Василиса Солнцева
Робомышь и переполох в посёлке

Глава 1. Мышь к неудаче

Поначалу казалось, что эти летние каникулы будут самыми скучными в моей жизни. Но едва в то утро я вышел на крыльцо нашей дачи, как увидел тело.

Хотя нет!

В детективах обычно говорят: «Труп обнаружили в 8:30 утра».

Неважно!

Так или иначе: слева от дорожки, ведущей к калитке, лежала мышь. На зелёной аккуратно стриженной траве она выделялся будто брошенный через забор камень. Лучше бы это и был камень! Я подождал: может, просто спит? Но нет: ни её лапы, ни хвост не дёргались. Мышь даже не дышала.

А ведь только вчера вечером Кирилл кричал на весь посёлок:

– Пусть только попадётся тот, кто подкинул мне мышь! Все знают: мыши к неудаче!

Ну, может, и не на весь посёлок он кричал. Но я слышал, хотя и сидел в саду. Конечно, наши с Кириллом участки почти напротив друг друга, но в саду за домом обычно не слышно даже проезжающих мимо машин. А уж разговоры на чужом участке тем более не услышать. Так что орал он знатно!

То, что с Кириллом не надо связываться, меня Артём сразу предупредил. Артём, конечно, тот ещё жук, но в посёлке он всё про всех знает. Поэтому, я Кирилла предпочитал опасаться.

Так что, когда увидел мышь, я замер и какое-то время с ужасом смотрел на серое пятно на траве. «Если кто-то ЭТО увидит у меня, то точно решит, что это я подкинул мышь Кириллу. И всё: брать в игры меня перестанут, а сам Кирилл…» – мгновенно пронеслось в голове. Что сделает Кирилл, я лишь мог догадываться: лично с ним мы ещё не встречались.

Если увидят! А кто мог увидеть?

Я огляделся: что-то белое мелькнуло в кустах за забором. Кто это был, я не разглядел. Вот же, не повезло!

Мышь должна была исчезнуть!

Срочно!

Прямо сейчас!

Или даже раньше!

Я озирался, ища помощи. На глаза мне попался пакет с пакетами. Мама повесила его на гвоздик у крыльца, «если вдруг понадобятся». Вот и понадобились.

Я вытащил один пакет и медленно подошёл к мыши. Через тонкий слой полиэтилена я ухватился за голый тонкий хвост. Съеденный на завтрак бутерброд закрутился в моём желудке, ища выход. А в голове билось: «Сейчас как укусит!» Я сглотнул, быстро завернул мышь в пакет и выдохнул. Руки дрожали, но полдела я уже сделал.

По пути в дом я взял ещё один пакет и замотал пакет в пакет. Я бы все их взял. Противно! Но тогда мама могла заметить.

Кстати, о маме. Она с наслаждением пила чай на кухне и читала один из своих чатов. Конечно, у неё-то смартфон! А мне кнопочный телефон купили. Хотя у всех моих одноклассников уже давно нормальные! Они в чатах что-нибудь обсудили, решили, а я один не в теме. Обидно! Но сейчас мне было не до этого.

Я спрятал пакет за спиной: взрослые так любят задавать ненужные вопросы!

– Мам, я вынесу помойку, – сказал я и улыбнулся.

– Надо же? – мама посмотрела на меня широко раскрытыми глазами. Её брови поползли на лоб. Неужели что-то заподозрила? Мои руки слегка дрожали, и я боялся, что мама услышит шуршание пакета у меня за спиной.

– Ну, помнишь, вчера я забыл, а ты сказала, что на ночь нельзя, – объяснил я, продолжая улыбаться. В городе меня бы не отпустили, но за две недели жизни в охраняемом посёлке мама расслабилась, и вынос мусора стал моей обязанностью. – Думаю, выкину сейчас: за вчера. А потом, если будет надо, ещё. Погода такая хорошая.

Я задохнулся от волнения и понял, что значит «сердце гулко билось у него в груди». Мне казалось, не только мама, но и соседи должны были слышать эти удары. Я замер, ожидая вопроса: «А что это ты так волнуешься? Что-то скрываешь?». Но мама лишь кивнула:

– Хорошо.

