# Пятиконечная звезда

Жанна Ди

На майские праздники в начале двухтысячных группа туристов натолкнулась на палаточный лагерь в ущелье Чигенитра (Крым) и узнала о трагедии, произошедшей в ночь полнолуния: пять подруг, накануне выпуска из университета, приехали отдохнуть на природе, и четыре из них упали со скалы.

Выжившая Карина не смогла объяснить, что случилось, ее память заблокировала воспоминания о трагедии и расследование зашло в тупик.

Карина взяла академ, уехала в провинциальный городок, сняла комнату у одинокой бабушки, устроилась на работу в семейном кафе. Но спустя год начали происходить странные вещи, и Карине придется вернуться в Крым, чтобы самой понять, что же случилось с подругами.

## Глава 1. Не каждое утро бывает добрым

Горный воздух чист и прекрасен, он завораживает, заряжает. Но не всех. Прогулка по ним может принести освобождение духа, а может…

Карина уставилась в одну точку, сидя в палатке. Она не могла пошевелиться, все еще находясь во власти ночного кошмара.

– Не слушай, не двигайся, потерпи, – до сих пор раз за разом твердил мужской голос. А владелец его держал Карину. Крепко. Не позволяя покинуть убежище. Ведь снаружи ветер зло трепал ткань палатки, проверяя ее на прочность, и завывал, зазывал, завывал, нагоняя жути и заставляя видеть то, чего не могло происходить на самом деле. Будто не стихия бесновалась, а люди. Страшные люди без плоти и крови, они не могли до Карины добраться, лишь тени их танцевали, а руки тянулись к той, у кого билось сердце.

Зачем? Что им надо?

Карина пыталась вырваться из объятий, она хотела убедиться своими глазами, что нет снаружи ничего страшного, что это лишь ветер. Безумный. Голодный. Разгневанный.

– Все скоро закончится, – успокаивал мужской голос. – Просто дыши.

Она закрыла глаза, сделала глубокий вдох и медленный выдох, убеждая себя, что все это сон. Это в нем мы не можем пошевелиться, теряемся в догадках и сделать ничего не можем.

Стихия отреагировала, ветер отступил. Карина откинула голову на мужское плечо.

– Ты умница, все хорошо.

Она поверила, его голос успокаивал, а сцепленные перед животом Карины пальцы разомкнулись и переплелись с ее пальцами. Она забылась… пока новый порыв ветра не принес крик.

– Чи-и-и-и-ге-е-е-е-ни-и-и-и-тра-а-а-а-а!

Что это? Светик? Почему в голосе столько тревоги? Карина дернулась к выходу, и ее снова поймали.

– Не слушай.

Мужской шепот защекотал ухо, это немного отвлекло, и позволило родиться объяснению: девочонки просто придумали какую-то игру. Только почему не позвали Карину?

– Чи-и-и-и-ге-е-е-е-ни-и-и-и-тра-а-а-а-а!

Нет… Что-то не так. В крике слышатся слезы. Маришка приближалась к истерике?

– Не надо, отвлекись, закройся.

Карине зажали уши, и она воспользовалась этим, почти вырвалась, ведь в третий раз донеслось:

– Чи-и-и-и-ге-е-е-е-ни-и-и-и-тра-а-а-а-а!

Но мужчина тут же снова сжал Карину, не отпустил и после четвертого:

– Чи-и-и-и-ге-е-е-е-ни-и-и-и-тра-а-а-а-а!

Крик размножился эхом и постепенно стих. Как и попытки Карины вырваться сошли на нет. В ее груди заныло от вернувшейся тишины, горло сдавил спазм, перед глазами все поплыло.

– Пусти… Пусти меня… – прошептала она и вздрогнула, когда ветер вернулся к палатке.

Он набросился с удвоенной силой, казалось, что он собрался перевернуть убежище, чтобы добраться до той, кто должен был прокричать нужное слово в пятый раз.

Зачем? Чего он добивался?

Ответ на эти вопросы не получалось найти, все казалось странным, расплывчатым. И мужчина… был ли он ночью в палатке на самом деле? Карина не могла сказать с уверенностью. Она помнила сильные руки, помнила голос, помнила и то, как он скрутил ее, чтобы не выпустить.

