Атаман Вагари
Монстрики из магазина

Пролог

Лаборантка Ригги Уилмор была настоящим трудоголиком. Вот и сегодня она засиделась допоздна в лаборатории своего руководителя, доктора биологических наук Оливера Парсона, составляя описи привезённых материалов. Доктор Парсон тоже задержался, разбирая деловую корреспонденцию и попутно проверяя курсовые студентов. Поэтому несмотря на половину первого ночи в полуподвалах Биологического Института Айкрата горел свет.

Ригги уже заканчивала сегодняшний объём работ и её взгляд случайно упал на дальний конец длинного стола. Когда лаборантка посмотрела туда, увидела деревянную небольшую коробку, примерно полметра высотой. Ригги вздрогнула от неожиданности: она так увлеклась делами, что не заметила, как эта коробка оказалась практически прямо перед ней.

– Доктор Парсон! – позвала лаборантка. – Это вы поставили?

– Да, пусть постоит. Не включай её содержимое в общий список. Это личные наработки профессора Тосса. Он сказал, что первого числа сам займётся этим, – отозвался её руководитель из другой смежной комнаты.

От природы любознательная, Ригги не преминула спросить:

– А что там?

– Биологический материал, – Парсон оторвался от работы и вошёл в лаборантскую.

– О, – произнесла Ригги. – А вы сами видели? Покажете?

Доктор биологических наук Оливер Парсон, полный седеющий мужчина лет пятидесяти, не нашёл ничего зазорного в том, чтобы показать юной младшей коллеге содержимое.

– Образцы волосяного покрова животных. Что за животные – профессор Тосс пока умалчивает. Он сказал, что это новый вид, привезённый одним из его сотрудников из экспедиции в тропиках.

– Как интересно! В тропиках столько всего водится, – воскликнула Ригги.

Учёный и его ассистентка подошли к коробке. Через несколько мгновений деревянная крышка была открыта. При освещении ламп дневного света удивлённым взорам заглянувших в неё предстало нечто. Доктор Парсон от неожиданности открыл рот, а Ригги не удержалась от восклицания:

– Вот это да! Что это, доктор Парсон, вы знаете?

Прежде чем ответить, биолог прочистил горло. Он оказался крайне взволнован:

– Я осмелюсь предположить, что мы стоим на пороге величайшего открытия. Тосс предупреждал о свойствах этого эпителия к метаморфозам и ускоренному метаболизму, но такая скорость поражает. Пожалуй, я отнесу это в холодильник. Завтра на свежую голову проведу первые тесты, не дожидаясь Тосса. Ригги, сейчас уже поздно ему звонить, да и не уместно, он на конференции. Но завтра первым делом свяжись с ним!

– Да, я поняла, доктор Парсон! – с энтузиазмом воскликнула девушка.

Учёный был так взбудоражен, что у него дрожали руки, когда он перетаскивал лёгкую коробку в холодильник. Парсон сегодня сильно устал, он хотел поскорее попасть домой, к жене, поэтому совершил уступку в приоритетах в пользу семье и отдыху. Однако, он подозревал, что из-за содержимого коробки сегодня не заснёт и будет об этом думать. Тем не менее, рассудив, что утро вечера мудренее, и что за ночь вряд ли что-то случится экстраординарное, он решительно закрыл холодильник, выключил свет в лаборантской и обратился к Ригги:

– Давай окончательно закругляться. Мы с тобой отлично поработали. Надо нам выспаться. Подбросить тебя до общежития?

– Нет, спасибо, – смутилась лаборантка. – Мне же тут идти пять минут, в другую сторону, а вы торопитесь, наверное. Вы идите, я тут сама всё закрою.

– Хорошо, – кивнул доктор Парсон. – Ригги, будь осторожна.

– Я проверю все замки, не волнуйтесь!

– Про ключи и замки даже не обсуждается. Там уже так поздно! – учёный-биолог, бывший немного рассеянным, как и все гениальные люди, опомнился, посчитав, что действительно они с сотрудницей сильно задержались.

Несмотря на рассеянность, он имел привычку быстро собираться. Надев лёгкое пальто и шляпу, взяв под мышку кейс с курсовыми, биолог вышел из Института. Ригги, взбудораженная тем, какая увлекательная и интересная работа предстояла завтра, чуть не забыла запереть несколько кабинетов, поэтому замешкалась с ключами. Только выходя из центральной двери Института, она осознала, как же она сегодня тоже устала.

Был предпоследний день лета, но несмотря на это, на улице прямо-таки подмораживало. Ригги поёжилась на прохладном ветру, спрятала связку ключей в сумочку. Завтра она первее всех прибудет в лабораторию и откроет её. Под шелест деревьев девушка медленно зашагала к скверу, за которым через пятьсот метров начинался студенческий городок и находилось здание её общежития.

«Что же это такое было, в коробке? – думала Ригги Уилмор. – Этот профессор Тосс всегда такой таинственный. У меня подозрение давно, что он работает над какими-то секретными проектами…»

Внимание Ригги было рассеянно. Сказывалось утомление, да и мысли плясали вокруг того, что они с доктором Парсоном увидели в коробке. Поэтому она поздно заметила, как от кустов во мраке отсоединились две дюжие широкоплечие фигуры и двинулись за ней. Когда Ригги вздрогнула, почувствовав неладное, было поздно. Злоумышленники за доли мгновений настигли девушку и, взяв её врасплох, напали. Лаборантка почувствовала мощный удар сзади по голове чем-то твёрдым, её глаза заволокло тьмой, она упала на асфальт, потеряв сознание.

Один из негодяев оттащил обмякшее тело ассистентки к кустам, спрятал там. Второй подельник быстро обшаривал её сумочку. Вытащив ключи, бандит зашвырнул сумочку в ту сторону, куда его напарник уволок девушку. Уже больше не заботясь этой проблемой с лаборанткой, оба подельника быстрой походкой направились в сторону Института.

Ригги очнулась спустя всего несколько минут, с дикой головной болью. Шатающейся походкой она дошла до входа в лабораторию и увидела, что все двери настежь открыты. Девушка пребывала в полной прострации и шоке от пережитого, и у неё хватило сил только на то, чтобы с поднятыми руками выбежать на проезжую улицу и замахать в свете приближающихся фар.

По счастью, это оказался полицейский патруль. Человек в форме и фуражке за рулём, худощавый, но атлетического телосложения мужчина лет тридцати пяти Фрэнк Скрэтчи резко затормозил и выскочил из машины.

– Госпожа, что с вами? – он подбежал к девушке.

– Помогите… Воры… Ограбили… Ключи, двери… Они всё ограбили! – всхлипывала несчастная госпожа Уилмор.

– Госпожа, успокойтесь. Мы во всём разберёмся, – успокаивал её полицейский. – Пройдёмте в мою машину, я отвезу вас в участок, вы придёте в себя, и мы поговорим.

– Нет, нет! – почти кричала Ригги, еле справляясь с потоками слёз, льющих из глаз. – Нужно их остановить! Скорее! Пожалуйста! Они украли нечто важное! Коробку! С животными!

Девушка говорила бессвязно, и Скрэтчи многого не понял. Но сверкнувшая мысль, что из лаборатории похищены животные, которые могут быть опасны, накрепко засела в его мозгу. Фрэнк принял решение и пошёл вызывать подкрепление и команду детективов для осмотра места происшествия.

***

– Зачем ты так далеко поставил машину, идиот?! – негодовал бандит, злясь на напарника. – Что, не мог поближе подогнать?

– Откуда я знал, что там кирпич? Как бы мы, по-твоему, выезжали? – оправдывался тот.

– На, теперь тащи сам эту коробку! – первый бандит в раздражении впихнул деревянную коробку в руки нерадивому подельнику, а сам быстро стал открывать задний багажник пикапа.

Второй бандит схватил коробку, но, грузя, оступился, и коробка выпала у него из рук. Она ударилась об землю, и крышка её сдвинулась набок.

– Дурак! Кретин!! – зашипел на него первый злоумышленник. – Быстро поднимай и клади в багажник!

Первый бандит побежал садиться за руль, вдали послышались сирены полицейского патруля. Риск поимки увеличил количество адреналина в крови. Тот, что выронил коробку, кое-как придвинул крышку на место, взгромоздил коробку на руки и впопыхах засунул в багажник, с треском захлопнув его. Его напарник уже нажимал на педаль газа, и неудачливый бандит чуть не остался снаружи! Ему пришлось уже на ходу запрыгивать в машину.

Бандиты не знали, что в тот момент, когда коробка, падая, открылась, из неё выкатилось нечто мохнатое и шарообразное. Три маленьких покрытых шерстью шарика, размером с монетку. Они сначала закатились под машину, и были настолько малы и проворны, что негодяи их не заметили. Когда машина отъехала, эти три шарика, действуя невероятно слаженно для «образцов волосяного покрова редких тропических животных», деловито покатились вдаль по ночной улице.

***

Добросовестный и ответственный бригадир грузчиков Жако работал в ночную смену. Его бригада заканчивала погрузку ящиков с товаром в грузовик, который готовился отвезти поставку в новый магазин игрушек. На складе кипела активная работа, всем было не до сна. Жако внимательно следил за рабочими, под его руководством бригада справлялась быстро и слажено. Он уже предвкушал, что сможет освободиться пораньше обычного и отправиться с другими бригадирами в кабак перекинуться в карты. Поэтому настроение у него было хорошим.

Отойдя покурить за угол, Жако вдруг увидел одиноко стоящую у стены склада коробку. Явно кто-то из ребят её забыл.

– Ай-ай-ай, вот халтурщики, – только и сказал Жако, и, не став гасить сигарету и пожёвывая её, сам поднял коробку, решив подать пример подчинённым.

Он не обратил внимания, что с противоположного края коробка была деформирована. Тот рабочий, который грузил её, это обнаружил, и поэтому он отставил коробку, для разбирательств и инвентаризации. Но Жако об этом не знал, и со спокойной душой и чистой совестью погрузил дырявую коробку в машину, поставив её боком, так, что дырку снова никто не заметил.

Дырка по размеру была очень маленькой. Идеальной шарообразной формы, диаметром с монетку. С обожжёнными краями. Если бы грузчики на складе придали бы этому значение и пересмотрели товар в коробке, они бы нашли там три явно лишних единицы, которых не было в накладной.

Коробка, которую погрузил добрый славный бригадир, оказалась последней в этой поставке. Водитель грузовичка с чистой совестью закрыл кузов и пошёл заводить мотор. К утру товар должен быть доставлен в новый магазин в Укосмо.

Часть 1. Биоугроза. Глава 1

Когда мы втроём встретились ближе к вечеру, Ром Террисон – наш негласный и неформальный лидер, начал с того, что заинтриговал нас:

– Вы в курсе, что у нас на улице Хороший Путь открылся новый магазин, по нашей части?

– Это по какой – по нашей, позволь спросить? У нас много частей! – улыбнулся Пит, в его глазах загорелось любопытство.

– Дайте угадаю! – предложила я. – Магазин экзотических животных! Например, черепах!

Я уважительно посмотрела на Рома, ведь все мы знаем, что у него есть удивительный домашний питомец – черепах Фредди. Да и вся наша компания любит разных необыкновенных существ, поэтому моё предположение вполне могло попасть в точку.

– Нет, – покачал головой Ром. – Кстати! Как хорошо, что ты напомнила. Я хотел ещё зайти в овощную лавку, купить моему черепаху морковку.

– Он ест морковку? То есть он у тебя заяц-оборотень? Днём – черепах, а ночью превращается в зайца? – пошутила я.

– На самом деле, каждый, кто ест морковку, превращается в зайца! – Ром назидательно поднял вверх указательный палец. – Ты то, что ты ешь. Эта поговорка имеет место, и тут всё серьёзно.

– Ух ты, а я не знал! А если я ем чипсы, то в кого я превращаюсь?

– В Великого Пита Ривела – Ужасного Пожирателя Чипсов! – торжественно объявила я.

– А я люблю есть мясо. Следовательно, я – лев, – гордо объявил Ром. – Но мы отвлеклись от темы! Клот предложила угадать, что за магазин. Она сказала, что это магазин рептилий и амфибий. Я ответил, что нет. Так что это за магазин, как думаете?

Он загадочно улыбнулся и хитро посмотрел на нас.

– По нашей части, по нашей части, – задумался Пит, принимая игру. – Может быть, это магазин оружия? Ножи, ружья, арбалеты, луки.

– Или магазин турснаряжения – палатки, рюкзаки, – активно подключилась я к догадкам.

– Да, тут тоже всё по нашей части, – кивнул Ром. – Но не совсем.

– Спортивный магазин?

– Книжный? – гадали мы.

Ром хранил таинственное молчание. Когда мы уже «сдались», он предложил:

– Магазин уникальный. Я могу вас туда проводить. Он уникальный ещё по той причине, что это магазин моего дяди.

– Ух ты! – воскликнули мы с Питом хором. Мы были удивлены!

– Я не знала, что у тебя есть дядя, который директор магазина, – призналась я.

– Да мы многого друг о друге не знаем, – усмехнулся Ром.

