Александр Абросимов
Открой Врата В Неизведанное: Погружение в Миры Обмана и Волшебства!

Глава 1

Летают ли крокодилы?

– Ничего так! – провожаю глазами летящую словно в замедленной съемке голову гоблина. Голова прямо на глазах превращается в пепел, и на землю опадает уже облачком серого праха.

– Низко пошла. Видать, к дождю, – доносится густой прокуренный бас.

Не понял. Медленно оглядываюсь. Никого.

– Да тут я, тут, – ворчливо доносится снизу.

Опускаю взгляд. Рядом стоит маленький несуразный человечек, ростом почти до моего колена. Толстый, одетый в странную тогу, со стрекозиными крылышками. Лысоватый фей такой.

Надавливаю на веки до звездочек в глазах и часто моргаю… но ничего не меняется.

Необычного вида фей вытаскивает изо рта зубочистку и недобро зыркает на меня.

– Что вылупился? Где эссенцию теперь брать будем, а? Переговорщик из тебя, – неприязненно произносит человечек и кивает на серый пепел, – уж извини, так себе.

Качаю головой. Молчу. Затылок взрывается болью и тут же словно наливается свинцом. Стены пещеры ведут хоровод, а в груди пульсирует дыра.

Самое главное, я не помню, как тут оказался. Последнее воспоминание: включаю свет в своей квартире в обычном сталинском доме. За окном зимняя Москва, беспрерывный поток машин и свет фонарей. А эта пещера совершенно мою квартиру не напоминает.

Вытягиваю руку, касаюсь раны на голове – крови нет, только сильно щиплет. Видимо удар прошел по касательной. Хорошо. Подташнивает.

Мысли текут вяло, как после наркоза. Я такое уже переживал. Тогда, сразу после ранения, в полевой госпиталь меня привезли уже почти потерявшего сознание. Хорошо, напарник всю дорогу стоял над душой, не давал отключиться. А то бы не вывез. Потом опрос, наркоз, просыпаешься и часа два не понимаешь, где ты и что ты. Только шрам в полживота и напоминает о произошедшем.

Вот и сейчас также. Только болей в боку нет, да и тут, очевидно, не больница.

– Где я? – задаю вопрос в воздух. Кроме меня и этого маленького человечка никого не вижу.

Вокруг горы мусора, серый пепел на полу пещеры, черепа на палках и развалины убогих хижин. Такой, мрачноватый антураж сказки.

– Сильно тебя приложило, – тянет странный фей. – Вить, ты, вообще, в порядке?

Мужичок подлетает метра на полтора вверх и заглядывает мне в лицо.

– Уже не уверен. – С интересом смотрю на летающего человечка. Сажусь и опираюсь руками в пол. Вроде легче. – Так, где я?

– В Белых пещерах, рядом город Крайний. Не помнишь? – Хмурится фей.

Аккуратно, чтобы не расплескать, покачиваю головой. Очень странное, но говорящее название у городка.

– Не помню. – Смотрю на летающего мужичка. Или фея? Но тут не угадаешь, может быть, именно так на самом деле они и выглядят? Мы просто слишком мало знаем о феях. Усмехаюсь где-то глубоко внутри.

– Ну, посиди пока. Как отойдешь – говори, а то я один тут не обшарю все. – Фей разворачивается в воздухе и низко-низко летит к новой куче барахла.

Мужичок сосредоточенно заглядывает под осколки каменной кладки в важных для него поисках. Сразу видно: он ищет что-то конкретное.

А еще – я его понимаю. И это странно. Точно помню, что в том мире, где я включал свет, никаких гоблинов вживую не видел. Да и таких существ как этот мужичок с крыльями – не знал.

Еще ощущение, что раньше у меня эмоций было больше. Кстати, когда это раньше? Тоже не помню. Так. А что я помню?

Прикрываю глаза. Тянусь к воспоминанию про Москву. Знаю, что так можно поймать ускользающий сон…

…Огонь! Море огня!

Тут же открываю глаза. Выдыхаю. Это уже интереснее.

По новой. И? Образ снова цепляет.

…Огонь! И снова моя рука, включающая свет в обычной сталинке… Океан пламени…

Моргаю. Так.

Аккуратно осматриваюсь.

Место, где я прихожу в себя, напоминает карстовые пещеры в Новом Афоне или Перми. Её освещают десяток пробитых под потолком больших дыр. Так что она вполне светлая и прохладная. Вот только пахнет странно. Но это, определенно, заслуга прежних жителей.

Иду на второй заход.

– Ты кто такой? – спрашиваю небритого фея.

Мужичок с крылышками отвлекается от поисков, роняет кусок плиты на пол. Раздраженно достаёт зубочистку изо рта.

– Витя, твою же центурию! Феофан я, ты там своими книгами совсем мозги высушил, да? Или по башке только что слишком сильно прилетело? Ты не стесняйся, говори – мы на обратном пути в больничку заглянем. Маришка быстро тебя подлатает. Или отрежет чего ненужное, но тут по настроению, конечно. – Фей снова засовывает зубочистку в рот и жуёт её с ещё большим остервенением, словно борется с личным врагом.

– Маришка? – удивляюсь. Никаких ассоциаций.

– Ага, – отворачивается от меня фей. – После званого вечера в Академии, на прошлой неделе ты у нее особенно желанный гость.

– Что так? – удивляюсь. Понимания особенно не прибавляется, а узнать, что происходит хотелось бы. Понемногу встаю на ноги.

– Ты ж ей там полтора часа затирал подпункты уложения об организации медкабинета. И ведь не забыл ни одного – все перечислил! – Фей задумчиво почесывает бок. – Хотя может и не отрежет. Слушала же.

– Неожиданно. – Удивляюсь. Еще раз оглядываюсь.

Если пещеры еще можно как-то найти в моем старом мире, то вот таких летающих человечков – точно нет. Только сказки. Так что да. Однозначно – Мир не мой.

– А чего неожиданного-то? – отвлекается мужичок. – За полтора часа даже столь нежное существо можно достать. А ты примерно столько ей про медкабинет затирал. А девочка танцевать хотела. – Чешет голову. – Ну или просто сбежать не успела.

– Старший целитель не может быть преступно небрежен в организации медицинского кабинета! Я обратил на это ее внимание, – тело само произносит длинную фразу и пытается принять вид гордый и немного надменный. Надо же, какая поза оскорбленной невинности!

Фей окидывает меня нечитаемым взглядом.

– Вот-вот. Я об этом и говорю. – Вздыхает. Грустно качает головой. – Ты посиди, Вить. Посиди. Тебе точно нужно.

А вот самостоятельные действия тела – это неприятная неожиданность.

Развожу руками. Да нет. Вроде телом владею именно я. Только что это за реакции странные?

– И часто я так? – удивляюсь.

– Ага. – Флегматично кивает фей. – Тебя только спроси о чем-то – не остановить.

Вот как. Ладно. Учту. Вот только кто я? Воспоминания мои про совсем другого человека.

Смотрю на ладони – длинные тонкие и, что важно, незнакомые пальцы. В том видении кисти рук были другие.

Здесь и сейчас мне, навскидку, лет семнадцать-восемнадцать.

Еще одно – я совершенно сдержан. Это же неправильно? Я же должен бегать по потолку, переживать. Но нет. Спокойствие – абсолютное.

Просторная пещера, в которой я прихожу в себя, обживалась сказочными созданиями. В прошлом. Недавнем. Зелеными гоблинами, носатыми существами чуть пониже человека. Все как в сказках, что я иногда почитывал. Вот и погляжу на одну такую изнутри, похоже.

Гоблины пытались в красоту, конечно. Что-то, правда, постоянно шло не так. Но попытки были, да. Немного странные, очень неумелые. Жутковатые рисунки на стенах. Странные скульптуры из костей и веревок около развалин. Засушенные композиции из веток и облезлых шкур. Удивительно, что уцелели.

Зеленые жили прямо тут. Мелкие хижины, маленькие огородики грибов, пустые загончики. Все это наводит на мысль, что гоблины подолгу не выходили из пещеры. И еще на одну – я тут, очевидно, гость.

– Вить, давай, двигайся. – Фея постоянно кидает от сочувствия к раздражению и обратно. – Ищи фиал.

– Кого? Что? – переспрашиваю.

– Пузырь такой. Синенький. Запаянный. – Фей разводит ручки в стороны. – Вот такого размера. Не перепутаешь. Как найдешь – сразу в тот ящик пихай! – кивает на стоящий позади меня небольшой сундучок. – Справишься?

– Думаю, да. Слушай, а что тут… – оглядываюсь. Обвожу рукой. – Произошло?

– Тут? – Фей тоже оглядывается. – На нас напали, а ты всё племя гоблинов перебил! Но фиал так и не забрал.

– Я⁈ – искренне удивляюсь.

– Нет, Вить, я. – Фей ударяет себя ладошкой по лбу. – Не забывай, для чего мы тут.

– А для чего мы тут? – повторяю фразу фея. Отхожу от «наркоза» все же медленно.

– Академия послала, – со вздохом отвечает мне фей. Опять бьет себя по лбу. Продолжает почти по слогам. – Мы тут ради эссенции из крови летучего крокодила. Эссенция в фиале, фиал был у гоблинов, гоблинов больше нет. А торгует, тьфу ты, торговало, в королевстве только это племя. Других рядом нет. Найдешь фиал – считай, повезло. Понятно?

– Крокодилы не летают. – Уверенно вспоминаю зелено-бурых нильских громадин.

– Гоблинские? – фей равнодушно отворачивается. – Гоблинские – летают. Только низенько-низенько. Ищи иди. Синенький фиал, помнишь?

Ну что ж, немного становится понятнее. И даже раздражение мужичка, в принципе, объяснимо. Кажется, мостов с напарником я не наводил. И, видимо, это взаимно. Ладно, решу постепенно. Он – единственный источник информации все же.

Делаю шаг. Так, тело чувствую, как свое. Но все же не до конца. Словно оно затекает и только сейчас оттаивает. Шаг я делаю вполне привычно. Оглядываюсь в поисках зеркального чего-нибудь. Нет, ну а вдруг? Усмехаюсь про себя. Хотя… на этой свалке? Откуда?

Поднимаю уцелевшее древко. Чтобы ворошить кучи – подойдет. Доверия этот мусор у меня не вызывает. Пару раз взмахиваю палкой.

– Ты чего размахался-то? – голос фея доносится уже от другого завала. – Не, у нас, конечно, время не ограничено, но я бы, все же, хотел вернуться в Академию до осенних каникул. Там праздники пойдут, пирог будет. С рыбой. – Фей мечтательно закрывает глаза. – А еще, может, лифани привезут, – облизывается.

– А это скоро? – спрашиваю.

Фей резко отвлекается от мечтаний и бросает на меня раздраженный взгляд.

– Четыре декады, парень. А еще через три-четыре тебя из Академии выпрут как не сдавшего сессию. Если не принесем фиал раньше, конечно. И то, что ты отсутствовал по поручению ректора, тебя не спасет. Поедешь на границу заряжать кристаллы – так ты деканат свой достал. Парень, ты хоть понимаешь, что они только и ждут повода тебя выгнать? Ты зачем каждый раз пишешь жалобы на нецелевое расходование средств? На прогул преподавателей, на неправильно окрашенную траву у главного здания? Тебе больше всех надо?

– Это не жалобы, а докладные записки в отдел по наблюдению за магическими учреждениями нашего королевства! – снова тело начинает отвечать за меня, пока я слегка эээ…удивляюсь происходящему. – Докладные записки составлены согласно Уложению по надсмотру над Учреждениями Особой Важности, и, действительно, используют бланки формы 26 дробь 1 как особо важные документы.

– Вот то-то и оно, парень, то-то и оно! – фей вздыхает и возвращается к ворошению кучи.

Так. Понятно, как это работает. Действительно запускается что-то вроде внутренней библиотеки. И сейчас я успеваю уловить, где отключается критическое мышление. Проверю.

– Спроси меня еще про уложения или законы. – Чуть давлю на человечка.

– Да? – Удивляется фей. – Как скажешь, Вить. Ты вот гоблинов уничтожил. Наверняка под какое-то уложение попадает.

– Да, Уложение… – ловлю себя на полуслове. Отлично, работает. Соответствующие страницы Уложения о взаимодействии с магическими расами тут же разворачиваются у меня перед внутренним взором. Визуал натренирован отлично! В прошлой жизни у меня такого не было! Ещё и спусковой крючок нашел, хорошо!

Стоп. В прошлой жизни? Ну, в общем да. Определенно. Я не должен быть так спокоен. Ну, это понятно – видимо шок. Учту.

Тело не должно говорить само. Это ненормально. С этим я тоже сейчас разбираюсь. Очевидно, что так проявляется прошлая память. Значит, она сидит где-то глубоко. По крайней мере, та, что касается внутренней библиотеки.

– Под уложение попадает, – отвечаю фею.

– И что? «Тебя накажут?» —с интересом спрашивает фей.

– Нет. Совсем нет. – Поднимаю руку. – Так, а сейчас помолчи немного. Мне нужно сосредоточится.

Человечек немного надувается и отворачивается к кучам мусора. Слышу только ворчание.

Вспоминаю первые слова необходимого текста. И да! Перед мысленным взором опять разворачивается картинка. Отлично!

Осматриваюсь. Так. Ночевать в пещере точно не стоит. Поищу, пожалуй, как там он сказал? Фиал? Ну вот, значит, его и поищу.

Поднимаю крупный осколок зеленоватого стекла. Ага! Смотрю в него.

Точно молод. Видно плохо, но отражение есть. Здесь мне никак не под полтинник. Первое впечатление про семнадцать-восемнадцать лет – верное. Да и длинных волос у меня никогда не было, даже до армейки. Лицо больно гармоничное. Худоват, конечно, и одежда, опять же, странноватая. Да и, если подумать, и с феями я никогда не сталкивался. Но в то же время, именно этот, конкретный, мне кажется знакомым.

Делаю пару шагов в сторону кучи покрупнее. Сзади громко осыпается щебень.

Разворачиваюсь уже в прыжке.

Глава 2

Купаться запрещено?

Наваленные обломки на полу активно шевелятся. Кто-то большой и не очень проворный выбирается наверх. Подпорка, стоящая в этой куче, резко наклоняется, переставая удерживать балку. Та падает, а за ней, как костяшки домино, из-под свода пещеры, рушатся еще четыре.

Стая мелких птиц как по команде вылетает в прорубленные в самом верху окна. Фей, смешно подпрыгивая, подбегает ко мне. Внутри головы просыпается знакомо-незнакомый голос и уверенно говорит: «Спокойно. Ты в порядке». Ну да, блин, куда уж лучше? Отступаю еще на пару шагов.

Из-под обломков медленно выползает бронированное чудовище метров шести длиной, и почти в мой рост высотой. На крокодила оно похоже мало. Разве только на прародителя крокодилов – тогда да.

Протяжно зевает. Звук такой, словно в оркестр духовых завезли только басы, и все одновременно решили продуться. От какофонии мне физически больно.

Монстр медленно переставляет задние лапы и по-собачьи отряхивается от лишнего мусора. Мега завр снова зевает, а я завороженно пересчитываю зубы в его пасти. Получается плохо – размер челюстей внушает даже не уважение, а почти благоговение. Туда я, в принципе, помещусь легко. В пару укусов. А феем эта животина легко полакомится на десерт.

Чудовище потягивается, оглядывается и заинтересованно принюхивается. Замечает нас с феем. Интерес тут же превращается в гастрономический.

– Стой!!! Эссенция! – с опозданием кричит фей, когда мега завр разворачивается на месте и срывается в нашу сторону.

Тело опять секунду живет своей жизнью. Руки делают сложный отталкивающий жест, и с этим жестом из меня исчезает нечто важное. С рук срывается огненный росчерк и тут же пропадает. Удерживаюсь на ногах только чудом, но ненадолго. Внутри груди снова появляется дыра.

А вот монстру не везет совсем. Чудовище с громким хлопком разлетается пеплом и обгоревшими кусками шкуры. Словно оно сгорает и взрывается одновременно. Фей успевает закрыться. Я – нет.

– Я что, маг⁈ – с недоумением смотрю на дрожащие руки. С них ссыпается серая пыль, недавно еще пытавшаяся нас съесть. Лучше не думать.

В кистях тяжесть. Сжимаю и разжимаю пальцы, они натянуты, словно струны. Все тело будто пытается заполнить возникшую пустоту внутри. Все вокруг снова кружится, и я падаю на пол.

Смотрю на хмурого фея.

– Ты не маг, – серьёзно, даже с нотками истерики произносит тот. – Ты идиот!

– Чего? – удивляюсь.

– Ты последнего гоблинского крокодила замочил и его племя чуть раньше! – подрагивает крылышками в такт голосу толстячок. В голосе просто море негодования.

Феофан ещё раз обводит руками пещеру и хочет что-то сказать, но обреченно машет рукой.

– Так он же нас съесть хотел! – удивляюсь.

Но фей снова впечатывает себе ладошку в лоб.

Так он себе сотрясение заработать может.

– Ну сбей тварюгу! Дай по сусалам, молнией прижги, в конце концов! Но убивать-то его зачем⁈ – Фей сплевывает и достает из внутреннего кармана новую зубочистку.

– Так в чем проблема? Крокодил мертв. Пошли, заберём, как там её? Эссенцию? Кровь? – предлагаю самый очевидный вариант, снова поднимаясь на ноги. Стою, качаюсь, но вроде падать больше уже не собираюсь.

– Ага, как только, так сразу! Откуда эссенцию возьмешь⁈ С какой части стены ты ее соскребать будешь⁈ – потрясает руками фей. – С этой⁈ Или с той⁈ – тыкает пальцем. – Или с потолка намоем⁈ Идиот! Это же последний крокодил! Последний! Следующее племя гоблинов придёт только весной! Через год почти! Понимаешь⁈ Да даже если мы соскребем, что там осталось, это племя год пузырь собирает! Собирало, – поправляется. – До тебя. Го-о-од!

Фей злобно смотрит мне в глаза, а я на автомате киваю. На самом деле ничего не понимаю. На всякий случай осматриваю ещё несколько куч с обломками – вдруг они тоже оживут. Но нет. Ничего не меняется. Да и, вообще, в пещере, похоже, ничего целого не осталось.

– У тебя оставался последний шанс! Если не принесешь эссенцию – все, закончить Академию не сможешь! Выпрут тебя, идиота, на границу! И меня заодно. Разве это честно? – задаёт фей вопрос и сам же на него отвечает. – Нифига это не честно. Я тебя не выбирал. Кого назначили – того назначили! На один месяц, говорят, пока не найдут замену, говорят! – Фей прикладывает ладошки к толстым щекам и с силой проводит ими вниз, становясь похожим на бассета. – Где мы теперь её достанем⁈ Из-за тебя, идиота, плакал мой пирог с рыбой! И куриные рулетики, и безешка с клюквой, и лифани! А ведь их только раз в год привозят! Теперь вляпаемся неизвестно во что!

Фей со всей силы пинает стоящий рядом сундучок и только хочет продолжить читать мне нотации, как я его прерываю:

– Хватит называть меня идиотом.

– А как тебя ещё называть? Простейшее задание завалил! Думаешь, этих племен до фига? Так-то да, но! Они меж собой режутся, чтобы сюда попасть! А добирается только выигравшее. Одно, понимаешь? За год! На гоблинов-то плевать всем, но эссенцию ты где брать собрался? – наседает мужичок и хватается за остатки волос на голове. – Мы не можем вернуться без фиала! И тебе и мне, по условиям контракта этого делать нельзя!

– А контракт где? – цепляюсь за знакомое слово. Как раз контракты я всегда просматриваю. И, кажется, даже здесь я столь же въедлив. Такой простейшей ошибки допустить я не могу.

