом он был значительно выше меня, и шаг у него был шире. А во мне и без того сил было мало для быстрой ходьбы по лабиринтам и лестницам Академии.

Мы миновали еще пару коридоров и оказались в жилой части замка, более узкой и с множеством одинаковых дверей.

– Твоя комната, – объявил он, остановившись у одной их них. – Проходи.

Я шагнула внутрь и осмотрелась. Все было… не так уж и плохо.

Комната оказалась больше прежней. На двух огромных окнах не было решеток. Перед ними стоял аккуратный письменный стол, по центру которого лежала новая папка с подписью: «Перевод выполнен по инициативе: Р. Корваля». Она была еще толще прошлой. Я невольно скривилась и решила, что обязательно займусь ею когда-нибудь позже.

Мне хотелось сесть. Кровать выглядела удобной. Светло-серое белье было аккуратно заправлено и источало тонкий цветочный аромат. Я подошла ближе, но сесть не решилась. Чувствовала себя слишком грязной для этой кровати. И для всей этой комнаты.

Я подняла глаза на помощника, собираясь спросить, где здесь можно помыться.

Он все еще стоял в дверях.

Лицо его было странным. Не таким, как когда он выполнял распоряжения Куратора.

– Эйра, – сказал он медленно, будто пробуя имя на вкус.

Я замерла.

Этот голос.

И это лицо.

Я знала его раньше. По крайней мере… должна была знать.

Голова закружилась, внутри что-то болезненно дернулось, как натянутая струна. Я старалась изо всех сил, но никак не могла вспомнить, кто он. Но точно знала одно – он не должен был быть в живых.


💌 Дорогой читатель!

Я очень жду твою оценку и комментарии. Каждый отзыв помогает мне в работе, и заставляет брать себя в руки и не отклыдвать написание следующей части, особенно в преддверии праздников!

С любовью, автор.

## Глава 7. Тот, кого не должно быть

Парень сделал шаг внутрь комнаты, но не решался подходить ближе. В свете, просачивающемся через окна, он выглядел совсем молодым. Я не слишком разглядывала его по дороге, а теперь пыталась изучить каждую черту лица: широкие скулы, аккуратный, прямой нос, добрые глаза.

– Эйра, – повторил он тише.

От его голоса внутри все сжималось, но не только от него, а от того, как он произносил мое имя. Я будто слышала это уже миллион раз. Но ни одного воспоминания, ни одного образа не вырвалось из уставшей памяти. Только глухое ощущение, будто я смотрю на пустое место, где должно быть что-то важное.

– Я знаю, ты меня не помнишь, – сказал он.

Я сглотнула.

– Я… – голос сорвался. – Я тебя знала раньше?

Он кивнул. Медленно, будто готовился к этому ответу заранее. И все равно это ударило.

– Хоть что-то припоминаешь? – спросил парень.

Я помотала головой.

– Значит, все-таки стерли, – пробормотал он скорее себе, чем мне.

Затем поднял на меня взгляд. В нем не было злости. И жалости тоже. В нем была какая-то идея.

– Я тебе помогу! Расскажу немного, если позволишь, но остальное ты должна вспомнить сама.

– Что значит, стерли? – перебила я. – Моя память сама стирает воспоминания.

– Вовсе нет, – сказал он. – Ты можешь стирать память, и свою в том числе. Но ты давно взяла под контроль эту магию еще в детстве. Ты справлялась.

– В детстве? Ты знал меня в детстве?

– Мы выросли вместе, – сказал он, осторожно подходя ближе. – Ты всегда убегала к реке, когда злилась. А злилась ты часто. Не выносила, когда тебе врали. А я всегда тебя там находил.

Я слушала и чувствовала, как внутри поднимается дрожь. Беспорядочные мысли и полустертые воспоминания о реке.

Я ходила туда.

Одна.

Я всегда была там одна.

Но мой собеседник говорил так уверенно. Описывал так точно.

– Я ловил мелкую дичь для своей семьи и всегда припасал что-то для тебя. Жарил на костре. А пока мясо остывало, ты показывала мне свою магию. Ты никогда не ела горячее – говорила, что обжигает не рот, а твои мысли.

Он улыбнулся, как будто эти воспоминания были ему и правда дороги. Такие, которыми поделишься не с каждым.

– Мы были друзьями? – спросила я.

Он горько усмехнулся.

– Мы были помолвлены, Эйра. Но да, сначала мы были друзьями. Очень много лет.

Помолвлены.

Слово ударило сильнее, чем если бы он сказал, что был мне любовником. Помолвка – обещание. Совместная надежда на будущее. То, что не должно исчезать бесследно.

– Я вижу, это слишком… – смутился он. – Я не хотел вываливать на тебя все сразу. Прости.

Его глаза сверкнули так, будто он вовсе и не раскаивается. Он хотел, чтобы я знала. За этим и пришел.

– Это не слишком! – гордо сказала я. – Если ты пришел, чтобы я вспомнила, то мне нужно больше, чем пара слов.