– А при этом работаем вместе уже больше года, – заметил Пит. – Хотя, с другой стороны, узнай мы друг о друге всё с самого начала, нам было бы не интересно. А так каждый день открываем друг в друге что-то новое.

– Всё равно всё-всё-всё прямо сразу узнать невозможно, – не согласилась я. – Человек сам о себе многого не знает – не то что окружающие. И люди со временем растут, меняются, меняется их отношение.

– Ты говоришь так заумно, прямо как Джейн! Она тащится от психологии, – улыбнулся Пит.

– Да, как жаль, что Джейн с нами нет, и Эллен и Пола тоже нет. Я бы с удовольствием показал бы им этот магазин, – вздохнул Ром. – А так придётся в другой раз.

Наши друзья, Джейн Сенксон и моя кузина Эллен Харви проживают в других районах нашего города. И из-за начала учбеного года им труднее, чем летом, выбираться к нам в гости на улицу Хороший Путь. Пол хоть и фактически наш сосед с Хорошего Пути с начала сентября ушёл с головой в учёбу, тоже не особо много у него свободного времени.

– Расскажи-ка нам про своего дядю, – попросил Пит.

Мы уже не спеша шли по тихим дворикам между высокими многоквартирными домами улицы Хороший Путь. Это улица, на которой живёт Ром, а мы с Питом живём на соседней улице, которая называется квартал Хороший Путь, и находятся наши улицы на юго-восточной окраине большого мегаполиса Укосмо.

– Зовут его Карл Бельмон, и он старший брат моей матери. Он коммерсант и бизнесмен. У него есть фирма, которая приносит ему стабильный доход, и дядя решил реализовать давнюю мечту: открыть ещё дополнительно свой магазин, именно такой, какой желал открыть, будучи ещё маленьким мальчиком. Открытие состоялось первого сентября, в день, когда все дети идут в школу, и в день, когда у моего дяди Карла день рождения. Ему исполнилось пятьдесят.

– Как здорово, – Пит гордо взглянул на Рома. – Должно быть, он крутой дядя!

– Мы с ним, к сожалению, редко общались до этого. Он очень занят всё время, но тем не менее, на каждый праздник присылал подарки. А теперь, так как его магазин находится рядом с моим домом, будем видеться гораздо чаще, – улыбнулся наш товарищ. – Магазин реально потрясающий, вам понравится!

– Ром, мы уже так заинтригованы, ты просто не представляешь! – улыбнулась я, едва не подпрыгивая от нетерпения и любопытства.

– Мы почти пришли. Запомните адрес, он очень символичный: Хороший Путь, дом номер тринадцать!

Мы прошли ещё несколько дворов и почти вышли к шумному шоссе.

– Вход – с торца. Только со стороны кажется, что магазин маленький и неприметный. На самом деле внутри он больше, чем снаружи. Эффект пятого измерения и магического искажения пространства! – таинственным шёпотом пошутил Ром.

Обозначенный дом – семнадцатиэтажка. Она стоит лицевой частью к шоссе, а задней частью упирается во дворы и имеет несколько пристроек. Это один из старых домов, но хорошо отремонтированный и опрятный. Во дворе, по которому мы шли к магазину, всё убрано, подстрижен газон и выкрашены свежей краской лавочки.

– Этот магазин, сбывшаяся мечта моего дяди, может быть мечтой любого мальчишки. Ну или неформатной девчонки, – усмехнулся Ром.

– Что значит – неформатной девчонки? – спросила я.

– Видишь ли, форматные девчонки любят магазины кукол, косметики, одежды и украшений. А неформатные, как ты сказала, предпочитают книги, турснаряжение, спорттовары или рептилий вроде змей и крокодилов.

– М-м, ясно, – кивнула я, соглашаясь: в общем-то, Ром прав.

Мы подошли вплотную к небольшому козырьку, что помещался над узкой лестницей, уводящей вниз. Над козырьком сразу бросалась в глаза яркая надпись: «Лавка Озорников».

– Лавка Озорников? – прочитал Пит удивлённо. – То есть тут магазин игрушек?

– Не совсем игрушек, – опроверг Ром. – А магазин всего! Зайдём, я вам всё покажу!

Предвкушая приключения, мы спустились вниз, Ром галантно открыл перед нами дверь, пропуская вперёд. Сначала мы оказались в коридоре, и нас поразило уютное убранство этого крошечного предбанника. Под нами лежал ковёр, на стенах висели картины и зеркала, и здесь можно было даже оставлять одежду на удобных вешалках!

– Дядюшка предполагает открыть здесь ещё клуб-кафе Озорников, если пойдёт хорошо бизнес, – добавил Ром. – Пока это всё часть антуража к самому магазину.

Мы прошли дальше и оказались в зале. Меня поразило многообразие всего, что здесь было, эта небывалая яркость и пестрота. И сам магазин оказался обставлен не так, как везде! Он больше напоминал выставочный зал, где всё можно потрогать руками и приобрести. Здесь были сотни и тысячи диковинок, разных форм, размеров и назначения. И каждая вещь отличалась чем-то не совсем обычным.

К примеру, тут были мячи, раскрашенные как апельсины и помидоры, необыкновенные рогатки, деревянные ложки, расписанные в стиле техно, эльфийские луки со стрелами, всевозможных разновидностей перочинные ножики, механические животные и куклы-роботы, сотни две настольных игр и паззлов и куча всего другого. Были тут и товары для настоящих сорванцов: наборы юного сыщика, юного химика, приколы, искусственные пауки, крысы и тараканы, мешочки со смехом, прыгающие челюсти, искусственные когти, исчезающие чернила, воздушные шарики-бомбы, водяные пистолеты, лампы с «джиннами», разные фигурки, пульки и гильзы, деревянные мечи и коробки с бантиком, из которых выскакивали страшные морды. Был специальный уголок уже для профессионалов: старинные значки, монеты, марки и прочая радость коллекционеров. Пит сразу направился в тот уголок – ведь он заядлый коллекционер. Я же разглядывала всё подряд. Товары не были распределены по группам, они находились в хаотичном порядке, причём так, что выбрав один, сразу невольно хотелось выбирать дальше.

Здесь же находилась касса, и нас приветствовала симпатичная девушка, по возрасту ровесница Рома, с крашенными в красный цвет волосами и одетая в очень яркую толстовку и рваные джинсы. Она особенно тепло поздоровалась с Ромом, и он представил нам её:

– Это Триш Бельмон, моя кузина! Триш, познакомься, мои друзья Питер и Клотильда!

Триш улыбнулась нам и произнесла:

– Осматривайтесь здесь, тут много чего интересного! Если будет нужна помощь или консультация – я всегда рядом!

Мы были приятно удивлены тому факту, что у Рома оказалась двоюродная сестра. Нам он про неё ни разу не говорил! Мы знали, что у Рома живут троюродные родственники в городе Ворте, а с семьёй Бельмон мы увиделись впервые. Сам Ром единственный ребёнок в семье. Поэтому мы не задумывались о том, что у него много родни.

– Жаль, что мы не застали твоего папу, – высказал с сожалением Ром. – Хотелось бы с ним поговорить!

– Да, он оставил меня сегодня за главную. Уехал налаживать связи с поставщиками в Айкрате. Он хочет завезти ещё несколько товаров, – пояснила Триш.

– Я могу показать ребятам другие залы? – осведомился Ром.

– Конечно, всё открыто! – улыбнулась радушно Триш.

– Тогда отправляемся на разведку, – позвал нас за собой Ром.

Второй зал был небольшим. Здесь были книги, журналы для молодёжи, компакт-диски с играми и кассеты с фильмами и музыкой. Тут было очень уютно, у дальней стены стоял телевизор и диван со столиком – фильмы можно смотреть прямо здесь! А третий зал оказался по размеру как первый, и там была представлена одежда и аксессуары, в основном для «неформатной» молодёжи. Поразили необыкновенные названия на ценниках: «Футболка, чтобы напугать друзей», на которой был изображён монстр, или «Штаны для лазания по заборам», которые представляли собой модные рваные джинсы, вроде тех, которые надеты на Триш. Ещё тут был уголок карнавальных костюмов и масок, а также исторических костюмов. Я стала присматривать себе сумочки в средневековом стиле, из искусственной кожи с бахромой, примеряя их на себя, а Пит заинтересовался масками и париками.

– Вы пока тут отдыхайте и получайте удовольствие, а я поговорю с Триш, – улыбнулся Ром, поняв, что мы впали в настоящий процесс шопинга.

Мы кивнули ему и проводили взглядами.

– Смотри! Браслет с черепами! – Пит стал мне восхищённо показывать.

– Это ты сюда смотри – плащ человека-невидимки! – я расправила плащ, который с лицевой стороны необычайно отражал всё вокруг.

– Ой, а это амулет для ведьм! – глаза моего товарища восхищённо перескакивали с одного предмета на другой.

– О-о-о, кандальные цепи! Наручники! Пит, давай тебя прикуём, – хихикнула я.

Мы потрогали наручники, выглядевшие как настоящие, но цепи которых оказались из пластика.

– Прикинь, так приколоться над кем-то, пока человек будет спать, его так раз – и сковать! Он проснётся – и «а-а-а-а!» будет! – Пит начал смеяться и живо воображать, как можно разыграть кого-то с этими наручниками.

– Купи их, – предложила я. – А я вот эту сумочку, наверное, куплю.

– Ух ты, хорошая сумочка! А вот этот знак означает розу рыцарского ордена! Будешь рыцарем, – улыбнулся друг. – Мне тут понравилось. Я сюда со своими младшими приду.

На какой-то момент в нашей болтовне образовалась пауза, и мы услышали странный звук, доносящейся со стороны неприметной двери. Эту дверь мы обнаружили не сразу, и повернули головы только тогда, когда услышали там шорох.

– Ой, там кто-то есть, – проговорил Пит тихо.

– Наверное, другой продавец, который разбирает коробки. Там склад, наверное, – предположила я.

Я снова принялась разглядывать сумочку, мне в голову не пришло обращать внимания на шум за дверью. Но Пита что-то насторожило, либо у него было такое игривое настроение, и он стал как заправский детектив, подкрадываться к двери. Она была приоткрыта, за ней зияла темнота.

Шорох повторился, теперь уже ближе. Тут что-то и меня заставило замереть и повернуть голову в ту сторону. Потому что звук был вообще ни на что не похожим. Вернее, не так. Похожим на шипение змеи, или кошки, такое громкое шипение.

– Кошка, – предположил Пит, осторожно заглядывая внутрь. – Но я там ничего не вижу. Вообще, странная кошка, у неё не светятся глаза. Там темно, и людей там нет.

«Ш-ш-ш-ш-ш-ш-ш!» – прошипело что-то в последний раз. И это шипение на этот раз удалялось от нас, словно Пит своим любопытным вторжением его спугнул.

Так и не поняв, что это было, мы друг с другом переглянулись и пожали плечами. Но я подумала, что это шипение мне не понравилось. Что-то в нём было жутковатое, чужое. Я тут же взяла себя в руки.

За дверью по-прежнему была темнота. Пит задумчиво вглядывался туда, я осторожно сказала:

– Давай не будем злоупотреблять, там всё-таки склад, нам туда нельзя.

– Да, пожалуй, ты права, – задумчиво кивнул друг и закрыл дверь поплотнее.

Как раз через несколько секунд пришёл Ром:

– Как у вас успехи?

– Мы вот решили сделать первую покупку, – улыбнулась я, показывая сумочку.

– Это здорово. Отличное приобретение! – одобрил он. – Сюда можно приходить как на экскурсию! И желательно без родителей, ведь они не поймут всей прелести этого кладезя барахольщиков!

Ром говорил нам что-то ещё, но моё внимание вновь привлекла дверь на склад. Когда я на неё посмотрела, я уловила, что у меня начинает против воли бешено колотиться сердце. Будто за дверью что-то было. Дивясь своим ощущениям, я сглотнула и постаралась перевести взгляд на другое. Мне стало неприятно здесь находиться, в голову сразу стали вплывать нелепые дурные предчувствия. Что же это могло быть? Я взглянула на ребят, они безмятежно переговаривались и шутили. Пит, казалось, совсем забыл о «кошке» на складе. Я решила, что мне всё мерещится.

Потом мы отправились погулять по соседним дворам, а потом разошлись по домам. К тому моменту, как надо было ложиться спать, странное происшествие и более чем странные ощущения в магазине позабылись.

Глава 2

На следующий вечер мы снова собрались втроём, чтобы посетить секретную Базу Только Для Ваших Глаз. Эта База как основное наше место работы, находилась в квартале Хороший Путь, недалеко от наших с Питом домов.

Мы пошли туда на тренировку, ведь по одному из правил негласного кодекса агента ТДВГ, лишняя тренировка никогда не бывает лишней! Мы как агенты-стажёры должны уделять внимание спортивным занятиям. Несмотря на интенсивность и повышенный режим трудности, эти тренировки всегда желанны для нас. Особенно когда мы занимались вместе: так мы могли и посоревноваться друг с другом, и наоборот, поддержать.

