Блестящий провал
Злата Лисицына

© Злата Лисицына, 2025

ISBN 978-5-0068-8541-7

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Глава первая

С самого детства я не люблю общественный транспорт. Куча людей, все толкаются, пинаются, а если это – микроавтобус, то уж лучше развернусь и пешком пойду. Моя неприязнь к автобусам началась с восьми лет, когда мне вместе с моей старшей сестрой нужно было доехать до центра города. Не помню точно с какой целью туда пиликали, но это и не так важно. На обратном пути мы в ожидании транспорта стояли на остановке минут пятнадцать, если не двадцать (это тоже не самое приятное). Вот автобус подъехал: красивый, огромный и битком набит народом. На этом моменте мой глаз уже слегка подергивался. Время поджимало и ждать следующего было некогда. Сестру, на удивление, большое количество людей вообще не смутило.

– Пойдем! – уверенно скомандовала она, и я медленно поплелась за ней. Сестра быстро прошмыгнула в автобус, а я отвлеклась на автомобиль, который громко просигналил кому-то на дороге. А потом… Двери с пыхтением захлопнулись и транспорт тронулся. Как я тогда ревела!.. Сначала не поняла, что произошло, а потом дошло, что осталась одна в центре города на совершенно незнакомой мне улице. Я ее видела первый (и последний) раз. Хорошо, что не додумалась за автобусом помчаться, а то вытянула бы руку и с воплем: «Сто-ой!» кинулась бы вдогонку. Спасибо маме, которая учила меня в таких ситуациях стоять на месте и ждать (до следующей остановки добраться не рискнула). Сестра появилась на горизонте минут через десять, а я со слезами кинулась к ней. Потом мы еще долго вспоминали эту историю и смеялись. Хотя, смеялась только она, а я сидела с каменным лицом. Что тогда мне было не до смеха, что сейчас.

Это к чему? Прямо сейчас я вновь стояла на остановке под навесом, прячась от пекла в тени, и, проходя какую-то головоломку, которую скачала на телефон давным-давно и забыла, ждала автобус. На скамейке недалеко от меня расположилась группа подростков моего возраста, которая бурно что-то обсуждала, а некоторые личности смеялись на всю улицу, да так, что аж уши заложило. Я слегка на них покосилась, но им было абсолютно все равно. Все так же обсуждали какую-то девчонку из параллели, которая недавно улетела на море. Что здесь смешного, не знаю. Лишь вздохнула, смирившись с тем, что мне придется это слушать до приезда транспорта. Только я об этом подумала, как издалека показалось что-то похожее на автобус. Прищурилась, чтобы разглядеть номер. Мой! Я быстренько-быстренько зашагала к другому концу остановки, туда, где он должен был остановиться. Хоть не придется про какую-то незнакомую мне девочку слушать. Этому я была очень рада.

Зашла в почти полный автобус, заплатила за проезд и стала просачиваться внутрь. В салоне было душно и жарко, аж глаза слезиться начали. Конечно, на дворе конец августа, лето все-таки!

Окно было открыто, но это не помогало избавиться от духоты. Наоборот, стало только хуже. Вздумалось Карине меня в гости приглашать именно сегодня, когда по прогнозу плюс тридцать с копейками, а на календаре воскресенье!

Я прошла в конец автобуса. Там было одно единственное место, но садиться туда не торопилась. Несмотря на то, что люблю посмотреть в окошко, пришлось воздержаться от такого удовольствия. А все потому, что на кресло падал золотой лучик дневного солнца. Он так пек, что мне одного взгляда на него хватило, чтобы ощутить эту жару на себе. Сразу представила, как выцветает моя черная футболка, которую я нацепила на себя. Куда смотрела, когда собиралась?..

Двери в шаге от меня с громким пыхтением захлопнулись, и транспорт наконец-то тронулся. За окнами сразу замелькали летние городские пейзажи: густорастущие деревья, которые стояли вплотную друг к другу, окружающая их трава и кусты. Листва слегка покачивались из-за небольшого теплого ветра. Вдалеке виднелась синяя река, а на заднем плане точно такие же темные заросли леса. Автобус остановился, некоторые пассажиры из него вышли. Хоть дышать легче стало! А через пару секунд транспорт вновь тронулся.

Сейчас мы проезжали мимо парка, поэтому все было зеленое, живописное и аккуратное. Но скоро мы свернем и перед нами откроется прелестнейший вид старых девятиэтажных домов. Чуть дальше как раз и живет Карина. Буквально в одной-двух остановках от меня. Можно было бы дойти до подруги пешком, но в такую жару не рискнула бы отправляться в такое путешествие.

Я стояла и смотрела в одно из окон, держась за ярко-желтый поручень. Вот мы уже проехали парк и теперь несемся по дороге прямиком к повороту. Автобус резко завернул направо, а я просто чудом не влетела в дверь. Оказывается, руки у меня не такие уж и сильные.

В транспорте было на удивление очень тихо. Никто ни с кем не общался, не выяснял отношения, никто даже ни разу не сказал что-то типа: «Откройте еще одно окно!» или: «Остановите на остановке!». Была абсолютная тишина, это не могло не радовать.

Лицезреть старые девятиэтажки мне надоело, поэтому я принялась вертеть головой в разные стороны, разглядывая пассажиров. Каждый был занят своим делом. Кто-то слушал музыку в наушниках и слегка качал головой в такт, кто-то просто уткнулся в телефон. А кто-то (я) стоял и от скуки башкой вертел влево-вправо. А чем еще заняться?

В принципе, ездить на автобусах не так-то уж и плохо. Думала, будет хуже. Как минимум залетит какая-то огромная пчела через открытую форточку и начнет кружить по автобусу, но этого, к счастью, не произошло.

Транспорт начал потихоньку тормозить, а я по привычке посмотрела в окно. На остановке стояло несколько человек, которые особо никак не отреагировали на автобус. Один паренек в свободных черных джинсах, классической футболке и кепке козырьком назад, из-под которой торчали волосы, только на пару секунд поднял голову. А потом снова уткнулся в телефон, надев большие наушники, которые до этого висели у него на шее.

Когда водитель понял, что никто не хочет заходить и выходить, автобус снова тронулся. Следующая остановка моя!

Сейчас мы проезжали мимо какой-то кафешки с интересным дизайном, и пока я рассматривала (хотя, просто мельком взглянула) свое отражение, меня сзади кто-то толкнул.

– Простите, – извинилась какая-то женщина, когда я обернулась.

– Ничего, – ответила я и опять погрузилась в свои мысли.

Когда транспорт остановился, выскочила из автобуса практически самая первая. Еще и солнце за облаками спряталось, красота! Теперь хотя бы не так жарко.

Я огляделась, чтобы вспомнить дорогу до Карины. Меня здесь не было давно, поэтому пришлось напрячь память. Обычно подруга приезжает ко мне, а не наоборот. А если уж и оказываюсь у нее в гостях, то провожает меня она, поэтому я дорогу не запоминаю. Последний раз была у нее дома… Так-так… Не помню… В общем, давно.

А-а, точно! Нужно повернуть направо, а затем идти прямо! Я зашагала по траве, а пройдя метров тридцать, увидела знакомый небольшой ларек с цветочками, который поставили здесь давным-давно. Значит, я на правильном пути!

Проходя мимо, кинула взгляд на цветы. В глаза бросились самые яркие, некоторые я видела впервые. Из всех, которые были здесь, знала только розы, хризантемы, ромашки, пионы и гвоздики. Остальные были мне незнакомы. На входе в ларек красовалась надпись: «Перерыв 15 минут». Знаем мы эти пятнадцать минут. Помню, пошла один раз с Кариной за ватрушкой в пекарню, а там тоже перерыв был. Прошло пятнадцать минут, тридцать минут, сорок… Каринка к тому моменту уже психанула и, злобно махнув рукой, развернулась и ушла, оставив меня. После этого за ватрушками в ту пекарню мы больше не ходили.

Я, вспомнив эту ситуацию, слегка захихикала. А потом, так же улыбаясь, пошла дальше. Дом Карины находился практически возле этого ларька, потому идти было недалеко.

Я долго звонила в дверь. Вот это представление! Сама позвала, мол, прибегай, да поскорей, а теперь не открывает! Дома Карина совершенно точно была одна, она сообщила мне это по телефону, когда звонила и приглашала в гости. По ее рассказу, родители уехали по каким-то важным делам до вечера, а ей одной, видите ли, скучно.

Я еще настойчивее нажала на кнопку звонка, даже услышала, как он затрезвонил в квартире.

– Каринка, а ну-ка открывай! – начала барабанить я в дверь, когда пиликанье звонка в очередной раз проигнорировали. Уже собиралась разворачиваться и уходить, как замок щелкнул и входная дверь слегка приоткрылась. Показалась рука подруги, которая держала дверную ручку.

– Кать, ты?

– Нет, это не Катя, это сосед со второго этажа, пришел сказать, что вы меня затопили!

– Очень оригинально, – произнесла Карина и открыла дверь нараспашку. Передо мной стояла подруга с ярким полотенцем на голове, придерживая его левой рукой. Я слегка дернула бровью, а подруга, как будто опомнившись, отошла в сторону, чтобы мне удалось зайти в квартиру.

– Голову мыла? Теперь понятно, почему ты так долго не открывала, – произнесла я, проходя в прихожую. Стянула с ног кроссовки и положила их на коврик для обуви. Карина на мой вопрос не ответила.

– Я тебе сейчас кое-что покажу, – таинственно произнесла подруга, а я удивленно подняла на нее глаза. Так-так-так, что-то интересненькое!

Карина быстро закрыла дверь и побежала в свою комнату. А когда я пошла за ней, вытянула вперед руку и попросила остаться в прихожей.

– Пока не заходи, я хочу посмотреть на твою реакцию! – выкрикнула она уже из комнаты.

– Что у тебя там? – шутливо спросила я. Скрестила руки на груди и, привалившись к дверному косяку, дожидалась подругу.

От нечего делать принялась осматривать квартиру Карины. Коридор, в котором я сейчас находилась, был длинный и большой. Здесь поместилась была целая толпа из десяти человек.

Рядом с входной дверью висело большое зеркало в полный рост. В нем мы с подругой иногда фотографируемся «на память», а потом смеемся друг над другом, пересматривая снимки, потому что чаще всего ни она, ни я нормально не получаемся. То моргнем, то она смешно рот откроет, что-то говоря, а я быстро щелкну.

Сразу после зеркала стоит большой старенький шкаф, в котором висит верхняя одежда. Пуховики, легкие весенние курточки, все там. А дальше – комната Карины.

Если пройти прямо по коридору, то дойдешь до ванной (она объединенная с туалетом). Повернув оттуда направо, будет кухня, которую родители подруги решили совместить с залом, а налево – их спальня. А, забыла сказать, что мне по правую руку находится кладовка. Там в основном разные банки с соленьями, ненужные вещи и старый велосипед. Вроде бы ничего не забыла…

– Смотри!

Каринка с гордым видом вышла из своей комнаты, только с каштановыми волосами. Я от такого поворота аж дар речи потеряла. Рот раскрыла и стою, глядя на подругу огромными от удивления глазами.

– Кать, муха залетит, – засмеялась подруга. Ее, похоже, моя реакция вполне устраивала. – Ну так что, как? Мне идет? Хотя нет, не отвечай, я и так знаю! – защебетала подруга.

И довольная метнулась к зеркалу, слегка меня толкнув. Видать, чтобы ее отражение не загораживала. Теперь Карина крутилась во все стороны, улыбаясь и оценивая прическу. Волосы у нее длинные и ухоженные, а до этого момента были еще и светло-русые!

– Ты что сделала?.. – только и спросила я. Так и стояла с открытым ртом, а замечание подруги пропустила мимо ушей. Теперь никакие мухи рядом тут летать не будут! Они уже от шока в обморок все попадали и лежат теперь, бедные, на спинке, примяв крылья, и в себя прийти не могут!

– Кать, может, к окулисту? Волосы покрасила!

И Карина, взяв передние пряди, слегка их приподняла, показывая мне. Чтобы лучше видно было!

– Да вижу я, что волосы!.. А чего это ты вдруг?

– Ну-у… – протянула Карина, отходя от зеркала и пройдя мимо меня. – Да та-ак… Захотелось что-то обновить! – закончила подруга.

Я немного приподняла бровь. У меня на лице, небось, было написано, что не верю. Ага, просто так испортить свой идеальный светло-русый? Интересно!

– А если честно? – с подозрением глянула я на подружку. Она стояла с невозмутимым видом и накручивала прядь на указательный палец.

– А? – спросила подруга, сделав вид, что не услышала мой вопрос.

– Говорю, причина же должна быть! – начала злиться я.

– Какая причина?

Карина скорчила недоуменное лицо и внимательно смотрела на меня.

– Не надо из себя дурочку корчить, Карина!

Подруга вздохнула, поняв, что ее раскусили, и принялась рассказывать:

– Ладно… В общем, я вчера ходила в магазин, захожу, смотрю: сарафан. Красивый такой, нарядный! Беру его, примеряю, глядь, а к цвету волос-то не подходит! Все, думаю, беда! А сарафанчик-то миленький такой, аккуратненький. Грех не взять просто!..

– И ты перекрасила свой идеальный светло-русый в каштановый, только потому, что он подходит к сарафану? – поинтересовалась я.

Каринка кивнула.

– Слабо верится… Я дружу с тобой уже много лет и вижу тебя насквозь! И ты бы не стала из-за какой-то одной вещи перекрашиваться!

После этих слов я внимательно посмотрела на подругу, а та рассматривала свои ногти на руках, как ни в чем не бывало. Словно и не про нее говорим.

– Только из-за сарафана? – вновь спросила я.

– Хорошо. Сарафан здесь ни при чем. Я перекрасилась по другой причине, – не выдержала подруга, вмиг став серьезной.

– И какая же причина? – продолжила выпытывать я.

Подруга промолчала и опустила глаза в пол. Я сразу почувствовала себя мамой, которая ругает своего ребенка.

– Карина?

– Просто он один раз сказал, что ему не нравятся русые, вот я и решила…

Подруга не успела договорить, как я ахнула и завелась:

– Ты что, перекрасила свой очаровательный натуральный светло-русый в каштановый, потому что твоему Алексею что-то там не нравится?!

Карина аж дернулась от неожиданности. На ее лице уже было написано, что она жалеет, что поделилась этим со мной. А что поделать, если подруга совершает абсолютно глупые поступки?

У нас с Каринкой у обеих были русые волосы, только у меня значительно темнее, чем у нее. У подруги они больше напоминали блонд. До сегодняшнего дня, разумеется.

– Ничего плохого в этом не вижу. Перекрасилась и перекрасилась, – только и сказала она, подняв голову и отвернувшись от меня. Я ударила себя ладонью по лбу и с печалью посмотрела на подругу. Неужели она не понимает, что не надо подстраиваться под какого-то там Лешу, а уж тем более краситься в другой цвет из-за его вкуса? Ну, не нравятся ему русые, так пусть скажет: «Пока-пока!» и гордо уйдет!

Я хотела ей продолжить высказывать свое мнение, но решила, что придержу язык за зубами. В конце концов, это ее жизнь и ее выбор, и пусть поступает так, как считает нужным. Тем более ссориться с Кариной из-за Алексея вообще не хотелось. Я подруге уже и так сто с лишним лекций прочитала про то, что нужно перестать бегать за мальчиком, но разве меня послушают?

Алексей – наш общий одноклассник и мальчишка, в которого Карина влюблена с начальной школы. В четвертом классе к нам пришло много новеньких, и один из них был сам Леша. Моя подружка сразу его заприметила. Он отличался от всех милой внешностью: зелеными, как солнечный лес, глазами и темными прямыми волосами, которые он обычно зачесывал набок. Лешка – типаж моей лучшей подруги, но я на него даже смотреть не хочу. Хоть бы к парикмахеру сходил, в порядок прическу привел!.. Многие девочки были в него с самого начала влюблены, но сейчас таких осталось, к счастью, немного.

– Мой типаж, – прошептала мне тогда на ухо Карина и улыбнулась.

Но, по закону жанра, он не обращал на бедную Каринку никакого внимания. Зато сразу прилип к нашей однокласснице и начал пытаться завязать с ней общение. Та девочка после этого дня стала очень раздражать мою подругу. Кстати, интересный факт: у нее были такие же волосы, как у новой Карины.

Общение между этой девчонкой и Лешей что-то не завязалось, и они разбрелись в разные стороны: Алексей к мальчишкам, а наша одноклассница к своим друзьям.

Годы шли, а влюбленность Каринки никуда не девалась. Я сначала думала, что он ей будет нравиться максимум недельку, а потом она заявит, что он какой-то не такой, и забудет. Но нет. Подруга продолжала любить Лешу, а он продолжал ее не замечать.

– Вот приду первого сентября в школу, все разом попадают, как я изменилась! – сказала подруга, направившись на кухню. – Особенно Леша в шоке будет! – добавила она, обернувшись на меня через плечо.

– Угу, – промычала я, пойдя за ней. Конечно, мечтай, подружка. Хорошо, если он еще не забыл, кто такая Карина Соколова. Про цвет волос даже заикаться не стану.

Бедная Каринка! Она кроме этого Алексея никого и не замечает! Когда я с ней говорила на эту тему, она только недовольно фыркала, утверждая, что разберется сама.

А если честно, то не такой уж этот Алексей и плохой. Как я уже говорила, для многих он красивый (хотя совершенно не в моем вкусе), а еще очень добрый. Это, наверное, самое лучшее его качество – доброта. Но на Каринку он, конечно, внимания не обращает. Вот вообще. Словно ее и нет. Иногда он может что-то ей сказать или просто на нее посмотреть, но это происходит очень редко. Короче говоря, относится к моей лучшей подруге нейтрально. Есть и есть, нет и нет.

– А по каким делам твои родители уехали? – переменила тему разговора я, когда мы уселись пить чай на кухне. Подруга поставила на стол вазочку с конфетами и печеньем, и я первым делом схватила одну шоколадную сладость. Карина посмеялась и села напротив меня с кружкой.

– Говорю же, по важным. Не знаю точно, меня в такие подробности не посвящали. С работой что-то связано, наверное… Я тебя поэтому и позвала, потому что одной скучно.

– По тебе видно, – не сдержалась я, обхватив кружку двумя руками и поднося ее к губам. Отхлебнула немного черного чая и сразу почувствовала, как горячая жидкость течет внутри меня. Раньше в жаркую погоду я пила только ледяную воду, но быстро поняла, что ею не напьешься. Захочется пить все больше и больше.

Карина удивленно подняла на меня глаза, а я, засмеявшись, указала на ее волосы.

– А, ты про это, – сказала Карина, – я уже и забыла.

Ага, забыла она. Кому рассказывает? Все лето мне жаловалась, как по Алексею соскучилась, и как ей хочется поскорее в школу, чтобы с ним увидеться, а теперь забыла, что из-за него покрасила волосы. Я не успокоюсь, пока у нее опять не отрастет ее русая шевелюра. Надеюсь, после этого она ее вновь не покрасит. Уж очень Каринке шел ее прошлый цвет волос, она такая милая с ним была.

– Как собираешься последнюю неделю лета провести? – поинтересовалась подруга, пока я за обе щеки уплетала печенье. Она же ограничилась одним зеленым чаем, сказав, что сегодня завтракала и теперь не голодна.