Я шумно выдохнул и бочком пошёл к дверце, за которой пряталось ведро. Открыв дверцу свободной рукой, я покосился на маму. Она набирала сообщение. Готов поспорить: хвасталась, какой у неё ответственный сын. Дома мама бы дождалась встречи с подругами, но на это лето по совету маминой подруги мы (это я и мои родители) сняли дачу в охраняемом посёлке недалеко от города. Знакомых у нас тут не было, поэтому мама общалась в чатах. А я… Я развлекал себя сам.

Если при слове дача, вы представили милый деревянный домик с палисадником и огородом, то вы ошиблись. Когда начались каникулы, мы переехали в небольшой двухэтажный коттедж. Я не могу точно сказать, из чего его построили. Снаружи дом был оштукатурен и покрашен светло-бежевой краской, а внутри совсем как в квартире були поклеены обои и выложена плитка на кухне и в ванне. Но точно дом был не из дерева.

Перед коттеджем была небольшая аккуратно постриженная лужайка с клумбой и вымощенные плиткой дорожки. За домом сад из нескольких деревьев, большие садовые качели и пластиковые стол и стулья для отдыха на открытом воздухе. Там же мама кормила рыжего кота с коротким хвостом. Кот пришёл на следующий день после нашего приезда и смотрел на маму такими голодными глазами, что её сердце дрогнуло. И хотя папа указывал на то, что кот и так плотный, то есть кормили его не только мы, но мама заказала кучу полезного и правильного корма, и даже явно вынашивала мысль забрать кота осенью в квартиру.

Так как наш участок был угловым, то граничили мы всего лишь с двумя другими семьями: справа и сзади за садом. Не то что в городе: соседи с каждой стороны, а ещё сверху и снизу. «Не прыгай! Не топай! Не включай громко музыку…» и много ещё разных «Не», которые мешают другим. Здесь же всё это было можно! А соседей мы почти и не видели.

Вечером, когда папа возвращался, мы ужинали и общались или играли, но днём мама большую часть времени работала или пропадала в телефоне. Иногда мне становилось скучно, но в то утро мамина занятость была мне на руку.

Я быстро кинул пакет с мышонком в мусорное ведро и затянул ленту на пакете для мусора.

Глава 2. Как иногда сложно выкинуть мусор

Через минуту я уже стоял на заасфальтированной дороге. Да, дороги в нашем посёлке тоже были далеки от деревенских. Всё было почти, как в городе. Только вот соседи были не за стенкой, а за забором. И никаких: «Не прыгай! Потолок снизу обвалится!»

Я порадовался тому, как легко почти избавился от мыши и повернул налево: к мусорным контейнерам.

– Филипп, стой – раздался сзади голос. Я вздрогнул: за спиной раздавались тяжёлые шаги. Вот же не повезло! – Ты ведь Филипп?

Я остановился и обернулся. Ко мне бежал Валя. Этот рыжий мальчик моего возраста жил через два дома от нас. Мы уже встречались, а вчера даже играли в футбол за одну команду. Валя казался безобидным, но немного странным. Сейчас вместо собранной работы рук, он размахивал ими, будто шарнирная кукла. Ногу выкидывал далеко вперёд, а приземлялся на пятку. Сергей Иванович, мой учитель физкультуры, пришёл бы в ужас. «Техника упражнений – основа безопасности и результата», – часто повторял он. И хотя с результатами у меня самого было не очень, я бы мог дать Вале несколько теоретических советов.

Но то, как он бежал – это цветочки, как говорит моя бабушка. Валя и без этого выглядел странно. Его футболка с правой стороны была аккуратно заправлена в шорты, а с левой – свисала хвостом. Сейчас этот хвост подпрыгивала при каждом Валином приземлении. Чуть отросшие рыжие волосы были причёсаны по бокам и взлохмачены у лба. Будто два разных мальчика поселились в одном Вале: бунтарь и аккуратист. Это было бы забавно, если бы не…

Валя с интересом разглядывал мой пакет с мусором.

– А что у тебя там? – Валя, тяжело дыша после бега, протянул к пакету руку.