Ром как наш лидер каждый раз умудрялся учить нас чему-то новенькому, что разучивал и практиковал сам. Пит показывал различные упражнения и приёмы из боевых искусств – он с детства несколько лет ходил в секцию единоборств. Что касается меня – я училась понемногу и у ребят, и сама, и у наших инструкторов. Чаще всего меня тренировали моя начальница Аманда Беллок, которая кроме всего прочего является внучкой одного из основателей школ борьбы. Направление драк и упражнений на выдержку, проворство для меня самое любимое.

Я старалась не ограничиваться только одним видом боевых искусств. И пыталась экспериментировать, комбинировать разные приёмы. Ром и Пит критиковали меня, что у меня нет системы, но я в ответ на это говорила, что это мой стиль. Вот и сегодня у нас возник спор по отработке одного из упражнений.

– Мы вдвоём нападаем на тебя. Пит сзади, я спереди, – пытался научить меня Ром. – Что ты сделаешь?

Я быстро оценила обстановку. Пит подкрадывался довольно неумело, потому что не успел до этого среагировать.

– Я разворачиваюсь, кулак наготове, даю Питу в нос, и он по инерции летит на тебя, а я отхожу, – ответила я. – Это как в айкидо. Я направляю энергию противника в пустоту, не сопротивляясь ей, а всего лишь уклоняясь.

– Куда ты отходишь, когда я на тебя напал и уже схватил? – спорил Ром и взял меня за плечи. – Вот, я же уже схватил тебя! И начинаю тебя валить. Пит, бей её, не стой!

Ром надавил мне на плечи, сделал подножку. Пит заколебался. Иногда реакция его подводила, это его слабым местом, и мы все дружно ему помогали с этим справиться. Я сделала почти то же, что планировала: поднырнула вниз, толкнула Пита на Рома. Всё это я проделала очень быстро, в итоге ребята упали.

– Так не честно! Я не был к этому готов! – в шутку возмущался Пит.

– Это ты мне объясняешь – честно или не честно? Я твой враг и убийца! – я угрожающе надвинулась на него.

Но упустила из внимания Рома: он в этот момент провёл блестящее нападение сзади, застигнув меня врасплох, и я оказалась повержена.

– Вот. Мы её победили, – он торжественно улыбнулся Питу. И сделал ему выговор: – Ты слишком медлишь. Не было бы меня – она бы тебя убила. Я твой спаситель, с тебя морковка для моей черепахи. Да, Клот. Смотри и учись. Тебя победила система. Система из правил, канонов боёв. Не хаотичное использование приёмов, а техничная тактика. Я играл тобой как шахматной фигурой, и ты оказалась съедена.

Ром как истинный гуру возвышался надо мной, а я внимала, думая – не устроить ли обманный финт, который так любит использовать Аманда. Когда твой соперник, думая, что честно победил тебя, застигнут врасплох, можно ловко его положить на лопатки, неожиданно для него. Но что-то удержало меня от этого. Ром галантно протянул руку, чтобы помочь мне встать, я просто приняла её и встала. Пит удивлённо заметил:

– Ром, ты рисковал только что! Я думал – она тебя перекинет через голову.

– Не перекинула. Потому что это противоречит всем законам физики, – заметила я. – Ром весит больше меня.

– Ну а ты бы использовала магию! Телекинез, например, – хихикнул Пит.

– Пока ещё такому не научилась, – вздохнула я с притворным сожалением.

– Ой, когда научишься, я реально буду тебя бояться, – пошутил Ром.

– Это вряд ли. Ты сам владеешь магией, – заметила я.

Ром действительно владеет уникальным даром – он может поджигать предметы усилием мысли. Это называется пирокинез. Только Ром об этом предпочитает не распространяться.

– Мы сегодня здорово позанимались, – подвела я итоги, чувствуя как вспотела. Мои звенящие мышцы чувствовали хорошее напряжение.

– Можем завтра продолжить, – предложил Ром. – Я тут вспомнил один приёмчик.

– Звучит заманчиво! – одобрила я.

– Но он очень правильный. То есть его нужно выполнять строго по правилам, – предупредил Ром.

– Хорошо, значит, будем по правилам, – не стала я спорить.

Рядом со спортивным залом находились душевые, куда мы направлялись. Для мальчишек душевая отдельная, поэтому они пошли туда, а я – в девчачью. В душе я расслабилась и решила провести там побольше времени, чем обычно. В своё удовольствие я плескалась под тёплыми струями воды, никто не нарушал моего покоя. Сегодня на Базе мало народу, кроме Аманды на Рецепции мы никого так и не встретили. Поэтому я рассчитывала, что, приняв душ, немного посижу в библиотеке Базы и почитаю что-то полезное.

Но когда я вышла из душа, меня ждал сюрприз: на меня почти что накинулись Ром и Пит, явно изнывающие от нетерпения:

– Клот! Мы подумали, тебя похитил водяной! Что ж ты так долго-то?! Мы даже решили тебя бросить! Ждали до последнего. Выйди ты минутой позже – мы бы уже ушли, – сетовал Пит. – Пошли быстрее с нами!

Его ажиотаж передался и мне:

– Что случилось, Пит?

– Клот, ты не поверишь. У нас наклёвывается задание, – улыбнулся во весь рот Ром, выглядевший очень довольным.

Я тоже обрадовалась, и неспроста: вот уже много недель мы сидим без дела, ничего особенного в нашей жизни не происходит. Я даже решила, что начала расслабляться и терять форму.

– Я потираю руки, – Пит счастливо запрыгал на месте. И поторопил меня: – Шевелимся, живо, живо!

Он первым почти вприпрыжку побежал вперёд. Я спросила Рома, который выглядел немного поспокойнее, чем взбудораженный Пит:

– Что за задание?

– Здесь Феликс, Гарольд и Фрэнк. У них было совещание недавно, они обсуждали каких-то учёных-недотёп, которые потеряли секретное изобретение. Конечно, нам нужна конкретика, и мы должны её получить! Они нас с Питом увидели, спросили, что мы тут делаем. Я сказал, что мы на тренировке, и что с нами ты. Феликс ответил, что для нас найдётся работёнка, если мы, конечно, хотим. Я сказал, что да, конечно, присоединяемся без лишних слов, только дождёмся даму с лёгким паром. И вот, мы тебя дождались, и идём! – торжественно рассказал мне Ром, пока мы дружно бежали по коридору минус первого этажа до лифтовой колонны.

– Ого! – поразилась я. – Задание, должно быть, интересное!

– Не то слово! Явно что-то серьёзное. Мы весьма удачно попались на глаза Феликсу Гистону, – заметил Ром.

– Чрезмерно полезная и плодотворная тренировка сегодня вышла, – усмехнулся нам заговорщически Пит, когда лифт привёз нас на первый этаж на Рецепцию.

– Где они нас ждут? – спросила я ребят.

– В оконной переговорной. Феликс предложил сделать кофе. Они ушли туда минут десять назад, – поведал Ром.

Мы направились по коридору в правое крыло Базы, где располагались переговорные и кухня. Оконная переговорная представляет собой уютно обставленную комнату с диваном, креслами и журнальным столиком, с большим светлым окном, выходящим во двор. Когда мы туда вошли, то застали там Феликса Гистона и Гарольда Хибкона, наших старших коллег.

– Мы прибыли, – объявил Ром за нас официально.

– Прекрасно. С лёгким паром вас, господа и леди, – улыбнулся нам доброжелательно Феликс. И пояснил: – Фрэнка позвала Аманда, его пока не будет с нами. Мы проведём совещание впятером. Садитесь, вот ваш кофе.

Феликс пододвинул к нам поближе поднос с кофейником и тремя чашками. Сам он пил чай из большого бокала, а агент Хибкон держал в руках бутылку с водой.

– Чрезвычайно полезно проводите время, занимаетесь спортом, тренируетесь. Это похвально, – сделал нам комплимент Гарольд.

– Стараемся использовать всякую возможность, чтобы поддерживать форму, – улыбнулся Ром. – Феликс, спасибо за кофе.

Мы поудобнее расселись на кожаном диване. Пит, не стесняясь, принялся наливать кофе и засунул в рот печенье – после усиленной тренировки он проголодался. Ром поухаживал за мной и налил кофе мне и себе. Феликс подготавливал папку с бумагами.

За год и четыре месяца стажа в ТДВГ я успела узнать этих моих коллег Феликса и Гарольда весьма поверхностно. С Феликсом довелось поработать лишь однажды, примерно полгода назад, когда я, Пол и Мунда Рокс расследовали случай в санатории Кочфеста. Тогда я узнала, что с Феликсом приятно работать, он настоящий профессионал, как и все наши коллеги. Феликс высокий худой светловолосый мужчина. Когда я первый раз увидела агента Гистона, он показался мне недоброжелательным. Но его общение и манера поведения оказались очень доброжелательными. Феликс как-то пошутил, что это важное качество для шпиона: выглядеть не таким, каким ты есть на самом деле.

Гарольд Хибкон – давний напарник агента Гистона. Их слаженная детективная команда распутывала много сложных операций. Гарольд по возрасту немного постарше Феликса, имеет самую натуральную шпионскую внешность. То есть самую заурядную: мужчина среднего роста, коротко стриженный, лысеющий, с усами и в очках. С такой внешностью проще затеряться в толпе и не быть запомненным нежелательными свидетелями. Но по характеру агент Хибкон сразу располагает к себе.

– Итак, вы точно располагаете временем в ближайшие дни? – осведомился Феликс. – Я понимаю, у вас школа, институт, тренировки, поэтому помощь, которую я с вас затребую, будет в пределах разумного по временным рамкам. Если поймёте, что не справляетесь, потому что не успеваете – в этом никаких проблем, просто предупредите.

– Феликс, – Ром посмотрел внимательно на него. – Ты говори о деле, а там решим. В любом случае, я учусь заочно и дистанционно, поэтому на меня можно рассчитывать смело.

– В школе занятия только начались, до конца четверти ещё далеко, и половина учителей ещё не вернулись из отпусков, так что мы тоже готовы поучаствовать в приключении, – поддержали мы с Питом.

Феликс одобрительно кивнул:

– Что ж, это отлично слышать. Начну вводную. Тридцатого августа поздним вечером было совершено ограбление лаборатории при Институте Биологии Айкрата. Косвенным свидетелем стал наш коллега Фрэнк. Он патрулировал улицы, когда чуть не наехал на жертву ограбления, сотрудницу лаборатории Ригги Уилмор. Злоумышленники выследили девушку, оглушили и отобрали ключи. Работа грубая, но так как лаборантка оказалась застигнута врасплох, их метод прокатил.

По словам лаборантки, злоумышленники похитили новый экспериментальный материал, доставленный днём и поставленный в холодильник. На расспросы Фрэнка девушка рассеянно отвечала, что украли шерсть животных, которые были переданы ей и её начальнику, биологу Парсону, от коллеги Парсона – профессора Тосса. Ни Парсон, ни его лаборантка Уилмор так и не успели исследовать эти образцы. То есть они конкретно не смогли сказать, что это такое.

Агент Скрэтчи попытался переговорить с профессором Тоссом, узнать, что это за материалы. Но Тосс повёл себя странно. Его поведение выдавало, что он знает, кто, зачем и для чего похитил эту «шерсть». Тосс не пожелал распространяться, что это были за образцы, в чём их суть, где Тосс их взял и зачем отдал Парсону. Пока мы копали биографию Тосса, про него вскрылись факты, которые напрягли лично меня и агента Хибкона. Профессор Найджел Тосс два года назад работал над засекреченным проектом в Институте Брогга, как раз перед аварией, которую мы с Гарольдом расследовали. Есть подозрение, что он был связан с небезызвестной аферисткой и сумасшедшей учёной Риной Камли. Есть основание полагать, что то, что было похищено из лаборатории Айкратского Биологического Института, не только секретно, но и опасно. Это не просто домыслы. Есть несколько доказательств, они собраны вот в этой папке.

Феликс подал нам папку, она оказалась фиолетового цвета, то есть там находились материалы самой высокой степени секретности.

– То, что в этой папке, исключительно только для ваших глаз, – сделал акцент агент Гистон. – Я предлагаю вам ознакомиться с этими материалами, изучить их, чтобы быть в теме. А потом мы будем готовы услышать ваш свежий взгляд на происходящее. Вполне возможно, что вы сами себе назначите задание. Мы доверяем вам как полноправным агентам. Несмотря на то, что вы стажёры и ходите ещё с двумя нулями в позывных, на деле вы проявили себя как далеко не полные нули, и мы это уважаем, – наш коллега внимательно посмотрел на нас. – Я отдаю вам эти материалы до завтрашнего дня, до двенадцати часов.

– Держим установку, что наша главная задача – во что бы то ни стало, найти пропавший экспериментальный материал и исследовать его своими силами. А также расследовать цели и мотивы похитителей этого материала, – добавил Гарольд.

Ром изогнул бровь, беря папку в руки, и прищурился:

– Правильно ли я понимаю, что это дело из серии «пойди туда не знаю куда и принеси то, не знаю что»?!

– Почти так, агент 004, – подтвердил Феликс. И улыбнулся: – Но тем оно и интересно, верно?

– Да уж, – улыбнулся Пит. – Неизвестные похитили неизвестно что и неизвестно зачем, при этом это неизвестное что очень опасно, и неизвестно кто стоит за всем этим.