– Да как всегда, наверное… Буду готовиться к школе. Как морально, так и физически.

– В смысле? – подняла глаза Каринка.

– Ну, пару вещичек нужно прикупить. Из одежды. Остальное уже в шкафу висит.

– А-а, – протянула подруга, отхлебнув немного чая.

Пару секунд мы молчали, а потом я ни с того ни с сего предложила:

– Слушай, может, на днях на речку сходим?

Такой вопрос Карину явно поставил в тупик. Она сделала задумчивое лицо, а затем ответила:

– Можно… А когда?

Впрочем, это было сказано не совсем уверенно.

– Не знаю. Как-нибудь, – пожала я плечами, поставив кружку на стол. На дне плавали черные частички чая, которые я решила не допивать.

– Ну-у… У меня были другие планы на оставшееся лето… – начала мямлить себе под нос Каринка, а я закатила глаза.

– Не хочешь, как хочешь, – пожала я плечами. Если подруга решила остаться дома, то ее никак уже не вытащишь на улицу.

– Вот и супер! – обрадовалась Карина, а я только вздохнула.

Оглядела комнату. Солнце светило в окно, и часть белоснежного стола, накрытого сиреневой скатертью, вместе с вкусностями стала золотого цвета. Даже маленькие пылинки, летающие над нашими кружками, были четко видны. Без солнца их было бы не разглядеть.

Луч светил прямо в глаза, но я все равно увидела, как сияли и блестели волосы подруги, которые она собрала в высокий хвост. Даже после окрашивания они не потеряли это свойство.

– Ну что, чем займемся? – спросила я, когда Каринка допила чай, со звоном поставив кружку на стол. Стащив еще одну конфетку, стала наблюдать, как подруга, взяв посуду, направилась к раковине. Этикетка шуршала, вода струилась из-под крана, а Каринка, потянувшись за губкой, принялась мыть кружки.

– Пойдем гулять? – неожиданно предложила она и, закончив с кружками, повернулась к раковине спиной, руками держась за ее края. – Походим, подвигаемся… Чего дома сидеть?

Я вылупила глаза:

– Я пиликала до тебя не пойми сколько времени, а теперь ты предлагаешь пойти «подвигаться»?

Да, с «не пойми сколько времени» преувеличила. Две остановки это не так много, ездила и больше.

Карина поморгала, смотря на меня, а потом кивнула:

– Ну да.

– Пошли! – уверенно сказала я, поднявшись из-за стола.

Подруга засмеялась и поскакала к себе в комнату.

– Пойдем мне наряд выбирать! – крикнула она, когда мы обе вышли из кухни. Я по привычке щелкнула по выключателю, но свет только зажегся, потому что мы с Кариной вполне обходились естественным освещением. Пришлось возвращаться, чтобы зря не тратить электроэнергию.

Подруга в это время уже с задумчивым видом стояла около открытого шкафа в своей комнате и слегка почесывала подбородок правой рукой. Другая находилась на боку.

– Кать, – резко произнесла она. Я аж подпрыгнула от неожиданности.

Вопросительно кивнула, а Карина вместо ответа молча потянулась к вешалке, что-то с нее снимая. Что именно, я не видела, потому что стояла в дверном проходе, как всегда прислонившись плечом к косяку. Это моя любимая поза.

– Вот как ты думаешь…

Подруга замолчала, с задумчивым видом оглядывая симпатичную черную кофточку.

– Хотя нет, ее я вчера надевала, – закончила Каринка. Мое мнение, похоже, уже не учитывалось. Она снова потянулась к шкафу и достала оттуда серую толстовку с большим капюшоном. Такой парашют я видела впервые. Она была на два, а то и три размера больше. – А вот это очень даже ничего… Но такой верх не подойдет к моим джинсам.

– Так надень сарафан, который вчера купила. Что, зря красилась? – посмеиваясь, спросила я.

Каринка на меня покосилась, а затем, отвернувшись, ответила:

– Я же сказала, сарафан ни при чем… Его я надену в другой раз. Он в стирке. И сегодня у меня нет настроения надевать платья и юбки. Хочется чего-то… спортивного.

И я, не церемонясь, подошла к Карине и заглянула в ее шкаф через плечо. Она была не против, даже отошла в сторону, чтобы у меня получилось хорошенько разглядеть ее наряды. Достала первую попавшуюся футболку и протянула ее подруге.

– Вот! Отличная вещь! Зачем тебе какие-то там кофты, если на улице жарища? Держи! – скомандовала я, протягивая Каринке белую футболку с ярким рисунком на всю спину.

Каринка, взяв ее у меня, просто кинула вещь на кровать. Она легко приземлилась, словно была пушинкой, а подруга в это время уже рассуждала:

– Полдела сделано, осталось выбрать низ!

Карина с пыхтением наклонилась к нижней полке и, взяв вещи в охапку, кинула на пол. Я с удивлением на это смотрела, в то время как Каринка стала выбирать:

– Так… Эти джинсы слишком темные, эти брюки я в школу надевала, эти штаны, конечно, подходят, но они чересчур серые и уже потрепанные. Их только дома носить. О! А вот эти очень даже ничего… В меру светлые, к футболке, думаю, подойдут. В них и пойду!

Подружка тараторила так, что у меня голова заболела. Или, может, это из-за жары. У Карины в комнате нет ни кондиционера, ни вентилятора, есть только настежь открытое окно, которое ситуацию не спасало. А, наоборот, только усугубляло.

В общем, не знаю, что стало причиной моей головной боли, но одно я могу сказать точно: моя подружка просто обожает собираться на гулянки (это можно понять по ее гардеробу).

Когда с одеждой, к счастью, было покончено, подруга принялась за макияж. На этом этапе я поняла, что дело не так уж и худо, потому что Каринка красится немного. Но, несмотря на это, у нее большая часть стола занята всякими штучками для макияжа. Несколько бальзамов и помад для губ, три вида румян, консилер, тональный крем, карандаш для бровей, и все это по несколько экземпляров… Куда ей столько?

Подруга села за стол и, придвинув поближе небольшой зеркальце, взяла в руки спонжик, который перед этим сбегала намочить.

Посмотрев на нее и, вздохнув, я отправилась на балкон, чтобы не мешать Каринке и не стоять без дела. Хорошее место, не так ли? Особенно в жару. Он у нее небольшой, но вместительный (а еще находился как раз в ее комнате). Здесь стояла сушилка для одежды (сейчас она была абсолютно пустая), старая стремянка, которая покрылась уже сотым слоем пыли, и несколько горшков с комнатными растениями, которые вот-вот завянут. На них без слез не взглянешь! Каринка решила от скуки за растениями ухаживать, но они такую хозяйку, бедные, не выдержали. Она прошлым летом уже выращивала помидоры, так они у нее через несколько дней все подохли.

Выглянув в окно, я первым делом посмотрела на детскую площадку. Раньше она была старенькая и не отремонтированная, хотя, сейчас ее тоже нельзя назвать новой. Просто поставили другую горку, покрасили качели и добавили одну карусель. В остальном все было как и несколько лет назад.

Я секунд двадцать понаблюдала за двумя мальчишками, которые гоняли по площадке футбольный мяч, оббегая препятствия в виде качелей, и решила вернуться к Карине.

Как только переступила балкон, мой взгляд упал на угол около двери. Там стояли весы, а рядом лежала скакалка. До этого дверь в комнату была открыта, поэтому ничего не было видно. Но теперь Карина, видимо, по привычке ее закрыла. Сейчас подруга сидела и с сосредоточенным видом красила ресницы, приоткрыв рот. Захотелось пошутить про муху, которая сначала должна была залететь мне, а теперь ей, но я сдержалась. А то сейчас накосячит и на меня гнать начнет.

– А зачем тебе весы в комнате? – все-таки спросила я.

– А? – оторвалась от ресничек подруга и повернулась ко мне. Я указала пальцем на угол. – Просто так. Для красоты.

И подруга вернулась к макияжу. А я стояла в недоумении. Старенькие потрепанные весы теперь для красоты используют?

Комната Карины была в нежных оттенках и никак не сочеталась с вещью, которая лежала около двери. Ладно скакалка, она подходила к интерьеру, потому что голубого цвета. А вот весы…

Каринка теперь поворачивалась то одной стороной лица к зеркалу, то другой, оценивая результат. Немного покривлялась и торжественно произнесла:

– Еще минуточку… И не надо так смотреть! – добавила подруга, глянув на меня через зеркало. Я стояла, скрестив руки на груди, и с недовольным лицом наблюдала за подругой. Было такое ощущение, что на лбу у меня субтитры появились, и было видно все, что я сейчас думаю. Конечно, наводит красоту тут по полчаса, когда могла выйти на улицу прямо вот так, в домашней одежде. Все равно никого из знакомых не встретим, чего бояться-то? Хотя да, домашняя одежда – это уже перебор, Каринка на такие подвиги еще не способна.

Я вздохнула и прошлась по комнате, поставив руки на пояс. Ходила туда-сюда, туда-сюда, пока не услышала заветное:

– Теперь точно все!

Карина повернулась ко мне и продемонстрировала макияж.

– Как тебе?

Я показала подруге большой палец и ответила:

– Супер! А теперь бежим гулять!

Подруга радостно улыбнулась в ответ и, накидав все в косметичку, выставила меня за дверь, сказав, что ей нужно переодеться. Я в это время отправилась ждать ее в коридор. Хорошо, что образ уже подобран, и ей осталось только все на себя нацепить.

Карина вышла из комнаты через три минуты. Я сидела на маленькой тумбочке, которая стояла около входной двери, и, привалившись головой к стене, уже, кажется, начинала засыпать. Эти три минуты длились, как три дня. Подруга сразу подбежала к зеркалу, сказав, что нужно посмотреть, как лежат волосы. Сейчас она их распустила, из-за чего ее каштановая шевелюра аккуратно рассыпалась по плечам.

– Блин, Кать, эта футболка меня полнит, – с досадой в голосе сказала Каринка. – Давай я быстренько переоденусь?

– Ты прикалываешься? – возмутилась я. – Карина, никаких «переоденусь»! Все идеально сидит и смотрится. Тебе уже кажется непонятно что, ничего тебя не полнит!..

Но подруга уже очутилась у себя в комнате, закрыв дверь и не дослушав меня.

– Карина!

Молчание.

– Я сейчас без тебя гулять уйду!

Тишина. А через секунду в комнате что-то громыхнуло. Было ощущение, что она в футболке запуталась и на пол повалилась.

– С тобой там все в порядке? – вновь крикнула я.

– Катька, все замечательно! Подожди только чуть-чуть!

Карина вышла ко мне уже в розовой футболке и с кулончикам на шее. Даже украшение надеть не забыла.

– Теперь точно-точно готова! – успокоила она меня. А я стояла, стиснув зубы, и смотрела на нее.

– Я уже запариться тридцать раз успела, пока тебя ждала. Лучше бы дома сидели!.. И в настольные игры играли!

– Ой, все, не нервничай. Сейчас пойдем уже.

Подруга подошла к зеркалу и ойкнула. Это мне сразу не понравилось.

– Не смей говорить, что и эта майка тебя не устраивает! – взбесилась я.

– Да не-ет! Просто теперь джинсы к ней не подходят.

Я злобно посмотрела на подругу. Она вздохнула и взяла ложку для обуви, чтобы надеть кроссовки. Сама я уже была давным-давно готова. Ссориться с ней мне не хотелось, поэтому промолчала. Кроме нее-то у меня никого и нет. Из друзей, в смысле.

С горем пополам вы вышли из квартиры, и я испытала такое облегчение, что не передать словами. Когда мы вышли из подъезда, улица встретила нас летней духотой. Она налетела на нас так резко, что у меня слегка закружилась голова. Стало жарко до такой степени, аж глаза чуть не заслезились.

– А ты, дурная башка, хотела еще кофту напялить! – сказала я, повернувшись к Карине. Она лишь скорчила рожицу. – Куда пойдем? В магазин?

– Только вышли на улицу, а Катьке лишь бы в магазин! – недовольно пробурчала Каринка.

Куст, который находился около меня, подозрительно громко хрустнул. От неожиданности я дернулась, а подруга только приподняла одну бровь. Она делала так всегда, когда удивлялась. А иногда просто без причины, это как получится.

– Слушай, пойдем уже хоть куда-нибудь? Мне тут не нравится, здесь кошки бездомные ходят! – попросила я, подходя к подруге поближе. Дворовые кошки – моя отдельная «любовь». Они меня всегда пугали, и на то есть причины. Но об этом я расскажу чуть позже. Кто знает, что у них на уме!..

Зато Карина в этих созданиях души не чает! В детстве таскала чуть ли не каждый день домой, то черную кошку принесет, то белую, то какую-то серо-буро-малиновую. Ее маме это очень не нравилось. Один раз она даже выставила подругу за дверь, сказав, что ни с какими кошками в свою квартиру ее не пустит. Каринка тогда весь день шаталась по улице, обидевшись на маму. Из-за того, что было лето, темнело поздно, поэтому Карина явилась только в десять. Последние минут двадцать она находилась на лестничной клетке в подъезде с этим котенком на коленях. А потом пошла к квартире. И то потому, что проголодалась, а то так бы и просидела на ступеньках до рассвета.

После этого случая, конечно, ее любовь к кошкам не прошла, но домой она их уже не таскала.

– Ой, да ладно тебе! Не переживай по пустякам, – посоветовала подруга, но все-таки двинулась в сторону арки, которая должна выйти на автобусную остановку (как раз там я и была сегодня), а дальше привести к небольшому продуктовому магазину. Я старалась не отставать, боязливо оглядываясь назад и разглядывая кусты, но, естественно, ничего подозрительного там не увидела.

Карина уверенно шла, не замолкая ни на секунду. Говорила о своем ненаглядном Алексее, который в конце мая как-то по-особенному на нее посмотрел, а она это запомнила и прокручивала в голове при любом удобном случае.

Конечно, я понимала, что посмотрел на нее он тогда совершенно случайно и через пару секунд отвернулся, но подружка так воодушевленно об этом повествовала, что я решила свои пять копеек по поводу Алексея не вставлять. Не буду портить Каринке настроение.

– А еще я вспомнила, как он помог мне на литературе, когда меня попросили ответить на какой-то супер непонятный вопрос. А я эту книгу даже не читала, представляешь? Так, перед уроком краткое содержание пролистала и надеялась на удачу… В общем, он сидел впереди, а когда меня спросили, повернулся и стал нашептывать правильный ответ. Эх-х, Катя-я… Он меня так тогда выручил, ты даже себе не представляешь!..

– Вот это да… – не особо заинтересованно ответила я, закатив глаза и устремив взгляд в сторону высокого дуба, листва которого слегка раскачивалась из стороны в сторону. В лицо подул ветерок, но он был настолько горячий, что я чуть не зажарилась.

Подруга продолжала трындеть, а я только время от времени вздыхала. Она может рассказать мне что-то нормальное? Такое, что хотелось бы слушать…

В который раз она мне повествует эту историю? Раз двадцатый точно!..

– …а потом нас с тобой рассадили. Это было на следующий день, кстати… Ой! Я вспомнила, как он со мной в пару на физкультуре встал, ну, когда у нас еще волейбол был… Помнишь?

– Угу-у… – промычала я.

– Ну так вот, он подходит ко мне и такой: «Карин, хочешь со мной в паре быть?»

– Ага, мне потом пришлось стоять с его лучшим другом! – перебила я. Нервы были уже на пределе. Надолго запомню тот день, когда мне этот недалекий Снегов мячом прямо в голову попал. Спасибо хоть не баскетбольным!..

– Зато я так счастлива тогда была!..

Карина после этих слов закрыла глаза и сделала такое мечтательное выражение лица, подняв вверх голову, что я чуть не рассмеялась. Какая же она забавная!

– Ой, а сейчас я вспомнила, как случайно его на улице встретила. Я еще в таких старомодных шортах тогда вышла и выцветшей футболке! А что? Я на пять секунд мусор пошла выкинуть, кто мне запретит так одеться? Думала, что все равно никого не встречу… Ага, не встречу! После этого я даже на мусорку при параде иду!

Я шла рядом, смотря себе под ноги. От нечего делать время от времени пинала лежавшие на дороге камешки. Один раз так пнула, что он чуть не улетел в окно первого этажа.

– Эх, Леша, Леша… Вот бы тебя сейчас точно так же встретить… Я так соскучилась за лето… – пробубнила Карина, вздохнув.

Мы уже прошли светлую от солнечного света арку и шли по направлению к автобусной остановке.

– Слушай, приглуши уже свою шарманку! Твой Алексей что, последний на земле? Все, кроме него приличных мальчиков больше нет? – раздраженно и достаточно громко спросила я.

И только это договорила, как Карина резко остановилась, словно приклеили и огромными глазами стала смотреть вперед. Хорошо хоть рот не открыла от удивления. В тот момент мне было даже страшно проследить за ее взглядом. Медленно повернув голову туда же, куда и подруга, я застыла, как и она.

На остановке стоял Алексей, который сейчас оглядывался по сторонам, словно кого-то ища взглядом. В руке у него лежал включенный телефон.

– Карина, скажи честно, ты ведьма?.. – прошептала я, не отводя удивленный взгляд от остановки. Прямо сейчас подъехал мой автобус и из него вывалилась толпа народа, но нас это ни капельки не смутило.

– Я надеюсь, он тебя не услышал, – хриплым голосом сказала Каринка, а потом, как будто придя в себя, поскакала за мою спину. Хоть верещать не стала, и на том спасибо!

Я повернула на нее голову и вопросительно посмотрела. Конечно, знала, что она останется под большим впечатлением от этой встречи, но чтобы настолько…

Из-за того, что подруга была выше меня, эта картина выглядела очень забавно. Карина еще и на полусогнутых ногах сейчас стояла, выглядывая из-за моей спины. Увидь я такое со стороны, обязательно расхохоталась бы.

Согнувшись в три погибели, Каринка осторожно смотрела на Лешу, шепча при этом, что лучше бы мы сидели дома. Я была с ней полностью согласна.

Алексей, который до этого кого-то высматривал, теперь заприметил нас и с интересом пялился в нашу сторону. На кого именно, я разглядеть не могла из-за слепящего глаза яркого солнца.

– Карин, он походу нас заметил, – прошептала я, слегка наклонившись к подруге, потому что по-другому она бы меня никогда не услышала.

Каринка сначала сжалась еще больше, зашипел, как змея, что-то невнятное по типу: «Ой-ой-ой…”, но потом (видимо, поняв, что со стороны выглядит очень смешно и глупо), незаметно кинула на землю резиночку для волос, которую незаметно вытащила из сумочки. Присела, а потом, демонстративно подняла предмет с земли и, выпрямившись, громко провозгласила:

– О-ой! Кать! Нашла все-таки! Представляешь, прямо под ногами валялась!

Она сказала это так громко, что мне даже показалось, будто Алексей сейчас пытался ее разглядеть за моей спиной, скорчив при этом непонятное выражение лица. Но наверняка я сказать не могла, солнечный свет не позволял!

После этих слов моя гениальная подруга подняла резиночку прямо над головой, чтобы наверняка ее было видно. Конечно, вдруг Алексей оглох малость за лето!

– Нет, ты представля-яешь! Упала и пропала! Ха-ха!

– Хватит, – встревоженно попросила я. – Переигрываешь…

Карине с ее актерскими талантами следует в театральное поступать!

