Кендалур Загадочный
Безызвестное сияние

 Глава 1. Имперский город

Начнётся наш роман сейчас,

О светском городе и ритме,

Блестящий светлый эпостаз,

В глубины мрамора проникли,

Увидим мы вокруг аллеи,

Те розы острые как иглы,

Там сплошь и всюду чародеи,

Всю магию свою сподвигли,

Они хранили свет идеи

Во славу всей этой империи,

Они побед в войне достигли,

Стоят за городом той тенью,

Что равновесия достигли.

В торговом сердце города,

Народ всё ходит и шумит

И бриз исходит из порта

Спокойствием своим сквозит,

Всё тащут бочки на суда,

Матросов шут все веселит.

Шмотье, оружие, доспехи,

Есть магия для всех мастей,

Вкусняшки, сладости, орехи,

Любой товар, всех областей.

Тот город всё кипит и дышит,

Своей зеркальной красотой,

Волчица где-то в баре пишет,

Роман, своей сырой душой.

И кошки с ящерами бродят,

Среди тех путников людей,

Они знакомства всё заводят,

Гуляют, бродят вдоль аллей.

А в сердце, в главном центре власти,

Что тайны всё свои хранит

И голос с центра говорит,

Куда направить свои части,

Один лишь дворф руководит.

Но, к сожалению, недавно,

Или кому, к счастью, это,

Империя жила во тьме,

От той потери главы света,

Теперь в том зале как в тюрьме,

Остался канцлер от совета

Пытаясь, целостность сплотить,

Владея лишь авторитетом,

Стремится мудрость привносить

Поставить город в цвет рассвета.

А где-то в городе с Востока,

Лёг затхлый и жилой район,

Там он был жизнь окружён,

Заполнен был людьми, зверьем.

Он выглядит довольно худо,

На фоне мраморных фасонов,

Но жить в нём было всем уютно,

В дали от яркости соборов.

Но это место было славным,

Но есть другой жилой район,

Там всё проходит как-то темно,

Кругом одно гнилье, ворье.

Так начинается история,

Героя нашего романа,

Печальная горит агония,

В романе будет блеск и драма.

И всё же город был тем местом,

Для сборов разных областей,

Наемных кошек с мнимым блеском,

До рыцарей живущих дней.

Там солнце озаряет светом,

Все парки, скверы и мосты,

Даруя радость без ответа,

Улыбку, яркость той среды.

Тот город словно процветал,

И начинал светать он с юга

И оживляясь в пепле круга,

Тот город словно оживал.

В районе бедного села,

Воры, бедняги, проститутки,

А в городе стоит хвальба,

Элитной слой сидит как в юбке.

Но всё же в городе всегда,

Орудует среди ночи,

Та безымянная среда,

Воры воруют кирпичи,

Выносят вещи без следа,

Продольный ветер, лишь кричит.

Но всё же город был свободным,

Там жили все кого назвал,

Всё жили там в своем доходном,

Не извлекая стыд и срам.

Глава 2. Кто такой вор?

И где-то в затхлом сером доме,

Чуть отойдя от красоты,

Живёт наш «Плут» в свободной форме,

Он точит лезвием ножи.

На нём чернеющих камзол

Одежда стянута из кожи,

Ботинки сперты у святоши

Его любимый был фасон.

Глаза Плута сияли ярко,

Бирюзой он в ночи мерцал,

Но где-то в той душе засада,

Как будто жизнь он потерял.

Он жил и каждый скорый вечер,

Ступал в дома он без следа,

Он выносил такие вещи,

Какие держат господа.

Он каждый день гулял по парку

Со сквера розы собирал,

Он был как тень, в чужом спектакле

И внешний вид его пугал,

Тех жители среди ансамблей,

Красивых, мраморных зеркал.

Но только ночь ступает в город,

Он начинает свою же жизнь

Хороший для него был повод,

От «хлама» всех освободить.

Он попадая в чей-то дом,

Всё на носках идёт в ночи,

Даже шумиха под окном,

Не выдаёт его следы,

Он самый честный в мире вор,

Своей гнилой и злой среды.

Открыв шкафы, порывшись в сумке,

Выносит свитки, мишуру,

Считает ночью он часы,

Заполнив миром пустоту

Своей мерцающей души,

«Как будто воздух прелый тут»

Подумал он, срывая швы.

Отправился Плут по маршруту,

Другие комнаты вскрывать,

Достал в каморке изумруды,

Он их стремится получать,

«Из кожи они вьют и вьют»

Плут долго стал тогда молчать.

Последний дом подходит к спеху,

Рассвет уже встаёт в ряды,

Старается сместить помеху

И замести свои следы

И прыгнув он в окошко лихо,

Укрылся в темени звезды.

Глава 3. Капюшон истинного вора

В потемках двигаясь в ночи,

Плут наблюдал жилой район,

Кто-то снимал с дверей ключи

И красотою обделён.

Кто-то сбывает свой товар,

Скрывая всю завесу смысла,

У них в делах совсем не чисто,

Но получили свой пиар,

Надежно, смело, так же быстро,

Они продали свой товар.

В одной засиженной таверне,

Сидели разные слои,

От арестантов непомерных,

Убийцы, хитрецы, воры.

Спустив с себя связной мешок

Достал оттуда изумруд,

Сияющий, большой кусок

И странный глиняный сосуд,

Блестящий, словно перламутр,

Он скинул в кучу это всё,

Оставив серенький клубок

«-Сколько ты дашь мне

За него? –«.

Окинув взглядом всё добро,

Прикинул взгляд он свой суровый:

«– Принес, однако ты старьё,

Но изумруд совсем без сколов,

Дам за него монет мешок

Или желаешь ты чего?

Кроме сияющих приколов-”.

Слегка притупив легкий взгляд,

Увидел руны вшиты в ткань,

Его глаза огнём горят,

Узрел он дивный артефакт,

До мифа, что все говорят.

«-Ты хочешь взять себе вот это?

Не нравится мне это всё,

Ведь говорят на ком надета,

Стирает память обо всём,

Его носил легенда света,

Пропал он где-то, искажен.

Его лишь надевали дважды,

Ведь третий раз ведёт конец,

Он дарит тишину однажды,

Стирает личности для всех-«.

Плута немного в дрожь взяло,

Он предвкушал большой объём,

Нутро его как будто жгло,

Он чувствовал себя зверьём.

Но всё же сделка удалась,

Достал он ценный артефакт,

Теперь его мечта сбылась,

Он отправляется в антракт.

Придя в трущобную хибару,

Он снял с себя весь свой наряд,

Достал бледнеющую тару

И посмотрел «Часы спешат».

Достав посуду из осины,

Накинул он себе поесть

И ложкой всей из древесины

Питался пищу всю учесть.

Добравшись на кровать соломы,

Раскинулся он прямо там

И стал смотреть на свой же новый,

Полученный тот артефакт.

Он чуял силу, что разила

Его пугало это все,

Но ради мастерства и пива,

Готов отбросить даже зло,

На улице луна сквозила,

Вскрывая дикое нутро.

 Глава 4. Правдивые легенды

Вновь плут пройдясь среди цветов,

Заметил праздник для толпы

И взгляды полной синевы,