– Именно, – кивнул Хибкон. – Типичное классическое расследование ТДВГ, вы разве не находите, юные коллеги?

– Мы пока ещё действительно слишком юные до всего этого, – многозначительно посмотрев на него в ответ, заметил Ром. – Но что-нибудь помозгуем. Ребята, пойдёмте засядем в Кабинете Шестёрки.

Мы встали, ещё раз поблагодарили Феликса за кофе и отправились в наше личное уединённое пространство. Задание свалилось нам как снег на головы, мы никак не рассчитывали получить его сегодня, а оно ещё оказалось таким запутанным.

Но когда Феликс давал нам вводную, я поняла, что обязательно нам нужно включиться в это дело. Оно затрагивало меня лично. Я участвовала в прошлом расследовании злодейств Рины Камли, которые имели отношение к Институту Брогга. Тогда я успела узнать о страшной тайне, реющей вокруг этой кошмарной женщины: она и её босс, некий Крамп, проводили эксперименты, ставящие целью соединить оккультизм и науку. Пытались научными методами поставить потусторонние силы на службу собственным амбициям.

Глава 3

На следующий день, когда мы в встретились в прежнем составе – Феликс, Гарольд, Ром, Пит и я, мы уже чётко знали содержание папки и всю предысторию случившегося тридцатого августа.

Документы в папке начинались с отчёта Фрэнка, где он описывал, как встретил пострадавшую, Ригги Уилмор, которая доложила об ограблении. Она объяснила, что поздно вечером её босс принёс коробку, в которой находились какие-то «волосы» или шерсть животных. Коробка поступила от профессора Тосса, коллеги Парсона. Тосс попросил Парсона придержать коробку у себя, до утра, когда должно было состояться исследование этих «волос». Тосс находился на конференции, он поехал туда после того, как передал коробку Парсону.

Далее был протокол опроса биолога Парсона. Парсон подтвердил, что коробку ему передал Тосс. Он упомянул, что не знает, что в этой коробке, поскольку не успел исследовать. Сказал, что это эпителий с шерстяным покровом чрезвычайно редких животных. Проговорил, что не представляет, кому понадобилось воровать этот материал. Но при этом произнес, что очень важно найти коробку, где бы она ни была, потому что Тосс, оказывается, доверил коробку Парсону на сохранение на то время, пока его не будет в стране. То есть выплывало то, что Тосс не желал, чтобы коробка находилась у него, пока он в отъезде.

Затем была стенограмма беседы с Тоссом по видеоконференцсвязи, с комментариями агента Скрэтчи. Тосс оказался крайне занят на заграничном собрании учёных, и когда узнал о похищении коробки, сильно разнервничался. Он попросил приложить все усилия, чтобы найти эту коробку, и во что бы то ни стало вернуть. Тосс отказался говорить, что в коробке, упомянул, что это очень большая тайна, секрет не для полиции. На вопрос о предположении, кто и зачем мог похитить эту «тайну», биолог сбивчиво рассказал о конкуренции в научном мире, и о научном шпионаже. Имён никаких Тосс не назвал.

Дело казалось настолько парадоксальным, что, ознакомившись со всеми разрозненными обрывками документов, мы не поняли, как к нему подступиться. И как к нему уже умудрились подступиться наши коллеги. Оказалось, что у Фрэнка, Феликса и Гарольда всё схвачено.

– Мы начали с досье на Тосса, – поведал нам Феликс. – Тот факт, что он работал два года назад в Институте Брогга над секретными исследованиями, о многом побуждает задуматься.

– А над чем конкретно работал этот учёный? – спросил Ром.

– Его специализация – исследование редчайших видов животных. Он одержимый маньяк по части открытия новых видов. Он защитил три диссертации по исследованию нового, не известного ранее науке вида глубоководного моллюска. Также он плотно занимается прикладной палеонтологией: ищет живые свидетельства, подтверждающие существование динозавров в современном мире. Сейчас он на конференции, где планирует обсуждать финансирование своей экспедиции в Клакенские горы, где, по его мнению, могут находиться сохранившиеся в анабиозе птенцы птеродактилей, – рассказал Феликс. – Но это предыстория, преамбула. Судя по нашим данным, в Институте Брогга профессор Тосс был привлечён в качестве исследователя-эксперта по изучению созданных видов животных.

– Искусственно созданных? То есть посредством выведения гибридов, как в генной инженерии? – уточнил Пит.

– Да, – кивнул Феликс. – Они там занимались изобретательством новых видов существ, скрещиванием ДНК и всё такое. Клонированием в том числе.

– Они – это группа Рины Камли? И они там что-то изобрели, каких-то существ, в результате чего устроили там взрыв? – пояснила я, вспоминая о подробностях, которые знала по прошлому делу.

– К сожалению, нам не известно, входил ли Тосс в группу Рины Камли. Возможно, он даже не подозревал о её существовании, а возможно, был её правой рукой – тут ничего исключать нельзя, – упомянул Гарольд. – При аварии Тосс не пострадал, его там и не было, у него было полное алиби. Задолго до аварии он уехал в экспедицию в тропики. Он хотел открыть очередной вид насекомых, то ли гусениц, то ли пауков. После аварии Институт Брогга закрыли, Тосс перешёл работать в другой НИИ. С тех пор и по сей день он числится в Академии Биотехнологий.

– Вообще, Найджел Тосс большая тёмная лошадка, – добавил Феликс.

– А что можете рассказать про Оливера Парсона и его ассистентку, Ригги Уилмор? – спросил Ром. – Мы услышали, что доктор биологических наук Парсон – друг и коллега Тосса. Как хорошо они знают друг друга?

– Познакомились и работали вместе в Академии Биотехнологий, – заглянув в свои бумаги, пояснил Феликс. – До этого, судя по нашим источникам, не пересекались. Парсона потом пригласили в Биологический Университет Айкрата, а лаборантка устроилась к нему полгода назад, он выпросил у администрации Университета себе штатную единицу, помощника. Госпожа Уилмор способная, мозговитая барышня, а не просто глупая блондинка в стиле «принеси-подай». Парсон проверен нами, он персона усидчивая, любит и болеет за своё дело, за науку. У него есть семья, про которую он частенько забывает, засиживаясь на работе допоздна. Он весьма рассеян, особенно когда уходит с головой в работу, может быть увлечён и поглощён каким-то делом до потери памяти и ориентации в пространстве. Возможно, по этой причине он несколько опрометчиво отнёсся к просьбе Тосса сберечь коробку.

– Ещё тут вопрос, как и каким образом ему была передана коробка, с какими инструкциями, – добавил Гарольд. – Тосс укрывает то, что в ней было. Но мы уже выяснили, что это части каких-то редких животных. Мы можем лишь предполагать, что похитителям могло понадобиться ДНК этих существ.

– Из которых они могут наделать полноценных клонов, и эти клоны могут быть опасными, – добавил Пит и посмотрел на нас.

– В том числе и такой вариант возможен, агент Ривел, – кивнул Феликс.

– А как мы будем искать эту коробку? – спросила я.

– Мы подозреваем следующее. Парсона и Уилмор мы тщательно проверили. Они не причастны к похищению. Фрэнк думает, что их выследили, – размышлял Феликс. – И те, кто следил за Уилмор и Парсоном, напали в тот момент, когда знали, где коробка. Отобрали ключи, проникли в лабораторию. И унесли. Фрэнк направлял по горячим следам своих криминалистов. Они подтвердили, что похитителей было двое, что они увезли коробку на машине, но машина была припаркована в нескольких кварталах от Института. Предположительно это был фургон-пикап. По предварительным наблюдениям, опросам свидетелей и снятию показаний с уличных камер, мы засекли чёрный пикап со снятыми номерами. Он ехал в сторону Экологического Аграрного Института Айкрата, далее его следы теряются. Экологический Институт находится в десяти километрах от Биологического.

– Тут всё очевидно, налицо научный шпионаж, – высказал Ром.

– Сейчас мы усиленно проверяем каждого сотрудника Экологического Института. А также простраиваем возможные связи с Найджелом Тоссом, выводим на чистую воду общих знакомых и возможных недоброжелателей, – пояснил Феликс.

– Мы думаем, что коробка где-то там, – завершил Гарольд. – Мы взяли Экологический Институт на мушку.

– Мы готовы сделать всё, что требуется от нас! – заявил с готовностью Ром.

– Да, если нужно, мы внедримся в Экологический Институт под видом студентов и излазим там всё изнутри! – поддержал тут же Пит.

– От вас пока не требуется чрезмерного геройства, – враз обрубил и разочаровал нас Феликс.

– Так что мы тогда можем сделать?! – спросила я с нетерпением.

Выдержав паузу, Феликс многозначительно и внимательно посмотрел на каждого из нас:

– Завтра утром, ровно в половине одиннадцатого, самолёт, на котором господин Тосс возвращается из экспедиции, приземляется в аэропорту Нейманрисса. Я хочу, чтобы кто-то из вас отправился проследить его маршрут после схода с трапа и до самого позднего вечера.

Мы удивлённо переглянулись. Ром проговорил:

– Слежка? Но мы думали, что на это дело у вас уже задействованы ресурсы. То есть я хотел сказать, что слежка должна была подразумеваться сама собой…

Жёсткий взгляд Феликса остановил нашего лидера:

– Агент Террисон. В данный момент мы как раз и занимаемся задействованием ресурсов. Конкретно – в вашем лице.

– Не поверите, ребята, но в плане агентов мы на мели, – развёл руками агент Хибкон. – Я хочу сказать, все в ТДВГ сейчас заняты. Очень горячие деньки наступили.

– Горячие деньки? В связи с чем? Глобальный инопланетный заговор? – удивился Пит.

– Ни вам, ни нам не обязательно досконально знать, чем занят каждый агент у нас на счету в штате, не так ли? Это профессиональная этика – не отвлекаться на дела коллег, а лучше и качественнее выполнять собственные задачи, – отчеканил Феликс. – Скажу так. Подтверждая слова агента Хибкона, я заявляю, что в нашей расследующей группе по делу ограбления Айкратского Института задействована команда пока только из трёх человек: я, агент Хибкон и агент Скрэтчи. И это по причине действительной нехватки человеческих ресурсов. Вот почему мы предложили вам присоединиться.

– Конечно же, мы соглашаемся! Даже не обсуждается! – горячо заверил Ром.

– Фрэнк будет занят беседой с Парсоном и Уилмор, проверкой информации, поступающей с их стороны. Мы, а конкретно я и Гарольд, будем заниматься Экологическим Аграрным Институтом. На слежку за Тоссом в день его прилёта с конференции, где он задержался на три недели, я направляю одного из вас. Конкретно мне видится, что это будет агент Террисон.

Ром заявил:

– Я готов, я беру это задание.

– А чем займёмся мы? Мы можем помогать Рому в слежке? – спросила я.

– Нет. Ром пойдёт на это дело один. Профессор Тосс не должен заподозрить, что у нас на крючке. Но и вы без дела не останетесь. Гарольд, – Феликс обратился к агенту Хибкону. – Проинструктируй Террисона, дай ему вводную.

– Хорошо, шеф, – кивнул Гарольд. – Пойдём, Ром. Тебя надо подготовить.

– Само собой. Удачи нам всем, ребята, – кивнул нам Ром, и они с Гарольдом вышли за пределы Оконной Переговорной.

– Видите, времени мы не теряем, ни в коем случае, – назидательно поднял палец вверх Фрэнк. – Рома уже готовят к операции, к которой он приступит завтра утром. Для вас пока работёнка поскромнее, но не менее важная.

При слове «поскромнее» я испытала лёгкую досаду. Рому досталось самое вкусное – задание, сопряжённое с рисками. А нам наверняка, как самым младшеньким, зададут копаться в бумажках и перебирать пыльные папки. Не то что бы я против бумажной работы – работа в полях куда интереснее и от неё куда больше адреналина и опыта!

Я не ошиблась. Феликс решил скинуть на нас рутину. Он выложил перед нами несколько скреплённых листов бумаги, испещрённых мелким шрифтом:

– Это список знакомых и контактов Ригги Уилмор.

И тут же полез за вторым таким же списком:

– А это – по Оливеру Парсону. Мы ещё не проверяли, и с нашей стороны это могла быть большая оплошность. Пробейте каждого из этих людей по Базе Данных Только Для Ваших Глаз. Кто где учился, работал, и за что привлекался, если таковые случаи были. Если заметите подозрительных лиц или на что-то выйдете – ни в коем случае не игнорируйте, сообщайте мне. Приступайте.

Феликс собрался выходить:

– Срок – до завтрашнего дня. В двадцать три часа собираемся в этой комнате, выслушиваем отчёт Рома и ваш отчёт.

Он уже почти вышел, когда я, более-менее собравшись с мыслями, успела спросить:

– Феликс, а что конкретно мы ищем? Цель у нас какая?

Агент Гистон обернулся на нас и проговорил:

– Есть гипотеза, что те, кто напал на лаборантку, хорошо знали её. Понятно, что наёмники. Но к примеру, может выйти, что они учились с ней в одной школе, например. Вот я про что. Уловила?

– Ну да… – неуверенно пробормотала я.

– Отлично, – одобрительно улыбнулся Феликс. – Тогда вперёд!