– Мусор, – я сглотнул, не сводя глаз с большого пальца левой руки Вали: там белел бинт.

– Покажи! – вот оно: сейчас он вытащит подкинутую мне мышь и обвинит во всём.

– Ты чего? – я спрятал пакет за спину.

– Мне нужна жестяная банка. Вы кошку кормом кормите?

– У нас нет кошки. А приходящему коту мама сухой корм заказала, – сказал я и был вынужден повернуться на месте: Валя пытался меня обойти и заглянуть в мешок.

– Может, банка из-под горшка или оливок? – Валя вытянул шею, вглядываясь в мой мешок.

– Это обычный мусор, – буркнул я. – Банки мама в другой пакет складывает: здесь же раздельный сбор мусора.

– Да, и сетку со вторсырьём только недавно вывезли, – печально поведал Валя. – Пойти поискать в общей помойке? – подумал он вслух.

Странный он, конечно. Прикольно, наверное, было бы посмотреть, как он копается в мусоре. Тут я представил, как Валя находит мышь в моём пакете, вздрогнул и сказал:

– Не надо: я тебе принесу банок. У мамы почти полный мешок. Хоть весь принесу.

– Правда? Когда?

Я нетерпеливо ответил:

– Только выкину мусор и сразу к тебе.

Валя задумался, но к моему облегчению согласился:

– Хорошо. Ты знаешь, где я живу?

Я кивнул, и Валя, наконец, развернулся и отправился к себе. Уф! Я пошёл дальше.

На повороте к контейнерам с мусором мне в меня почти врезалась светловолосая девочка в белом платье. Эту девочку я раньше в посёлке не видел. На вид ей было столько же, сколько и мне.

– Привет, – печально сказала она.

– Привет, – ответил я и спрятал пакет с мусором за спиной. Я пригляделся: лицо девочки было красное, а на глазах блестели слёзы. Я не удержался и спросил: – Что-то случилось?

– У меня кошка вчера пропала, – девочка судорожно вздохнула. – Ты не видел тут Снежинку?

– Э… – я задумался. – У помойки обычно гуляют две чёрные кошки, а к нам ходит рыжий кот. Мама его подкармливает, но он людей боится.

– Нет, – покачала головой девочка. – Она совсем белая. Породистая: турецкая ангора. Снежинка такая домашняя, – по её щекам потекли слёзы. Девочка закрыла лицо руками и убежала.

Странные они, всё-таки, эти девчонки. Чего плакать и убегать? Искать надо! Я покачал головой и пошёл дальше.

Ну вот, наконец, мусорка! Точнее, как это называла мама, «контейнерная площадка». В посёлке это был небольшое кирпичное помещение с красивой дверцей. Добавить ещё окна и герань на подоконник, и просто сказочный домик с милой открытки. Я много таких видел у мамы в квартире: ей подруги постоянно присылали что-то милое из разных уголков нашей страны.

Я открыл дверь, ведущую к контейнерам, и чуть не столкнулся с выходившей дамой в белой шляпке. Несмотря на возраст и седину в волосах, спину женщина держала прямо, будто кол проглотила. Она свысока скользнула по мне взглядом.

– Здравствуйте, – машинально приветствовал я её.

– Добрый день, Филипп, – в голосе не было ни грамма доброты. Анастасия Львовна! Вот же не повезло! Мы познакомились с ней в первый же день. Точнее она познакомилась с нами и проверила на благонадёжность. Эта деятельная пожилая дама просто зашла к нам на участок и долго рассказывала маме о порядках в посёлке, неодобрительно посматривая на меня. – Ты же Филипп? С участка сто тридцать четыре?

– Да, – у меня в горле пересохло.

– Мы тут сортируем мусор, – назидательно сказала Анастасия Львовна. – В твоём пакете нет того, что можно отправить на переработку?

– Нет, – ответил я. Неужели сейчас придётся показывать ей содержимое? – Мама и в квартире мусор разделяет, только там нужно отвозить в точки сбора, а тут, она очень радовалась, что всё так удобно. Специальный контейнер, вывозят сразу на переработку. Так что тут только то, что нельзя использовать, как вторсырьё, – Я поднял пакет на свет. Руки дрожали, и я его чуть не уронил, но старался говорить убедительно. – Мы даже пищевые отходы в перегной кидаем.