– А контракт там, – фей кивает на кучу знакомой уже серой пыли у дальней стены. – Вместе с главным гоблином остался и остальными твоими документами. Он, вообще-то, хороший контракт. Просто тебе подсунули на магический оттиск не тот, что ты читал перед этим.

– Откуда ты знаешь? – резко оборачиваюсь к фее. Этот момент заставляет испытать почти физическую боль. Меня не могли так просто обвести вокруг пальца.

– Я увеличил оплату в шесть раз, но согласился с добавкой дополнительного пункта, что без фиала мы в Академии не появимся. Это же казалось просто подарком! Фиона, фейка ректора, была так мила, – мужичок резко меняет настроение, и чуть всхлипывает. – Сказала, что пробила нам увеличение оплаты… Только по знакомству. А этот пункт просто страховка. Но ты бы его так просто не подписал. Ты даже стандартную версию согласовывал декаду. А эссенция нужна чуть ли не вчера! Фи просто забыла заказать. У нее так много дел, у моей дорогой. Фи! Она такая важная и занятая!

– Контракт! – возвращаю чуть взлетевшего с закрытыми глазами фея на землю. В буквальном смысле. Фей падает с высоты сантиметров пяти как мешочек гречки. Поднимается на ножки.

– И этим мы спасем ее… мою дорогую… эээ… Академию, да! И версия договора ведь такая же, только с подпунктом. Я проверил! Точно такая же!

– Ты меня отвлек видимо? – уточняю. Злиться на несуразного мужичка не могу. Тем более этого момента я даже не помню, просто принимаю к сведению.

– А, – машет рукой фей. – Тебя и отвлекать-то не надо было. Фиона просто попросила тебя ссылки на подзаконные акты. И пока ты ей все вот это рассказывал, документы-то тебе и подсунули. Ты и оттиск поставил. А я вроде как не заметил… Ну, в шесть раз же сумму подняли! Там домик можно купить в пригороде столицы, не в самом престижном, конечно! С садиком. А там вишни…

Ситуация. Ладно.

– Что будет, если мы вернемся без эссенции?

– Ничего хорошего. Магический откат тебя порвет, а меня отправят на кухню… Опять. – Как-то серо отвечает Феофан. Словно мыслями он где-то далеко. Потом дёргается, бросает быстрый взгляд на меня, и чуть неестественно продолжает. – Хотя на кухне хорошо! Я там неплохо живу. Все время в тепле, ем сколько влезет. Красота!

Хм. В голове быстро мелькают мысли. Слово «порвет» мне совсем не нравится. Но в Академию, кажется, вернуться надо. Слишком эта ситуация… мм… неоднозначна. Это раз. И два. Я, кажется, попал. Как в книжках. Правда пока не понимаю куда и как. И, уж тем более, я не готов отказываться от Магии.

– Где еще можно достать эссенцию?

– Ну, может, на аукцион кто выставит, или у контрабандов, – пожимает плечами фей. – Не знаю. Академия всегда у гоблинов выкупала.

– А гоблины откуда родом? – уточняю.

– Так с Гиблых болот, – фей машет головой, словно показывая направление на болота. – Это все знают. Постой. Не хочешь ли ты сказать?..

– Ага, Гиблые болота, – киваю в ответ.

Феофана это не удивляет. Он смотрит на меня как на больного и без тени улыбки крутит пальцем у виска.

– Лучше сразу спрыгни вон из того окна, – фей показывает пальцем под потолок. – Так хотя бы быстро и без страданий. А Гиблые болота нас легко не выпустят. В топях можно сидеть годами. Да кому я рассказываю, ты и сам всё прекрасно знаешь.

– Может и знаю, – снова на автомате киваю я. – А может и нет. Твои предложения?

– Всё, ищи яйца и то, что покажется целым, – фей показывает на кучи. – а потом, на выход.

– Дельно, – хмыкаю. – Но это очевидно.

– Ну раз так, думай, что делать, если не найдем, – ворчит мужичок. – И валить надо отсюда скорее.

– Согласен, – киваю. – Место все ж не самое приятное.

Мы расходимся в разные стороны. Моя первая цель – остатки небольшого загона у стены. Оттуда посмотрю куда дальше.

Загон, как и все здесь, пахнет. Так сильно, что слёзы на глаза наворачиваются.

– Слушай, Феофан! – громко говорю. – А нам очень эти яйца нужны?

– Да не очень! Они просто денег стоят. У гоблинов все равно ничего другого и нет. Яйца и эссенция. Да им больше ничего другого и не надо. Кроме них никто с крокодилами дел не имеет. А нам с тобой все равно через Крайний топать. Хоть денежкой разживемся. Но лучше фиал всё же найти.

Откашливаюсь.

– Я нашел фиал, да и яйца, скорее всего, тоже.

– Где, где, где⁈ – бежит ко мне фей, смешно подпрыгивая.

– Вон там, – показываю рукой на остатки загона.

Фей торопится в сторону проема, но застывает на входе. Разворачивается и так же быстро бежит обратно.

Шумно выдыхает.

– Не смешно, блин. – Бурчит. – Мне – не смешно. Да там даже капли не осталось! А летающие смятые яйца у нас никто покупать не будет. Даже как диковинку. На хрена они нужны? Нет, ну вот ты мог бы аккуратнее, что ли? Ну мог бы не всю, хоть половину разлить, а? – фей говорит с обреченностью, даже с фатализмом. – Все равно нам теперь в Крайний. Может на аукционе чего найдем? Не, ну а вдруг?

– Там можно купить эссенцию? – уточняю. – А чего мы сюда пошли?

– Там можно купить эссенцию⁈ – кривляется фей. – Понятия не имею! Но если и да, то раза в три дороже чем тут. Или в десять. Но обычно, у гоблинов эссенцию выкупает Академия. Случаи, когда это было невозможно сделать – по пальцам руки пересчитать. Ну вот наш еще теперь запомнят.

– То есть, получается, кто-то еще собирает это вещество?

– Да все гоблины собирают, я ж говорил, просто сюда идет одно племя. То, что выиграло ежегодную битву.

– А на аукцион кто поставляет? – пытаюсь все-таки понять я.

– А я разве сказал, что эссенция там есть⁈ Может да, а может и нет. Но хоть узнаем, где она ещё бывает. До Гиблых болот идти – все же самоубийство. Ладно, пошли, здесь теперь делать нечего.

– Пошли, – соглашаюсь я.

Пробираемся через кучи мусора к выходу. Чем он ближе, тем дышать становится легче.

Шагаю в проём, порыв ветра чуть не сбивает меня с ног. Сладкий запах леса кружит голову. Только вот фиолетовые сосны – не то, что я ожидал бы увидеть.

Сквозь пальцы смотрю на лазурное чистое небо, посреди которого сверкает солнце. Под небом шевелится фиолетово-зеленое море леса. Оно кажется бесконечным. Цвета слишком яркие, насыщенные. Несколько секунд привыкаю к такому контрасту.

Шумно выдыхаю. Слегка подташнивает, думаю, это последствия посещения пещеры. Последние несколько метров даются нелегко. Словно гоблины используют запахи как одну из линий защиты. И ведь у них получается.

Фей громко кашляет. Похоже, он сейчас испытывает примерно те же ощущения. Тяжко мужичку. Но сундучок он не бросает – тянет за собой по всей пещере.

– А чего сундук не бросил? – киваю.

– Издеваешься? – фей подгребает сундучок поближе к себе. Потом думает, сплевывает и толкает его ко мне. – Сам тащи. Единственный артефакт оставил целым. Даже у гоблинов я ничего не нашел. Всё в пыль, ну вот вообще всё. Кто так научить-то тебя мог, а?

– Это артефакт? – удивляюсь.

– А, обычный морозильный шкаф, небольшой только, для фиала брали. Черт! – судорожно лезет под свою тогу, быстро перекручивается в ней. – А нет! Моя сумка не пропала! – радостно выдыхает. Потом опять морщится, до него с порывом ветра, тоже долетают запахи из пещеры.

– Говорят, если пробыть в гоблинской пещере несколько суток, можно заработать отравление и галлюцинации, – откашливается фей.

– А чего раньше-то об этом не сказал? – недоумеваю я.

– А зачем? Что бы это изменило? Мы же не собирались там ночевать. Просто задержались чуток, благодаря кое-кому. Но так-то у меня этого в планах не было. – Фей по-хозяйски обходит меня сначала с одной стороны, потом с другой.

Делаю пару шагов вперёд и замираю перед обрывом.

– Эй-эй, ты куда? – фей, подпрыгивая, оббегает меня, и ручками останавливает за пару шагов до обрыва. – Спускаться лучше не здесь. Здесь крокодилы стартуют, – опять поправляется. – Стартовали.

Действительно. Не замечаю, как прохожу маленькую каменную площадку. Бросаю взгляд вниз. Фей-то вовремя меня останавливает.

Вытягиваю шею и смотрю вниз с обрыва. – если сделаю еще пару шагов, то лететь мне примерно с высоты пяти-шести этажей. Не меньше.

Буквально под ногами вижу густой лес. Деревья качаются, словно перешёптываются друг с другом. Там же, внизу, замечаю отблеск воды.

– А куда идти? – спрашиваю. – Ты знаешь дорогу?

– Конечно. Её тут нет, – фей ухмыляется. – Просто спускаться лучше с той стороны, – машет рукой, – там хоть ногу поставить можно.

– А как гоблины сюда залезали? – удивляюсь. Нет, ну правда, склон, на который машет фей, не то, чтобы пологий.

– Так на крокодилах же! – делает шаг ко мне Феофан и тычет пальцем. – Отсюда стартовали вниз, по склону залетали наверх. Чему ты удивляешься?

Вопросительно на него смотрю. Фей переминается с ноги на ногу и показывает мне на грудь:

– Ты, это… Может, посадишь меня в переноску?

Следую за взглядом своего попутчика и замечаю, что у меня за пазухой убрана тряпка, похожая на кенгурятник для младенцев. Она, кстати, единственная остается почти чистой после неожиданного взрыва крокодила.

– Сюда? Ты прикалываешься? Ты же, типа, летающий! – Оттягиваю тряпку и вижу две прорези под ножки.

– Типа, да, но тебе что, сложно, что ли? – настаивает фей. – Думаешь, тряпка просто так у тебя болтается, для красоты? Не трать время, закидывай, нам надо торопиться, – дребезжит фей и хмурит брови.

Затаскиваю его в переноску. Что удивительно – вес практически не ощущается, с таким же успехом я мог бы поднять котёнка. Тряпки тоже практически не оттягиваются. Либо он невесомый, либо я чего-то еще про себя не знаю.

– Говорят, путь чист, – торжественно провозглашает фей.

– Кто говорит? – не понимаю я.

– Да Лес-же. Кто ж ещё? Ты уже спрашивал меня об этом, когда сюда шли. Сейчас спустимся к озеру и ещё раз прислушаюсь, – фей утверждает это с такой уверенностью, что переспрашивать не хочется.

Ладно, пусть пока повисит. Правда относиться к нему я все же буду с некоторым предубеждением – больно странный тип. Плюс, никто не гарантирует, что мы с феем друзья. Враждебности я от него не чувствую, разве только секундное раздражение и то периодически. А своему мнению я почему-то доверяю абсолютно.

Фей вцепляется в лямки и недовольно сопит, когда его переноска касается моей грязной одежды. Да и самому мне неприятно, чего уж там. Пропотевшая рубаха, перепачканная чужой кровью, пеплом и грязью, прилипает к телу. В сапогах хлюпает неизвестная жижа. Даже не хочу знать, что это. Хочется поскорее ополоснуться и переодеться. Но если фей не врёт и внизу озеро, то мы сможем сделать это совсем скоро.

Подхожу к обрыву и ещё раз смотрю вниз. Деревья вырастают примерно до половины скалы, их верхушки я вижу отчетливо.

Для прыжка, конечно, высоковато и смертельно опасно, а вот спуститься вполне реально. На лице сама-собой появляется улыбка, когда замечаю сверкающий небольшой водоём. Вот там и отмоюсь. А если потороплюсь, то можно ещё и успеть просохнуть под жаркими лучами. Издалека кажется, что вода чистейшая. Ну, либо мне очень хочется так думать. Кстати, раз уж фей там у кого-то спрашивает…

– А вот там, мы, наверное, можем помыться? – уточняю у феи и киваю в сторону озерца.

– Наверное, иногда там можно мыться… Если поторопимся, рискни, конечно, – неуверенно отвечает он.

Оглядываюсь в поиске тропинки, но никак не могу понять, куда идти. Сразу после длинной площадки, крутой спуск. На его склоне, по идее, должна быть тропка, хотя бы небольшая. Гоблинам же нужно хоть иногда выходить из пещеры. Ну не верю, что они крокодилами только обходились. Хотя, судя по запаху в пещере, могли и не особо стремиться наружу.

– Пойдем, Вить, а? – просит фей, так и не убирая зубочистку из зубов.

Подхожу чуть ближе к зарослям, пробую спуститься. Камни скатываются, сапоги скользят, чудом удерживаюсь на ногах. Да еще чертов сундучок в другой руке постоянно бьёт по ногам. Несколько раз опасно скольжу по камням. Передо мной моргает радужное марево. Пока лечу по склону, успеваю подумать, что это в глазах мутнеет. Но как останавливаюсь – все пропадает. Второй раз марево появляется, когда поскальзываюсь на склоне. Хорошо, успеваю остановиться перед крупной сосной, а то в печататься в ствол было бы неприятно. И опять марево исчезает. Странный эффект.

Фей болтается в кенгурятнике и не к месту подсказывает, куда наступать. Но когда я смотрю вниз, вижу разве что его залысины. Постоянно борюсь с желанием вытащить его и пустить своим ходом.

– Аккуратнее, ты ж мне так глаза выколешь! – реагирует он, как только я прибавляю шаг.

Резко останавливаюсь возле огромной раскидистой ели, чтобы перевести дух.

– Не дрова несёшь, Витя! Давай спокойнее, – возмущается фей из переноски.

– А зачем ты мне вообще нужен? – задаю вопрос, который терзает меня большую половину пути. – Дорогу до озера я найду, помыться тоже сумею.

– А защищать тебя кто будет? – чуть ли не с наездом спрашивает фей и задирает голову, чтобы посмотреть мне в глаза. – Каждому магу положен свой фей, мы защищаем и предостерегаем. Без защитной магии тебе крышка. Понимаешь?

Ни черта я не понимаю. Именно это хочется сказать вслух, но губы сами отвечают:

– Понимаю.

«Скоро ты всё узнаешь. Не торопись» – возникает в голове давешний голос. Не дело конечно, голоса-то в голове. Но, похоже, сделать сейчас с этим ничего не могу.

Продолжаю путь и перебираю в голове вопросы. Некоторые из них даже удается произнести вслух:

– То есть каждый маг вправе выбрать себе фея?

– Ага, сейчас, разбежался. Мне тебя выдали на месяц. Нужно, значица, защищать. Вернемся – может, другого мага получу. Но каждый фей должен своего мага довести. Ты лучше судьбу не испытывай и от меня не отмахивайся, – бубнит фей и одновременно отбивается от проворных веток.

– В каком смысле довести? Ааагх! – хватаюсь за особенно смолистую ветку, подскальзываюсь опять.

– А в любом, – хихикает Феофан, когда я восстанавливаю равновесие. Потом прокашливается. – Шучу! Обычно задание выдают студенту после третьего курса, как практику. Точнее фею. Если маг фею подходит, то оставляют напарниками, нет – выдают нового мага. Вот и ведем.

– Ты уверен, что мага выдают фею, а не наоборот? – цепляюсь за некоторое несоответствие в словах мужичка.

– Конечно! – слишком быстро говорит Феофан. – А как же иначе? Вы ж без нас сгинете.

Пока спускаюсь, раздражаюсь всё больше. На фею, на гору, на камни и сундучок в руках. Да ещё чувство голода настроения не добавляет.

«Скоро ты все поймешь! – снова этот голос. Но теперь он сопровождается странной картинкой, которую пару секунд я практически проживаю. Как будто я болтаю в воздухе ножками и ручками, как у младенца. – Просто дождись. Все нормально. Ты в порядке!»

Опять? Да какой, блин, порядок⁈ Снова слегка вскипаю. Я в пепле гоблинов и какого-то крокодила, грязнющий, спускаюсь в зелено-фиолетовый лес в компании странного типа мне по колено! Какой нафиг, порядок⁈ А еще я почти ничего по этому поводу не чувствую, кроме раздражения.

Почти падаю, задумавшись. Поднимаюсь, и, наконец, скатываюсь к озеру.

Озерцо – небольшое, как с картинки. В свете солнца – голубая-голубая вода, рядом удобные спуски. От воды веет приятной прохладой. Я чувствую приятное спокойствие от картинки.

Не спеша снимаю прилипшую мокрую одежду. Захожу в водоем по колено, а фей почему-то остаётся на берегу. Возможно, не очень любит мыться? Кто ж его знает. К воде он даже не прикасается.

– Давай быстрее, – торопит меня фей.

Я не реагирую и тщательно отмываю грязь, перемешанную с кровью и пеплом. В данный момент на мне только сапоги. Снимать их нет никакого смысла – они и до этого вымокли насквозь. А так хоть защитят ступни от острых камней и мусора, если такой имеется на дне. А заодно ещё и прополощутся.

– Ты можешь намываться быстрее? – нервничает фей и почему-то оглядывается.

Мне торопиться особо некуда, поэтому снимаю с плеча висящую полотенцем рубаху и спокойно застирываю. Переноску замачиваю рядом и на всякий случай цепляю за руку, чтобы не уплыла и не утонула.

– Ты тут прачечную решил открыть? Совсем с ума сошел? Сейчас же рассвет! – практически кричит в мою сторону фей и отходит от берега.

– Кто ещё из нас сошел с ума? – ухмыляюсь и показываю рукой на ярко светящее солнце. – Какой ещё рассвет?

Фей не успевает ответить на мой вопрос, только пялится вглубь лазурного неба. Поднимаю голову и слежу за его взглядом – из-за горы показывается синеватый диск ещё одного солнца или спутника. Недоуменно смотрю на небо. Мне кажется, тут что-то неправильное. Уверен, что солнце должно быть одно, и вот такой синеватый круглый диск явно лишний… Хотя, да. Мир-то другой, это я уже понял. Небо тоже меняет цвет, становится глубоким и более ультрамариновым. Да и у деревьев вокруг появляются вторые тени. Меня словно касается тревожность. Становится как-то…более опасно, что ли. Но ненадолго. Вдох, и чувство опасности словно смывает светло-голубой водой. Ведь что может случиться в этом замечательном месте, да?

– Синий рассвет. Замри, приготовься.

Глава 3

Суп из осьминога заказывали?

Фей чуть подлетает над землёй. Стрекозиные крылышки едва шевелятся.

Они двигаются так лениво, что вывод напрашивается сам собой: магия. Сами такие крылья фея бы даже над землей не подняли бы. Феофан ведет себя предельно странно, поэтому особого внимания на его выходки не обращаю.

– К чему приготовиться? – на всякий случай переспрашиваю, так, для очистки совести. Мысли лениво перекатываются на волнах озерка.

– Пока не знаю, но опасность! Вокруг, здесь, там, не знаю! – Феофан кружится на месте. – Лес говорит – бегите!

Поворачиваюсь, но неподвижная гладь озера ничего плохого не предвещает. Да и разве может ли в таком месте что-то произойти? Так, я эту мысль только что думал. Секунду!

Нет. Спокойные воды озера. Голубые. Деревца, будто нарисованные, обступают водоём по кругу. Высоченные скалы закрывают местность от ветра, а солнце приятно пригревает. В тени деревьев можно даже вздремнуть. Опасностью и не пахнет. Все хорошо.

Фей нервно перетаптывается, вздрагивая, на песчаном участке.