– Я не должен… давить на тебя. Мне сказали…

– Кто сказал? Кто послал тебя ко мне? – я начинала злиться.

Это все сон. Дурной сон. Какой-то маг играет со мной, как с собственной марионеткой. Решает, что мне забыть, а что напомнить.

–Эйра, – парень выглядел виноватым.

– Ты был мертв! Я не знаю, как… но я чувствую, что тебя не было.

– В день, когда ты пропала, – сказал он, тщательно подбирая слова, – меня нашли полумертвого. Все решили, что я не выжил. В каком-то смысле – так и было. Не только ты ошиблась. Я знаю, ты бы меня не бросила, не ушла бы, если бы допускала хоть мысль, что я жив. И я рад, что ты ушла. Иначе они бы убили тебя.

Это я тоже смутно помнила. Я помнила, что за мной гнались. Это был не один человек. Это были все люди. Все!

Мне трудно было собирать эти воспоминания. Но с какого-то момента в моей жизни, у меня на лбу появилась мишень. Не буквально, конечно. Со лбом у меня все было в порядке. Но люди стали видеть меня по-другому. С первого взгляда стали понимать, что я – что-то иное, дурное, опасное.

И я бежала.

Долго.

– Сколько прошло с того дня?

– Почти три года. Когда меня выходили, я начал искать. Ия не останавливался ни на день… пока не понял, что все дороги ведут сюда.

Он обвел взглядом комнату.

– Ты здесь из-за меня? – тихо спросила я. – Давно?

– Полгода. Пришел и умолял взять меня. Согласился на любую работу, – ответил он просто. – Лишь бы быть здесь, когда тебя привезут.

Я смотрела на него и чувствовала странную, неправильную пустоту. Я должна была плакать. Или броситься к нему. Или хотя бы почувствовать боль утраты.

Но вместо этого было только смятение.

– Прости, – сказала я. – Я правда… ничего о тебе не помню.

– Я знаю, – кивнул он. – Я не буду торопить. Если ты когда-нибудь вспомнишь – хорошо. Если нет… – он замолчал. – Я все равно рад, что нашел тебя.

За его спиной раздался сухой кашель.

Он вздрогнул и обернулся. В коридоре стоял Риан Корваль.

– Свободен, – сказал куратор. – Я позже тебя найду.

Парень посмотрел на меня еще раз долгим, тяжелым взглядом. И только когда он развернулся, чтобы уйти, я поняла, что не спросила его имя.

Я даже не знаю его имя!

Невидимый импульс дернул меня вперед, но я удержала себя на месте. Только не при кураторе. Нельзя сразу раскрывать ему все свои тайны. Он, конечно, помог мне на проверке. Но я пока не знала его целей. Вполне возможно, он только делает вид, что помогает.

Корваль зашел в комнату, огляделся, будто отмечая детали.

– Комната тебя устраивает? – спросил он.

Я поджала губы. Не похоже было, что ему и правда это интересно. Просто нашел, как начать разговор. Мне же очень хотелось помыться и переодеться, и я была бы признательна, если бы он сразу перешел ближе к делу.

– Комната великолепна! – сказала я.

Он задержал взгляд на моем лице и улыбнулся. Такой перемены я не ожидала. При первой встрече он был скорее похож на инквизитора, в день проверки – на стражника, который следит, чтобы я не умерла раньше назначенной казни.

Улыбка – это было чем-то новеньким.

– Я все еще слышу твою магию, – сказал он. – Ты взяла с собой кристалл?

Я нахмурилась. Это было странно. Я сама не чувствовала магии в этот момент. И каким волшебным образом он ее слышит?

– Кристалл со мной, – ответила я. – Что ты слышишь?

Он кивнул.

– Давай попробуем начать сначала? Я хочу, чтобы у тебя здесь все получилось. Это правда. У меня связаны руки на почти любую помощь тебе. Это тоже правда.

Он сделал еще один шаг ко мне и пристальнее вгляделся в мои глаза. Он смотрел так внимательно, что вокруг его глаз появились маленькие, едва различимые морщинки, и еще одна между бровей. Он слушал.

– Твоя магия кричит все время. Она связана и не может найти выход. Я пока не понял, сама ли ты заперла ее или… тебе кто-то помог. Но я разберусь.

– Может, лучше оставить ее внутри? – сказала я, и мой подбородок дернулся от жалости к себе и своему существованию.

Куратор Корваль снова улыбнулся. Эта улыбка была теплой, заботливой, почти дружеской.

– Предоставь это решать мне, – сказал он. – Ты спросила, что я слышу. Она жаждет имя.

Я раскрыла рот и уставилась на него. Он не мог этого знать. Тот, с кем я только что разговаривала… мой друг детства… или даже жених… Он не успел сказать мне свое имя. А я не додумалась сразу спросить. Чувство вины за это бурлило внутри с самого его ухода, не давая распрямить плечи.

– Меня зовут Риан, – сказал он, поворачиваясь, чтобы уйти. – Если, конечно, ты хотела знать мое имя. А не чье-то еще.

Он вышел, не дождавшись ответа. Да у меня его и не был