Анастасия Львовна с подозрением разглядывала мешок, и я уже был готов сбежать.

– Анастасия Львовна, доброе утро, – послышался мужской голос.

– Тяв! – вторил ему пёс.

Мы с Анастасией Львовной оглянулись: к нам приближался пожилой мужчина в строгом летнем костюме с тростью и белой собачкой. Хотя какая собачка? Это был белый пушистый клубок, из которого на мир с обожанием смотрели два чёрных блестящих глаза. Я сразу узнал породу: шпиц. Моя мама иногда вздыхала, как бы она хотела завести шпица. «Но, – печально добавляла она, – где взять время и силы, чтобы вычёсывать такую красоту?» Так что шпица у нас не было. И кота не было. Вообще никаких домашних животных. За ними же ухаживать надо, а с собаками ещё и гулять. Маме, по её словам, и так времени ни на что не хватало, а в меня она как-то не верила. Хотя, как я уже говорил, рыжий пришелец уже почти растопил сердце моей мамы.

– Георгий Николаевич, доброе утро, – заулыбалась Анастасия Львовна. А затем холодно сказала мне: – Хорошего дня, – и, наконец, дала мне пройти к мусорным контейнерам.

Цок! Цок! Цок! Застучали каблучки белоснежных туфель Анастасии Львовны по заасфальтированной пешеходной зоне. Я уже не слушал удаляющийся разговор, а замахнулся и бросил мешок в полупустой контейнер. «Попал!» – отметил я и отошёл, давая двери закрыться.

«Уф! С мышью покончено!» – подумал я, выходя с контейнерной площадки и поворачиваясь в сторону дома.

– Я всё видел, – раздалось за спиной. От этого писклявого голоса хотелось закрыть уши ладонями. Я повернулся: передо мной стоял Артём. Хотя я никого другого и не ждал: узнал по голосу. На нём была белая наглаженная футболка. Впрочем, как всегда. Он так даже в футбол вчера приходил играть. Как же он ругался, когда мяч из лужи отскочил ему прямо в грудь. Правда, сейчас футболка была снова белой. Я посмотрел на прилизанные тёмные волосы Артёма, на его белоснежную футболку и меня точно током ударило: «Это он! Это Артём стоял там в кустах!» И пусть белое мелькнуло где-то внизу, он мог пригнуться!

– Ты довёл Катю до слёз, – хитро прищурившись, обвинил меня Артём. От его голоса начала болеть голова.

– Какую Катю? – не понял я.

– Не притворяйся, я всё видел. Всего минуту поговорил с ней, и она убежала в слезах.

Ах, вот он о ком! Понял я! Светловолосую девочку в белом платье звали Катя!

– Я не знал, как её зовут и…, – начал я.

– А ещё ты не знал, – перебил меня Артём, – что это сестра Кирилла.

– Я не… – снова начал я, но понял, что всё бесполезно. – У неё кошка потерялась, – буркнул я и, гордо подняв голову, на негнущихся ногах прошёл мимо Артёма.

– Да, так Кириллу и расскажешь, – насмешливо сказал Артём мне в спину, но я не стал оборачиваться.

Вот ведь невезение! Точно мышь к неудаче!

Глава 3. Кража, которая никак меня не касается

– Филипп, – мама ждала меня на крыльце. Она хмурилась и покусывала губу. – У тебя записан телефон охраны?

Я закатил глаза и тяжело вздохнул:

– Записан.

Вообще у меня замечательные родители, только мама слишком беспокоится. Стыдно признаться, но она до сих пор провожает и встречает меня у школы. Все мои одноклассники уже кто со второго, кто с третьего класса ходят сами, а я до сих пор с мамой. В пятом классе! Точнее уже в шестом. Вот они минусы удалённой работы родителей! Эх, нет тут смайликов, но вы понимаете.

– Мне полезно прогуляться, – отвечала мама на моё возмущение. Или говорила: – У этих мальчиков есть мамы и это их выбор, приходить или нет. А я несу ответственность за тебя, и мне спокойнее, когда я за тобой прихожу.