– Какая я растяпа! – заключила подруга. На тот раз мне стало так смешно, что я еле сдерживала хохот. Слегка подергиваясь от беззвучного смеха, пытаясь сдержать улыбку и изо всех сил сжимая губы, косо смотрела на Каринку, словно на клоуна в цирке.

А секунду спустя подруга невозмутимо завязывала волосы этой самый резинкой, а у меня от такого начал слегка дергаться глаз. Ведь неизвестно, кто здесь ходил и на это место наступал. А она даже не отряхнула предмет, сразу на чистые блестящие волосы. Молодец!..

Застыв с поднятыми руками, она посмотрела сначала на Алексея, потом на меня и, словно очнувшись, рывком стянула резинку, покрутив туда-сюда головой, чтобы волосы красиво разлетелись. Сначала я подумала, что к ней здравый смысл пришел, а потом вздохнула, увидев, как она вертит своей головой то в одну сторону, то в другую. Специально ведь перед Лешей красуется.

– Ты так и будешь здесь стоять? – спросила у меня подруга, убирая резинку для волос обратно в небольшую сумку, которая сейчас висела у нее на плече.

– А что мне, плясать, что ли? – улыбнулась я, повернувшись к однокласснику на остановке. Он так и стоял на месте. Мимо проезжали автобусы, проходили люди, пробегали домашние животных с хозяевами, а он все стоял и пялился. Ни стыда, ни совести!

– Хотя бы перестань на него смотреть! – прошептала Карина. Вздохнув, я закатила глаза. После ее слов сложилось впечатление, что она сама сейчас возьмет и отвернет мою голову в другую сторону, чтобы на ее дорогого Алексея меньше другие девчонки смотрели. Хотя я не «другая девчонка», А Катя Ландышева, ее лучшая подруга, между прочим!

Действительно, что это я на него засмотрелась? Как будто первый раз встретила. Я сразу перевела взгляд на подругу.

– Ну не знаю, хоть подвигайся как-то… Стоишь как статуя! – попросила она.

Я, решив поприкалываться над Каринкой, повернулась к ней лицом и слегка приподняла одну руку. В моем голове выглядело это так забавно, что не сдержалась и засмеялась. Карина слегка покраснела, стоя с абсолютно каменным лицом. От этого мне стало еще смешнее.

– Карин, да ладно тебе, – махнула я рукой. – Ну Леша и Леша. Что такого необычного-то?

– А ты можешь еще погромче это сказать? – вновь прошипела подруга, выглядывая из-за меня и смотря на объект своей симпатии.

Я не удержалась и тоже обернулась на одноклассника. Сейчас он стоял все на том же месте, не шелохнувшись, и смотрел на нас, улыбаясь. Это увидела, только когда приложила руку в лицу, создавая тень. Встретившись с его зелеными глазами, сразу отвела взгляд в сторону. Подруге про его отличное настроение решила не говорить, мало ли что. Она сейчас вертела головой в разные стороны, лишь бы не смотреть дольше нескольких секунд на Алексея.

– Так, теперь срочно уходим! – заявила Карина. – А то мы что-то задержались.

И прежде, чем я успела ответить, схватила меня за руку и потащила в противоположную от остановки сторону. Шла она, слегка наклонившись вперед, что говорило о ее напряженности.

– Все, уехал твой Алексей! – громко заявила я, в последний раз обернувшись на одноклассника. Карина с интересом посмотрела на меня. – Вот, только что в автобус запрыгнул.

Я кивком указала на остановку, которая сейчас была практически пустая. Видимо, все те люди, что стояли там буквально пару секунд назад и так долго не уезжали, ждали один и тот же транспорт. Не представляю, в какой духоте сейчас придется ехать Алексею, но это, как говорится, не мои проблемы. Я свое уже отъездила сегодня, теперь его очередь!

– Какой позор!.. – начала причитать подруга. А я уже предвкушала, что все оставшееся время она будет вспоминать сегодняшний день, говоря именно эти слова. – Кошмар! Это же надо!..

Я, вздохнув, решила ей ничего не отвечать. В эту секунду даже порадовалась, что не сказала подружке про его улыбку, а то тогда бы она точно упала в обморок!.. Ну, или прыгнула в ближайшие кусты и сидела бы там до ночи, сгорая со стыда. Вышла бы только когда стемнело, чтобы никто не заметил ее красного лица. А я бы все это время дежурила около подруги, периодически успокаивая и уговаривая вылезти наружу. А будь у нее кофта с капюшоном, так она обязательно нацепила бы его на голову, опустила бы до самого носа и заявила: «Буду ходить так всю оставшуюся жизнь!».

Про магазин, в который планировали отправиться с самого начала, мы сразу же забыли. Уселись на первую попавшуюся лавочку возле какого-то старенького подъезда и принялись обсуждать эту ситуацию. Каринка – вся красная, а я с абсолютно безразличным лицом. А что мне? Меня ее Алексей не интересует…

Хотя, это вряд ли можно назвать «обсуждением ситуации», потому что единственное, что произносила подруга, было:

– Катя-я, как я теперь вообще рядом с ним стоять буду-у? Это же та-акой стыд!..

Я, подумав про себя, что ей вовсе не обязательно стоять около него, хотела именно это и сказать, но побоялась, что чувствительная психика подруги такого напора точно не выдержит. Особенно после сегодняшней чудо-встречи. Единственное, что ответила Карине, было:

– Твой Алексей об этом забудет завтра же! А, может, уже забыл! Так что выкинь эту глупость из головы.

Ну, я как минимум попробовала. А успокаиваться подружке или нет, это уже ее личное решение.

– Нет, не забудет! – заявила Каринка, да так выразительно, словно заучивала текст для роли в кино. Честно, мне захотелось просто подняться и уйти домой, а подругу оставить причитать и дальше, но уже одну. Моя нервная система на ее монолог явно не рассчитана!

Домой я отправилась в семь вечера. Как я и предполагала, в самом начале Карина жаловалась мне, что опозорилась до конца своих дней, но потом как-то подозрительно резко перестала об этом говорить, и мы отправились покупать мороженое. Точнее, взяла его только я, а подруга ограничилась обычной водой из холодильника, ссылаясь на потерянный в такую жару аппетит.

Дальше мы еще чуть-чуть походили, устали и вернулись домой к Карине, где просто бесились и громко смеялись, а потом даже успели убраться у нее в комнате, потому что ее, оказывается, об этом просила мама еще неделю назад, а она вспомнила только сейчас. А я и не возражала.

Больше мы, на мое счастье, Алексея не вспоминали. Только изредка Каринка о нем упоминала, но долгий разговор не заводила, что не могло не радовать. В общем, оставшееся время прошло замечательно.

В целом, домой я возвращалась в хорошем настроении. Потратила последние деньги, которые мне периодически давали на карманные расходы, зато поела вкусное мороженое. Что, в конце концов, может быть лучше этого холодного угощения в жаркий летний день, особенно после всех этих впечатлений от встречи с Алексеем? Наверное, только лежать под вентилятором, плотно зашторив окна, чтобы обжигающие солнечные лучи не попадали в комнату.

Автобус был набит битком. Выходной, вечер, всем нужно куда-то доехать. Если в первой половине дня люди спали или сидели по домам, прячась от беспощадной жары, то к вечеру выползли наружу.

Меня же люди зажали с двух сторон. Я даже испугалась, как бы мне не стало плохо от такого. Пошатываясь из стороны в сторону по мере того, как ехал автобус, отсчитывала каждую секунду, которая отделяла меня от дома. Уже представила, как зайду в прохладную квартиру и первым делом лягу отдыхать, потому что этот день меня здорово утомил.

Погрузившись в раздумья, чуть не проворонила свою остановку. Автобус стоял уже достаточно долго, и я успела выпрыгнуть из него в последний момент. Сразу всплыло воспоминание, как осталась в центре города, а сестра умчалась, оставив меня совершенно одну.

Отогнав от себя эти мысли, вышла из душного транспорта на уже не такую жаркую улицу. К вечеру стало заметно прохладнее, а солнце уже близилось к закату. Задержавшись на пару секунд на остановке, проводила взглядом уезжающий автобус и, подняв голову на розовое закатное небо и вдохнув летний воздух полной грудью, направилась в сторону дома.

Глава вторая

Зайдя в квартиру, я услышала оживленные голоса, доносящиеся из кухни. Подумав, что к нам внепланово пришли мамины подружки попить чай и побеседовать, как это обычно бывает, осторожно прикрыла дверь, стараясь сильно не шуметь, и в полной темноте принялась разуваться.

– О, Катя, ты уже пришла? – донеслись до меня слова мамы. – А к нам Света заглянула!

Я сразу оживилась. Потянулась к выключателю и через секунду прихожая залилась золотистым светом. Не думала, что сестренка сегодня к нам придет!

– Приве-ет, Катюш!

Света вышла меня встретить, а я, поздоровавшись с ней в ответ и скинув с ног кроссовки, спросила:

– Как Никуша поживает?

– Ой, все хорошо! Представляешь, несколько дней назад сидеть научилась. Сама!

Со Светой у нас разница в возрасте ровно десять лет, и у нее уже есть дети. Точнее, одна доченька. Она еще совсем маленькая, даже ходить еще не умеет, только вот с недавнего времени сидеть.

Несмотря на нашу большую разницу в возрасте, мы с сестренкой всегда были дружны и в детстве практически не ссорились. Когда я уже начала осознавать, кто я, где я и что мне вообще можно или нельзя, она была уже взрослой девушкой, у которой не было желания драться с мелкой, еще не совсем умной Катькой. То есть со мной.

И хоть у Светы были свои дела и интересы, она не отлынивала от обязанности со мной играть и проводить время. Помню, я обожала садиться около нее и слушать истории, связанные со школой. Да и не только с ней. Но в основном, конечно, она рассказывала именно про нее, потому что маленькая Катя так активно просила, что сестра не могла отказать. Мне тогда было примерно шесть лет, и в школе я еще не училась, но мне всегда было интересно слушать про это, как казалось тогда, волшебное здание, в котором царит дружеская атмосфера. Так думала, пока не пошла в первый класс!

– А с кем она? – поинтересовалась я, когда после мытья рук зашла на кухню. За круглым столом сидели мама с сестрой, а посередине стоял небольшой шоколадный торт, который, видимо, Света купила по дороге к нам. Облизнувшись, я уселась рядом, чтобы потихоньку взять кусочек. Мороженым, конечно, не наелась, еще хочу!

– С Пашей, – ответила Света, поднося к губам кружку с ароматным фруктовым чаем. Его сестра просто обожала еще с детства.

После этого все резко замолчали, и мама, оглядев нас, решила взять инициативу на себя:

– Как погуляла? – спросила она у меня.

– Нормально, – пожала я плечами, а мама закатила глаза. Ей не нравилось, когда я отвечала односложно, так как сама она обожала поболтать и могла подолгу развивать одну и ту же тему для разговора, обсуждая ее с разных «краев». Этим Света пошла к нее. Она такая же болтливая и веселая девушка, которая притягивает всех своей позитивной энергетикой. Порой старшая сестра кажется все той же беззаботной шестнадцатилетней девочкой-подростком, какой я ее запомнила с детства.

– Ну вот и славно…

И снова повисла несвойственная для нашего дома тишина. Я им, наверное, помешала свои резким приходом домой. Поэтому, положив кусок торта на небольшую тарелочку и взяв ложку, заявила, что пойду есть к себе, чтобы не отвлекать их от разговора.

Пройдя в комнату и прикрыв за собой дверь, оставив только небольшую щелочку для воздуха, поставила тарелку на стол и приготовилась к поеданию десерта.

Моя комнатка небольшая, но достаточно уютная. Несколько месяцев назад я решила что-то в ней поменять. Сначала ограничилась гирляндой на все стены, которая до сих пор висела над моей головой, но потом, подключив воображение, взяла в руки кисть для покраски стен и много-много самой краски.

Уверенная в своих силах, стала разрисовывать стены. Когда мы переезжали в эту квартиру, родители долго не могли решить, какого цвета сделать мне обои. У меня они спросить не могли, потому что я едва ли научилась перекатываться со спины на живот, поэтому они сошлись во мнении, что пока что купят обычные светлые, а во взрослом возрасте я сама решу, какие мне хочется. Купили, приклеили и забыли. А на меня что-то так налетело вдохновение, вот и решила слегка преобразить свою «берлогу». Тем более эти обои были уже испачканы в моих же детский рисунках (в пять лет я с удовольствием размахивала здесь фломастером, рисуя то сердечки, то звездочки, то какие-то каракули).

Терять было особо нечего, поэтому я закрасила все стены в стиле космоса. Это мне показалось достаточно интересным и загадочным. Да, без косяков не обошлось, но у меня получилось все подправить!

Обоев мне не хватило, поэтому принялась за мебель. Вот тут-то я и разгулялась! Пыхтела несколько дней, такой бардак был в комнате, аж заглянуть было страшно. К счастью, мои старания не прошли даром, и получилось все даже лучше, чем я себе представляла.

После всех этих страданий, связанных с краской, бесконечным проветриванием и временным «переездом» в другое помещение, моя комната выглядела так, как будто я летаю в открытом космосе, а вокруг различные звезды и планеты. А около дверного проема даже не поленилась и нарисовала Землю. Над ней я работала долго и старательно, боясь случайно сделать какое-то резкое движение, чтобы все потом не перерисовывать. Луну тоже изобразила очень похоже, а солнце спряталось у меня за шкафом, видны были только слегка выглядывающие лучи (не хватило краски).

Правда, тогда я не изучала, в каком порядке должны быть планеты, поэтому они все были вперемешку, но, по-моему, так получилось даже оригинальнее!

– Тук-тук, можно? – раздался голос Светы за дверью, как только я, отодвинув от себя пустую, измазанную в шоколадном креме, тарелку повернулась к окну.

– Тебе все можно, – ответила в шутку. Если сестра сейчас ворвется в комнату и начнет здесь все с воплем переворачивать, то такое точно не допускается! Представив эту картину, я захихикала.

– Спасибо за разрешение, – улыбнулась Света, заходя в комнату. – Ой! Я испугалась! Совсем забыла, что ты тут все так… Преобразила! – воскликнула она.

Я рассмеялась:

– Спасибо, старалась!

Света продолжала оглядывать комнату, как будто видела изменения впервые. Даже за углом, который прикрывала дверь, посмотрела.

– Так, я зачем пришла-то? – Она сделала задумчивое лицо и посмотрела на меня, словно ожидала, что ей сейчас ответят на этот вопрос. Я лишь развела руками, пожав при этом плечами. – Точно! Собирайся, сестренка, мы едем на дачу! – радостно заявила моя сестричка, а я от такого чуть со стула а не упала.

– Когда? Сейчас?! – воскликнула, ужаснувшись. Там же делать нечего, общаться не с кем… Да и тем более, мне нужно готовиться к школе!..

– Не-а, завтра!

Эта фраза меня как будто должна была успокоить.

– А для чего нам туда?

Сестра, словно готовилась к такому вопросу, быстро ответила:

– Мы там давно не убирались, мама попросила помочь. Да и развеяться перед школой не помешало бы, сейчас же вся эта суета со сборами начнется!

Я закатила глаза. Сборы в школу будут только у меня, да и проблем с этим быть не должно. Хотя, мне нужно прикупить кое-какую одежду, но там совсем немного… Всего лишь список из пары пунктов! А остальное, так и быть, с прошлого года буду носить.

Я уже открыла рот, чтобы сообщить, что останусь дома, как Света, словно прочитав мои мысли, быстро добавила:

– Родители не хотят тебя одну в городе на несколько дней оставлять!

От такого заявления я надулась. Мне что, три года?

– Я не собираюсь здесь все громить! – обиженно сказала сестре, скрестив руки на груди, как будто в том, что меня тащат убираться на дачу, была виновата исключительно она.

– Это не ко мне! – развела руками Света, прямо как я несколько минут назад. – В общем, завтра утром выезжаем… Пашу я предупредила, что останусь у вас на ночь, а затем уеду, с Никой есть кому посидеть, если ты вдруг начнешь беспокоиться.

– Катя, отказы не принимаются! – неожиданно выкрикнула мама из коридора, а я даже дернулась. Походу, эту поездку они на кухне и обсуждали!..

– А как же подготовка к школе? – жалобно спросила я, не теряя надежды лишние несколько дней провести в пустой квартире.

– Успеешь! – Мама уже зашла ко мне в комнату, и теперь здесь было три человека. – У тебя еще много времени! – уверенно добавила она.

Я вздохнула. И не отвертишься ведь… Видимо, придется ехать. Все равно на речку Карина, судя по нашему сегодняшнему диалогу, со мной не собирается…

– Вот и прекрасно, – сказала мама, когда я вместо ответа промолчала. – Не будем тебе мешать собираться. Завтра с утречка поедем!

И мама, выйдя из комнаты, направилась опять на кухню, а сестра, слегка улыбнувшись, продолжила стоять на месте. Я вопросительно на нее посмотрела, а она ни с того ни с сего начала:

– Мы с тобой так похожи стали!

Такого услышать точно не ожидала, особенно после беседы о даче.

– Я имею в виду внешность! – рассмеялась она, увидев мое выражение лица. Мы с сестрой действительно были очень похожи. У обеих темно-русые волосы, только у меня они чуть ниже плеч, а нее короткие, даже очень. Не знаю, как называется эта прическа, но она была схожа с Алексеем, зачесывая недлинную шевелюру набок. Черты лица у нас с сестренкой были тоже практически одинаковые, только она с уже сформированным взрослым лицом, а у меня физиономия подростка. Еще одно сходство: глаза. Они у нас обеих карие-карие (этим мы обе пошли в папу), но мне всегда казалось, что такой цвет радужки сестре идет намного больше, чем мне. Я с ним выгляжу как-то… Странно.

Лет в шестнадцать Света проколола уши (хотя до этого жутко боялась) и с того момента стала носить аккуратные висячие сережки, которые то и дело блестели в лучах солнца или лампы. Ей такие украшения очень подходили под короткостриженные волосы. Кстати, так их обрезала она тоже примерно в этом же возрасте, а до этого носила роскошную длинную шевелюру. Мама с папой всплеснули руками, когда увидели, что она сделала на голове, но Свете так нравился ее новый образ, что она махнула рукой на их возгласы о том, что в будущем сестра очень пожалеет и захочет вернуть длину. Прошло много лет, а это «будущее» так и не наступило.

Я проспала и из-за этого не успела ничего сделать, кроме как привести себя в порядок. Да и как-то громко это звучит, просто причесалась и умылась. Краситься было лень, да и зачем? Родители и Света могут потерпеть и такое мое лицо.

Делать что-то еще не осталось времени, вся родня уже стояла с рюкзаками и ждала меня, пока я летала по всей квартире, ища свой второй носок. Не могу же я до машины с одним скакать, верно? Попутно быстро писала Карине сообщение, что уезжаю, чтобы она меня пожалела. Вчера не успела сообщить об этом подруге, потому что весь вечер потратила на то, чтобы собрать сумку. А потом, устав, прилегла буквально на пару минут и… Уснула. Вот так, взяла и провалилась в сон! Дрыхла, по рассказу Светки, без задних ног. Конечно, весь день шаталась с Каринкой по городу, встретилась с одноклассником, выслушивала о том, как подруга опозорилась, а по приходе домой меня еще и вещи на какую-то дачу заставили собирать, куда я ехать вообще не планировала!