А потом… Что было потом? Карина не знала, она просто утром открыла глаза, села, скрестив ноги и уставилась в одну точку, все еще пребывая во власти кошмара.


***

Утром по крымскому перевалу стелился легкой дымкой туман, а по тропе, кутаясь в походные куртки, гуськом шли туристы. Проводник – женщина в шапке с желтым помпоном – иногда останавливалась, давала группе отдохнуть, не все же привыкли и ходить много, и дышать горным воздухом.

– Если устали, то можем свернуть на стоянку Чигенитра, туда не часто заглядывают туристы, но есть возможность развернуть временный лагерь. Воды подскажу, где набрать, костер разожжем. И я расскажу вам легенду этого места.

В глазах участников группы загорелся интерес – умела Ирина его разжигать, за это и любили ее руководители, позволяли не по согласованному сценарию экскурсии проводить. Отзывы есть хорошие? И ладно. Поток туристов идет? И здорово. Одно Ирина просила – не ставить ее на смену после первого майского полнолуния. Ей шли навстречу. Обычно. Но в это утро Ирина сама приехала на место сбора туристов и предложила самым смелым выдвинуться пораньше.

Когда у нее спросили, все ли в порядке, она призналась, что плохо спала ночью и хочет отвлечься, а горный воздух и виды лучшее средство.

Группа на предложение заглянуть на стоянку Чигенитра согласилась. Ирина предложила сразу о костре позаботится.

– Сухие ветки все умеют собирать? Устроим соревнование?

Парни хмыкнули, девчонки засопели, что не “бесполезные”. Ирина улыбнулась, любила она провоцировать людей на несвойственные им поступки и не скрывала этого, наблюдала за туристами и после походов давала советы, как продолжить прокачивать проявленную способность, если просили об этом. А чаще просили. И за эту опцию Ирину выбирали среди других проводников те, кто хотел получить от простой горной прогулки максимум.

В этой группе пока таких не наблюдалось. На вызов ребята отреагировали слабо, ветки поднимали неохотно. Может, влияло туманное утро?

– Наберемся сил, и я вас к горному ручью Суук-Су свожу, там красивая пещера, – попыталась вдохновить туристов Ирина.

– А легенда? Когда вы ее нам расскажете? – спросила одна из девушек и поправила рюкзак, по румянцу можно было догадаться, что она смутилась – ведь на нее разом все посмотрели.

– Она вот-вот оживет, – подмигнула Ирина, приложила палец к губам и жестом пригласила группу следовать за ней, но осторожно, будто они сейчас за кем-то подглядывали. – Много веков назад по этому тракту проезжал торговый обоз тавров.

Ирина обычно не просто рассказывала легенды, она готовила целый моноспектакль – из диктофона, который она достала из кармана, донесся звук колес по горной дороге. Копыта цокали, камни шумели.

– Они знали эту дорогу почти наизусть, возили на рынок товары, созданные их соплеменниками, а обратно возвращались с продуктами на все поселение.

К звуку колес в диктофоне добавился гомон рыночной площади. И даже будто запах свежей выпечки повис в воздухе, смешиваясь с ароматами сладостей, сыра и молока – это Ирина растерла пальцами особую смесь.

– Устали торговцы, вымотались за день, и дорога отбирала последние силы. Попросила черноокая дочь богатого тавра сделать привал. Ноги размять, коней напоить, накормить. Родители не отказали, боготворили кровинушку. И доверяли. Девушка увидела дикие груши.

Ирина рассказала группе о диких садах. Коротко. Не удержалась, потому что любила эти края всей душой.

– Весной здесь цветет все красиво, а какой урожай осенью – приезжайте за витаминами. Фрукты, грибы, все натуральное можно вкусить и собрать.

Туристы улыбнулись, покивали.

– Вся легенда лишь для рекламы? – возмутился молчавший всю дорогу мужчина, не выпускающий из рук фотоаппарат.

– Ну что вы, – Ирина вздохнула, на диктофоне заиграла тревожная музыка. – Таврская девушка забыла о времени, забрела далеко и не заметила, как оказалась возле…