Моим одноклассникам не было дела до всей этой «психологии», они открыто посмеивались надо мной. Тем более и гулять одного в городе мама меня тоже не отпускала. «Дышала свежим воздухом» где-нибудь на скамейке рядом, попутно по телефону решая рабочие вопросы.

Вот и в посёлке (охраняемом посёлке!) в первый день мама пошла со мной на площадку. Это был кошмар! Ребята меня сторонились.

– Что с ним? – спросил кто-то у меня за спиной.

– Может, он больной? – так я впервые услышал писклявый голос Артёма. Я не знал тогда, конечно, как зовут темноволосого мальчика в белоснежной футболке, но его голос было невозможно спутать ни с чьим другим. – Взрослым виднее: раз мама его не отпускает одного, с ним что-то точно нехорошее.

Так в первый же день была загублена моя репутация среди ребят в посёлке. Когда следующим утром я пришёл на площадку один, Артём подошёл ко мне и сказал:

– К Кириллу даже не подходи! Он таких, как ты, – Артём сделал многозначительную паузу, – не любит.

Кто такой Кирилл и что он живёт на участке сорок два почти напротив нас, я узнал позже. Так или иначе, но с друзьями у меня пока не сложилось. Конечно, когда я оказывался рядом, ребята брали меня в игру, но заранее приглашать никто не стремился. И потом все тоже расходились группами, а со мной никто не пытался заговорить.

Были ещё местные мальчишки из деревни рядом. Я иногда слышал их голоса на пляже. Только вот пляж был за забором, а охрана никого не выпускала из посёлка без пропуска. А какой пропуск может быть у ребёнка?

Так что, возвращаясь к телефону охраны, вы понимаете, с такой тревожной мамой он был не только записан ко мне в телефон, но и выучен наизусть ещё по пути в посёлок.

Мама кивнула и пропустила меня в дом.

– В поселке была кража, – сказала она, помахивая смартфоном. – Сегодня одни из владельцев вернулись из отпуска, а дом обнесён. Увидишь что-то странное или опасное, сразу звони охране.

Я кивнул.

– Мам, а можно я к Вале пойду? Он через два дома от нас живёт. Ты его тогда на площадке видела: такой рыжий мальчик. Ты ещё папе про него сказала, что если его причесать, то он будет очень приличным.

Мама немного задумалась. Валя не выглядел опасным, но и безоговорочного доверия у взрослых он не вызывал. Я был готов поклясться, что видел, как по лбу пробежала морщинка: «Пусть лучше сидит дома, так безопаснее!», но тут зазвонил мамин телефон.

– Это по работе, – сказала мама, взглянув на номер. Потом она посмотрела на меня и решила: – Хорошо, иди, но аккуратнее.

Мама скрылась в комнате, которую выбрала себе под кабинет.

– Доброе утро! Я Вас слушаю, – мамин голос звучал официально.

Сначала я долго мыл руки. С мылом и без. Ощущение тонкого мышиного хвоста в моих пальцах никак не уходили. Пусть я и трогал его через пакет, но всё равно брр… Противно даже вспоминать!

Я бы, наверное, так и мыл руки до обеда, но надо было торопиться. Вдруг Валя не дождётся и пойдёт копаться в помойке? А там мышь! Я проскользнул на кухню, достал из-под мойки пакет с вторсырьем, отобрал жестяные банки и пошёл к выходу. Мимо маминого кабинета я проскользнул, едва дыша. Объясняться по поводу банок совсем не хотелось. К счастью, мама увлеченно обсуждала детали очередного рабочего проекта в кабинете.

Я уже повернул направо: в сторону Валиного дома, как в глаза мне бросилась белая футболка на другой стороне дороги: она ярким пятном выделялась на фоне коричневого забора из металлического штакетника. Артём стоял у калитки, ведущей на сорок второй участок. У меня сердце стукнуло где-то в районе пупка: Кирилл. Артём посмотрел на меня, ухмыльнулся и нажал на кнопку звонка.