Глава 4

Феликс убежал. Пит сразу принялся критиковать:

– Ну он даёт. Ничего толком не объяснил.

– Мы сами должны понимать. Он доверяет нашему опыту, – попыталась объяснить я.

– Но вот что меня настораживает: дело такое серьёзное, почему Аманда не выделила на него побольше людей? И где все наши коллеги, что за горячая пора?

– На заданиях. Вот почему мы тут никого не встретили ни вчера, ни сегодня, – предположила я.

– Клот, я могу обратиться к тебе с просьбой? Я буду у тебя в долгу, мне очень не удобно просить тебя об этом… – Пит замялся.

– Я сделаю для тебя всё, что смогу, ты мой друг, – живо отозвалась я.

– Понимаешь, я не знаю, сколько уйдёт времени на списки. Работа кропотливая, может затянуться. А в шесть я должен сводить Томми выбрать себе подарок на день рождения. Я рассказал ему про «Лавку Озорников», и Томми попросился туда. В общем, я понимаю, личная жизнь не должна мешать работе…

– Пит, – остановила я поток его смущённых словоизлияний. – Всё в порядке. Я постараюсь за тебя закончить эти списки. Начну работать по Уилмор, ты по Парсону. Пометь, на ком ты остановишься, чтобы я не выполняла твою работу заново. Иди обязательно. Ты и так из-за работы мало проводишь времени с близкими. А уж что говорить обо мне! Я твоя соседка, а даже запамятовала, что у твоего младшего брата день рождения. Обязательно передай ему привет и поздравления! Сколько ему, кстати?

– Восемь. Он уже во втором классе, – гордо объявил Пит.

– Как быстро летит время. Только что, кажется, ему шесть было, – улыбнулась я.

– Тебе самой скоро пятнадцать, – напомнил Пит и смущённо опустил глаза, будто джентльмен, совершивший оплошность и указавший даме на её возраст.

– Ай, я и забыла, – засмеялась я. – У меня день рождения меньше чем через неделю! Даже интересно, как и где я его встречу?

– Сидя в тёмном окопе в засаде, под дождём, с пулемётом, – улыбнулся Пит.

– Мечта секретного агента, – улыбнулась я. – Какая романтика! Что ж, приступаем. Феликс прав – вдруг действительно из этого что-то дельное выплывет?

Я задумчиво посмотрела на списки. Пит покосился на них скептически:

– Сомневаюсь. Мне кажется, тут абсолютная пустышка. Скинули на нас черновую работу, как на каких-то стажёров! – недовольно проворчал он.

Мне пришлось напомнить:

– Пит, мы и есть стажёры.

– Ну, Ром же тоже стажёр. Он агент 004, с двумя нулями. Почему ему дали такое задание, а нам – такое?!

– Потому что в следующий раз будет наоборот. Повезёт и нам. И будет на нашей улице праздник. Я бы не стала завидовать Рому. Ему дали сложное дело. Я искренне надеюсь, что у него всё получится.

– У меня подозрение, что Феликс недооценивает нас с тобой. Конкретно к тебе и ко мне у него предвзятое отношение, – шёпотом поделился Пит. – Он держит нас за каких-то салаг. Ты просто не замечала, а я всё сёк, пока мы с ним сидели вчера и сегодня. Он совершенно по-разному смотрит на Рома и на нас с тобой.

– Я не уверена в том, что ты прав, так категорически, – осторожно поспорила я. И гордо заметила: – В феврале я, Пол и Мунда работали с агентом Гистоном на одной операции. И он видел меня в деле! Не думаю, что он нас недооценивает.

Пит лишь пожал плечами и грустно вздохнул. Я сама была огорчена, несмотря на то, что подбадривала и успокаивала Пита по поводу задания, которое нам только что дали. Большая часть меня тоже протестовала и сопротивлялась.

Мы приступили. Работа нас настолько загрузила, что мы даже не общались друг с другом. Прошло уже три часа наших бдений, а всё безрезультатно. У доктора Оливера Парсона около пятисот контактов в списке, и не понятно, по каким критериям Феликс и Гарольд этот список составляли. У Ригги Уилмор контактов более трёхсот. Требовалось проверить каждого, пробить по Базе Данных, прочесть всю подноготную и биографию. За три часа у Пита ничего не выстрелило, у меня тоже.

Оторвавшись от монитора, Пит устало потянулся и виновато посмотрел на меня:

– Мне пора.

– Пит, вставай и иди, это даже не обсуждается, – отпустила я напарника. – Я доделаю анализ списка Уилмор, и сколько успею, подхвачу твой список. Так даже честно, потому что твой список больше, я по-любому должна была минимум сто имён из твоего списка взять на себя. Так спокойно отведи брата в магазин.

– Спасибо тебе. Действительно… Работа такая… муторная! Никогда не занимался ничем более скучным, – пожаловался Пит. И высказал: – Когда Майло вернётся, наши услуги станут более востребованы, и к нам снова станут относиться как к профессионалам, а не как к мальчикам и девочкам для копания в бумажках.

Я задумчиво посмотрела на Пита. Он упомянул своего старшего кузена, Майло Стимвитза, одновременно нашего босса и наставника, человека, который вербовал нас в ТДВГ. Случилось так, что несколько месяцев назад он исчез, сообщив, что едет на неопределённый срок путешествовать. От него пока что никаких вестей. Я и наша коллега – агент Мунда Рокс были единственными, кто видел его «отъезд», то есть видели его в последний раз перед исчезновением. Мы тогда ловили опасного преступника, сверхъестественное существо, почти поймали его на крыше заброшенного завода. Он ускользнул через портал. После этого туда прилетели вертолёты спецслужб, а так как я и Мунда были там посторонними лишними лицами, Майло приказал нам быстро скрываться. Никогда не забуду его взгляд, каким он провожал нас тогда. После этого его до сих пор никто не видел.

И тут Пит высказал надежду, что он, возможно, скоро появится.

– Ты знаешь что-то об этом? – спросила я.

– О чём? – не понял Пит.

– О том, когда Майло вернётся?

– О, об этом не знает никто, – потянул мой друг. – Но должен же он вернуться! И проверить, как мы тут без него.

– Было бы хорошо, – улыбнулась я.

– Вот и я про то же, – Пит поддержал меня. И вздохнул: – Ладно, я побежал. Удачи тебе! А ещё лучше плюнь на это дело, скажи, что разболелась голова и что заниматься этим в лом.

– Пит, Феликс всё-таки может оказаться прав: это важно. Мы пока ещё ничего не нашли, и либо мы плохо искали, либо просто мы ещё не до конца проверили эти списки. Я продолжу.

– Что ж. Ещё раз удачи, – кивнул мой друг и ушёл.

Звенящую тишину после удалившегося топанья кроссовок друга по полу коридора я почувствовала не сразу. Лишь когда прошло пять минут, я уловила ощущение одиночества в пространстве вселенной. За окнами появлялись первые признаки темноты, я закрыла жалюзи и включила освещение. Задумчиво посмотрев на монитор, стала раздумывать – сделать ли паузу на чай или заняться проверкой следующего по списку?

Вот, очередной человек из списка уже вышел на экран. Проверю его, а потом – попью чай.

Зовут его Гилберт Пэйн. Интересно, сколько Гилбертов Пэйнов проживает на свете, полных тёзок? В списке значилось, что Гилберт Пэйн был одноклассником Уилмор с пятого по девятый класс, потом они короткое время работали вместе в частном исследовательском химическом институте, куда их направили на практику. Уилмор защищала курсовую по фармацевтической химии на базе той организации. А Пэйн там работал лаборантом.

Не знаю, что меня в этом Пэйне заинтересовало. Я решила задержаться на нём, копнуть глубже. Вроде, ничего примечательного он собой не представлял. Двадцать два года, родился в Айкрате. Учился в средней школе, после девятого класса поступил в химический колледж. После колледжа подрабатывал лаборантом, потом поступил на работу в Химический Институт Укосмо, или сокращённо ХИУ. Работает лаборантом там до сих пор, проживает в общежитии при институте.

Обычный студент. Но что же с ним может быть интересное? Более чем за год работы в ТДВГ я научилась доверять интуиции. Я запустила проверку Гилберта Пэйна по криминалистическим базам. Особо на удачу я не рассчитывала: вряд ли очкарик-ботаник, весьма щуплого вида, судя по фото, будет заниматься разбойными ограблениями. Но… Я не поверила своим глазам, когда увидела на экране, что Пэйн в пятнадцать лет арестовывался именно за ограбление магазина, перед самым поступлением в колледж!

Я выпучила глаза и с минуту так и сидела. Очкарик – и грабит кассу? Случай был единичный, его освободили условно. Возможно, кто-то заступился за сошедшего с пути парнишку, или родственники наняли хорошего адвоката. Я пробила данные по родителям. Гилберт Пэйн происходил из обеспеченной семьи. Отец и мать – бизнесмены. Пэйн, видимо, не оправдал ожиданий родителей: сложно поверить, что бизнесмены ждали, что их отпрыск станет молодым учёным-химиком. Возможно, у него были сильные разногласия с родителями, которые проявлялись в неустойчивости его психики и таких поступках, как ограбление магазина. У Пэйна три брата и сестра, я ради любопытства узнала информацию по ним. Гилберт самый младший сын в семье, поздний ребёнок, а его братья и сестра тоже занимаются бизнесом.

Пэйн интересовал меня всё больше. Я стала узнавать про его успехи в колледже, про его начальников на первой работе, на второй работе… И тут я снова обомлела! Это немыслимо. Такого совпадения я не ожидала! Я увидела очень знакомое имя.

Одним из научных руководителей Пэйна по его работе в ХИУ был Ромео Нельсон! Таинственная фигура, которую мы с Полом и Мундой встретили в феврале в клинике-санатории Кочфеста. Который погиб на наших глазах от взрыва бомбы. И про которого мы позже выяснили, что настоящий Ромео Нельсон умер раньше, чем мы с ним познакомились. То есть тот встреченный нами тип взял имя Ромео Нельсона. Кем он был – не понятно. Призраком, фантомом, человеком-невидимкой, или неким загадочным лицом, с непонятными целями выдававшим себя за этого мёртвого учёного.

Ромео Нельсон был учёным-химиком. И он связан с Пэйном.

Тогда, во время нашего февральского расследования, «Ромео Нельсон» очень заинтересовал меня. То есть тот, кто назывался им. Что вынюхивал он там? И погиб ли он? Ведь останков людей там не нашли, разбирали последствия взрыва наши криминалисты. Мы знали, что подвалы клиники-санатория испещрены кучей потайных ходов. Он мог выжить и скрыться. Я поймала себя на мысли, что хотела бы снова увидеть его.

Голова моя гудела от напряжения. Взглянув на часы, я увидела, что уже поздно. Я решила сделать передых, и отправилась домой. Мысли о юном учёном Пэйне, ограбившим магазин, не покидали меня. К слову сказать, это был магазин игрушек. Интересно, как там Пит с Томми сходили в «Лавку Озорников»? Пит наверняка завтра нам с Ромом об этом расскажет, и Рому будет приятно.

Глава 5

После завтрака я первым делом связалась с Питом. Он пригласил меня в гости. Через три минуты я была уже у него, ведь он живёт в доме напротив. Я рассчитывала поговорить с ним о ходе нашего расследования, поделиться вчерашними открытиями. Пит открыл мне дверь со смехом:

– У нас тут Содом и Гоморра. Весь дом с вечера стоит на ушах.

– Что приключилось? Тайфун, цунами? – поинтересовалась я.

Мы вошли, Пит пояснил:

– Томми выдумал вчера новую шутку. Он утверждает, что видел в магазине чудовище, и рассказывал про это весь вечер. Лилиан посмеялась над ним, тогда Томми, перестав бояться, сегодня с утра замутил игру в это чудовище.

Тут же меня оглушили и едва не сбили с ног:

– А-а-а-р-р-р-р!!! Чудовище!!! – детский крик Патрика Ривела, десятилетнего братишки Пита, чуть не взорвал мои барабанные перепонки. Патрик вылетел на нас из-за угла и зашипел: – Ш-ш-ш! Я поймал чудовище!

– И я поймала чудовище!!! – раздался визг одной из близняшек, то ли Мэгги, то ли Сюзи, с кухни. – Мы взяли его в окружение!

– А-а-р-р-р!!! – торжественно прорычал маленький Эрви, убегая от сестрёнки. По видимому, Эрви и был «чудовищем».

Но он врезался в Патрика:

– Не сбежишь, чудовище!

– Я тебя укусил! – Эрви схватил Патрика зубами за рукав. – Теперь ты чудовище!

– А-а-а-а-а!!! – раздался пронзительный визг подбежавшей к нам близняшки.

– Спасайся кто может! Патрик – новое чудовище! – заорала вторая близняшка, неизвестно откуда взявшаяся посреди прихожей.

Завидев нас, Патрик кинулся на меня и схватил за руку:

– Я тебя цапнул! Теперь ты – чудовище! А-а-а! Спасайся кто может! Клотильда – новое чудовище!

– Акула, акула! А-а-а! Акула!!! – с весёлым визгом почти хором прокричали Мэгги и Сюзи.