Карина не отвечала. Подруга с первыми петухами не встает и на дачу с утра пораньше не уезжает! Честно, в этот момент я ей даже немного позавидовала. Выключила телефон и сунула его в карман рюкзака.

– Кать, ты еще долго? – спросила мама. Света уже от нетерпения стала дергать ногой, словно у нее был нервный тик. Папа же просто сидел с задумчивым видом на какой-то табуретке, не обращая внимания ни на маму, ни на сестру, ни на летающую по всей квартире меня. За спиной у него красовался большой рюкзак. Интересно, зачем ему столько вещей, если мы едем буквально на два-три дня?

– А куда мы, собственно, торопимся? – поинтересовалась я. Теперь уверенным шагом шла за любимой футболкой красного цвета и джинсами в обоих носках, все еще находясь в пижаме. – Дача от нас никуда не убежит, у нее ног нет!

– Хочется скорее приступить к уборке, чем быстрее начнем, тем быстрее закончим, – ответила сестра, которая устало стояла и смотрела на мои сборы. – Кать, а можно быстрее? – Сестра с деловым видом посмотрела на наручные часы, словно ее внизу уже десять минут ждало такси, а сама она опаздывала на важное мероприятие. Я непроизвольно закатила глаза и скрылась в своей комнате, чтобы переодеться.

– Сегодня будний день, все на работу ехать будут, мы в пробку встать можем, а мне, да и думаю вам тоже, не захочется жариться на солнцепеке в машине, – сказал уже папа.

Вышла из комнаты я через минуту и побежала обуваться, спотыкаясь об собственные длинные джинсы, которые хотела отдать на подшивку еще в начале лета, но обходилась обычным подворачиванием штанины. Бросила на пол рюкзак, в который еле-еле затолкала эту несчастную пижаму, и принялась зашнуровывать кроссовки.

– Ура! – обрадовалась Света, а все остальные члены семьи с невыспавшимися лицами молча наблюдали за каждым моим движением.

– Одну минуточку! – сказала я, вытянув вперед указательный палец одной руки, а другой пытаясь завязать шнурок. Потерпев неудачу, услышала негромкий смех сестры.

В машину загрузились, все несколько раз перепроверили и тронулись с места. В этот момент я испытала такое облегчение, что не передать словами. В приоткрытое окно дул свежий утренний ветерок, принося с собой летний аромат природы. И хоть мы жили в квартире, а не в частном доме, вокруг все же была зелень и деревья, от которых веяло свежестью и росой.

Я сразу засунула в уши наушники и отвернулась к окну, в котором замелькали одинаковые дома. Проводив взглядом свой, устремила взор на полупустынную дорогу, по которой изредка проезжало две-три машины. Вот тебе и утренние пробки! И зачем вставали ни свет ни заря?.. Вздохнув, прикрыла глаза в надежде хоть немного вздремнуть.

Проспала недолго. Машина резко качнулась, и я, вздрогнув, проснулась и стала оглядываться вокруг, не понимая, где нахожусь. Шея заныла из-за сна с наклоненной набок головой, а в наушниках музыка крутилась уже, похоже, по второму кругу.

Повернувшись к окну, увидела мелькающие недалеко от нас сосны, листва которых сияла на утреннем солнце. Сейчас мы уже проезжаем лес, а это значит, что до дачи осталось недолго…

Из входа в рощу показались несколько человек с овчаркой на поводке, видимо, семья пошла выгуливать пса. Пока собака, наклонившись к траве, что-то обнюхивала, высокий паренек огляделся, а после, потянув за поводок, пошел вместе с родителями в противоположную от машины сторону. Не представляю, как хозяева собак каждый день встают в такую рань и идут выгуливать домашнее животное!..

Вот сейчас, в семь утра, машин на дороге стало значительно больше. Два раза мы даже встали в небольшую пробку, в которой успели немного поболтать со Светой, которая сидела мне по правую руку, и мамой. Папа принимать участие в разговоре отказался.

– Мы скоро приедем? – спросила я, убирая наушники в рюкзак, который лежал между мной и сестрой. Ответ уже знала, но вдруг случится чудо и ехать нам останется совсем немного?..

– Скоро, Катя, – ответила Света, слегка вытянув шею, чтобы что-то получше разглядеть на дороге. Мама сидела прямо перед ней на пассажирском сиденьи, закрывая сестре весь обзор.

– Я есть хочу! – сообщила я уже родителям. Даже позавтракать не успела, так торопилась.

– Приедем, поешь. Мы же не виноваты, что ты проснулась так поздно. Еду с собой не брали! – ответила мама, подкрашивая губы матовой помадой и смотрясь в небольшое карманное зеркальце нежного оттенка. Почмокала и убрала обе вещи в свою небольшую сумочку, которую она прихватила с собой. Отдельный рюкзак с вещами не брала, наверное, положив все необходимое в папин.

Конечно, так «поздно»! Как я вообще могла поступить подобным образом? И главное, как мне не стыдно?!

– А что мы там будем делать?.. Кроме уборки? – быстро добавила я.

– Что хочешь, то и делай, – разрешила Света.

– Все-все? – коварно улыбнулась я, повернувшись к сестре. Мама, наблюдая за этой сценой, вздохнула.

Диалог не клеился, поэтому вновь отвернулась к окошку, наблюдая за подъезжающим к остановке автобусом. Сразу вспомнила вчерашнюю прогулку с подругой. Хихикнув, снова прокрутила в голове действия Карины и повернулась к Свете. Она с недоумением смотрела на меня, наблюдая за моим «беспричинным» смехом.

– Я собиралась с подругой на речку сходить! – немного обманула я. Ну да, первые пару секунд, когда предложила это Карине, собиралась, а потом уже не собиралась. А кто проверять будет?

– Ой, это не беда! – сказал уже папа. – У нас недалеко от дачи тоже замечательная речка!

– Угу, – промычала я. В детстве меня там постоянно кусали слепни, из-за чего туда ходить я напрочь отказалась. А до этого заприметила в воде змею (как оказалось, это был обычный уж). Так разоралась, что аж вспоминать стыдно. Света тогда у виска покрутила и назвала меня ненормальной. Я ей этого до сих простить не могу, точно так же, как поездку на автобусе, которую запомнила на всю жизнь.

Всю оставшуюся дорогу мы провели, занимаясь своими делами. Света переписывалась с какой-то своей знакомой из университета, мама рассказывала папе про новую коллекцию осенней одежды, откуда бы очень хотела приобрести милый свитерок, а я маялась дурью. Телефон разрядился, поэтому даже с Кариной не поговоришь. Книги я с собой, конечно, взяла, но это были произведения из школьной литературы, которые я решила прочитать перед самым началом учебного года. Займусь этим, пожалуй, как-нибудь потом. Сейчас мне не настолько скучно, чтобы читать, тем более в постоянной тряске это делать нежелательно.

По приезде на дачу, я первым делом поднялась на второй этаж и, кинув рюкзак на середину комнаты, улеглась на кровать. Света, живущая со мной в одном помещении, тоже занесла небольшую сумку с базовыми вещами. Увидев меня, скрестила руки на груди и, слегка выставив вперед ногу, стала постукивать ею по полу. Я сразу повернулась на шум босых ног. Сестра всегда ходила так по дому, утверждая, что таким образом закаляется. В детстве родители заставляли ее надеть хотя бы тапки, но она отказывалась. Были моменты, когда мама бегала за ней с носками, а сестра удирала со всех ног, выкрикивая на бегу что-то типа: «Не буду! Не буду их надевать!». И после нескольких неудачных попыток мама перестала так за ней гоняться.

– Еще приехать не успели, а ты уже валяешься, – строгим голосом заговорила Света.

– У меня каникулы, – закинув руки за голову, ответила я, все так же лежа с закрытыми глазами.

– Ой-ой-ой, – передразнила сестра. Человеку уже почти двадцать пять, а ведет она себя как маленький ребенок. Как Ника! Прямо копия. Хотя, ее дочь еще не разговаривает. – Каникулы, ха! А убираться кто будет?

И хотя лица сестры я не видела, по голосу поняла, что она улыбается. Не дождавшись моего ответа, сестра принялась разбирать сумку. Повернулась к своей половине рабочего стола и начала копаться в вещах. У нас большой столик на двоих, левая сторона моя, а вся правая в распоряжении Светы. В детстве нам вечно не хватало места, поэтому приходилось заниматься своими делами по очереди. Зато теперь этот столик имеет статус «мусорособиратель», потому что по назначению его никто уже не использует. Все просто швыряют свои вещи и забывают про них на несколько дней.

Нежданно негаданно в комнату зашла мама. В руках у нее была швабра и тряпка, которой мы протираем зеркала и окна.

– Кать, а ты чего лежишь? Давай-ка, поднимайся! Пойдем, поможешь мне.

Я заныла, вставая со своего мягкого местечка. Никакого личного пространства на этой даче нет! И космоса, нарисованного мной, здесь нет, как в моей комнате в городе. Все здесь такое скучное… А если я сюда притащу краску и буду малевать, мама меня вместе с ней за дверь и выставит. Точно так же, как погнали Карину с котенком в руках. И все-таки мы с подругой чем-то похожи.

– Давай-давай! Смотри, какая в этом доме грязюка! – Мама задрала голову и почему-то стала осматривать потолок. Я тоже машинально устремила взор туда же, но ничего, кроме небольшой паутинки в самом дальнем углу не увидела. – Просто свинарник, а не дача!

Мне вдруг стало очень смешно от слова «свинарник», и я не смогла сдержаться, поэтому тихонько захихикала. Света не обращала внимания ни на меня, ни на маму, а продолжала разбираться с рабочим столом.

– И, будь добра, убери сумку с дороги, а то еще споткнется кто-нибудь и будет еще смешнее, – с сарказмом попросила мама, заметив мое хихиканье. Я без лишних слов наклонилась и, взяв старый потрепанный рюкзак за лямки, бросила в угол комнаты, потому что не сомневалась, что если забуду убрать, то этот «кто-то», кто споткнется, буду обязательно я!

Весь день мы провозились с уборкой. Я размахивала тряпкой для стекол, мама драила полы, Света собирала старые вещи, чтобы отнести их на мусорку, а папа пошел в магазин покупать продукты на ближайшие дни. Ближе к вечеру, когда он принес два пакета с едой, мама отправилась готовить ужин, а мы с сестрой заканчивали с пылью в нашей комнате. Она протирала полки, а я притащила из подвала старый пылесос, которому было, наверное, больше, чем мне.

– Ну что, Кать, интересно день провели? – пытаясь перекричать жужжание старой техники, спросила Света. Громкий звук разлетался, наверное, по всему дому.

– Что-о? – воскликнула в ответ я, продолжая водить пылесосом вперед-назад, надеясь, что он засасывает хоть что-то. – Не слышу-у!

– Говорю: здорово день прошел?! – Света еще больше повысила голос.

– А?! – вновь не услышала я. Пылесос продолжал громко жужжать, лениво заглатывая часть лежащей на полу пыли.

– Да выключи ты эту дряхлую технику в конце концов!

Это предложение я разобрала без затруднений, хоть до моих ушей долетело только слово «дряхлая». Почему-то мне самой не пришло в голову, что можно нажать на одну кнопочку и в комнате повиснет тишина.

Я, подняв ногу, со всей силы наступила на кнопку, и пылесос заглох. На секунду промелькнула мысль, что могла его случайно сломать, вспомнив, сколько лет он проработал, но быстро выкинула это из головы. Если об этом не думать, то техника продолжит работать как надо. Во всяком случае, у меня всегда так.

– Классный день, не правда ли? – улыбнулась сестра, смотря, как я, поставив одну ногу на пылесос, сердито сдуваю прядь русых волос с лица. Остальная часть была завязана в небрежный пучок, который сейчас держался на честном слове.

– Просто отпад! – пропыхтела я. И ради этого глупого вопроса мы чуть не повредили голосовые связки? Света удивляет меня с каждым днем все больше и больше.

До нас долетел аромат пасты с курицей, которую мама готовила всегда, когда мы приезжали на дачу. Мы с сестрой стразу учуяли этот запах и кинулись на кухню, побросав все тряпки и, самое главное, пылесос. Света бежала впереди, время от времени оборачиваясь и показывая мне язык, как ребенок. Она частенько себя ведет как подросток и этот момент – тому доказательство. Может, в душе сестра все еще беззаботная школьница, которой хочется бегать и скакать с друзьями, играть в классики в школьном дворе или гоняться с мальчиками по футбольному полю за мячом, но, увы, она уже взрослая девушка, у которой есть муж и дочь. И уже не порезвишься с другими детьми во дворе, не поиграешь с ними в прятки, не проведешь весь день на улице, а вечером не вернешься чумазой и грязной с ног до головы, потому что друзья придумали новое развлечение. У нее теперь совсем другие заботы и проблемы. Поважнее, чем какие-то там игры.

– Ужин готов… Ой! – от неожиданности воскликнула мама, увидев нас около себя. Она была занята перемешиванием пасты на сковородке, поэтому не сразу заметила наше появление. – Что так пугаете?

Когда все уселись за стол, я, немного поковыряв ужин, чтобы он быстрее остыл, спросила:

– Мы пойдем на речку?

Мне вдруг стало интересно посмотреть, насколько изменилось это место с последнего раза и поменялось ли вообще. Может, там все так же, как и раньше.

На речке я не была давно, в последний раз, наверное, в девять лет. В тот день меня с ног до головы искусали слепни и я, рыдая, ушла домой, пообещав всем, что нога моя больше не ступит на этот пляж. Но прошло время, и любопытство одержало победу.

Света, хмыкнула от смеха, а макаронина, которую она отправила в рот секунду назад, забавно повисла. Я не удержалась и тоже улыбнулась.

– Сегодня? – прожевав, поинтересовалась она, не прекращая улыбаться. А что, собственно, смешного?

– Куда уж сегодня? Я ног не чувствую после этой уборки! Завтра.

– Подумаю, если дел не будет, – невозмутимо ответила Света и устремила взгляд в тарелку.

Какие мы деловые! Хотя, она уже взрослая тетя и имеет право на свою личную жизнь. Это я запомнила ее, как веселую девочку-подростка, которую волнует только то, как бы мама подольше отпустила ее погулять и не поругала за прогул школы.

– А я и сама могу на речку сходить, не маленькая уже, – ответила я, накрутив пасту на вилку и отправив в рот.

– Куда тебе? – возмущенно спросила мама.

– А что такого? Я уже самостоятельная!

– Все равно ты еще слишком маленькая одна ходить, – подключился папа, который обычно не участвовал в наших разговорах. После этих слов я закатила глаза и продолжила молча ковырять макароны.

– Не утащит же меня подводный монстр, в конце концов. Тем более эта речка вообще не глубокая! – заявила я, но на мои слова никто не отреагировал. Все пропустили мое высказывание мимо ушей.

Из-за того, что я вырубилась в девять вечера (практически сразу после ужина), проснулась в пять утра. Дом был окутан утренней тишиной, лишь изредка из комнат слышалось негромкое посапывание родных. Покрутившись минут десять без сна, поняла, что это бесполезно, поэтому осторожно поставила ноги на пол и поднялась с кровати, надеясь, что она не заскрипит. Не хотелось будить сестру, которая из без того может вскочить от любого шороха. Сейчас Света лежала лицом к стене, натянув одеяло до самой головы и спокойно дыша.

Подойдя к окну, тихонько повернула ручку, чтобы запустить в комнату свежий утренний воздух. Постояла около форточки пару минут, закрыв глаза и глубоко вдыхая, а потом устремила взгляд на улицу. Единственное развлечение нашей дачи – качели, сейчас одиноко стояли на середине нашего участка.

Чтобы никого лишний раз не тревожить, я решила выйти на улицу. Нацепила спортивные шорты и любимую красную футболку. Осторожно выйдя наружу, прикрыла входную дверь и, постояв пару секунд в полнейшей тишине, направилась к качелям. Они были старенькие и большие, деревянные. Главное, чтобы их скрип не долетел до нашей со Светой комнаты и не разбудил сестру.

Дворик у нас небольшой, забор очень низенький, а расстояние от доски до доски достаточное, чтобы рассмотреть проходящего мимо человека, если такой был. Меня, сидящую сейчас на качелях, тоже прекрасно было бы видно в случае чего.

Я, задумавшись, смотрела себе под ноги, на траву, а через секунду заметила рядом с качелями желтый одуванчик. Наклонившись, сорвала его и принялась крутить в руках. На деревьях возле нашего дома запели птички, в кустах застрекотали кузнечики, а где-то далеко послышался негромкий лай собаки. По моим оголенным из-за шорт икрам ползали мошки, которых время от времени приходилось стряхивать дерганьем ноги, чтобы меньше щекотали.

Глядя на ярко-желтый цветок, я была далеко-далеко от реальности, где-то в своих мыслях. Думала о приближающемся начале учебного года, о бесконечных походах в магазины, о нашей школе, об одноклассниках. Интересно, они сильно за лето изменились? Думаю нет. Какие были, такие и остались, разве что в росте пару сантиметров добавилось. Хотя, куда им, и так огромные!

В какой-то момент недалеко от забора я услышала шуршание травы, будто кто-то по ней шел, но не придала этому значение. Через секунду раздался ужасно знакомый голос, который обращался ко мне:

– Катя? Что ты здесь сделаешь?

Я резко повернула голову, вернувшись в реальность, и увидела около нашего забора Алексея, который сейчас остановился с удочкой в одной руке и каким-то старым страшным ведром в другой. От увиденного я чуть рот от удивления не открыла. Как он тут появился? Только недавно же в городе был… Он что, за мной шпионит?!

– Сижу, – попыталась как можно безразличнее ответить я. И так же видно, что бездельничаю!.. Меня больше волновало, что он здесь забыл. Только позавчера мы видели его с Кариной на автобусной остановке, а уже сегодня он стоит около моей дачи! Бывает же такое совпадение?

Как забавно, однако, одноклассник выглядит с этими вещами! Вот уж не думала, что такие как он увлекается рыбалкой…

Не успела я задать такой же вопрос ему, как он громко заявил:

– А у меня здесь дача. Недалеко отсюда!

Я что, по его мнению глухая? Зачем так вопить? Весь мой дом сейчас перебудит, и что мне ведь день делать со злобными родителями и такой же старшей сестрой, которая к тому же откажется идти со мной на речку, сказав, что не выспалась? Почему я не закрыла перед своим уходом окно?..

– Ты чего орешь? – испуганно зашипела я, покосившись на окно нашей со Светой комнаты. Вот сейчас она точно проснется, выглянет в открытое окошко и увидит рыбака-Лешу и меня на качелях! Потом привяжется с вопросами, кто этот мальчишка и что ему нужно. Не отстанет ведь, пока я ей все не расскажу. Она уж больно любопытная у нас!

– Да, вроде, нормально говорю, – пожал плечами Алексей и, не сводя с меня взгляд, просто стоял с этой несчастной удочкой, которая уже начала действовать мне на нервы. А через секунду с грохотом поставил ведро на землю. От этого лязгающего звука я вздрогнула и опять кинула быстрый взгляд на окно. Почему оно не выходит на задний двор?..

– Мы с тобой, получается, соседи! – радостно сказал он, улыбаясь. А мне на секунду пришла мысль, что можно было бы заклеить ему рот скотчем. Неужели он не видит, что я не настроена на разговор с ним?! Шел бы себе дальше, рыбу свою ловил и не мешал Свете спать, а мне думать!..