Почему почти напротив нашего дома сто тридцать четыре был участок номер сорок два? Не знаю. В посёлке была очень странная нумерация. Казалось, кто-то закрыл глаза, ткнул карандашом в карту и начал считать участки от того, на который указал случай. Считал по порядку, не пересекая дороги, пока это было можно. Только затем переходил на другую сторону улицы и продолжал нумеровать дома в том же странном порядке, пока снова не упирался в тупик. В общем, как я не старался найти логику и запомнить расположение домов с их номерами, у меня ничего не вышло. Тем более некоторые дома, как, например, дом Кирилла, занимали несколько участков. И тогда некоторые номера просто отсутствовали.

В общем, чтобы попасть к Вале, я должен был пройти мимо Кирилла. А Артём вот-вот собирался наябедничать ему про Катю, которую я якобы довёл до слёз. Очевидно, я не стал дожидаться, когда Кирилл откроет, и повернул в другую сторону. Что ж, дойти до Вали можно и обогнув квартал. Прогуляться летним утром, пока не наступила жара, очень даже полезно. Это же не в школу идти. Интересно получается: когда надо вставать в школу, то очень хочется спать, а летом я сам легко вставал в восемь утра.

Так что я «прогуливался». И хотя мне хотелось бежать, я не спеша прошёл несколько метров до поворота: наш участок, как я уже говорил, был угловым. Прежде чем скрыться за углом, я посмотрел назад: Артём входил в калитку дома номер сорок два, что-то рассказывая. Теперь и домой в обход возвращаться?

По пути к Вале я размышлял, кто бы мог подбросить мне мышь. К сожалению, единственная зацепка – это белое пятно в кустах.

Сегодня все, кого я встретил, как назло, могли мелькнуть белым. Даже Анастасия Львовна. Я решил использовать мои «маленькие серые клеточки». Именно так поступал сыщик в моём любимом сериале.

Я начал перебирать всех по очереди.

Валя. У него был белый бинт. Хотя на вид он и безобидный, но странный: ведь он реально был готов пойти рыться в помойке. Но бинт маленький, смог бы я его заметить? В зелени кустов, почему бы и нет. Отнесу ему банки, попробую прощупать, решил я.

Катя. Девчонки не полезут в кусты. Хотя ради кошки они на многое способны. Логики в их поведении ноль. Но до мыши ни одна из тех, кого я знал, не дотронулась бы.

Как-то мой одноклассник притащил в школу игрушечную мышь, визга от девчонок было! И даже, когда они узнали, что это игрушка, ни одна не согласился поднять её. Все жались к стенке и дрожали. Нет, Катю можно исключить или поставить в списке подозреваемых на самое последнее место.

Анастасия Львовна. Она была в белой шляпе и белых туфлях. Она вполне способна подсматривать из-за забора и даже пригнуться. Но лезть в кусты? Да и она тоже женщина. А те продолжают бояться мышей, даже когда вырастут.

Да что мыши?

Весной у соседей сбежал хомячок и пробрался в нашу квартиру. Мама визжала не хуже девчонок в школе. Она забралась на стол и не слезала оттуда, пока папа не поймал и не отнёс животное соседям. А потом мама долго с опаской осматривала все дальние углы квартиры. Она даже нашла своё украшение, которое я сломал ещё в детском саду, спрятал и забыл. Но всё же что-то было такое в Анастасии Львовне. Я не стал вычёркивать её из списка подозреваемых, а поместил рядом с Валей.

Георгий Николаевич. Его собака вполне могла рыскать в кустах, но он сам? Такой солидный и пожилой мужчина не стал бы связываться с мышами. Его я поставил вместе с Катей в конец списка.

Артём. Вот он как раз мог и подкинуть мышь, и остаться смотреть, как я её найду. Да и у помойки он ведь не так просто оказался. Да, Артём – самый вероятный подозреваемый.

– Мальчик, осторожней! – задумавшись, я чуть не врезался на повороте в двух молодых людей. С чёрной футболки одного из них на меня уставился волк. Его нарисованные друзья выли на изображение огромной жёлтой Луны, а этот смотрел прямо мне в глаза, будто всё знал про мышь и готов был рассказать. Я вздрогнул.

– Извините, – сказал я, но парни уже шли дальше.