– Да замри ты, ссс…собака! – Фей сильно беспокоится и жестами меня останавливает.

Не реагирую на его крики. Мой напарник подбегает к воде, но резко тормозит у самого берега. Бегает по краешку водоёма, не касаясь воды. Не понимаю, чего он так суетится? По-моему, райское место.

Будто подтверждая мои слова, под водой меня слегка поглаживает водоросль. Я стою в одних сапогах и чувствую под коленками едва заметную щекотку. На всякий случай сжимаю покрепче рубаху и разворачиваюсь к берегу.

– Медленно и плавно выходи на берег! – с ужасом шипит Феофан. Он перестает бегать по берегу и делает шаг назад. Бледнеет прямо на глазах.

Ну чего он боится? Здесь такое классное место. Можно целый день купаться и отдыхать. Заплыть поглубже, например.

Но это неважно, потому что щекотка поднимается от колен всё выше. Какое доброе озеро, оно хочет помочь мне помыться. Меня обволакивает нежное и заботливое тепло, хочется остановиться и полностью уйти под воду, мешают только нервные выкрики фея:

– Даже не думай! Не слушай его! Не ведись! Иди на берег. Медленно.

Я погружаюсь в некоторого рода блаженство и спокойствие. Страха или опасности не чувствую. Внутренний голос будто немного приглушен. Неторопливо делаю шаг к берегу.

– Вот так. Не торопись, – фей ладошками зовет к себе. – Еще шажок. Пожалуйста!

– Зачем? Здесь так хорошо! – зачерпываю воду и плескаюсь в фея.

Тот чуть морщится как обиженный карапуз.

От этой мысли я захожусь смехом, ведь он так забавен в своем странном беспокойстве! Перевожу дух и на секунду открываю глаза. От светло-голубой глади озера не остается и следа. Её сменяет бесконечное число тёмно-синих щупалец вокруг и огромные такие пузыри. Щупальца как в замедленной съёмке выползают на поверхность, а вода между ними в прямом смысле слова кипит.

Резко оборачиваюсь – озеро почти полностью превращается в кашу щупалец. Всего несколько десятков метров от берега остаются свободными, но и эта зона быстро сокращается.

То, что я принимал за нежные водоросли – тоже тоненькие щупальца. Они пытаются ухватиться за сапоги, но соскальзывают. За ноги зацепиться у них тоже не получается.

Меня будто выворачивает омерзением. Рвусь в сторону берега в облаке брызг.

Толстые щупальца явно тут же понимают, где я нахожусь. Прицельно выстреливают в погоню и почти успевают меня схватить.

Выбрасываюсь на берег, отталкиваясь от шевелящейся массы. Чувствую ее ногами. В полете переворачиваюсь, и это чувство омерзения пополам с ужасом, выплескивается из меня. Я отталкиваю и проклинаю руками все озеро огненными росчерками. Меня снова накрывает опустошение. Я успеваю прочувствовать каждый миг падения.

Запоминаю это, пока лечу, да и то, как набор картинок в калейдоскопе. Все сливается в одно. Темнота.

– Дорогая графиня, я осмотрел вашего наследника, – разговаривают два огромных человека. Обоих я вижу плохо, словно сквозь мутное стекло. Двигаться и говорить тоже не могу. Только мычу и агукаю – язык просто не повинуется. Руки и ноги тоже как-то странно отзываются, будто я их дергаю за ниточки. Но эта загадка пропадает сразу же. В поле зрения попадает моя ладонь – она совсем маленькая и пухлая как у ребенка. Размер людей тоже находит свое объяснение. Это не они большие, это просто я маленький.

– Да, Генрих? – отвечает теплый и родной голос. – Я только вам доверяю. Что же делать?

– Жаль, что ваш отец и мой друг не дожил до этого момента. Он бы объяснил вам сам – все же в нашей среде он долго крутился. В вашу семью пришла радость – родился маленький маг, а то, что вы наблюдали – это пробуждение его сил.

– Ох, Генрих, – женщина заламывает руки. – Мы же едва спасли нашего мальчика!

– Да, дорогая, но есть и иная сторона медали. Он первый в вашем Роду маг. И Сил ему дано очень много. А вы же помните, что у нас делают с очень сильными, но не умеющими себя контролировать детьми, правда?

– Что же делать⁈ Что же делать⁈ – женщина в отчаянии.

Хочу ей сказать, что я-то магию контролирую! Она как мягкий и тёплый котёнок ластится ко мне глубоко в груди. Я ее чувствую, как себя, и ничего страшного произойти больше не может. Просто магия испугалась сначала, а теперь мы вместе и все будет хорошо. Чувство непередаваемо.

Я все понимаю, но говорить еще не могу. И только руки и ноги двигаются все более и более хаотично.

– Видите, графиня, ему больно! И если мы не поступим как я предлагаю, он сожжет себя изнутри! Я ограничу его возможности. Сил мальчику хватит на то, чтобы закончить Академию и попасть в лейб-гвардию. А когда он станет старше, мы с ним постепенно снимем все печати с души. Он сможет прожить полноценную жизнь, а не сгорит, как крыло вашего замка.

– Почему же другим такие печати не ставят, Генрих?

– Наличие таких печатей – это секрет, только вам его открываю, как дочери моего друга. Да и почти бесплатная зарядка кристаллов королевству никогда не помешает. Так что просто невыгодны никому такие исследования. Не скрою, что ритуал очень опасный. Но больше для меня. Минусом для вашего сына будет только небольшой откат в развитии. Он начнет все заново, но я уверен – быстро нагонит своих сверстников.

– Ах, как же мой муж, Бастиан⁈ Он так гордится, что его сын опережает других детей! Виктор почти разумно агукает в нужные моменты, словно понимает нашу речь!

– Ну милая моя, решайте сами, что вам важнее: здоровье ребенка, или восхищение мужа. И решайте быстрее.

– Делайте, Генрих! Не могу видеть, как мой мальчик мучается!

– Ну вот и отлично, дорогая моя девочка! – убаюкивающим голосом наговаривает мужчина. – Ну вот и отлично. Все будет теперь хорошо! А когда Бастиан вернется с границы – я сам с ним поговорю, не переживайте. Тут я вам помогу.

– Ах, Генрих! Если бы не вы, я бы даже не знала к кому обращаться!..

Прихожу в себя, словно выныриваю из глубины. С этим придется разбираться. Да и с прошлой картинкой тоже: она неплохо дополняет предыдущую.

Удивительно, но мужчину из воспоминания я не воспринимаю как доброго человека. На мгновение мне кажется, что за его добродушным лицом скрывается злобная маска, хотя никаких предпосылок нет. Вроде бы полезное дело этот Генрих делает.

Кстати, теперь становится немного понятнее, что со мной не так. Ведь это было воспоминание, очевидно. Там я чувствовал себя так же, как сейчас. И мыслил так же. То есть я, кажется, понемногу начинаю возвращаться к себе? Наверное так. А то, что эмоций и удивления пока не густо, спишу на постепенное снятие этой самой печати, про которую говорил человек из сна.

Теория так себе, но в комплекте с недавним феем и крокодилом уже может считаться близкой к реальности. Принимаю за начальную точку.

Да и вот того ощущения ластящейся магии у меня сейчас нет. Только отзвуки, не больше. Но хотя бы знаю, к чему теперь идти.

С трудом разлепляю глаза. Вижу, как тот самый фей бегает по берегу озера и собирает камни. Или вовсе не камни? Приглядываюсь и понимаю, что в руках у моего попутчика самые настоящие куски щупалец.

Оборачиваюсь на озеро. Синее озерцо становится больше похоже на огромную тарелку супа из осьминога. По всему зеркалу озерца, тут и там, плавают куски разорванного чудовища, или чего там жило в озере, пены и водорослей.

Внутри полное опустошение. Бездумно смотрю на остановившегося фея.

– Живой? Тогда чего разлёгся⁈ Давай помогай! Я же чувствую, что с тобой всё в порядке! – фей опирается ручками на коленки, чтобы перевести дыхание. – Я, знаешь ли, зарядку на сегодня не заказывал.

– А что ты делаешь? – спрашиваю не без интереса.

– Как что? Тебе деньги не нужны? Мне вот нужны, – фей брезгливо оттягивает полу тоги. – Ты посмотри во что моя одежда превратилась! Да и перекусить не помешает, а то завтрак в желудке давно закончился. Хоть надолго этого деликатеса и не хватит.

Не сразу понимаю, о чем говорит фей. Подхожу к камням, куда он постоянно бегает, и вижу горку аккуратно нарезанных нежно-розовых кусочков. Поднимаю один. Выглядит довольно съедобным.

– Мы их прямо так есть будем? – спрашиваю на всякий случай.

– Если хочешь навсегда остаться тут, ешь. А я пожарю, – ухмыляется фей и садится под ближайшее дерево. – Ну, а что? Место красивое. Посетители каждый год новые. Скучно под ивами не будет.

– Шутник, – ухмыляюсь. – Мог бы просто сказать, что без обработки несъедобно. Чего развёл-то? Да и куда ты спешишь-то так?

– Дальше сам. – Фей глубоко вздыхает и вытягивает ноги. – Тебе будет попроще набить холодильник. Я слышал про такого монстра, к нам на кухню иногда его щупальца попадают. Если их не бросить в ближайшие четверть часа на лед, то все, что не обработано или не положено в холод, просто пропадёт. И не беспокойся, теперь это место совершенно безопасно, я чувствую. Так что можешь спокойно заходить в воду. А я пока эти кусочки пожарю.

– Где дрова возьмём? – осматриваю деревья, но сухих ветвей и листьев, как назло, не вижу.

– Какие дрова? А я тебе на кой? Сколько раз тебе говорить, что феи – лучшие кулинары во вселенной? – мужичок задирает подбородок и закидывает ногу на ногу.

Вот так новость! Но не успеваю я как следует обрадоваться, фей добавляет:

– Правда, я ещё не всем фокусам обучился у матушки, – опускает голову и водит пальцем по земле. – Умею только разогревать и поджаривать, – поднимает взгляд. – Но делаю это в лучшем виде!

Так и знал, что где-то кроется подвох. Через несколько минут становится ясно, что фей еще и несколько оптимистичен, когда говорит об идеальной прожарке.

Мужичок кладёт руки на небольшой плоский камень. Буквально через пару десятков секунд на нём уже шипит вода. Феофан быстро бросает кусочки щупалец на импровизированную сковородку.

Я же, как раз, пока он готовит, достаю из озера несколько длинных кусков монстра и почти набиваю сундучок.

Снова сажусь к фее. Есть чего-то очень хочется, скорее всего от переживаний, или просто время подошло, не знаю. Один кусочек у повара практически превращается в уголёк, а второй по-прежнему отдаёт сырой водой. Его, пожалуй, есть не буду. Выбора особого нет, поэтому пробую, что дают.

Нет, это не съедобно.

– Почти как у матушки! Скажи, вкусно? – обращается ко мне фей и незаметно откладывает свой кусок в сторону.

– Очень, – сдержанно отвечаю я, чтобы не обидеть Феофана. – Но если бы к нему еще соус какой-нибудь солёный…

– Так есть у меня соус! – Феофан быстро вытягивает из-под тоги поясную сумку и запускает туда руки по локоть. Вытягивает оттуда небольшую посуду с чёрным соусом. Как она туда поместилась – непонятно. Но на ум приходит фраза, сказанная глубоким голосом: «Это Магия, Гарри!». Кто этот Гарри, и причем тут совы я не понимаю. Точнее, не помню. Но пусть. Это Магия, Витя.

Хм, какой-то знакомый запах. Слегка макаю пережаренное щупальце в эту жижу. Откусываю. А съедобно. Не сказать бы, что очень вкусно, но вполне съедобно.

– Так, Феофан, ножик дашь?

– У меня нет! А тебе зачем? – нелогично уточняет фей.

– Да вот эти две палочки срезать. – Показываю на два прутика рядом с камнями.

– На! – тут же протягивает фей мне срезанные палочки. – А зачем тебе они?

– Ну смотри, так-то ты идеальный повар, вот только сковородка тебя подводит. – Показываю на горячий камень. Ерунду, конечно, говорю, но пробовать готовку фея чего-то больше не хочется. – Видишь, камень нагревается неравномерно, поэтому так странно и прожариваются кусочки. Давай, ты будешь следить за камнем, а я палочками ПО переворачиваю кусочки еды. Просто чуть-чуть помогу.

– Точно! Сковородка виновата! А я-то все думаю… – Фей радуется простому объяснению. – Ты это хорошо придумал! Давай!

Быстро обжариваю кусочки щупалец. С фейским соусом это даже почти вкусно. Более того, получаю второе дыхание. С каждым кусочком у меня появляется все больше сил – я восстанавливаюсь на глазах.

– Странная еда! – смотрю на очередной кусочек. – Я быстрее прихожу в норму, что ли?

– Ещё бы, это ж вроде местный деликатес – я его сразу узнаю. На кухне часто встречал – он для магов полезный. Вроде помогает восстанавливаться после серьезных трат. Может и отсюда привозят, – улыбается фей. Правда, недолго. Бросает взгляд на суп из осьминога в озере и тут же отворачивается. – Только теперь и не знаю, может больше привозить не будут.

Быстро дожевываю куски так называемого деликатеса и проверяю наполненность сундучка.

– Закинь в холодильник ещё несколько штук и пойдём, – тихо предостерегает фей. – Не стоит тут надолго оставаться, а то мало ли, местные нас тут заметят, вопросы начнут задавать… Что с озером? Что с животиной? Да и зачем нам сейчас новые знакомства? Тревожно что-то мне.

В этот раз я решаю к нему прислушаться.

Холодильник почти полон, но еще несколько кусочков щупалец туда я все же утрамбовываю. Все-таки, по словам моего попутчика, щупальца можно обменять на деньги или одежду. Да и нормально поесть потом тоже не помешает. Деликатес, действительно, будто испаряется изо рта и желудка. Даже привкуса не оставляет – только силы.

Смотрю на битком набитый сундучок и представляю, как потащу его сейчас до ближайшего посёлка. Но ошибаюсь. Артефакт неожиданно, даже полный, почти ничего не весит. Удобно, что уж тут.

Рубашка и штаны на мне успевают почти высохнуть, так что к людям я выйду во вполне себе приемлемом виде, и это хорошо.

– Часа за три дойдём, если тормозить не будешь, – правильно понимает мой взгляд фей.

Сажаю мужичка в переноску. Так как идти далеко, то проще будет, если я его все же понесу, благо, он всё такой же невесомый.

Фей прикидывает примерное нахождение поселка и показывает пальцем в сторону еле заметной тропинки. Не переспрашиваю. После истории с щупальцами, решаю довериться – он всё-таки в этом мире местный.

Фей мирно сопит в переноске, а я иду по тропинке и наслаждаюсь дорогой. Как только редеет лес, вдали синей дымкой виднеются горы. Тропинка тоже вливается в вымощенную камнем дорогу. И идти сразу становится намного легче. А после густого леса, меня встречает огромное пшеничное поле. Золотистые колосья наклоняются под тяжестью созревших зёрен. Интересно, почему их никто не убирает? Пшеница ведь точно уже созрела, а поле – тоже не само выросло.

Синий диск второго светила встаёт в зенит. Фиолетовые тени почти полностью исчезают. Иду и не сразу замечаю плывущий навстречу силуэт со стороны поля.

– Здравствуй, гость добрый! Отдохнуть не желаешь? Шанежки* подошли, молоко свежее, только сегодня из-под коровы, – приветствует меня девушка. Её золотистые волосы заплетены в косу и отливают медовым цветом на солнце. Девушка приятная, с мягкими чертами лица и румянцем. А голубые глаза смотрят с дружелюбным интересом. В руках девчонка держит большую плетёную корзинку с крышкой.

Колосья расступаются, пропуская вперёд красавицу. Светлое ситцевое платье с длинными рукавами развевается на ветру.

«Хороша,» – Отдаю должное барышне про себя. Да и отказываться от приглашения не тороплюсь – одними щупальцами сыт не будешь.

– Дорога-то дальняя, устал поди? – Девушка приглашает к себе в пшеницу.

Я просто радуюсь такому гостеприимству. Вот с чего нужно начинать знакомство, а не с пещер, крокодилов и щупалец!

*шанежки – круглая дрожжевая выпечка, напоминающая открытые пирожки, подобие лепешек из дрожжевого или песочного теста.

Глава 4

До Крайнего подбросишь?

Девушка широко улыбается, а в глазах у неё мелькают озорные искорки. Вот только на фею она не смотрит, будто не замечает. Может, оно и к лучшему.

Иду за барышней к небольшой утоптанной полянке на краю поля.

– Эй, просыпайся, есть будешь? Нам шанежки предлагают. – Всё-таки решаю легонько толкнуть фея в плечо. Напарник-то тоже особо не обедал. Фей давно уже дремлет и почти весь путь слегка похрапывает.

Феофан нехотя тянет, разминает шею и просыпается. Слышу, как причмокивает.

– Шааанежки? – тянет хриплым сонным голосом. – Конечно буду!

Потом, видимо, открывает глаза.

– А кто предлагает? – спокойно спрашивает фей. – Вот эта вот мертвячка?

– Ты чего несёшь? Какая мертвячка? – не скрываю удивления и перевожу глаза на девушку.

Она ведёт себя так, будто ничего не происходит.

– Так она ж мертвячка, ты что, не видишь? – как-то грустно похохатывает фей.

С меня глаз будто спадает пелена. Вместо яркого жизнерадостного взгляда девушки на меня направлены пустые черные глазницы. Приятные румяные щёки превращаются в кости, обтянутые прозрачной кожей. Идеально белые зубы расшатываются и выпадают изо рта на землю. Седые космы расползаются как змеи, а светлое платье истлевает прямо на глазах.

– Жалко девчонку, просто так полуденницы не появляются, – вздыхает фей.

Мертвячка тут же понимает, что я вижу ее реальный облик и начинает кружить вокруг, но не нападает.

А мне все равно кажется, что за этой страшной внешностью проглядывает та золотоволосая смешливая девчонка. На секунду, наверное, но всё же.

– Ну вот, уже сон на нас навевает, ты бы её остановил, что ли, – говорит фей и легонько бьёт меня локтем под рёбра. – И давай побыстрее, а то мы можем не успеть.

Та, что недавно превратилась из прекрасной девушки в подобие смерти, не смотрит на нас. Она поворачивается спиной и машет руками. Золотистые колосья вокруг образуют воронку.

– Полуденница сейчас тебя угробит, пока ты думаешь, – чуть раздражается фей и возится в переноске.

Я подавляю зевок и пытаюсь собраться с мыслями.

– Надо что-то с этим делать. Что против них работает? – на всякий случай уточняю у феи, пока тело само не решило, что делать. В предыдущие пару раз всё заканчивалось, мягко говоря, не очень.

– Это дух убитой девушки. Вроде как, на этом поле её, получается, и убили. Где-то рядом должны быть кости. Может, обманул и убил из приезжих кто-то, но разве её это теперь волнует? Мстить-то она всем подряд должна. – Фей широко зевает. – Нужно просто найти кости и сжечь их. Может, там же и предмет какой найдем, к которому она привязана – так тоже бывает. Ты же её обидчика не пойдёшь искать? Ну, ты это всё и так должен знать. Наверняка читал же в библиотеке. На границе нежити-то прилично еще.

– Не помню я, – отвечаю фею. Почему-то сонливость отступает. А вот Феофан почти засыпает. Снова обращаюсь к мертвячке. – Как звать тебя, красавица?

Мёртвая девушка аж замирает. Оборачивается.

– Алена, – отвечает не торопясь. Кажется, что истинный облик слегка проглядывает через страшную картинку.