– А я как-будто сама не догадалась, – пробубнила я, закатывая глаза. Алексей, похоже, этого не услышал.

– А я вот… – Он демонстративно поднял с земли ведро на уровне головы, показывая мне, – на рыбалку иду!

– Поздравляю… – опять пробурчала я, даже не смотря на одноклассника.

– Рыбу буду ловить! – опять крикнул он.

Я взбесилась. Он меня и за глухую и за тупую держит?!

– Нет, ты будешь с сачком за бабочкой гоняться!.. Ты меня за кого принимаешь?! – закричала уже я, наплевав на открытое окно. Довел, Леша!

Одноклассник рассмеялся, а я сидела с полыхающим от злости лицом.

– У тебя цветочек упал! – сказал он и кивнул на мои ноги. Яркий одуванчик теперь грустно валялся на земле, заметно выделяясь среди сочного зеленого цвета травы.

Да ты что? А можно я этот цветочек в тебя швырну?! Моей злости не было предела. Будь на моем месте Каринка, она бы давно растаяла от умиления, сказав, что он такой внимательный и милый!..

Я, вместо того чтобы опять накричать на одноклассника, только устало махнула рукой и принялась слегка раскачиваться. Качели противно скрипнули, и пришлось тут же поставить ноги на землю, останавливаясь.

– Не хочешь со мной? – вдруг спросила Алексей. А я только поморщилась от его громкого голоса, представив, как в окне появляется любопытная сонная голова Светы. Выглядывает и с интересом наблюдает за нами, подперев щеку рукой. А потом и вовсе сорвется с места и помчится к родителям с воплями: «У Катьки нашей ухажер появился! Настоящий!». Нет, пластмассовый! И я снова поморщилась, отгоняя эти странные мысли.

И как только я «удалила» из сознания эту картину, над моей головой раздался недовольный голос сестры:

– Кать, что там происходит?

Света, зевая, выглянула наружу, опершись на локти. Она была одета в белую пижаму в горошек, которую я ей подарила на день рождения, а на голове у сестры было не пойми что. Короткие волосы распушились и торчали во все стороны.

– Ничего! – задрав голову, ответила я, надеясь, что к этому времени Леша уже ушел на свою рыбалку, решив, что со мной скучно. Но этого не произошло. Теперь он с заинтересованным видом наблюдал за Светой.

– Здравствуйте! – крикнул он ей. Надо же, какой вежливый, даже поздоровался!

Сестра, только сейчас заметив моего одноклассника, резко прекратила зевать и, захлопнув рот, бесцеремонно спросила, кивнув на нашего рыбака:

– Это кто?

Да-а, вежливости у сестры столько, что на всю семью хватит… Хотя, я точно такая же. Минуту назад чуть не отправила Алексея куда подальше от нашей дачи.

– Знакомый! – быстро ответила я. Если так будет продолжаться и дальше, то мы весь дом разбудим. – Он уже, кстати, уходит! Ему рыбу ловить пора! – повернулась я уже к Алексею, словно обращалась не к сестре, а к нему.

– Да-да! – быстро проговорил одноклассник. И только я вздохнула с облегчением, как он снова спросил: – Ты со мной идешь?

Вот неугомонный! Сколько можно? Катись уже на свою рыбалку и дай хоть секунду провести в тишине!.. Я хотела все это ему сказать, но в разговор вмешалась сестра, которая наблюдала за нами, словно смотрела кино.

– Куда? – сразу оживилась она. У нее что, мания в чужие диалоги влезать?

– Никуда! – крикнула я обоим.

Леша, пожав плечами, махнул на прощанье ведром и сказал, удаляясь:

– Как хочешь!

Наконец-то!.. Надо будет обязательно рассказать об этой ситуации Каринке, она упадет от удивления! Конечно, подруга еще даже не проснулась, но ничего, откроет глаза, а ее будет ждать такой сюрприз!..

Завтракала я второпях. Быстренько накидала в тарелку нарезанные фрукты и залила йогуртом. Мне нужно было успеть поделиться впечатлениями с Кариной, но урчащий живот это сделать мешал. Поев, я первым делом отправилась наверх. Сестра находилась в душе, поэтому комната была полностью в моем распоряжении. Хотя бы на полчасика.

Помещение уже было залито солнечным светом, который проникал через практически прозрачные шторы. Часы показывали девять утра, а это значит, что подруга уже точно должна была проснуться. Поэтому я с полной уверенностью взяла в руки телефон и принялась записывать ей голосовое сообщение.

– Не поверишь, кого сегодня около своей дачи встретила!..

Как я и предполагала, Карина сразу зашла в сеть и принялась прослушивать аудио. Через секунд тридцать быстро напечатала:

«Да ладно?!».

«Ага, представляешь? А потом он меня вообще на рыбалку звать начал».

Лучи все еще летнего солнца грели мои босые ноги. Я лежала на кровати и ждала реакцию подруги, но она молчала. И только сейчас до меня дошло, что про приглашение ей говорить не стоило. Но я расслабилась, когда Карина, вместо того, чтобы гнать на Алексея за то, что он такой-сякой, решила рассказать, что если бы рядом с ее дачей жил наш одноклассник, она бы плясала от счастья. В этом я не сомневалась.

– Слушай, – начала я, слегка отодвинув штору и приложив телефон к уху, – я твоего Лешу из окна вижу.

Аккуратно выглядывала на улицу, наблюдая за фигурой с удочкой, которая сейчас шла обратно. Пф, слабак, всего около трех часов порыбачил! А, может, ему солнце печет?.. Подумав об этом, подняла голову вверх и, посмотрев на чистейшее небо, опять перевела взгляд на одноклассника. Хотя погода – это не помеха! Некоторые весь день в плюс тридцать с удочками сидят и ничего!

– Как из окна? – взволнованно спросила Карина. – Сейчас?

– Ну, конечно, сейчас!

– Быстро он как-то!.. – озвучила мои мысли подруга, только перефразировав. Мы так много общаемся, что начинаем думать об одном и том же.

– А что я-то сделать могу?

В эту секунду Леша, словно поняв, что его обсуждают, резко поднял голову и посмотрел прямо в окно. Я успела отпрыгнуть, но не удержала равновесие и полетела на пол, содрав в придачу еще и штору. Вскрикнула и с глухим «бух» упала прямо на копчик. А занавеска в это время с хрустом полетела вниз, полностью меня накрыв. Со стороны я, наверное, была похоже на привидение.

– Что там у тебя за звуки? Ты что, упала? – посмеиваясь, спросила Карина. Тоже мне подруга! У меня тут беда, а ей лишь бы похихикать над бедной Катей!

– Очень смешно! – раздраженно произнесла я, все так же сидя на полу и удивляясь, как телефон не вылетел из моей руки.

– А что тогда? На тебя напал монстр? – продолжала опрос Каринка.

– Да какой монстр?! – завопила я. Вот кого нам здесь не хватает!

– Откуда же я знаю… Например тот, который сидит у тебя под кроватью… Подошел сзади, пока ты Лешу высматривала, и какой-нибудь книгой бац по голове!..

Только я открыла рот, чтобы сказать все, что думаю, из-за двери раздался встревоженный голос мамы:

– Катя, все хорошо?

– Да-да, все чудно! – ответила я и, вспомнив про занавеску на себе, рывком ее скинула. Мне стало нечем дышать из-за большого количества пыли.

– Точно?

– Да-а! – прокричала в ответ я.

– Ты чего мне в ухо вопишь? – недовольно спросила Карина с того конца провода. Ой, а про нее уже и позабыла!

– Это не тебе, – отмахнулась я, поднимаясь на ноги и отряхиваясь одной свободной рукой. – Просто твоему ненормальному Леше взбрело в голову посмотреть в мое окно. Вот я и отпрыгнула, чтобы он меня не заметил…

– У-у… – протянула Карина.

– А что, по-твоему, мне еще делать в такой ситуации? Рукой ему помахать и воздушный поцелуйчик отправить? – разозлилась я. Почему влюбилась она, а страдать (в прямом смысле!) должна я?! Это как минимум несправедливо!

Каринка звонко рассмеялась. Здорово, что ее это забавляет, но лично мне сейчас вообще не до веселья!

– Давай я тебе потом перезвоню? – спросила я, и прежде, чем подруга успела что-то сказать, добавила: – Пока!

И отключилась. Теперь я стояла одна посреди комнаты, а около моих ног валялась оторванная занавеска. Да-а, весело начался денек…

Глава третья

Света, зайдя в комнату после душа, ахнула. Видимо, не ожидала увидеть такие изменения. Родителям все-таки пришлось рассказать про эту ситуацию, поэтому через пару часов папа пришел к нам в комнату со стремянкой, чтобы повесить эти несчастные занавески.

Меня прогнали, чтобы «не путалась под ногами», и я решила пойти во двор. Мне же сегодняшнего утреннего инцидента мало было! Зато жаркое августовское солнца спряталось за большими облаками, которые сейчас своей странной формой напоминали лошадь. А спустя секунд десять стали похожи на корабль, плывущий по волнам. Затем и вовсе перевоплотились во что-то похожее на людей. Иногда за этими облаками так интересно наблюдать! В детстве всегда подбегала к окну и рассматривала их по несколько часов.

Я села на те же самые качели (других у нас и не было) и, достав телефон, принялась проходить головоломку. Ее я использовала только когда мне было очень-очень скучно. Каринка в это время гуляла в центре города с родителями, закупаясь новыми шмотками, и поэтому со мной говорить не могла. Оставалось только вот, тупо тыкать в гаджет, пока в комнате наводят порядок.

Когда у меня в очередной раз закончились ходы, убрала телефон обратно в карман, а сама стала легонько покачиваться, стараясь не обращать внимания на противный скрип. Ноги при этом оставались на земле, только поочередно отрывались то пятки, то носки.

Неожиданно около нашего забора раздалось приглушенное мяуканье. Оно было настолько тихое, что складывалось впечатление, будто это мне мерещится. Кошка? Откуда она здесь? Я хотела подойти и посмотреть, но повременила. А вдруг она дворовая? Хотя, у наших соседей, вроде, живут два кота, может, один сбежал… Я стала всматриваться в то место с качели, но никого и ничего необычного там не увидела. Мяуканье, как ни странно, сразу прекратилось. В голову стали лезть мысли, что кошара пробралась к нам на участок, вот и затихла, а сама поджидает в каких-нибудь кустах, когда к ней подойдут, чтобы наброситься. Поэтому я, оглядевшись на всякий случай по сторонам, полетела к дому, аж пятки сверкали! Забежала и со всей силы захлопнула за собой дверь. Грохот разлетелся по всему дому, и на этот звук прибежала сестра.

– Правильно, еще и входную дверь нам снеси, – начала ругаться она, хотя было видно, что ей смешно. – На шторе же ты не остановилась!

– Ха-ха-ха, – передразнила ее я.

Дворовых кошек боюсь уже давно. Причина, конечно, есть, но об этом чуть позже. Сейчас главное, что эти существа меня точно так же не любят. Например, многие щипят. Я их не трогаю, прохожу мимо (с опаской поглядывая, конечно, может, из-за этого?), а они как давай звуки такие издавать, словно мимо них призрак проплыл, а не девочка-подросток, которая их боится не меньше, чем они ее. Конечно, некоторые просто ко мне подходили, медленно переставляя лапы, чем еще больше пугали. Поэтому если какая-нибудь черная кошка станет пялиться на меня своими большими зеленовато-желтыми глазами, я буду как минимум с опаской на нее оглядываться, пока не заверну за угол. Каринка насчет этого часто надо мной смеется, говоря, что это все ерунда и несерьезно. Да даже если вспомнить нашу недавнюю прогулку, когда я отпрыгнула от кустов на километр, что она мне тогда сказала? Посоветовала не переживать по пустякам. Спасибо, подруга, выручила!

Прошло еще примерно полчаса. Я с тоской листала какую-то старенькую энциклопедию с полки в зале, время от времени прикрывая глаза. Как весело мы проводим время на даче! Обязательно еще много раз сюда приеду!.. Через пару минут в комнату зашла мама и сообщила, что папа закончил. Я, от радости подпрыгнув на диване, помчалась в нашу с сестрой комнату.

Когда зашла внутрь, увидела лежащую на кровати Свету, которая тоже читала, но, в отличие от меня, очень заинтересованно. Я слегка склонила голову набок, что разглядеть название, но сестра наполовину прикрыла его рукой.

– Классика? – спросила я, плюхнувшись на свою кровать. Та сразу недовольно заскрипела. Света молча кивнула. Она еще со школьного времени любила классические произведения. Раньше в ее комнате даже стоял огромный стеллаж с этими книгами, а маленькая я восхищенно его рассматривала. Обложки, разные издания и форматы вызывали у меня восторг. Конечно, когда сестра переехала, она забрала большую часть книг с собой, но некоторые все же остались и теперь хранились на небольшой полочке в моей комнате. Но сейчас, конечно, такой реакции они у меня не вызывали.

Дядя Паша, муж Светы, первое время жаловался, что ему некуда ставить свои книги, потому что практически весь шкаф в зале был занят. Поэтому, когда свободное место совсем пропало, он, махнув рукой, перешел на электронные версии и до сих пор читает их в таком формате.

Света улыбнулась и еще заинтересованнее и быстрее забегала глазами по тексту.

– Интересно? – вновь поинтересовалась я со своей кровати.

– Очень! Мне так нравится! – радостно сообщила Света.

А я решила ее больше не отвлекать и просто подошла к окну. Облака уже улетели, поэтому на меня светил лучик солнца. Подождав, когда сестра отложит книгу в сторону, чтобы дать глазам немного отдохнуть, спросила:

– Ну так что, на речку идем? Мы завтра уже домой едем, нужно успеть, – добавила я, столкнувшись взглядом с ее карими глазами.

– В городе поплаваешь, ты как раз с подружкой собиралась! – сверкнула белыми зубами сестренка. Ну спасибо! Теперь ни дома я никуда не пойду, ни здесь!..

– Одно другому не мешает, – выкрутилась я.

– Сидишь с Никой на следующей неделе, пока я с Пашей буду в театре. Нам как раз не с кем ребенка оставить, – указав на меня, сообщила Света и, поднявшись, за секунду очутилась около шкафа. Она частенько оставляла меня с Никушей, а я была и не против. Малютка меня любила и всегда была мне рада.

– Хорошо! – радостно крикнула я, наблюдая за старшей сестрой. А потом подбежала и обняла ее. Света достаточно высокая, поэтому мне еще не удалось до нее дорасти. Она тоже слегка приобняла меня одной рукой, не отводя взгляда от гардероба.

– У меня тут есть голубое платье… – начала она, – как думаешь, может, в нем пойти?

Света выставила руку с вешалкой вперед, а я, оглядев наряд, вместо ответа просто показала большой палец. У меня с собой тоже был миленький светло-розовый приталенный сарафан, который я взяла на всякий случай. И этот случай настал!

– Когда отправимся в путь? – весело спросила я, когда с одеждой определились.

– Ну-у… – протянула сестра, сделав задумчивое лицо, – давай главу дочитаю и пойдем?

Я радостно кивнула и помчалась на кухню, чтобы сделать нам с собой бутерброды. Сначала поплаваем, а потом поедим. Точнее, барахтаться в воде буду только я, а сестра, наверное, как всегда останется сидеть на берегу. Тем более сомневаюсь, что она на такой случай брала купальник, а плавать в платье, думаю, ей не охота. Она же уже взрослая тетенька, а не четырнадцатилетний подросток, которому вообще все равно, в чем прыгать в воду. Хоть в футболке!

Через полчаса мы были уже собраны и весело шагали в сторону пляжа. Света тащила сумку с полотенцами, едой и всем необходимым, а я надувной круг. Решила ради разнообразия залезть в него прямо сейчас, придерживая двумя руками и занимая собой половину и так неширокой дороги. Круг был в виде пончика, поэтому выглядело такое зрелище весьма забавно.

Наши пляжные шлепки стучали по асфальту, а мы шли, общаясь и смеясь. Проходя мимо чужих домов, я подумала, что наша дача самая небольшая из всех остальных. Вот трехэтажный дом с большими панорамными окнами, высоким забором с аккуратно подстриженной около него травой и, судя по звукам, сторожевой собакой на цепи. А в тридцати шагах от этого места расположился домик не меньше, хоть он был двухэтажный, прямо как наш. Точнее, это был настоящий коттедж, а не просто «домик».

Наша же дача была небольшая, всего три комнаты на этаж. На первом находилась кухня, которую объединили с залом (раньше это было две комнаты, но родители решили убрать стену, зачем два маленьких помещения, если из них можно сделать одно большое?) и туалет. На втором наша со Светой комната, спальня родителей и еще одна ванная. На этом все. А, еще подвал, в который я ни разу не спустилась за все время, потому что внутри темно и страшно. Да и интересного ничего там нет. Банки с соленьями, вареньем и просто пустые, в которых раньше это все лежало. Остальное место занимало оборудование, благодаря которому у нас были свет, вода и так далее. Также там лежали папины инструменты, за которыми он сегодня спускался, чтобы повесить штору. В целом, ничего необычного у нас в доме не было, если не считать огромные горшки с искусственными цветами на втором этаж, около перил и комнат. И хоть дом небольшой, зато уютный и светлый, а это главное.

– Кстати, – начала сестра, – что это за мальчик сегодня с тобой общался?

Я так надеялась, что она не будет о нем спрашивать. Забудет, сделав вид, что все так и должно быть. Вся моя семья знает, что я не особо общительная. У меня одна единственная подруга, Карина, и больше никого. Кроме нее я ни с кем, к сожалению (или счастью) не дружу. Но мне и так хорошо, пока не жалуюсь!

– Да так… – отмахнулась я. Света с интересом посмотрела на меня, а потом улыбнулась. Признаюсь, в такие моменты она меня слегка раздражает. – Это просто мой одноклассник! – закатила глаза, а сестра продолжала сверкать, как медный таз.

– Он из старой дружбы тебя так с собой звал?

– Ну да… Ему, видимо, не везет, когда он один рыбу ловит… Да и он мне не друг!

Света слегка рассмеялась и потрепала меня по волосам. Она так периодически делала, когда я была совсем мелкой. Похоже, возвращает старые традиции… Захотелось завизжать, что она разлохматила мою и так неаккуратную в этот момент прическу, но я сдержалась. Быстренько пригладила волосы, чтобы не торчали в разные стороны и молча пошла дальше.

– Как зовут-то хоть? – спустя пару секунд спросила Света, а я, погрузившись в свои мысли, не сразу ее расслышала.

– Чего?.. – спросила растерянно, подняв голову на сестру.

– Как мальчика зовут?

– Какого? – не сразу поняла я.

– Ну здрасти! У тебя их что, уже несколько?

Я пару раз недоуменно похлопала глазами, а затем протянула:

– А-а-а! Лешка это. Алексей.

И, как по команде, из куста недалеко от нас с жутким шуршанием и грохотом полетел Леша. Сейчас он сидел на земле и растерянно смотрел туда, откуда только что вылетел. А у меня аж глаза на лоб полезли. Ну точно следит за мной!.. Мы с сестрой остановились примерно в семи шагах от него и в недоумении теперь обе хлопали ресницами. У меня, небось, еще и рот от неожиданности открылся. А, может, это я ведьма, а не Каринка?..