Я облегчённо выдохнул: ссориться с соседями мне не хотелось. Я перевёл взгляд на участок. За зелёным деревянным штакетником стоял большой дом из бревна с резными наличниками. Этот дом мы с родителями заметили ещё, во время первой прогулки. Его стены так же украшала резьба. Красивый и очень необычный дом для посёлка. Но я поспешил к Вале. Участок пути, откуда вывернули парни, с которыми я столкнулся, я прошёл без приключений, но стоило мне снова повернуть за угол, как я встретил Анастасию Львовну.

– Здравствуйте, – ещё раз автоматически поздоровался я.

Анастасия Львовна внимательно посмотрела на меня, затем покачала головой.

– Мы уже виделись, молодой человек, – веско сказала она и тут заметила пакет с банками. – Помойка в другой стороне.

– Да, я… – не придумав, что сказать, я просто сглотнул.

– Анастасия Львовна, снова Вы! – послышался голос Георгия Николаевича, а его шпиц уже обнюхивал мои ботинки.

Анастасия Львовна улыбнулась пожилому мужчине и позволила себя увести. Всё-таки не зря я Георгия Николаевича в конец списка поставил. Хороший дедушка.

Я выдохнул и поспешил к Вале.

Глава 4. И снова мышь

– Вот банки! – помахал я пакетом, заходя в приоткрытую калитку на Валин участок. – Как обещал.

Я с интересом огляделся. Валин дом по размеру был не сильно больше нашего, но он был деревянным. Но стены были не круглые, как из бревна, а плоские. Кажется, папа говорил, что такие дома делают из бруса. Я посмотрел на наличники. Нет, у Вали они были обычные, без красивой резьбы. От этого дом казался просто обычным коттеджем, как наш. Перед домом был аккуратный газон и дорожки, мощённые плиткой. Вдоль дома были высажены цветы. Такие высокие разноцветные ромашки. Они только начинали цвести: белые, розовые и тёмно-бардовые. Особым украшением служило большое крыльцо с длинными ступенями.

Валя стоял тут же, разглядывая что-то у себя под ногами.

Я надеялся, что без других ребят мы сможем с ним поговорить и, может, даже подружиться. Сидеть всё лето одному? Тоска! А тут рядом живём. Сможем вместе везде ходить и возвращаться.

– Привет! – сказал я, а калитка скрипнула, закрываясь.

Валя вздрогнул и быстро прикрыл что-то на траве перед домом странной конструкцией, которую только что держал в руках. Я подошёл ближе.

– Что это у тебя?

Валя старательно загораживал нечто из деталей конструктора, с дополнительными элементами из банок и пластиковых бутылок. Он покусывал губу и старательно заправлял футболку в шорты с той стороны, где она и так была убрана.

– Ты робототехникой увлекаешься? – догадался я и сделал шаг к роботу: – Можно посмотреть?

– Нет! – гаркнул Валя.

От неожиданности я вздрогнул и чуть не выронил пакет. Банки тихонько лязгнули. Валя казался мне самым доброжелательным из всех ребят, встреченных в посёлке. Доброжелательным и безобидным. А он вот как!

– Для чего тебе банки? – немного успокоившись, я решил попробовать начать разговор ещё раз.

– Да т-т-так… – сказал Валя, внезапно начав заикаться. – Т-т-тебе домой не п-п-пора? – внезапно спросил он, озираясь. – Вдруг мама волнуется… – он замолчал.

– Ладно, я пойду – сказал я, чувствуя, как пылают щёки. Вот что я ему такого сделал, чтобы про мой позор вспоминать? – Вот тебе твои банки, – и я бросил пакет, целясь в робота-мутанта, но попал в Валю. От неожиданности он пошатнулся, сделал шаг назад и наступил на свою конструкцию. Затем замахал руками, будто домашний гусь крыльями.

Когда-то мы с родителями ездили на ферму и смотрели животных. Вот там был гусь, который всё пытался улететь. Он гоготал и махал крыльями. Гоготал и махал, но так и не мог оторваться от земли.

Валя не гоготал, но взлететь тоже не смог. Он не удержался и упал прямо на робота, окончательно раздавив и сдвинув его с места.