Они с раннего детства обожали играть со мной в эту игру, про акулу. Но удивляла меня никакая не акула. Я посмотрела на Пита, он невинно развёл руками:

– Я ж говорю – у нас тут самый лучший дурдом на нашей улице!

– А что же случилось? Что за чудовище видел Томми? – спросила я.

– Не знаю, что он выдумал. Надо у него спросить. Может, что правда увидел в магазине, маску какую-нибудь. Но вчера твердил как одержимый: «я видел чудовище, я видел чудовище». Клот, они малышня. Они по сто новых игр и развлечений придумывают на дню! – снисходительно улыбнулся друг. – Не стоит придавать значения. Хочешь бутерброд с беконом? Ещё остались!

Изрядно сбитая с толку, оглушённая вопящими игрищами, я поплелась за Питом. Дети, поняв, что я не в настроении играть, тут же выбрали себе новое чудовище – Мэгги. Только потому, что она ещё не была чудовищем. Как они планировали отличать её от сестры-близнеца Сюзи – никому не известно.

А когда мы пришли на кухню, то застали там истинного виновника торжества – Томми. Он сидел в гордом одиночестве, за дальним концом стола, и ковырялся вилкой в яичнице. Почему-то он не принимал участия во всеобщем веселье, а выглядел задумчивым. На Томми это не похоже. Я знала его как такого же шалунишку, как и остальных маленьких Ривелов. Пока Пит любезно готовил для меня бутерброды и какао, я подсела к Томми.

– Привет, Томми. Я ещё не поздравила тебя с днём рождения. Поздравляю, – улыбнулась я мальчику.

Тот поднял на меня задумчивые глазёнки:

– Спасибо. Питер передал мне поздравления.

Я увидела, что Томми было приятно. Мы с ним всегда ладили, как и с любым из детей Ривелов. Я решила доверительно поговорить с мальчиком. Возможно, снова заговорил голос интуиции, а возможно, мне понятно, что произошло: дети придумали новую игру, а Томми по каким-то причинам отказался в ней участвовать. И это было не совсем тем, на что не стоит не обращать внимания. Поэтому я стала осторожно переводить разговор в нужное русло:

– Пит рассказал, что вы вчера ходили в магазин «Лавка Озорников». Тебе там понравилось? Это магазин родственников одного нашего друга, Рома. Возможно, ты его уже видел, он живёт на соседней улице и часто тут катается на велосипеде.

Том посмотрел на меня слишком серьёзно для мальчика восьми лет:

– Я видел чудовище.

Я подняла глаза на Пита, тот махнул рукой:

– Опять он за своё, старое заладил…

– Пит, тш-ш, – я строго посмотрела на товарища, приложила палец к губам и вновь обратилась к Томми: – Расскажи о нём.

– А ты поверишь? Не будешь говорить, что я придумываю? Я правда видел чудовище, – Томми с надеждой поднял на меня глаза. Очевидно, мальчик сейчас получил ту толику внимания и понимания, которой ему недоставало.

– Конечно, поверю, – улыбнулась я.

– Обещаешь? – Том требовательно и строго посмотрел на меня. Я даже немного смутилась этого взгляда малыша.

– Обещаю. Слово индейца! – я демонстративно провела ребром ладони себе по шее и заговорщически подмигнула мальчику.

В его глазах проскользнули весёлые искорки, он понял, что я «свой» человек. Он жестом попросил, чтоб я наклонилась к нему, и зашептал мне на ухо:

– Оно живёт в подсобке. Оно шуршало. Я туда зашёл, а оно бегало там. И когда я посмотрел на него, оно посмотрело на меня. Оно выглядело вот так.

Я никак не ожидала получить улику, иллюстрирующую рассказ Тома Ривела, но это была для меня редкостная удача. Томми достал из-под стола из ящика блокнот с рисунками и, зыркая глазами по сторонам, опасаясь, что кто-то будет подглядывать, показал мне картинку. Я увидела совершенно нечто, что не укладывалось ни в какие представления. Томми изобразил, по-видимому, мохнатый шар, прямоходящий, то есть стоящий на задних «лапах» или ногах, и имеющий ко всему прочему лапы передние, или руки. Ещё у него наблюдались два глаза.

Пока я рассматривала сие странное создание, к нам незаметно подошёл Пит и заглянул через плечо. Тоном чопорного врача старший брат очевидца спросил:

– Ты уверен, что это было именно чудовище? А не кошка?

– Кошка? – Том неуверенно поднял глаза на брата. – Но кошки другие.

– А может, правда, кошка? – предположила я с сомнением, слишком уж невероятным мне казалось изображение, и вообще вся эта история в целом. – Какая-нибудь новая порода кошек.

– Но где же тогда у неё уши? – удивился Том. – Я нарисовал именно то, что видел.

– Если это такая порода кошек, то уши у неё невидимые, – предположила я.

Пит спросил:

– Том, а когда ты увидел это существо, и оно посмотрело на тебя, оно тебе что-нибудь сказало? Например, «мяу»?

– Нет. Оно просто посмотрело на меня, – объяснил Томми.

– Непонятно что это было, вот, – заключил Пит.

– Это могло быть что угодно. Кошка, чудовище, инопланетянин. Том, я тебе верю. Если вспомнишь ещё подробности – сообщи мне. И ещё, – я конспиративно склонилась над ухом мальчика: – Если когда-нибудь увидишь что-нибудь странное или страшное, говори лучше мне. Мы вместе разберёмся.

– Хорошо, – кивнул Том, изрядно повеселев.

– Спрячь свой блокнот. И никому не показывай, – наказала ему я. – Это твой секретный архив.

– Да! – закивал Томми. И принялся увлечённо доедать остатки яичницы.

Пит, изогнув бровь, посмотрел на меня:

– Пытаешься завербовать моего брата? Набралась, однако, ты подобных замашек от Майло.

– Именно, – кивнула я, улыбаясь. – Том большой молодец.

– Придумщик. Взбаламутил всю семью, – прошипел ворчливо Пит, мы же уже уходили с кухни.

– Откуда ты знаешь? Может, он правда что-то видел! Скажу тебе по секрету, когда мы первый раз были в этом магазине, у меня тоже создалось ощущение, что в подсобке кто-то живёт!

– Но не чудовище же?! Может, это была всего лишь крыса! Или в самом деле кошка.

– Я бы даже ради интереса сходила, посмотрела.

– Ух, ну ты даёшь! Охота тебе этим заниматься?! И у нас времени мало. Мы ещё не успели доделать нашу работу. Пойдём на базу, – Пит решительно направился в прихожую.

Глава 6

На Базе я рассказала Питу о своих предположениях и находках. Товарищ выслушал меня с пониманием и поддержал:

– Я согласен, что у этого Пэйна рыльце в пушку. Неспроста это всё. Ограбление магазина, и то, что он учёный. Вдруг он стал учёным, чтобы изобрести новые способы совершения преступлений?

Я прикинула, что это гипотеза, которую не стоит сбрасывать со счетов. В конце концов, учёные – такой странный народ. Они говорят на непонятном языке, их мозги устроены по-другому. Мой папа шутит, говоря, что учёные – это такие марсиане.

– Скажешь о нём Феликсу? – уточнил напарник.

– Конечно, – кивнула я. – Я уже пометила его фамилию красным маркером.

– Ты закончила проверять свою лаборантку?

– Почти. Осталось где-то имён двадцать.

– А у меня ещё непочатый край, – вздохнул Пит.

– Я тебе помогу, – поддержала я.

Мы отправились в компьютерный терминал доделывать муторную работу, которую начали вчера. На Базе по-прежнему никого, если не считать Аманды Беллок. Наша шеф находилась на рабочем месте, на Рецепции. Она – главный координатор Базы. Почти всегда, приходя сюда, мы встречаем её, если она не на задании. Порой я удивлялась – как Аманда всё успевает? Сегодня, когда мы здоровались с ней, она была занята как никогда. Нам она лишь кивнула. На ней были надеты наушники с микрофоном, она диктовала туда, смотрела в монитор, пальцы её молниеносно бегали по клавиатуре. А ещё у неё рядом разрывался телефон. Но Аманда совсем не выглядела загнанной: напротив, она демонстрировала деловую хватку, сосредоточенность и несокрушимую уверенность в себе в этом цейтноте.

Наша работа сегодня протекала веселее, чем вчера. Ведь мы приступили к ней со свежими силами, на свежую голову. Мы закончили проверять людей из списков знакомых Парсона и Уилмор. И никто из людей не внушал подозрений настолько, как Гилберт Пэйн. У Парсона в связях были в основном учёные коллеги, двое из них входили в научно-исследовательское объединение «Тайны Века», изучающее загадки природы. А среди людей, входящих в «Тайны Века», у ТДВГ немало своих информаторов и внештатных сотрудников. Удовлетворённые тем, что закончили работу в срок, мы разошлись, условившись подойти на Базу к половине одиннадцатого вечера на совещание.

Подойдя к этому времени, мы к нашей большой радости застали Рома. Тысячи вопросов к нему готовы были сорваться с наших уст. Как прошёл его день? Как он нашёл профессора Тосса? Как проходила слежка? Всё ли удачно? Я надеюсь, мы всё-всё узнаем, когда наши боссы Феликс и Гарольд, а возможно ещё и Фрэнк, присоединяться к нам.

– Ром, приветствуем тебя! – Пит горячо и нетерпеливо затряс руку товарищу. – Как ты?

– Всё прошло здорово, – спокойно и сдержанно улыбнулся Ром, отвечая на рукопожатие, и тепло поздоровался со мной.

– У нас, по ходу, обнаружились зацепки. Мы с Питом выдвинули рабочую гипотезу, – обозначила я.

– Это великолепно, – Ром улыбнулся. Мы заметили, что он устал, потому как был чересчур спокоен, даже для своего обычного спокойного фона настроения. Но его усталость была благодатной усталостью человека, хорошо сделавшего свои дела.

У нас в ТДВГ существовало правило радоваться за коллегу, что он вернулся с задания. Целым и невредимым. Я несколько раз слышала истории о своих коллегах, не вернувшихся с заданий, пронизанные болью. Хоть такие истории негласно запрещено распространять среди стажёров. ТДВГ это не беззаботная игра в детей-шпионов. Мы все здесь ходим по острию. Мы, сделав свой выбор, несём ответственность за него, в том числе и за тот риск, которому подвергаемся по умолчанию.

Пока наших старших напарников не было, Пит успел поделиться с Ромом новостью:

– Мы вчера с младшим братом Томми ходили в твой магазин.

– О, это не мой магазин, – улыбнувшись, поправил Ром. – Это магазин моего дяди.

– Всё равно, он как твой. Моему брату очень понравилось! – похвастался Пит.

– Я передам дяде Карлу и Триш, им будет очень приятно это слышать.

– Ром, а как поживает Триш? – поинтересовалась я, из вежливости.

– О, превосходно, – улыбнулся Ром, польщённый, что я спросила о его кузине. – Кстати, забыл рассказать, вчера она справила новоселье. Она переселилась жить в квартиру в том самом доме, на третьем этаже, то есть прямо над магазином. Хочет начать самостоятельную жизнь, без родителей, ведь ей уже восемнадцать. Триш продвинутая девушка.

– Это же здорово, – искренне одобрила я. – Я бы тоже хотела жить в своей квартире или в своём доме.

Я мечтательно закатила глаза. Как бы тогда облегчилась моя жизнь! Ведь мои родители, хоть и не знают, где я пропадаю временами, тем не менее иногда устраивают мне допросы. Мне стоит больших усилий уяснять и помнить собственную «легенду». По сути, это ложь, моя вторая мнимая жизнь, которую я выставляю напоказ родителям. Как было бы проще, если бы я жила одна, во сколько хочу ушла, и во сколько хочу пришла! Но пока это увы, невозможно…

Пит озвучил:

– Тебе ещё нет восемнадцати. Даже если твои родители позволят – их поймает министерство опекунства и упрячет в тюрьму, что они оставили несовершеннолетнюю дочь без присмотра. Эх, я тоже мечтаю отвязаться поскорее от предков. Иногда они такие зануды бывают!

– Извечная проблема, – сочувствуя, кивал Ром. – Но через три года вам вполне можно на это претендовать.

– А как устроилась Триш? Уютная квартира? – спросила я.

– Я ещё не видел. Но, говорит, там здорово, – ответил агент 004. – Третий этаж, отдельная спальня с лоджией, большая кухня. Триш очень любит готовить.

– Правда? А я и не подозревал, что неформатная девчонка может готовить, – улыбнулся Пит.

– На то она и не форматная, чтобы о ней много чего не подозревали, – с гордостью сказал Ром.

– Передавай ей большущий привет, – пожелала я.

– Спасибо. Она вас вспомнит, – засмеялся Ром. – Вы купили у неё в магазине, она помнит своих клиентов.

– Похвальное качество для хорошего продавца, – улыбнулся Пит.

Ром изогнул бровь и лукаво посмотрел на нашего друга:

– Похоже, она тебе нравится. Я прав?

– Возможно, – Пит улыбнулся, ничуть не смутившись. Он понял, что Ром подшучивает. – Почему бы и нет?