Следом за ним выбежал Иван с какой-то огромной палкой, длиной, наверное, с мою руку. Снегов крепко держал ее, опустив голову и смотря на сидящего на земле Алексея.

– Ты че так отпрыгнул? Пчелы испугался? – посмеиваясь, спросил Ваня. Даже не поможет другу, вот противный! Алексей, немедля, сам поднялся на ноги и, отряхнув руки, пожаловался, что у него из-за веток все они в царапинах. Мы со Светой так и продолжали молча смотреть на них, думая, как лучше поступить: поздороваться или пройти мимо. Сестра про Ивана еще не знала, поэтому сейчас наблюдала только за вторым. – А тебе лишь бы поныть про какие-то там небольшие ссадины!.. Зато глянь, какую палку вытащили! – Снегов восхищенно на нее посмотрел.

– А вот и Лешка. Не заставил себя долго ждать, – пошутил сестра, до которой, видимо, только сейчас дошло все происходящее. Она произнесла это так громко, что они, похоже, услышали ее слова. Иначе как объяснить то, что эти двоя одновременно повернули голову на нас и стали пялиться, как в фильме ужасов.

– О, Катька, здорово! А ты че тут делаешь? – поинтересовался Ваня, проигнорировав присутствие моей сестры. Ну, это в его репертуаре! Алексей же решил со мной не здороваться. Вместо этого резко выхватил из руки друга палку и бросил ее в те же кусты. Они отчаянно хрустнули, а деревяшка через секунду исчезла в зарослях. После этих слов мне захотелось развернуться и со всех ног броситься домой. Сейчас я шла в такой глупом прикиде: надувной круг на талии, солнечные очки, розовое платье и точно такого же цвета кепка, чтобы не получить солнечный удар. Не знаю, как он меня в таком виде узнал… Хотя лучше бы не узнавал!

Я, слегка покраснев, только растерянно пожала плечами, а сестра в это время аккуратно разглядывала теперь обоих моих одноклассников, стараясь не привлекать много внимания.

– Мы на пляж идем, – зачем-то сообщила она им, а мне почему-то захотелось сквозь землю провалиться. Этих как будто волнует, куда и зачем мы держим курс!..

Леша стоял с каменным лицом, а Иван, еле сдерживая смех, сообщил:

– По тебе, Кать, видно!

Света, проигнорировав его высказывание, сейчас делала вид, что очень занята разглядыванием чужих домов, видимо, поняв, что упомянула ненужную деталь. Поставила руки на пояс и с важным видом водила глазами разные стороны, время от времени еще и крутя головой. У нее было такое сосредоточенное выражение лица, что можно было подумать, будто она собиралась прикупить здесь еще одну дачу.

Ну что, настал черед поговорить о Ване. Он – лучший друг Алексея, как я уже говорила ранее. Эти двое полные противоположности. До сих пор не понимаю, зачем они дружат, если у них даже элементарно нет общих интересов (ну, мне так кажется). Если Леша, например, как минимум следит за языком и сначала думает, а потом говорит, то его дружок делает абсолютно наоборот. Хотя, он даже после произнесенных слов не думает, что сказал. Снегов грубиян и злобный, не то что добродушный и галантный Алексей. Если говорить про школу, то Ваня мало что делает на уроках, часто прогуливает, контрольные списывает. Обычно ничего не слушает, но бывает, что срывает уроки. Учителя уже привыкли к его выходкам, хотя в начале, конечно, грозились поставить двойку и вызвать родителей, но это вообще не принесло никаких плодов. Как срывал уроки, так и продолжает. Да и родители-то его в школу не приходят, сколько ни вызывай.

И все-таки, почему я всех своих одноклассников встречаю именно здесь и именно сейчас? Хотя, два человека – это не смертельно, но подозрительно. А вдруг Снегов вместе с Алексеем за мной следят, на пару? Так, Кать, успокойся, это просто глупое совпадение! Ну поехали два лучших друга за город, ну встретила я их недалеко от своей дачи, что дальше-то?

И, главное, мне так повезло столкнуться с ними, когда мою талию обвивает надувной круг в виде пончика, а сама я иду на речку со старшей сестрой и сумками! Нет, не говорю, что стесняюсь из-за присутствия Светы, но она же такая неосторожная, ляпнет сейчас что-то, а они запомнят и весь год покоя давать не будут!.. Точнее, это конек Ивана, Алексей такой ерундой не страдает.

– Мы, кстати, тоже недавно там были! – заявил Снегов. – Рыбу ловили.

Как здорово! В эту секунду я поблагодарила себя, что не пошла с Лешей сегодня утром, а то находиться в такой милой и дружной компании мне как-то не очень хотелось.

– А потом удочки домой занесли и давай дальше гулять! – закончил Ваня. Он кивнул в сторону дома, возле которого находились те самые кусты, откуда они только недавно доставали эту грязную большую палку. Вроде бы уже взрослые парни, а дурачатся как первоклашки! Кто же в их возрасте в палочки играет? Они бы еще сражаться на них стали, используя вместо сабель!..Прямо около старенького деревянного заборчика росла высоченная трава, которая была мне, наверное, по пояс. Так, значит это дом либо Алексея, либо… Вани. Запомним и в следующий раз обойдем стороной!

Я, не зная, что ответить, просто показала ему большой палец. Снегов странно на меня покосился, а затем спросил:

– Ты че, разговаривать за лето разучилась?

За все время я не проронила ни слова, но этот вопрос поставил меня в тупик. Вот противный какой! Света, которая до этого оглядывала дом с неподдельным интересом, теперь повернулась к нам и в открытую глазела на Ваню. Я даже на секунду за него испугалась, вдруг сестра испепелит его взглядом!

– С какого это перепугу? – резко спросила я.

– Ты стоишь и молчишь, как немая. Вот я и подумал, что ты давно с людьми не разговаривала, аж разучилась! Сидела, наверное, все каникулы за книжками, – рассмеялся Иван, но мне его шутка вообще не понравилась.

Я злобно уставилась на Снегова. Теперь боялась, как бы сама не испепелила его взглядом. Алексей же незаметно наступил лучшему другу на ногу, да так, что у того сразу же слегка перекосилось лицо. Если бы не этот факт, я бы даже не заметила, что кроссовка Леши сейчас стоит на обуви Вани.

Света же аж побледнела от злости. Моя сестра очень легко раздражается, в этом виновата ее повышенная эмоциональность. За секунду может взбеситься!

Я, глубоко вдохнув, решила не вступать в конфликт (хотелось просто врезать Ивану) и увести отсюда сестру, чтобы вместо меня в него случайно не вступила она. Хотя, она вряд ли хотя бы что-то им сказала, потому что Света слишком взрослая, чтобы вступать в перепалку с такими, как я. И сестренка это прекрасно понимала, поэтому просто, сжав губы, с презрением смотрела на моего одноклассника.

Я, кинув равнодушный взгляд в их стороны, спокойно зашагала вперед, подняв голову. Света, вроде, немного успокоилась и теперь шагала рядом со мной. Ваня смотрел на меня, словно ожидал, что я накинусь на него с кулаками. Реакция, значит, ему нужна… Ну-ну, жди, Снегов, жди, все равно не дождешься!.. Мое спокойное выражение лица явно поставило его в неудобное положение, и поэтому он просто отошел в сторону, пропуская нас с сестрой, когда мы с ними поравнялись. Я знала, что Иван смотрит нам в след, но даже не обернулась. Шла с невозмутимым лицом, словно ничего и не было.

– Вот наглец! – начала возмущаться Света, когда мы скрылись из виду, а затем и вовсе завернули за угол. – Это же надо быть таким бессовестным, чтобы…

– Да ну его! – перебила я сестру, пока та совсем не разошлась. – Ему уже ничего не поможет.

До пляжа мы дошли, к счастью, без дополнительных приключений. Расстелили на песке плед и бросили рядом сумку. Света сразу уселась читать (сколько можно?!), но уже другую книгу, сказав, что сейчас ей хочется окунуться в мрачную историю. Я покосилась на сестру, потому что она выбрала не самое подходящее время: солнце светит, речка журчит, люди вокруг общаются и смеются, дети барахтаются в воде, одна Светка сидит с триллером в руках и шляпкой на голове.

Я, переодевшись в купальник, аккуратно сложила свой сарафан на плед и положила рядом с сестрой. С разбегу входить в воду не очень хотелось, тем более плохо плаваю, да и она, скорее всего, прохладная. Прошлая неделя была дождливая, я, наверное, в льдышку превращусь… Поэтому сначала я поставила одну ногу.

– Холодно! – пожаловалась сестре я, повернувшись к нашему местечку. Та сразу оторвалась от чтения.

– Домой?

– Не-не, ты чего? Я и в такой искупаться смогу!

Поставила вторую ногу и слегка поморщилась. Перевела отчаянный взгляд на мальчишку лет шести, который в этой ледяной воде делал целые трюки, то ныряя, то всплывая на поверхность, при этом так смеясь, словно находился как минимум в джакузи, а не в старой не самой чистой речке, в которой неизвестно кто и что плавает.

Я, вздохнув, пошла дальше. Потихоньку вода стала подниматься все выше и сейчас была мне по бедра. Бр-р, как холодно! Надеюсь, губы не посинеют, а то Света меня на берег погонит…

Я присела на корточки, чтобы тело привыкло к такой температуре. Когда холодная жидкость коснулась живота, невольно дернулась. Мне захотелось заверещать, но пришлось сдержаться, а то сестра точно домой отправит, тем более, что ей самой не в радость было здесь находиться. Я это поняла, когда, повернувшись на Свету, увидела, как она, яростно размахивая книжкой, отбивается от… От чего-то летающего! Наверное, мухи… Или слепня, которых тут хоть отбавляй… Или от другого крылатого существа. Впрочем, это не так важно.

Я, все-таки вышла на берег за надувным кругом, потому что, как говорилось ранее, плаваю плохо. У меня дома в городе еще лежат яркие нарукавники, но я их решила не брать, чтобы лишний раз не позориться. Зато этот огромный пончик по умолчанию всегда и везде идет со мной!

Когда я наплескалась и накупалась, выползла на берег, чтобы перекусить. Взяла приготовленные бутерброды и принялась их поедать. Света тоже потянулась за одной штучкой.

– Я сейчас стараюсь придерживаться правильного питания, поэтому много есть не собираюсь, – сообщила она мне. Я радостно закивала, понимая, что мне достанется больше. Рот был занят бутербродом, поэтому ответить ей не могла.

Эти слова напомнили мне о Карине. Она точно так же постоянно говорит. Один раз подруга даже вскользь сообщила мне, что на какой-то там диете. Я, конечно, была очень удивлена, а она, увидев мое выражение лица, перевела все в шутку, а затем стала заговаривать зубы. Не понимаю, зачем страдать такой ерундой, особенно когда ты – подросток. Ешь что хочешь и когда хочешь! Но нет, Каринка всегда любит все усложнять. То она сладкое не ест, то она выпечку не ест, то она еще что-то не ест. Так и свихнуться можно! Хотя, подруга это уже, наверное, давно сделала.

– Я вот смотрю на эту реку и сразу вспоминаю, как мы в детстве с тобой здесь барахтались, – сказала Света, когда перерыв на перекус закончился. – Во-он там. – Она указала пальцем на место около камышей, откуда сейчас доносилось громкое кваканье лягушек. Я поежилась. Неужели туда лезла? Сейчас бы ни за что так не сделала!..

Жаркое солнце освещало водную гладь, из-за этого на нее было больно смотреть. Блики слепили, оставляя перед глазами разноцветные пятна. На пляже в это время было многолюдно, несмотря на то, что сегодня будний день. Я стала с любопытством разглядывать присутствующих. Какой-то мужчина, приехавший сюда с семьей, сейчас сидел со своим сыном и рыбачил. Мальчик со скучающим видом смотрел на воду, а отец что-то увлеченно ему рассказывал. Около них были мать с дочкой. Они тоже что-то обсуждали, но намного сдержаннее, скрестив руки на груди.

В нескольких метрах от нас расположилась женщина. Она лежала на животе и, закрыв голову шляпой, загорала. Я, осмотрев всех, перевела взгляд на речку. Плавали тут в основном дети, в то время как взрослые сидели на песке, постелив под собой плед и занимались своими делами. Прямо как Света. Со всех сторон раздавались голоса, смешиваясь в непонятную кашу, визг детей и кваканье лягушек. На душе от этих звуков сразу стало тепло и хорошо. Как будто исчезли все проблемы, а тревожные мысли улетели далеко-далеко.

– Я тоже помню! – ответила я, хотя на самом деле не была так уверена. Мы точно так плавали? Память, похоже, решила вычеркнуть этот момент.

Вообще, этот пляжик очень миленький. Здесь много деревьев и травы, на которой люди устраивают пикники, играют в бадминтон или просто гуляют. Неподалеку находится лес, откуда часто прибегают всякие мелкие животные по типу ежей. Конечно, меня такая перспектива не радовала, но что поделать? Другой речки у нас нет.

Как я упоминала ранее, здесь также было много насекомых по типу ос и пчел. Увидев сейчас одну, я с визгом вскочила и принялась бегать кругами, с опаской оглядываясь назад и размахивая руками. Свету это очень позабавило. Хохотала она действительно громко, мне даже показалось, что за мной в эту секунду наблюдает весь пляж. Но это, конечно, было не так. Все как занимались своими делами, так и продолжали заниматься, не обращая внимания на вопящую девчонку.

Когда от странного насекомого получилось отбиться, я, взяв запасное полотенце, полностью укуталась в него, оставив только голову, как в детстве. Да, будет жарко, но лучше уж так, чем оса!..

Света, в последний раз хихикнув, обняла меня.

– Катька, ты хоть и выросла, но твои детские привычки остались! – Она еще сильнее меня сжала, а я испугалась, что бутерброды, съеденные не так давно, вот-вот полезут обратно. Вместо ответа кивнула, понимая, что не смогу ничего сказать из-за нехватки воздуха. – Помню, как маму из роддома с тобой ждала. Сидела и представляла, как будет выглядеть моя маленькая сестренка, закутанная в пеленки. Эх! Это было так давно, но кажется, что всего лишь год назад…

Света разжала объятья, а я, вместо того, чтобы ее слушать, радовалась тому, что могу дышать полной грудью. Сестра сделала мечтательное лицо, явно окунувшись в воспоминания. А потом вздохнула.

– А я тоже помню тебя… – сказала я, чтобы поддержать диалог.

– Когда меня из роддома домой привозили? – удивленно посмотрела на меня Света, а я рассмеялась.

– Нет! В подростковом возрасте. Ты такая смешная ходила, с двумя огромными хвостами в разные стороны!

– Не поняла. Что значит «смешная»? По-моему, отличная прическа! Была…

– А еще ты очень забавно злилась по пустякам. И истерила. А еще ногами топала и дверьми хлопала… Я даже один раз испугалась, как бы под тобой пол не провалился из-за такого эмоционального порыва! – расхохоталась я. Да, зрелище было действительно увлекательное. Хорошо, что Света этот период уже переросла.

– Ой-ой-ой, – сморщилась сестра. – А ты как будто сейчас так не делаешь!

– Я как минимум не топаю! – гордо заявила я.

– Это единственное из перечисленного? – рассмеялась уже Света. С ней так легко и хорошо общаться! Сестра однозначно была моей второй лучшей подружкой. После Карины, конечно.

Я любила такие разговоры обо всем и ни о чем со Светой. Вроде бы ничего важного друг другу не сказали, зато подняли настроение. В этом и прелесть моей сестры.

Теперь мы, задумавшись, пару минут молча смотрели на воду и слушали звуки природы. Хотя, их в таком шуме не расслышишь. Максимум хлестающие по песку волны, и то слабо.

– Какие у тебя вообще планы на оставшуюся неделю лета? – спросила сестра, не отрывая взгляд от воды, чтобы мы не сидели в тишине.

– Да особо никаких. Закупиться к учебном году и попрощаться с этим временем года, – пожала я плечами.

– По школе соскучилась? – посмеиваясь, спросила Света.

Я покосилась на сестру. Что за глупый вопрос?

– Конечно! Так соскучилась, то аж в кошмарах ее видеть начинаю! – ответила слишком эмоционально. Наверное, это предложение прозвучало действительно громко.

Света уже хохотала в полный голос.

– Я тоже в твоем возрасте не любила туда ходить. Особенное в сентябре, понимая, что эти мучения продлятся еще очень-очень долго. Эти бесконечные контрольные, домашка, какие-то глупые, как мне тогда казалось, мероприятия, в которых меня заставляли участвовать… Одноклассники, в конце концов! Бр-р! До сих пор радуюсь, что отучилась, хоть прошло много лет.

– Я всегда думала, что у тебя были хорошие отношения с одноклассниками, – почему-то понизив голос, сообщила я, словно эти люди сейчас сидели около меня и слушали наш диалог. Ее слова меня насторожили. Света всегда была той самой энергичной девчонкой, которая за любую движуху. Ну, я ее такой всегда представляла…

– Да там долгая история… – отмахнулась сестра. – Я же старостой была, много ответственности…

– Расскажи! – попросила я. И только в эту секунду поняла, что раньше Света никогда не сообщала мне о своих одноклассниках. Мы всегда много общались, но ни я, ни она про них ни разу не говорили. Мне было как-то неинтересно, а сестра, видимо, в принципе не хотела меня в это все погружать. Сестра после моих слов стала в разы серьезнее.

– Да что рассказать… – пробормотала она. – Знаешь, как я познакомилась с Пашей?

Я вопросительно кивнула, потому что и эту историю не знала. Если повспоминать, то сестра никогда не вдавалась в подробности об их знакомстве. Только обмолвилась один раз, что они учились в одной школе и на этом все.

– Надо мной прикалывались много. Помнишь, у меня прыщи тогда сильные были?

Я вновь кивнула, но уже в знак согласия.

– Со мной никто в то время не общался, а некоторые особы решили, что можно и поиздеваться. Сказали как-то, что я не умываюсь и за кожей своей не слежу, хотя дело-то было не в этом. Потом это все по всему классу разлетелось и смеялись надо мной уже практически все. Помню, как сильно переживала из-за этого, мне даже снилось, что я стою в центре класса, а на меня пальцами показывают, при этом еще и хохоча. Конечно, в жизни было все не так запущено, но что-то похожее.

У Светы действительно в подростковом возрасте были большие проблемы с кожей. Это несмотря на то, что за ней она следила и тщательно ухаживала: каждый день умывалась по два раза, утром и вечером, мазалась кучей разных кремов, которые ей порекомендовал врач, делала какие-то дополнительные махинации у косметолога. В общем, угрохала на это все кучу сил, а результата не было.

От такие подробностей я аж рот приоткрыла от удивления. Почему сестра молчала и никому об этом не рассказывала? А, может, родители знали, одна я думала, что у сестры все замечательно? Осознав это, мне стало обидно.

– И в один день за меня Пашка заступился. На большой перемене, когда меня окружили одноклассницы, противно хихикая, он вмешался. Эти дамочки, конечно, струсили и разбежались в разные стороны. С мальчиками же, которые до меня продолжали докапываться, он чуть после школы не подрался. Хорошо, что те вовремя прекратили, а то ходили бы все, как один, с фонарями под глазом! После этого случая мы с Пашей познакомились. Гуляли, на переменах вместе общались, он меня до дома провожал… – Света замолчала, наверное, обдумывая, что добавить. – А в старших классах мы начали полноценно встречаться.