– Извини, я не хотел, – я испугался: вдруг он что-то сломал себе. Подошёл ближе и протянул руку, но Валя лишь покачал головой. И обречённо посмотрел на разрушенного робота. Голый хвост, выглядывающий из-под покорёженной конструкции, почти сразу бросился мне в глаза. – Мышь! – вырвалось у меня.

Валя вздрогнул, сжался и потом процедил:

– М-м-мне её кто-то подкинул. Ух-х-ходил, было чисто. В-в-вернулся, лежит! Если К-к-кирилл узнает…

– Надо её выкинуть. Где у тебя пакеты?

Валя глубоко вздохнул, стараясь успокоиться, и покачал головой:

– У нас нет пакетов.

Я с удивлением посмотрел на него. Валя сидел рядом с поломанным роботом, обхватив колени руками.

– Родители против, – пояснил он, – экология и всё такое.

– Да… – только и сказал я. Экология экологией, но, когда человеку нужны пакеты, чтобы выкинуть мышь, а их нет – это неправильно. Я огляделся в поисках хоть чего-то.

– Что ищите? – раздался противный голос Артёма из-за забора.

Я вздрогнул и машинально наступил на голый хвост, будто мы сидели у меня во дворе. Не буду врать: я не собирался защищать Валю, сработал инстинкт. А после того, как я спрятал улику, я стал соучастником. Артёму ничего не объяснишь же! Теперь я мог думать только об одном: только бы парень поскорее ушёл и ничего не заметил. И почему у Вали такой невысокий забор?

Вместо того, чтобы идти дальше, Артём спокойно вошёл во двор, будто его кто-то приглашал.

– Что это у вас робот валяется! – и прежде, чем мы с Валей что-либо смогли сделать или сказать, Артём подскочил к раздавленной конструкции и поднял её. Какие-то детали полетели на землю, а какие-то повисли на проводах, как пауки на паутинках. Валя уткнулся лицом в колени. Артём посмотрел на него, на мышь, на мою ногу, стоящую на хвосте, и кивнул. – Всё ясно, – Артём поджал губы и покачал головой, – Валя, я был о тебе лучшего мнения. Хотя, – он перевёл взгляд на меня, – с кем поведёшься, от того и наберёшься.

Артём развернулся и вышел.

Дзыньк! Хлопнула калитка.

Я выдохнул и посмотрел на Валю. Он приподнял голову, его щёки пылали, а сам он выглядел очень потерянным.

– К-к-кирилл н-н-нас п-п-побьёт, – упавшим голосом сказал Валя. От волнения он снова начал заикаться. Я помолчал. Что говорить об этом? – И с-спасибо.

Я пожал плечами.

– Ладно, мышь всё равно надо выкинуть, – Моя бабушка говорит: «Действие – лучшее лекарство».

– У н-н-нас в саду есть компостная куча, – невпопад сказал Валя.

– А это идея!

Я взял одну из принесённых банок, поддел ею тело мыши, чтобы оно закатилось внутрь. А мне даже прикасаться не пришлось! Кажется, эта мышь даже не вызвала во мне отвращения. В сравнении с Артёмом она просто душка! Валя перебирал сломанные детали и вздыхал.

– Тоже всё в помойку? – сочувственно спросил я.

– Не всё. К счастью, ничего дорогого не сломалось, – Валя слабо улыбнулся, – а простые детали из вторсырья всегда новые можно сделать.

– Хорошо, – кивнул я и вытянул вперёд руку с банкой: – Где у вас компостная куча?

Валя с трудом встал и, покачиваясь, повёл меня вглубь участка. За домом у них оказался не только сад, но и парник, и пара аккуратных грядок с какой-то зеленью. По пути Валя молчал, только тяжело вздыхал и мотал головой. Чтобы как-то развеять тяжесть, которая просто давила на нас, я рассказал про свою утреннюю находку. А затем добавил:

– Тут у сестры Кирилла кошка сбежала, Породистая. Турецкий ангар или что-то такое.

– Турецкая ангора? – поправил Валя. Я кивнул, а он задумался: – Эти кошки знатные крысоловы. И мышей тоже ловят.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.