– Слушай, ну уничтожить-то тебя я, скорее всего, смогу без проблем, – зажигаю на правой руке огненный шар. Мне хватает только подумать об этом заклинании, как о стандартном для мага, как шарик тут же наливается у меня на руке.

– Маг⁈ – кричит девушка, и отлетает на пару метров.

– Ну маг, ну и что? – переспрашиваю.

– Ты меня понимаешь⁈ В этом обличии⁈ – мертвячка повисает в воздухе, и словно колышется на ветру.

– Понимаю. – Спокойно говорю. – Я почему-то думаю, что ты пока что ещё больше девушка, чем неупокоеный дух.

– Я-а-а стра-а-ашная! – соглашается со мной девчонка.

– Ну в таком виде – да. Но я же видел и другое твое обличье.

– Я-а-а другой могу быть недолго. Си-и-ил мало.

Седые космы девушки меняют цвет на нормальный и заплетаются в тугую косу. Невооруженным взглядом видно, что Алена хочет принять человеческий облик.

– А тебе обязательно убивать именно людей? – Уточняю.

– Не знааю… Я пока людей не убивала… – голос мертвячки скрежещет, интонации скачут.

– Вот и хорошо, может, не придется? – усмехаюсь.

– Ты-ы-ы странный. – Девушка облетает вокруг меня. – Но я тебя боюсь. Никто меня в этом обличии не понимает. Даже мои родичи. Убе-е-ега-а-ают.

– Ты на вопрос ответь! – Спокойно жду. Очевидно, что мертвячка отлететь отсюда далеко не может. А, значит, у неё нет особого выбора.

– Не-е-ет, не обязательно. – Понимает это и девушка. – Но животные убегают сразу. Мне нужно много силы их душ. Человек, думаю, насыщает лучше.

Кидаю быстрый взгляд на Феофана, он спит в переноске без задних ног.

– Ну, это понятно. Но если ты можешь разумно со мной разговаривать, может быть, ты можешь и заключать договора, которые не нарушишь? – захожу издалека.

– Наверное… Я не хочу исчезать. А ведь ты меня убьешь? – Алена снова облетает вокруг меня, её страх чувствую кожей.

– Пока не знаю. Почему-то мне кажется, что есть и другой выход, – успокаиваю девушку. Мне на самом деле так кажется. Сквозь ужасную оболочку действительно на мгновения проглядывает та девчонка. А еще, мне кажется, что в её глазах стоит надежда. – Ты можешь уйти с этого поля?

– Только если перенести мой браслет. Я к нему привязана и в нём живу, – поясняет девушка, а её волосы опять расплетаются и меняют цвет. Видимо, её силы совсем на исходе.

– Хм. Так это же отлично! – не скрываю радости. Вообще, похоже, это идеальный охранник. – Так что насчет договора? Есть ли такой, какой ты не нарушишь?

– Мне кажется, обещание тебе я нарушить вообще не могу, – с легкой ноткой удивления в голосе заявляет мертвячка. – Твои слова словно камни – не сдвинуть. Я не знаю – почему.

– Здорово, тогда предлагаю тебе договор на охрану меня и моего напарника, – чуть останавливаюсь и слежу за реакцией девушки. Она внимательно слушает. – Сможешь питаться бандитами, хищными животными, в общем, всеми, кто на нас нападёт. А нападать, похоже, будет кому. Договор?

– Договор, – девушка без промедления произносит эти слова. В ту же секунду она втягивается в свою руку и оставляет на земле небольшой костяной браслет. Причём, я начинаю чувствовать сродство с этим браслетом.

Поднимаю браслет и кладу к себе в карман. Странное ощущение, будто теперь я точно знаю, где он всегда находится.

Оглядываюсь – фей говорил, что поблизости должны быть кости. Наверняка, где-то здесь, на утоптанной полянке. Не зря же звала именно сюда.

Хожу кругами. Так и есть: натыкаюсь на выглядывающие из земли белеющие куски остова. Ну, вот сюда огненный шар пристроить – милое дело. Сбрасываю каст с руки.

Кости занимаются как облитые бензином. Я отшатываюсь.

Останки сгорают в пепел за считанные мгновения, земля проваливается и чернеет. На месте импровизированной могилы замечаю мгновенно проклюнувшиеся ростки.

Тут же просыпается Феофан.

– О, кажется, ты с мертвячкой-то справился! – протяжно зевая, говорит фей.

– А ты, похоже, особенно-то и не переживаешь?

– А мне-то чего переживать? – ухмыляется Феофан. – Нам мертвяки не страшны. Феи для слабой нежити не видны, а сильной – не интересны. Ну, заснул бы я рядом с нежитью, не страшно.

– А я?

– Ну, я же тебя предупредил. Какое-то время тебе дал. Ты бы справился. С полуденницей-то даже крестьяне справиться могут, – объясняет фей и призадумывается. – Ну, может, не всякие только.

Возвращаемся с поля обратно на дорогу. Поесть, конечно, не получилось, но приключение вроде бы даже с прибытком.

С поля я иду, ориентируясь на повторяющийся скрип.

– О, ездовые кролы! Нам туда, туда! – командует фей и подпрыгивает от нетерпения в переноске.

– Ты уверен? – переспрашиваю я. Смотрю на флегматичных животин, тянущих по дороге телегу с седым мужиком за вожжами.

Внешне животные напоминают огромных кроликов, вот только размер, мощные лапы и длинная шерсть отличают их от привычных грызунов.

Вываливаюсь почти под лапы этим странным животным.

Старичок реагирует мгновенно. Тут же натягивает вожжи. Одним движением переваливается через борт телеги и прячется под ней. Кролы дисциплинированно встают на месте.

Один из них оглядывается, вытягивает из-за спины огромную морковь и флегматично жуёт. Второй на него вовсе не реагирует.

Подходим ближе. Фей по-свойски спрашивает:

– Дед, ты чего? Мы свои.

– Чур меня, мертвяк, чур! – кричит старик и закрывает глаза, делая странные жесты пальцами.

– Молитва тебя не спасёт, дед. Живые мы, – снова обращается к старику фей.

Из-под телеги на нас глядят испуганные огромные глаза.

– Чур меня! – как заклинание, но уже не очень уверенно повторяет дед.

– Я маг из Академии, – вмешиваюсь с пояснениями.

– Не врёшь? – дед вцепляется в собственную бороду, будто пытается ею укрыться. – Чем докажешь?

– Ничем, он жетон потерял, – фыркает фей из переноски.

– Зато фей есть, могу показать! – беру фея подмышки и вытягиваю перед собой. – Вот смотри.

– Тьфу ты! Что ж сразу не сказал. Чуть ноги не отбросил с вами, – причитает дед и, кряхтя, выбирается из-под телеги.

– Ты чего так дёргаешься, отец? – максимально дружелюбно обращаюсь к старику и опускаю фея на землю.

– Так я видел, как вы с поля вышли, – заявляет старик. – На поле только мертвяки живут, туда нормальные люди не заходят!

Один из кролов медленно вытягивает ещё одну морковку из телеги и с хрустом откусывает. Дед пытается забрать у грызуна еду со словами:

– Я же сказал, тебе на сегодня хватит! Ать сюда! Ах, ты ж безмозглая животина!

Подхожу ближе к старику и одним движением руки выдергиваю морковку прямо изо рта крола. Тот никак не реагирует, будто ничего не происходит.

– Али вы мертвяков не встретили? – запыхавшись, продолжает старик.

– Только одного, – честно отвечаю.

– Но уже всё, – добавляет фей и проводит рукой по лапе крола.

Тот жуёт невидимую жвачку и ему на фея совершенно наплевать, как и, вообще, на все вокруг, похоже.

– Как всё? – дед хватается за бороду и таращит глаза.

– А вот так, дед! – Киваю я. – На поле, если там был только один мертвяк, теперь можно ходить. Ну, и убирать тоже.

– Радость-то какая! Расскажу в деревне, не поверят! – Дед от радости хватается за голову.

– Так всегда проверить можно. Если собака с поля не сбежит, то и нежити там нет, – подсказывает Феофан.

– Это ты, малец, хорошо придумал. Так и сделаю. – Старик чешет в затылке. – Или, вон, кролов запущу. Потравят пшеницу, конечно, зато точно узнаем.

– Да как хочешь, отец. Хочешь кролов, хочешь собак. Ты лучше скажи, куда путь держишь? – уточняю, пользуясь случаем.

– Так в городок Крайний, на ярмарку. До неё ещё пять дней, как раз успею раза три туда-сюда обернуться. А там и расторгуюсь, – поясняет дед, указывая сухой рукой на телегу.

Переглядываюсь с феем.

– С собой возьмёшь? Мы-то тоже туда идём, – спрашиваю старика.

– Конечно-конечно! Помогу, чем смогу. Радость-то какая! – не успокаивается дед.

– До городка нам пешком день топать, – сообщает фей как бы невзначай и оглядывает повозку.

– Садитесь-садитесь, подвезу! – оживляется дед, и я помогаю ему залезть обратно на козлы. Сам усаживаюсь рядом. Фей тоже забирается в телегу. – Ну, – Перетягивает свободным концом вожжей по спине обоих кролов. – Трогай!

Кролы плавно трогаются с места. Телега, слегка покачиваясь, медленно двигается вперёд. Каменную брусчатку, конечно, чувствую другими частями тела, но все же лучше плохо ехать, чем хорошо идти. Да и на козлах у старика навалено мягкой одежды, так что небольшая тряска ничем не мешает. Фей же и вовсе не замечает неровности дороги. Как только он переваливается в телегу, Феофан замирает и к чему-то принюхивается.

Старик оглядывается на фея, усмехается, отдает вожжи мне.

– Подержи!

Забираю кожаные ремни. Кролы начинают вертеть головами в разные стороны.

– Крепче держи! – Усмехается дед. – Щас заберу. Умные животины, понимают чужую руку-то.

Наклоняется в телегу и развязывает один из пары десятков мешков. Достает оттуда синеватую репу, размером, наверное, почти с мою голову. Фей тут же тянется ручками к этой брюкве.

– Давно не видал таких как ты. С тех пор как служил в пограничье. Но наслышан. – Старик по-доброму усмехается. – Вижу, знаешь, что это.

– Знаю-знаю! – Фей тянется руками к неподъёмному для него клубню. Выглядит как ребёнок, выпрашивающий любимые конфеты.

– А это что? – интересуюсь как бы между прочим.

– Так репа. Феи на такую что угодно готовы обменять. Это я точно знаю! – рассказывает старик. – Их предки вредителями были.

– И ничего не вредителями! – Феофан поднимает палец вверх. – Это вы люди здесь пришлые. Мы-то тут с начала веков живём. Кто вас, людей, заставлял такую вкусноту выращивать? Мы-то сначала вообще не понимали идею владения полем. Растёт, вкусная – значит, наша! А от вас мы просто отбивались. Ведь как считалось: если нашли такую вкусноту – это мы нашли добро, а тут приходят наглые дылды и пытаются нас от него отогнать. Конечно, мы были против!

– Да не обижайся! – Старик успокаивающе машет рукой. – На лучше, поешь! Мытая, старуха моя мыла. На ярмарку везу, а выращиваю сам.

Старик выдает репу фею, и тот буквально вгрызется в овощ. Похоже, мир на полчаса перестаёт для него существовать. А, скорее, на десяток минут, судя по скорости поглощения.

– Весь урожай забирают. Скорее всего, в Академию-то и забирают. Феи-то как не в себя жрут. – Кивает на максимально сконцентрированного Феофана. – В глубине королевства она ж не растёт. Только на границе. Говорят, как-то с магией дикой связано. Так что, зарабатываю, и неплохо. Главное, его диких соплеменников отвадить. Ну, так кролам это легко. Не смотри, что они такие спокойные: за свою жратву кого хочешь порвут. Вот я и сажаю репу посреди их морквы. – Достает из соседнего мешка длинную, почти в полметра, жёлтую морковь. Кролы поводят носами и тянутся головой назад. Старик, натягивая вожжи, делать им этого не дает.

Дед пару секунд на них смотрит, а потом ломает морковь на две части и бросает перед кролами вперёд. Животины ловко ловят куски морквы в воздухе и опять становятся спокойными флегматиками.

– Так что если соберешься сажать репу, то сначала обзаведись ездовыми кролами, – советует старик.

– Конечно, отец! Если соберусь сажать, то обязательно. А ещё лучше, к тебе обращусь, – обещаю в шутку. Хотя, чего только не приходится иногда делать.

Дед спокойно кивает, слово так и надо. А может, действительно считает, что выращивание репы на границе – очень хорошее дело жизни.

– А ты про мертвячье поле совсем ничего не слышал? – на этот раз старик обращается ко мне.

Мотаю головой.

– Да откуда? Мы тут по делам Академии были.

– А! Понимаю, вы к гоблинам ходили! Вот ещё те твари! – Старик в порыве эмоций ударяет рукой воздух. – Нет, ничего не могу сказать, так-то их на горячем не ловили. Но всё равно, неладное что-то придумали маги. Гоблины и люди завсегда воевали. Мы тут, как едем, всё равно сторожимся. А неровен час, они про договорённости забудут? Маги-то что? Они в столице! А мы-то здесь!

– Ну, на ближайшие полгода, можешь не сторожиться дед. Что там произошло – не знаю, но ни гоблинов, ни их крокодилов в живых не осталось.

– Вот ведь какой хороший вестник-то ты студент! В пещере, никак, побывал? – любопытствует старик.

– Да, дед, Побывал. – Грустно тяну я.

– Ага, – внезапно включается в разговор Феофан. – Мы им такие договора принесли! Закачаешься! Банковские чеки на сумму на треть больше, чем обычно! Академия хотела чаще их эссенцию покупать.

– Вот, о чем я и говорил! – Смеётся старикан.– Все что угодно за репу выдаст! Ничего в них не держится. – Потом внезапно что-то вспоминает и заливается смехом ещё больше. – Я не ослышался, вы гоблинам чеки привезли⁈ Аха-ха! Как вы ещё живы-то? Точно в пещерах никого не было.

– А что не так-то, отец? – уже начиная о чем-то догадываться, спрашиваю старикана.

Глава 5

Секрет расскажешь?

Старикан заливается хохотом.

– Так они читать не умеют! Договора, да и любую письменную бумагу личным оскорблением считают! Это же всем воевавшим с ними известно! У них даже договора на узелках заключаются. Такие они не нарушают. – Смеётся. Смахивает слёзы, выдыхает. – А с чеками там вообще история была. Они как-то резались между собой год ради такой бумаги. А потом, выигравшее племя пошло в город. Куда их, естественно, не пустили. Это-ж анекдот был в Пограничье лет тридцать назад. Гномы-то, тоже не дураки. Вклад-то им открыли на эту сумму. Вот только получить назад может его только гоблин, да еще и со знаками кагана. А гоблинов в города не пускают. Вот и получается, что гномы честные – вклад-то открыли, люди тоже честные – заплатили честь по чести. Только гоблинам ничего не досталось. Гномы их деньгами до сих пор ворочают.

– А вклад большой? – Феофан снова влезает в разговор. Видимо, у него закончилась репа.

– Так сумма приличная очень накопилась по слухам, – усмехается дед. – Кто-то гоблинам тогда идею вклада под проценты успел подкинуть. Они туда все свое золото и ухнули. За это время уже с десяток каганов сменилась. Но с тех пор они торгуют по старинке только за золото. И договоров с людьми на бумаге не заключают. Хотя, если вы в пограничье не были, то эту историю могли и не слышать. Это ж было, когда я только туда на службу перевёлся. Королевство тогда знатно наступало, при прошлом-то государе. – Дед углубляется в воспоминания.

Переглядываемся с феем.

– Отец, а это в каком городе было? – спрашиваю старикана.

– Так Лютинск же, по-модному – Лютеция, это уже и не пограничье давно. Да это неважно, филиалы-то Гномского банка в каждом городке есть. Надёжный он очень. Честный! – Старик опять заливается смехом. – Так что хорошо, что никого не застал. А то бы они тебя живым не выпустили. Крокодилам бы своим скормили.

– И чего? Их же потом вырезали бы всех! – удивляюсь я.

– А тебе тогда какое дело бы было? Ну, вырезали бы, так гоблины к этому привычные. Плодятся, что тебе кролы. У них смерть как у нас обед. Был гоблин, нет гоблина – никому до этого дела нет, даже самому гоблину. Нам их не понять.

Старик ненадолго замолкает.

Неожиданная информация.

– Ну я так просто не дался бы, – хмыкаю. – Я все же маг.

– Маг, маг, не спорю. Вот только шаманы гоблинов, на границе, опытных магов спокойно разбирали. – Старик грустно задумывается. – Да, с перевесом, один к трём, один к пяти, но разбирали же. Сложно вашему брату против духов. – Кивает на Феофана. – Твой-то правильно сказал, мы здесь пришлые. Пусть уже и давным-давно. А вот гоблины, феи, нечисти разные, да даже вон те же мертвяки – они все здесь жили изначально. Просто мертвяки были другие.

– Но ведь гоблины теряли, получается, десятки своих шаманов? – удивляюсь. Феофан кивает.

– Ну и что? – старик пожимает плечами. – Для племени потерять пяток шаманов, но забрать с собой человеческого мага – это выигрыш. Гоблинов родится много. И среди них часто попадаются те, кто говорит с природой, с духами, силами. Все их привыкли презирать, кроме тех, кто с ними воевал. Они просто другие. И хорошо. Иначе, если они были бы умнее, то устроили бы нам похохотать.

– То есть, ты, отец, думаешь, что мне повезло не встретиться с гоблинами? – Закрываю ладонью рот Феофану. Тот протестующе дергается. Похоже, после репы очень хочет рассказать и о нашем подвиге. Но я не думаю, что старику об этом нужно знать.

– Ну, сам подумай, не любое же племя может прийти в человеческие государства. Так что сильные шаманы, а может даже гоблины-чемпионы, в этом племени жили. Стало быть, повезло.

Феофан понимающе кивает и больше не пытается влезть в дальнейший разговор. Я опускаю ладонь.

– А что с мертвяками, отец? Часто вас беспокоят? – интересуюсь и поглядываюна дорогу. Едем ровно, с одной стороны пшеничное поле, с другой деревья.

– Так по границе же, почитай постоянно. Но таких сильных, как на поле, мы нечасто видим. Обычно, что там за мертвяк? Идет, качается. Его в четыре руки уронил, сжег – да и вся недолга. А тут дух неупокоенный. Мы с такими воевать непривычны. – Старик вздыхает. – А из городка мага вызвать дороговато получается. Весь урожай поля этого не стоит. Мало тут у нас магов-то, всего-то двое на весь городок. Да ещё военные, конечно. Но у тех присказка – как убьют, так приходи, и ржут, как кони. Это понятно, я-ж помню, они только по приказу работать могут. А какой приказ, если наш старый барон помер, а нового пока нету? Так что сами, все сами.

– А как же ты один в городок рискнул поехать? – подкидываю старику еще тему. Видно, что он истосковался по собеседнику.

– Так я и не один! У меня вон, кролы. Были бы вы мертвыми или гоблинами какими, они бы себя показали. – Дед потряхивает рукой, примерно показывая, как именно всем эти кролы показали бы. – Да и с дороги если не сходить, то опасности особой нет. Нечисть дороги человеческие не любит. Вот в деревне посложнее, конечно. Но тын срубили, рогаток понаставили – отбиваемся. Старый-то барон не дурак был. Он бесплатно военным часть земли выделил. Аккурат между границей и деревнями. Мы военных подкармливаем, а они большую часть всяких страхолюдин на подходах ещё уничтожают. И все довольны. У барона меньше денег на дружину уходило, к нам страшилища разные не приползали, вояки лёгкий опыт и свежую еду всегда имели. А их командиры и ещё кое-чего от барона. Что сейчас будет – я даже не знаю. Скорее всего, объявят нас внутренним баронством, наладят кого из столицы, и придётся платить мзду.