Я слушала с большим интересом, как в детстве, когда сестра читала мне сказки на ночь. Мне вдруг стало безумно жаль Свету. Я даже не предполагала, что сестру обижали из-за особенностей кожи. Да, прыщей было много, но это же не повод над ней издеваться! Зато она познакомилась с Пашей и теперь находилась в счастливом браке. Хоть какие-то плюсы от этого случая…

– А потом что? – спросила я, хотя сама знала ответ.

– А что потом? – переспросила она. – Потом я выпустилась из школы, но с Пашей продолжила встречаться. А одноклассников забыла и, к счастью, больше никогда не вспоминала! – шутливо добавила Света. В этот момент я стала только больше восхищаться сестрой. Она с такой легкостью рассказывает мне эту ужасную историю, словно это случилось вовсе не с ней. Еще и шутить успевает!

В жизни так и бывает: смотришь на веселого и жизнерадостного человека, думаешь, что все у него в жизни замечательно, а на самом деле он мог пережить издевательства в школе, непринятие себя или невзаимную любовь, как Каринка, или вообще все, что угодно. В мире существует столько проблем, что не знаешь, какая свалится на тебя сегодня или, может, завтра. Поэтому никогда не стоит думать, что если человек позитивный, то у него все превосходно. А уж тем более не надо ему завидовать.

Я повернулась к сестре. Ветер трепал ее аккуратно подстриженные короткие волосы, а карие глаза смотрели куда-то вдаль. Сейчас Света что-то обдумывала, а я даже знала, что именно.

Глава четвертая

Как только мы переступили порог дачи, нас сразу встретила радостная мама со стареньким ведром, чем-то похожим на Лешино рыболовное. Сейчас оно мирно стояло на полу в кухне, доверху наполненное бордовыми, почти черными ягодами.

– Смотрите, сколько вишни собрала! – гордо сказала мама, уперев руки в бока. Мы со Светой подозрительно покосились на ведро. Мы прекрасно знали, что это значит только одно… – Сейчас будем вместе ее чистить, а потом пирог испечем! А? – улыбнулась она, посмотрев на нас. Мы с сестрой переглянулись, а затем обе повернули голову к ведру. Там было килограмма четыре ягод, не меньше. Мама взяла его в охапку и, прижав к себе, понесла к раковине, а нас отправила мыть руки и переодеваться в ненужную одежду, чтобы в случае чего ее было не жаль.

– Может, опять на пляж? – шепотом спросила я, пока мы со Светой стояли и наблюдали за мамой со спины. Она высыпала всю вишню в раковину, а то со стуком упала на дно. Я невольно поморщилась. А если какая-то ягодка лопнет? Наша белая кухня превратится в светло-розовую в лучшем случае!

– Отличная идея!..

– Так, а вы что стоите? – Мама сделала серьезное лицо. – Марш мыть руки!

Мы с сестрой, вздохнув, отправились на второй этаж. Хотели растянуть время, насколько это возможно. Да, мамины пироги мы, безусловно, любили, но чистить вишню для них был не наш конек. В детстве я, взяв в руки скрепку, так вонзила ее в бедную ягоду, что та плюнула мне прямиком в глаз! Ощущение не из приятных! Света тогда хохотала громче всех, пока вишня не запустила свой сок прямо ей в лоб. Это пятно сестра заметила не сразу, поэтому еще несколько дней ходила с вишневым соком на лице. Тогда громко смеялась уже я!

– Неплохо было бы принять душ после реки, мало ли какие там микробы… – сказала я, пока тщательно вспенивая мыло в руках. Света стояла сзади и ждала свою очередь, поглядывая на свое отражение в большое зеркало.

– Ты на своих микробах уже помешана, – закатила она глаза, когда я потянулась к старенькому синиму полотенцу для рук, пропуская сестру к раковине.

После этого разговора я все-таки залезла в ванную, а Света отправилась к маме вниз. Конечно, она же только на пледе сидела, в речку не лезла.

После водных процедур я переоделась в свою домашнюю одежду (ненужной у меня с собой не было) и помчалась к лестнице. Спускаясь по ступенькам, слышала гул телевизора, который сейчас транслировал какой-то неизвестный мне фильм, а папа, закинув руки за голову, внимательно наблюдал за развитием событий. До меня доносились приглушенный разговор мамы и сестры, которые сейчас сидели за столом, аккуратно вытаскивая косточки из ягод.

– Много я вишни сегодня собрала, – весело сообщила мама, когда я приблизилась к столу.

– Меня тоже заставили помогать! Знаете, как сложно стремянку взад-вперед таскать? – в шутку крикнул папа, повернувшись к нам. Резко раздался громкий звук, я дернулась от неожиданности и перевела взгляд на телевизор. Папа тоже повернулся и протянул: – У-у-у, ну я так и знал!..

– Понятно, – равнодушно сказала я, беря из маминой руки скрепку. Уселась на небольшой стульчик (уж какой остался) и принялась за дело.

Первые две вишни у меня развалились настолько, что страшно было взглянуть, поэтому пришлось отправить их в рот. Не буду же я пирог портить таким безобразием.

– Это чтобы меньше чистить? – улыбнувшись, посмотрела на меня Света, которая сейчас встала, поставив на стул колено. Аргументировала тем, что ей так удобнее. Мама в этот момент копалась в шкафу с посудой, время от времени громыхая тарелками.

– А мы успеем вообще собраться, если будем вишню чистить? – не ответив на вопрос сестры, поинтересовалась я у мамы, повернувшись в ее сторону. Ягодный сок потек по моей ладони, дойдя до запястья и не думал останавливаться. – Завтра уже домой ехать.

– Да что там собираться? Раз, два и готово, – весело сообщала Света.

– Тем более мы большие сумки не брали, а маленькие уже стоят готовые, – снова выкрикнул папа, переключив канал. Видимо, тот фильм был слишком предсказуем.

Я пожала плечам и повернулась к своей тарелке. Только сейчас увидела струйку сока, которая стремительно текла к локтю. А около самой руки уже было несколько бордовых капель. Выглядело это жутковато.

– Катя, только, пожалуйста, не свинячь! – подскочила ко мне мама, но уже с тряпкой и принялась вытирать стол.

– Хорошо-хорошо.

Теперь мы все втроем сидели в ряд, слева мама, посередине Света, а справа я. Очередная капля сока попала на белый стол, но никто на это не обратил внимания. Вздохнув, я перевела взгляд на огромную тарелку еще неочищенной вишни и мне захотелось убежать. Какое интересное времяпрепровождение, не то, что с Кариной болтать!..

От скуки устремила взгляд в окно, даже не смотря на ягоды, чистя их, как попало. Впереди, примерно в шести шагах от нас, около дивана было окошко, которое выходило на задний двор. Там росла давно нестриженная высокая трава и сорняки. Короче, настоящие джунгли! Растительность там, наверное, уже доставала мне до пояса. На задний двор никто из нас не ходил и уж тем более никто им не занимался. Он у нас живет своей жизнью!..

– Мы с самого утра поедем? – вновь спросила я, открыв тыльной стороной ладони кран, чтобы не испачкать его вишневым соком. Надежда, что мы отправимся часов в двенадцать меня не покидала.

Холодная струя воды смыла всю красную жидкость с моих рук, оставив только небольшие розовые пятнышки. С досадой подумала, что они будут со мной еще несколько дней! И это мы еще даже от половины не избавились…

– Да, – невозмутимо ответила мама.

– Ой, Кать, а расскажи маме, как мы сегодня твоих одноклассников встретили.

Папа, который до этого со скучающим видом листал каналы, теперь явно навострил уши. Ну Света! А, может, я не хотела ничего никому рассказывать? Чего она лезет вечно, куда ее не просят?

Я перевела красноречивый взгляд на сестру. Та сидела с невозмутимым видом, ловко выковыривая косточки из вишни скрепкой.

– Да что там рассказывать-то… Просто Иван с Алексеем в кустах лазили, палки искали. А мы мимо проходили… – начала я под заинтересованными взглядами родных. Мама, время от времени поглядывая на меня, продолжала чистить одну ягоду за другой, а папа даже звук на телевизоре выключил.

Около раковины пиликнул мой телефон, сообщая о том, что мне написала Карины. Конечно, не самое лучшее место для гаджета, но что поделать?

Я подошла к телефону и быстро (насколько могла) напечатала:

«Потом отвечу, занята».

И, открыв камеру, сфотографировала розовые пятна на руке. Пока я проделывала все эти махинации, Карина заваливала меня вопросами. То пыталась узнать что-то про Лешу, то про то, скоро ли я приеду, в общем, соскучиться не давала. Зато Света тем временем продолжала, обращаясь к маме:

– Нет, ты представляешь?.. Никогда таких наглых детей не встречала! И с ним учится моя сестра!..

Из-за Карины я потеряла суть разговора, но это, скорее всего, сестренка во всей красе описывала Ваню. Да, он у нас… Своеобразный!..

– Кать, ты чего там делаешь? Вишня сама себя не почистит! – обратилась уже ко мне Света. В эту секунду я стояла с высоко поднятой рукой, а другой пыталась заблокировать экран.

– Уже бегу!

– Не стоит, – сказала сестра, наблюдая за мной.

– Катя у нас очень занятая, – пошутила мама.

Я, все так же идя с поднятыми руками, уселась на свое место и с грустью осознала, что нормально поговорить с Каринкой смогу еще не скоро…

– Как думаете, ко мне в класс новенькие в этом году придут? – спросила я. Этот вопрос волновал меня каждое лето и я постоянно приходила в школу разочарованная, потому что из нашего класса наоборот только бежали люди. Новые лица не добавлялись уже много лет.

– Какие-нибудь красивые мальчики? – улыбнулась Света, а телевизор, звук которого папа недавно вновь включил, опять заглох.

– Нет, – решительно заявила мама. – Я тоже в школьное время думала, что еще годик, и придет тот самый принц на белом коне!

Со стороны дивана раздался папин кашель. Ему этот разговор был явно не по душе.

– Да и тем более, кому такой класс вообще нужен? – спросила Света, выделив слово «такой». Она что, судит о нас по какому-то Снегову? Вот смешная!..

– Как это кому?.. Мне нужен… И нашей Нине Григорьевне нужен!

– Насчет второго очень сомневаюсь, – ответила сестра. – Она, небось, спит и видит, как уходит от вас в другую школу и только ручкой на прощанье машет!

– Она нас любит! – заверила я, хотя самой в это не особо верилось.

– Ну-ну, – улыбнулась Света, потянувшись за следующей вишней.

Нина Григорьевна – наша классная руководительница (как вы, наверное, уже поняла). Это невысокая женщина лет сорока пяти, строгая и суровая, ведет у нас географию. Ученики из параллели до жути ее боятся. Бывает, я прохожу по коридору и слышу: «Вы чего орете? Там же Нина Григорьевна!..», а после этих слов все сразу замолкают и ведут себя, как порядочные дети. Наша классная не завуч и уже тем более не директор, а просто учительница, которую, почему-то боится половина школы. Это так, к слову.

К нам она относится нейтрально, нормально. Особо не обижает (хотя, когда как) и не ласкает. Что-то среднее. Любимчиков не выбрала, и на том, как говорится, спасибо. Хотя нет, любимчик, как ни крути, у нее был. Точнее, была. Даша Лескова. Та самая, с которой Леша все хотел подружиться, как только пришел в наш класс, но что-то пошло не по плану и тесно общаться они не стали. Пару дней вместе походили и на этом все. Как тогда Карина радовалась, что у Алексея появились друзья мальчишки (один из которых – Ваня), а про Дашку он забыл. Подруга чуть ли не до потолка прыгала, но сейчас не об этом.

Лескова отличница и участвует во всех активностях по типу олимпиад, куда ее вечно отправляет Нина Григорьевна (в первую очередь, конечно, по своему предмету) и школьных постановках. Раньше я ей даже слегка из-за этого завидовала, но потом быстро выкинула данную мысль из головы, решив, что пусть лучше Даша отплясывает на сцене за очередную пятерку по географии, а я спокойно посижу на какой-нибудь алгебре и порешаю примеры.

Один раз Дашка победила в каком-то крутом конкурсе и пол школьного дня проторчала в актовом зале с грамотой. Ее Лесковой с гордостью вручили и сказали: «Так держать, Дашенька!». И все! Не знаю, зачем ей столько этих грамот и куда она их девает. Может, в макулатуру сдает? Нет, скорее стены в комнате ими обклеивает!..

Если говорить про внешность, то у Даши были каштановые волосы и серые, словно облачное осеннее небо, глаза. По телосложению одноклассница достаточно худенькая (даже слишком) и невысокая, примерно с меня ростом. А Каринка всегда ей завидовала. То ли из-за хорошей успеваемости (в чем я очень сомневаюсь), то ли из-за того, что Алексей с ней поначалу общался. Подруга не говорила конкретные причины, поэтому у меня были только догадки. Она просто ляпнула один раз, что хочет быть как она, и все. И больше ни о какой Даше я от подруги не слышала.

Когда с вишней мы закончили, я первым делом побежала в комнату, чтобы рассказать Карине о неожиданной встрече с ее ненаглядным Лешей и нашим общим противным Ваней.

– Да ну!.. Что, прямо из куста?.. – раздалось в трубке.

– Представляешь!

– И Снегов там был? – продолжала удивляться подруга.

И я пересказала Каринке все-все до мельчайших подробностей.

– С чего у этого недалекого такие выводы? Если ты читаешь книги, это не значит, что обязательно у тебя должен отсыхать язык!

– Вот-вот! – поддакнула я.

Мы обсуждали его почти час, у меня даже голова разболелась. Все кости этому болвану перемыли!

Когда наш разговор подошел к концу, в памяти всплыли сообщения от подруги, которые я так и не прочитала. Во время звонка она о них на удивление не упоминала.

В них Карина показывала свою новую одежду, даже фотографии отправила, где все лежит в ряд, чтоб наверняка. Она прикупила себе черную, достаточно объемную футболу (наверное, уже сотую в своей коллекции), чем-то напоминающую ту, в которой я ездила к ней, и мешковатые широкие брюки под цвет верха. Она собирается в этом в школу ходить? Интересно.

В целом, наши гардеробы чем-то похожи, но такое ощущение, что у Карины нет ни одного платья или хотя бы обычной темно-синей юбки. Она их просто не носит и все. Аргиментирует тем, что чувствует себя в такой одежде некомфортно. Зато в моем шкафу всегда висит как минимум два платья, но я к ним отношусь нейтрально. Могу по городу в них прогуляться, могу на какой-то праздник надеть или вот, на речку, но на постоянной основе, конечно, не ношу.

– А я думала, ты вещи собираешь! – зашла в комнату сестра. Подошла к шкафчику и принялась доставать оттуда одежду, которую привезла с собой. Таких шмоток было немного, поэтому они спокойно помещались в небольшой рюкзак. – Мы, кстати, в сентябре снова сюда приедем. Ты с нами?

– Опять убираться? – ужаснулась я. – Не-ет, это без меня. Я лучше с Кариной погуляю вместо этого.

Света пожала плечами: «Как хочешь» и снова повернулась к открытому деревянному шкафу. Я в это время подошла к столу и взяла с него свою яркую красную расческу, чтобы хоть немного привести себя в порядок.

– Ой! Свет, я похоже это… Лысею! – испуганно произнесла и сняла с предмета клок волос. Сестра озадаченно повернулась, а увидев мое лицо, расхохоталась, прокомментировав только его. – А вот мне как-то не смешно! – ответила я. Даже носом шмыгнула, показав, что очень опечалена. Вздохнув, с нескольких метров кинула расческу прямо на подушку, все так же держа в руках клочок моих темно-русых волос.

Последняя неделя каникул была самой скучной в моей жизни. Все потому, что после всех покупок я все оставшееся время торчала дома! Зато практически наладила режим, чтобы легче было просыпаться в школьное время. Ставила будильник на семь утра, а ложилась спать в десять. Естественно, засыпание проходило долго и, открыв глаза под веселую трель, проклинала все на свете, жалея, что вообще все это придумала. Конечно, раньше я в десять только ужинала, а теперь спать ложилась. Вот мой организм и в шоке от такого, думает, хозяйка совсем сбрендила!..

Не буду описывать все события последней недели каникул, просто знайте, что все было очень-очень скучно и однотипно. Я лучше, перепрыгнув это время, сразу приступлю к первому дню осени! Итак, день икс. Первое сентября.

Я проснулась со странным предчувствием, что этот учебный год будет кардинально отличаться от предыдущих. Вот казалось так и все! Но через пару минут благополучно выкинула это из головы, решив, что мой мозг еще не до конца проснулся. Окончательно очнулась, когда, устремив взгляд на часы, поняла что выходить через десять минут. Я элементарно не успею даже позавтракать! Смогу только умыться и одеться. Короче говоря, все как всегда. Что ни день, то у Кати Ландышевой какие-то проблемы!..

Через пять минут я уже впопыхах застегивала пуговицы белой рубашки. На ногах красовались темные школьные брюки, которые я купила еще в прошлом году (видимо, за лето вообще не выросла). Вчера планировала надеть юбку, но подумала и решила оставить ее на следующий раз. Как-нибудь потом!

Из дома выскочила еще через семь минут. Опаздывала несильно, поэтому шла не торопясь. Прохладный, еще летний воздух трепал передние пряди волос, которые я решила просто оставить висеть спереди, собрав остальную шевелюру в хвост. Утреннее солнце только вставало, светя мне в спину. Я люблю начало учебного года только за первые дни, а дальше уже начинаю потихоньку жалеть, что не ценила лето, и мечтать вернуться в июнь.

С Кариной встретилась около ворот школы. Сегодня она вырядилась, конечно, как обычно: длинные шаровары, которые она купила совсем недавно и показывала мне, и кремового цвета рубашка, тоже достаточно объемная. Еще и галстук нацепила, чтобы образ не выглядел слишком скучно. А на голове подруги красовались солнечные очки. Складывалось впечатление, что она либо за кем-то собирается шпионить (а я даже знала, за кем), либо ей надоело палящее солнце.

– Ты так вырядилась, словно у тебя какая-то очень важная встреча, а не сборы в честь первого сентября! – вместо приветствия сказала я, приближаясь к Карине. Подруга сразу завертела головой, а увидев меня, помахала, при этом слегка улыбаясь.

– Напоминаю! Сегодня не просто первое сентября, – сказала она, когда я подошла к ней практически вплотную.

– У тебя же день рождения нескоро, – покосилась на нее я.

– Да нет же! Сегодня другой важный день! – Подруга демонстративно откинула каштановые волосы назад. Поня-ятно! Опять про Алексея своего заладила, не успели мы даже пару секунд постоять. – Я у мамы бигуди вчера взяла, чуть без волос не осталась! – пожаловалась Каринка, а я только сейчас заметила уже распустившиеся легкие волны.

– А где наши? – неожиданно поинтересовалась я, сменив тему разговора и смотря на школьный двор через открытые ворота. Мы как раз находились около них. – И почему мы здесь стоим?.. Пошли!