Ребята хотели продолжить эту дружескую перепалку, как на этой интересной ноте в Оконную переговорную вошли Феликс, Гарольд и Фрэнк.

– Вы уже собрались? – с ходу начал Феликс. – Давайте приступим.

Феликс в работе не любит проволочек и обиняков. Вообще, я подметила, что у Феликса, когда он верховодил рабочей группой, стиль общения и ведения дела довольно жёсткий. Это было для меня неприятным открытием: во время первого знакомства при Деле о клинике Кочфеста, Феликс напротив показался нам мягким, доброжелательным. А сегодня он и вовсе выглядел раздражённым. Возможно, день его не так ладно задался, как наш.

Глава 7

Старшие расселись по дивану и креслам. Феликс, бухнув на стол кипу папок и документов, отпечатанных на листах А4, уставился на нас:

– Молодёжь пропускаем вперёд. Ром, что у тебя, докладывай. Быстро и чётко, – прибавил он, приготовившись внимательно слушать.

– Самолёт сел точно по расписанию. Найджел Тосс летел бизнес-классом, – начал Ром. – Он был без багажа и, пройдя контроль, вызвал такси. Номер такси и инициалы водителя я выяснил, они вот здесь.

Ром, умеющий за свою трёхлетнюю практику в ТДВГ блестяще готовиться к подобным рапортам, выложил перед глядящим в одну точку агентом Гистоном папку с данными. Когда он только успел её сформировать, ведь он следил за этим Тоссом с самого утра?!

Феликс сдержанно кивнул, Ром продолжил:

– Тосс поехал вначале по шоссе Оутумни, затем свернул на Айкратскую магистраль. Пункт назначения – Биологический Институт Айкрата, лаборатория доктора Парсона. Там Тосс пробыл два часа. Когда вышел, направился на автобусную остановку, доехал до города, пересел на метро и вышел на станции «Академия Биотехнологий». То есть приехал к себе на работу, где пробыл часа четыре. Находился в третьем корпусе Академии, один раз переходил в главный корпус, как я понял, в буфет. Я отслеживал его по биноклю Демоуса. А потом он опрометью кинулся на шоссе и стал вызывать такси, поймал частника. Он возвращался в Айкрат, его пунктом назначения был Экологический Аграрный Институт. Он приехал туда в восемь. Пробыл в ЭАИ четверть часа. Его эмоциональное состояние было крайне нестабильно. После ЭАИ он снова взял такси и поехал домой. Я окончил за ним слежку и прибыл сюда.

Ром посмотрел на наших старших коллег. Феликс потеребил подбородок и спросил официально:

– Агент 004, конкретизируйте, что вы подразумеваете под фразой «его эмоциональное состояние было крайне нестабильно»?

– Он был напуган, – Ром слегка замялся, подбирая слова. – Весь день. Нет, не рассеян, а именно напуган.

– Может, от того, что заметил вас у себя на хвосте? – Феликс строго поглядел на нашего товарища.

– Исключено. Я руководствовался показаниями бинокля Демоуса и преследовал его на Демоусмобиле – трансформере, во время каждой поездки меняя модификацию моей машины, модель, цвет и номера, – встал на свою защиту Ром.

– В чём выражалась его напуганность? – спросил Феликс.

– В его стиле поведения. В его расписании сегодня выходной день, день, когда он вернулся из многодневной поездки. Он действовал как одержимый.

– Не мудрено, ведь у него похитили его научное открытие, которое он доверил на сохранение простофиле-товарищу биологу, – проворчал агент Гистон. И обратился к Гарольду: – Хибкон, завтра с утра поезжай к Парсону, поговори с ним.

– Сделаю, – кивнул Гарольд.

Феликс посмотрел на нас с Питом:

– Агенты 003 и 001, что у вас?

– Мы просмотрели каждого человека из списков, – объявил Пит. – Среди общих знакомых Парсона и Уилмор мы нашли группу людей, входящих в объединение «Тайны Века». Среди родственников Парсона и Уилмор нет правонарушителей…

Феликс жестом остановил Пита:

– Фамилии людей из «Тайн Века»?

Пит заглянул в свой список:

– Мартэлл и Мэттьюз.

– Хорошо. Агент 003, передайте ваши сведения агенту Скрэтчи. Скрэтчи, завтра переговоришь с этими людьми. Косвенно каждый из «Тайн Века» – наш внештатный информатор. Собери рекомендации на Парсона.

Фрэнк кивнул, принимая лист из рук Пита, и уточнил:

– Шеф, думаешь, Парсона мы ещё не докопали? С ним мы топчемся на одном месте, большие подозрения внушает всё-таки Тосс.

– Всё равно лишний раз проверить его не помешает, – буркнул Феликс. И глянул на нас: – У вас всё?

– Не совсем, – сказала я. – В знакомых Уилмор числится её бывший одноклассник, Гилберт Пэйн, лаборант-химик. У него в пятнадцать лет был арест за ограбление магазина.

Вопреки моим ожиданиям, Феликс скептически нахмурился и скрестил руки на груди, вместо того чтобы заинтересованно продолжить меня расспрашивать:

– Ну и?

В этом «ну и» я уловила так же то, что не понравилось изначально Питу: недоверие. Не к моей информации, а ко мне. Пит прав – Феликс считает нас некомпетентными. Возможно, он даже подумывал, что зря привлёк нас, салаг, в дело.

– У Пэйна склонность к преступному поведению. Возможно, он мог быть соучастником тех людей, которые напали на Уилмор, – высказала я версию, которая была так очевидна, что я не понимала, какие объяснения могут требоваться Гистону.

Гистон кашлянул. И высказал:

– Полный бред. Ну и что, что кто-то там когда-то грабил магазин? С тем же успехом нарушителем можно набрать любого автовладельца, кто получал штрафы за неправильную парковку. Что заставило думать, что такая версия имеет место быть, агент Итчи? – потребовал объяснения Феликс.

– То, что другие одноклассники, знакомые, родственники госпожи Уилмор никогда не привлекались за уголовные преступления. А если Пэйн попал в этот список, как лицо, приближенное к ней, вполне возможно, что у него остались криминальные склонности. Я бы его проверила, – добавила я в конце и отстранённо посмотрела в потолок.

Феликс нахмурился. Вмиг его лицо приобрело недовольное выражение:

– В этом нет необходимости. Достаточно того, что вы узнали, что этот Пэйн сидел в тюрьме за подростковое правонарушение. И это совершенно ничего не значащие сведения для нас. Вы его не сможете проверить, агент 001, у вас нет таких полномочий.

Во мне что-то остановилось. Я почувствовала гнев и обиду. Так и хотелось сжать кулаки. Никто ещё в ТДВГ больше чем за год моей работы не указывал мне, что у меня есть, а чего у меня нет. Фактически, Феликс только что ткнул мне в лицо, что я малолетка-стажёр, годная только на то, чтобы копаться в бумажках, да и копание моё не одобрено, считай, я неудачница глупая. Я еле уняла тяжёлое дыхание, которое могло вылиться в извержение вулкана.

Я почувствовала, что Фрэнк Скрэтчи, знающий меня лучше, чем Феликс, смотрит на меня с пониманием. Он даже кинул неодобрительный взгляд на Гистона.

– Если у вас у всех всё, – подытожил наш вредный босс, – то давайте скажу, что мы будем делать. Завтра агент Скрэтчи собирает рекомендации на Парсона, а агент Хибкон общается с самим Парсоном, собирает у него рекомендации на Тосса. Я сам займусь Тоссом. Тосс крупная тёмная лошадка, ведёт двойную или тройную жизнь, которую пытается скрыть даже от самого себя. Пока по этому Делу сведений у нас ноль, но я, как и Скрэтчи и Хибкон, согласен с тем, чем могут быть похищенные биологические материалы.

– Чем? – осмелился спросить Ром.

– Мы думаем, что это биоугроза, – высказал Феликс после продолжительной раздумывающей паузы.

– То есть Тосс разработал и дал на сохранение биологическое оружие? – уточнил Ром.

– Возможно. Судя по его поведению и по тому, что он не хочет предоставлять нам информацию, но требует от сыщиков ГБРиБа, чтобы мы нашли его пропавший биоматериал, тут явно присутствует нечто угрожающее.

– О каком биоматериале заявляет Тосс? – уточнил Ром.

– Эпителий неизвестного науке биологического вида, – ответил агент Гистон.

– Или куски шерсти, волосы. Ну или скальп, – пояснил Гарольд.

– Совещание окончено, – заявил Феликс. – Уже поздно. О ближайшем совещании, дате и времени я оповещу заранее.

– Какое задание для нас на этот раз? – спросил Ром.

– Никакого, – обрубил Феликс. – Я привлеку вас, как только потребуется. Агент Хибкон, прошу вас проследовать со мной. Остальные свободны.

Сказав это официальным тоном, Феликс вместе с Гарольдом вышел из комнаты. Мы остались вчетвером – я, Пит, Ром и Фрэнк. Я и Пит недоумённо переглянулись, Пит первый «взорвался»:

– Вы думаете о том, что и я? Что происходит у нас в ТДВГ? Почему Феликс обращается к нам на «вы»?

– Это его стиль ведения дел, – объяснил Фрэнк. – У него методика специфичная. Когда он ведёт дело, он предпочитает вести его так, как хочет он, не считаясь с интересами коллег. Коллеги для него – технические помощники, которые должны неукоснительно соблюдать его требования. Которые должны даже думать, как он.

Я потрясённо смотрела на Фрэнка. Оказывается, он тоже не одобрял методов Феликса.

– Он крайне редко берёт расследующие группы, в основном работает в паре с Гарольдом. Они вдвоём сработались хорошо. Когда Феликс находится в подчинённом положении или привлекается как эксперт в другие расследующие группы, он – сама душка и прелесть. Обходительный, отзывчивый, общается на равных. Но когда его положение превышает положение остальных, то есть когда он становится руководителем расследующей группы, он меняется. Но про него нельзя говорить «власть развращает». Скорее, наоборот, он слишком глубоко переживает за дело, чтобы оно было сделано должным образом. И ещё, Клот и Пит, прошу его простить. До сегодняшнего расследования он не работал со стажёрами. За исключением агента Террисона и агента Спиксона. Он вас ещё плохо знает, не привык к вам, и хоть и осведомлён о ваших возможностях, никогда своими глазами не видел вас в деле…

Я перебила коллегу:

– Меня он как раз видел в деле! Агент Рокс и агент Спиксон могут подтвердить. И мои начальники агент Стимвитз и агент Беллок никогда не скажут мне, что у меня нет на что-то полномочий!

Фрэнк примирительно поднял руки, уловив, что я раздражена:

– Со временем Феликс поймёт и осознает свою ошибку, что недооценил тебя и Пита.

– Мы проделали огромную рутинную работу, Ром потратил целый день на слежку за Тоссом, а нас толком не поблагодарили, Клот вообще слушать не стали, а ведь её версия может быть самой толковой! И нас вообще сбросили со счетов! – Пит разозлён был пуще меня.

Но Фрэнк нашим друг, мы давно хорошо сработались, поэтому ему можно пожаловаться. Фрэнк улыбнулся, проявляя соучастие:

– Я понимаю ваше негодование. Феликс Гистон считает, что на войне мы солдаты, все делаем дело бесстрастно. И эмоции, поддержка и даже похвала бессмысленны. Увы, это его точка зрения. С ней можно соглашаться, можно нет. Но чтобы было проще работать, её нужно принять, относиться к ней спокойно. Вряд ли нам дадут другого шефа расследующей группы. Поэтому будем работать с тем, что имеем. Будем считать, что сейчас этап притирки. Феликс притирается к группе, ведёт свою линию. Конечно, его расстраивает, что мы ничего не знаем и что Тосс всё укрывает. Он уже начал рассчитывать на нелегальные методы добывания информации, и начал со слежки за учёным. Расследование предстоит трудное. Но мы вместе и мы – сила. Совместными усилиями мы сможем посмотреть на ситуацию под разными углами.

И тут внезапно Фрэнк посмотрел на меня:

– Знаешь, Клот, ты сделала отличную работу. Моя специализация – правонарушения несовершеннолетних, и я как никто другой согласен с тобой, что преступление, совершённое в юности, может повлиять на становление личности как на девиантный тип. Я лично проверю Гилберта Пэйна. Подробной проверки не обещаю, в виду отсутствия у меня временных ресурсов, но узнаю всё, что смогу. Вдруг действительно выстрелит?

У меня гнев тут же сменился на милость. Фрэнк умел подобрать нужные слова. И Пит тоже заметно успокоился.

– Вот это я понимаю – коллега! – широко улыбнулся Пит Фрэнку. – Спасибо за поддержку.

Мы тепло пожали руки друг другу.

– А то я подумал, что в ТДВГ бардак. Уже решил пожаловаться кое-кому. Когда этот кое-кто появится, – вздохнул Пит.

– Да, жёсткой, но при этом доброй руки Стимвитза тут явно не хватает, разгребать всю эту кучу-малу, – посмеялся Фрэнк. И встал: – Ну, бывайте. До скорого! Приятно было повидаться с вами. Я вынужден предупредить, что буду редко выкраивать время присутствовать на собраниях. Меня загрузили на работе, бросают каждые недели патрулировать разные районы. Но мера эффективная, потенциальный преступник, видя ползущую в ночи полицейскую машину, разом раздумывает совершать задуманное злодеяние.