– А уехать? – предлагаю самый очевидный вариант.

– Так куда-ж мы уедем? Привыкнем и к новому барону. За службу землю здесь же выделили, я её своими руками поднял и никуда уже не уйду. – Старик показывает руки и горестно выдыхает. – Прикипел.

Мерный речитатив старика одновременно утомляет и убаюкивает. Веки слипаются, сном накрывает резко и тепло, словно пледом. На очередной кочке нас слегка подкидывает. Сквозь сон оцениваю обстановку. Вокруг тишина, даже ветра не слышно, только мерный стук колёс. Кролы идут сами по себе, старик тоже дремлет. Сначала немного напрягаюсь, но тут же успокаиваюсь. Если так рассудить – дорога одна, опасности вроде никакой. Старик слегка подергивает поводья – по привычке контролирует кролов, сон ему не мешает управлять. Успокаиваюсь и тут же возвращаюсь под тёплый плед сна.

– Виктор Петрович! – отвлекает меня от сборов домой Настя. – Виктор Петрович!

– Да, Настенька. – Улыбаюсь барышне. Хорошая девочка-практикантка. Горит на работе.

– У нас бегунки от бригады электриков на подпись. Задержитесь?

– Нет, – отвечаю девушке. – Попробуй к Маше обратиться.

Из-за соседнего компьютера вздыхает очень уставшая женщина лет сорока. С укором смотрит на меня. Ну извини, извини. Знаю, что документооборот и, вообще, весь отдел на тебе, знаю. Но пока помочь не могу.

Молодец баба, конечно. Сама тянет и двух пацанов, и отдел, и ведь еще успевает рисовать. Даже про фикус знаю. Кстати.

– Мария Семеновна, я ж вашему фикусу подкормку купил. – Достаю небольшой пакетик. Мелкий знак внимания, но женщина тут же смягчается.

– Вы такой внимательный, Виктор Петрович. Давайте сюда, я полью.

Я точно знаю о ней все. Могу составить досье. Но зачем? Рекомендация на должность начальника отдела Куратору уйдет вместе со всем пакетом документов.

Почему знаю? Да потому что это моя работа. Я узнаю о людях разное, даже то, на что они сами внимания не обращают. Вот тот же фикус. А ведь после потери мужа он ей не дал сорваться. Маша ухаживала за растением, отвлекалась, и вроде пережила. Хоть и было год назад, а я знаю. Делятся со мной. Контора научила. Вот после ранения и научила. Сначала, конечно, вытащила. Отмыла, дала новую цель, которая неожиданно мне понравилась.

А вот теперь я ее меч. Пусть и невидимый.

Неожиданно много открывается простому кадровику на испытательном сроке. Аккуратно меня сюда пристроили. Никаких подозрений. Я же неприметный винтик. Тихий, спокойный. Всегда вовремя прихожу и ухожу. Все привыкли. И те, кто готовит слив технологии нашим заклятым партнерам тоже привыкли. Хотя, нет, они даже не знают о моем существовании. Пересекаюсь я только с их наместником на Земле – Ольгой Федоровной. Двадцати шести неполных лет.

Вот, легка на помине. Ольга по-хозяйски заходит в кабинет.

Чуть прищуренные глаза, опущенные уголки губ, слегка отталкивающие движения рук. Презрение сложно утаить. Человек воспринимает доли миллиметра изменений мимических мышц. Можно улыбаться, но лицо все равно скажет за тебя все. Презирает. Всех, кто не столь умел в карьерных играх. Но вот тут Олечка промахнулась. Директор Игорь не возьмет ее с собой, куда они так все хотят. Точнее, возьмет, но совсем не туда, куда бы девушка сама пошла. Пансион на пару тройку лет? Вряд ли больше. Именно за этой дамой грехов-то немного. Воровство и глупость. Все посчитано и измерено. Это наказывается, но несильно. Игорю же повезет меньше.

– Виктор Петрович, срочно ко мне в кабинет! – не терпящим возражений тоном требует дама.

– Ольга Федоровна, не могу, – улыбаюсь девушке. – Мой рабочий день закончился ровно полторы минуты назад. Сожалею, тороплюсь домой, я старенький, у меня режим.

Губы дамы гневно поджимаются, но она сдерживается. В ее глазах мой возраст под полтос действительно уже преклонный. Столько не живут.

Вот Мария Семеновна не согласна с моими словами, это я читаю в ее глазах. Улыбаюсь про себя. Может, как закончу с этой гидрой, взять, и… Нет. Гоню пока от себя нескромные мысли. Сейчас на меня ни надавить, ни напугать. Пока важно, чтобы так и оставалось. Мы почти накрыли их группу. И недавний визит связного с лаймами на секретное производство очень неплохо помог в определении полного состава гидры. Кто же мог знать, что главный технолог тоже пошел за длинным…фунтом, наверное? Чем там сегодня платят за предательство? Какой курс у банки варенья и корзины печенья?

И ведь почти в цеха отвели. Ну, ничего святого у людей. Усмехаюсь про себя.

Но! Родина видит. Родина знает. Я, как раз, ее глаза и есть.

Все, сегодня у меня последний рабочий день. Куратор ждет оригиналы документов. Но лично, пожалуй, не повезу. Все уже подготовлено. Так-то он по хлебным крошкам и сам найдет, но лучше кое-что обсудить наедине. Ладно.

– Завтра зайдёте в мой кабинет, с самого утра! Это понятно⁈ – Олечка разворачивается и уходит.

Соглашаюсь. А чего бы не согласиться? Завтра я точно зайду в ее кабинет. Только вполне возможно с удостоверением и вместе с добрыми молодцами в балаклавах. Все же я тут ориентируюсь получше, чтобы не успели слить, могу понадобиться. Улыбаюсь вслед.

Вижу подрагивающие уголки губ Маши, Марии Семеновны, если уж официально. Подмигиваю. Может быть. Завтра.

Медленно ворочаются мысли после сна.

Хм. Кажется, до куратора я не дошел. Или дошел? Не помню. Включаю свет в квартире и обрыв памяти. Что ж, почти умно – взрыв газа в квартире. Простая бытовая трагедия. Было бы умно, если б документы хранились дома. Так ведь нет, из-за моей смерти эти мальчиши-плохиши сухими из воды уже не выйдут. Все. Я успел первым и, вам, ребята, не отвертеться. Хотя, конечно, то, что они меня тогда нашли – удивляет. А может и нет, лаймы – же. Эти собаку съели на шпионаже. Теперь это уже не так важно.

Вот почему я спокоен – играть чужую роль мне не впервой. Что же, прощай, прошлая жизнь. Теперь определенно.

Второй раз просыпаюсь от солнца. Лучи ласково касаются кожи и немного щиплют глаза. Вдыхаю полной грудью, и свежесть расходится по организму. Сил – хоть отбавляй. С удовольствием потягиваюсь. Не так уж далеко вижу проступающий контур города, окруженного стеной. Слышится только громкое сопение фея и слабое пение старика. О, проснулся.

– Мы уже приехали? – спрашиваю, пользуясь случаем.

– А то, – довольно отвечает старик.

Кролы не доходят до поселковых ворот буквально метров двести. Озадаченно смотрю на деда. Тот их не трогает и не подгоняет.

– Дальше они не пойдут, – объясняет старик. – Я же их не сам выращивал, так, перекупил по дешёвке. Видно, били их стражники, боятся ворот теперь. Ты иди, неча меня старика ждать. Я теперь долго.

С пониманием киваю. Мысленно делаю пометку, что у местной охраны нравы простые.

Спускаюсь с козел и выслушиваю в очередной раз все благодарности старика:

– Хорошее ты дело сделал, маг. Кому расскажу – не поверят. А будешь в нашей деревне, скажешь от Михая – это я, стало быть. Любой приютит. Гостем будешь у нас.

Дед утирает слезящийся глаз и достаёт из мешка ещё одну репу, только чуть меньше предыдущей.

– На, фей, подарок. – Видно, что старик заставляет себя отдать овощ. – Будешь в гостях, угощу.

Феофан жадно выхватывает клубень.

– Да у нас таких в жизни не купишь! – бормочет себе под нос, прижимая репу к себе. Поглядывает на меня. – Спасибо!

В переноску забирается как к себе домой. Прямо с борта телеги. Складывается впечатление, что фей даже не рассматривает вариант ходить самостоятельно. А уж тем более летать! Крылышки за его спиной – не более, чем декор. И как только фей устраивается поудобнее, сразу начинает точить свою вкуснятину.

Подхожу к главным воротам городка. Каменные стены относительно невысокие, но очень крепкие. Камни сплавлены друг с другом. Думаю, что здесь работали маги. Так же как и с дорогой. Очень похожая работа.

Широкие ворота сейчас открыты. Но решетка опущена. Стража ходит по обеим сторонам решетки и не отвечает на вопросы. Перед воротами уже образовалась небольшая очередь из телег, запряженных кролами. Пешие путники сидят по обочинам и тихо переговариваются. Есть даже всадники на лошадях. Но их тоже не пускают. Все спокойно стоят, чего-то ждут.

Медленно иду в сторону маленькой калитки сбоку от основных ворот. Туда, как раз, стражник пускает, пусть по одному и не всех. Одного стражника вполне хватает – спорить охотников нет, что и хорошо. Мужик аж покраснел от жары, и на рыхлом лице выступил пот. Он бы рад, наверное, снять коротковатую кольчужку, что еле прикрывает объемный живот, да и поддоспешник тоже. Но кого-то стража, очевидно, ждет. Видимо, нужно быть при параде.

– Кто такие? – низким голосом спрашивает мужик, не отрывая взгляд от фея.

– Не видишь, что ли? Я – фей. А это маг из Академии, – Феофан тут же использует лучшую защиту – нападение. – Чего вылупился, магов никогда не видел? Он с нечистью воюет. – Фей указывает пальцем вдаль.

– Прямо-таки с нечистью? – не верит стражник.

– С ней самой! – удачно вспоминаю, что в города маги Академии имеют беспрепятственный доступ. Даже документы у них проверять может только начальник караула, не меньше. Зажигаю на одной руке огненный шарик. Народ тут же отступает на шаг. Все, кроме стражника. – Доказывать надо?

– Никак нет, ваше магичество! – Пытается изобразить улыбку уставший мужик. – Добро пожаловать в город Крайний! Будьте как дома.

Открывает калитку рядом с решеткой, и мы с Феофаном попадаем в город.

На минуту я задерживаюсь неподалеку от входа. Словно деревенский житель, первый раз входящий в город. С другой стороны, в такой город я и вправду попадаю впервые. Этакий знакомо-незнакомый городок, получается.

Пару раз глубоко вдыхаю городской воздух. Вроде бы, какая разница? Всего-то пройти под стеной пару метров, но нет. Внутри город пахнет совсем по-другому. Нагретым камнем, муксусом, кислым запахом пива и свежей выпечкой. Это все перемешивается, проникает друг в друга и образует плотную такую смесь, которая висит в воздухе. Не плохую, нет, просто четко проводящую черту между городом и Миром за его стенами.

Желудок пару раз громко заявляет о себе. Ну да, понимаю. Запах выпечки отлично работает. Оглядываюсь.

– Куда дальше? Есть идеи? – обращаюсь к фею. – Ты говорил, что щупальца можно на что-то обменять. Думаю, самое время это сделать.

– Не, нормальную цену у ворот не дадут, – фей чешет затылок, – но ты прав, искать долго. Часть обменяем!

Феофан осматривается в переноске.

От площади, неподалеку от ворот, вытекают улочки с трех-четырех этажными домами из серого камня. Этим же камнем, похоже, замощены и сами дороги. Только на дороге камни словно слеплены друг с другом в одно целое, а вот дома – строились не магами, и кладка у них более неказиста.

В глаза бросается вытянутая невысокая башенка с покатой крышей в начале двух улиц. Таверна, а судя по висящей пивной кружке из жести – это именно она, удачно располагается выходами на обе улочки. Наверняка её часто посещают стражники и приезжие. Вывеску прочитать не получается – буквы наполовину стёрты.

– А вот туда и пойдём. – Как раз на неё указывает фей. – У меня желудок скоро сам себя переварит. Готовь щупальца.

Перехватываю ящик поудобнее и через пустую площадь иду ко входу.

Резкий звук поднятой решетки за спиной заставляет обернуться. Открывают ворота, но стража сдерживает желающих пройти. Отступаю на пару шагов ко входу в таверну и делаю это очень вовремя, так как в ворота залетает легкая карета, запряженная четверкой лошадей.

Карета проносится через площадь, почти задевая меня. Только и успеваю заметить радужную пленку перед собой, как воздушная волна от кареты меня чуть ли не впечатывает в дверцы заведения. Замечаю только синие цвета герба на карете. Но, думаю, что еще на них насмотрюсь – на входе в город, кажется, висел такой же. Скорее всего, промчался губернатор или кто-то посерьезнее. При этом, на улицах больше ни одного ездового крола, телег или лошадей. Ладно, пока не до него этого.

– Доброго денёчка, проходите, располагайтесь. – Встречает нас тощий мужичок в просторной рубахе. Улыбка растягивается на всё лицо. – У нас лучший выбор пива в городе!

– То, что нужно, только у нас денег нет, – в лоб сообщает фей.

Улыбка на лица мужичка превращается в оскал. Взгляд тут же становится равнодушным.

– Но у нас есть щупальца осьминога. Как их там? Аль денте! – ни на секунду не унывает фей и поднимает голову. – Витя, покажи ему.

Открываю замок и демонстрирую мужичку сундук с бледно-розовыми кусочками. Оскал на худощавом лице перетекает в ухмылку. Тавернщик бросает взгляд на только открывшиеся ворота города и втекающую туда небольшую речку путников.

– Да с такими кусками тут каждый второй ходит. Удивили, тоже мне. Денег не дам, – обрубает мужик, но тут же добавляет. – Могу только на вес еды обменять один к трем. Вес щупалец, на три веса готового, что есть. Пойдет?

Фей мнётся, но голод берёт своё. Я в обмене не участвую. Идея фея – ему и воплощать.

– Пойдет!

Обмениваем почти треть ящичка с деликатесом на варёную картошку, два куска мяса и свежие лепёшки.

– Морс в подарок, – махнув рукой, сообщает вроде не особо довольный хозяин таверны. – На пиво вам не хватает.

Меня же его настроение сейчас волнует меньше всего – еда пахнет одуряюще. Все действительно только что из кухни.

На пару минут просто выдыхаю. Время пока есть, в обоих смыслах.

– Слушай, Феофан. – Утолив первый голод, решаю, что сейчас самое время обсудить один жирнючий вопрос. Его игнорировать не получается, как не посмотри. – Ты же понимаешь, что нас подставили?

– Нет, – неуверенно оправдывается фей. – Фиона не могла, она добрая. Никогда бы так со мной не поступила. Может, она ошиблась просто?

– Прости, но придётся тебя огорчить. – Недолго подбираю слова. – Бумаги готовила она? Она. Хочешь сказать, что Фиона не знала, как гоблины относятся к документам? Знала. Академия не в первый раз направляет людей выкупать эссенцию. Ты сам говорил – каждый год. Возможно, она верила, что ты пересидишь атаку под щитом, а меня сожрут крокодилы, как тот которого мы встретили.

Информации для нехитрых выводов мне вполне хватает.

– Вряд ли. – Феофан мрачнеет на глазах. – Вот умеешь ты аппетит испортить, Вить. Гоблины – наши злейшие враги. Они чуть ли не единственные, кто могут и умеют вскрывать нашу защиту.

Пододвигаю к фею свою нетронутую лепёшку. Он тут же отламывает огромный кусок и запихивает его в рот.

– Больше не буду, – сообщает он.

Видимо, и правда сильно расстраивается. Чуть подумав, добавляет:

– Хочешь-не хочешь, а эссенцию искать нам придется, – тяжело вздыхает. – Магический контракт нарушать нельзя. Да, он только твой, но мы с тобой в одной лодке. По крайней мере, до исполнения договора. – Феофан разводит ручками. – Мы обязаны вернуться в Академию с фиалом.

– Это понятно и так. – Киваю головой. – Ты говорил, что есть вариант…

– Есть, как не быть. – Феофан тихо что-то прикидывает. – Эй, хозяин, – через пару мгновений кричит фей через всю таверну. – Где тут у вас аукционы проводят?

Глава 6

Вам только спросить?

– Аукцион, как обычно, на площади возле ратуши, – неохотно отвечает тавернщик. – Только я бы на вашем месте поспешил, они сегодня рано закрываются.

– Нам туда надо, – Феофан оглядывает стол. И почти с болью восклицает. – Мы ж не доели!

Похоже, аппетит у фея портится ненадолго.

– Ну, пара минут есть, думаю. Так? – смотрю на тавернщика.

Тот пожимает плечами.

– Вообще, не знаю, это как вы бежать будете. Быстро – так есть, а обычно – так, может, и нет. Ваши проблемы, – отворачивается к стойке.

– Постараемся успеть, – воодушевляюсь и поторапливаю фея. – Лучше бы нам сегодня с этим разобраться. Быстрее поймем, что делать дальше.

Феофан быстро собирает в лепешку недоеденное мясо и вздыхает:

– Вить, ну я ж не обещал тебе, что там будет эссенция. «Посмотрим» – это все-таки, не «точно есть». Не факт, что на аукционе будет то, что нам нужно. А если будет, то цена нас может очень сильно удивить.

Тавернщик не спешит уходить и явно подслушивает. В зале кроме нас никого пока нет, так что мы – его единственное развлечение в это время.

– Где, говоришь, ратуша? – обращаюсь к мужичку, раз он не торопится отходить.

– Вон там, – указывает он сквозь заднюю стену таверны. – Прямо до площади, а там уже не ошибетесь.

Благодарю мужика. Не, ну а что? Для человека, который не получил живых денег, хотя на это рассчитывал, тавернщик вполне неплохо держится.

Выходим на улицу и быстрым шагом идём в указанном направлении. Феофан на ходу доедает остатки лепёшки. Непонятно, куда исчезает еда в этом маленьком существе? Магия – не иначе.

Пока идем, стараюсь смотреть на город. Откуда-то помню совет – почувствовать его. Хотя, получается из рук вон плохо. Городок небольшой. Внутри его стен – дома, в основном, каменные. А вот снаружи города – только деревянные. Видимо, чтобы проще было отстраиваться.

Дома небольшие, первый этаж у всех из того же серого камня, что и дорога. Все построено единообразно, а вот выше первого этажа – начинаются варианты. И деревянные, и из белого камня, похожего на песчаник, и даже из кирпича вижу пару домов. Но почти все покрашены в белый или бежевый цвет. Вместе город смотрится довольно светло и почти празднично.

Народ, который мы встречаем по пути, не сказать, что обременен думами о будущем. Не, может, обременен, конечно, но точно не поисками куска хлеба. Люди выглядят довольно зажиточными. Особо никуда не спешат. На нас смотрят с интересом, но не удивляются.

Ратушу узнаю сразу – белое здание с лепниной за высокими воротами. Оно бросается в глаза – слишком уж отличается от местных небольших довольно-таки домиков. Здание аукциона, судя по всему, располагается рядом – оно тоже отличается от местной архитектуры, но уже в другую сторону. Сильно приземистое, с крепкими толстыми стенами. Окна больше похожи на бойницы, а узкие двери входа выглядят не очень дружелюбно. Стеклянные двери из мутного стекла ситуацию не спасают. Они, скорее, создают ощущение бронированности, чем воздушности. Хотя, может, цели в красоте и не стояло, и местные просто запускают сквозь них больше света.

В общем, здание аукциона создает ощущение крепости внутри крепости. Охраны рядом не видно.