– Сто-о-ой, – спокойно протянула подруга, схватив меня за руку. Я вернулась на то же место, откуда только что стартовала, и покосилась на нее. – Подожди чуть-чуть…

Каринка принялась оглядываться по сторонам. Я тоже завертела головой туда-сюда. Через несколько секунд подруга резко повернулась ко мне:

– Ой… Недолго пришлось ждать! – Карина как-то нервно хихикнула, а я вообще ничего не понимала. Кого ждать? Зачем? Неужели к нам пришли новенькие, а ей поручили их встретить? – Только не выглядывай! – попросила подруга, и я первым делом высунула голову из-за ее плеча. Недалеко от нас стоял Леша. Опустив голову, он писал кому-то сообщение, думаю, Ивану. На нем была точно такая же, как у меня, белая рубашка и кожаного цвета штаны. Волосы же как всегда были зачесаны на одну сторону. Честно, он был похож на какого-то ботаника!..

– О! Какие люди! – сказала я. Не хотела громко это произносить, но Алексей, похоже, все-таки услышал, потому что, подняв голову, повернулся в нашу сторону. Каринка не мигая смотрела на меня, густо покраснев. А я, улыбнувшись, незаметно для Леши взяла ее за рукав рубашки и повела к нему. – Привет! – как ни в чем не бывало поздоровалась я. Подруга лениво плелась рядом, замедляя наше движение. Она, развернув кисть, ущипнула меня за кожу около пальца, давая понять, что мои действия ее не устраивают.

– Привет… – как-то странно произнес он, а затем, посмотрев за меня, спросил: – Карин, это ты там?

– Я!.. – не слишком уверенно сказала подруга охрипшим от волнения голосом. Пройдя эти несчастные несколько шагов с сопротивляющейся сзади Каринкой, мы встали около одноклассника. – Привет!..

– Я тебя не узнал! – удивленно произнеса он, без стеснения разглядывая подругу. Та теперь изо всех сил прятала от него лицо, чтобы он не увидел багровый от смущений оттенок ее кожи. Не узнал он, конечно! Как будто он не помнит, как встретил нас на остановке буквально неделю назад. Или действительно не помнит?..

– А-а… Да я это… Ну… – начала она, смотря в совершенно другую от одноклассника и меня сторону.

– Волосы покрасила! – подсказала я, слегка пихнув подругу локтем. Алексей этого не заметил.

– Точно! Это и сделала!

– Зачем? – снова поразился он. – Тебе и с прошлым цветом, вроде, хорошо было!..

Каринка вылупила глаза и теперь смотрела в сторону идущих к воротам первоклассников с родителями, словно она собиралась их напугать выражением своего лица. Дети на нее, к счастью, даже не глянули. Только маленькая девочка с забавными большими бантиками подняла голову, но посмотрела на Лешу. Тот слегка ей улыбнулся, а она смущенно отвела взгляд.

Теперь Карина, наверное, поняв, что некрасиво стоять затылком к чеовеку, с которым разговариваешь, мотала туда-сюда головой, словно пытаясь как можно скорее согнать с лица краску.

– У меня просто после моря какая-то аллергия на солнце. Вот как физиономия краснеет! – зачем-то соврала она. Боже мой! Какое море, какая аллергия, что она несет?.. Сроду у нее не было аллергий, а на море она вообще только один раз была и то в пять лет!

– Понятно, – сказал Леша.

– Насчет волос… – продолжила подруга. У нее сильно дрожал голос, я даже на секунду подумала, что она сейчас расплачется, но это было, конечно, от волнения. Хотя, кто ее знает?.. – Захотелось.

– Прикольно…

Резко с другой стороны раздался веселый и знакомый голос:

– О, ребят! Здорово! – Иван радостно шагал в нашу сторону, протягивая Леше руку. А что он ее не потянул еще в начале тропинки, чего мелочиться? Алексей развернулся и сделал несколько шагов навстречу лучшему другу. Раздался громкий хлопок, от которого я даже слегка поморщилась. Карина смотрела на эту картину с абсолютно спокойным выражение лица, но я знала: она злится на Снегова из-за того, что он испортил их и без того нескладный диалог. – А вы чего тут стоите, в школу не заходите? Время-то уже! – Ваня постучал ногтем по темному экрану телефона. Действительно! Я и не заметила, как школьный двор опустел и затих. Теперь там были только родители младшеклассников, которые ждали детей, чтобы помочь дотащить их рюкзаки до дома.

– Мы должны были быть в кабинете три минуты назад, – спокойно сообщил Леша, достав из кармана телефон, и повернулся в нашу сторону.

Мы с Кариной переглянулись. А нельзя было чуточку раньше нам об этом сказать? Мне не очень-то хотелось опаздывать, учитывая то, что встала я и так впритык.

– Ну чего стоим, ворон считаем? Пойдемте в школу! – разозлилась я. После слов Алексея никто даже глазом не моргнул. Смешно получится, если Нина Григорьевна, пересчитывая одноклассников, поймет, что нет всех четверых и ради любопытства решит выглянуть в окно. Оно как раз выходило именно на то место, где сейчас все и стояли!

Мы, немедля, дружной компанией сразу пошли к учебному заведению. Школа у нас обычная, трехэтажная. Ничего интересного в ее дизайне не было. Внутри все так же, как и во всех других школах: не слишком аккуратные стены, охранник, сидящий и вечно читающий то ли газету, то ли какую-то старую книгу, и самые обыкновенные кабинеты. В общем, скукотища!

Всю дорогу до нашего класса Каринка на радостях, что с ней поговорил сам Алексей, шутливо толкала меня в бок, при этом сияя так, что сам медный таз позавидует!.. В ее взгляд так и читался вопрос: «Видела, видела?». До этого она с Лешей никогда не общалась, изредка только могла перекинуться парой слов, а потом вспоминала несколько месяцев подряд, поэтому сегодняшний странный диалог с одноклассником стал для нее целым достижением. А уж получить недокомплимент про цвет волос (хоть и прошлый) – просто подарок Вселенной!..

Иван со своим лучшим другом шли впереди, а мы специально немного отстали. Они о чем-то говорили, время от времени негромко смеясь, на нас не обращая внимания. Каринка прислушивалась к их диалогу, а я мотала в разные стороны головой, пытаясь понять, изменилось ли в школе что-то за три месяца каникул.

– Не зря красилась, – одними губами сказала подруга, повернувшись ко мне. Ну да, действительно! Испортить свой родной цвет волос ради одноклассника, который потом тебе еще и заявит, что прошлый был лучше! Превосходно, браво, Карина!..

– Извините за опоздание! – первым заглянул в кабинет Алексей. Ваня, скрестив руки на груди, стоял сзади с недовольным лицом, ожидая, когда его друга впустят. Сегодня Снегов был, как всегда, в серой кофте, что в прошлом году он из нее не вылазил, что в этом решил не губить традицию. Отличный наряд на первое сентября, спасибо, как говорится, что брюки нормальные надел, а не джинсы!

– Здравствуйте! Извиняю, проходи!

– Здрасти! – показался Иван, проходя за другом. Уже тогда у нашей классной руководительницы было мрачное лицо. Следом за Снеговым показалась и Карина, а замыкающей была я.

Многие одноклассники, конечно, сразу обратили на нас внимание. Кто-то скользнул равнодушным взглядом, кто-то с интересом нас рассматривал, а кто-то даже не повернулся. Все сидели в белых рубашках, а у меня от такого даже слегка закружилась голова.

– Долго вы еще плестись будете?! – прикрикнула Нина Григорьевна, когда мы начали подходить к партам. – На чем я остановилась… Ах, да! Перевелась наша очень способная ученица, Дашенька Лескова. Мне жаль, что из вашего класса уходят такие умные, стремящиеся к знаниям дети!..

Мы с Кариной, преждем чем сесть за четвертую парту третьего ряда, переглянулись. А потом одновременно пожали плечами. Ну перевелась и перевелась. У Каринки зато конкурентки теперь нет, хотя, официально ее и раньше не было. И все-таки подруга немного, да радовалась.

Леша с Ваней, особо не слушая речь нашей классной, плюхнулись впереди, хотя несколько свободных мест еще было. Подруга опять посмотрела на меня взглядом, полным счастья, и улыбнулась так, что у нее ямочки появились, хотя раньше их и в помине не было! Я сначала шутлива закатила глаза, а потом показала большой палец.

Нина Григорьевна в это время продолжала расхваливать Дашу, утверждая, что без нее наш класс разлетится на мелкие щепки. Конечно, она говорила немного по-другому, но суть та же. Ей не хватало только платочка, чтобы выступающие слезы вытирать.

Нам с Кариной уже было абсолютно все равно, что она думает о нас и нашем классе. Пусть хоть проклинает! Сейчас мои мысли были заполнены представлением, как я приду домой и поем, потому что живот уже недовольно урчал. Карина же, подперев щеку рукой, мечтательно разглядывала прилизанный затылок Алексея, который сидел прямо перед ней. Я тоже перевела взгляд на голову одноклассника. Ничего интересного там не было, чего она уставилась так?

– Этот учебный год будет для вас намного сложнее, чем предыдущий…

От бормотания Нины Григорьевны захотелось спать. Все и так понимали, что в этот раз будет тяжелее, мы же в следующий класс перевелись! Зачем лишний раз об этом напоминать? Я, не долго думая, положила голову на руки и закрыла глаза. Мои русые волосы, которые решила распустить еще в коридоре, рассыпались по парте.

В классе было достаточно жарко. Я еще и рубашку с длинным рукавом нацепила зачем-то. Для чего, спрашивается? Хоть у нас в кабинете висели жалюзи, они от жары практически не защищали. Хорошо, что мы сели не на первом ряду, а то превратились бы в жареных Катю, Карину, Лешу и Ваню! Зато, благодаря солнечным лучам, вокруг было светло. Надо наслаждаться светлыми днями, пока не начались вечные дожди с туманом!

– Такое настроение сегодня классное! – шепотом сказала Карина, немного наклонившись ко мне. Я так и лежала на парте, уже засыпая. Подруга приподняла одну мою прядь волос, чтобы посмотреть на лицо. Правильно, вдруг Катька уснула и не слушает?

– Не забудь сегодняшний день в календаре отметить, – произнесла я, повернув голову в сторону подруги.

– Пойдем гулять после школы? – неожиданно предложила Карина. Подруга просто мастер поддерживать одну тему разговора!

– Куда? – Я поднялась и теперь, заправляя волосы за уши, сидела ровно. Сейчас подружка точно заставит опять по всему городу шастать!

– Ну-у… Куда-нибудь!

– Можно в торговый центр, – предложила уже я. Если Каринка откажется, то я вообще никуда не пойду.

– А туда нам зачем? – удивилась подруга.

– Есть будем!.. Я не завтракала, – добавила, увидев выражение лица Карины. Оно у нее было такое, словно ее заставляют есть на этой прогулке. Не хочет, не надо!

Нина Григорьевна подозрительно замолчала и теперь стояла и смотрела на нас, спустив очки на кончик носа.

– Девочки, я вам не мешаю? – поинтересовалась она. Все (уже без исключений) повернулись на нас, даже Леша с Ваней. Хотелось ответить, что она нам очень даже помешала, но я сдержалась. А классная руководительница продолжила: – Не успели в школу прийти, а уже болтают! За лето, что ли, не наговорились?

Наша самая актуальная летняя тема для разговоров сейчас с невозмутимым видом сидела впереди Каринки и пялилась! Нет, мы не наговорились!..

– Ой, Катька-а! – протянула Карина, как только мы вместе с огромным потоком учеников вышли из школы с набитыми учебниками сумками. – Этот год точно будет самый лучший! – добавила подруга и стала слегка кружиться, держа рюкзак за лямки. Это же сколько сил надо иметь, чтобы с такой легкостью несколько килограммов крутить? Но выглядело это, конечно, интересно. Подруга даже чуть не сбила выходившего из школы Ивана. Тот, повернувшись к ней, покрутил у виска, а потом, сказав, что она ненормальная, пошел своей дорогой. Хорошо, что Алексей не показался следом за ним, а то Каринка бы со ступенек покатилась. И непонятно от чего, либо от стыда, либо из-за потери равновесия…

– Сам ты ненормальный! – крикнула уже я вслед Снегову. Тот даже не обернулся. Серая кофта все отдалялась и отдалялась, а потом завернула к школьному стадиону и вовсе исчезла.

Карина уже перестать крутиться и принялась спускаться с крыльца. Спрыгнув с последней ступеньки, она спросила:

– Как договаривались, сначала по домам, а потом гулять?

Я кивнула.

– Я тогда помчалась! Увидимся!

Последнее она крикнула уже на бегу, повернув ко мне голову и схватившись за лямки. Белый рюкзак, который сейчас красовался на ее спине, смешно подпрыгивал вместе с хозяйкой. Я помахала подруге на прощанье и постояла на месте еще пару секунд, смотря на счастливую бегущую Каринку. А потом, хмыкнув, отправилась домой, слившись с очередной толпой людей. Детские сад!..

С Кариной мы встретились около торгового центра ровно через час. Я за это время успела только перекусить маленьким фруктовым йогуртом и разобрать учебники.

– И снова привет! – поздоровалась со мной подруга. Я в ответ просто помахала, как сделала это, когда она убегала к себе. – Такой день клевый! – повторила она. – И настроение тоже отличное!

И хоть подружка говорила это уже несколько раз, я с улыбкой ее слушала. Раз она так счастлива сегодня, зачем буду ей все портить? Лучше постою да покиваю, мне что, сложно?

– Как думаешь, я ему нравлюсь? – с надеждой в голосе поинтересовалась подруга, когда мы зашли внутрь торгового центра. Сразу столкнулись с кучкой подростков лет шестнадцати, которые в этот момент выходили. Они громко разговаривали, поэтому Карине пришлось чуть ли не кричать. – Хотя ладно, не говори! – махнула она рукой, когда я уже раскрыла рот.

Фух, пронесло! Врать я, конечно, умела, но не хотела, особенно сейчас. Все-таки вряд ли она ему нравится, максимум симпатична. И то не факт. А еще я считаю, что чуть ли не до потолка скакать из-за пары слов от Леши в ее адрес как минимум глупо, но это, как говорится, не мое дело. Хочет радоваться – пусть радуется, мне не жалко.

– Блин, я, наверное, краснела, да? – поморщившись, спросила подруга, когда мы подходили к эскалатору.

– Слегка! – махнула рукой я. Да не то слово! Она была просто багровая! Но если поверить в ее легенду о несуществующей аллергии, то это не слишком бросалось в глаза.

Мы подошли к эскалатору и поехали наверх. Я стала оглядываться по сторонам и смотреть вниз на проходящих мимо людей, а подруга завелась:

– Ой-ой-ой! Это позор, Кать!

Она сказала это так громко, что даже люди, ехавшие на несколько ступеней выше нас, обернулись. А мне захотелось стукнуть подружку по голове какой-нибудь книгой, жаль только, что все осталось дома.

– Да не парься ты!.. Он уже забыл это все сто раз, – попыталась я успокоить одноклассницу, пока она не закатила истерику.

– Ладно, забыли…

Мы шагнули вперед, доехав до конца, и перед нам открылась целая куча магазинов. И ни в один из них нам не было нужно. Посмотрев по сторонам, увидела этажом выше фудкорт и поняла, что, несмотря на перекус, готова слопать огромную тарелку вредной еды.

– Слушай, может, туда пойдем? – Кивнула в сторону фудкорта. – Я сегодня практически ничего не ела, такая голодная! И ты себе что-нибудь возьми, – добавила, вспомнив, как Каринка пожаловалась, что тоже не успела позавтракать.

– На фудкорте?.. – растерянно переспросила Карина и зыркнула на меня своими темно-карими глазами. – Ну, не знаю…

Я после этих слов уверенно шагнула на следующий эскалатор, который вел на третий этаж. Оттуда до нас уже долетал аромат свежей горячей пиццы и еще чего-то жареного и очень жирного. Каринка тоже шагнула через две ступеньки от меня, и нас повезли быстрее.

Когда мы прибыли в место назначения, принялись выбирать столик. Оглядевшись, я поняла, что Первое сентября отмечают по всей программе. Куча подростков, голоса которых сливались в один сплошной гам, вызывали беспокойство. Мне не нравились такие компании молодых людей, но что поделать, если в животе ужасно урчит? С горем пополам, побегав туда-сюда, все-таки выбрали столик и пошли заказывать еду. Точнее, отправилась туда одна я, а подруга решила остаться сторожить вещи.

– Тебе что-то взять? – спросила я, уже отойдя на несколько шагов от столика. Оставила Каринке свою сумку с телефоном и кофту, которую прихватила с собой на всякий случае.

– Нет, не надо! Я на правильном питании…

Карина вытащила из сумочки маленькое карманное зеркальце и стала разглядывать себя. Мне показалось, что она проверяет состояние волос после ветреной улицы. Я, пожав плечами, развернулась и, несильно задумываясь над словами подружки, пошла делать заказ.

Каринка, как я уже говорила ранее, выше меня сантиметров на пять и телосложение у нее совершенно другое. Она не худая, но и не толстая. Средняя. Самый обычный человек. Карина, как только ей стукнуло двенадцать, начала следить за своей фигурой: не ела мучное и сладкое (как у нее это получалось, я до сих пор не знаю), отказалась от фаст-фуда и газировок (даже безвкусных) и думала исключить из рациона молочные продукты, но их решила пока оставить. А потом она, похоже, стала делать дома тренировки (я это поняла по просьбе подарить ей на день рождения гантели).

Половину из всего этого я узнала сама, наблюдая за подругой. Про мучное, сладкое и так далее, например, догадалась. Раньше она всегда таскала в школу какие-то вкусности по типу шоколадок, а в один день резко перестала. Стала носить яблоки да груши, хотя раньше их вообще не любила. А сейчас вовсе ничего с собой не берет, говоря, что плотно завтракает дома. Что ж, если ей так удобнее, пусть делает, как считает нужным.

Через несколько минут я уже сидела с куском пиццы в руках и уплетала его за обе щеки, запивая молочным коктейлем. Каринка же пила обычную воду, задумчиво смотря куда-то вдаль. Я, жуя, обернулась, чтобы проверить нет ли там какого-нибудь Леши, но, естественно, в такой суматохе никого не разглядела.

– Ты кого там высматриваешь? – шутливо поинтересовалась я, потянувшись за коктейлем. Подруга перевела взгляд на меня и задумчиво проследила за моей рукой.

– Да так… Обозналась! – отмахнулась она и теперь, подперев щеку рукой, уставилась в стол. Мне как-то даже не по себе стало от ее поведения.

– Ты точно не голодная? – спросила я уже в третий раз.

– Точно, – серьезно ответила Карина и улыбнулась.

– До сих пор не ешь фаст-фуд? – снова задала вопрос. Наверное, зря, потому что у подруги после этих слов было такое лицо, как будто я у нее спросила что-то из ряда вон выходящее.

– А еще мучное и сладкое, – призналась она, хотя я и так это уже знала. – Да, до сих пор. Я привыкла.

Я пожала плечами и принялась доедать краешек пиццы. Вкуснотища! А после этого небольшого йогурта тем более!

– Ну что, теперь куда? – спросила, вытирая жирные руки салфеткой.

– Давай просто прогуляемся, чего на месте сидеть? Шагов побольше находим, калории сожжем… – Карина, добавив это, прикусила язык и осторожно посмотрела на меня. Я, задумавшись, и снова особо не вникая в сказанное подругой, молча взяла свою кофту, висящую на спинке стула, и, поднявшись, со скрипом его задвинула.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.