– Наверное, на ночных улицах ты видишь много чего интересного, – предположил Ром.

– Да не то слово, – улыбнулся наш коллега-полицейский. – Кстати, скоро, возможно, увижу и вас, если соберётесь куда ночью, – подмигнул он нам. – Я в ближайшие три ночи буду в районе улицы Хороший Путь.

Мы улыбнулись друг другу, пожали руки, и Фрэнк ушёл, а затем я, Пит и Ром тоже засобирались домой. Ром мудро заключил, что если уж вредный Гистон не даст нам заданий, мы сами себе найдём, и никакой Гистон нас не остановит. Более того, у нас есть великолепная группа поддержки: Фрэнк Скрэтчи.

У Фрэнка основная работа в полиции, он служит там детективом и возглавляет группу криминалистов. Эту работу он совмещает с работой в ТДВГ. А у меня и Пита основная «работа» в школе. Мы пока были учениками и выполняли свои обязанности и социальные роли. Эти роли обязывали нас завтра прибыть к половине девятого на первый урок, отсидеть положенное время, а дома сделать задания. Которые, несмотря ни на что, казались нам куда скучнее даже тех нудных заданий, что мог дать нам Гистон!

Глава 8

В понедельник агента Гистона базе его не было. Мы с Питом зашли туда, чтобы потренироваться, надеялись встретить кого-то из нашей расследующей группы. Но никого не встретили, и после тренировки отправились по домам. День прошёл в заботах повседневности, ничего не произошло. Во вторник после школы мы с Питом снова пришли на Базу и встретили Рома. Заданий нам по-прежнему никто не оставлял. Мы начали переживать, что так и не узнаем тайну «биоугрозы» и что нас негласно игнорируют, отстраняя от дела. Но Ром поведал, что скоро должен заскочить Гарольд и провести совещание по промежуточным итогам расследования.

А ещё Ром поделился с нами любопытными и тревожными новостями:

– Я не уверен пока, но кажется, в доме, где живёт Триш, полтергейст.

– Полтергейст?! – удивились мы с Питом.

– Две ночи подряд она просыпается от звуков, исходящих с кухни. Позавчера, когда слышала их в первый раз, она сильно перепугалась, думала, забрались воры. Хоть живёт на третьем этаже! А сегодня она была уверена, что там крысы. Всё это так нелепо. Новый дом, девушка заселяется в квартиру и начинаются странные вещи. Похоже на фильм ужасов. Но Триш не из пугливых, она не стала бы просто так поднимать тревогу.

– То есть ты думаешь проверить её квартиру? – спросил Пит.

– Пока не знаю. Триш сама не уверена. Но когда она рассказывала это мне, она старалась, чтобы это звучало с юмором, а сама она весьма озадачена. Она пытается кучу рациональных объяснений придумать. Но пока не может определить, откуда они доносятся. А зайти на кухню боится, что-то её сдерживает.

Пит внезапно спросил:

– А в магазине всё нормально, нет там полтергейста?

Ром странно посмотрел на друга:

– Нет, но почему ты спросил про магазин?

– Ну, существуют версии, что некоторые люди с повышенной чувствительностью, экстрасенсы, имеют вокруг себя пси-поле и могут притягивать паранормальные явления. Вдруг Триш – медиум?

– Да, Триш в детстве увлекалась гаданиями, даже пробовала вызывать духов, слушала психоделическую музыку, панк и тяжёлый металл, – проговорил Ром задумчиво.

Я спросила, больше в шутку:

– Почему ты не рекомендовал боссам завербовать твою сестру в ТДВГ? Было бы нас теперь семеро.

– Рекомендовал, – Ром посмотрел на меня. – Я знаю её с детства. Я показывал её кое-кому, но этот человек сказал твёрдое «нет». Ответ был такой: Триш должна жить своей жизнью, она нам не подходит.

Я осторожно спросила:

– А если не секрет, кому ты её рекомендовал?

– Отчего же, не секрет. Это был ваш с Питом и Джейн босс.

– Стимвитз?! – воскликнули мы с Питом одновременно, и Ром кивнул.

– Майло Стимвитз всегда знает толк в стажёрах, знает, кого набирать. С ним лучше не спорить, – проговорил Ром. – Я не расстроен, что Триш не взяли. Она для меня такая же родственница и приятельница, как ваши родственники для вас. Вы же не расстроитесь, если попросите завербовать в ТДВГ ваших бабушек, а Стимвитз скажет «нет»?

– Конечно, не расстроимся! Ещё тут наших бабушек не хватало, моей особенно, – Пит смешно сморщился, замахав руками.

– Мы договорились, что Триш будет наблюдать за событиями на своей кухне, вести дневник наблюдателя аномального явления. И потом посмотрим, что будет. Я обещал, что если ей станет совсем страшно, то проведу ночь там, буду спать на кухне.

– Ром, а если там портал открывается, и оттуда вылезает демон? – спросил Пит. – Я тогда буду прикрывать тебя и спать в коридоре на коврике!

– И меня с собой не забудьте взять! – поддержала я. – Третий лишний воин никогда не бывает лишним! Я могу спать в ванной – вдруг демон задумает от вас ускользнуть через канализацию? Я перекрою ему путь!

Ребята уже смеялись вовсю.

– Думаю, демон попытается ускользнуть обратно в своё измерение, едва увидит такую мощную армию рыцарей и рыцариц, защищающих Триш, – улыбнулся Ром. И ответил наконец на вопрос Пита: – А что касается магазина – торговля идёт бойко. Они взяли ещё одного продавца, в помощь Триш, дядя подумывает нанять кладовщика. Возможно, наймёт Жако, славного малого из логистической компании, которая поставляла в магазин товар. Жако хорошо себя зарекомендовал. Ох, что-то я много болтаю. Расскажите что-нибудь и вы, какие у вас новости?

Мы с Питом посмотрели друг на друга. Думали мы в одном направлении, поэтому Пит ответил за нас обоих:

– С момента нашего последнего совещания прошло два дня. Нам никто ничего не говорит. Нам не дают заданий. О нас забыли.

– Вряд ли это так, – попытался смягчить Ром.

– А как – не так?! – вспылил Пит, не выдержав и высказал, что в нём накопилось: – Никогда в ТДВГ не было такого! Если, по словам Гистона, злоумышленники похитили нечто опасное, а это до сих пор не нашли – ТДВГ должно было уже в первые секунды бросить все ресурсы на это! Рыть носом землю до земного ядра! А тут проходит два дня, мы ничего не знаем, мы в непонятках! А вдруг эти существа, эти живые волосы непонятного происхождения уже захватили мир?!

Протараторив это на одном дыхании, Пит почти со свистом выдохнул и уставился в неподвижную точку.

– Сейчас придёт Гарольд, мы у него всё спросим, – Ром примирительно поднял руки.

– Гарольд ничего не скажет, – проворчал Пит. – Он пляшет под дудку зануды Феликса. Я кое-что вспомнил, что сказал о нём Майло. Вспомнил случайно, это не отложилось в памяти, потому что с Феликсом я не имел счастья доселе работать. Но вот что Майло про него говорил: Феликс талантливый одиночка и невыносим в командной работе. Характеристика очень меткая. А в трактовке Майло она означает, что мой кузен от агента Гистона не в восторге!

– Пит, может, займёмся более конструктивными делами, чем сплетничать о коллегах? – изумлённо изогнул бровь Ром. – Ты меня удивляешь. Храни самообладание. Считай, что при работе с Феликсом тренируется твоя стрессоустойчивость, ты приобретаешь опыт работы с таким боссом. Да, и помни поговорку: о коллегах как о мертвецах – либо молчать, либо только хорошее.

– Ну и что ты можешь сказать хорошего о Феликсе? – язвительно и с вызовом взглянул Пит на Рома. – Ты же работал с ним, и Пол тоже.

– Повторю слова Фрэнка: его доверие надо заслужить. Показать себя с лучшей стороны, выложиться, и тогда Гистон признает тебя на равных.

– Но разве я недостаточно выложилась в тот раз, когда мы с Полом и Мундой в его присутствии брали опасную рецидивистку Эмму Дирч? – встряла я.

Ром приложил палец к губам и взглядом указал на дверь. Мы с Питом тут же остыли, потому что услышали приближающиеся негромкие шаги. Через несколько секунд вошёл Гарольд.

Глава 9

Агент Хибкон вежливо поздоровался с нами. После того, как мы все сели, Гарольд начал:

– У меня есть информация.

– Мы тебя внимательно слушаем, Гарольд, – кивнул Ром.

– Наше расследование сильно затянулось из-за нежелания Тосса сотрудничать с нами в полной мере, как вы уже знаете. Но вчера и сегодня мы существенно продвинулись. В неформальной беседе доктор Парсон проговорился о своём разговоре с профессором Тоссом в день его прибытия.

Нам удалось выяснить подробности. Пока они на уровне гипотез, и мы их проверяем, поскольку всё кажется невероятным. Тосс открыл новый биологический вид: существ, аналогов которых нет в нашем мире. Мы подозреваем, что имела место генная инженерия или сверхъестественная мутация. Как мы поняли, несколько особей погибли, едва их обнаружили учёные. Они оказались неприспособленные к климату, в котором оказались. Останки Тосс решил передать Парсону – самого Тосса вызвали на конференцию. Исследование этого нового сенсационного вида являлось для Тосса факультативным: он работал на собственных ресурсах и посвящал в свои изыскания только Парсона, да и то не полностью.

У Тосса перед отъездом было подозрение об утечке информации. По косвенным признакам он подумал, что у него были гости, и шуровал кто-то не очень профессиональный. Именно по этой причине он решил спрятать останки чужих особей у Парсона. Очевидно, этот аноним выследил, как Тосс передал останки Парсону, и совершил налёт.

А теперь, ребята, самое интересное во всей этой истории: у Тосса оставались наработки, уравнения биологических процессов, которые он успел создать до того, как особи погибли. Он открыл, что останки являются не останками, а зародышами. То есть при более благоприятных обстоятельствах они могут развиться в особей с повышенным иммунитетом, адаптированных к нашей среде. Что это за существа, как они выглядят – никто не знает.

Тосс упомянул две фразы, которые очень настораживают. Они «прожорливы» и «быстро размножаются». Мы с Феликсом сделали вывод, что у какого-то недобросовестного учёного, работающего на криминальные структуры, хранится колония монстров неизвестной природы. Или, ещё лучше – где-то сейчас эта колония размножается сама по себе, готовясь заполонить собой пространство.

Мы молчали, усваивая информацию. Пит сразу проявил скепсис:

– Прямо нашествие зубастиков! Сюжет для научно-фантастического фильма.

– Все наши расследования – сюжеты для научно-фантастических фильмов, – улыбнулся Гарольд.

Я спросила:

– А известно, где Тосс проводил свои эти изыскания, скрещивание видов? То есть где могла произойти утечка? Он же не в своей квартире при свете касторовой лампы выводил в пипетке новые виды.

– Мы проанализировали информацию, и следы ведут нас в Эколого-Аграрный Институт. Основное место работы Тосса – Академия Биотехнологий в Укосмо. Но в ЭАИ он преподаёт. Мы с Феликсом плотно занимаемся проверкой этого заведения, выясняем всё о Тоссе.

– Но ведь нам казалось, что с этого именно мы и начинали! То есть вы с Феликсом говорили, что проверяете этот Институт уже чуть ли не неделю, – Пит проговорил это с вызовом.

Гарольд спокойно объяснил:

– Да, работа кропотливая. Мы проверяем по неофициальным каналам. Получаем допуски к результатам исследований Тосса в том числе. Сам Тосс не даст нам свои данные – мы их достаем с потолка, в буквальном смысле. Тосс работал один, без единого лаборанта. И при этом говорит об утечке, что кто-то имел доступ к его данным о тех существах, которых мы ищем. Не исключено, что этот таинственный некто хорошо известен Тоссу. Возможно, это даже его какая-нибудь тайная любовница. Мы пытаемся узнать, как часто Тосс там бывал, что делал, какое впечатление производил. И делаем мы это аккуратно: сам Тосс ничего пока не заподозрил и не должен, – посмотрел на нас агент Хибкон.

– И поэтому всё встало и затянулось, – Пит едва не схватился за голову, изображая полную досаду.

– Мы можем оказать содействие? – спросил Ром.

– Пока нет, – покачал головой Гарольд. – Эти учёные народ странный. Видите ли, ребята, если бы только Тосс сразу рассказал, что конкретно у него похитили и кого он подозревает – мы бы сразу напали на след. А тут приходится идти через задний проход, извините за нецензурщину.

– А что по Парсону? – спросил агент 004.

– Парсон чист. Во всяком случае, никак себя не проявляет пока. Мы следим за ним. Он главный подозреваемый, поскольку является единственным партнёром и товарищем Тосса, кому Тосс мог доверять. И кто мог обмануть доверие, инсценировав нападение на собственную лаборантку. Но пока этот доктор-биолог – сущий божий одуванчик. Он действительно очень рассеян, просто эталон рассеянности, – Гарольд улыбнулся.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.