Низкий темноволосый парень с трудом закрывает стеклянную створку, а я успеваю вмешаться:

– Уважаемый, – обращаюсь к служащему. – Разрешите, мы зайдем?

– Приходите завтра, – коротко бросает парень и тянет на себя дверь. Ставлю в проем ногу.

– Как завтра? Люди еще внутри есть, я же вижу. – Показываю рукой на тесноватый, в общем-то, холл.

Десяток человек толпится возле окошек служащих. Некоторые смотрят на противоположную стену – там располагается огромная картина с движущимися строчками. Все люди с бумагами и свитками. Служащие жестами показывают им отойти и успокоиться.

– Так это те, кто дождались своей очереди, но не успели. Не советую ждать, только время потеряете, – без особых эмоций советует парнишка. – Приходите завтра.

– А в какое время? – вмешивается фей со знанием дела. – Часы приема? Талоны?

– Официально мы открываемся с первыми колоколами. Но когда начнем работать— предполагать даже не буду. Сложный завтра у всех день. – Парень шумно выдыхает.

– Тогда нам точно нужно сегодня. – Не убираю ногу. – Ну, послушайте, нам только цену узнать, и спросить наличие. Все. Даже покупать сегодня ничего не будем – у нас денег пока нет, в банк надо еще.

– Много вас тут, «только спросить» заходят. Но раз денег нет, – парень задумывается, и принимает максимально нелогичное решение. – Раз нет денег – то проходите. – Усмехается и запирает за нами вторую тяжелую створку. – А я свою смену отработал. Дальше сами! – показывает на слегка волнующихся людей в зале. Уходит.

– Куда теперь? Идеи есть? – спрашиваю фея.

– Нам к главной деке. Все ресурсы там пишут. – Кивает на живую картину в противоположной стороне зала.

Там, во всю стену, десятки, а может, даже и сотни строчек неспешно перемещаются. Строчки написаны часто курсивом, с завитушками, разным цветом – наверняка, это что-нибудь означает. Но мне просто нравится картина. Это красиво.

Скептически смотрю на вполголоса ругающихся людей. Ладно. Не хочется, а нужно.

– Я только спросить! – громко скандирую и врубаюсь в толпу с грацией носорога.

– Да все тут сначала спросить! – натыкаюсь на объемного мужика. – А закроются? Нет! После меня будешь!

– Мужик, мне даже не к окошкам!

– Да мне по барабану! Время займешь, а ну как не примут? Не, через мой труп!

– Легко! – зажигаю уже выручавший меня шарик огня.

Народ отшатывается. Реакция вообще такая же, как на входе в город.

– Охрана! У вас тут маг психованный! – вскрикивает тот же мужик.

– Да я ж тебе говорю, мне вообще твоя очередь не нужна! – обхожу по дуге объемного. Вот теперь появилось место, и меня спокойно пропускают к главной деке. Гашу шар. И ведь, что характерно, там, кроме одинокого служащего за стойкой, вообще никого нет.

– Охрана! – уже чуть тише доносится из-за спины.

– Слыш, дурной! – пинает по ноге мужика, быстро догоняющий меня от входа, фей. Мужик пытается согнуться, чтобы увидеть, кто там ему что говорит, но за пузомслышит только голос. – Тебе ж сказали – маг, по надобности Академии! Чего тебе еще надо⁈ Твою очередь никто не занял, а был бы ты поуже, так и вообще обошли бы. Вон, там окошко открылось. Не пропусти!

Мужик тут же оборачивается и, совершенно забыв о нас, резво бежит к окошку.

– А вот теперь. – Феофан догоняет меня у деки. – Теперь твои переговоры мне нравятся. Словно тебя подменили.

Качаю головой.

– Уважаемый! – обращаюсь к клерку за стойкой. – Уважаемый!!!

Клерк поднимает руку. Делает знак чуть подождать. Он очень сосредоточен.

– Три да пять, восемь тысяч, да еще три сотни, итого – двадцать восемь тысяч триста сорок четыре доли. Семьдесят золотых, восемьдесят шесть серебра. Чего хотели? – монотонно спрашивает. Даже не сразу понимаю, что он обращается ко мне.

– Я? – уточняю.

– Ну не я же! Хотели-то чего? – не поднимая взгляда, продолжает считать клерк.

– Маг из Академии, по служебной надобности, – влезает фей.

– Так. Маг, маг, маг… – Что-то ищет клерк. – Нет, магов нам не завозили. – Потом на секунду замирает. – Тьфу ты, – поднимает взгляд. Слегка извиняясь, произносит. – Совсем заработался, но сдать отчет надо сегодня. А вы отвлекаете. Что надо?

– Эссенцию крови крокодила гоблинского купить. У вас найти можно? – спрашиваю.

– Эссенцию? Можно, – кивает головой клерк. Возвращается взглядом в бумаги.– В следующем году приходите. За месяц до ярмарки на нее торги начинаются.

– То есть эссенция у вас есть?

Клерк снова поднимает усталый взгляд на меня.

– Я же сказал, в следующем году. В этом ваша Академия все еще на прошлой неделе выкупила. Мы уже поставку организовали. Всё.

– Академия? – удивляется фей.

– Вы плохо слышите? – переводит взгляд на Феофана клерк. – Академия. Все, этот товар закончился.

– А… – начинает фей, и я опять ему затыкаю рот.

– Благодарю вас, а не подскажете, где еще можно купить этот товар?

– У гоблинов, – пожимает плечами клерк. – Недалеко племя стоит, в пещерах, попробуйте там. Но вряд ли вам повезет. У них ваша же, кстати, Академия выкупает обычно по договору. И в Гиблых Топях. Там, говорят, её можно легко купить, было бы кому. Ну, если повезет, торговый поезд на ярмарку придет – у них спросите. Но они обычно этот товар не берут. Его продать сложно – ограниченное предложение, ограниченный спрос. Еще вопросы есть?

– Нет, вы нам очень помогли. – Остаюсь вежливым, несмотря на внутреннюю бурю. Поднимаю фея и иду на выход.

А вот на выход нам никто дорогу не заступает. И выпускают нас довольно легко.

На площади оглядываюсь. Ставлю фея на брусчатку.

– Ты чего мне рот заткнул⁈ – обиженно произносит фей. – Я бы ему рассказал, как шутить с посланцами Академии. А то «слышу я плохо»!

– Вот поэтому и заткнул, – флегматично говорю фею. – Чего бы ты этим добился, а? А так он нам в двух фразах описал нашу проблему. О! Нам туда! – делаю пару шагов к присмотренному заведению.

– Эй! А я⁈ Что значит описал⁈ А? Какую проблему? Да стой же ты, дылда! – фей нагоняет меня у недавно открывшейся таверны. Это чувствуется по свежему запаху стружки и очень чистым стенам. У остальных заведений на площади все не так.

– Ну, куда ты суёшь её? На видное место манстрячь! Выше, ещё выше! – командует усатый мужик в круглой смешной шапке.

С нескрываемым интересом рассматриваю его. На вид лет сорок. Борода выбрита острым треугольником, усы длинные и подкрученные. Кожаный жилет чуть топорщится на животе в попытках разойтись. Видимо, раньше мужик был слегка постройнее.

– О, парень, помоги! – Не сразу понимаю, что усач обращается ко мне. – Подержи табличку с другого бока, пока этот криворукий её прибивает, а? Он же всё дело испортит!

Киваю. Придерживаю табличку одной рукой, пока мужик в шляпе продолжает командовать:

– Выше, ещё выше!

Задираю табличку до тех пор, пока парнишка, на которого свалились все проклятия, не перестаёт до неё доставать. Забираю молоток у пацана и сам прибиваюдощечку с еле понятными буквами «Таверна Мухи».

– Неровно, – подключается к командованию фей. – Чуть левее.

Кидаю на Феофана такой взгляд, что тот сразу замолкает. Мужик оценивающе смотрит на результат. Кивает, поправляет шляпу и протягивает руку:

– Мухаммед Али. Можно просто Муха. Проходи, дорогой. Гостем будешь. Гость в дом – бог в дом, как говорила моя прабабка. А ты еще и хороший гость, я вижу. – Усач гостеприимно указывает открытой ладонью на вход в таверну.

– Виктор, – представляюсь и пожимаю крепкую мозолистую руку.

Фей прокашливается, намекая на свою персону.

– А это Феофан, – представляю своего попутчика.

– Вы проходите-проходите, в ногах правды нет. Вижу, вы тут недавно совсем, на ярмарку приехали? – Муха пропускает нас вперёд и заходит следом.

В таверне пахнет травяными отварами, печёным тестом и слегка, почему-то, скисшим пивом. По идее не должно, мужик точно только открылся – лавки все новые, стойка еще ни с кем не встречалась. Столы чистые совсем. Все целое.

Живот сразу подаёт сигнал тревоги. Неожиданно, но, вообще, возможно. За всеми этими пробежками часа два-то мы уже потеряли. Хорошо, еще сюда зашли до темноты.

Тавернщик с пониманием кивает парнишке в дальнем углу. Тот сразу же скрывается в одной из нескольких дверей рядом с лестницей на второй этаж.

– Проездом? – снова спрашивает Муха и осматривает нас с не меньшим интересом, чем я его.

Я киваю, а фей в это время обследует таверну, будто пришел к себе домой. Неспешно ходит с задранной головой между огромными деревянными столами на толстых ножках.

Глубоко вдыхаю приятный запах отваров, еды и свежего дерева. Таверна сама по себе небольшая: четыре стола, низенькая барная стойка с парой табуретов и несколько бочек возле небольшого занавешенного окошка. Ещё часть пространства занимает лестница на второй этаж с широкими ступенями и резными перилами.

– Это я сам сделал, – с нотками гордости в голосе поясняет тавернщик. Он продолжает следить за моим взглядом, а я с восхищением киваю. Вполне достойная вещь.

– На днях закончил. Только переехали. Раньше таверна на отшибе была, и та в аренде, а на эту вот скопил, – делится своей историей Муха.

Выправка у мужика явно военная. На шее в тусклом свете ламп виднеются несколько шрамов. Муха замечает, на что направлено мое внимание, и поправляет ворот рубахи.

К нам подходит тот самый парнишка, который не мог прибить вывеску. У него в руках поднос с толстыми высокими кружками и тарелки, от которых исходит аппетитный запах.

– Ммм, лепёшки из тыквенной муки! – облизывается фей. – Дёшево и сердито. Но у нас только полуварёные щупальца в обмен.

– Идёт, – не торгуясь, соглашается тавернщик.

Молодой парнишка шепчет ему на ухо пару фраз. Муха жестом извиняется, быстро вылезает из-за стола и скрывается за стойкой. Оборачивается, показывает рукой, мол, сейчас вернётся и исчезает за дверью.

– Не очень процветающий бизнес? – со знанием дела спрашивает фей паренька, а я немного удивляюсь его наглости.

– Чтобы бизнес процветал, надо людей обманывать и цены накручивать, а господин Мухаммед такому не обучен. – В голосе юнца слышится некоторое разочарование.

Кажется, парнишка уже пару раз успевает получить обучающих люлей за обсчет покупателей. Откуда-то я это точно знаю, хватает одного взгляда на мимику и руки. А ведь таверна только открылась. День, может два. Качаю головой.

Но парнишка вроде не вор, да и не со зла это делает. Просто по-другому жить не умел раньше, а вот здесь выправляется понемногу. Муха должен справиться.

Необычное знание тоже приходит практически без усилий с моей стороны. И я, замечая это, вообще не удивляюсь.

Тарелки с лепёшками и кружки с ягодным отваром перемещаются на стол, и парень снова исчезает за дверью.

Фей удачно устраивается за столом, и первая лепешка проделывает свой короткий путь.

– Так чего тебе этот клерк такого разъяснил? – жуя, спрашивает фей. – Он вроде ничего такого и не сказал.

– Ничего, – киваю, соглашаясь. – Кроме того, что нам теперь в сторону ГиблыхБолот, и вариантов нет. А варианты у нас забрала как раз наша Академия. Они же скупили эссенцию еще до того, как нас сюда направили, неделю назад. Или, скажешь, мы сюда больше недели добирались?

– Нет, два дня, на дирижабле.

– Ну, вот видишь, – вздыхаю. – То есть в ректорате точно знали, что эссенция уже куплена. Фиона тебя обманула, Феофан.

Фей мрачнеет. Потом тоже вздыхает.

– Да я верю, что уж. Я толстый и страшный. А она красавица. Конечно, обманула. Извини, Вить. За контракт, – добавляет потупившись. – Я ж последние мозги теряю, когда она улыбается.

– Да это понятно, – понимающе киваю. – Но что б больше мне не врал! Договорились?

– Вить, ну конечно! – фей словно расцветает. – Общее ж дело делаем!

Тавернщик возвращается за стол слегка запыхавшимся, и сразу же поясняет причину своего отсутствия:

– Бочка в погребе взорвалась, никак не могу настроить нужную температуру. Кристаллы совсем не холодят. Вы же маг, если я правильно понимаю? – спрашивает меня и кивает на фея.

– Нет, блин, он меня украл. Конечно маг, – тут же приободряется Феофан и запихивает в рот огромный кусок лепёшки.

– Мне бы кристаллы зарядить, и, может, артефакт посмотреть, – чуть извиняясь, говорит тавернщик. – На весь городок два мага всего, они ко мне в последнюю очередь заходят, и то, если время остаётся. Сижу то без света, то без тепла, все время пока строился, открывался. – Рассказывает усач, но тут же спохватывается. – Но если у вас срочные дела, то я всё понимаю.

А этот мужик действительно такой честный. Зато подвоха от него не ожидаю от слова совсем.

Киваю.

– Давай мы тебе кристаллы, а ты нам место в своей таверне? – фей не намерен терять времени даром и по горячим следам пытается договориться с хозяином.

– Во время ярмарки тут место на вес золота, – произносит усач и снимает свою шапку.

Видно, что каждое слово ему даётся тяжело, он вроде и отказывать не хочет, но и на деньги за место в таверне в дни ярмарки у него планы точно есть.

– А если целый холодильник щупалец и зарядка кристаллов? – а вот фей торгуется так, будто это у него в крови.

– Согласен, – задумывается на пару секунд хозяин таверны. – Пять дней можете жить в комнате на втором с половиной этаже. Юрий принесёт вам чистое постельное бельё и полотенца, – мужик возвращает свою смешную шапку на голову.

Прикидываю, что за пять дней можно попробовать заработать зарядкой кристаллов. Раз уж они так востребованы. Единственный момент – я ещё ни разу не пробовал этим заниматься. А вот фей уже договорился, ничего не подозревая. Ладно, разберёмся.

– А у вас никто не идёт в сторону Гиблых болот? – Задаю Мухе важный, в принципе, вопрос. Теперь даже жизненно важный.

– Ну, тут ты дал маху, парень. Пешком туда можно идти месяцами. Ещё не факт, что живым дойдёшь, – тавернщик грустно растягивает рот в подобии улыбки. – Лучше дождаться торговцев или циркачей и купить место у них в караване.

– А с кем лучше? – вставляет свои пять копеек фей.

– С торговцами быстрее, с циркачами веселее, смотря, какую цель преследуете, – поясняет Муха. – Караван в любом случае доставит быстрее.

– А что по пути? Есть чего бояться? – спрашиваю на всякий случай.

– Так у них высокие технологии, паровые двигатели, вычислители. Чего им бояться? – со знанием дела говорит Муха.

Удивительно, но усач вообще ничего не скрывает. Все эмоции тут же появляются на лице и отражаются в голосе.

– Забыл сказать, места у них дорогущие, – спохватывается мужик и задумчиво трёт треугольную бороду. – Тридцать золотых за место, итого, шестьдесят за два.

– Кхм, тридцать за два. У меня детское, – немного смущаясь, поясняет фей.

Мы с Мухой не сдерживаем смех, а через несколько мгновений, Феофан не выдерживает и тоже хохочет.

Глава 7

Как заряжать кристаллы?

– Ну, парни, хоть душу с вами отвёл. – Муха благодарно хлопает меня по плечу. – Сто лет так не смеялся, всё дела-проблемы. Навалились так резко, будто проклял кто. – Тавернщик ненадолго задумывается, будто прикидывает, кто мог его проклясть.

– Зато лепёшки у тебя отменные, – хвалит фей, дожёвывая. – Вроде еда простейшая, а у тебя всё равно по-особенному как-то.

– А у меня хитрость есть, – расплывается в улыбке Муха. – Моя прабабка с ней готовила – собственные уши отъесть можно. Я потом покажу. Знаю ж, что вы, феи, хоть готовить и не умеете, но до рецептов жадные.

Фей то ли серьёзно, то ли в шутку проверяет сохранность своих ушей, и только открывает рот возразить, как я его перебиваю:

– Кстати, про готовку, – словно спохватившись, достаю из-под стола холодильник с щупальцами. – Вот. – Демонстрирую почти полный сундучок, оставшийся после нашего первого обеда в городе.

– Вот жеж, а чего раньше не сказали, что у вас их так много? Я бы комнату вам поприличнее выделил на втором этаже. – В голосе тавернщика чувствуются виноватые нотки.

– Может, усиленный паёк? Мы не откажемся, – тут же продвигает любимую тему фей. – Ужин там, пива стаканчик дополнительный…

– Не вопрос! Трехразовое питание, я Юру предупрежу. Но с пивом сложнее – бочка ещё одна взорвалась, прямо напасть. Но как только разберёмся с охлаждением – пренепременно! – Муха искренне радуется такой сделке.

Видно, что усач ничего не выгадывает и не пытается сэкономить.

– А что, щупальца так дорого стоят? Мы в кабаке у дороги обменяли три к одному на вес еды, – на всякий случай проверяю информацию, раз уж наткнулся на честного человека. Видно, что он разбирается.

– Что ты! Щупальца – это же деликатес. Такого днём с огнём не сыщешь. Все в столицу уходит. Мне вас не просто так послали, точно знаю! – продолжает радоваться тавернщик.

– Никто нас не посылал, мы сами пришли, – ухмыляется фей.

Прикидываю про себя, как сильно нас обманули с обменом.

– А щупальца приготовлю вам завтра как прабабка мясо делала. Лучше, чем у меня – никто не умеет. Ко мне за крольчатиной по рецепту от Самого приходили! – поднимает палец вверх Муха. – А щупальца вообще шикарно получатся. Их только замариновать хотя бы на часок на холоде надо. Так что пусть пока у тебя полежат, парень. Хотя, если кристалл сегодня наладить успеете, то к позднему вечеру с пивом сделаю. Лучше – не пробовали, точно! Я вам выделю чуток.

Вторя словам Мухи, в таверне моргает свет.

– Ну вот, ни минуты покоя! – расстраивается мужик, да так искренне, что я решаю не откладывать зарядку магией на завтра.

– Ладно, показывай, что там у вас с кристаллами, – вздыхаю и поднимаюсь из-за стола.

Муха радостно ведет меня с собой за стойку. Фей остается за столом, оторваться от еды у него так сразу не получается. Но вообще, пока что нужно посмотреть – может, придет чего в голову. Не говорить же Мухе, что у меня амнезия практически.

Спускаемся в подвал. Пахнет там, конечно, очень не очень. Похоже, я как раз нахожу источник кислого запаха наверху. Вентиляция, конечно, есть, и ток воздуха чувствуется, но, видимо, не спасает.

Подвал на удивление просторный, более того, такое ощущение, что он раза в два больше, чем вся таверна. Думаю, это из-за того, что я вижу, дай бог, половину всего дома. По одной стороне стоит десяток бочек почти в человеческий рост на небольших подставках. С другой стороны стены висят мясные заготовки, но их тоже немного. У входа, на стеллажах, стоит десяток коробов с крупами. Им как раз без разницы температурный режим. Думаю, поэтому там и стоят. Стены обшиты камнем, на нескольких полках, в самом углу, стоит пара десятков баночек с соленьями или вареньем.

