Павел Невзоров
Тропа забвения

Глава 1: Краска уходит из мира

Проснулось утро в деревне Подгорной, но не пело, а шептало. Алёша первым заметил неладное, когда вышел помогать отцу к колодцу. Вода в ведре была не серебристо-прозрачной, а какой-то сероватой, будто подёрнутой пылью. Он потёр глаза – нет, не сон. Забор, ещё вчера ярко-синий, полинял до тоски. Даже маки у калитки, всегда пламеневшие, как угольки, стали бледно-розовыми, словно выцветшая рубаха.

– Отец, краска с забора слезла? – спросил Алёша, практичный ум сразу искал причину.

– Не слезла, сынок, – нахмурился кузнец, глядя на небо. – Ушла. Будто силушка из мира уходит.

А у Марьюшки, внучки знахарки Арины, с самого рассвета сердце щемило тревогой, будто комочек холодного теста. Она слышала, как стонут подполом брёвна в избе, как жалобно шуршали за печкой мыши – не от голода, а от тоски. Мир терял не краску, а душу, и она это чувствовала каждой жилочкой.

Ванька же, вечный непоседа, подбежал к ним, широко улыбаясь.

– Алёш! Марья! Вы видели? Тени-то какие ленивые стали! Моя, вон, еле ползёт, догнать её можно!

Он ткнул пальцем в землю, и друзья с изумлением увидели, что тень от забора действительно лежала бесформенным, расплывчатым пятном, не желая поворачиваться вслед за солнцем. В деревне началась тихая паника. Бабушка Арина, пытаясь рассказать внукам сказку про Финиста, вдруг запнулась, забыв, на каком перышке сокол уносил красну девицу. Петух пропел как-то глухо и оборвал песню на полуслове.

Трое друзей стояли у околицы. Алёша сжимал рукоять отцовского молотка за пазухой, Марьюшка прижимала к груди пучок сушёной мяты, а Ванька вглядывался в лес, откуда, как ему почудилось, потянулся тонкий седой шлейф.

– Это неспроста, – твёрдо сказал Алёша. – Надо искать причину. Всё на свете чинится.

– Больно всё, – прошептала Марьюшка. – И лес плачет, и река… слушайте, какая она тихая.

– Ну так пойдём слушать! – оживился Ванька. – Может, она нам сама расскажет, кто её обидел?

И они пошли – не за чудесами, а за правдой.

Глава 2: Слёзы Домового

Первым путь указала Марьюшка. Приложив ухо к косяку родной избы, она услышала не просто скрип, а тихий, надрывный всхлип, тянувшийся с края деревни, от старой, покосившейся баньки, что стояла без хозяев много лет.

В баньке пахло сыростью, забвением и печалью. В углу, за развалившейся полкой, сидело что-то маленькое, полупрозрачное, словно сгусток пыльного света. Оно плакало беззвучно, и с каждым вздохом становилось всё призрачнее. Это был Домовой. Тот самый, что когда-то стучал по ночам посудой, чтобы предупредить о беде, и гладил кошек, чтобы те мурлыкали громче. Теперь его хозяева уехали в город, дом разваливался, а о нём забыли.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.