Муха откуда-то знает, куда я смотрю, и тут же оправдывается:

– Нет смысла закатывать больше: пропадут или взорвутся. Сам видишь.

Показывает рукой вглубь подвала. Приглядевшись, замечаю пару крышек от бочек, прислоненных к стене. Похоже, это как раз те бочки, что взорвались.

Идём дальше. Чем ближе я подхожу к пивным бочкам, тем больше ощущаю прохладу.

Кажется, что подвал раньше делился на зоны, и каждой зоне соответствовала своя температура. Похоже, весь подвал – один большой амулет. Сейчас, судя по изморози, холодит только в дальней от нас части подвала.

Ближайшие же бочки на ощупь тёплые.

– Да, – говорит Муха. – Когда я покупал само место, тут все работало. Это же, в принципе, холодильник. Но почему-то, сейчас как холодильник работает только дальняя часть. Ну, вот эти бочки, которые ты сейчас проверил, они пустые. Потому что закупатьвино в них – бессмысленно. Думаю, справлюсь постепенно. Сейчас немножко люди пойдут, приглашу кого из магов посмотреть, почему у меня прекратило работать хранилище.

– Понятно, – тяну я. – А где кристаллы?

– Так вот тут! – Муха возвращается ко входу и открывает небольшую нишу рядом. В нише светятся всего два кристалла, хотя посадочных мест под них тут целых шесть. Сейчас они пустые.

– А чего не купишь ещё четыре? – спрашиваю я тавернщика. – Может, у тебя не холодит просто, потому что кристаллов не хватает?

– Так покупал уже, и не раз! – Качает головой товарищ. – Они проработают полчаса и взрываются гады! Хорошо ещё сам артефакт из металла сделан, ни разу не пострадал. А то бы я вообще не знал, что делать! И ведь, когда покупал, точно все работало.

– А кто в подвал спускался вместе с тобой? – Рассматриваю артефакт. Посадочные места под кристаллы действительно обуглены.

– Ну, я технику безопасности-то знаю! Сюда только я спускаюсь, иногда Юру отправляю. Но Юра тут точно ни при чём! Он беспризорником прибился ещё к моей старой таверне на окраине. В своем доме гадить бы не стал. Да и он нормальный, не смотри, что к деньгам неровно дышит.

– Не поверишь, вот на него я как раз меньше всего бы думал, – соглашаюсь с Мухой. – Ну, вспомни, может, кто ещё спускался вместе с тобой. Или когда ты не видел? В принципе, мне все равно. Просто это может натолкнуть меня на какие-нибудь идеи.

– Да не, Вить. Я тут с чужим был только когда покупал таверну. Ещё до ремонта. На время ремонта все заперто было. Никто вниз точно не спускался, ключ только у меня. Да и проверял я все вместе с продавцом. У продавца ещё две таверны в городе, сказал, не справляется, потому мне и продал. Место больно активное.

Удивительно, мне вообще всегда думалось, что чем активнее место, тем оно ценнее для держателей кабака. А тот вот продал. Не, не верю. Но Мухе пока говорить не буду.

– Ну что, Вить? Тебе чего-нибудь нужно?

– Пока – только осмотреться. Потом, может, чего попить. Я когда пью – думаю легче. – Пристально осматриваю подвал.

Пока ничего такого, что меня могло бы натолкнуть на мысли, не вижу. В подвале – полутемень. Работают всего две лампы и те не в полную силу. Муха, чтобы показать мне артефакт, спускается с переноской в руках.

– Свет оставь, – говорю Мухе. – Я полажу тут, посмотрю, хорошо?

– Да смотри, конечно. Я за этим и позвал. Мне уже терять особо нечего. Кристаллы тоже постепенно начали взрываться – сначала один, потом рядом с ним другой. Если сейчас ничего не сделать, то дня через два взорвутся и последние. Как-то быстро всё происходит. Мага раньше конца ярмарки не приглашу. Так что, если ты сейчас не поможешь, мне придётся перейти на дневные закупки. Да ещё и у того же тавернщика, что продал мне это место. Прибыли, конечно, никакой, но протянуть до визита мага смогу. Так что я особо ничем не рискую.

– Слушай, а у тебя запасные кристаллы ещё есть?

– Есть, как не быть.

– Оставь один на всякий случай, если вдруг найду поломку, то смогу проверить пазы.

– Ну, на. – Отдает мне один небольшой кристалл. – Но, честно говоря, я не особенно в это верю.

Киваю, забираю кристалл и откладываю его в сторону.

– Я, в общем-то, тоже, – отвечаю Мухе. – Всё-таки я артефактами не занимался. Но это же мы на всякий случай. А так, давай пустые заготовки. Пока буду смотреть, заряжу тебе кристаллов.

Муха отдает десяток тусклых кварцевых пирамидок.

– Вот, все, что есть. Я ещё чем-то могу помочь?

– Ну, только попить.

Слышу, как вниз, ругаясь под нос, спускается Феофан. Он летит над ступеньками низко-низко, почти их касаясь. Удивляюсь, я уж и забыл, что фей может слегка подлетать над землёй. Следом за феем спускается и Юра. Он держит в руках недопитое ароматное варево и накрытый поднос с едой. Думаю, что это фей озаботился.

– А, нет, попить наверно уже и не надо.

– Я тогда пойду, Вить, – говорит Али. – Сейчас народ будет приходить понемногу. Юра иногда будет спускаться вниз – пиво набирать. Он же тебе не помешает?

– Думаю, что нет.

Муха забирает парня и поднимается наверх.

– Вить, ты ж на самом деле артефактами не занимался. Я часть твоего разговора слышал. Как ты ему чинить-то собрался? – интересуется фей.

– Понимаешь, а я не собрался. Тут, вообще, может быть всего два варианта. Первый – где-то поломался сам артефакт, которым является этот подвал. В таком случае, мы точно ничем не поможем. Но тут, скорее всего, и оба мага помогать ему не будут.

– Почему? – Фей даже отвлекается от затачивания куска мяса. – Он же реально денег заплатит?

– Слушай, я не знаю, конечно, местных магов. Но вся эта схема, прямо-таки смердит обманом. Я это чувствую. Ну, вот, гляди, давай подумаем вместе, – фей кивает. – Мужик, скорее всего, из бывших военных. Ну, выправка там, манера общения. Согласен?

– Наверное, – фей пожимает плечами. – Я вообще в этих ваших человеческих делах плохо ориентируюсь. Тебе виднее.

– Ну, допустим, что я прав, хорошо? – Феофан кивает. – Ну, вот, отслужил, значит, мужик свой срок. Дали ему на выбор – денежное пособие по выходу или землю. Пособие, скорее всего, маленькое, да и земля где-нибудь на границе. И тут зависит от человека. Если вот как наш знакомец недавний Михай, то можно выбрать землю. Тоже неплохо. А вот Али выбирает, скажем, денежное пособие. Идёт, арендует сначала таверну где-нибудь на отшибе. Ну, собственно, как он и говорил. Работает, значит, работает. И, наконец, денежной выплаты, сэкономленного за службу, ну и ещё заработанного в арендованном месте, хватает ему на свое дело. И вот, смотри же, как ему везёт сразу. Появляется хозяин нескольких таверн, который готов уступить ему центровое место по вполне надуманному предлогу. Не справляется он, видишь ли. Как думаешь, насколько это реально?

– Ну, вам людям везёт. – Фей пожимает плечами. – Всякое у вас бывает.

– Согласен. Иногда везёт. Но вот маги почему-то не идут нашему знакомцу на помощь. А ведь таверна напротив ратуши стоит. Они мимо наверняка каждый день раз по пять проходят или десять. Я, конечно же, буду рад ошибиться. Но что-то мне подсказывает, что здесь простая схема по вытаскиванию денег из не очень хитрого вояки. Цену не накручивает, не обманывает – это всё штрихи в портрет.

– Ну, и что тогда, с твоей точки зрения получается? – Феофан не понимает.

– А получается простая вещь, либо сломан весь подвал, и тогда я сильно неправ в своих предположениях. И маги не идут к Али, потому что они сильно заняты. Либо поломка какая-то очень простая. Что-то, что можно поправить почти мгновенно. Иначе в комбинации смысла нет – продавать, а потом ломать то, что потом выкупишь и наладишь – дураков мало. Еще бы посмотреть, как давно работает таверна, а то может эту схему не в первый раз проворачивают. Я бы не удивился, что бывший хозяин новые заведения так и ставит. А маги тогда не идут по сговору с тем же, кто продал Мухе таверну. Мне почему-то кажется, что этот вариант более реален.

– Ты злой какой-то стал. Людей подозреваешь. В бумаги не лезешь. Мне таким ты нравишься больше! – Фей ухмыляется. – Тот камень, что тебе по голове прилетел в пещере, да кто бы знал бы, что это так поможет! Знал бы раньше, сам бы тебе что-нибудь подобное организовал.

– Ладно, – улыбаюсь. – Лирику побоку. Давай к делу. Напомни, как кристаллы заряжать?

Фей подносит лампу к своему лицу, чтобы я видел его эмоции.

– Тебе после еды совсем плохо? Ты меня так не пугай. Круг делай, – командует Феофан с таким недоумением, будто я забыл, как держать ложку.

– Круг? – переспрашиваю и силюсь вспомнить хоть какую-нибудь подсказку.

– Круг, овал. Откуда мне знать? Я фей, а не маг, – отмахивается Феофан, Забирает окончательно лампу.

Беру разряженный кристалл в руки. На ощупь он напоминает холодный камень. Я бы даже сказал, кусок ледышки. Но как только он оказывается у меня в руках, возникает ощущение, что я десятки раз пальцами касался таких же холодных ледышек. Даже захотелось сделать следующий шаг. На секунду замираю, и перед глазами мелькает страница из учебника. Мысленно хватаюсь за неё и пытаюсь остановить видение. У меня получается.

Первое. Рисуем круг.

– А у тебя случайно нет… – обращаюсь к фею.

– Ах да, держи, – Феофан не даёт мне договорить и вытаскивает из кармана невзрачную штуковину, больше похожую на кусочек мела. От него исходит слабое голубоватое свечение.

– Только он почти закончился, – предупреждает фей. – Но раньше тебе это не особо мешало.

Киваю. Рисую вокруг себя круг. Сажусь на землю. И тело почти автоматически занимает немного странное положение. Сам бы я так, с полувытянутой ногой и перевернутой рукой, в жизни бы не сел.

– Кажется, кристаллы я заряжал часто, – бормочу себе под нос. Меня подхватывает поток ощущений. На секунду.

Но фей слышит.

– Конечно! Ты же, как напишешь докладную, тут же по странному стечению обстоятельств, сразу в карцер попадаешь. А там, кроме как заниматься зарядкой кристаллов и чтения, делать-то нечего. Но зато, если кристалл зарядишь – тебе книгу выдают. А много зарядишь – так и доступ в библиотеку продляют. Лепота. Не, для других, конечно, студентов – это два наказания в одном: и читать заставляют, и в карцере закрывают. Но вот ты как-то даже стремиться туда стал.

– Да ладно? Ты-то откуда знаешь?

– А я на тебе два обеда поднял: мы ставки делали на скорость твоего попадания обратно. Ты ж местная знаменитость. Вот, на последний раз я сделал, что в тот же день вернешься, и не прогадал. – Феофан пыхтит откуда-то из-за больших бочек. – Я просто слышал, как ты докладную в день предпоследнего выхода понес. Там ты решил, что у Академии система наказания неправильная. Она, типа, дает в полтора раза большие коэффициенты к стоимости пользования библиотекой, чем прямая покупка. Дескать, выгодно нарушать правила Академии.

– Понятно. – Забавная история, хоть я ее и не помню.

– А тебя мне выдали уже потом. Кто же знал-то. – Фея слышу уже от стеллажей.

Закрываю глаза. Потрясающе. Я с закрытыми глазами вижу вокруг себя текущую радугу. Причем, каждый цвет течет с разной скоростью. И все это проходит через середину груди.

Открываю глаза. Нет, все обычно.

Закрываю – снова радуга. Более того, чувствую, что она наполняет тело, перемешивается с моим цветом и становится более управляемой. Я знаю, как заряжать кристаллы!

Меняю позу. Ради эксперимента, конечно. Ага, потоки тут же бледнеют. Но плотность остается той же.

– Интересно ты сидишь. – Проходит фей мимо. – Никогда такого не видел. Это новые веяния, или у тебя спину свело?

– А разве маги не так кристаллы заряжают? – удивляюсь. Реально поза очень неустойчивая, но невероятно привычная телу.

– Не знаю, – пожимает плечами фей, наклоняется и лезет под первую огромную бочку. Оттуда глухо доносится его голос. – Может где есть и такие гимнасты как ты. Но обычно, маги просто в руку кристалл берут, чего-то там бормочут, а потом через полчаса, отдают заряженный.

Хм. Полчаса? Смотрю на светящийся от переполняющей его энергии кристалл в руке. Сколько прошло времени? Точно не полчаса. Похоже, прежний Витя действительно был фанатиком обучения и не гнушался использовать нестандартное. Наверное, и это прочитал где-нибудь.

Тут же память подбрасывает запах плесени, ощущение склизкого от времени, старости и воды манускрипта. Как он буквально рассыпается в руках. И кучу картинок, как раз сильно напоминающих ту позу, в которой я сижу сейчас.

– Феофан, а затопления в библиотеке Академии не было недавно?

– Как же? Было. Нижний подвал залило, тебя, кстати, почти сразу на разбор поставили. Там старье одно лежало, расчищал вместо карцера. Это еще полгода назад было, а чего ты спрашиваешь?

– Да вспомнилось что-то. Откуда ты знаешь, что меня туда отрядили?

– Так меня туда направили следить, чтобы ты не убился – нижние этажи все же. Разная гадость иногда вылезает. Там я с тобой, можно сказать, и познакомился. Так-то, какое мне дело было бы до тебя, а?

– Ну, логично, – откладываю четвертый кристалл. Беру следующий.

Пробегаю расфокусированным взглядом по помещению подвала. Пересечение кривых потоков царапает взгляд. Хм. Возвращаю взгляд обратно. Так. Медленнее.

Потоки закручиваются глубоко под бочками, ближе к дальней стене.

– Феофан! – зову фея.

– Че⁈ – удивленный фей выглядывает из-под первой бочки. Залезть далеко он еще не успел.

– Посмотри под четвертой бочкой, ближе к стене.

– Я там уже проходил. – Машет рукой фей.

– Да? – чуть разочарованно спрашиваю. – И под бочку там залезал?

– Нет. Щас, схожу. – Фей вылезает из-под первой и идет к четвертой. – Здесь?

Смотрю на Феофана все тем же расфокусированным взглядом. Почему-то, как только собираю глаза в кучу, видеть непорядок перестаю.

– Еще метр к стене. Да. Стоп. Теперь рукой пошарь справа от себя. Ага. Примерно здесь. Ну что?

Фей задумчиво произносит:

– Знаешь, Вить. Ты предупреждай, а? А если б долбануло?

Глава 8

Может, сделаем мост?

Фей вылезает весь в пыли и паутине. И тянет за собой массивный амулет на цепочке. Как только фей поднимается на ноги, в подвале на секунду гаснет свет, и включается уже яркий. Становится светло, а от стен начинает чуть-чуть тянуть холодом.

– И ведь какая зараза. – Феофан качает головой. – Я ж там проходил, а его не видно было. Как ты только понял, что там что-то есть! На! – Дает мне амулет. – Фиг его знает, что это такое!

Амулет на ощупь довольно холодный, только в центре очень ярко светится кристалл.

– А не долбанет, действительно? – уточняю у фея.

– Точно нет. Мог бы – уже бы бахнул. Не, какая-то хитрая штука. Завтра в ювелирку, может, зайдем? Пару монеток точно получим.

На лестнице слышу торопливые шаги.

– Витя⁈ С тобой все нормально⁈ – врывается в подвал Муха. – В таверне свет сильно моргнул… Да не может быть! Витя!

К чести трактирщика, он переживает, кажется, именно за меня.

– Да, Муха, смотри. – Открываю распределительный щит в стене и вставляю в пустые пазы четыре полных кристалла.

В помещении становится холоднее.

– Да как так-то? Вить, да я, да тебе…

– У тебя под бочками вот эта штука лежала. – Отдаю амулет Мухе. Фей провожает его недовольным взглядом. – Она перекрывала ток по магистрали, и, тем самым, перегружала сеть подвала. Муха, тебе ее подложили. Это прям точно. И я думаю, очень с дальним и неприятным для тебя прицелом. Ее не обронили.

Али мрачнеет.

– Никогда такого не видел. – Муха осматривает амулет в руках. – Знаешь, что?

– Да?

– Забирай его себе. – Муха протягивает амулет обратно мне. – Внутри накопитель, он маленький. А мне обычные большие по золотому обходились. Так что этот точно дороже. Хоть так тебе отплачу. – Виновато пожимает плечами. – Нет пока денег, и до ярмарки не будет. А ты очень важное дело для меня сделал, и я не про подвал говорю, Вить. По некоторым причинам я не могу потерять таверну. До последнего бы цеплялся. И еще немножко потом. – Али сразу же понимает, куда неизвестные доброжелатели его толкали. С логикой у тавернщика все в порядке. – Твердо уверен, что ты в городке не в последний раз. Давай так. Ты всегда здесь найдешь стол и кров, пока я тут хозяин. Хоть так отплачу тебе, парень.

– Благодарю. – Недоуменно качаю головой. – Неожиданно…

– И нам подходит, уважаемый, – фей быстро забирает амулет из рук тавернщика. – Мы и кристаллы позаряжаем вам…за полцены. – Феофан бросает взгляд на щит с заполненными кристаллами. – Можем еще кому зарядить, но только если ты их рекомендовать будешь.

– Вить, я поспрашиваю. – Муха кивает Феофану, но отвечает мне. – Кристаллы много кому нужно зарядить. Наши маги справляются, конечно, но уж очень они дорого берут. А за полцены – много охотников будет.

– Муха, давай, все же возьмем только тех, кого ты лично знаешь, и за кого можешь поручиться, – поддерживаю фея. – Магов я ваших не знаю, зачем мне с ними конфликтовать?

Мухаммед понимающе кивает головой.

– Ты лучше скажи, вот что. Судя по всему, нам нужно в сторону Гиблых Болот. И про билет придется договариваться на ярмарке. Не знаешь, может, у кого похожая на твою ситуация есть, по магической части? В смысле, до которой у местных магов не доходят руки, а деньги люди предлагают? Есть у меня надежда на то, что с некоторыми вызовами я справлюсь.

– Мы справимся! – поддерживает фей.

– Я поспрашиваю. – Муха серьезно кивает. – Вроде что-то такое недавно слышал, но пока кроме ратуши посоветовать ничего не могу. Там всегда работа есть, городку-то положена пятерка магов, а у нас всего двое. – Прислушивается к колокольному звону за окном. – Только сегодня они почти закрылись. За сорок минут вряд ли успеете.

– Успеем, – уверяю я и быстро направляюсь к выходу.

– А как же ужин? – Фей на минуту задерживается у стойки.

– Потом, когда вернемся, – выдаю очевидный ответ, но Феофан с ним категорически не согласен.

– А на ужин, получается, будут щупальца? – еще успеваю услышать в дверях вопрос Феофана.

– Конечно! – в голосе Мухи слышится улыбка. – Прямо сейчас поставлю! Через часа полтора подходите, угощу!

Выхожу из зала. Времени действительно нет, получается. Да и фей постоянно пытается меня использовать. Очевидно, не со зла. Я это понимаю. Но и как себя с ним вести только начинаю осознавать. Даешь слабину – садится на шею и ножки свешивает. Причем, в прямом смысле слова. Интересно, остальные феи также себя ведут?

– Да подожди ты! – через несколько секунд рядом возникает запыхавшийся Феофан с переноской в руках.

– Догнал? Молодец! – подхватываю за шкирку фея. Тот немного дергается.

– Поставь, Вить, ну ладно, понял я. Тут действительно рядом. – Ставлю на брусчатку. – Да какая муха тебя укусила? – удивляется фей, но больше не пытается диктовать свои правила.

– Время, Феофан, время! – Киваю на ратушу. Внутри здания море огней, но народ больше выходит оттуда, чем заходит. – Мы решили вопрос с едой, теперь нужно быстро решать вопрос с дорогой. У тебя-то время не ограничено. А вот у меня, по твоим же словам, всего четыре декады. Потом меня порвет? Так?

– Ты не так все понял. – Бегает глазами фей. – Ну, или не совсем. Тебя через четыре декады из Академии начнут исключать, если мы не вернемся. До экзаменов не допустят, а потом еще через три декады – исключат. Но если все же эссенцию принесем, то договор нарушен не будет.

– Так. – Останавливаюсь. – Не понял. Время у меня не фиксировано? – Тут же примерно прикидываю варианты. – То есть, теоретически, я могу выкупать эссенцию хоть всю жизнь?

– Ну да, – мнется фей. – Только тебя из Академии выпрут, и придется либо до следующего года Королевству отдавать долг за обучение, а там много. Либо на границу ехать – заряжать кристаллы и отбиваться от орков постоянно. Лет двадцать, наверное.

– Так! – опять повторяю я. – Почему же ты настаивал на срочном выполнении подпункта? И давай правду, а?

– Ну, Вить. Мне же придется с тобой ехать. А в Академии кормят хорошо. Праздник скоро, – сильно смущаясь, говорит фей. Тише добавляет. – Опять же, лифани привезут.

– Так! – в третий раз произношу это междометие, хотя на язык просится что-то другое. Прямо крутится, но не могу вспомнить слово. – Это требует времени на подумать, Фео. Как-то у нас с тобой цели разные местами, не находишь?

Разворачиваюсь и успеваю пройти в двери ратуши. Фей, невысоко подлетая, успевает за мной. Охранник у дверей не успевает или не хочет нас останавливать.

Отлавливаю пробегающего клерка.

– Уважаемый, с кем можно парой слов перекинуться по поводу магических контрактов?

Клерк останавливается, пару секунд пытается понять, кто его остановил. И только потом до него начинает доходить вопрос. Кажется, я сильно не вовремя. Здесь, как и в аукционном доме, всё сложно. Вроде конец дня, но люди все еще на местах и лихорадочно что-то делают, пишут, бегают. Вообще, внутри ратуши довольно нервно и мрачно.

– Вы маг?

– Да. – Киваю. – Вот мой фей. – Показываю на Феофана, который меня как раз догоняет.

– Видите вон ту конторку? – Указывает пальцем. – Вам туда. Все магические контракты через неё.

Благодарю. Хотя клерку уже все равно – он тут же уносится дальше.

Дохожу до конторки. Тут сидит, кажется, единственный служащий, абсолютно довольный жизнью. Он никуда не спешит.

Сажусь на неудобный стул со сломанной спинкой. Облокотиться не получается – можно улететь на пол.

– Мы уже закрываемся, – произносит мужчина холодным тоном.

– Так ещё десять минут! – подсказывает фей снизу.

– Вы маг! – почти обвиняюще говорит мне клерк.

Киваю.

– Хорошо, – неприязненно бросает взгляд вниз в сторону фея, и тут же возвращает на меня. – Жетон? – протягивает руку.

– Я маг, – стараюсь объяснить ситуацию и вижу, как служащий замирает и прислушивается. – Но у меня нет жетона, поэтому…

– Поэтому приходите завтра, рабочий день закончен, – объявляет клерк, убирает стопку бумаг в ящик и протирает стол тряпкой.

– Ладно, жетон уничтожен, – спокойно говорю. Понимаю, что именно тут, после этих слов, нормально оплачиваемого контракта я точно не получу. Легкой радости в глазах служащего достаточно.

– Восстановить можете? – уточняет клерк.

– Не скоро. Я по делам Академии у вас в городе. Неудачный магический эксперимент.

Клерк задумывается.

– Вот что, маг без жетона. Был бы у нас в городе полный комплект магов, работы бы не было. Но. Тебе повезло. Вот. – Копается в конторке. Подает мне две бумаги. – Здесь описание двух контрактов. Они открытые, лежат уже года полтора. Выполняешь, визируешь своей магией, несешь сюда – я выплачиваю деньги. Всё. – В подтверждение клерк с шумом закрывает свою конторку, встает и уходит.

То, что я еще сижу, читаю описание, его совсем не волнует.

– Ну что там? – нетерпеливо спрашивает фей.

– Спуститься в канализацию, – читаю вслух начало задания…

– Фу, а ничего менее гадкого не найдётся? Мне даже первый пункт не нравится абсолютно. Я не хотел бы перед ужином опять лезть в зловонные пещеры.

И без фейских слов прекрасно понимаю, что канализация в качестве первого задания – это слишком. Недавние пещеры показали, что я все же кое-что могу, пусть и не понимаю как.

– В канализацию завтра утром или днем, а, может, просто обменяем на другое задание? – Откладываю лист. Там еще пяток пунктов, но даже увиденного «очистить водостоки» мне как-то хватает.

– У кого? – вздыхает фей. – Ты же слышал клерка, за эти задания никто не брался несколько лет. Обратно их сдать не получится – они открытые. Хочешь, выполняй, хочешь – не выполняй. Всем без разницы. А что по оплате?

Снова беру лист.

– Пятнадцать золотых. Цена поднималась четырежды. Видимо, сильно нужно.

– Половина билета, получается?

– Вроде того, – читаю контракт внимательнее. – Мелкого шрифта нет, критерии выполнения четкие. Выплата сразу. Можно попробовать. Только грязно, и если уже полтора года никто не берется, то либо цена занижена, либо работы сильно больше, чем тут написано.

– Цена шикарная, – вздыхает фей. – Можно домик в этом городке купить. Зря думаешь Муха сказал, что билеты дорогие? Они прямо сильно дорогие. Но да, тебе-то без разницы. Вы в Академии на готовом сидите. А второй?

– Карта какая-то. – Открываю контракт. Пока оставляю комментарий Феофана без внимания. Но вернуться к нему надо бы. Понимать: золотой – это много или мало, нужно.

Лист на глазах превращается в плохо прорисованную карту города. Изучаю рисунок, Феофан нетерпеливо поднимает на меня голову:

– Ну, что там?

– Карта города с пометками, – отвечаю и разворачиваю карточку рисунком кфею.

– Строительство дороги, кто бы сомневался, – ворчит Феофан и тяжело вздыхает. – Понятно, почему никто за это уже больше года не берётся.

– Почему? – переспрашиваю.

Как фей понял, что нужно делать, остаётся загадкой. На карте вижу разве что пяток красных черточек и неизвестный знак на главной дороге.

– Потому что затратно это. Сил много надо или накопителей. А платят обычно… Кстати, а сколько платят?

– Два золотых за каждый ремонт. Можно фиксировать отдельно. А вот за этот, – показываю на карте фею. – Аж три.

– Что там, интересно. Овраг внезапно появился? Или гора выросла? Деньги прямо приличные за такую работу. Возьмемся?

– Хм. Считаешь надо? Тоже полтора года уже лежит.

– Да, это понятно. Если накопитель в городке стоит золотой, а маг такой заряжает за час…– фей бросает на меня взгляд. – А некоторые за пять минут. Ну плюс, может кристалл подготовить – еще полчаса, то понятно, почему желающих нет. Цена за ремонт по внутренним расценкам, больше не поставишь – дороги-то королевские. А магов в городке всего двое. Так что им просто не до этого. Пока совсем не развалятся. Тогда пришлют, может, кого, или бургомистр накопители выделит.

– Так браться будем? Как думаешь?

– Ну, до ужина еще час, давай попробуем, тем более самая дорогая точка тут рядом. Около моста у реки прямо. Тут идти – минут пять, даже мне.

– Ну, пойдем. От меня там что потребуется?

– Да увидишь, – пожимает плечами фей. – Что-то вроде зарядки кристаллов. Тебе – привычно будет.

Киваю. Ладно. Какую-никакую наличку все же хотелось бы иметь. Начнем с дороги. Пусть.

Выходим из ратуши.

Народ по улицам идет все больше радостный. Но это и понятно. День рабочий теперь официально закончен. Начинают бить колокола.

Я сразу понимаю, когда мы доходим до места, указанного на карте огромной красной точкой и знаком. Смотрю на дорогу. Ощущение такое, будто посреди главной улицы выкопали пруд. Ещё бы лебедей запустили – и вообще красота.

– Может, сделаем мост? Это чуть проще, чем наладить такую дыру, – обращаюсь к фею, но тот только пожимает плечами.

– По поводу строительства ты у нас профи. Как сделаешь, так и будет, – фей стоит на другой стороне этой лужи и с интересом кидает в нее камешки. Звук, ближе к середине, говорит об изрядной глубине этого образования.

Начинает накрапывать мелкий дождь. Ежусь. Под накидкой Академии, конечно, тепло – все ж магическая. Но морось забивается в открытые участки, попадает внутрь, и о магии чуть забываешь.

Вздрагиваю от громкого стука копыт. Из-за поворота, со стороны ратуши, вылетает знакомая карета, запряженная четверкой лошадей. Я полностью уверен, что она остановится и развернется, ибо ехать по огромной луже – это верх слабоумия и отваги. Но у кучера имеется как первое, так и второе в полном достатке, так как буквально через несколько мгновений меня окатывает волна воды и грязи. Лужа выходит из берегов.

Первым делом пугаюсь за Феофана – его ведь могло накрыть с головой или снести волной.

Но фей стоит как ни в чем ни бывало сухой и здоровый. Его закрывает щит.

– Ты мог бы и меня прикрыть? – возмущаюсь.

– Был бы ближе – прикрыл бы. – Фей пожимает плечами. – Вить, ну я ж тебе говорил, что меня надо держать поближе к себе. Извини, не дотянулся.

– Черт! – оглядываю себя. С меня практически отваливаются куски грязи.

– Вот они! Днём с огнём вас не сыщешь! Сколько бумаг накатала, сколько жалоб. Сколько лет ещё вас ждать⁈ – мимо проходит сварливая бабка, потрясывая клюкой.

Я не вступаю в разговор, хожу вокруг лужи, стараясь понять, что с ней делать.

– Прочувствовал всю глубину наших глубин? – не успокаивается женщина, показывая на мою одежду пальцем. – То-то же! А мы каждый день тут катаемся. Не разгонишься – не проедешь. А потом сушишь-сушишь все вещи дома.

– Бабуль, не суети, – фей как раз в разговоры вступает с удовольствием. Он тоже выглядит сосредоточенным, будто это ему прямо сейчас нужно придумать, как высушить озеро и срастить два участка дороги. – Сейчас придумаем, что с этим делать и сделаем.

– Что делать, что делать. Тьфу! – сплевывает бабка. – Руки вон на статую наложи. Года два как такой же магик как твой делал. Чуть пуп себе не надорвал. Я его еще чаем поила. И что ты думаешь? Всего на полгода хватило магика-то того! Хиляк! Присылают не пойми кого, а потом делай снова. Тьфу на вас, только деньги воруют! – проходит мимо и заходит в соседний дом.

А совет-то неплох, прислушиваюсь к ворчанию. У тротуара вижу небольшой камень необычной формы. Больше напоминает скульптуру руки. Кладу руку и она словно примагничивается. А я начинаю чувствовать кусочки целого. Ага. Снимаю руку. Все наваждение сразу же пропадает. Снова кладу. Снова чувствую множество кусочков целого в разных сторонах.

Подаю чуть магии в статую. Интересно – один из кусочков зашевелился. А если так? Чуть меняю позу. Вспоминаю ощущение при зарядке кристаллов и мгновенно, словно переключившись, начинаю видеть потоки, как в подвале. Ну, может, чуть побледнее. Хм. Значит, круг и специальная поза нужны только для настройки. Ну, и, может, для более полного контроля. Отличненько. Сейчас это и проверим.

Подаю магию в статую-амулет широким потоком.

Камни вокруг начинают быстро шевелиться и катиться в лужу. Замечаю, что это делают далеко не все камни, а только те, которые я ощущаю частицами целого. Камни быстро падают в прудик, и лужа выходит из берегов. Фей тут же ставит щит на себя и на меня.

Оглядываюсь. Немного испуганный фей отбивает щитом летящие мимо нас камни.

– Ты не отвлекайся, пожалуйста! Делай!

Возвращаюсь к ощущению целого, и теперь стараюсь контролировать летящее в нас.

– Да, – слышу голос Феофана. – У тебя получается!

Нормально. Концентрируюсь на задаче.

Камни падают в этот небольшой прудик, цепляются друг за друга, но все равно остаются пустоты. Не хватает прямо больших основных кусков.

Может поэтому, у мага года два назад не получилось?

Большую часть камней собираю минут за двадцать. Куча ответов от недостающих кусков дороги. Вот просто много. Причем, камни вроде пытаются ползти, но что-то их держит.

Подаю поток еще сильней.

Подкатываются оставшиеся свободные камни, некоторые, судя по изначальному ощущению, вообще были в реке. Но не все, не все.

Точечно подаю поток к тем камням, которые я просто чувствую. Убираю магию из ямы и максимально концентрируюсь на застрявших камнях. Я же чувствую, что еще чуть-чуть, и все сложится!

Камни начинают вибрировать, я это просто ощущаю. Скорее всего, даже нагреваются, и в момент вылетает сначала один, потом, почти как пуля, другой. И чуть позже ссыпаются в яму остальные.

Я максимально концентрируюсь на дороге. Камни вылетают и как в мозаике занимают свои места. Секунда, две, может, пять, и все куски целого срастаются в одно. Открываю глаза.

Ничего не напоминает о бывшем здесь пруде. Даже вода, видимо, сливается в реку.

Фей требовательно теребит меня за штанину.

– Что? – довольно спрашиваю Феофана.

Дорога выглядит идеально: почти сухая и абсолютно целая. Гладкая и, вроде как, новая.

– Витя, нам бы надо отсюда уходить. Вот правда!

– Почему? – удивляюсь.

– Оглянись, пожалуйста.

Оглядываюсь.

– А. Вот почему камни не хотели в дорогу ложиться! Местные их на свои постройки разбирали, и как бы не один год. Ага. Королевскую дорогу. На свои нужды.

– Архитекторы, топчись оно кролом! – фей сплевывает.

В голове мгновенно всплывают пункты законов.

– Это ж каторга, не меньше, – поражаюсь смелости местных. – Они же сами ремонт постоянно заказывают.

Рядом стоящие дома сейчас словно после бомбежки. Крупные дыры почти во всех строениях. Швы расходятся, а камни вырываются из кладок.

Сзади рушится здание. Разворачиваюсь. Каменно-деревянный двухэтажный сарай вообще складывается внутрь самого себя. Туда, видимо, камней дороги много ушло.

Сквозь одну из дыр наблюдаю давешнюю бабку, что пока не понимает, почему рухнуло полстены у нее на кухне. Выглядывает на улицу сквозь дыру.

– Да, кажется, ты прав. Пожалуй, мы пойдем. Контракт завизирую только. – Прикладываю контракт к очевидному месту в статуе и подаю магию.

Глава 9

Давай только без ненужного героизма?

– Слушай, – вспоминаю недавние слова фея. – Мы ж сюда на дирижабле прилетали, так?

– Да.

– Их порт далеко?

– Да здесь все близко, – пожимает плечами фей. Сейчас он болтается в переноске. Я его сам сажаю туда во избежание, так сказать. – Твоими шагами, если продолжишь идти в ту же сторону, минут десять.

– Продолжу.

– А ужин? – Феофан пытается извернуться в переноске, чтобы на меня посмотреть. – Мы же на ужин шли⁈

– Не совсем. – Качаю головой. – Не суетись. Нам, до объявленного Мухой, еще полчаса, как минимум. Так что успеем.

– Эй! Но можно же было пока торт съесть, или два! Я ж видел, у него стояли. Когда еще так спокойно можно будет поесть, а?

– Слушай, мы-ж только что из-за стола! Вот часа не прошло!

– О еде думать вообще никогда не поздно! Проблемы никуда не убегут, а вот еда может закончиться. Давай в таверну? А? – Мы как раз пересекаем центральную площадь возле таверны.

В таверну к Мухе тянется народ. Даже на улицу наш знакомец умудряется выставить пару столов, но и они уже заняты. Похоже, действительно очень проходимое место. Просто с неработающим всем бороться за увеличение посетителей не было смысла. А вот сейчас таверна, в первый же день своего открытия, становится популярным местом у местных.

– Тебя из переноски вытащить? – спрашиваю фея. – Может сам пойдешь? В таверну вернешься, опять же? Сам.

Феофан неожиданно ничего не отвечает. Хм. Интересно.

Иду довольно быстро и, вроде бы, в правильном направлении. Фей тоже тут, по идее, ориентироваться не должен. Но молчит.

Почти пересекаю городок. Хотя почему почти? Подхожу к стене – значит пересекаю. Просто немного в другую сторону.

Дорога приводит к еще одним воротам. Сейчас они закрыты, но это не мудрено – сумерки уже. Открыта только калитка, у которой стоит стражник. Причем, такое ощущение, что это практически брат-близнец того, с входа в город. Такой же краснолицый и толстый. Разве что, без кольчуги и сидит, прислонившись к стене.

Сквозь открытую калитку вижу, что пришел я, кажется, вполне туда, куда надо. За воротами приличных размеров поле, на котором вдалеке стоит огромная белоснежная туша дирижабля.

Из переноски доносится всхрап. А, понятно, почему фей молчит. Ладно.

Подхожу к стражнику. Тот дремлет, вообще не заботясь ни о чем. Видимо, особо желающих пройти на поле не наблюдается.

– Уважаемый. – Трогаю его за плечо.

Мужик дергается и порывается встать.

– А, это ты… – откуда-то узнает меня и снова садится на место. – Что тебе нужно, маг без жетона?

Неожиданно.

– Откуда вы знаете? – удивляюсь вслух.

– Так, это… ты ж фигура, за которой приглядывать надо. Третий маг в городе. Нам уже сообщили. Да еще приметный – с феем на шее и патлатый. Не перепутать. Так чего тебе надо?

– Клерк в ратуше сообщил, похоже. – Просыпается фей. – Быстро он.

Стражник кивает, соглашаясь.

– Это его работа. Он же у нас по магической части. Так что хотел, маг без жетона? Сразу скажу, на поле не пущу – у тебя ж документов нет. Фей – это не документ.

– К кому обратиться, чтобы спросить про места в дирижабле?

– Тебе? – краснолицый добродушно усмехается. – Ни к кому, парень.

– То есть? – удивляюсь.

У меня в голове опять всплывают пункты и подпункты Устава Академии, где как раз четко указано, что «услуги передвижения любым видом транспорта, преподавателю Академии и ученикам, следующих по служебной надобности…» предоставляются бесплатно. Я практически вижу этот кусок текста.

– Никого нет сейчас?

– Никого нет сейчас для тебя, – соглашается и чуть дополняет мою фразу мужик. Впрочем, вполне добродушно. – У тебя же жетона нет, чего ты от них хочешь? Нет жетона – нет поездки.

– Но я маг! – Зажигаю огонек у себя на руке.

– Маг, – соглашается стражник, бросает спокойный взгляд на руку. – Мы уже и подтверждение из Академии получили. И если мы тебя на чем-нибудь поймаем, судить тебя будут как мага. Хочешь? – усмехаясь, кивает на файрболл. – Ты огонек-то погаси. Запалишь чего случайно.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.